Когда Почтенный Наставник предупредил, что в мою комнату зашёл посторонний, уже это было подозрительно. А когда оказалось, что это был тот самый любитель покурить трубку под дождем, мне стало откровенно страшно.

Первой же мыслью было воспоминание о послании переданном мне и Мэй при помощи Шуйгуй. Тогда она сказала высокопарную фразу о том, что мне придётся до конца дней ждать удара в спину. В тот раз я не стал особо об этом беспокоиться, а потом и вовсе забыл. Теперь же проигнорировать это нельзя. Предполагаемый враг сам пришел, подобравшись ко мне даже слишком близко.

Всё то время, что он находился в комнате я думал, что мне делать. По хорошему вместе с Хэй Лань мы могли бы противостоять большинству возможных противников. Но всегда был шанс нарваться на врага, с которым лучше не связываться. И уж точно я бы предпочел не связываться с человеком, что пришел меня убивать.

Но и оставаться в мире сна до утра тоже не стоило. Даже если забыть про обещание помочь храму, хотя бы немного, у меня были ученицы, через которых этот странный сектант мог попытаться мне навредить. Благо у меня было достаточно времени, чтобы все хорошо обдумать и принять взвешенное решение.

Даже слишком много, на самом деле, если учитывать разницу во времени между моим миром и реальным.

В итоге я решил не вступать в прямое противостояние и дождался, когда сектант покинет мою комнату. После чего, выждав немного времени, вместе с Хэй Лань покинул мир моего сна. План, как мы будем действовать, был обговорён заранее.

Хули Цзин тут же отправилась к моим ученицам, чтобы обеспечить их защиту и присмотр. Я же пошел искать ближайшего послушника храма. Нужно предупредить их о вторженце. Без моей хвостатой подруги иллюзия, скрывающая мою силу распалась, явив миру силу Мастера (3) начальной ступени. С какой-то стороны даже было хорошо. В случае чего Хэй Лань сможет почувствовать, что я нуждаюсь в её помощи.

Прямо сейчас нужно передать сообщение настоятелю храма о вторженце. Благо не обязательно бегать и самому искать настоятеля, достаточно просто передать сообщение одному из учеников храма, чтобы они сами занялись неизвестным вором. Восприятие четко улавливало мерную пульсацию Чи за одной из дверей на моём этаже. Человек за дверью явно спал, судя по пульсации его Чи, и был достаточно сильным Учеником (2).

Я не стал церемониться и коротко, но властно постучал по деревянной раме. Чи тут же пришло в движение. Послушник проснулся мгновенно, как и подобает практикующему. Небольшая возня и мне открывают дверь. На пороге стоял молодой монах с заспанным лицом, в наспех накинутой одежде, которую он даже не подпоясал, а просто запахнул и придерживал рукой.

На его лице можно было разглядеть недоумение и думается мне, что если бы не наша разница в развитии, то мне сказали бы очень много добрых слов. Но сейчас он почтительно склонил голову.

— Я не узнаю вас, почтенный, вы один из гостей храма? — он старался быть вежливым.

— Настоятель опасается вторжения воров на территорию храма, — в отличие от него я не стал тратить время на вежливые и традиционные фразы. — Недавно я заметил человека, который практиковал демонические искусства. Передай об этом тем, кому нужно, я же останусь охранять покой своих учеников, если пришедший на самом деле не вор, а убийца.

Старший ученик храма тут же изменился в лице и поклонился ещё раз уже не из вежливости, а с благодарностью.

— Благодарю вас, почтенный! — сказал он громко, и стоило мне отойти в сторону, как он тут же припустил куда-то по коридору, все так же придерживая полы своей одежды рукой.

Я направился к лестнице на этаж выше. Своих учениц я ощущал прекрасно и они все ещё спали. Но даже так, мне будет намного спокойнее, если я буду рядом с ними и рядом с моей хвостатой подругой. Особенно присутствие демона ранга Наставник (4) прибавит мне спокойствия.

Весь путь старательно вслушиваюсь и всматриваюсь в каждую тень. С каждой ступенькой я ожидал атаки из слепой зоны, но коридоры оставались пустыми. В это же время, в глубине храмовых построек, уже начала зарождаться суета. Похоже, разбуженный мной послушник оказался весьма расторопным.

Храм пробуждался, словно потревоженный улей, где один очаг Чи за другим вспыхивал, указывая на применение каких-то техник, и это играло мне на руку. Чем больше внимания заберет на себя охрана, тем сложнее убийце будет добраться до меня и моих учениц.

С такими мыслями я дошел до нужной двери, открываю дверь даже не стуча, так как Хэй Лань должна была чувствовать мою Чи. Внутри было тихо, лишь ровное, спокойное дыхание девочек нарушало тишину. Мэй и Сюэ спали, так как мы с самого начала договорились с Хэй Лань, что не будем их будить. Я бесшумно прикрыл за собой дверь и, на всякий случай, задвинул тяжелый деревянный засов. В полумраке комнаты, у самого окна, едва заметно шевельнулась густая тень.

Хэй Лань сидела на низком подоконнике, сливаясь своей черной шерстью с темнотой. Увидев меня, она тут же спрыгнула на пол, а оттуда привычно забралась ко мне на плечи.

— «Сюда так никто и не пришёл», — тут заявила она. — «Но ты ведь всё равно собираешься потратить остаток ночи на бесполезное дежурство?»

— Затишье в любой момент может обернуться проблемой, — говорю тихо, чтобы не разбудить девушек. Пусть Хэй Лань и должна была прикрыть нас иллюзией отсутствия звуков. — И нам с тобой незачем спешить. Не в эту ночь, так в любую другую мы сможем уделить время нашему развитию.

— «Незачем спешить?» — она фыркнула. — «Ты уже не боишся убийцу, что заявился к тебе в спальню?»

— Боюсь, — честно признался я, не сводя взгляда с запертой двери. — Именно поэтому я хочу одну ночь потратить на бдение, даже не смотря на надежду, что храмовая стража и Мастера (3) встанут щитом между нами и неизвестным «гостем».

Хэй Лань махнула хвостом, но спорить не стала. Её мягкий хвост скользнул по моей шее, даря приятное тепло и успокаивая. Её сила была моим главным преимуществом, но это не отменяло факта, что враг, способный незаметно проникнуть в охраняемый храм, мог таить в рукаве неприятные сюрпризы.

Остаток ночи потянулся мучительно медленно. Я просто сел в углу комнаты, вслушиваясь в ночь за окном. Зелёная Крепость тем временем шумела все сильнее, и если бы не иллюзия Хэй Лань, то Мэй и Сюэ точно проснулись бы от этого шума.

При этом, судя по шуму, ученики храма не смогли никого поймать, но и успокаиваться они не желали. Сам я уловить ничего не мог, банально не разобрать было среди шума из-за чего в принципе шумят, но Хэй Лань подсказала, что храм все же ограбили и они теперь ищут тех, кто это сделал.

Все это было довольно странно. Понятно, что меня не считали главной целью, но после поднятия шума логичным выглядело бы решение затаиться и вернуться позже. Может я ничего не понимаю в воровских делах, но точно не стал бы лезть в пасть тигру.

С другой стороны теперь есть шанс, что этот сектант побежит от возможных преследователей, а не навестит меня ещё раз. По крайней мере я очень на это надеюсь.

Я сидел, привалившись спиной к прохладной стене, и вслушивался в отголоски суеты за пределами комнаты. И чем дольше я наблюдал за этой мышиной возней, тем больше убеждался: никого они уже не поймают. Если не смогли сделать этого сразу, то спустя время точно нет.

Хэй Лань, устроившись на моих плечах, тихо мурлыкала, помахивая хвостом. Можно было подумать, что она занята какими-то приятными размышлениями и просто радуется происходящему, но я уже научился определять, когда она просто спала. Уж не знаю почему, но Хули Цзин совершенно не умела делать это тихо и спокойно. Зато в бодрствующем состоянии она могла застывать подобно статуе, кажется вообще не дыша.

Ближе к рассвету, когда ночная тьма за окном начала наливаться серой предрассветной мутью. Дождь всё ещё лил, но уже сейчас было заметно, что ливень постепенно сменялся моросью. Действие техники сокрытия постепенно сходило на нет.

Это не значило, что сам сектант ушел, он мог просто технику развеять. Но само по себе прекращение дождя радовало. А если после сегодняшней кражи храм все же изгонит со своей территории всех посторонних, и третье испытание для меня закончится, так и не начавшись.

Я чувствовал, как техника сокрытия, накрывшая всю округу, окончательно рассеялась где-то за час до того, как первые лучи солнца пронзили тучи. Вместе с тучами постепенно рассеивалось заражённая демоническими эманациями Чи. Полностью воздух очистится лишь через несколько дней, но уже сейчас можно было почувствовать тенденцию к улучшению.

Утренний колокол призывающий к началу дня не разбудил моих учениц, так как даже во сне Хэй Лань продолжала поддерживать иллюзию отсутствия звуков вокруг них. Так что придётся будить и саму лисицу и обеих учениц. И начать я решил со своей хвостатой подруги.

Стоило мне только почесать Хэй Лань за ухом, как та тут же встрепенулась.

— Ян Джун, — она даже сбилась с иллюзорных посланий на обычную речь.

— Ты уже привыкла засыпать со мной, но не к прикосновениям во сне? — я чуть улыбнулся.

— Девок своих во сне трогать будешь, — моё замечание немного её задело. — Я просто задремала.

— Хорошо, — про «девок» было лишнее, но да ладно. — Снимешь с них иллюзию? Пора просыпаться.

Хэй Лань все ещё недовольно фыркнула, но технику развеяла. В итоге мне не то, что трогать, а даже звать никого не пришлось, ученицы уже и сами зашевелились. Видимо, резкая смена звукового фона выдернула их из сна быстрее слов.

Сюэ села первой, растирая глаза кулачками. Волосы растрепались, делая её похожей на взъерошенного воробья. Мэй поднялась следом куда более собранно, хоть взгляд ещё и был затуманен.

Спали они обе в нижнем белье, дудоу, ромбовидном куске ткани, прикрывающем грудь и живот. И хотя их одежда, наверняка была достаточно длинной, чтобы прикрывать и все, что ниже живота, но проверять это на практике не стоило. А то реально вместо учениц любовницы получатся.

Так что я дал знать о своём присутствии легким покашливанием, чтобы ученицы не спешили скидывать одеяла, а наоборот прикрылись ими, пока я не уйду. Обе ученицы тут же натянули одеяла до подбородков. Мэй метнула в мою сторону быстрый взгляд, в котором читалось не смущение, а скорее возмущение. Сюэ же напряглась, но скорее смутилась и даже проявила некоторую покорность, опустив одеяло ниже, показав шею и линию плеч.

— Сектант, о котором я рассказывал настоятелю Баопу сегодня проник в храм и ограбил его, — говорю сразу, чтобы отсечь у них неправильные мысли. Какой бы направленности эти самые мысли не были. — Помимо сокровищниц храма, он так же навестил мою комнату, но я использовал технику сокрытию и ушел от встречи. Ваш сон я сторожил с той целью, чтобы он не проник сюда и не попытался через вас достать до меня.

Подобные новости заставили их взбодриться, а так же выбили из их голов все посторонние мысли. Обе девушки тут же подобрались и даже начали вслушиваться в течение Чи Неба и Земли. Реакция хорошая, по крайней мере не истерика и претензии, которые можно было бы ожидать от той же Мэй.

— Сейчас все, вроде бы, успокоилось. Так что я вас покину, чтобы вы могли спокойно привести себя в порядок. Как договаривались вчера, жду вас у себя в покоях в назначенное время. Пускай Чи в воздухе ещё заражена, мы сможем провести тренировку, и я выведу тот мусор, что уже в вас осел.

С этими словами просто киваю им, и разворачиваюсь на выход. Вот вроде уже второй век субъективного времени живу, а чувствую себя непроходимым идиотом. Ведь несмотря на самые искренние и чистые мотивы я, по сути, пробрался к своим ученицам ночью и до самого рассвета наблюдал, как они спят. Тут не скажешь сразу, что хуже, сам факт, что я так сделал или то, что ограничился лишь наблюдениями, как какой-то старик, что может лишь смотреть.

При всей благодарности Небесам за их дар в виде личного мира для тренировок, иногда мне кажется, что я получил в этой жизни только два таланта: влипать в неприятности и создавать неловкие ситуации.

Моя комната встретила меня тишиной и всё тем же запахом сырости, что просочился вместе с ночным дождём. Я плотно прикрыл дверь и, прежде чем пройти к низкому столику, внимательно осмотрел помещение. Было бы неприятно, скройся ночной посетитель именно в моей комнате.

— «Ты так старательно обнюхиваешь углы, будто он оставил тебе записку с извинениями», — хихикнула лисица.

— Это было бы просто ужасно, — я поддержал её веселье скупой улыбкой. — Но пока я смог обнаружить только запах курительной смеси.

Запах был слабым, едва уловимым, особенно на фоне привычного для храма аромата благовоний. Что-то сладковатое, почти приторное. Не исключено, что мне это даже чудится, и я сам обманываю себя.

— «Возле двери сильнее», — подсказала Хэй Лань, спрыгнув с моего плеча и грациозно приземлившись на подоконник.

— Читаешь мои мысли? — спрашиваю шутя, пытаясь сравнить запах у двери и посередине комнаты.

Вроде разница действительно была, но всё равно слишком тонкая для человеческого носа. С другой стороны, причин не верить Хэй Лань у меня не было, и если она заверяет, что запах остался, то так и есть.

— «У тебя на лице всё написано, да и свою Чи ты совершенно разучился контролировать, полагаясь на мою иллюзию», — она демонстративно зевнула. — «А я прекрасно чувствую всё, что прячу от других».

— Надо будет над этим поработать, — принимаю её высказывание как совет. — Всё равно до следующего ранга мне ещё расти и расти.

Хэй Лань тут же начала жаловаться, что внутри моего мира я бы рос быстрее, а она могла бы спокойно приближаться к следующему хвосту. Это продолжалось до тех пор, пока я не достал вяленной рыбы, чтобы откупиться от её нытья. Уверен, что она делала это специально, чтобы выпросить угощение, хотя сама Хэй Лань точно всё будет отрицать.

А там и мои ученицы спустились, даже раньше оговоренного времени. Похоже после недавнего пробуждения им не сиделось на месте.

— Входите, — позвал я, не дожидаясь стука, ощутив их приближение благодаря фону Чи.

Дверь приоткрылась, и первой просочилась Сюэ, а за ней Мэй. Обе уже полностью одеты, волосы аккуратно убраны, но в движениях читалось некоторая зажатость и напряжение. Девушки переглянулись, прежде чем Мэй решилась заговорить.

— Наставник, по дороге сюда мы слышали… — она запнулась, подбирая слова. — Послушники говорят, что из сокровищницы храма украли Жемчужину Чистого Разума. Главный дар храму после недавней войны.

Жемчужина Чистого Разума? Мне это название ничего не говорило. Какой-то артефакт? Может древняя поэма или произведение искусства? Хотя, если учесть, что это был главный дар храму, вещь точно ценная.

— Воры не приходят за мелочами, — пожимаю плечами, не желая признавать своего полного незнания в отношении обсуждаемой вещи. — Меня больше волнует заинтересованность этого сектанта во мне. Это был тот самый человек, что отправил меня к деревне при секте. Деревне, где мы впервые встретились с тобой, Мэй.

Сюэ непонимающе перевела взгляд с меня на Мэй и обратно. Сама же дочь клана Кун поджала губы и отвела взгляд. Понять, что именно я от неё хотел было не сложно.

— Я никогда не сталкивалась с человеком, что вызывал бы дождь своими техниками, — она пожала плечами. — Секта в которую я попала была очень скрытной, мы не знали даже имени её главы, называя его Господином и никак иначе. Только между собой ученики называли имена, и то, некоторые предпочитали прозвища, которые сами же и выдумывали, подражая манере главы держать имя в тайне.

— Понятно, — вздыхаю, пока Сюэ переживала осознание, что Мэй, по сути была такой же, как она сама, преступницей на поруках.

Думаю после этого их отношения изменятся. Ведь до сих пор Мэй всегда давала понять, что она благородная ученица, что пришла сама и вообще не такая, как бывшая бандитка, которую пощадили и взяли чуть ли не рабыней. Взаимоотношения этой парочки вообще были странными и сложными, настолько, что я иногда чувствовал себя отцом двух маленьких детей, а не учителем двух Учеников (2).

— А что насчет техник? — продолжаю расспрос, стараясь не давить слишком сильно. — Что-то особенное, чему вас учили? Может быть, это поможет понять, чего от него ждать.

— В основном это были еретические знания, позволяющие повысить свою силу, — Мэй было не очень комфортно говорить о подобном. — Самыми разными способами. В том числе и убийство других практиков.

Сюэ заметно побледнела при этих словах, но не отстранилась от Мэй. Что ж, эта девочка значительно храбрее меня. Я долгое время Кун Мэй не доверял и даже взяв её в ученицы все ещё помню о наследии, которое она за собой несёт.

Невольно возникает вопрос: что же такого Сюэ рассказывали в её маленьком религиозном ордене, если фактический каннибализм, с пожиранием чужой силы, не вызывает острых чувств?

— Этим промышляют многие практики, правда по большей части это обманутые опытными наставниками простаки, на которых проверяют разные методы стать сильнее, — говорю задумчиво. Мэй же от моих слов вздрогнула, совсем по другому взглянув на свой побег из дома за «секретными знаниями». — Всегда лучше испортить чужое развитие, искалечив духовное тело неправильной методикой, чем самому стать калекой, ещё и испортив карму на несколько перерождений вперёд.

Обе ученицы на это вздрогнули. Похоже обе они не задумывались о своей смерти и судьбе, которая будет ждать их дальше. Боюсь прозвучать как старик, пусть для практика я молод даже по субъективным меркам, но молодые люди действительно слишком мало задумываются о будущем и последствиях.

Хэй Лань же фыркнула, уже закончив с вяленой рыбой. Ей вся эта драма откровенно повеселила. Думаю она не откажется потом немного поиздеваться над моими ученицами. Так что стоит объяснить им, что ничего непоправимого они не натворили и не покалечили сами себя. А то демоническая лисица их до седины доведёт своими насмешками.

— Думаешь, эта секта как-то связана с тем самым «Дворцом Крови», о котором говорил местный настоятель? — спросила Хэй Лань.

— Не имею ни малейшего понятия, — пожимаю плечами. — Я никогда не слышала ни о каком дворце, пока жил на севере. А что скажешь ты, Кун Мэй?

— Я тоже впервые об этом слышу, — она покачала головой. — Но учитель, неужели на нас ставили какие-то эксперименты?

— Скорее всего. Для человека знающего странно использовать множество разных техник развития. Если бросаться из стороны в сторону, то ты только испортишь собственное развитие, так и не став искусным ни в одном направлении, — говорю задумчиво. Скорее всего зря я вообще заговорил об этом, но что есть, то есть. — Даже старые практики, упершись в потолок, предпочитают развивать другие энергетические центры, кроме основного, а не переходить на новую технику развития.

Мэй выглядела подавленной этими откровениями, а Сюэ явно пыталась переварить услышанное. Я же решил немного смягчить удар.

— Впрочем, судя по вашему состоянию, ничего критичного с вами не сделали. Прямо сейчас достаточно очистить меридианы духа от мусора демонических техник. Для очистки кармы же у вас будет долгая и плодотворная жизнь.

— То есть мы… в порядке? — осторожно уточнила Сюэ, впервые за всё утро подав голос.

— С тобой вообще всё в порядке, никаких следов применения каких-то еретических практик. По крайней мере с точки зрения здоровья. Надо будет только очистить от того, что ты подцепила из-за дождя, пропитанного демонической Чи. Мей же предстоит несколько медицинских процедур, которые я могу провести в любой момент, но только когда грязь от техники сокрытия окончательно развеется.

— Спасибо, — Мэй опустилась на колени и склонила голову. — Правда спасибо, Наставник.

***

Когда Баопу сообщили, что в храм проник неизвестный, в его сердце зажглась надежда. Неизвестный, что успел ограбить уже несколько мест, выдал себя и теперь они могут его поймать. Но чем больше его подчиненные и ученики пытались найти хоть кого-нибудь, тем сильнее затухала первоначальная надежда.

Старый практик даже разозлился, подумав, что кто-то очень глупо и зло пошутил над ними, но Небо наказало его за подобные мысли. О постороннем сообщил Ян Джун, странный юноша, что разбрасывал вокруг себя тайные знания, как сеятель бросает зерно в землю. Этот человек не похож на того, кто стал бы так шутить. Так ещё и через некоторое время принесли весть о том, что их всё же обокрали.

Украли недавно полученное храмом сокровище, Жемчужину Чистого Разума. По легенде это сокровище было создано одним из небожителей и могло исполнить одно любое желание. Само желание уже давно было исполнено, но жемчужина, несущая отпечаток божественной силы была ценна и сама по себе. Многие мудрецы и могучие войны медитировали держа это сокровище в руках, пытаясь постичь суть Божественной Чи.

Баопу приложил немалые усилия, чтобы Жемчужину преподнесли в дар храму и вот, не прошло и года, как столь желанное сокровище было украдено. Это был настоящий скандал, который будет иметь долгоиграющие последствия.

Баопу прекрасно понимал, что ему теперь не раз, и не два припомнят потерю столь ценного сокровища. И можно будет ждать множество ложных свидетельств о том, что Жемчужину обнаружили где-нибудь на территории Долины Рек или даже за её пределами. Кланы будут натравливать Учеников (2) и Мастеров (3) Зелёной Крепости друг на друга и на внешних врагов под предлогом помощи в поисках украденного.

Но сейчас главным было не будущее, а настоящее. Баопу тяжело опустился на циновку в зале медитаций и прикрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Вор проник в самое сердце храма, миновав все защиты и ловушки, словно их и не существовало. Это говорило либо о невероятном мастерстве злоумышленника, либо… либо о предательстве.

— Учитель, — раздался тихий голос у входа. Это был один из учеников храма, достаточно талантливый, чтобы прислуживать Баопу и учиться у него. — Дождь закончился. Если он был связан с техникой сокрытия, как сообщал ваш гость, то вор затаился.

Баопу медленно открыл глаза и посмотрел на ученика. Юноша стоял, опустив взгляд, не смея поднять глаз на учителя.

— «Если он был связан»… — Баопу повторил слова своего ученика. — У нас нет причин не верить Ян Джуну. И дождь точно не был случайностью. Но где сейчас Ян Джун и где он был этой ночью?

— Ночью он снял маскировку и мы могли почувствовать как он зашел в комнату своих учениц, после чего снова скрылся. Сегодня с утра же уже ученицы направились в его палаты. Насколько я знаю, он собирался преподать им наставления.

— Уж лучше бы это были наставления, а не плотские утехи, — Баопу покачал головой. Ян Джун был полностью в своём праве и мог делать с ученицами всё, что пожелает. Если же самим ученицам что-то не нравится, то за них должны были вступиться отцы или мужья. Но немного раздражало, что пока сам Баопу бегал и искал вора, кто-то развлекался с двумя молоденькими девицами. — Насколько мне известно, именно он сообщил о вторжении.

— Так и есть, почтенный настоятель.

Баопу задумчиво погладил седую бороду. Ян Джун был слишком таинственной фигурой. Ученик старого друга, что совершенно не походил на простака, за которого пытался себя выдать. И он привлек к себе слишком много внимания.

Знания, которые тот уже сообщил, слишком ценны, чтобы от них отказываться. При этом храм был слишком слаб, особенно сейчас, после приобретения и скоропостижной потерей сокровища, чтобы бороться с великими кланами за влияние на этого паренька.

А ведь во все это могут вмешаться и другие храмы.

Во всем этом Баопу видел одно простое, но действенное решение: просто отправить мальчишку обратно на север, в Школу старого друга, откуда тот и пришел.

Да был шанс потерять след Ян Джуна на пограничной территории, но это всё ещё было лучше, чем упустить из своих рук ещё одно сокровище. Баопу слишком долго пытался прорваться через ранг Наставника (4), чтобы упустить ещё один шанс вознестись не просто на вершину смертного мира, а ещё выше.

— Передай Ян Джуну, что я жду его после полудня. И пусть придёт один, без учениц, — Баопу поднялся с циновки, суставы неприятно хрустнули, напоминая о возрасте. — В такое непростое время мы не можем принимать паломников. Но сделайте это максимально вежливо. Наш гость не виноват в злодеяниях неизвестного вора и мы отправим его домой с благословением и приглашением вернуться в храм позднее.

Ученик поклонился и удалился, оставив Баопу наедине с его мыслями. Старый практик прошел к окну, глядя на мокрые после дождя камни внутреннего двора. Солнечные лучи пробивались сквозь редеющие облака, заставляя капли воды сверкать как драгоценные камни.

Иногда он задумывался, что надо было по примеру друга бежать на север, где можно было бы жить в тишине и спокойствии. Раньше Баопу мог оправдать свой выбор тем, что Бовен и мечтать не мог о тех сокровищах, которые проходили через руки настоятеля известного храма. Вот только по итогу именно в руки Бовена попало куда более существенное сокровище: парень, знающий больше чем кто-либо из смертных.

«Даже интересно, знает ли сам Бовен об особенностях своего ученика?» — всплыла в голове пугающая мысль.

Не важно, каков ответ, итог всё равно будет не очень. Если Бовен знал и отпустил юношу, то значит, что он получил от него все, что можно было. Если же не знал… то Ян Джун был ещё более таинственным и даже опасным человеком, чем можно было бы о нем подумать.