Мне вот очень интересно: «а какого хрена?» Что-то мне совсем перестала нравиться вся эта ситуация. Ещё и застарелое недовольство поднялось в груди. Не люблю я, когда разборки сильных мира затрагивают обычных людей, что просто делают свою работу. Бесит меня, когда каждый таракан, что чуть-чуть поднялся над обычными людьми, тут же начинает считать себя повелителем судеб и разбрасывается жизнями людей как мусором.

И хотя как персонажи эта парочка мне импонировала, в реальном мире их решения и поступки очень быстро перестали мне нравиться.

— Генма, — говорю ровно, не позволяя раздражению прорваться наружу. — Отправляйся к дому Тазуны. Проверь выживших, окажи первую помощь. Если есть ещё противники, не геройствуй, подавай сигнал.

— Но Какаши, ты не сможешь…

— Это не обсуждение, — отрезал я, не отводя взгляда от Забузы и его ледяного напарника. Шаринган под повязкой запульсировал, требуя выхода, проклятый глаз реагировал на мои эмоции. Это не то что бы мешало, но дополнительно раздражало. — Иди.

Генма колебался ровно секунду, за которую в его глазах промелькнула целая гамма эмоций: от страха за товарищей до жгучего стыда за то, что он не разгадал план врага раньше. Затем он коротко кивнул, растворившись в технике мерцания.

Мы остались втроём: я, демон Кровавого Тумана и его юный помощник.

— Благородно, — хмыкнул Забуза, но я уловил в его тоне не насмешку, а что-то похожее на профессиональное уважение. — Оставить себя без поддержки против двух противников ради призрачного шанса спасти хоть кого-нибудь. Глупо, но благородно.

— Да, да, — время для разговоров закончилось, а потому я не собирался и дальше тратить время на бессмысленный треп.

Короткая серия ручных печатей, и я хлопаю одной ладонью по другой движением сверху вниз, как будто разрубаю что-то. Забуза и Хаку, естественно, попытались уйти от возможной атаки в разные стороны, да только толку от этого было чуть. С неба ударила молния, резанув по глазам яркой вспышкой, и только потом пришел грохот грома.

Вспышка рассеялась, и я увидел, что они оба остались целы. Забуза успел выставить перед собой меч, приняв на него разряд. Идиотская идея, конечно, но с его объёмами чакры это сработало: металл раскалился, и самого мечника трясло от разрядов электричества, но он устоял. Хаку же просто ушёл в потоке ледяных зеркал, которые я скорее почувствовал, чем увидел. Они очень быстро осыпались осколками из-за разрядов молний.

Вот только я продолжал его чувствовать не только пока он бегал от молнии. Так что когда любитель ледяных зеркал попытался атаковать меня со спины, его с головой накрыла волна воды из-под мох ног. Чакра внутри волны ударила не хуже дубины, отбрасывая Хаку подальше от меня. Забуза, всё ещё сжимая дымящийся меч, тут же встал в боевую стойку. Мышцы на его руках подрагивали после прошедшего разряда, но он, казалось, этого даже не замечал.

— Хаку, — рыкнул он. — Не лезь!

— Слушаюсь, — тихо отозвался тот, поднимаясь на ноги и отступая на пару шагов.

Забуза сделал шаг вперёд, перехватил меч поудобнее. Лезвие всё ещё дымилось, в воздухе витал запах озона и раскалённого металла.

— Неплохо, — хрипло произнёс он. — Ты умеешь удивлять. Но знаешь, в чём твоя главная ошибка?

Я не ответил, лишь слегка сместился в сторону, чтобы держать обоих противников в поле зрения. Стоило призвать ещё одного теневого клона, чтобы тот отвлек на себя внимание Хаку. Пускай Забуза приказал ему не лезть, лучше занять паренька, а то он может влезть в драку в самый неудобный момент.

— Ты остался один, — закончил Забуза и исчез.

Быстрый, зараза, ещё и туман наложил без печатей. Клона для ледяного мальчика я создать успел, но сразу после этого Забуза сократил дистанцию и атаковал. Его весло рассекло воздух ровно в том месте, где только что была моя шея. Ветер от клинка хлестнул по лицу, пока я отклонился назад. Чтобы сохранить равновесие и вместе с тем атаковать противника, вскидываю одну ногу, ударяя противника пяткой в подбородок.

Мышцы взвыли от резкого движения, всё-таки уклонение на такой дистанции ещё и таким образом, явно никогда не входило в типичный план тренировок Какаши. Но пятка достигла цели. Хруст сворачиваемой челюсти я не слышал, но бесследно такой удар точно не прошел.

Забуза крякнул, его голова мотнулась назад, а бинты на лице окрасились кровью, похоже он себе язык прикусил. Однако даже так он умудрился провернуть корпус, погасить инерцию от своего меча и скрыться от моего взора в тумане. Крепкий и опытный, не просто отступил, а начал смещаться к моему клону, что связал Хаку боем.

В другой ситуации, если бы мы говорили не про парочку убийц, я бы даже умилился его желанию помочь своему напарнику. Сейчас же меня больше волновал сам бой. Так что использую технику великой волны и просто накрываю всю троицу, Забузу, Хаку и моего клона, огромной массой воды.

Тонны воды с оглушительным ревом обрушились на поле боя, смывая плотную пелену тумана и сметая всё на своем пути. Мой клон развеялся с тихим хлопком, скрытым шумом потока, но его последние мгновения исправно передались мне вспышкой памяти: Хаку, несмотря на чудовищный напор воды, двигался с пугающей грацией. Мальчишка не запаниковал, а успел сложить печати одной рукой ещё до того, как его накрыло.

Вода ещё не успела толком осесть, закручиваясь бурными водоворотами под ногами, как температура вокруг резко упала. Мое дыхание вырвалось изо рта белым облачком пара, а по лужам с треском побежала изморозь.

— Стихия льда… — с усмешкой замечаю вслух, наблюдая, как бушующая волна в эпицентре удара прямо на глазах начинает кристаллизоваться. Парень оказался значительно сильнее, чем было показано в каноне. Хотя, возможно, там он просто пожалел ребят и не стал драться в полную силу.

Мальчишка не просто защищался. Он использовал мою же технику как сырьё. Массивная ледяная полусфера, искрящаяся и неоднородная из-за замерзшей в движении воды, укрыла собой обоих нукенинов. Лед натужно скрипел, принимая на себя массу оставшейся воды, но всё же выдержал. Выглядит очень круто, но и чакры должно жрать просто невероятно.

По-хорошему сейчас эта парочка должна валить отсюда на всех парах. Всё же их потрепало, а пацан ещё и должен был выйти на грань чакроистощения. Так что передо мной встаёт достаточно простой выбор, отпустить или добить парочку убийц? Выбор был невероятно прост, а потому никогда мне не нравился. Не люблю я убивать, никогда не любил. Но и отпускать их опасно. Оставлять за спиной профессионального убийцу, который затаит обиду и вернётся, когда ты будешь наиболее уязвим, это просто верх идиотизма.

Но профессиональные убийцы ранга Забузы потому и живут так долго, что умеют трезво оценивать риски. Поэтому, пока я раздумывал, он начал действовать.

Ледяной купол вдруг издал протяжный, жалобный треск. Вода уже опала, так что структура льда не выдержала вовсе не от внешнего давления. Хаку, судя по всему, влил в неё последние крохи контроля, заставляя всю эту массу замерзшей воды взорваться изнутри.

Тысячи ледяных осколков, больших и малых, брызнули во все стороны с оглушительным звоном. Это не было прицельной техникой, просто грубая отмашка по площади. Пытаться ловить подобную атаку на завесу воды было сомнительной идеей, а потому я просто перестал концентрировать чакру в ногах и провалился в воду.

Атака прошла над моей головой, и даже из-под воды я почувствовал, как Забуза и Хаку стремительно удаляются от моста. К счастью, не в сторону поселения или моей команды, а вдоль берега.

Выныриваю из воды, отплёвываясь и стягиваю промокшую маску, дышать в ней невозможно. Мост и местность вокруг выглядели как после бомбёжки. Осколки торчат из деревянных опор моста, из земли, некоторые даже пробили насквозь брошенные строительные материалы. Если бы я остался на поверхности, превратился бы в подушечку для иголок.

Чакра противников продолжала удаляться, и у меня не было никакого желания их догонять. Нужно найти Генму и узнать, что там с его заданием. Если он вернется в Коноху, то мне и моей команде тут тем более делать нечего. Если же работа продолжится… по уму седьмой команде придётся выступить в качестве прямого усиления Генмы, а не прикрытия, что мне совершенно не нравится. Не готовы ещё мои сопляки к такой работе.

Выхожу на берег, стряхивая с себя воду. Одежда промокла насквозь и неприятно липла к телу, но это меньшая из проблем. Чакры потратил прилично, каноничный Какаши точно свалился бы с чакройистощением. Я же лишний раз поблагодарил Жизнь за её дар в виде доступа к энергии вселенной. Так что восстановился я мгновенно.

Дальше оставалось только пройти в ту же сторону, куда ушёл Генма, и уже через несколько минут быстрого бега я смог его найти. Дом Тазуны, в это скорее всего был он, представлял собой жалкое зрелище. Половина здания обрушилась, а на лужайке перед ним лежало три тела, два точно принадлежали шиноби Конохи, а третье напрашивалось само собой.

Глядя на это, я лишний раз подумал, что не стоило миндальничать, надо было просто прибить Забузу с его дружком. Жаль только, что хорошая мысль пришла с таким опозданием.

Остальные члены семьи архитектора, которых я помнил по сериалу были живы, похоже Хаку решил не убивать женщин и детей. Уже радует. Хотя само по себе это «уже» отзывалось внутри какой-то особенно мерзкой горечью. Докатились. Радуемся тому, что убийцы хотя бы не дорезали женщин и детей.

Я быстро пробежался взглядом по живым. Цунами бледная, с разбитой губой и в шоковом состоянии, прижимала к себе Инари так, будто могла спрятать его от мира одними руками. Мальчишка не плакал, только смотрел широко раскрытыми глазами на укрытые мешковиной тела и мелко, почти незаметно дрожал.

— Доклад, — коротко бросил я, опускаясь рядом с Генмой на корточки. Он зло выдохнул через нос, даже не поднимая головы.

— Что тут докладывать, Какаши? Я облажался и потерял своих людей. Сопляк в маске вырезал охранение и архитектора. Вот и весь доклад.

Я поморщился, только истерики от здорового мужика мне не хватало. Можно подумать, что я не вижу, что он «облажался».

— Потом будешь сопли на кулак наматывать, — сухо сказал я. — Сейчас меня интересует статус задания и наши дальнейшие действия.

Генма замер, будто только сейчас заставил себя вынырнуть из того тупого, оглушающего состояния, в которое человека загоняют потери. Медленно выпрямился, провёл ладонью по лицу, размазывая по щеке грязь и чужую кровь.

— Статус? — хрипло переспросил он и всё-таки взял себя в руки. — Архитектор мёртв. Мост не достроен. Что случилось с нападающими, ты мне скажи. Гражданские…

Он мотнул головой, предлагая мне самому оценить их состояние.

— Забуза со своим напарником ушли, но стройку я пока отстоял, — делюсь тем, что он не знал. — Что насчет твоего задания? Есть кому достроить мост?

Генма убрал руку от лица и посмотрел на меня с каким-то странным выражением, смесью благодарности и застарелой, въевшейся под кожу усталости. Он явно ожидал, что я начну разбирать его ошибки по косточкам прямо сейчас, над телами его людей. Но у меня не было на это ни времени, ни желания.

— Тазуна был сердцем проекта, — он говорил медленно, взвешивая каждое слово, будто до сих пор не мог поверить в то, что произошло. — Действительно талантливый инженер. Я в его расчетах вообще ничего не понимал, но стройка шла споро. Старик был главным винтиком во всём этом мероприятии, но не единственный. У него есть ученик, парень лет двадцати, Даичи. Работал с Тазуной с самого начала, как минимум сможет разобраться в чертежах и работать по ним.

— Он жив? А главное, захочет ли продолжать работу или откажется от неё?

Генма тяжело вздохнул и махнул рукой куда-то в сторону леса.

— Шинигами его знает, надо проверить. Но, скорее всего, жив. Да и большой вопрос, потянет ли он управление простыми работягами. Без Тазуны он как щенок без мамки. Но больше некому. Рабочих мы нанять сможем, их тут всё равно кормить надо, а вот инженеров…

Он замолчал, и я понял, что он пытается сказать. Страна Волн та ещё дыра. Специалистов уровня Тазуны тут больше нет, и взять их неоткуда. Этот мальчишка Даичи последний шанс на то, чтобы мост вообще достроили.

— Значит разыщи его и обсудите все это, — я выпрямился, разминая затёкшую шею. — Ты старший на этом задании, Генма. Моё дело присматривать за трио сопляков, что бандитов гоняют на другой стороне залива. Есть связь с Хокаги? Если что, о ситуации я могу отчитаться сам, послав одного из призванных псов.

Генма выслушал молча, лишь желваки на скулах заходили ходуном. Было видно, что мысль о том, чтобы переложить ответственность на чужие плечи, давит на него похуже физической усталости. Но он всё же справился с собой и кивнул.

— Связь есть.

Советовать ему вызвать подмогу или что-то ещё было просто бессмысленно, не маленький, сам разберется. Да и Хокаге может решить всё по-своему. Мне же оставалось только надеяться, что Хокаге не впадёт в маразм и отправит моих свежеиспечённых генинов ему в усиление. Сюда бы пару джонинов послать, а не детишек. Но тут большой вопрос ко всей той политике, что вертится вокруг этого моста.

— Хорошо, тогда я окажу медицинскую помощь пострадавшим и вернусь к своей команде, — киваю Генме и направляюсь к Цунами и Инари.

Цунами даже не вздрогнула, когда я приблизился. Просто подняла на меня пустой, совершенно выжженный взгляд. Сейчас она была в шоке, и это, как ни цинично, играло мне на руку. Истерика мне тут нужна была меньше всего.

— Цунами-сан, — я нарочно говорил тихо и спокойно, опускаясь перед ней на одно колено, чтобы оказаться на одном уровне с её лицом. — Вы меня слышите?

Она моргнула. Медленно, будто на то, чтобы заставить мышцы век сократиться, уходила вся её воля.

— Я в порядке, — прошелестела она. Губы едва шевелились. — Инари… Инари в порядке. Мы живы. А отец…

Она запнулась, не в силах произнести слово «мертв».

— Мне нужно осмотреть вас, — сказал я, не давая ей провалиться в осознание. — И Инари тоже. Это займёт минуту.

Спорить она не стала. Шок делает человека удивительно покладистым. Я быстро пробежался диагностическим дзюцу по ним обоим. Цунами отделалась ушибами, царапинами и легким сотрясением, видимо, её отбросило ударной волной, когда рухнула часть дома. И меня терзают смутные сомнения, кто же дом обрушил, если Хаку явно предпочитал действовать более деликатно и точечно. По крайней мере на битву со мной он пришел с приличным запасом чакры, которую и потратил на свою шахид атаку.

Как бы не оказалось, что большую часть вреда и разрушений в доме причинили именно шиноби Листа.

Инари физически был почти цел, если не считать проявляющегося синяка на плече, там, где его слишком сильно сжала мать. А вот психика мальчишки трещала по швам. Расширенные зрачки, тремор, взгляд, который то и дело срывается в сторону прикрытых мешковиной тел. Для него это был ещё один слом психики, который лёг на старые раны.

Я коснулся зеленоватым свечением ладони её виска, снимая боль и предотвращая развитие отека. То же самое проделал и с пацаном. Мозги им вправить я бы не смог, не умею я так. Да и не горю желанием учиться.

— Я могу чем-то ещё вам помочь?

Это был не пустой вопрос, мне действительно было жаль этих людей, что пострадали уже не в первый раз из-за чужой жадности. Цунами медленно моргнула. В её глазах, только что казавшихся пустой стекляшкой, начала собираться влага, первый признак того, что спасительная пелена шока спадает, уступая место настоящей, разрывающей изнутри боли.

— Похоронить… — едва слышно выдавила она, судорожно прижимая к себе сына, который наконец-то тихо заплакал, уткнувшись в её плечо. — Помогите нам… похоронить отца. Достойно.

Это была простая, человеческая просьба. Никаких криков о мести, никаких проклятий в адрес шиноби, которые не уберегли и не спасли. От этого спокойного принятия смерти становилось только паршивее.

— Хорошо.

Сделать это было совершенно не сложно, особенно с техниками шиноби. На самом деле я был готов сделать даже больше, чем она просила. Например, когда я подготовил тело к погребению и спросил, есть ли чистое, во что можно переодеть мертвеца, меня просто не поняли. Здесь хоронили как есть. Зачем мёртвым красота?

Для человека, что жил на Земле будущего, это было странно. А помня первое своё перерождение, когда мертвецы постоянно вставали из могил, стоит хоть что-то сделать не так, мне подобное казалось глупостью. Да, в мире шиноби мёртвые не встают из могил, но всё же.

Хоть как-то, но я подготовил тело к погребению. Создал могилу при помощи стихии земли и похоронил там Тазуну. Тела наших были спрятаны в свитки, чтобы похоронить на родине.

Закончив с этим мрачным делом и коротко кивнув Генме, я покинул изувеченный двор. Дорога до лагеря моей команды не заняла много времени, но эти минуты были мне необходимы, чтобы немного подумать и принять некоторые решения.

Та фигня, что творится вокруг этого моста, мне не нравится совершенно. И помня мои игры в самую большую лягушку в болоте больших корпораций, очень уж хотелось просто пойти и прихлопнуть местных денежных мешков. В то, что некий Гато решает что-то там один, и уж тем более что именно главный бегает собачонкой в окружении кучки охранников на каждую акцию устрашения, мне не верится совершенно. За ним точно кто-то стоял, а этот коротышка был только исполнителем и говорящей головой, которую можно легко срубить.

Одна проблема: ученики. Моя бы воля, и они прямо сейчас, прямым рейсом, отправились бы домой, подальше от кучи больших дяденек с большими мечами. Вот только они не нежные цветы, а шиноби, пускай и самого низкого ранга. Отсылать их сейчас, значит только делать их слабее в будущем.

Сложно всё, в общем.

Стоянка седьмой команды встретила меня запахом готовящейся еды и кучкой бездельничающих генинов под присмотром моего клона и призванных псов. Запах дыма шел от небольшого костерка и какой-то простенькой похлебки. Мой теневой клон, сидевший на поваленном дереве с книжкой в руках, при моем появлении коротко кивнул и развеялся белесым дымком.

Легкий укол чужих воспоминаний принес лишь рутину: Наруто маялся от скуки и порывался пойти «надрать кому-нибудь зад». Из забавного только прозвище, которое он для меня придумал, за что ему потом нужно будет всыпать. Остальные тоже были в пределах нормы и вели себя прилично.

— Какаши-сенсей! — Саске первым заметил моё появление, оторвавшись от созерцания костра. Его тёмные глаза быстро пробежались по моей промокшей насквозь одежде, но никаких лишних вопросов он задавать не стал, за что я мысленно поставил ему плюс. Учиха быстро учился думать, прежде чем открывать рот. — Как всё прошло?

— Паршиво, — честно ответил я, присаживаясь на корточки у костра и протягивая руки к живительному теплу. Скрывать от ребят суть их работы я не собирался. — Трое наших мертвы. Врага удалось отбросить, но начальник стройки был убит. Задание, которое мы поддерживаем здесь, на грани срыва.

Тишина после моих слов была очень мрачной и продолжительной. Детишки точно не ожидали такого исхода. Только потрескивал костёр, да где-то в стороне призывные псы молча сидели, делая вид, что происходящее среди двуногих его совершенно не касается.

— Мертвы? — голос Сакуры дрогнул, и она прижала ладонь ко рту. В её зелёных глазах мелькнул не ужас даже, а осознание. Словно она только сейчас до конца поняла, куда попала. Что это не экзамен, не тренировка, не миссия ранга D по выгулу собак.

Мне даже интересно, что им рассказывали на уроках в Академии Шиноби. В памяти Какаши есть довольно смутные обрывки, так как сам он в академии скорее значился, чем учился, получив Джонина уже в двенадцать лет. Но чисто логически, не могли же в Академии вообще ничего не говорить про реальную опасность на поле боя?

Наруто, напротив, подобрался. Никакой обычной гиперактивности, кулаки сжались, желваки играют, а брови сведены вместе. Узумаки злился. Злился правильно, но пока не понимал, куда эту злость девать.

— Кто наш враг? — он решил подойти к делу максимально серьёзно. Даже приятно, но сейчас не время.

— Вот уж чего я не допущу, так это вашего участия во всём этом деле, — усмехаюсь ему, и останавливаю жестом любые его попытки мне возразить. — Потому что моим врагом в этом бою был мечник Тумана. Это не вашего уровня противник и так будет в ближайшие года три, если не больше.

От костра тянуло теплом, но моя одежда всё ещё неприятно липла к телу, и я, пользуясь паузой, стянул перчатки и жилет шиноби, бросив их просто на траву. Пускай сохнут.

Сакура смотрела на меня и молчала. Её молчание было тяжелее любых вопросов. Наруто, вопреки ожиданиям, не взорвался привычным водопадом негодования. Он сидел на корточках, сцепив пальцы в замок, и смотрел сквозь землю. Только желваки гуляли под тонкой кожей на скулах, выдавая внутреннюю бурю.

— Мечник Тумана, — наконец заговорил Саске. — Кто именно это был?

— Момочи Забуза. Демон Кровавого Тумана. С ним ещё то ли ученик, то ли помощник, парень со стихией льда, — тут я запираться не стал. На самом деле для них было бы даже полезно подумать о том, кого можно встретить в полевой работе. — А что, Саске, планируешь уйти в самоволку на врага?

Саске слегка поморщился от моего сарказма, но взгляда не отвёл.

— Нет, — ровно ответил он. — Просто хочу знать, с кем мы имеем дело. Если этот Забуза вернётся, нам нужно понимать, чего ждать.

Я кивнул, оценив его рассудительность.

— Разумный подход. Забуза нукенин высшего ранга, бывший член Семи Мечников Тумана. Сильнейший боец, мастер скрытности и внезапных атак. Вооружен мечом Кубикирибочо, который питается кровью жертв, за счет которой восстанавливает целостность своего лезвия. В бою полагается на туман, чтобы скрыть свои перемещения, и на сокрушительные удары мечом.

Наруто невольно сглотнул, но тут же выпрямился, стараясь выглядеть храбрее.

— А тот, со льдом? — спросил он. — Он тоже такой сильный?

— Хаку, по крайней мере так его называл Забуза, — уточнил я. — Ловкий боец средней-дальней дистанции. Владеет стихией льда. На моих глазах использовал ледяные зеркала для ускорения собственного перемещения. Вошел в одно, вышел из другого. Сложная техника. Не обделен и грубой силой. Промок я, уходя от широкого залпа здоровенных сосулек. Скорее всего, он на это потратил солидный запас чакры, но сам факт подобной атаки много говорит о его силе.

— Меня вы всегда ругаете за мощные, но затратные техники, — Саске недовольно нахмурился.

— Ругаю, — в этот момент мне захотелось не только поругать его, но и хорошего тумака дать, просто в воспитательных целях. — Это всегда отчаянная атака, последний шанс на спасение. Даже в условиях более разумного её использования это так себе идея. Лучше подходить к любому бою тактически и осознанно, а не с отчаянием. Так ты ещё и чуть ли не в начале боя используешь, что совсем уж глупо.

Я сидел у костра, наблюдая, как ученики ужинают. Мысли крутились вокруг доклада Генмы Хокаге и вероятного решения Третьего. Ситуация была неоднозначной: с одной стороны, мост критически важен для Страны Волн и выгоден для Страны Огня. Да и сам я, если бы не ученики, с удовольствием включился бы в это дело. С другой, это здание уже стоило крови. Посылать же сюда джонинов может быть рискованно.

Хотя тут стоит сделать скидку на то, что это я вижу ситуацию подобным образом. Что там Генма передаст в сообщении, большой вопрос. Да и у Хокаге тоже свои тараканы в голове.

***

Хирузен сидел за своим рабочим столом, перебирая свитки и время от времени поглядывая в окно, за которым сгущались сумерки. Картина была настолько умиротворенной и прекрасной, что паранойя Хокаге уже начинала ворочаться и бить тревогу.

И очень быстро оказалось, что это было не пустое предчувствие. В дверь постучали.

— Войдите, — спокойно произнёс Хокаге, что уже приготовился к возможным проблемам.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл Анбу в маске кабана. Он коротко поклонился и положил на стол запечатанный свиток.

— Донесение от Генмы Ширануи с места выполнения миссии в Стране Волн, — произнёс Анбу ровным голосом.

Хирузен поднял взгляд, его брови слегка приподнялись. Он кивнул Анбу, тот молча отступил назад и покинул кабинет. Хокаге же принялся читать донесение, с каждой прочитанной строчкой становясь всё мрачнее и мрачнее. Прочитав до конца, он откинулся на спинку кресла и глубоко затянулся трубкой. Дым медленно поплыл к потолку, складываясь в причудливые узоры.

— Значит, Тазуна мёртв, — тихо произнёс Хирузен. — Ещё и противник такого уровня… Забуза может просто разрушить мост, даже если они его закончат.

Старик потер переносицу, чувствуя, как привычная тяжесть лет и ответственности давит на плечи с новой силой. А ведь там ещё и седьмая команда обретается рядышком, обещая ещё больше проблем, если вдруг что-то пойдёт не так. Узумаки и Учиха просто взбесятся, если с их наследниками случится что-то плохое. Даром что оба парня перспективные шиноби, а не дочки даймё.

Старик снова затянулся, позволяя едкому табачному дыму немного прояснить мысли. Смерть мостостроителя в корне меняла статус миссии. Формально, наниматель мёртв, а значит контракт аннулирован, и шиноби Листа обязаны немедленно отступить, избегая бессмысленных потерь. Однако реальность, как всегда, оказывалась куда сложнее сухих параграфов устава.

Пускай именно на имя Тазуны был составлен контракт, ни для кого не было секретом, что деньги на шиноби выделялись даймё Страны Волн, и демон бы с ней, но заинтересованность в стройке моста выразил и даймё Страны Огня. Хирузен, конечно, мог бы на всех плюнуть, всех заткнуть, ещё и пригрозив сверху, даже личных сил ему на это хватит… вот только жрать его шиноби после этого будут что?

При отсутствии заданий им останется только жить разбоем, что мало кого устроит и уж точно никому не понравится. Не только за пределами деревни, но и внутри неё.

Экономика Скрытого Листа всегда была тем невидимым цементом, что скреплял их военную мощь. Шиноби могут питаться Чакрой и Волей Огня лишь в сказках, а в реальности кунаи, взрывные печати, медикаменты и содержание госпиталя требовали колоссальных вливаний. Ссориться с даймё Огня из-за «буквы закона» в контракте с мёртвым артхитектором было бы верхом политической близорукости.

Хирузен тяжело вздохнул и, взяв кисть, макнул её в тушечницу.

Мост должен быть достроен. Теперь это не просто прихоть жителей нищей островной страны, а геополитический интерес Страны Огня, желающей получить удобный торговый путь, минуя морские пошлины. А значит, Гато и нанятый им Демон Скрытого Тумана превращаются из локальной проблемы в прямую угрозу интересам Конохи.

Старик аккуратно, но твердо вывел на чистом свитке первый иероглиф.

— Ворон, — негромко позвал он в пустоту кабинета.

Тени в углу сгустились, и перед столом опустился на одно колено оперативник АНБУ.

— Слушаю, Хокаге-сама.

— Собери оперативную команду Анбу, — Хирузен запечатал свиток и бросил его оперативнику. — Статус миссии в Стране Волн официально повышается до ранга «S». Приоритетная задача меняется: теперь это ликвидация нукенина S ранга Момочи Забузы и полное уничтожение частной армии Гато. Охрана строителей моста становится задачей второго плана, но остаётся обязательной.

Анбу поймал свиток и коротко кивнул, ожидая, будут ли ещё распоряжения.

— Пусть Генма объединит свои силы с седьмой командой, — добавил Хирузен, и в его голосе промелькнула тщательно скрываемая тревога. — Какаши и Генма будут вместе присматривать за генинами и строителями. И передай им, пусть не строят из себя героев. Забуза теперь задача команды ликвидаторов. Я же буду выбивать финансирование из даймё.