Сегодня за завтраком ждал приятный сюрприз. Это был великолепно выглядящий кусочек шоколадного торта, украшенный спелой сочной клубникой. У меня едва челюсть не отвисла, когда его подали. Я имею в виду, подавать торт на завтрак — это довольно странно, но да какая разница! Выглядел он просто фантастически!

Оказывается, семья Хейлсворт каждое воскресное утро лакомилась особенными десертами. Торт был лишь одним из вариантов — иногда нам доставалось печенье, фрукты в сахаре или выпечка, и всё это было приготовлено искусными поварами нашего поместья. Что же касается того, почему мы ели десерт всего раз в неделю, — это было решение матери. Должно быть, она не хотела, чтобы мы с Кристиной стали такими же толстыми, как наш отец.

Эмма объяснила мне всё это (без последнего крайне неуважительного предположения, разумеется), уплетая свой омлет и кукурузные маффины. На этот раз она не стала протестовать, когда я попросил её поесть со мной, но её глаза всё равно постоянно косились на двери, а тело было напряжено, будто она в любой момент готова была вскочить на ноги.

— Ты когда-нибудь пробовала такое? — спросил я её, тыкая вилкой в мягкий, пористый торт.

Девушка одарила меня странным взглядом. Ладно, глупый вопрос.

— Боюсь, что нет, молодой господин.

Тогда решено. Кусочек всего один, но, если я отрежу вот та-а-ак… готово. Я переложил половину торта вместе с клубникой на отдельную тарелку и подвинул её к Эмме.

— Угощайся, — улыбнулся я.

Эмма тут же смутилась — зрелище, к которому за последние несколько дней я уже успел привыкнуть.

— Молодой господин, я не могу принять—!

— С твоих же слов, я ел сладости каждую неделю всю свою жизнь, — перебил я её, закатив глаза. — Если я поделюсь с тобой половиной, это меня не убьёт. Давай, попробуй.

Мне пришлось настоять ещё пару раз, но в итоге девушка сдалась.

— Спасибо за вашу доброту, — произнесла она, всё ещё чувствуя себя виноватой.

Эмма поднесла ко рту маленький кусочек на кончике вилки и съела его.

Как же мне хотелось иметь в тот момент камеру, чтобы записать, как её лицо озарилось изумлением! Это было самое чистое проявление наслаждения, которое я когда-либо видел. После этого Эмма просто закрыла глаза на несколько секунд, словно смакуя вкус.

— Так вкусно…! — наконец выдохнула она.

Я решил попробовать сам. М-м-м! Да, для шоколадного торта это было невероятно вкусно. В своей прошлой жизни я, будучи неисправимым чревоугодником, пробовал варианты и получше, но для дома Хейлсворт было уже весьма впечатляющим приготовить что-то подобное.

— На самом деле… я слышал, что в столице есть кафe, где подают торты ещё вкуснее, — с кривой ухмылкой заметил я.

Эмма не могла в это поверить.

— Правда? Мне трудно представить что-то вкуснее этого!

Я не выдумывал. В «Lost in Love» была сцена, где тот ещё баламут уволок Мэри поесть в одну из таких суперзнаменитых кондитерских, но другие студенты академии застукали их за этим делом. Предсказуемо, это лишь усилило травлю. Пошли даже слухи, будто она сидит у него на шее и заставляет Джея угощать её всем подряд из меню. В смысле, ела она и вправду много, но это была не её вина! Он сам предложил!

Однако при воспоминании об этой сцене у меня на душе стало тяжеловато. Магическая академия. Через два года мне придётся зачислиться туда самому. Смогу ли я действительно научиться владеть магией и колдовать, прямо как персонажи игры? Мысль об этом одновременно будоражила и пугала. В «Lost in Love» намекалось, что Александр — одарённый маг, но без особых откровений, по чистому таланту он уступал второму принцу, да и старался не то, чтобы сильно, поэтому всегда плелся где-то в середине списка. Не то чтобы его посредственный рейтинг в академии хоть как-то умалял его раздутое эго.

Меня же беспокоила возможность того, что магические способности могут быть привязаны к душе. В подобных играх это был частый штамп, верно? Поскольку я переродился из мира без магии, что, если я окажусь полнейшим дураком? Не станут ли меня тоже травят или, по крайней мере, избегать!? Мои мысли начали стремительно сгущаться, пока я представлял, как кучка безликих студентов академии шепчется между собой...

«Надо же, подумать только, сын герцога — и настолько никчёмен».

«Какой позор! Все ресурсы мира под рукой, а он всё так же плох?»

«Хейлсворты, оказывается, ничего из себя не представляют, если этот парень станет их следующим главой».

«Может, герцог Хейлсворт на самом деле и не его отец… хе-хе, вот это был бы скандал».

«Старший брат, да как ты мог!? Я теперь даже на людях показаться не могу!»

Уф. Впрочем, толку думать об этом сейчас не было. Всё, что я мог сделать, — это дождаться пробуждения своей магии, а затем тренироваться изо всех сил, чтобы быть хотя бы на среднем уровне.

Возможность того, что магии у меня не окажется вовсе, я категорически решил игнорировать. Если такое случится, моим единственным выбором будет просто испариться.

— Молодой господин? Вы плохо себя чувствуете?

Очевидно, моё беспокойство отразилось на лице, потому что Эмма смотрела на меня с тревогой.

— Нет, я просто подумал... когда я начну учиться в Академии, нам стоит зайти в одну из тех кондитерских, — задумчиво произнес я. — Это если ты согласишься сопровождать меня в столицу. Мне и там понадобится служанка, и я был бы рад видеть рядом знакомое лицо.

Глаза Эммы широко раскрылись от удивления. Её щёки вспыхнули, и она опустила взгляд в пол. В конце концов последовал едва заметный, почти неразличимый кивок.

Я улыбнулся, гадая, считалось ли это приглашением девушки на свидание.

Сад поместья Хейлсворт был настоящим райским уголком умиротворения. Огромные зелёные лужайки пестрели красными, сиреневыми, жёлтыми и всеми остальными яркими оттенками весенних цветов. В самом центре сада возвышалась величественная статуя основателя дома Хейлсворт, а рядом стояли каменные скамейки, позволявшие отдохнуть в окружении природного великолепия.

Но был один человек, которому было абсолютно не до созерцания красоты этого места.

Это был мальчик лет десяти в простой, перемазанной в грязи одежде. Он стоял на четвереньках и с обеспокоенным видом заглядывал под густые кусты.

— Пушистозад, ну где же ты? — тревожно шептал он.

Если бы Джордан не боялся быть пойманным, он бы уже кричал это имя во всё горло. Прошёл уже почти час!

Глупый котёнок! Стоило на секунду оставить дверь открытой, как он тут же выскочил наружу без единой мысли в голове.

Джордану нужно было найти его раньше, чем это сделает кто-то другой. Иначе наказание было бы меньшей из бед, Пушистозада просто усыпят, а его отец может лишиться работы. Держать домашних животных в этом месте строго запрещалось.

— Обещаю, я не буду сильно на тебя ругаться, так что, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, вылезай прямо сейчас!

Мальчик был на грани слез, когда опустился на колени у очередного куста.

— Здравствуй, ты что-то ищешь? Вдруг мы сможем помочь?

Джордан замер. Он совершенно не заметил, как кто-то подошёл.

Он повернулся и увидел красивого юношу с шелковистыми светлыми волосами, ниспадающими ниже плеч. Тот был одет в роскошную одежду и мягко улыбался, опираясь на простой деревянный костыль, который явно диссонировал с его изысканным видом. Но у Джордана не было возможности обращать внимание на такие детали, ведь он уже узнал этого человека.

Его удача сегодня просто не могла стать ещё хуже.