Ещё когда в самом начале обучения Ли Синь услышала про обязательный выезд и охоту на демонов, она крайне встревожилась. В родном ордене ей не доводилось участвовать в подобном, да и училась девушка больше на заклинателя поддержки, нежели бойца — плетение амулетов, защитная вышивка и составление травяных смесей подходили ей куда больше меча и заклинаний.

Тем не менее, весть о близящемся походе вселила в душу Ли Синь исключительно радость и предвкушение, ведь за прошедшие несколько недель произошли некоторые изменения, напрямую влияющие на комфорт её пребывания в гостях. И эти перемены носили вполне конкретное имя — Мэй Яо.

Соглашение с У Сином и успех свидания на фестивале ненадолго вскружили девушке голову. Наконец-то дело сдвинулось с мёртвой точки! Теперь-то можно больше не оглядываться на третьего молодого господина и поступать полностью по своему разумению! Захотелось выйти на прогулку по тёплой погоде — никто не попытается перетянуть досуг Мэй Яо на себя. Вздумалось устроить чаепитие со сладостями собственного приготовления — больше не нужно было соперничать с кем-то за несколько часов его внимания. Пользуйся, да и только!

Однако ложка дёгтя не заставила себя ждать. Покачиваясь на стуле в своей комнате, Ли Синь один за другим загибала пальцы, мысленно перечисляя всё успевшее случиться за то непродолжительное время, что она без устали окучивала Мэй Яо. И даже отбрасывая незначительные моменты, набегало достаточно много. А ещё и этот проклятый Сунь Янь!..

Да, не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы заметить бесконечные гадости, учиняемые им по отношению к Мэй Яо. Странным казалось скорее бездействие соучеников юноши — по их поведению складывалось впечатление, что заподозри они подобное по отношению к своему шиди, тут же без раздумий учинили бы скандал, да ещё и привлекли бы на свою сторону Е Чуйсаня. Была ли причина, по которой они не догадывались? Или, быть может, сам Мэй Яо старательно скрывал происходящее?..

Как бы то ни было, для себя девушка решила твёрдо — вмешиваться она не будет. Не из равнодушия к чужой беде, а чтобы сохранить свой хрупкий образ в глазах потенциального супруга. Взаимопомощь, разумеется, важна, но стоит ей начать выгораживать Мэй Яо и становиться щитом между ним и Сунь Янем, как из прелестной подруги она превратится в мать, опекающую своё дитя. А разве захочет тогда кто-то брать её в жёны? Нет! И этого следовала любой ценой избежать.

Но как же ей следовало поступить? В задумчивости надув губки, девушка наугад открыла лежащую перед ней книгу и стала бесцельно листать страницы, будто ища подсказки в случайных строчках текста. Без конца игнорировать поведение Сунь Яня не получится, рано или поздно ситуация повернётся таким образом, что ей придётся высказать своё мнение по этому поводу. И что же тогда, все её труды пойдут насмарку? Нет уж!

Да и все эти проблемы, возникающие словно на пустом месте… Станет наливать чай — под ногу подлезет лягушка, и горячий напиток расплескается на руки. Попытается окликнуть знакомых — а вместо них повернётся какой-нибудь мерзкий старикашка и начнёт ей подмигивать. Рискнёт отработать на тренировке более сложный элемент — по невнимательности попадёт под чужой удар. И ладно бы эти вещи происходили время от времени, с кем не бывает, но когда все возможные неприятности случаются в один день, а назавтра их как будто становится только больше, просто закрывать глаза на нескончаемую чёрную полосу уже не выходит.

Отодвинув бесполезную книгу, Ли Синь принялась нервно постукивать пальцем по столу.

«Думай, думай. Ты уже получила несколько травм на площадке, подожгла одежды и пару раз оказалась на волосок от смерти. Чем дольше и ближе ты к Мэй Яо — тем хуже становятся происходящие с тобой вещи, но и полностью оттолкнуть его — считай, поставить крест на ваших потенциальных отношениях».

Подобные мысли крутились в голове уже не первый день, однако дилемма никак не хотела решаться. Ей совсем не улыбалось и дальше проводить с Мэй Яо дни напролёт, навлекая на себя всё больше несчастий. Но если она предпочтёт ему чью-то ещё кампанию, это безусловно отразится на его симпатии. Ли Синь уже не единожды ловила на себе тёплый взгляд, и эти скромные улыбки были доказательством успеха. Не сосчитать, сколько сладких слов она ему спела, сколько раз ласково звала его, сколько раз могла пройти мимо, но всё равно останавливалась. Бросить всё прямо сейчас? Она ещё не сошла с ума!

Решительным движением Ли Синь подтянула к себе расписание занятий. У них было достаточно свободного времени на самостоятельное обучение и тренировки, только сейчас это было совсем некстати. Чуть поразмыслив, девушка встала и нашла на полке тонкую стопку бумаг. Ещё в самом начале она уговорила Се Гуши дать ей список прочих лекций, на которые свободно могли приходить любые ученики. Теперь ей в голову пришла мысль — а что, если посещать их тоже? Никто же не будет делать такую глупость, как обижаться на чужую тягу к знаниям.

Бледный пальчик скользил по строчкам, пока не замер возле надписи «Плетение защитных амулетов». К удивлению Ли Синь, эти лекции проводились не в Фиолетовой Башне, а в Жёлтой. Ах, старейшина Сун ведь упоминал, что за долгие годы в их Башне столько раз менялись главы, а с ними — направление обучения Башни, что сейчас здесь было наибольшее разнообразие занятий. Всё, что душе угодно — от музицирования до пыток, от приручения животных до применения ядов.

Отлично! Осталось выбрать ещё парочку направлений — и до практики она как-нибудь продержится. А там будет почти месяц перерыва, за который можно успеть что-нибудь придумать!

«Ты от меня не уйдёшь! И на эту твою дурацкую ауру я обязательно найду управу, вот увидишь!»

***

Состав групп для практики обещали сообщить самое позднее утром в день отправки. До того момента ученикам оставалось лишь маяться в ожидании новой информации, да готовиться к дальней дороге. И если большинству было не столь принципиально, с кем именно предстоит сражаться бок о бок, то для Мэй Яо весь спектр возможных товарищей вызывал исключительно тревогу.

Пережить хмурого У Сина или высокомерную Тэн Юйци он мог без проблем, расставание с шисюнами виделось неприятным, но всё же сносным. А вот оказаться рядом с бесконечно проблемным Сунь Янем или его приятелями…

Из-за крайне тяжёлого характера выходца из Малой Резиденции Шу можно было подумать, будто он ни с кем не сойдётся и станет белой вороной. Однако в действительности его статус и большая благосклонность к мужчинам, нежели женщинам, сумели собрать вокруг него нескольких крайне преданных последователей. Да и присутствие такой сладкой мишени для травли, как Мэй Яо, только помогло ему укрепить свою репутацию среди таких же, как он, стервятников и любителей утвердиться за чужой счёт.

Разумеется, на глазах у старших учеников Баобэй или рядом с Е Лимином эти подростки не рисковали переходить к активным действиям — только отпускали злобные шуточки или могли невзначай толкнуть плечом. Стоило же Мэй Ланю остаться в одиночестве, как начинались бесконечные издёвки, не просто поощряемые, а возглавляемые Сунь Янем. И не оставалось сомнений, что на практике эти ученики будут из кожи вон лезть, чтобы выслужиться перед своим предводителем.

Отдельное место среди этой кампании занимал Хань Гу. Стелясь ковриком перед своим соседом и ловя тумаки за любое неуважительное поведение, он, тем не менее, имел право прятаться за спиной Сунь Яня и заручился его полной поддержкой. При всём этом, Хань Гу без конца ему поддакивал и подобострастно улыбался, но никогда в его отсутствие не проявлял инициативы по оскорблению Мэй Яо или причинению ему вреда. Скорее наоборот — со вторым соседом юноша старался сохранить как можно более ровные отношения, поддерживая Сунь Яня исключительно на словах.

Тем сильнее задевало обращение «господин», без конца применяемое Хань Гу к своему покровителю — в этом двойственном поведении читалось невероятное лицемерие, желание прикрыться другим и одновременно оказаться не при делах, если вдруг на их поведение обратят внимание.

Как-то раз после очередной неприглядной сцены, оказавшись наедине с Хань Гу, Мэй Яо не выдержал:

— Почему ты зовёшь его господином? Он постоянно тебя унижает и ставит в неловкие ситуации, так отчего ты продолжаешь следовать за ним?

Явно не ожидавший подобного интереса, Хань Гу почесал щёку:

— Отчего? Господин Сунь уважаемый заклинатель, я должен радоваться, что мне довелось познакомиться с ним. У меня нет ни славы, ни денег, зато он в них буквально купается. Если я останусь рядом с ним, то мои шансы вырваться из деревни, которую я зову домом, сильно повысятся.

Но Мэй Яо не был доволен ответом:

— И всё? Только из-за какого-то призрачного шанса ты согласен всё это терпеть?

— У господина Суня тяжёлый характер, но он далеко не худший начальник, которого можно вообразить.

— Но это ведь всё равно неправильно! И его отношение к тебе, и вещи, которые он делает со мной, это всё… — пальцы юноши вцепились в штанины. Неужели он правда не понимает?

Хань Гу явно пребывал в недоумении от подобной настойчивости. Ненадолго нахмурившись, он глубоко задумался о чем-то, но неожиданно лицо его просветлело:

— Ах, вот оно что! Я понял, чего ты добиваешься. Неужели ты думал, что я такой дурак, и стоит тебе немного на меня надавить, как я с радостью отдам своё место тебе? Даже не рассчитывай! Стоит мне прислушаться к шёпоту демона, как ты немедленно оклеймишь меня предателем и сам залезешь под тёплое крылышко наследника Малой Резиденции. Этому не бывать!

От подобного заявления Мэй Яо растерялся. То есть, Хань Гу действительно думает, что он, не смирившись со своим положением груши для битья, пытается стащить товарища вниз и затоптать его?!

— Бред! Подобное мне и в голову не приходило! Даже попытайся он меня заставить прислуживать себе, я бы наотрез отказался!

Но Хань Гу лишь цыкнул:

— Гордость — бесполезная вещь, которая и гроша ломаного не стоит. Отбрось её как можно скорее, иначе в мире сильных тебя сломают быстрее, чем ты осознаешь это. Впрочем, с твоим-то положением не понимаю, откуда она вообще у тебя взялась.

Взмахнув рукавом, Хань Гу отвернулся, показывая, что их разговор окончен. Оставшись наедине с собой, Мэй Лань мог лишь покачать головой — да, ожидания его не обманули. Казавшийся немного неловким и неуверенным в себе, его сосед на самом деле представлял из себя достаточно двуличного человека, готового целовать ноги за тёплое местечко и скинуть слабого, чтобы забраться повыше.

Или, возможно, он только хотел казаться таким?..

***

До назначенной даты оставались считанные дни, и каждый участник предстоящего события готовился к нему по-своему. Работники Башни Хуэйцзя — по несколько раз перепроверяли, кто и куда закреплён, юные заклинатели — проводили дни напролёт в тренировках или в магазинах со снаряжением, а старейшина Вэньшунь… Он исписывал уже десятый лист кряду, силясь подобрать верные слова для предстоящего разговора.

За прошедшее время ему удалось собрать крайне скудные сведения о госте, чья судьба интересовала его более прочих. На поверхности всё казалось просто и очевидно, да и легко было поверить, что нутро ничем не отличалось от внешнего облика, но червячки сомнений продолжали подтачивать спокойствие мужчины. Устраивать слежку или настойчиво интересоваться конкретным человеком было не только невежливо, но и крайне неразумно — внимание заклинателя подобного статуса не останется незамеченным, а значит, немедленно насторожит цель его изысканий.

И потому Вэньшунь Фэнхуан уже целую вечность ломал голову над тем, как именно ему стоит налаживать контакт с юношей из ордена Баобэй. Он небезосновательно боялся, что любое упоминание прошлого тут же создаст пропасть между ними, а любые крупицы информации, что могли бы сорваться с чужих уст, навсегда останутся для него тайной. Да, стоит юноше заподозрить о его догадках, как он сразу же поведёт его по ложному пути. Разумеется, это только при условии, что умозаключения мужчины изначально верны.

Если же юный гость действительно всего лишь тот, кем себя называет, то Главе Сетужан необходимо выстроить с ним доверительные отношения и осторожно выведать подробности его жизни. Найдись в них нечто подозрительное — и можно будет углубить своё расследование. Ну а ежели нет… То наставлять молодых людей на верный путь тоже его работа, не так ли?

Как бы то ни было, игры разума и жонглирование словами никогда не являлись его сильно стороной. Напротив, стоило окружающим начать говорить намёками и едва приметными жестами, как Вэньшунь Фэнхуан моментально терялся, абсолютно не понимая, о чём идёт речь. Пожалуй, с этим недостатком его Учитель боролся сильнее всех прочих, и в итоге всё равно проиграл.

Так и не придумав ничего путного, Глава Сетужан с тяжким вздохом выкинул очередной испачканный лист и вместо продолжения этого бесполезного занятия потянулся к бумагам, лежащим на краю стола. Некоторое время назад он поручил библиотекарю проследить, какие книги берёт для чтения этот юноша, Мэй Яо, и теперь изучал предоставленный результат, напряжённо хмуря лоб.

Мужчина имел примерное представление, какие курсы лекций зачитываются студентам, поэтому ему не составило труда отбросить учебные материалы, однако оставшийся список его несколько озадачивал. Как бы он ни силился отследить закономерность названий, логика выбора книг всё ещё оставалась для него загадкой.

Среди вполне обычных «Гаданий по линиям судьбы», «Исторических хроник эпохи Императора» и «Народных преданий и суеверий» то тут, то там возникали совершенно неожиданные словосочетания. «Секреты успеха в азартных играх», «Тридцать дней на перевале Шуинь», «Как поймать демона на живца и выжить. История от первого лица» и прочая, прочая.

В конце концов Глава Сетужан со вздохом откинулся на стуле. Либо у этого мальчика крайне специфичные интересы помимо обучения, либо между книгами была какая-то неуловимая связь, которую ему никак не удавалось определить, либо…

Либо среди странных и порой отталкивающих названий он скрывал свои истинные изыскания.

С частью данной литературы мужчина был ознакомлен по тем или иным причинам, и на первый взгляд в ней отсутствовало какое-либо двойное дно или сакраментальное знание. Темы книг также совершенно не стыковались между собой, с какой стороны ни пытайся на это взглянуть. Авторы? Разные. Года написания? Огромный разброс. Возможно, дело было в чём-то ином?..

Единственная рабочая версия, приходившая на данный момент в голову Главе Сетужан — это тайные пометки в книгах или некая последовательность чисел, в соответствии с которой нужно было прочитать определённые строки выбранных книг. Но такая сложная схема, да в огромной библиотеке чужого ордена, без гарантии существования всех нужных изданий?..

С силой потерев серьгу в левом ухе, старейшина Вэньшунь выгреб из головы все эти предположения и отбросил подальше. Нет, это всё совершенно не то. Он пытается играть на том поле, где всегда проигрывал. Вместо этого следует принять за истину самое очевидное предположение — мальчик пытается что-то выяснить и просто перебирает подряд все книги, которые могли бы дать ему ответ.

Разве он не поступал так же? Всё, где могла содержаться хоть малейшая информация о методах заточения души или отделения души от тела, было прочитано от корки до корки. Будь то научный труд, чужие смутные воспоминания или даже народный фольклор — каждая книга досконально изучалась в попытке найти нужную нить. Так что ему просто трудно понять, какой идеей руководствуется данный юноша, только и всего.

«Было бы неплохо аккуратно выведать у него о прочитанной в нашей библиотеке литературе…»

Но это же снова значило, что ему нужно придумать, как завязать разговор? С тоской глянув на чистые листы, Глава Сетужан тихо застонал.

Завтра. Он подумает об этом завтра.