Наверное, это было неизбежно. На свете есть всего две касты, которые испытывают настолько сильную искреннюю нелюбовь друг к другу. Это политики и журналисты. Политики почти всегда оказываются замараны чем-то непристойным. Журналисты всегда ищут такие истории и вытаскивают на свет. В идеале случается громкий скандал, главный герой истории лишается должности, попадает под закон о конфискации нелегальных активов и отправляется нести заслуженное наказание. А журналист, чье расследование послужило причиной - снимает сливки. Поэтому встреч с журналистами политики не любят.

Джентсин, столица сектора Арктурус, досматривал свои ночные сны. Улицы еще тонули в предрассветном полумраке. С моря тянул свежий соленый бриз. На набережной еще горело уличное освещение, некоторые кафе уже открылись, но кухни все еще не работали, максимум на что можно было рассчитывать в такую рань - круассан и кофе. Но этого было достаточно.

Мужчина в бежевой накидке вошел в кафе. Ростом он был не более полутора метров - по меркам остоксов это рост выше среднего. Мужчина оглядел зал и прошел слева от барной стойки, к небольшому столику у стены. Забрался на высокий барный стул и только теперь снял дыхательную маску из прозрачного пластика - над столиком работал модулятор атмосферы.

Напротив него сидел такой же невысокий мужчина, и в такой же накидке. Под накидкой виднелись желтая рубашка, синие джинсы, и висящий на поясе компактный дыхательный фильтр.

- Вы знаете, кто я? - спросил мужчина.

Обладатель желтой рубашки оторвал взгляд от своего смартфона.

- Не писал о вас.

- Наверное, это хорошо? - предположил мужчина.

- Что вам нужно? - его собеседник. - Я не люблю политиков.

- Я очень мелкий и ничтожный политик, - ответил мужчина.

Рост остоксов был частой мишенью для шуток остальных народов Звездной Федерации.

- Вторая персона, представляющая остоксов в Совете Федерации сектора Арктурус. Старейшего и самого крупного из всех секторов освоенной Вселенной, - сказал тип в желтой рубашке. - Да вы шутник, вице-спикер Ферфилд.

- А вы очень серьезный журналист, Тагтгрен, - ответил Ферфилд. - Что вы знаете о компании Сорен Айтор Майнинг?

- Впервые слышу, - честно ответил журналист. - Не могу сходу вспомнить, чтобы попадались какие-либо обзоры по ней.

Подошел официант - на вид обычный человек, в белой рубашке и черной жилетке. А на рубашке - идентификационная бирка. Андроид, один из многих, взявших на себя низкоквалифицированный труд.

- Эспрессо, двойной, - попросил журналист.

- Капучино и круассан с карамелью, - заказал вице-спикер. - То есть вам это название ничего не говорит?

- Мелочь какая-то, - хмыкнул Тагтгрен. - А что?

- Да, вы правы, действительно мелочь, - сказал Ферфилд. - Только эта мелочь стабильно работает ниже рынка, себе в убыток, уже второй год...

- Ну, значит кто-то отмывает так свои нелегальные доходы, - буркнул журналист.

Официант-андроид подал кофе. Ферфилд взял вилку с ножом и принялся резать круассан.

- Владелец Айтор Ифарра, была основана... уставный капитал на пятьдесят миллионов, приостанавливала деятельность, несколько лет назад стала вновь подавать отчетность, прибыли в минусах... - Тагтгрен уже читал информацию с экрана своего смартфона.

- Где это вы берете такие данные? - спросил Ферфилд.

- У журналистов свои источники, - сухо пояснил Тагтгрен. - Ну и что вам нужно от этой компашки? Владелец из расы тормалей, крупный финансист, инвестор и биржевой игрок. Очевидно, намывает какие-то скрытые от налогов доходы. Обычная практика.

- Вы большой мастер своего дела, Тагтгрен, - ответил невозмутимо Ферфилд, и принялся поедать круассан.

Журналист откинулся на спинку стула и взял крохотную чашечку эспрессо двумя руками.

- Скажите, Ферфилд, вы меня разыгрываете? - спросил он, глядя на политика слегка прищурившись, словно в чем-то подозревая.

- Отнюдь, - вице-спикер все также невозмутимо ел. - Говорю это совершенно искренне. Конечно, вы вольны воспринять мои слова как вам...

- Айтор Ифарра умер восемь лет назад, - сказал Тагтгрен.

Тут уже Ферфилд отложил вилку с ножом и с удивлением взглянул на журналиста.

Галеон федерального флота не был легкой добычей. Но тяжелый крейсер вышел из фантомного состояния в какой-то полусотне километров, прыгнул на фотонном двигателе и протаранил левый борт. Ионные орудия на таких дистанциях бесполезны, а легкие лазеры не способны прокусить шкуру монстра. Они пытались пробить бронированную тушу шрапнелью, но та лишь свистела в бессильной злобе, расчерчивая царапины по матовой краске и разлетаясь рикошетом.

Абордажный модуль прожег внутренний корпус, герметизировал отверстие горячим пластиком, несколько раз замерил давление - с интервалами, проверяя, не нарушена ли герметичность где-то еще - после чего сообщил о безопасном периметре.

Гвардейская рота свою задачу выполнила на отлично - развернули мобильные защитные решетки, выставили два тяжелых пулемета с автоматической системой наведения, заняли позиции, отвели группу прикрытия. А потом шлюз абордажного модуля раскрылся, и темный тоннель, заполненный дымом - выплюнул три кольца зеленого пламени.

Защитную решетку, способную уловить даже пулю калибра 12.7мм - прожгло навылет, оставив в ней ровную круглую дыру диаметром около метра. Один из пулеметов куда-то пропал - от него осталась только тренога. В воздухе пахло свинцом и чем-то жареным, то ли горелой резиной, то ли мясом.

У трюма с ценным грузом оставались трое гвардейцев. Одного убило сразу же, кольцо зеленого пламени выжгло верхнюю часть тела, мгновенно обратив ткани и кости в прах. Второй не выдержал и бросил оружие на пол. Поднял руки.

- Эх ты, ссыкло, - укоризненно сказал ему третий гвардеец.

Из задымленного коридора тяжелой поступью вышел один из участников абордажной команды, закованный в броню темно-серого цвета. Массивные плиты закрывали плечи, под ними цельная литая пластина для защиты грудной клетки. Ниже - огромное количество колец защиты, соединенных между собой каким-то эластичным материалом, чтобы облаченный в экзокостюм воин мог поворачиваться туловищем и хоть как-то наклоняться. Бедра и голени закрывали цельнолитые пластины, в районе коленного сустава соединенные наколенниками и эластичной прослойкой. Голову закрывал шлем с массивным подбородком - там находились воздушные фильтры - и подчеркнуто рифлеными скулами.

В руке воин устало нес свое оружие, опустив дулом в пол - камуфляжной расцветки вытянутая ствольная коробка, с округленными гранями. Одну из сторон венчал ствол длинной около полуметра, диаметром сантиметров пятнадцать - дульный срез светился оранжевой каймой раскаленного металла. Ствол по всей длине был украшен тускло светящимися продольными магнитными направляющими. Снизу у оружия имелось две рукоятки - пистолетная, для стрельбы, и тактическая - под стволом. В приклад загружался коробчатый магазин с батареей, питающей оружие.

Гвардеец поднял винтовку и почувствовал, как предательски дрогнули руки. Чем его бить? Пулей? Пусть даже и разогнанной мощным электромагнитным импульсом...

- Это не твои бумаги, - сказал нападавший, подойдя вплотную. - Они застрахованы, тебе нет нужды умирать за них. Просто открой трюм.

Галеон перевозил облигации Федерального казначейства.

В ресторане гостиницы было пусто. Оно и понятно - не сезон еще, туристы начнут прибывать через пару месяцев. Тем лучше. Советнику по недропользованию Гемму, как и многим другим представителям его расы - тишина и покой были милее шума толпы. В самом деле, вы в какой подземной шахте зектов, уходящей вниз на километры - видели скопления живых существ? Там темнота, подсвеченная лампами проходческих машин, ядовитая метановая атмосфера - спасибо газовым карманам - замкнутое пространство, температура как в духовом шкафу и полная отчужденность от дел мирских.

Гемму не повезло. Порода родителей - потомственных шахтеров - на нем конкретно отдохнула. Зато снабдила даром выстраивать коммуникации, наводить мосты, проникать в чуждую ментальность иных рас. Так молодой зект Гемм повесил на стену подаренную родителями кирку и поступил в Федеральный Университет Внешних Отношений. Был лучшим на параллели. Окончил с отличием. Поступил на службу в Министерство межпланетной геологии - пожалуй, самую главную структуру зектского государства, даже законники не имеют такого влияния, как геологи. Именно зекты консультируют все остальные расы Федерации по вопросам недропользования. На всех уровнях - от межгосударственных, до малого бизнеса. Зекты знают, что копать, как копать и чем копать. Их буровые установки по праву считаются лучшими. От добычи зависит производство сырья, от сырья зависит выпуск конечной продукции - а добыча зависит от зектов. От этих серых, словно обломки руды, мускулистых и лысых далеких потомков сказочных подземных троллей. Или не сказочных? Если вы хоть раз видели живого зекта - вы не станете торопиться с ответом на этот вопрос.

В зале ресторана не стали моделировать общую атмосферу - пошли на встречу клиентам, и установили по индивидуальному куполу на каждое посадочное место. Таким образом, представители всех рас смогли бы одновременно сесть за одним столом и разделить трапезу. И даже зекты не были бы ущемлены.

- Чертовы гелионы, - тихо буркнул под нос советник Гемм, и поманил жестом официанта.

Андроид уловил взгляд клиента, безошибочно считал своими сенсорами с такого внушительного расстояния характерный жест, и засеменил короткими шагами в направлении к столику.

- Чай из лепестков фуур-ла, - принялся диктовать советник Гемм. - Брускетты с аннадской ветчиной. И пожалуй, крем-суп с орехом фетта.

Андроид мгновенно записал в файл заказ и отправил на кухню. Архаика - но клиентам приятнее видеть перед собой хотя бы механического слугу, чем тыкаться в безликие клавиши сенсорных экранов. И тут за стол Гемма сел новый посетитель.

- А мне пива, чего-нибудь мясного, и зубочистки.

- Есть свежайшее филе ямхадского тупорыла, - сообщил андроид.

- Неси, - махнул рукой посетитель. - Только чтобы с кровью!

Киборг послушно кивнул и ушел к стойке, за которой скрывался вход на кухню.

- Советник Гемм, - гость вытянул руку, обнажая запястье с татуировкой в виде черепа.

Гемм молча ответил на рукопожатие. Гемм не любил гелионов. Они жили войной, их стихия - вечная экспансия. Родом с какой-то безвестной планетки где-то в одном из окраинных рукавов Вселенной, называемой то ли Грязью, то ли Почвой - ведомые своей психопатической тягой покорять новые горизонты, они лучше всех освоили перемещение в пространстве. Они научились преодолевать расстояния в сотни и тысячи световых лет. Их общество это жесткая военная диктатура. Хочешь сделать карьеру? У гелионов это возможно только при наличии офицерского звания.

Собственно, поэтому каждый чиновник гелионов - щеголяет мундиром с наградами. Генерал Маколи не исключение. Он и сейчас совмещает участие в экономическом Совете Каллиотского округа - с военной службой в десантных частях. Но надо отдать ему должное. Маколи - не бритоголовый болванчик в фуражке. Маколи стратег. Он видит все возможные шаги и комбинации на сто шагов вперед. Он всегда мыслит на перспективу. В этом они похожи - Маколи тоже оказался куда способнее к дисциплинам, не очень-то и почитаемым в его обществе.

Подали брускетты - ломтики хлеба, чуть пропеченные в масле имма, украшенные тончайшими ломтиками ветчины и присыпанные пряной пыльцой эм-ну. Советник Гемм повязал салфетку, взял одну брускетту и жадно откусил.

- Приятного, советник, - пожелал генерал Маколи. - Как ваши дела? Не донимают ли пираты ваших партнеров?

- К счастью, у пиратов в нашем округе появились заботы поважнее, - ответил советник Гемм, тщательно прожевывая пищу. - Сколько вы уже сбили?

- Пока только четыре фрегата, они засекли наше присутствие, и не торопятся светить основной флот, - ответил генерал. - Но мы словно просеиваем сектор через мелкое сито, система за системой. Рано или поздно наши радары пробьют маскировку их базы. Это вопрос времени.

- Я надеюсь, скоро нашим партнерам не придется беспокоиться об этом, - сказал советник Гемм. - Естественно, ваша доля будет учтена.

- Вы серьезный зект, господин советник, - удовлетворенно кивнул Маколи.

"А ты - конкретный мясник" - подумал советник Гемм, но вслух ничего не сказал. Как бы то ни было - иметь в союзниках гелионов было очень неплохим подспорьем. В этом мире и так хватало опасностей - а гелионы умели сокращать их количество.

Работа обещала быть не пыльной. Хоть и находилась по ту сторону тонкой линии, отделяющей свободу от тюремных решеток. Но вице-адмирал четко дал понять, случись что - с них никто спрашивать не будет. Свои не сдадут.

Гелионский эсминец класса "Тикондерога" дрейфовал у кромки внешнего кольца - их у газового гиганта было аж двадцать восемь. В принципе, район выхода из фантомного состояния им известен, а там тысяча километров больше, тысяча меньше - роли не играет. Даже если грузовоз сможет засечь их - когда сигнал бедствия дойдет до службы планетарной охраны, будет уже поздно. Да, их флот совсем рядом, в полутора миллиардах километров - но прыгать на такую небольшую дистанцию на гиперах, через фантомное состояние, они не станут. А лететь на импульсе - так это около двух часов. Правда, оставалась еще маленькая вероятность, что они скакнут по гравитационному приводу. Вон та огромная матово-черная штука, на дальней орбите у Кеплера - словно кто-то построил готический замок в космосе - разгоняла космические корабли до полутора скоростей света, не задействуя двигатели самих кораблей. Тогда будет больно. Но для этого они должны попасть в фазу, а судя по показаниям лазерного интерферометра, привод пока молчит. Пока его запустят, пока разгонят до рабочих показателей...

Капитан Пек вошел на мостик с двумя стаканами кофе, уселся в кресло, расстегнул ворот кителя. Долгое, муторное ожидание подходило к концу. Данные с логистического терминала им отправили уже после того, как грузовоз прыгнул в фантомное состояние - а это значит, что изменить траекторию и выпрыгнуть в другой точке пространства грузовоз уже не сможет.

- Держи, - капитан вытянулся вперед, наклонившись, и вытянув руку со стаканом.

- О! - сидящий спереди и чуть ниже лейтенант Ланкастер обернулся и расплылся в радостной улыбке. - Спасибо кэп!

- Доложите обстановку, - сказал Пек.

- Тишь да гладь, - ответил Ланкастер. - Джон, ну мы точно должны быть здесь?

- Ланкастер, знаешь почему ты до сих пор лейтенант? - спросил Пек строго. - Потому что ты думаешь. А я - исполняю приказы. Приказ был ждать тяжеловоз здесь. Вот мы здесь и ждем его.

Задачу вице-адмирал Стокли поставил предельно простую - "потрясти" тяжеловоз небольшой частной транспортной компании. Было бы неплохо проиллюстрировать собственникам бизнеса, насколько важно в наше неспокойное время отправлять грузы с боевым сопровождением одной очень надежной гелионской военной компании. Ну а если нет - им достанется груз в качестве утешительного приза.

- Есть гравитационное возмущение пространства! - доложил вахтенный. - Сигнатура объемная, на четыре миллиона! Межпланетный тяжеловоз класса "Меркурий", сэр!

- Большая махина... - заметил лейтенант. - Как четыре десятка наших...

- Не дрейфь, там вооружение чисто воробьев пугать. И чего ты беспокоился? - капитан похлопал лейтенанта по плечу. - Птичка в клетке, теперь никуда не денется.

Лейтенант улыбался, глядя на экран.

- Сэр, у меня проблема! - вдруг доложил вахтенный. - По радару сигнатура два миллиона, по интерферометру четыре!

- Чушь какая-то, - сказал капитан Пек. - Неужели опять на выходе из фантомного состояния антенну радара потянуло? Ну-ка засвети его трехфазной решеткой.

- Он нас увидит, - предупредил лейтенант.

- Ну и что? - презрительно скривил губы капитан Пек. - Свети.

Лейтенант нажал пару кнопок на сенсорном дисплее.

- Кэп, у нас проблема, - доложил он и вывел изображение на центральный дисплей мостика.

- Бля, - коротко сказал капитан Пек.

На весь экран растянулся силуэт, напоминающий каноничную стеклянную бутылку от Кока-колы. У кормы и у носа силуэт расширялся - корму венчала надстройка с широкими "крыльями" орудийных площадок, средняя часть корпуса горбилась из-за пары сотен ракетных шахт, а нос украшал массив из четырех длинных лезвий, по два с каждого борта. Лезвия в свою очередь щетинились иглами антенн и сенсорами. Высеченный рублеными гранями корпус выкрашен в матовую краску, чтобы радарам было тяжелее его засечь.

- Это, пацаны, тяжелый крейсер, - капитан Пек решил исполнить капитана Очевидность.

- Есть электромагнитное возмущение! - доложил вахтенный. - Сэр, он открыл ракетные шахты!

- Сбросить баллон и отступать на прыжок! - капитан Пек уселся в кресле поудобнее, пристегнулся ремнем. - Гиперпространственные двигатели на готовность!

Хлопнула пусковая установка - эсминец уходил, оставив на своем месте надувную копию, призванную обмануть системы наведения. Копия была оснащена простым радаром и какое-то время могла имитировать электромагнитную активность настоящего корабля.

Слева по борту полоснуло облачко лилового пламени, мостик на мгновение осветило насыщенной розовой вспышкой. Тревожно завыла система защиты, сообщая о пробое во внешнем корпусе.

- Ионная пушка, - констатировал лейтенант.

- Не нае...ли, - сделал вывод капитан Пек. - Давай гипердвигатели, и встаем на тапки. Этот пирожок нам не по зубам.

Тагтгрен сам нашел его. Непонятно как. Вечером, по обыкновению работая за компьютером, вице-спикер Ферфилд обнаружил в своем очень личном почтовом ящике короткое письмо. Утро, на том же месте, Таргтгрен. И все. Ничего лишнего. Ферфилд свернул окошко с почтовым ящиком, а когда спустя мгновение развернул чтобы перечитать сообщение - письма от журналиста там уже не было. Остоксы лучше всех умеют добывать тайны. И лучше всех умеют тайны хранить.

Ночь выдалась беспокойной. Вице-спикер ворочался с одного бока на другой. Мысли со скоростью света неслись в голову бесконечным нейтринным потоком. Что мог накопать Тагтгрен? Явно что-то серьезное, он не разменивается по мелочам. Недаром антикоррупционный комитет выделил под него место в программе по защите свидетелей. Но главное - как добытая Тагтгреном информация может соотноситься с расследованием, которое вице-спикер ведет последние месяцы...

Рассвет еще только собирался прогнать звезды с небосвода - а Ферфилд уже подскочил с кровати и отправился в ванную. За десять минут до будильника. Голова слегка шумела из-за принятого ночью снотворного, но это была необходимость, без которой он бы не уснул.

Осень пришла на Джентсин. Край солнца уже появился над горизонтом и резал предрассветные сумерки, а на набережной все еще горели фонари. Он вошел в то же самое кафе, что и в прошлый раз. Тагтгрен радовал точностью - журналист ожидал за тем самым столиком.

- Рад вас видеть, - Ферфилд уселся напротив и заказал кофе с круассаном.

Тагтгрен в знак приветствия коротко кивнул, что-то изучая в своем смартфоне.

- Когда вы приедете в офис, в своем компьютере вы найдете список компаний, - сказал журналист. - Там их много.

- Вы что-то раскопали? - прямо спросил вице-спикер.

- Сорен Айтор Майнинг, - Тагтгрен принялся зачитывать с экрана. - Владелец Айтор Ифарра. Судостроительная верфь Белтца Шиппин, владелец Аньятелла Белтца. Межзвездная логистика Ифарры, владелец Соареа Ифарра. Таможенный брокер Созвездие Сурвей, владелец Сорен Ипарральдеа...

- Хорошо, я вас понял, - нетерпеливо перебил Ферфилд. - Что во всех этих компаниях такого, что привлекло ваше внимание?

- Все эти компании связаны между собой, - ответил Тагтгрен. - Например, Белтца Шиппин строит транспортные корабли. Большие корабли, класса "Меркурий", сигнатурой два миллиона. Сорен Айтор Майнинг добывает руду и всевозможные минералы. На кораблях производства Белтца Шиппин руду, добытую Сорен Айтор Майнинг - возит Межзвездная логистика Ифарры. Обслуживает эти процессы таможенный брокер Созвездие Сурвей. Финансами, учетом и аудитом в этих компаниях занимается еще одна компания... в своем письме я отметил все связи между этими предприятиями, которые мне удалось достоверно подтвердить.

- Так, и что дальше? - спросил Ферфилд.

- Все их собственники мертвы, - ответил журналист.

Официант подал заказ. Тагтгрен взялся за неизменную крохотную чашечку эспрессо.

- Значит, кто-то как стервятник подбирает бизнес умерших? - спросил Ферфилд. - А как же законные наследники?

- Все эти тормали погибли в один день, - Тагтгрен отхлебнул кофе. - Восемь лет назад, в эпизоде, который журналисты окрестили Тахрирской резней. Левиафан одного из боргских домов вышел из фантомного состояния в атмосфере Тахрира и выжег столицу. Погибло по разным оценкам от тридцати до пятидесяти миллионов жителей. Никто не спасся. Поэтому и нет законных наследников.

Круассан остывал. Ферфилд сидел, подперев подбородок кулаком.

- Эти компании управляются через офшорные прокладки, чтобы скрыть настоящего владельца, - продолжил Тагтгрен. - У меня нет возможности залезть в реестры юридических лиц офшорных планет. Но если вас интересует стервятник, подбирающий бизнесы мертвых, то он там будет. Вы есть-то собираетесь? Совсем ведь остынет.

- Что? - переспросил Ферфилд.

Журналист указал на круассан.

- Ах да, спасибо, - вице-спикер взялся за нож.

- Тут эпизод случился презабавнейший, уж не знаю, байка или вправду так все было, - Тагтгрен едва поворачивая голову, боковым зрением посмотрел по сторонам, всем телом подался вперед, понизил голос. - После ограбления федерального галеона в нашем округе все межзвездные перевозчики стали нанимать велидские военные компании, для сопровождения. Фракция гелионов прочухала, что можно поживиться и быстренько замутила свою компанию для аналогичных целей. Было несколько острых ситуаций, антимонопольный комитет... много головняка, но рынок устаканили. Так вот, одна мелкая компания не пользуется услугами ни тех, ни других. И преспокойно возит грузы без конвоев. Гелионы решили исправить эту вопиющую несправедливость, ну вы понимаете - у гелионов свои взгляды на ведение бизнеса. И знаете что у них вышло?

***

В это же время гелионский вице-адмирал Стокли мерил широкими шагами пол своего кабинета в адмиралтействе. Капитан Пек стоял по стойке смирно у стола вице-адмирала. В кожаном кресле для гостей расположился генерал Маколи, закурил сигару. Его присутствие было необходимо - все-таки исполнительный директор военной компании, занимавшейся сопровождением межзвездных коммерческих судов.

- Вы видели корпус нашего эсминца? - говорил Пек, и по всему было очевидно, как тяжело ему скрыть беспокойство. - Это он только один раз по нам попал.

- Капитан, возьмите себя в руки, - одернул его Стокли.

- Извините, сэр, - капитан Пек поднял подбородок. - Виноват.

- Вам еще повезло, что так легко отделались, - заметил Маколи, и затянулся сигарой. - Вы же знаете, что произошло с "Вьюгой-700"?

- Сэр? - капитан Пек повернулся к генералу.

- Тяжелый крейсер, сопровождавший "Меркурий", вышел из фантомного состояния в двадцати километрах от них и врубил фотонные двигатели. Он даже не заметил, что раскатал в блин чей-то эсминец. В облаке обломков нам удалось обнаружить бортовой самописец, - ответил Маколи.

- Тяжелый крейсер сигнатурой два миллиона... - задумчиво произнес вице-адмирал Стокли.

***

- ...на сраные сорок межзвездных линий, - продолжил Тагтгрен.

Ферфилд уже расправился с круассаном и теперь пил кофе.

- И он такой у них отнюдь не один, - подвел к логичному завершению свою мысль журналист. - А знаете, как называется эта компания?

- Добейте меня, Тагтгрен, - попросил вице-спикер.

- Межзвездная логистика Ифарры, - шепотом ответил тот. - Вот и представьте, какой спрут прячется за всей этой схемой.

На Джентсин опустился теплый сентябрьский вечер. Свет приглушили, терраса тонула в ночной тиши. Чуть различимо, на пороге слышимости, играла расслабляющая музыка. Она поднесла к тонким губам бокал с шипящей жидкостью. Вдохнула полной грудью ночной воздух - пахло морем. Небоскреб находился на первой линии, где-то далеко внизу - набережная уже куталась в освещение фонарей, на песок пляжа одна за другой набегали ленивые волны.

Будь она человеком, она была бы необычайно красива. Заостренные черты лица и пристальный, стеклянный взгляд змеиных глаз, тонкий чувствительный язык, периодически облизывающий губы чтобы попробовать на вкус запахи окружающего мира – она не могла похвастать физической силой, так необходимой для борьбы за выживание. Не обладала выносливостью, позволяющей жить глубоко под землей, в ограниченных пространствах, веками не видя неба. Не решала в уме уравнения, описывающие диффузную туманность. Не знала таких понятий как доблесть и честь. В ее мире почти не было места для истинных чувств и эмоций – только холодный, рациональный расчет, возведенный в абсолют.

- Леди Сиенна, - к ней подошел гелион в строгом деловом костюме, при галстуке. - Я бы хотел пригласить вас к началу презентации.

Она улыбнулась и благосклонно кивнула. Приятно, когда исполнительный директор федеральной биржи готов танцевать перед тобой на полусогнутых. Презентацию должны были начать десять минут назад - не начали. Ждали ее. Она это прекрасно понимала, и потому не спеша расправлялась с колючей, алой клешней - местные ракообразные поражают воображение не только размерами, но и вкусом.

Биржевой зал ради сегодняшнего дня переоборудовали под фуршет. Приглашенные лица уже успели разделиться на небольшие группы по интересам, и теперь оживленно общались, когда в зал вошла тонкая фигурка в платье фасона русалкин хвост, с открытой спиной. Белая ткань сливалась с белой кожей, и если бы не декольте - могло показаться, что одежды на вошедшей нет совсем. Вместо волос грива длинных, тончайших белоснежных змеиных хвостов ниже лопаток - для терморегуляции. Холоднокровные или нет - попробуй, разбери их...

Тормалей в Федерации не любили. Способные делать деньги из воздуха, продавать снег зимой - у них даже родной язык был настолько сложен, что имел восемь тонов, и слово из трех слогов могло иметь два десятка абсолютно разных значений. Тормалей проблемы языкознания не волновали - для успешной торговли язык должен передавать как можно больше информации как можно быстрее. Их язык с этим справлялся, а то, что во всей Звездной федерации нет ни одного инородца, владеющего тормалийским на нормальном разговорном уровне - какие мелочи вас беспокоят...

Очевидно, тормали произошли от какого-то змеиного вида. Что было любимым предметом насмешек остальных народов. "Змеям" легко могли посоветовать "свернуть хвост колечком" прямо на улице. Крикнуть что-то типа "ползи отсюда!". Тормали не обращали внимания. Один из принципов жизни их народа гласил - будьте готовы к череде малых и больших унижений для достижения великих результатов. Что же, результаты начинают воплощаться в жизнь - и вот уже презентацию выпуска новых облигаций федеральная биржа не начинает без присутствия одной тормалийской горгоны.

Она выходит в центр зала и слышит, как смолкают разговоры. Чувствует, как взгляды обращаются к ней. Берет со стола бокал шампанского и канапе. Гелион в строгом деловом костюме - исполнительный директор Уоллес - ждет ее слова.

- Начинайте, - она благосклонно кивает, свет гаснет и на стене загорается огромный экран.

Ей это не интересно. Тормалийская горгона пьет шампанское маленькими глотками, смакуя вкус. Закусывает канапе. Она уже знает, какие облигации выпускает на этот раз федеральная биржа. Знает, какие облигации и как будут торговаться. И знает, какие - не будут...

За ее спиной двухметровая широкоплечая фигура. Черный костюм без галстука, ворот белой рубашки небрежно расстегнут. Белая кожа, длинные, прямые, серые словно пепел волосы стянуты в хвост. Велиды - народ воителей. Жизнь велида это путь к смерти. Высшая доблесть - погибнуть, защищая свой дом. Или своего хозяина - после объединения все фракции были вынуждены сократить свои армии, и многие велиды остались без привычной службы. Тяжело найти более лояльных телохранителей. Они сделают все для тебя, если сможешь затронуть правильные струны в их душах.

И Соня. Соня тоже тормалийка. В коротком бежевом коктейльном платье, змеиные хвосты на голове выкрашены в черный цвет - Соня пристально следит за модой, это одна из главных составляющих ее жизни. Платье "русалкин хвост" для сегодняшней презентации подбирала Соня, у хозяйки нет ни времени ни желания ходить по магазинам или листать модные каталоги. Друзья когда-то попросили принять на работу родственницу - таким друзьям не отказывают. Даже тормали. Никакие деньги не стоят спасенной жизни. Поэтому Соня везде сопровождает ее, на правах личной помощницы. Соне можно доверять - тормали не торгуют своими. Они не гелионы.

И когда она приканчивала третье канапе с морепродуктами, сзади снова замаячил исполнительный директор Уоллес. Маячил - подходящее слово, потому что велид своим широкоплечим торсом тщательно прикрывал хозяйку, не давая приблизиться.

- Леди Сиенна! - жалобно простонал гелион.

Она небрежно бросила зубочистку на стол, промакнула салфеткой губы и повернулась.

- Химсфилд, можно.

Велид отошел в сторону.

- Я хотел познакомить вас с моими деловыми партнерами, - Уоллес приглашающим жестом указал в сторону террасы. - Если вы не против.

Она благосклонно кивнула, взяла еще один бокал шампанского и три канапе. Соня семенила сзади, отстукивая пол шпильками, и пытаясь в полумраке биржевого зала что-то высмотреть на экране смартфона. Замыкал процессию велид Химсфилд. Молчаливый, сосредоточенный.

На террасе в креслах расположились два молодых гелиона. Один чуть толстоват, с бородой, русый. Второй брюнет. Оба в костюмах без галстука. У обоих расстегнуты рубахи, на две пуговицы. Сидят, широко расставив ноги. Один подогнул стопу, демонстрируя фирменное клеймо на подошве туфель.

Она остановилась на полпути, прямо посередине террасы. Повернула голову к велиду. Велид напрягся - место слишком открытое, посмотрел по сторонам, прикидывая откуда ждать атаки.

- Химсфилд, я куплю тебе галстук. Хороший, дорогой галстук. Чтобы ты не выглядел как эти...

Концовка фразы окрасилась в плохо скрываемое пренебрежение.

- Есть, мэм, - коротко ответил велид.

- Леди Сиенна, мои партнеры по бизнесу, - представил Уоллес. - Джим Картрайт и Фрэнк Заппа.

Она оглянулась по сторонам - хорошо бы сейчас присесть, а то стоять ноги затекли еще во время презентации. Но кресла рядом не было.

Велид скинул пиджак, вручил Соне. Гелионы с интересом смотрели на его мускулатуру. И на огромную кобуру с пистолетом. Химсфилд тем временем чуть отошел, поднял обеими руками небольшую кушетку, поднёс и опустил перед собравшимися.

- Спасибо, Химсфилд, - Сиенна села на кушетку, вытянула ноги. - Итак?

- Мы представляем инновационную компанию, которая проводит обучение и повышение квалификации для вашего персонала, - начал бородач.

- Для моего? - Сиенна ответила с неподдельным удивлением.

- Для вашего еще нет, но вы как собственник бизнеса понимаете, как важно сейчас быть в русле прогресса, иметь мотивированных сотрудников... - продолжал бородач.

Его партнер тем временем вынул из кармана хронометр на цепочке, посмотрел на циферблат и убрал обратно.

- Простите, а можно ваши визитки? - встряла в разговор Соня.

Сиенна одарила ее недовольным взглядом. Соня побледнела, что на фоне ее черных хвостов-волос выглядело очень контрастно. Тем не менее, бородач и его друг вынули пластиковые черные прямоугольники.

- Сейчас же внесу ваши данные в журнал хозяйки, - Соня одарила мужчин улыбкой и поцокала каблуками куда-то в сторону биржевого зала.

- Итак, - Сиенна выжидательно посмотрела на гелионов.

- Ну вы же понимаете, как важны мотивация и стремление покинуть зону комфорта... - брюнет вступил в разговор. - Вы ведь заинтересованы в прибыли своего дела, не то что сотрудники на зарплате.

- Боюсь, я всего лишь управляющая инвестиционным фондом средней руки, и я тоже получаю зарплату, - она печально улыбнулась.

- Но любой хороший топ-менеджер желает чего-то большего, разве не так? - спросил брюнет.

- Разумеется, - Сиенна снова улыбнулась. Вспомнить бы, как зовут каждого из вас...

- Вы бы хотели открыть свое дело? Оставить тихую гавань, работать только на себя? - продолжал напирать брюнет.

Слева появилась Соня. С перепуганным лицом.

- Леди Сиенна, у вас деловая встреча, вы опаздываете! - произнесла она голосом, оторопевшим от ужаса.

- Какая встреча? - переспросила Сиенна.

- С Сакичи Тойодой! - всплеснула тонкими кистями рук Соня, перевела взгляд на Химсфилда и пристально уставилась ему в глаза неморгающим змеиным взглядом, словно пытаясь загипнотизировать.

Химсфилд энергично закивал.

- Что же, тогда мне нужно уехать, - она поднялась с кушетки. - Джентльмены, была рада знакомству. Ваши контактные данные есть у моего секретаря.

Они сердечно распрощались, и фигура в белом платье "русалкин хвост" покинула террасу в сопровождении своей свиты.

***

Пятиметровый кабриолет цвета слоновой кости катил по ночному проспекту. Набережная тянулась на добрых тридцать километров. Было тепло. Химсфилд сидел за рулем, Соня расположилась на переднем сиденье, повернулась на девяносто градусов, поставила правую ногу ему на бедро и теперь рисовала ногти гелевым карандашом с лазерной лампой для мгновенной сушки.

Сиенна сидела сзади, скинув туфли на шпильке и повернувшись к морю. Дышала солью. В какой-то момент она поймала на себе взгляд Химсфилда в зеркале заднего вида.

- А теперь расскажите мне, - попросила хозяйка. - Что за спектакль вы устроили на презентации?

- Я не при делах, я Соне подыграл, - сразу открестился Химсфилд.

- Вы их туфли видели? - спросила Соня, прорисовывая очередной ноготок.

- Марки Лательер? - спросил Химсфилд.

- Это не настоящий Лательер, у настоящего каблук из полиуретанового соединения, он не стачивается, - пояснила Соня. - А у этого часть каблука стесалась, и видно было, словно из прессованного картона. Потом хронометр этот.

- Карманный? - уточнил Химсфилд.

- Да, - сказала Соня. - Это реплика. Легальная подделка под дорогой бренд. Хозяйке я подарила хронометр культового фэшн-бренда, он без драгоценных металлов, но свои деньги полностью отрабатывает. Леди Сиенна с ним на любой тусовке будет в тренде. А носить реплику позор.

- Так, хорошо, - Сиенна принялась тщательно разглядывать хронометр на своем запястье, с крупным круглым розовым стеклом и тонкими делениями часов и минут. - А дальше?

- Дальше я собрала их визитки и сбросила все данные Эарванду, - ответила Соня, не отвлекаясь от своего педикюра. - Он за пару минут вытащил всю подноготную. Компания с уставным капиталом в семьдесят тысяч. В структуре уставного капитала прописана офисная техника. За этими деловыми партнерами какого-то значительного имущества не числится. Один алименты не платит второй год.

- Бизнесмены... - Сиенна улыбалась, разглядывая подаренный Соней хронометр.

- Соня, ты хоть и дура, - сказал Химсфилд, и тут же поймал на себе недовольный взгляд змеиных глаз. - Но умная!

- И поэтому мы едем в Матцури, - сообщила Сиенна.

- Опять будете сырую рыбу с рисом и водорослями есть... - Химсфилд скривил рот в притворном отвращении.

- И с икрой, - поправила Соня.

Утро выдалось необычайно спокойным. Мраморную плитку усеяли переспелые орехи, от падения с такой высоты они раскалывались, истекали соком и наполняли площадь приятным пряным ароматом. Над площадью, высоко в раскидистых ветвях дерева фетта пели крейцонские птицы. Город уже проснулся - основная масса жителей разъехались по рабочим местам, еще недавно здесь бурлили толпы - а сейчас улицы заметно опустели.

Вице-спикер фракции остоксов Рам Ферфилд занял один из столиков на террасе, под широким навесом, за углом здания - здесь он мог побыть в одиночестве, не привлекая к своей скромной полутораметровой фигуре лишнего внимания. Сегодня он наконец-то получил последние ответы на свои запросы в коммерческие регистры различных миров, и теперь, вооружившись планшетом, собирал информацию воедино.

Едва различимая граница атмосферного купола дрогнула - фигура в бежевой накидке вошла под навес и забралась на сиденье, прямо напротив Ферфилда. Купол позволял отгородить пространство для моделирования более-менее универсальной атмосферы, позволяющей большинству представителей рас Федерации обходиться простейшими дыхательными стимуляторами. За исключением, пожалуй, зектов, тысячелетиями жестокой, но рациональной эволюции приговоренных обитать в метановой атмосфере.

- Привет, Рам, - сухо сказала фигура женским голосом, довольно близким к гелионовскому сопрано.

- Здравствуй, Лис, - ответил Ферфилд.

- Вот, возьми, - фигура вытянула руку, при этом из рукава накидки выбилось облачко аммиачного пара. - Это то, что ты просил.

На стол лег небольшой сверток. Ферфилд протянул руку, развернул. Внутри оказался неожиданно массивный внешний жесткий диск, в противоударном и влагонепроницаемом корпусе - визави Ферфилда очень тщательно позаботилась о сохранности переданной информации.

- Больше меня ни о чем не проси, - сказала Лис. - И вообще забудь о сегодняшнем дне. Если кто-то узнает, что я сливаю эти данные, меня убьют. Надеюсь, ты понимаешь.

Ферфилд едва заметно кивнул, и принялся подсоединять жесткий диск к планшету. Пусть техника и архаична - зато надежна, не то, что все эти модные нейроинтерфейсы, от которых мучаются мигренями, а иногда доходит и до шизофрении...

Лис спрыгнула с высокого стула, семенящей походкой направилась прочь с площади, и вскоре исчезла в каком-то проулке. Ферфилд тем временем уже погрузился в изучение новых данных. Он не видел, да и не мог видеть, как Лис выходит из переулка к широкому проспекту, протянувшемуся у самой кромки темно-зеленого моря. Как чья-то рука легко, словно пушинку, отрывает его давнюю подругу от тротуара и забрасывает в колесоход - черный, четырехколесный шаттл на шесть мест, с массивной, рифленой хромированной мордой и скошенным лобовым стеклом. Как ей зажимают рот не давая отчаянным криком привлечь внимание к происходящему. Как запихивают на сиденье. Как шаттл отъезжает с парковки и набирает скорость - двигаясь к выезду из города.

***

Лис хотела протестовать, но увидела белое, словно высеченное из мрамора скуластое, широкое лицо, поджатое высоким воротом форменной рубашки - и замолчала. Напротив сидел рослый, поджарый велид. На коленях он держал свернутый военный китель, из складок которого недвусмысленно торчало жерло какого-то стрелкового оружия. Комментарии были излишни - они всего лишь исполнители. Самого заказчика она не увидит. И не надо - решение уже принято. Информация, которой она поделилась со своим старым другом - теперь будет стоить ей жизни. Но как они смогли выследить ее? И главное - почему так быстро?

***

Ферфилд просматривал данные с жесткого диска Лис. Надо сказать, что Лис работала в межпланетной юридической компании, занимавшейся регистрацией офшорных предприятий. Это через Лис проходили данные реальных бенефициаров, скрывавшихся за подставными лицами. За эту информацию действительно могут убить...

Ферфилд открыл папку с письмами из коммерческих регистров и теперь сопоставлял данные - названия компаний, их коммерческие связи, и имена настоящих владельцев из списков Лис. И все данные сошлись в одной точке. Какое-то время Ферфилд сидел, молча наблюдая таблицу на экране - в левом столбце компьютер отсортировал имена, в правый же выставил названия компаний, им принадлежащих. Компании были разные, их объединяло разве что два момента. Во-первых, по этим компаниям вице-спикер фракции остоксов в совете Звездной Федерации Рам Ферфилд направлял запросы по регистрам неделю назад. А во-вторых, название управляющей компании, стоящей за сетью казалось бы самостоятельных, обособленных предприятий. Тщательно упрятанное через офшорные фирмы-посредники. И имена владельцев этой управляющей компании. Имя оказалось только одно. Паззл сложился.

Ферфилд посмотрел на хронометр - до заседания расширенной Комиссии по экономическому сотрудничеству оставалось еще шесть стандартных галактических часов. В принципе, не так много, но он предпочтет провести это время в здании Комитета фракции. Как сказала Лис? За эту информацию могут убить. А теперь, со всеми его расследованиями и выводами - в планшете находится настоящий маячок наведения для нейтронной бомбы.

***

Шаттл тем временем въехал на пирс. Велид особо не церемонился - бросил китель на сиденье, теперь уже без всяких стеснений демонстрируя ствол. Махнул оружием, указав на дверь - та загудела приводом и отъехала в сторону. Лис покорно вылезла наружу. Что же, значит все-таки конец?

- Пошли, - коротко приказал сопровождающий.

И она пошла. К самому краю причала. Под дулом оружия. Судя по кителю, он - бывший велидский морпех. Видимо, попал под сокращение - все фракции, вступавшие в Федеральный союз, были обязаны сократить свои военные потенциалы. Найти оставшихся не у дел профессиональных военных, готовых сражаться не за интересы фракции, а за своего хозяина - в действительности не было большой задачей, если вы не стеснены в деньгах.

Сзади скрипнули тормоза. Хлопнула дверца колесохода. Торопливой, семенящей походкой кто-то шел за ними.

- Стоять, - коротко приказал велид. - На колени.

Лис подчинилась. И в этот момент слева подошел остокс в бежевой накидке и сбросил капюшон с ее головы. Посмотрел в лицо.

- Это она, - коротко сообщил сородич велидам и пошел прочь.

Значит, у них есть свой остокс, подумала Лис. Вот почему они вышли на след так быстро - никто не умеет хранить и добывать тайны, лучше остоксов. А велиды просто руки, чтобы делать грязную работу.

- Мак, отойди подальше! - сказал кто-то. - Чтобы не забрызгало.

Она повернула голову влево и краем глаза увидела высокого мускулистого велида, в офицерском кителе. Длинные прямые пепельно-серые волосы собраны в хвост на затылке. В руках велид нес метровый прямоугольный пластиковый кейс, с изрядно истершимися армейскими эмблемами на крышке. Кейс щелкнул замками. Затем хрустнул металл. За спиной раздалось мерное гудение. Лис закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

***

- Господин Ферфилд! - коммуникатор пискнул, показав лицо секретаря Унмара.

- Да, войдите, Унмар, - Ферфилд сидел в своем кабинете, все еще погруженный в планшет.

Несколько месяцев расследований, сотни бессонных ночей, попытки собрать все ниточки воедино - и сегодня, на внеочередном заседании комиссии, он наконец явит коллегам плоды своих трудов.

Секретарь Унмар вошел, плотно запер за собой тяжелую дверь, и направился к столу советника Ферфилда.

- Что-то случилось, Мид? - спросил тот.

- Боюсь что да, господин вице-спикер, - Мид Унмар положил на стол свой планшет.

На экране высветилось изображение. Пирс в старом порту - после банкротства компании "Маринерос Мартинес" все активы были выставлены на торги. Вся коммерческая деятельность оказалась заморожена. Идеальное место - там даже охраны не осталось...

Ферфилд проглотил комок в горле. Обрывки окровавленной бежевой накидки. Обломки аммиачного испарителя - остоксы используют его чтобы всегда иметь при себе родную атмосферу. Верхней половины туловища не было - ее сожгло то, что оставило на бетоне черное пятно нагара, по краям которого - оторванные руки и нижняя половина тела. Края ран обожжены высокой температурой, ткани почернели и свернулись. Стреляли с близкого расстояния, один раз - рассеяние плазмы было минимальным, поэтому и радиус поражения небольшой. Хладнокровно привели в исполнение приговор...

Ферфилд встал и подошел к окну. У остоксов есть потрясающая способность - через физический контакт раскрывать чувства живых существ. Очень многое зависит от практики, а Ферфилд тренировал этот навык очень долго. Он мог считать чувства даже животного - при условии, что оно одомашнено и имеет четко выраженную привязанность к хозяину.

Лис Маннагат. Они учились вместе в университете. Ему уже тогда не нужно было никаких слов, чтобы понять, чтобы прочитать. Он был её первой любовью. Она бы при всем желании не смогла отказать ему - а он своей просьбой перечеркнул ей жизнь.

Рам Ферфилд подошел к столу и вновь посмотрел на фотографию с места экзекуции. Сомнений не было. Боевой финальный гаситель, фирменная хлопушка велидов. Компоновка типа булл-пап, камуфляжной расцветки вытянутая ствольная коробка, с округленными гранями. Ствол длинной около полуметра, диаметром сантиметров пятнадцать, по всей длине украшен продольными магнитными направляющими для заряда плазмы. Снизу у оружия две рукоятки - пистолетная для стрельбы, и тактическая, под стволом. В прикладе коробчатый магазин с батареей, питающей оружие. Коллиматорный прицел закрытого типа с режимом ночного видения, инфракрасная подсветка, инфракрасный прицел - такую систему наведения не разглядеть обычным зрением.

Боевой финальный гаситель работал как ускоритель сгустков низкотемпературной плазмы. Дистанция короткая, всего две сотни велидских шагов, но на этой дистанции эффективность оружия стопроцентная. Этот ствол не оставляет жертве шансов, и потому давно запрещен к применению в военных конфликтах. Но он очень удобен - никаких особых криминалистических следов не оставляет. Отождествить труп с каким-то конкретным образцом оружия не удастся, это физически невозможно. Они очень быстро узнали об утечке информации и решили проблему раз и навсегда.

- Мид, найди мне, кому принадлежит старый порт после банкротства "Маринерос Мартинес", - попросил Ферфилд, и тяжело опустился на свое кресло.

Секретарь подхватил планшет, его пальцы забегали по сенсору.

- Инвестиционный траст "Бэшард инвестментс", - сообщил он. - Зарегистрирован на Каймане-600, уставной капитал...

- Там весь уставной капитал ящик в шкафу, и ворох ничего не значащих бумаг, - вздохнул советник Ферфилд. - Ты же сам знаешь, это офшорная зона. Вся компания - это просто запись в регистре, и банковский счет для отмывания денег.

Разгадка была на поверхности. Ферфилд открыл свою таблицу - ту самую, со списком компаний и одним-единственным именем. В списке предприятий без труда нашелся и "Бэшард инвестментс". И та самая управляющая компания. Паззл сложился. Если таинственный бенефициар пошел на такой радикальный шаг - значит, развязка близко...

За панорамой фасада полыхало алое зарево заката. Зал был огромен – здесь проводили совещания с участием представителей сотен обитаемых миров сектора Арктурус, но в этот вечер лишь несколько фигур расположились за столами у самой сцены. Та самая расширенная комиссия по экономическому сотрудничеству Каллиотского галактического округа. Экстренное заседание объявили за сутки, и к сожалению - не все члены комиссии успели прибыть. Что ж, придется работать с теми, кто есть, подумал Ферфилд. Вице-спикер расы остоксов нетвердой походкой поднялся на сцену и направился к трибуне. Из-под бежевой накидки выбивались клубы аммиачных паров. У трибуны весьма предусмотрительно оставили специальную подставку - чтобы полутораметрового спикера было хорошо видно.

Генерал Маколи наклонился к самому стеклу шлема советника Гемма.

- Как думаете, за каким лядом этот червь выдернул нас всех сюда? – чуть слышно спросил он.

- Думаю, есть значимый повод. Никто лучше этих проныр не умеет находить и обрабатывать информацию, - резонно ответил советник, благоденствовавший за толщей стекла в метановой атмосфере.

Спикер тем временем занял свое место за трибуной, расположился, приготовил ворох каких-то бумаг.

- Дорогие союзники, перед началом моего доклада, я бы хотел провести небольшую реконструкцию, чтобы каждый понял истинную суть тех событий, которые всех нас так тревожат последние месяцы.

Собравшиеся ответили молчанием, что было выражением согласия.

- Как вы знаете, восемь вселенских месяцев назад был ограблен Федеральный Банк в системе М2-ТР, - начал остокс свое повествование.

***

Огромная прозрачная стена. За ней темно-коричневый шар, на поверхности которого расплывается багряное пятно – след мощнейшего взрыва. Огромный левиафан, темного, ржавого цвета - навис над планетой и казался каким-то древним чудовищем из глубин Вселенной, нежели боевым кораблем. Какое-то время защитники крепости еще пытались огрызаться и контратаковать. Впрочем, безуспешно - броню этого монстра пробить так и не удалось. Потом нападавшему надоело, и несколько плотных залпов кинетических пушек утрамбовали остатки крейсеров и линкоров охраны в поверхность планеты.

***

- Спикер Ферфилд, мы всё это прекрасно помним! – сказал со своего места один из участников собрания, высокий статный мужчина с пепельно-серыми волосами. – Пираты разнесли в прах здание банка, разгромили подземное хранилище и выдернули из земли сейф, забрав все наличные средства, задепонированые в банке на тот момент. Да, они отлично поживились, я честно сказать и не припомню, чтобы кому-то еще удавалось вот так выдернуть из земли эквивалент восьмисот триллионов галактических империалов…

Тут говоривший осекся, и красноречиво посмотрел на советника Гемма, из расы зектов, чьи способности добывать из-под земли были известны по всей Вселенной.

- Я бы попросил министра Тиверия не становиться прокурором, - прокашлявшись, парировал советник Гемм. – Ведь если мне не изменяет память, перед тем как добыть из-под земли восемьсот триллионов, напавшие уничтожили орбитальную крепость и флот боевого охранения. Это была блестящая победа. Я бы даже сказал - достойная жемчужина в короне велидов.

В ответ посыпалась нецензурная брань со стороны оппонента.

- Союзники, партнеры, да погодите же вы! – всплеснул руками Ферфилд. – Всё, абсолютно всё, что вы сейчас нагородили, не имеет никакого отношения к реальности!

***

Сейф имел вид барабана, с ребристой поверхностью, диаметром чуть менее тридцати метров. Отлитый из серебристого металла, он тускло поблёскивал в полумраке ангара. Рядом выстроились в одинаковые квадраты примерно полсотни фигур, закованные в темного, ржавого окраса доспехи. Ростом никак не менее двух метров, молчаливые и грозные – они одним только внешним видом вселяли ужас.

Тишину нарушил звук шагов. По стальной палубе решительно шагала фигура в темном облегающем комбинезоне - легкая защита, позволяющая уберечься от простейших кинетических боеприпасов. Весом не более пятидесяти килограмм и ростом чуть больше 175 см, она выглядела хрупкой и тонкой, и казалась совсем уж беззащитной на фоне вооруженных великанов. Тончайшие белые змеиные хвосты, словно волосы украшавшие голову фигуры, стелились по спине, ниже лопаток, словно набрали влаги - видимо, в комбинезоне все-таки было жарко, и возникла необходимость отвести лишнее тепло.

Великаны были молчаливы и неподвижны. Словно это не живые существа, а статуи. Или машины, остановившиеся после выполнения программы. Фигура в комбинезоне остановилась перед строем.

- Забирайте все, - коротко сказала она.

Будь это живые солдаты - по рядам выстроившихся воинов непременно прокатился бы восторженный ропот, одобряющий такое серьезное изменение в контракте. Но эти же оставались также молчаливы и неподвижны. Словно им были чужды любые живые эмоции.

- Забирайте все, - уверенно повторила фигурка. – Они думают, вы пещерные дикари, дорвавшиеся до высоких технологий, и с вами можно торговать за бусы и ракушки. Я сделаю аналитическую выборку по обменным курсам и рыночным ценам, чтобы вы понимали, как безжалостно обдирает вас Федерация.

***

- Сразу после ограбления в системе М2-ТР несколько видных политических деятелей были заключены под стражу по подозрению в соучастии, - продолжил спикер.

- А разве скандалы и интриги не стихия остоксов? – выкрикнул кто-то, не вставая с места.

- Союзники, я вас попрошу… - быстро проговорил вице-спикер Ферфилд.

- А что, похоже! – вторили предыдущему крикуну.

- Да замолчите же! - не выдержав, повысил голос советник Гемм. – Ясно же, что господин Ферфилд хочет донести нам нечто большее, чем почву для взаимных обвинений. Продолжайте, спикер.

Это подействовало. Все знали советника Гемма как персонажа невозмутимого и мрачного, которого невозможно вывести на эмоции. Тем более потрясающим был такой выпад зекта.

- За всеми этими громкими делами совершенно незаметно прошла вот эта новость, - спикер достал из вороха бумаг сложенную вчетверо газету и развернул. – Первая Страховая компания закрыла отчетный период с убытком. Все средства, хранившиеся в Федеральном Банке М2-ТР, были застрахованы именно Первой Страховой. Наступление страхового случая фактически подкосило крупнейшую компанию на рынке.

- Черта с два! – снова последовал выкрик из зала. – С таким денежным потоком компания оправилась бы, не случись та авария на Фариде-5!

- Именно, дорогие партнеры! – воскликнул Ферфилд. – Именно поэтому и случилась авария на Фариде-5!

Орбитальный комплекс Фарида-5 обеспечивал энергией весь планетарный хаб - начиная от добычи и переработки ископаемых, до их складирования и отправки. Возведение одной только первой очереди электростанций потребовало просчитать календарь инвестиций на 50 стандартных галактических лет вперед. А весь проект был достроен совсем недавно – и тут авария на термоядерном хабе орбитальной платформы срывает все сроки проекта, а Первая Страховая покрывает инвесторам убытки согласно договору и объявляет себя банкротом.

- Вы ни в коем случае не должны думать, будто ограбление банка и авария на термоядерном хабе никак не связаны, - продолжил спикер Ферфилд.

- Наши лучшие умы анализировали эту аварию! – воздел в притворном ужасе сухие, словно паучьи конечности, руки представитель общины гларгов. – Или вы хотите сказать, что мы ничего не смыслим в реакторах…

- Я бы не хотел сомневаться в глубине познаний вашего уважаемого рода, профессор Ти’У’н, - сказал спикер. – Но это действительно была диверсия. И судя по всему, готовить ее начали еще до ограбления банка.

- Очень претенциозное заявление, господин вице-спикер, - сказал министр Тиверий.

- И вот тут у нас на сцену выходит компания Сорен Айтор Майнинг, - продолжил Ферфилд. - У добывающих компаний на Фариде-5 начинаются тяжелые дни. В это время никому неизвестная компания начинает демпинговать рынок. У них стабильная выработка и отлаженная логистика. И клиенты Фарида-5 переходят к новым поставщикам, разрывая контракты даже себе в убыток - потому что новые поставщики обеспечивают отпускные цены ниже себестоимости, они давят конкурентов. Дальше из Фарида-5 уходят инвесторы. А все предприятия хаба скупает оптом по банкротству инвестиционный банк "Финансовые решения Изарцу". Фактически, банк Изарцу получил целую планету по цене среднего небоскреба на Джентсине.

- Ну а что поделать, законы бизнеса суровы, - развел руками кто-то из присутствующих.

- Суровы, - согласился вице-спикер. - Но сейчас вы поймете, насколько суровыми они могут быть.

***

Посетителей в тот час не было. В обеденном зале притушили основной свет. Официант только что принес на фарфоровом блюде аппетитные кусочки телятины в соусе. Да, она была плотоядной, и ей это нравилось.

Заостренные черты лица, резкие грани скул и нижней челюсти, длинный тонкий и прямой нос, и пристальный взгляд змеиных глаз. Спереди лицо обрамляли тонкие змеиные хвосты, подрезанные лесенкой, сзади длинные змеиные хвосты были собраны в пучок на макушке, заколоты несколькими деревянными спицами, и плетью опускались на спину под тяжестью собственного веса.

Она наколола на вилку кусочек мяса, поднесла, попробовала раздвоенным змеиным языком - почувствовала запах. Зажмурилась, предвкушая лакомство. Сладко облизнулась. И в тот момент в зале появился совсем карликовый мужчина в бежевой накидке. Он бесцеремонно влез за стол к обладательнице змеиных глаз и на мгновение выключил стимулятор дыхания.

- Все прошло отлично, - прошептал мужчина. – Большую часть облигаций удалось сбыть. Делали через подставные фирмы. Сейчас всю деятельность свернули. Уже вышел релиз с номерами похищенных бумаг.

Она улыбнулась и кивнула.

- Сколько не успели скинуть?

Мужчина назвал цифру.

- Избавься от остатка, - распорядилась Сиенна. - Они не должны выдать нас.

***

Спикер Ферфилд потрясал газетой.

- Семнадцать миллионов привилегированных облигаций! – торжественно сообщил он. – Это баснословная сумма, даже в масштабах межзвездных корпораций!

В конференц-зале висела тяжелая, гнетущая тишина.

- После налёта на федеральный галеон рынок страхования просто рухнул, - продолжил спикер. – Себестоимость перевозок выросла на 30% потому, что теперь ни один груз не уходил из порта без сопровождения боевых кораблей велидов. Часть коммерческих линий была закрыта из-за нерентабельности. Это еще больше ухудшило положение производителей.

- А велиды хорошо заработали на торговых конвоях, - заметил советник Гемм.

- Это неслыханно! – взорвался министр Тиверий. – Как будто кроме нас некому больше оказывать услуги охранения! Генерал Маколи, я вас прошу, скажите уже им!

- Союзники, друзья, прошу вас, еще немного терпения! – взмолился спикер. – Я уже заканчиваю свою реконструкцию.

Он подождал, когда голоса в зале стихнут.

- Советник Гемм отчасти прав, - сказал Ферфилд. - Но заработали не только велиды. Будем объективны, гелионы тоже сняли свою маржу с этой ситуации.

От этих слов генерал Маколи помрачнел.

- Но посреди всего этого шторма, внезапно накрывшего транспортный рынок, была одна компания, которую все эти беды не коснулись, - продолжил вице-спикер.

В зале притихли. Маколи теперь смотрел на Ферфилда исподлобья.

- Одна маленькая, неприметная компания продолжала возить грузы, как ни в чем ни бывало, - сказал Ферфилд. - По старым ценам. Точно также, как в схеме Фарида-5. Отгрызая рынок по маленькому кусочку. Пуская по миру своих наиболее ослабленных конкурентов.

- И что это за компания? - спросил министр Тиверий.

- Межзвездная логистика Ифарры, - ответил Ферфилд. - Они начинали с двадцати межзвездных линий, потом поднялись до сорока, а теперь они держат более трети всех межзвездных грузоперевозок в секторе Арктурус. И монополисты в округе Каллиота.

- А как же пираты? - удивился советник Гемм.

- Вам не придется беспокоиться о пиратах, если вашу маленькую, неприметную компанию с двадцатью транспортными линиями прикрывает собственный боевой флот из тяжелых кораблей, - ответил Ферфилд.

- А откуда у такой маленькой компании мог взяться собственный боевой флот? - задал резонный вопрос министр Тиверий.

- Потому что за спиной у нашей маленькой компании стоит огромная межзвездная корпорация, - сказал вице-спикер. - Сначала эта корпорация прибрала к рукам бизнес давно погибших тормалей, о которых за сроком давности никто и не вспоминал. Потом, пользуясь теми или иными обстоятельствами, эта корпорация начинает давить и поглощать конкурентов. Кстати, вам будет интересно узнать, что стало с облигациями с федерального галеона.

***

Мерцала вспышка. О чем-то спорили эксперты. За городом - фешенебельная урбанизация, застроенная частными особняками. Гольф-клубы, парки, бассейны - здесь жила элита Джентсина. Несомненно, членом этой элиты был и исполнительный директор федеральной джентсинской биржи Уоллес.

Был.

Гостиная залита светом прожекторов. Криминалисты пытаются найти хоть что-то. Понять хотя бы, сколько было убийц. Посреди гостиной, на полу огромное черное пятно гари. Большой удачей для следователей будет, если удастся обнаружить частички, из которых впоследствии получится извлечь ДНК. На лестнице эксперты нашли пиджак и рубашку. Порванные брюки висели на спинке дивана. В остальном в особняке царил образцовый порядок. Следов самого Уоллеса ни в доме, ни во дворе так и не нашли.

***

- Банк Изарцу подписывает договор на поставку облигаций еще до их официального выпуска, - Ферфилд продолжал повествование. - Потом происходит ограбление галеона, который перевозил только что напечатанные облигации. В порту Сен Ама нам удалось найти основную массу этих бумаг, после того как вышел релиз с номерами похищенных облигаций и брокерские конторы стали обнаруживать у себя краденные бумаги.

- Эта финансовая алхимия очень интересна, но хотелось бы по сути, - перебил министр Тиверий.

- Дайте закончить, пожалуйста, - взмолился Ферфилд. - Банк Изарцу по условиям договора получает неустойку по непоставке бумаг. А спустя несколько месяцев один из клиентов, купивших на джентсинской бирже облигации казначейства, решает закрыть счет. Ему выдают бумаги из депозитария, и оказывается, что на его облигациях номера из краденой партии. А пришли эти бумаги из банка "Финансовые решения Изарцу".

- Ну так пусть руководство биржи проведет расследование, - сказал кто-то.

***

- И где это мы так пролохались? - хмуро спросил Химсфилд.

- А главное, кусался, как баба... - причитал молодой рослый велид, прикладывая окровавленную салфетку к руке.

- Не ной, МакМиллан, - попросил третий велид, делая пострадавшему инъекцию.

Перепуганная Соня распечатывала новые салфетки и антисептик. Рядом на журнальном столике лежала армейская аптечка первой помощи. С велидским войсковым клеймом.

Сиенна стояла у панорамного стекла. Трехэтажное здание управляющей компании было построено на утёсе, с видом на океан. На крыше - посадочная площадка для межзвездной яхты. И сама яхта - роскошный катамаран - уже здесь, ждет хозяйку.

- Это моя вина, - решительно сказал остокс. - Я должен был проконтролировать, куда уйдут остатки.

- Неважно, - тихо ответила Сиенна. - Это уже ничего не изменит. Мне осталось сыграть последнюю партию из моего Каприза.

***

- Причем все продажи осуществлялись через подставных юридических лиц, - говорил Ферфилд. - Бумаги реализовывали мелкими партиями, но очень оперативно. Как только вышел релиз - все компании, через которые продавались краденые облигации, ликвидировали. Зачистили следы. Настоящая слаженная операция. И еще одна деталь. Бумаги менялись на гелионские, тормалийские, зектские кредиты – на что угодно, лишь бы отвязать стоимость облигаций от галактического империала. Мы с финансовым отделом проанализировали пропорции, рассчитали средневзвешенную цену продажи облигаций и оказалось, что средний курс продажи был примерно на 9% выгоднее, нежели обналичка бумаг по текущему курсу империала. И это с учетом транзакционных издержек.

- Что вы хотите сказать, Ферфилд? – спросил хмуро министр Тиверий.

- Я хочу сказать, что это отнюдь не рядовые пираты, как могло вам показаться в самом начале, - ответил вице-спикер. - Я хочу, чтобы вы наконец поняли, все эти эпизоды - части единого целого. Кто-то очень долго расставлял костяшки домино, а в какой-то момент просто щелкнул пальцем - и сейчас весь порядок рушится, чтобы в конце явить нам общую картину.

Ферфилд взял паузу, отпил воды из высокого стакана.

- Мы проследили всю цепочку, от краденой облигации в депозитарии биржи, до Сорен Айтор Майнинг, - продолжил вице-спикер. - Мы обнаружили, как кто-то прибрал к рукам компании давно погибших бизнесменов. Как завалили Первую Страховую. Как демпинговали рынок, разоряя конкурентов.

Тут он внезапно замолк. В зале воцарилась тишина. Некоторое время спикер молчал, собираясь с мыслями.

- Естественно, это делалось через легальные компании, которые принадлежали другим компаниям, и в конце все упиралось в офшоры, - сказал Ферфилд, собравшись с силами. - И сегодня утром мне наконец стало известно имя истинного бенефициара. Вся эта паутина завязана на управляющую компанию и банк Изарцу. Владелец банка является автором всей этой экономической, и, не побоюсь сказать, финансовой стратегии. Это он расставлял костяшки домино, он запускал весь этот процесс...

Ферфилд снова умолк. В зале воцарилась тишина.

- Леди и джентльмены, я имею честь представить вам основателя корпорации Изарцу.

Вице-спикер снова взялся за стакан с водой. На сцене позади него в воздухе спроецировалось изображение тормалийской горгоны.

- Да говорите уже, черт вас забери! - генерал Маколи длинно и цветисто выругался.

- Сиенна Изарцу! – торжественно объявил спикер Ферфилд.

В зале повисла гробовая тишина.

- Но зачем? – растерянно спросил профессор Тти’У’н.

- Она скупает активы по дешевке, - догадался министр Тиверий. – Всё поставила на падение галактического империала. Четыре вселенских месяца назад за 1 тормалийский кредит давали 0,42 империала, а теперь эта пара котируется один к полутора.

- Она столкнула экономику под откос, и теперь на падении скупает банкротов. Даже если экономика всей Федерации ляжет в руины, Сиенна Изарцу загребёт триллиарды, - прошептал советник Гемм.

- Её нужно остановить! – министр Тиверий вскочил со своего места. – Я возглавлю операцию!

- Вам понадобится поддержка, министр, - сообщил генерал Маколи. - Я могу дать солдат, поверьте, это будет не лишним.

- Сначала ее придется разыскать, - подсказал профессор Тти’У’н. - Я предлагаю сосредоточить силы на координации действий и выработке плана…

- Ферфилд, только ваша раса со своей природной тягой к информации и секретам сможет отыскать Сиенну Изарцу, - сказал министр Тиверий. – Я обеспечу всю необходимую огневую поддержку. Вы разыщете ее, и сможете остановить эту адову финансовую колесницу. Давайте сделаем это, пока не произошло страшное.

- Друзья, партнеры, сподвижники…

Голос лился откуда-то сверху, отдаваясь от стен эхом. Из сферы, оберегавшей хрупкое нематериальное существо от контактов с физическим миром. Губернатор Сет из расы мирунов, молчавший все это время, наконец, взял слово.

- Вы упустили самое главное. Боюсь, страшное происходит уже сейчас.

В воздухе зажглось трехмерное изображение.

- Банк Изарцу на данный момент является агрегатором ликвидности с двух десятков торговых площадок в секторе Арктурус. Его нельзя просто так взять и отключить от торгов. Это спровоцирует падение рынка. Одновременно с этим именно банк Изарцу будет ее финальным оружием. Через два стандартных галактических часа выходит релиз об изменении числа занятых на предприятиях промышленной Гильдии Федерации, - сообщил губернатор Сет. – Это важная макроэкономическая статистика, которая закладывает циклы деловой активности. Я думаю, она нанесет главный удар именно теперь.

Зазвонил смартфон. Вице-спикер Ферфилд бросился бежать, путаясь в складках своей мантии, спрыгнул с края сцены, подскочил к столу и выдернул из-под стопки документов плоский прямоугольник. Звонил секретарь Унмар, значит что-то важное. За действиями спикера следили, затаив дыхание. Внезапно Ферфилд побледнел – ну, насколько это вообще возможно с его цветом кожи – и мягко опустился на пол, выронил телефон из рук.

- Спикер, что с вами? – прошептал советник Гемм.

- Час назад банк Альхаферия открыл одному из дочерних предприятий корпорации Изарцу кредитную линию, под залог акций выкупленных предприятий, - прошептал спикер.

Спрятанное - логичнее всего искать на самом видном месте. Так рассуждал вице-спикер Ферфилд, и не был далек от истины. Поиски в реестре юридических лиц вывели за город, почти восемьдесят километров на север. Зеленая зона, застроенная урбанизациями с элитной недвижимостью. Неприметное среди окружающей роскоши простенькое трехэтажное здание на краю скалистого утеса, а внизу бьется о скалы бушующее море. Родная планета тормалей, Тахрир Шангри, почти полностью покрыта океаном, поэтому тормали не живут там, где нет моря. Море это память о доме.

Офисное здание, в котором невозможно снять офис. Здесь на первом этаже прописаны несколько небольших фирм, в том числе и какая-то консалтинговая компания - видимо, для отвода глаз. Только название у консалтинговой компании странное - "Темный край". Темным краем называют неизведанную часть Вселенной, которой еще не достигали корабли Федерации.

***

Сиенна толкнула дверь офиса "Темного края". Большой зал для презентаций сейчас был заставлен картонными коробками. Компания явно готовилась сворачиваться. Перед столом стояли Химсфилд и МакМиллан, просматривали какие-то строительные синьки на экране ноутбука.

- Если что, то по тоннелю коммуникаций, - говорил Химсфилд.

МакМиллан согласно кивал.

- Как у нас все движется? - спросила Сиенна.

- О'Бэннон на позиции, - доложил Химсфилд. - Подступы под контролем. Мы с Маком сейчас расставляем людей внутри периметра.

- Хорошо, - сказала Сиенна.

Химсфилд отошел к стене, открыл крышку стального контейнера. Внутри, на пластиковом ложементе, покоилось пять тех самых стволов - "финальных гасителей" велидов. Место шестого ствола пустовало. Химсфилд вынул одну пушку и бросил МакМиллану - тот легко поймал оружие - вторую забрал себе.

- Люблю запах низкотемпературной плазмы по вечерам, - попытался сострить МакМиллан.

Химсфилд что-то нажал - зажглись синим светом магнитные направляющие на стволе, мерным гудением оружие сообщило, что заряжено и готово стрелять.

- Ну мы пошли, - сообщил он.

- Просто дайте мне немного времени, - попросила Сиенна.

Химсфилд положил ствол на плечо и козырнул, поднеся два пальца к виску. Сиенна не ответила. Пересекла зал и открыла дверь. За ней - небольшой кабинет. Стол, пара кресел, у стены - упакованные в плоские коробы картины, репродукции шедевров ушедших веков. Глиняный кувшин, узкий и высокий, в сущности ничего особенного - традиционная утварь из ее родного мира, там в маленьких деревнях до сих пор вот в таких воду носят. Рядом в одном из кресел сидит мужчина. Брюнет. Черные волосы, светлая кожа. Черная облегающая футболка из эластичного материала. Тонкие, мерцающие нити тянутся от запястья к локтю. Мужчина неторопливо заворачивает в пупырчатую пленку другой кувшин - необычайно яркий, весь в каких-то древних фресках, в желтых и синих тонах. Она встала у него за спиной и некоторое время наблюдала.

- Стивен, нам нужно уходить, - сказала Сиенна.

Мужчина заклеил пленку, поставил кувшин на стол и оглядел оставшиеся культурные артефакты.

- Я почти закончил, - сообщил он спокойным, ровным тоном.

- Я хочу попросить тебя о помощи, - произнесла Сиенна.

- Ты можешь ни о чем не беспокоиться, - сказал Стивен все тем же ровным, сухим, безэмоциональным тоном. - Я не позволю причинить тебе вред.

- Я беспокоюсь не за себя, а за своих слуг, - уточнила Сиенна.

Стивен повернулся и внимательно посмотрел на девушку, словно изучая, какие перемены в ней могли произойти.

- Раньше ты не беспокоилась за своих близких, - заметил он.

- Они не близкие, они просто рядом, - пояснила Сиенна. - Это разные вещи. Близких у меня нет.

- Хорошо, - ответил Стивен. - Я сделаю все, что смогу.

Сиенна положила ладошку ему на плечо. Мужчина посмотрел на нее, их взгляды встретились.

- Спасибо, - девушка улыбнулась.

***

Сначала прибыли полицейские. Несколько машин и броневик со спецназом. Перекрыли улицу и стали кричать в громкоговоритель. Что-то о необходимости выходить без оружия и с поднятыми руками. Что именно - разобрать не представлялось возможным. Прибор искажал голос, булькал и хрипел так, что закрытые стекла не спасали. Сиенна дотронулась до небольшой хромированной дуги, протянувшейся от ушной раковины к щеке.

- Сделайте с ним что-нибудь, невозможно работать.

О'Бэннон отыскал среди полицейских фигуру с громкоговорителем, померил расстояние, внес поправки, поймал в прицел рупор и мягко, плавно нажал на спуск. Рупор брызнул осколками и кровью. На некоторое время в квартале воцарилась тишина. Доставать второй рупор полицейские не решились.

Потом появились войска гелионов.

Первый бронетранспортер проломил ворота и тотчас вспыхнул, словно свеча. Ровно на том месте, где О'Бэннон заблаговременно расположил два противотанковых фугаса. Сам О'Бэннон расположился на преобладающей высоте, с винтовкой двухкилометровой дальности. От маскировочного костюма было нестерпимо жарко, дышать из-за маски было не комфортно - но зато этот костюм прятал тепло тела, делая снайпера практически невидимым для тепловизоров. А нестерпимую жару можно и перетерпеть - чай, сержант велидской морской пехоты не сахарная леди.

Второй бронетранспортер проломил стену и въехал во двор матового, антрацитового трехэтажного куба. В прицел О'Бэннон видел, как шестнадцать фигур в форме высаживаются из бронетранспортера и цепочкой двигаются к зданию. Даже подстрелил пару. Потом МакМиллан доложил о приближении восьми целей. По курсу семь ноль девять. С моря. Министр Тиверий сдержал слово - к месту операции по захвату приближались восемь боевых вертолетов. О'Бэннон прикрыл стекла прицела винтовки колпачками - чтобы не засветили его позицию бликами. Взялся за ремешок, подтянул к себе рейлган - в принципе, изделие нехитрое, выглядит почти как обычная дальнобойная винтовка. Пластиковое цевье, приклад, коробчатый магазин. Вот только ствол с необычайно толстыми стенками, и по бокам все те же магнитные направляющие - рейлган стрелял титановыми стержнями, но разгонял заряд до трех километров в секунду.

Звено двигалось над океаном, когда первый вертолет вдруг брызнул искрами и объятый пламенем, камнем рухнул в воду. Второй вертолет пошел на маневр уклонения, и тоже вспыхнул.

- Заметили? А потеплело-то как! - сказал по рации МакМиллан.

Сиенна встала из-за стола, повернулась. У входа в кабинет словно антикварная статуя, замерла фигура. Выше двух метров, словно собранная из толстых, ржавых пластин. Безмолвная.

- Нужно заканчивать с незваными гостями, - сказала девушка. - Время подходит.

Восприняв ее слова, громада повернулась и вышла из комнаты.

***

Когда внутри периметра противник закончился, МакМиллан пробежал вдоль стены к пролому, через который въехал бронетранспортер. Прикрепил на стену у самого края эхолокатор с дисплеем высокого разрешения.

С той стороны улицы, у полицейских машин кто-то снова взял громкоговоритель.

- Сиенна Изарцу, вы арестованы! Выходите с поднятыми руками! В ваших интересах сдаться добровольно и рассчитывать на снисхождение...

МакМиллан прикинул дистанцию, поставил на дисплее маркер, высунул дуло в пролом. Коротко хлопнул электромагнитный ускоритель. Из дула вырвалось кольцо зеленого пламени. Громкоговоритель замолчал. На той стороне улицы, за полицейской машиной, стояли ноги в форменных брюках.

- Достали уже, - МакМиллан тихо выругался. - Дайте моей хозяйке мне на зарплату заработать!

***

В штабном внедорожнике гелионов генерал Маколи и министр Тиверий руководили операцией. Вице-спикер Ферфилд ждал своего часа - он будет допрашивать арестованную Сиенну Изарцу. Ему придется выяснять, что еще осталось в ее планах. И как все это остановить.

- У них там что, армия велидов на подхвате? - спросил генерал Маколи, недовольно глядя на министра Тиверия.

- Похоже на то, - согласился тот. - Признаю, стволы точно наши.

Мелькнул квант света, и что-то неуловимо изменилось в обстановке боя. Мимо штабной машины побежали полицейские. Прочь, не глядя, с криками.

- Что там происходит? - вице-спикер Ферфилд взялся за дверцу, отворил.

- Сидеть в машине! - рявкнул генерал Маколи.

И в этот момент грянул взрыв, бронированный внедорожник подбросило вверх метра на два.

***

Произошедшее Ферфилд помнил смутно. Видел два десятка гуманоидных фигур, ростом по два с половиной метра. В ржавых доспехах. Тишина повисла над улицей, больше никто не стрелял. Или это его оглушило. Дверца была распахнута, сам вице-спикер лежал, распластавшись на ней. Самого внедорожника он не видел. Чья-то рука в стальном доспехе взяла Ферфилда за шкирку, чуть тряхнула, бесцеремонно подняла и поволокла куда-то.

Он очнулся на теплом, темном паркете. Видимо, пол был с подогревом, тормали крайне теплолюбивые существа. Над ним хлопотала тормалийская горгона в бежевом спортивном костюме, со змеиными хвостами, выкрашенными в иссиня-черный цвет. Рядом сидел велид, видимо офицер. На руках держал какой-то медицинский прибор.

- Жить будет, - вынес вердикт велид.

- Воды, - как-то против своей воли прохрипел вице-спикер.

- О, сушнячок попер, - сказал велид. - Дайте воды ему. На поправку двинул.

Кто-то поднял вице-спикера под руки и усадил в кресло. Подали стакан с водой. Ферфилд пил и осматривался.

Вот они, основные действующие лица последнего акта трагедии. Двое велидов пакуют в контейнеры свое смертоносное оружие. Третий стоит у него за спиной, для подстраховки - Ферфилд не видит, но отчетливо представляет, как в спинку кресла упирается дуло пистолета. Тормалийская горгона в бежевом спортивном костюме катит через весь зал два огромных дорожных чемодана - к панорамному стеклу, там выход на террасу. Чуть слева журнальный столик, на нем два ноутбука и проектор. В воздухе висит объемная картинка с биржевыми графиками, четыре столбика цифр - котировки на покупку и продажу, и объемы. А прямо по центру - стройная фигурка в длинном светло-голубом платье. В ярком свете ламп переливаются перламутром тончайшие чешуйки ее нежной белой кожи. Тонкие змеиные хвосты гривой падают на спину, доставая до лопаток.

- Так вот как выглядят мародеры, - нетвердо произнес Ферфилд.

Стоящий позади велид сделал шаг вперед и съездил ему по челюсти.

- О'Бэннон, не надо, - сказала фигура в длинном светло-голубом платье.

- Извините, мэм, - велиду явно стало неловко. - Виноват.

- Химсфилд, вы можете идти, - сказала фигура. - Готовьте яхту к старту, время убегает. Я закончу здесь и присоединюсь к вам. Всего лишь пять минут.

Велидский офицер подошел и протянул ей рукояткой вперед огромный черный пистолет. Фигура улыбнулась и отрицательно покачала головой.

- Не надо, он не опасен.

- Я бы этого пи....юка мелкого пришил сразу, - сказал второй велид, закрывающий контейнер с оружием.

- Это лишнее, - сказала фигура, улыбнулась. - Он так долго искал встречи со мной. Вот и настал тот час, когда я исполняю желания.

- А можно мне тогда крейсер "Заря", в масштабе 1:350, на воздушной подушке, с дистанционным управлением? - спросил велид. - Ну, раз вы желания исполняете.

- МакМиллан, потеряйся на выполнении задачи! - рявкнул офицер.

Велид тихо неразборчиво выругался, взял за ручки два контейнера и потащил к выходу на террасу.

- Ну мы ждем, - офицер убрал пистолет в кобуру. - О'Бэннон, отходим!

Велид, стоявший за спиной Ферфилда, взял с пола дальнобойную снайперскую винтовку, сделал пару шагов, повернулся и уткнул ствол в живот вице-спикера.

- Сойдешь с кресла, я тебе сквозь крышу башку снесу, - предупредил снайпер.

Они остались вдвоем. Тормалийская горгона пристально смотрела на него, словно изучая. Ферфилду от затянувшейся паузы стало не по себе.

- Обираешь покойников, - сказал наконец вице-спикер. - Построила целую империю на чужой трагедии. Думаешь, это принесет тебе счастье?

Горгона улыбнулась.

- Ты хоть знаешь, кто я?

- Да, - твердо ответил Ферфилд.

По опыту было понятно, эта деловая леди даже партнеров пускает под нож без колебаний, что уж говорить о нем, вскрывшем всю гениальную схему. Наверное, оттуда и храбрость взялась, из осознания, что терять уже нечего.

- Ты вообразила себе, будто ты финансовый гений, акула бизнеса. Но это не так. Ты всего лишь стервятник, падальщица... - продолжал Ферфилд.

- Меня зовут Сиенна Соареа Айтор Изарцу Ифарра, - твердо проговорила горгона.

Вице-спикер осекся. Сказанное прозвучало раскатом грома. И тогда неприятная догадка ледяной змеей шевельнулась где-то внутри. Она молчала. Ждала ответа.

- Вы же даете своим детям двойные фамилии, по отцу и по матери, - проговорил Ферфилд потрясенно. - Соареа Изарцу была основательницей инвестиционного банка Изарцу. Она вышла замуж и взяла фамилию супруга, Ифарра. Ты спряталась под девичьей фамилией матери, вот почему мы не нашли законных наследников.

Сиенна Ифарра смотрела на него сверху вниз, скрестив руки на груди. Холодный, змеиный, торжествующий взгляд победительницы, прошедшей через многие унижения ради сегодняшнего вечера.

- Зачем? – спросил Ферфилд. – Зачем все это?

Ифарра не сказала ни слова. Горгона подошла, мягко опустилась на колени и вложила свою ладонь в руки вице-спикера. Конечно, она знала о способности остоксов считывать эмоции и переживания других живых существ при личном контакте. И теперь она хотела показать спикеру что-то очень важное. Ферфилд зажмурился, словно почувствовал сильнейшую боль. Что-то острое укололо сердце. На мгновение он увидел пылающий город. Остовы высотных зданий. Огромный, ржаво-черный левиафан боргов - межгалактическая машина геноцида, от которой нет спасения… паника, отчаянье, смерть…

Сиенна Ифарра выдохнула и вызволила ладонь из его рук. Ферфилд тяжело дышал. Глаза слезились, будто он и вправду мгновение назад стоял среди пылающего города, дыша густым едким дымом.

Она поднялась, отошла к столу и взяла огромный изогнутый нож - таким кололи орех фетта, чтобы извлечь драгоценную сердцевину. Взяла бутылку игристого, ловко поддела лезвием пробку - бутылка хлопнула, и шипящая жидкость полилась в бокал.

- Флот Федерации был всего в трехстах миллионах километров, но так и не пришел на помощь, - дрожащим голосом пояснила Ифарра, и принялась пить мелкими глоточками.

- Но ведь все эти граждане Федерации, они не виноваты, они не заслужили… - начал, было, Ферфилд.

- А я? Я заслужила?! – воскликнула Ифарра. – Я тебя спрашиваю, я заслужила все это? Я потеряла всё! Мои родные, мои близкие, мои друзья... мой дом... всё осталось там, в руинах!

Голос Ифарры отдался звоном где-то под потолком.

- Но это тоже несправедливо, это не выход, пойми, - попытался образумить ее Ферфилд.

Она вышла на середину комнаты, и вице-спикер увидел, как в свете ламп змеиные глаза блестят от влаги.

- Да что ты можешь знать об этом? - прошептала Ифарра, и чуть слышно всхлипнула.

Спроецированное изображение моргнуло и сменило цвет с синего на красный. На первом плане появились часы - система вела последний отсчет.

- Как тебя остановить? - спросил Ферфилд с надеждой в голосе. - Проси что угодно. Я не самый последний политик в моей фракции, клянусь, я исполню все, что в наших силах...

- Вернешь мне мою семью? - севшим голосом спросила Ифарра. - В этой Вселенной не осталось ни одного живого существа, которое смогло бы теперь остановить меня.

Таймер бесстрастно отщелкивал последние секунды. Ифарра повернулась к проекции и принялась листать биржевые графики. Только сейчас Ферфилд заметил на столе возле ноутбуков простую распечатку с несколькими цифрами - этого следовало ожидать. Релиз с макроэкономическими данными оказался на руках у Ифарры еще до официальной публикации.

- Зачем тебе столько денег? – спросил Ферфилд.

Она неожиданно рассмеялась – звонко, словно весенняя капель.

- Мне не нужны деньги, - пропела Ифарра, но тут же ее голос снова сел, словно навалилась тяжелым камнем на грудь усталость. – Мне нужен покой…

- Остановись! – Ферфилд вскочил на ноги, но в этот момент она провела тонким пальчиком по проекции таблицы из четырех колонок, в самом левом столбике, с объемами на бидах.

И тотчас на экране нарисовалась длинная черная свеча, а лента новостей запестрела заголовками: статистика хуже ожиданий, рынки в панике, акции топ-10 потеряли вдвое...

Ифарра не торопясь закрыла один за другим оба ноутбука, положила в сумку, затем сверху пристроила миниатюрный проектор. Оглядела комнату, словно желая убедиться, что ничего не забыла. Встретилась взглядом с вице-спикером Ферфилдом. Остокс молчал. Ифарра повесила сумку на плечо и пошла к выходу на террасу. Где-то над головой уже гудела термоядерная силовая установка - межзвездная яхта готовилась к взлету.

С тех пор прошло два года. "Финансовый шторм Ифарры", как окрестили его журналисты, девальвировал федеральную валюту на 37%. Вскрылся самый главный секрет экономического роста, длившегося последние полвека, а с ним и причина кризиса - население федерации слишком долго жило в кредит. Когда Ифарра стала убивать предприятия одно за другим - диверсиями ли, конкуренцией - не важно, выросла безработица. Начались проблемы с выплатами по кредитам. Одновременно с этим стало сокращаться потребление - главный и единственный настоящий драйвер роста любой экономики. Увидев снижение спроса, производители перестали инвестировать в расширение производства и обновление основных фондов. Наряду с неплатежами по потребительским кредитам, банки столкнулись с другой проблемой - бизнес перестал брать кредиты на развитие. Денежное обращение, столь необходимое в кровеносной системе экономики, стало прерываться. Сокращение спроса больно ударило по всей цепочке, от продавцов до производителей. Компании банкротились, персонал оказывался на улице - и вспыхивал новый очаг неплатежей по кредитам. Каждый следующий виток спирали был еще шире, захватывал новые и новые сектора экономики.

Ифарра ударила в самое слабое место, а потом выжидала момента, когда можно будет сделать контрольный выстрел. И хотя в наступившем глобальном кризисе многоголосый хор журналистов и политиков винил именно ее - вице-спикер Ферфилд понимал, кто виновен на самом деле.

Политики, которые заложили основы экономического кризиса - никогда не признают своей вины. В экономический кризис легко войти, туда ведет алчность, жажда власти и денег. А из кризиса способны вывести только жесткая политическая воля и готовность идти на жертвы. Те, кто привел экономику к кризису, будут до последнего сопротивляться, цепляться за свои кресла. Такова наша психика.

А что Ифарра? Она просто хорошо училась в школе. Два года Ферфилд изучал цивилизацию тормалей. Постигал язык, обычаи. Поражался тому, как мало известно о змеиной расе на самом деле. Но один нюанс позволил понять очень многое.

Тормали - долгожители. Почти у всех рас Федерации совершеннолетие начинается после окончания полового созревания, за исключением расы мирунов - они лишены биологической оболочки и очень легко воспринимают информацию, у них полная дееспособность наступает почти сразу, с рождением. А у тормалей половое созревание длится дольше, проходит более плавно, не так ярко выражается в моменте, и ребенком считается особь до наступления двадцати девяти лет. И если перевести возраст тормалей в близкий нам эквивалент - на момент Тахрирской резни Ифарра была школьницей-подростком.

Система образования тормалей устроена таким образом, что сразу после детского сада ребенок проходит комплексные тесты на интеллект и различные способности. Глубокий психологический срез личности, включающий способности, склонности, акцентуации, таланты. Эти черты определят профиль, по которому ребенок будет обучаться всю оставшуюся жизнь. Ифарра наверняка проявила способности к экономике и финансам. Ее школа - была эквивалентом нашей магистратуры. Ее не учили, как правильно пережить боль утраты, как справиться с тяжелым горем, найти хоть какой-то смысл в жизни и идти дальше. Ее учили экономической теории, финансам, коммерческой деятельности, ценным бумагам, рынкам...

И когда девочка подросла - она не придумала ничего лучше, чем взять экономику Федерации за ноги и шваркнуть о стену.

***

Вице-спикер Ферфилд взял отпуск на полгода. Собрал небольшой чемодан с вещами и купил билет в самый дальний угол Каллиотты, в одну из планетарных систем на окраине галактики. Добираться пришлось с несколькими пересадками, и вот теперь он почти достиг своего пункта назначения.

Лайнер заходил в верхние слои атмосферы, когда Ферфилд читал последние новости с финансовых рынков. Монетарные власти Федерации каждый месяц отчитывались о мерах по смягчению финансовой политики и насыщению рынка ликвидностью - но сквозь эти победные реляции Ферфилд чувствовал фальшь, настолько все эти меры были припаркой для мертвого. Рост ликвидности инфлирует активы, чтобы задавить инфляцию монетарные власти вынуждены повышать ставку рефинансирования, повышение ставки делает деньги дороже для бизнеса, потому, чтобы стимулировать рост, на рынок снова вбрасывается ворох бумаги через передаточное число в виде облигаций Казначейства - и все повторяется. Вице-спикер Ферфилд позволил себе слегка улыбнуться, если повезет - именно здесь он найдет того, кто также глубоко понимает всю картину происходящего, с кем можно будет вдоволь посмеяться над неумелыми действиями нынешнего состава финансового блока Федерации. Но больше всего он переживал из-за купленного подарка. Все-таки совершеннолетие важная дата в жизни любой девушки...

***

Океан. Огромный, безбрежный океан - не охватить взглядом. Такой синий, что понимаешь - ты столько воды одновременно не видел прежде никогда в жизни. Он стоял на краю скалы, потрясенно глядя на гладкую, словно отполированное стекло, поверхность. А вокруг были тишина и безмятежность. Здесь впервые в жизни беспорядочный хаос мыслей вдруг сам собой встал по местам. Гнетущее все это время чувство вины за смерть Лис куда-то постепенно уходило. Огромный, кажущийся безбрежным, океан - забирал боль. Забирал ненависть. Освобождал место в душе для чего-то более ценного.

С маяка открывался поразительной красоты вид. Прямо впереди, насколько хватит взгляда, темно-синее море, слева и чуть позади - мыс, украшенный высокими лиственными деревьями, а чуть дальше, за горизонтом, в небе – огромный шар голубого гиганта. Он смотрел на море, слушал журчанье горного ручья в ложбинке, и думал.

- Как ты нашел меня?

Она несла тонкий вытянутый кувшин на левом плече, слегка придерживая за ручку. Змеиные хвосты были собраны на макушке в высокий пучок. А дополнял образ венок из полевых цветов.

- Ты сказала, что тебе нужен покой. Я подумал, а где может быть спокойнее? – ответил Ферфилд.

Ифарра рассмеялась. Внезапно, звонко, словно весенняя капель.

- Я только одного не могу до сих пор понять, - продолжал Ферфилд. – Как ты смогла заполучить поддержку боргов?

- Каких боргов? - Ифарра тщательно изображала непонимание, но Ферфилд безошибочно угадал ложь. Впервые за все время знакомства с ней.

- Твоя яхта ушла в фантомное состояние прямо из атмосферы, - сказал вице-спикер. - Наши корабли на такое не способны, поэтому прыгают только из безвоздушного пространства. Это технологии боргов. Кстати, я оценил тонкую иронию с консалтинговой фирмой "Темный край".

У Ифарры заалели щеки. Видеть смущенную тормалийскую горгону Ферфилду прежде не доводилось.

- Пусть это будет мой маленький секрет, - Ифарра справилась с собой, игриво подмигнула. – Идем, главным блюдом на сегодняшний ужин у нас будет птица по-мерленски…

Ферфилд замер в нерешительности. В ложбинке между двумя мысами, метрах в семистах от песчаного пляжа - спрятался двухэтажный дом. Видимо, еще не все работы были закончены - там и тут лежал какой-то мусор, мешки, инкубатор со строительным раствором грел подрастающую свежую массу, чуть поодаль несколько матовых темных плит, терраса была огорожена предупреждающей лентой.

Под навесом находилась сложенная из гладко обтесанного камня печь, за ней скамья. Возле печи, голый по пояс, стоит молодой велид - тот самый, который предлагал сразу пришить этого... этого карлика - в армейских брюках, с голым торсом и венком из полевых цветов на голове. Изображает какую-то полезную деятельность, а сам ест сырую сардельку. Чуть поодаль от печи стоит деревянный стол - он заставлен различными тарелками, плоскими, но большого диаметра; на одной тонкие ломтики сырой рыбы, на другой кубиками нарезаны различные сорта сыра и выложены горсточками орехи, на третьей диковинные фрукты, четыре глубокие чашки с мелко нашинкованными овощами, маленькие розетки с рыбной икрой и разными соусами. Возле стола расставили лавку и несколько стульев. Велидский офицер сидит на лавке, закатав рукава форменной рубашки выше локтей, нарезает плоды ип-па соломкой при помощи армейского ножа. Тоже с венком из полевых цветов на голове. У крыльца на газоне расположились две тормалийских горгоны, одна еще совсем маленькая девочка в платье, вторая уже взрослая - в бежевом спортивном костюме, змеиные хвосты на голове выкрашены в черный с отдельными алыми прядями. Взрослая показывает малышке, как правильно плести венок. Рядом стоит большой пластиковый стакан с полевыми цветами.

Со стороны леса идут двое мужчин - тормаль и велид, в котором Ферфилд безошибочно узнал того самого снайпера, обещавшего сквозь крышу голову прострелить. Мужчины несут в руках охотничьи карабины и громко спорят, кажется, о том, как правильно добывать птицу.

- Меня здесь не убьют? - спросил Ферфилд с опаской.

- Нет, что ты, - Ифарра улыбнулась. - Если бы ты представлял опасность, тебе бы не дали добраться сюда.

Ферфилд хотел сказать что-то, но в этот момент из дома вышла еще одна тормалийская горгона, в платье и переднике.

- Лина, я принесла еще воды! - крикнула Сиенна.

- Спасибо, Ифа, - сказала горгона и повернулась к морпеху. - МакМиллан!

Велид, стоявший у печи, тотчас сунул недоеденную сардельку в карман брюк.

- Мы даже чайник поставить не можем! - продолжила Лина. - Где огонь?

- Да сейчас будет огонь! - МакМиллан повернулся и вытянул из-под скамьи армейский контейнер с оружием.

- Я тебе дам огонь! - Лина занесла над головой полотенце для посуды.

- Не убивайте! - в притворном ужасе МакМиллан сдернул с угла кирпичной кладки китель и закрылся им.

- Тетя Лина, смотрите какой венок мы с Райзой сделали! - похвасталась Соня.

Лина опустила полотенце, села на колени рядом с ней.

- Мама, а почему у тебя нет венка? - спросила девочка, и надела только что сплетенный венок ей на голову.

Ифарра подошла и поставила кувшин на стол.

- Ты же останешься на ужин? - спросила она Ферфилда.

- Да, если позволите, - ответил вице-спикер.

Лина поднялась с газона, отряхнула платье и подошла к столу. Заглянула в кувшин, удовлетворенно кивнула, потом посмотрела на Химсфилда. Перевела взгляд на стоящее у его ног ведро, с горкой полное нарезанной соломки. Потом снова посмотрела на Химсфилда.

- Ну а что, не съедим? - задал риторический вопрос офицер.

- Вот вы говорите, - МакМиллан подошел к ним, доедая сардельку. - МакМиллан, где огонь. А где дрова? Без дров огня не будет.

Тут МакМиллан увидел ведро, стоящее у ног Химсфилда.

- Командир, ты чего это? - осторожно спросил МакМиллан. - Психанул?

- Увлекся, "губу" вспомнил, - сказал Химсфилд.

- Слушай, надо их чем-то покормить, - сказала Ифарра, глядя как МакМиллан таскает со стола ломтики рыбы по одному. - А то он нарезку для салатов прикончит, которую мы всё утро готовили.

- А что? - велид поймал на себе недовольный взгляд хозяйки. - Я когда голодный, ни о чем кроме еды думать не могу!

- Голодный солдат - хреновый солдат, - философски заметил Химсфилд. По всему было видно, что он тоже не прочь подкрепиться.

- Ладно, я тарелку с канапе вынесу, - вздохнула Лина. Поймала на себе молящий взгляд МакМиллана. - С беконом, Мак! С беконом!

Велид просиял от счастья. Лина направилась к дому. Ферфилд тем временем обменялся рукопожатием с МакМилланом, протянул ладонь Химсфилду. Офицер показал руки, выпачканные до запястий крахмалом, и подставил локоть. Который и пожал вице-спикер, в качестве приветствия.

- Вице-спикер Ферфилд поможет приготовить дрова для печи? - осведомилась Ифарра.

- Да, конечно, - сказал тот. - Куда идти?

Ифарра повела его за дом. Слышались звонкие удары топора. Навстречу им вышел остокс Эарванд, с небольшим пластиковым ведром из-под какой-то строительной замазки, полным деревянных щепок.

- Еле научил, - недовольно сказал он. - Мак! Иди, будем печь разжигать!

За домом оказалась большая поляна, поросшая мелкой, мягкой словно шелк, светло-зеленой травой. У стены была сооружена поленница. Посреди поляны стоял пень. Мужчина двухметрового роста неторопливо взял полено, поставил на большой пень, ударил топором. Ферфилд смотрел на него, как завороженный: мужчина носил облегающую черную футболку из какого-то эластичного полимера. Из-под футболки тянулись пара шлангов, уходящих под брюки, к бедру. С внутренней стороны руки мужчины были исполосованы странными продольными нитями от запястья до локтя - чуть поблескивающие белым цветом. Ферфилд смотрел, как мужчина поднимает огромный топор-колун, резким взмахом опускает его на полено - и поймал себя на мысли, что не видит, как у мужчины сокращаются мышцы. Не видит набухших вен на руках.

- Вице-спикер, с вами все в порядке? - спросила Ифарра.

- Никогда прежде не видел их так близко, - прошептал Ферфилд.

Ифарра подошла к мужчине, тот отложил топор. Взял ее за руки. Она смотрела на него снизу вверх и улыбалась. Они говорили о чем-то, вполголоса, еле слышно. Ферфилд решил не мешать, поставил дорожный чемодан у поленницы, взял небольшое белое пластиковое ведро, скорее всего забытое строителями, и принялся собирать разлетевшиеся по поляне щепки.