Фургон СКП, прибывший на улицу Даллонов, был оборудован по последнему слову техники: звукоизоляция, подавители сигналов, раздельные отсеки. Обычно все это ещё сопровождается суровыми штурмовиками в полной броне, с оружием наготове. Но СКП уже не первый раз приезжали по вызову, связанному с Вестой и волей-неволей расслабились, примерно зная, что их ждет.

Это было не очень хорошо, и присутствующие здесь же Мисс Ополчение даже решила потом сделать внушение работникам. Но предположения обычных бойцов всё равно оправдались. Вместо одержимых несчастных гражданских или, не дай бог, кейпов, из дома вышла хмурая Брандиш в гражданском. С ней была смущенная до крайности Веста, и Слава с Панацеей. Последние сжимали в руках белоснежные сверкающие перья и имели настолько счастливые и расслабленные лица, что даже завидно.

Мисс Ополчение, наблюдавшая за этой картиной, мысленно вздохнула. Вся строгость и паранойя Протокола Мастер-Скрытник разбивалась о совершенно комичный и донельзя неловкий вид участниц инцидента. Хотя дело было нешуточным. Ханна сама чувствовала, как невидимые волны умиротворения и какого-то почти домашнего уюта исходят от крошечных светящихся объектов в руках юных героинь.

То есть некое воздействие не просто было, оно продолжалось прямо сейчас. Даже стоящие рядом бойцы СКП заметно расслабили плечи, что заставило героиню нахмуриться.

— Добрый вечер, Кэрол, — профессиональным, чуть суховатым, тоном поприветствовала их Мисс Ополчение, шагнув вперед. — Рада видеть, что все живы и здоровы. Но, полагаю, нам нужно провести стандартную процедуру проверки.

— И как можно скорее, — устало отозвалась Брандиш, потирая переносицу. — Веста… или не Веста, я в этом уже не особо разбираюсь. В общем было воздействие на моих дочерей и те чуть ли не против своей воли начали ощипывать крылья нашему ангелу.

Мисс Ополчение моргнула. Под маской ее брови медленно поползли вверх. Ощипывать? Нашему ангелу? Что тут вообще творится и понимает ли сама Брандиш, что она говорит?

Ханна перевела взгляд на сестер Даллон. Слава, обычно излучающая уверенность и ауру непобедимости, сейчас стыдливо прятала в кулачке маленькое и пушистое перышко. Панацея же смотрела исключительно в асфальт. Ее пальцы бессознательно, но безостановочно поглаживали длинное и большое перо.

— Ясно, — Ханна кивнула, с трудом подавляя желание потереть переносицу вслед за Кэрол. — Бойцы. Несите изолирующие контейнеры.

Она сделала еще один шаг к девушкам, стараясь, чтобы ее голос звучал максимально успокаивающе, но твердо.

— Виктория, Эми. Мне придется попросить вас сдать эти предметы. Как вещественные доказательства потенциального Мастер-воздействия.

Слава вздрогнула, словно ее окатили холодной водой. Ее пальцы, окруженные слабым защитным полем, инстинктивно сжались крепче вокруг пушистого основания пера.

— Это обязательно? — голос Виктории дрогнул, растеряв привычные звонкие нотки. Она попыталась изобразить непринужденную улыбку, но вышло жалко. — Я хочу сказать, это же просто перья. Они абсолютно безопасны. Я даже чувствую, как у меня спало напряжение после патруля…

— Именно поэтому их нужно сдать, Слава, — мягко, но непреклонно отрезала Мисс Ополчение. Она слегка кивнула подошедшему бойцу, который держал в руках открытый металлический кейс, выложенный изнутри свинцом и звукопоглощающей пеной. — Такое неестественное успокоение — это классический симптом. Не так ли, Эми?

Панацея отреагировала еще хуже. Услышав свое имя, она вскинула голову, как будто выныривая из собственных мыслей, из-за которых она не слышала разговора. Эми прижала длинное сверкающее перо к груди, словно это был величайшее сокровище, которое у нее пытались украсть.

— Оно безопасно, — пробормотала Эми, глядя на Мисс Ополчение исподлобья. — По крайней мере я с ходу не вижу никаких патологий или посторонних веществ в крови. Реакция полностью естественна. Я бы хотела… исследовать его.

— Девочки! — рявкнула Кэрол так, что стоявшие позади бойцы СКП невольно вытянулись по стойке смирно. — Не позорьте меня! Положите эти чертовы перья в ящик, пока я сама их у вас не отняла!

Веста, стоявшая чуть позади, вздрогнула и откровенно испугалась. Поведение подруг было откровенно опасным и очень сильно напоминало то самое воздействие Мастера. И так как хотя бы отчасти Веста была виновата во всем этом, то она решила вмешаться в процесс уговаривания.

— Девочки, давайте пройдем все положенные проверки. Все же это может быть опасно, — попросила она, но почти сразу же подумала, что это не сработает. По крайней мере сама она точно на подобное не повелась бы. Как будто подростки боятся делать что-то опасное. Поэтому Веста прибегла к ультимативному средству: взятке. — И если в итоге все окажется в порядке, но перья вам не вернут, я дам вам ещё по одному.

Взятка сработала безотказно, хотя сама ситуация выглядела до смешного абсурдно.

Слава замерла, на секунду закусив губу. Перспектива расставаться с таким хорошим перышком была неприятной, но необходимой. А возможность получить ещё одно перо было очень интересно и занимательно. Как минимум она ничего в итоге не потеряет, а то и у неё будет два ангельских пера.

Виктория бросила прощальный, полный неподдельного трагизма взгляд на свой пушистый светящийся трофей и бережно, словно это была величайшая драгоценность, опустила его в глубь контейнера.

— Я ловлю тебя на слове, Веста, — серьезно заявила она.

Эми сдавалась тяжелее. Она еще пару секунд гипнотизировала свое перо, словно пытаясь запомнить его наизусть, затем тяжело вздохнула и положила его рядом с добычей сестры.

— Исключительно чтобы ускорить процесс, — мрачно буркнула Панацея, пряча руки в карманы, словно боясь, что они сами потянутся обратно к ящику.

Боец СКП тут же захлопнул крышку. Раздался глухой щелчок замков, и в ту же секунду атмосфера на улице Даллонов разительно переменилась.

Невидимое теплое одеяло успокоения, обволакивающее всех присутствующих, исчезло, отрезанное свинцовой крышкой. Бойцы штурмового отряда разом подобрались, вернув себе профессиональную выправку. Их хватки на оружии вновь стали жесткими, а взгляды цепкими. Мисс Ополчение тоже почувствовала, как к ней возвращается привычная, спасительная паранойя, а вместе с ней легкая головная боль от абсурдности ситуации.

Разница была настолько разительной, словно кто-то выключил невидимое солнце, оставив их на промозглом ночном ветру Броктон-Бей.

Слава моргнула. Раз, другой. Ее глаза расширились, когда до нее наконец дошел весь смысл сказанных ею же слов и того, как она себя вела. Краска, залившая ее щеки секунду назад, теперь казалась бледной по сравнению с тем пунцовым оттенком, что вспыхнул на лице героини. Виктория издала сдавленный звук, средний между писком и стоном, и закрыла лицо обеими руками.

— М-да… это было приятно, но как-то очень… — Вики попыталась подобрать слова, но у неё ничего не получилось. — Очень не очень.

Реакция Эми, в отличие от сестры, была лишена всякой комичности. Ей было очень некомфортно от собственного поведения. Но при этом она не испытывала никакого негатива насчет полученного пера. Наоборот, чувство, подаренное пером, очень ей нравилось, и она хотела бы испытать его ещё раз.

Благодаря же своим маленьким помощникам, куче бактерий, которые постоянно обитали вокруг неё и внутри её тела, она проверила себя. Никаких негативных последствий от излучения пера не было. Эми также взяла Викторию за руку, чтобы проверить и её.

Все же со своим собственным телом Эми напрямую работать не может, вынуждена использовать своих маленьких помощников.

— Эми, все хорошо? — Вики не догадалась, что её биологию только что проверили и приняла это за поиск поддержки.

Панацея чуть вздрогнула, осознав, как это выглядит со стороны. На долю секунды ей стало неловко за то, что она без спроса копается в организме сестры, но профессиональная привычка и желание убедиться в безопасности этой чертовски приятной магии, взяли верх.

— Да, Вики, всё в порядке, — Эми слегка сжала руку сестры, прежде чем отпустить. Она решила выдать правду, пусть и слегка завуалировав причину. — Я просто хотела проверить, всё ли с тобой в порядке. Как я и говорила, никаких негативных эффектов или постороннего вмешательства. Воздействие было совершенно естественным, как если бы ты слушала расслабляющую музыку или получила массаж. Физически мы абсолютно здоровы.

Виктория облегченно выдохнула и заметно расслабила плечи, хотя румянец с её щек так никуда и не делся. Ханна, внимательно слушавшая этот обмен репликами, позволила себе легкий кивок. Мнение целителя тоже нужно было учитывать, даже если сама Панацея была под воздействием этого странного излучения.

— Это отличные новости, Панацея, но вы все знаете правила, — голос Мисс Ополчение был ровным и сухим. — Физический контакт с возможным Мастером-Скрытником, воздействие на психику и эмоциональный фон. Желтый код. Нам придется проехать в Штаб СКП для полного обследования, стандартизированного опроса и дачи показаний. Фургоны уже готовы.

Спорить тут было невозможно, а потому они поехали в штаб-квартиру СКП. Вместе эти поездки никогда не нравились, даже несмотря на обширнейший опыт этих самых поездок. Не помогала и компания, в которой она ехала в этот раз.

Эми и Вики вроде бы несколько успокоились, хотя до сих пор не избавились от румянца. Кэрол тоже не высказывала прямых претензий, но все равно Даллоны умудрялись создавать непонятный дискомфорт самим фактом своего наличия в фургоне.

Веста мысленно вздохнула, прислонившись затылком к прохладной стене. Опять знакомая комната для допроса и несколько часов сидения в штаб-квартире СКП. И самое обидное, что она даже толком не могла злиться на СКП. Если объективно посмотреть на ситуацию со стороны, то непонятный ангелоподобный кейп, «маленькая Семург», так сказать, подвергает других кейпов эффекту Мастера… Тут надо спасибо сказать, что с ней в принципе по-человечески относятся. Без особых предубеждений и негатива.

Когда фургон наконец дернулся и остановился, снаружи послышались приглушенные голоса и лязг открывающихся ворот. Задние двери распахнулись, впустив внутрь яркий, режущий глаза свет подземного гаража Штаб-квартиры. Их уже ждали.

— Добро пожаловать, — произнес стоящий впереди оперативник. — Протокол «Желтый». Пожалуйста, без резких движений. Вы все будете размещены в раздельных изоляторах до завершения сканирования.

Виктория уныло промычала что-то неразборчивое. Ей вся эта процедура не нравилась чуть ли не больше, чем Весте.

— И даже кофе не нальют? — тоскливо спросила она, спрыгивая на бетонный пол гаража.

— Кофеин может исказить результаты анализа, — монотонно отозвался оперативник, указывая рукой направление. — Пожалуйста, пройдите за сопровождающими.

Веста переглянулась с Эми, которая выглядела так, словно ее ведут на расстрел, и шагнула вслед за своим конвоиром. Впереди их ждал долгий день. Пока же Веста «наслаждалась» пребыванием в застенках СКП, Александрия думала, что ей делать со всем этим цирком под названием Броктон-Бей.

Сейчас она была в своём гражданском облике Ребекки Коста-Браун и сидела в своем кабинете на самом верхнем этаже здания Главного управления СКП в Вашингтоне. Не было никакой возможности просто бросить все дела, даже несмотря на тот бардак, что творился в Броктоне.

Счетовод успел довольно много рассказать Александрии до того, как завалить её в постель… На этой мысли Ребекка споткнулась, вспоминая некоторые подробности той ночи. Ей потребовалось несколько секунд, прежде чем она опомнилась и вытряхнула эти мысли из головы. Сейчас нужно было сосредоточиться на другом.

Броктон-Бей всегда был головной болью. Крупнейший узел парачеловеческой преступности на Восточном побережье, бурлящий котел из нацистов, азиатских банд, наемников и местных героев, которые едва справлялись с удержанием статуса-кво. Город был проблемным, но он не являлся проблемой в глобальном смысле. Просто очередной город, жизнь в котором похожа на наказание.

Но теперь там обитает Веста и её зверинец.

Сама по себе новость, что Губители то ли обрели самосознание, то ли просто пришли в себя после того, как обезумели от сил, больше походила на глупую шутку. Но не верить Счетоводу и Контессе тоже не было причин. Более того, наличие той же Симург в городе прекрасно совпадает с недавней активностью «неизвестного, но крайне могущественного Мастера».

И все это не просто намекает, а буквально требует, чтобы с бардаком в Броктоне разобрались как можно быстрее. Буквально вчера. Просто потому, что три Губителя, заинтересованные в Весте, могут сотворить что угодно ради защиты этой крылатой проблемы в костюме горничной.

Ребекка устало потерла виски, чувствуя, как начинает зарождаться глухая мигрень. Одно резкое движение, одна ошибка местного Директора или чересчур ретивого героя и Броктон-Бей превратится в кратер. Хуже того, если Губители действительно обрели какую-то форму самосознания и выбрали Весту своим «якорем» или подопечной, стандартные протоколы Котла летели в мусорную корзину.

Нельзя просто послать Эйдолона и Легенду стрелять лучами во все стороны. Нельзя натравить на проблему Контессу или Счетовода, которые уже сейчас просят просто стабилизировать ситуацию и не нарываться на проблемы. Дальнейшие шаги пока просто не рассматриваются, потому что никто не знает, что же будет дальше.

Александрия открыла на мониторе досье Эмили Пиггот, директора СКП восток-северо-восток. Упрямая, параноидальная, ненавидящая кейпов. Пиггот была отличным кризис-менеджером для города, где каждый день кто-то пытался взорвать мэрию, но совершенно не подходила для тонкой дипломатической игры с сущностями, способными топить континенты. Оружейник? С его социальными навыками он скорее эскалирует пустяковый конфликт просто из-за неудачно сформулированной фразы.

— Никакой самодеятельности, Эмили, — тихо пробормотала Ребекка, открывая защищенный канал связи для составления письма с приказом для директора Пиггот.

Ей нужно было составить письмо, которое свяжет руки местному руководству СКП, заставит их сдувать с Весты пылинки, но при этом не вызовет у Пиггот подозрений, что начальство сошло с ума. Звучит просто, но по факту Александрия очень слабо представляла себе, как это письмо будет выглядеть.

Оставалось лишь надеяться, что до того, как директива спустится по инстанциям, в Броктон-Бей не произойдет ничего непоправимого. Ребекка очень на это надеялась, даже подозревая, что Веста прямо сейчас в очередной раз сидит в кабинете для допросов.

Броктон-Бей… Броктон-Бей никогда не меняется.

Веста тем временем всеми силами старалась не уснуть. Прошло уже около часа с тех пор, как их сюда привезли. Тесты за все прошлые разы так и не изменились. Она просто сидела, пока всякая скрытая от невооруженного глаза аппаратура долго и нудно её сканировала. На что именно работники СКП рассчитывали, если до этого уже несколько раз ничего обнаружить они не смогли, решительно непонятно.

Веста даже подумала, что им стоило дать ей какой-нибудь психологический тест, может даже парочку. Даже если пользы от этого будет ноль, хоть не так скучно будет сидеть.

Ее рассеянные размышления о том, какие забавные картинки она могла бы увидеть, если ей все-таки дали тест Роршаха, прервала открывшаяся дверь. В комнату для допросов вошли двое. Вернее одна вошла, а вторая влетела. Это были Мисс Ополчение и Дракон. Последняя, как и всегда, присутствовала не лично, а в виде одного из своих дронов.

— Добрый вечер, Веста, — произнесла Дракон приятным голосом. Дрон плавно подлетел ближе, остановившись по другую сторону металлического стола. — Надеюсь, ожидание не было слишком утомительным?

— Скорее усыпляющим, — честно призналась Веста, потянувшись на жестком стуле. Крылья за её спиной чуть расправились, рефлекторно разминая затекшие мышцы, что заставило Мисс Ополчение инстинктивно напрячься. — Пожалуйста, скажите мне, что вы уже закончили просвечивать меня своими рентгенами и сканерами аур. Я чувствую себя подопытной лягушкой, которую забыли препарировать.

Мисс Ополчение, держа в руках планшет, тяжело вздохнула и опустилась на стул напротив. Она сняла армейскую кепку, что была часть её костюма, так как её вся эта ситуация тоже вымотала. Как и слишком уж частые встречи с ангелом-горничной по поводу протокола Мастер-Скрытник.

— Хорошие новости, Веста. Сканирование действительно закончено, — Ханна пробежалась взглядом по результатам анализов. — И, как и в прошлые разы, аппаратура СКП не выявила никаких патологий, ментальных закладок или излучений. Ты чиста.

— А Эми с Вики? — тут же спросила девушка, слегка подавшись вперед. — С ними всё нормально? Их поведение было действительно странным. Эми даже действовала против своей воли, когда тянула моё перо.

— С ними всё в порядке, Веста, — мягко ответила Дракон. Ее голос из динамиков дрона звучал на удивление по-человечески, с легкой ноткой успокаивающей интонации. — Они прошли полную проверку и мы не нашли никаких патологий или изменений в психике. Мы предполагаем, что их поведение было реакцией на острую физиологическую эйфорию, а не на прямое подчинение воли.

— Эйфория? — Веста скептически изогнула бровь, и ее крылья за спиной слегка дернулись. — Звучит как деликатное оправдание для наркотиков. Вы хотите сказать, что мои перья действуют как… доза?

Мисс Ополчение потерла лицо ладонью. Жест, который за сегодняшний вечер грозил стать для нее привычным.

— Не совсем, — вмешалась Дракон, моргнув фонариками, что изображали глаза. — Реакция полностью естественная, как на мурчание котенка ну или… секс.

В комнате повисла идеальная, звенящая тишина.

Даже тихое гудение вентиляции, казалось, стало тише. Мисс Ополчение со вздохом наблюдала, как Веста краснеет от шеи до корней волос. Веста же просто не знала, как ей вообще на это реагировать. Ее крылья за спиной резко распахнулись и тут же прижались обратно, перья буквально встали дыбом от смущения.

— Мисс Дракон… — сдавленно пробормотала Веста, чувствуя, как начинает гореть лицо. — Пожалуйста, скажите, что это просто не очень удачная метафора.

— Я лишь передала то, что было сказано в отчете медика, — Дрон чуть вильнул хвостом. — Если говорить научно, контакт с вашим пером вызывает выработку окситоцина, серотонина и эндорфинов. Это создает иллюзию абсолютной безопасности, принятия и физического комфорта. Химического привыкания или гормонального дисбаланса не обнаружено, выработка в пределах нормы. Но чисто психологически отказаться от этого крайне сложно. Особенно людям, находящимся в состоянии хронического стресса. А к этой категории относятся буквально сто процентов кейпов.

Ханна потерла переносицу двумя пальцами.

— Иными словами, Веста, твои перья — это переносная машина по производству идеального антидепрессанта, — подвела итог Мисс Ополчение, возвращая себе профессиональный тон, хотя в голосе всё ещё сквозила усталость. — И формально это не является эффектом Мастера. Что-то подобное есть у Славы. Её аура тоже затрагивает эмоции, но официально обозначается как сила Эпицентра, а не Мастера. Твои перья получат схожий рейтинг.

Оговорка о том, что подобное воздействие лишь формально не считается эффектом Мастера, совершенно Весту не обрадовало. Но и делать было нечего, оставалось только надеяться, что её сейчас отпустят и дурацкий ивент за перьями просто закончится.

— И что теперь? — с легкой надеждой в голосе спросила Веста, мысленно умоляя, чтобы этот абсурдный вечер наконец-то подошел к концу. — Меня ведь не посадят в Клетку за раздачу нелицензионных обнимашек?

Из динамиков дрона Дракон донесся тихий, приятный звук, очень похожий на искренний смешок. Мисс Ополчение же лишь снова потерла переносицу, закрыв глаза на пару секунд. Ей явно требовался отпуск. Ну или пара часов с перышком Весты в руках. Последнее, наверное, даже лучше.

— Теперь, Веста, мы отпускаем тебя домой, — тяжело констатировала Ханна, надевая кепку обратно. — Официально ты не нарушила ни одного закона. Эффект твоих перьев классифицирован как безвредное биологическое воздействие класса Эпицентр три, сродни эмпатической ауре. Никакого контроля разума нет. Следовательно, задерживать тебя нам не за что.

Веста облегченно выдохнула, и ее крылья радостно встрепенулись, сбросив напряжение.

— Но, — весомо добавила Мисс Ополчение. — Изъятые объекты останутся в аналитическом отделе СКП. И мы хотели бы взять у тебя ещё несколько перьев, для дополнительных анализов.

У Весты от таких новостей даже крылья опустились, распластавшись перьями по полу. Она только-только подумала, что это безумие закончится и её не будут больше ощипывать. А на деле, у неё вырвут даже больше перьев, чем она планировала. Веста ведь ещё и обещала сестрам Даллон по перу, если вдруг забранное останется в СКП.

— А это точно обязательно? — Веста с некоторым смущением оглядела двух героинь перед собой.

Вырванные Викторией и Эми перья уже отросли. С силой света души Веста вообще очень быстро восстанавливалась, буквально на глазах. Это даже больно не было, так как всё тот же свет омывал её теплыми и приятными волнами. Но крылья были очень чувствительными и любое прикосновение к ним было… очень личным, так сказать.

Обо всем этом Веста, краснея и запинаясь, рассказала двум героиням, чем заставила их задуматься. Подумать тут действительно было о чём. Одно дело взять у кого-то частичку тела на анализ, и совсем другое взаимодействовать с практически интимной частью тела несовершеннолетнего подростка. Тут даже обещание дать обезболивающее выглядело скорее как принуждение.

Мисс Ополчение серьёзно задумалась, что ей делать в такой ситуации. Но все неожиданно стало хуже из-за одного единственного вопроса Дракон:

— А как насчет тех перьев, что ты обещала сестрам Даллон?

— Э-м… — Веста не знала, что на это ответить и к чему это было вообще. — Вы хотите забрать эти перья?

— Хотелось бы, конечно, но нет. Меня просто удивило, что ты решила позволить сразу двум девушкам повторно взаимодействовать с твоими крыльями.

Веста не сразу даже нашла, что на это ответить. Это звучало чуть ли не как обвинение в груповушке. И одна только мысль, что все это происходило и, скорее всего, произойдет повторно в присутствии матери её подруг… Весте потребовалась почти минута, чтобы все же прийти в себя и достойно ответить:

— Без комментариев.