Весь особняк Хейлсуортов суетился и бурлил жизнью. Множество слуг выстроились снаружи, таская сумки с гербом семьи Эттэрик.

Перед особняком стояла большая, изысканно украшенная карета. Ее окружали несколько конных рыцарей, похожих на стальную стену — это была личная охрана Франчески, сопровождавшая ее в этой поездке.

— Береги себя, Франческа. Обязательно напиши нам письмо, когда вернешься домой.

— Обязательно! Спасибо вам, герцогиня Хейлсуорт.

— Ну-ну, дорогая, я же уже говорила тебе, зови меня мамой.

Франческа и моя мать продолжали болтать, пока слуги погружали последние сумки на карету. Я лишь безучастно наблюдал за этим в нескольких шагах, сгорая от желания вернуться в особняк. Наконец обе женщины обнялись и попрощались. Франческа забралась в карету, а герцогиня вернулась ко мне.

Но когда я попытался повернуться и уйти, мать сжала мое плечо. Сильно.

— Она хочет поговорить с тобой перед отъездом.

Не имея выбора, я подавил вздох и подошел к карете Эттэриков. Окружавшие ее рыцари-хранители мельком глянули на меня, когда я проходил мимо, но тут же вернулись к наблюдению — они реально относились к своей работе чересчур ответственно.

Внутри Франческа сидела рядом с молодой служанкой, которая, как я предположил, была ее личной горничной.

Эта стерва сверлила меня взглядом, когда я сел напротив.

— Я ждала тебя вчера вечером. Почему ты не пришел ко мне в комнату?

Ее горничная заметно напряглась.

— Моя леди… такие слова… — прошептала она.

Ты же сейчас создашь недопонимание! Но Франческа лишь раздраженно отмахнулась от девушки, не переставая зыркать на меня.

— Ну и? — она скрестила руки на груди, непреднамеренно приподняв свой пышный бюст. Ох, чёрт, это нечестно.

Оторвав взгляд от смертоносного двойного отвлечения внимания, я как ни в чем не бывало спросил:

— А я должен был прийти?

— Конечно, чтобы извиниться! — огрызнулась она. — И я не собираюсь прощать тебя, пока ты не дашь мне нормальное объяснение, Алекс. Ты должен загладить свою вину, иначе я не буду разговаривать с тобой целый месяц. Как ты мог так поступить со мной на глазах у всей твоей семьи? Ах да, и нам все еще нужно сходить за новым платьем, то, которое испортила твоя неуклюжая служанка, я уже выбросила. Ну? Не сиди просто так, скажи хоть что-нибудь!

Ее тон был чрезвычайно требовательным и высокомерным. Совсем как у избалованной принцессы, устраивающей истерику из-за потери любимой игрушки. Она подняла такой шум из-за того, что я назвал ее полным именем при всех? Как, черт возьми, настоящий Александр терпел это? Судя по тому, что я знал о его характере, этот помпезный ублюдок ни за что не позволил бы никому так с собой разговаривать. Должно быть, любовь реально ослепляет людей.

Вздох, который я сдерживал, наконец вырвался наружу. Возможно, это была плохая идея, но я правда больше не мог ничего с собой поделать.

Сдвинув брови, я ответил самым холодным голосом, на который был способен

— Мне жаль, леди Эттэрик. Но я не понимаю, в чем именно я провинился.

— А, Алекс-!

Франческа опешила от изумления, а ее горничная не смогла сдержать тихого аха.

— Прошу меня извинить, мне нужно возвращаться, — сказал я, вылезая из кареты. — Ох, и хорошей дороги.

— Погоди!

Наслаждаясь ее ошеломленным видом, я захлопнул дверь кареты и подал знак кучеру. Тот уважительно кивнул, и экипаж вместе со всеми сопровождающими рыцарями тронулся в путь. Я направился обратно в особняк, даже не удосужившись посмотреть им вслед, и на душе у меня было легко, как никогда. Скатертью дорога!

Возможно, это было слишком безрассудно. Но даже если Франческа поднимет шум у себя дома, пройдет какое-то время, прежде чем мои родители узнают об этом. Я просто придумаю что-нибудь, когда этот момент настанет.
…

Мое мелочное удовлетворение, впрочем, пролилось совсем недолго.

— Молодой господин Хейлсуорт, мы обсуждали это всего два дня назад! Не нужно играть в игры. Если вам больше не интересно, просто скажите об этом, и мы закончим на этом.

Альберт досадно произнес это, захлопнув книгу. Я не мог не поморщиться. Ну простите, ладно! Я не издеваюсь над вами! Я правда ничего не знаю!

Да, в данный момент я находился в самом разгаре своих занятий, и проходили они ужасно.

Этот старик в толстых очках и сером пальто был моим репетитором — тем самым, о котором родители упоминали вчера вечером. Мы находились в частном кабинете, со всех сторон окруженном книжными шкафами, классными досками, картами и странными диаграммами. Письменный стол, между нами, также был завален книгами и журналами.

Как и любая приличная дворянская семья, дом Хейлсуортов нанимал личного репетитора для обучения своих детей наукам. Мои уроки обычно проходили утром, а у Кристин — днем.

Как на зло, моим первым уроком с Альбертом сегодня была история. Откуда, черт возьми, я должен был знать хоть что-то об истории фэнтезийного мира!? Чёрт возьми, я на 100% уверен, что даже создатели игры понятия не имели обо всех этих вещах. Все его вопросы об Утере Завоевателе и Пересыхании Мерцающей Реки прошли совершенно мимо меня. В таком темпе люди и правда начнут подозревать, что с мозгами «Александра» что-то не так.

— Извините, мне нет оправданий. Я правда не помню эту часть. Можем мы пройти ее еще раз, пожалуйста?

Я виновато поклонился ему. Не оставалось другого выбора, кроме как работать как можно усерднее с этого момента, чтобы нагнать упущенное.

Он выглядел ошеломленным, и несколько секунд Альберт не ронял ни слова. Я внезапно осознал, что извиняться за что-либо было совершенно не в характере Александра, не говоря уже о репетиторе, с которым он был в плохих отношениях. Этот поклон, вероятно, тоже был не к месту, учитывая наш соответствующий статус. Поддерживать мышление дворянина было такой морокой.

К счастью, он не стал развивать эту тему.

— Тогда… очень хорошо, молодой господин. С самого начала, — он кашлянул, снова открыв книгу и перелистав несколько страниц назад.

Я слушал с глубоким вниманием, пока Альберт рассказывал историю основания нескольких соседних королевств. Меньше двухсот лет назад один город объявил войну за независимость, и это вызвало цепную реакцию, которая закончилась распадом великой империи на три разных государства. Наша страна, Ланкастер, держалась в стороне от этой путаницы и просто наблюдала со стороны, не оказывая поддержки ни одной из сторон.

— И мы не попытались воспользоваться смутой, чтобы захватить территории? — любопытствуя, спросил я, строча заметки.

Альберт качнул головой.

— Положение Ланкастера в то время было слишком деликатным, чтобы думать о вторжении. Это происходило во время кризиса престолонаследия, о котором мы говорили две недели назад. — Какого еще кризиса престолонаследия!? — Как бы то ни было, результат оказался благоприятным для нас. Вечная Империя была одной из главных угроз существованию нашей страны, и ее распад принес немалое облегчение.

— А каковы наши отношения с этими тремя королевствами сегодня?

— Весьма хорошие, мы являемся торговыми партнерами со всеми тремя. Время от времени между ними все еще вспыхивают военные действия, но Ланкастер просто наблюдает за этими конфликтами, не вмешиваясь напрямую.

— Напрямую?

— Им приходится покупать еду и припасы у кого-то.

Я усмехнулся.

— Звучит так, будто наша национальная политика заключается в том, чтобы наживаться на войне, а не вести ее самим.

Напоминает одну страну из моего мира.

— Ха-ха-ха! Хорошее наблюдение, молодой господин Хейлсуорт, и ничуть не ошибочное.

Альберт казался очень довольным тем, насколько я был вовлечен в урок. Он говорил с куда большей энергией, чем раньше, и пускался в долгие отступления о том и сём, до такой степени, что мне приходилось возвращать его к исходной теме. Но я был реально поражен тем, насколько эрудирован был мой репетитор он почти не смотрел в книги и, казалось, знал все эти события как свои пять пальцев. Дом Хейлсуортов, должно быть, потратил целое состояние, чтобы нанять этого человека.

И все же, судя по тому, что мой отец сказал вчера вечером, прежний Александр хотел его уволить? М-да.

Минуты пролетали в мгновение ока. Бывали моменты, когда я попадал в просак, не зная ответов на «базовые» вопросы, но я все равно узнал много нового, и мой репетитор был очень терпелив (хоть и слегка сбит с толку моим незнанием). Я уже исписал несколько страниц заметок, когда Альберт внезапно закрыл книгу, которую держал.

— Это хорошее место, чтобы остановиться. Давайте перейдем к нашему следующему предмету, молодой господин.