…пик…пик…пик…пик…

Первое, что услышал Сун Шиуй, когда темнота в голове отступила -  был привычный звук медицинского оборудования, пахло лекарствами и дезинфекцией. Тошнота и головная боль ослабли, но не прошли полностью, тело было ватным, и он не мог поначалу сообразить, как двигать руками и ногами. Веки задрожали и медленно открылись.

«Сун Шиуй, ты как? Я вызову врача».

Голос принадлежал Линь Кэ и то, что он называл его по имени, а не президентом, говорило о его сильном стрессе. 

«Он наверное, пока в больницу ехал, хоронить меня начал…» 

В палату зашел хмурый доктор Чен с той самой медсестрой. Он проверил жизненные показатели, что-то нацарапал в истории болезни, пока медсестра брала кровь на анализ. Сун Шиуй постепенно начал ощущать свое тело, тошнота практически отступила, только башка раскалывалась, но это было привычное состояние. Пока он мог говорить, все остальное сознательно игнорировалось. 

«Док, когда я смогу пойти домой?» – Спросил он, оглядывая палату в поисках своего телефона, горло драло нещадно.

В ответ была тишина, он недоуменно посмотрел на дядю Чена и в тот момент, когда их взгляды встретились, он судорожно сглотнул, чувствуя что-то недоброе. Тот стоял с уродливым лицом и было видно, как сильно он подавлял себя, чтобы не начать орать.

После долгого застоя, мозги Сун Шиуя начали функционировать.

«Как долго я провалялся на этот раз?» – спросил он хриплым голосом, пытаясь подняться.

Линь Кэ помог ему сесть, налил стакан воды и подождав, пока он выпьет, тихо сказал:

«3 дня, сегодня утро вторника, 15 мая».

«Ты впал в кому, мы тебя еле вытащили!» - Прогремел доктор Чен. 

“Первый раз, что ли, чего так орать?”, - подумал Сун Шиуй, но вслух, конечно, произнес только:

«О как».

Видя, что дядя Чен не в хорошем состоянии, он сменил тон, успокаивая того своим размеренным и приятным голосом:

«Я приму дополнительные меры предосторожности в ближайшие дни и, конечно, больше не буду так много работать. Мне осталось всего пару раз сходить в офис».

Дядя Чен при этих словах немного смягчился, но лицо все равно было суровое.

«Каждый день ты звонишь мне по видеосвязи и отчитываешься о своем состоянии. Если будут головные боли или другие симптомы, сразу ложишься в больницу».

Сун Шиуй понимал, что на этот раз не удастся отделаться от старика и беспомощно кивнул. Он не собирался валяться в больнице последние недели своей жизни. Уж лучше он будет мучиться от болей, зато в своей шикарной кровати, рядом с огромной ванной. Если его и будет рвать, то в его собственный унитаз, а не в больничный, хоть и в вип-палате, или в утку. Он не знал, почему так ненавидел больницы.

Возможно, это началось со времен, когда болела его мать и месяцами проводила там время, а его отец даже не мог ежедневно навещать ее из-за работы. 

Ему самому тогда было 13 лет и он помнил, как делал домашнее задание за маленьким столиком возле ее койки, вдыхая запах лекарств. Когда она умерла, он был на занятиях, а отец в командировке. Вчера он не успел навестить ее, потому что готовился к промежуточному тесту, а его отец должен был приехать только через день. В итоге, не смотря на то, что за его матерью ухаживали доктора, и она получала лучшее лечение благодаря их дружбе с дядей Ченом, она все равно умерла в одиночестве, вдали от дома, вдали от своей единственной любимой семьи, а ее сын даже не смог последний раз обнять ее. 

Сун Шиуя выписали после обеда. Дядя Чен всеми силами пытался оставить его еще на сутки, но тот был настроен очень решительно. Махнув со злости рукой, дядя Чен подписал документы и ушел не попрощавшись. Правда, когда Сун Шиуй выходил из клиники, его схватили за руку, оглянувшись, он увидел запыхавшегося седого мужчину.

«Шиуй… Каждый вечер… видеозвонок..»

Сун Шиуй улыбнулся. Он мягко отстранил руку дяди Чена, а потом неожиданно обнял того за плечи.

«Да. Спасибо, дядя Чен».

Сев в машину, он на мгновение задумался, а потом сказал водителю ехать в компанию. Линь Кэ вытаращил глаза: «Президент Сун!»

«Не бузи. Сейчас я очень хорошо себя чувствую. Надо записать видеобращение для Weibo, сделать фотографии с советом директоров. Это не займет много времени. Тебе пришлось тяжело в эти дни, давай вместе закончив все побыстрее».

Линь Кэ раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, он был очень благодарен Сун Шиую, что не бросил компанию, что пахал из последних сил. Но вот именно, что из последних… Некогда великолепный мужчина сильно похудел за последнее время. Прямая осанка, одежда и прическа еще придавали ему прежний лоск, но темные круги под глазами и болезненно белое лицо выдавали чрезмерную усталость.

В конце концов, он не никогда не мог его переспорить. Сун Шиуй всегда был таким, решительным и, казалось, не оглядывался назад. Даже в университете, несмотря на большое количество обожающих его людей, он ни с кем особо не сближался и держался на вежливом расстоянии, принимая решения только сам, не позволяя никому влиять на себя. Пока его сверстники ходили по клубам, вливали в себя алкоголь и запутывались с девушками, он учился, как проклятый, а потом и вовсе уехал по обмену в Америку, не попрощавшись. Он не понимал, зачем прощаться? Есть ведь телефон, хочешь - позвони, к чему эти телячьи нежности. 

Но именно такой характер позволил ему открыть бизнес и сделать одну из самых рентабельных электронных платформ в Китае, быстро поставив ее в ряд с гигантами индустрии. Да, такой человек был рожден, чтобы добиться успеха, как жаль, что он не успел завести семью... А может, это было хорошо…

Компания давно готовила общественность к тому, что Сун Шиуй постепенно отходит от управления. Полгода назад официальный Weibo “Yugoumai ltd.Co” (Югоумэй) объявил о передаче всех технических функций отделу разработок. Объяснив, что президент лично отбирал весь персонал, связанный с программированием и дизайном, и что теперь наступило время этих ребят удивлять и радовать потребителей. Эта новость всколыхнула их клиентов, но не сильно, это не имело значения, пока за качество отвечает Сун Шиуй. В течении 6 месяцев они постепенно выдавали небольшие новости, которые по отдельности могли вызвать только ряби на воде, но не шторм. Потом Сун Шиуй объявил, что хочет сосредоточиться еще на одном проекте, поэтому, оставляет за собой только функции номинального президента компании и будет отвечать за общий курс развития “Yugoumai ltd.Co”. Но благодаря серии интервью и его выступлении на бизнес форуме, последствия также удалось нивелировать.

 Теперь им предстояло вывести его с позиции президента.

В течение нескольких дней они подготовили сообщение, сфотографировали улыбающегося Сун Шиуя с коллегами и подписали оставшиеся документы. На самом деле, все акционеры и те, кто был в курсе происходящего, удивлялись, как Сун Шиуй так скрупулезно и спокойно приводил в порядок дела.

 Ни для кого не было бы сюрпризом, если бы смертельно больной человек, узнав о своем состоянии, впал в депрессию, забил на все, уехал заграницу на лечение, в конце концов. Но сам Сун Шиуй казался все таким же стабильным и собранным. Не считая нескольких инцидентов, связанных с его внезапной раздражительностью во время собраний, в остальном он сосредоточился действительно на сохранении репутации компании.

Когда Линь Кэ однажды за ужином задал этот вопрос Сун Шиую, тот только посмеялся. «Разве это не нормально, что я забочусь о своем детище?» - он сказал тогда что-то подобное и отмахнулся от дальнейших расспросов. На самом деле, он понимал, что его поведение не совсем адекватно ситуации, но почему то искренне считал, что так будет правильно. Возможно, опыт его ушедших родителей сильно повлиял на его мировоззрение.

Когда умерла мама, он обнаружил, что ее вещей в доме была всего 1 коробка. Она, оказывается, раздала почти все свои платья и сносную одежду, взяв в больницу пару комплектов пижам, да халаты. Обувь пожертвовала, украшения продала, оставив лишь обручальное кольцо, да подвеску, которые носила до самой смерти. После похорон, они с отцом не мучились, натыкаясь на ее вещи дома, а старались жить дальше. Отец, хоть и не готовился к тому, что рано уйдет, но держал все документы в идеальном порядке, а для передачи счетов даже нанял адвоката, пусть недорогого, просто заключил контракт с адвокатской конторкой с ежемесячной небольшой оплатой. На самом деле, многие люди думают, что держать адвоката могут только богатые, а это, на самом деле, недорого и просто.

Такая забота со стороны родителей сформировала его характер. Он тоже всегда держал документы в порядке, а в фирму даже иногда приглашал независимых аудиторов, что всегда было неожиданностью для финансового отдела. Зато, таким образом, он на ранних этапах отлавливал и «топил» всех крыс, которые пытались отгрызть от его компании кусочки.

Таким образом, все знали, что Сун Шиуй –не только гений в новых технологиях, но и очень страшный босс, которого лучше не провоцировать. С ним невозможно было договориться и даже если вам казалось, что вы подружились и слегка расслабились, он в ту же минуту спускал вас с небес на землю.

Был уже вечер, когда уставший Сун Шиуй с помощниками стоял возле лифта, собираясь подняться из отдела разработок в свой офис. Чуть дальше по коридору из большого зала для совещаний вышли несколько человек.

«Ну и в какие сроки они хотят, чтобы мы это сделали?»

«Как можно раньше, но я честно не понимаю. 2 месяца это нормально, все же нужно не только на саму платформу внести изменения, там столько дел с документами…»

«Я так облысею, точно говорю! Какого черта “Shengjia” (Шэнжиа) так давят?»

«Еще и Lianxin (Лиансин) хотят пересмотреть конртакт..», – послышались напряженные вздохи.

Услышав названия компаний, Сун Шиуй замер перед открытым лифтом, пока его не окликнули. Вернувшись в свой кабинет, он вызвал Линь Кэ и спросил его об услышанном.

«В конце прошлой недели “Shengjia” (Шэнжиа) заявили, что хотят продавать через нашу платформу бриллиантовые ювелирные изделия, их сторона уверяет, что вся продукция будет сопровождаться геммологической документацией».

«Кто ведет переговоры?» – Сун Шиуй нахмурился.

 “Shengjia” (Шэнжиа) это не просто какая-то крупная компания, это потомственные бизнес гиганты, группа компаний, часть которых аккредитована на бирже, все принадлежит семье Ван. Основной бизнес - недвижимость и строительство, есть также пищевая промышленность, ювелирные изделия, в общем, семья Ван сидит на мешке с золотом. Изначально они сотрудничали с другой электронной платформой, но пару лет назад, когда к власти фактически пришел молодой наследник, Ван Цзымин, в компании произошли большие изменения. Летели головы и перетасовывались проекты, и это только то, что было видно на поверхности, а какие подводные течения бурлили на самом деле, можно только догадываться.

Тогда сам Сун Шиуй, почуяв ветер перемен, налаживал контакты с новым руководством и в итоге, заключил контракт. Конечно, он давно не занимался ловлей рыбы, для этого у “Yugoumai ltd.Co” был специальный отдел, но когда речь заходит о действительно больших клиентах, такие вопросы мог решить только президент компании.

«Я хотел сам заняться этим вопросом, знаю, как они важны для тебя. Но сначала запрос пришел в отдел разработок, они подняли на уши маркетологов, но тут не все так просто, нужно вносить изменения на саму платформу из-за специфики...», – Линь Кэ нахмурился.

«Какие-то проблемы?» – Спросил Сун Шиуй.

«Не то, чтобы проблемы. “Shengjia” (Шэнжиа) очень торопятся и пытаются надавить на нас, чтобы мы начали уже разрабатывать для них отдельный продукт. Но я не понимаю, к чему такая спешка. Если совет директоров проголосует за добавление ювелирного бизнеса на платформу, то мы начнем полномасштабную работу в этом направлении, юристам нужно будет собрать весь пакет документов, согласовать все с законодательством. Ты закладывал это в развитие и  “Yugoumai” выгодно начать сотрудничать с таким большим продавцом. Но если мы поторопимся…»

«То можем попасть в ловушку  GIA».

«Верно», – Кивнул Линь Кэ.

(*речь идет о скандале с ведущей онлайн платформой Alibaba в 2016г, когда по их электронке было разослано миллионам потенциальных покупателей предложение о покупке бриллиантов, выращенных синтетически (chemical vapor deposition, CVD), с сертификатами Геммологического института Америки (Gemological Institute of America, GIA) на природные бриллианты, что было фальшивкой. GIA немедленно инициировали расследование об использовании их сертификатов, но это повлекло катастрофические последствия для репутации GIA за торговлю их сертификатами. Истину так и не смогли выяснить, слишком много крупных шишек из разных стран были завязаны в алмазном бизнесе).

«Возьми на контроль и не поддавайся на их провокацию. Не знаю, что у них там происходит, но мы не можем себе позволить ради одного клиента разрушить репутацию всей платформы. Не стоит оно того. Ван Цзымин умный человек, он не будет сознательно доставлять неприятности своим партнерам», – Сун Шиуй потер лоб, – «Что с Lianxin (Лиансин)?»

«Президент Сун, вам бы отдохнуть», – Линь Кэ смотрел на него с тревогой в глазах.

«Я больше не президент, зови меня нормально», – улыбнулся Сун Шиуй, – «Говори. Я все равно сейчас не смогу думать ни о чем другом».

Линь Кэ вздохнул. Он, как никто другой знал одержимость этого человека работой.

«Lianxin (Лиансин) не довольны продажами и винят в этом нашу платформу. Они хотят, изменить свой контракт, если в ближайшее время не будут расширены интегрированные каналы продаж».

У Сун Шиуя дар речи пропал. Таких наглых клиентов еще поискать в наше время. Перед тем, как крупная компания, да и любой продавец решают использовать Ecommerce, они сами выбирают, какую площадку будут использовать, взвешивают все риски и заключают контракт. Ни одна площадка не гарантирует, что покупателям понравится их продукт, и  тем более, не отвечает за складские запасы или другие внутренние дела этих компаний. Насколько он знает, у Lianxin (Лиансин), пришедших на платформу 5 лет назад, последний год постоянные проблемы. Пользователи начали жаловаться на качество продукции, возвраты достигли 25%, а это  уже не шутки. Кроме того, часто нужного товара просто нет в наличии. Со своей стороны, они предоставили Lianxin (Лиансин )одни из лучших условий на то время, но сейчас эта компания пыталась переложить свои проблемы на электронную платформу.

Сун Шиуй даже не рассердился, чего он только не видел в начале своей работы. Он просто хотел быть уверен, что компания с этим справится должным образом.

«Что ты будешь делать?» – Спросил Сун Шиуй, садясь на диван в кабинете.

Линь Кэ удивленно посмотрел на него. Увидев расслабленный вид Сун Шиуя, он понял, что тот хочет он него.

«Пригласим их представителей на обед и объясним еще раз контракт, выделим те вещи, за которые платформа не отвечает и посоветуем обратиться в случае необходимости к хорошему менеджеру».

Сун Шиуй разразился хохотом. Ну а кто воспитал этого парня? Он же сам таскал его на встречи и тренировал жесткую руку. И рот, получается.

Махнув рукой, он откинулся на спинку дивана и перевел дыхание. Когда за Линь Кэ закрылась дверь, он спокойно оглядел кабинет. Здесь прошли последние 10 лет его жизни. Вроде не много, но и не сказать, что мало. Огромный проектор, 2 доски с какими-то надписями, на стене награды в красных рамках, не говоря о новейшем компьютере и стереосистеме. В остальном, кабинет был в стиле хай-тек…

Сун Шиуй не хотел сейчас хандрить, вещи собирать не было смысла, потом Линь Кэ сам переделает кабинет по своему вкусу, если захочет переехать в него. Перекинув пиджак через руку, он спустился на парковку и велел водителю отвезти его в Дзин дзи бай.

 (Kingkey 100 – небоскреб на юге Шэньчжэня, на верхних 4-х этажах расположен 38-метровый «небесный сад» и рестораны)

Ненавязчивая музыка, яркие огни города, крыши домов в окне, где-то недалеко переговаривались люди, все это делало вечернюю обстановку ресторана на последнем этаже небоскреба какой-то магической. Сун Шиуй сидел на диванчике, потягивал третий бокал мартини и задумчиво смотрел в окно расфокусированным взглядом.

Странно, он думал пригласить народ, посидеть, повеселиться, обнять мягкие тело женщины и упасть с ней от бессилья до утра. Но вот он один и совсем не хочет никакой толпы веселящихся и здоровых людей вокруг. Депрессия накатила неожиданно, как это обычно бывало в последние месяцы. Черт! Это очень классный город, он переехал сюда и сразу влюбился в эти стройки, в башни и улочки, в то, что он такой технологичный и современный. Он так хотел сделать жизнь лучше с помощью своих знаний, хотел развиваться, познавать этот мир и использовать по назначению каждый юань, бережно  скопленный его родителями.

Сун Шиуй поднял глаза на небо. Ничего не видно, на сотом этаже редко когда бывает ясный вид, особенно на небо. Звезды тонут в отблеске сияющих огней города и небо кажется просто темной бездной. Но он знает, каким бывает небо и мириады звезд, рассыпанных, как пылинки во флюорисцентном свете на покрывале. Где-то там, его родители. А там ли? Есть ли жизнь после смерти, что его ждет, когда он в последний раз закроет глаза? Эти вопросы он старался не задавать себе и даже запрещал думать, но они настырно лезли в голову. 

“Прости мам, я так и не нашел тебе хорошую невестку, если честно, я и не искал, думал у меня еще много времени… Пап… надеюсь ты сейчас с мамой и вы счастливы…”

Из мыслей его выдернул  мягкий девичий голос:

«Простите, Сяншен*, вы в порядке?»

Сун Шиуй на мгновение застыл и повернул голову. У диванчика стояла миниатюрная красивая девушка с детским личиком и каштановыми вьющимися волосами. Белая блузка с длинными широкими рукавами и короткая бежевая юбка придавала ее образу чистый невинный вид. Она обеспокоенно смотрела на него, теребя в руках сумочку.

Несмотря на кажущуюся «невинность», Сун Шиуй прекрасно понимал, что его пытаются соблазнить. Никто просто так в подобных местах не подходит к одиноко пьющим  мужчинам. Он усмехнулся про себя: тебя-то мне и не хватало.

Галантно улыбнувшись, он сказал: «Да, все в порядке. Просто немного задумался».

Девушка убрала свой обеспокоенный вид и сменила его на мягкую улыбку, чуть опустив подбородок и прижав руку в кулачке к груди: «А! Тогда хорошо, вы просто долго не двигались и смотрели в одну точку… Я подумала, вам неуютно».

Прекрасная игра! Даже не сбилась ни разу, заслужила конфетку.

«Присядете?»– Спросил Сун Шиуй, мотнув головой на место рядом с собой.

Девушка поджала губы и стыдливо опустила глаза.

«Если вам плохо одному…»

Она села на боковое кресло.

Мимо, подумал Сун Шиуй.

Он подозвал официанта и позволил Сестре Мэй (так она представилась) сделать заказ. Они о чем-то болтали, сестра Мэй потягивала коктейль, откусывая иногда кусочки фруктов своим маленьким ртом. Сун Шиуй задержал взгляд на ее губах. Аккуратные, нежные, верхняя губа пухлее нижней, розовые... Они бы прекрасно смотрелись на его «Шиуе младшем».

Он вдруг расхотел продолжать вести светские беседы. Он взрослый, 37-летний мужчина, она – прекрасно знающая на что шла, девушка. И судя по ее поведению, и тому, как умело она вела поверхностный разговор  с незнакомцем, это явно не первая ее вылазка.

Обычно, Сун Шиуй очень осторожно выбирал себе пассий. Желания заводить отношения у него вообще не было. Он никогда никого не любил. Юношеская влюбленность когда-то тронула мальчишеское сердце, но это было давно и не серьезно. А в остальном, он был довольно закрытый человек. Его спутницы были такие же. Кто-то, кому просто удобно иметь постоянного партнера, но без привязки отношений. Когда один из них находил другого партнера или они уставали друг от друга, то спокойно расходились. Просто было всегда. Но из-за того, что он выбирал очень тщательно, таких девушек было не очень много в его жизни. Спокойствие ему было важнее удовлетворения потребностей.

Эта сестра Мэй была не похожа на его обычных спутниц, но на разовый секс вполне сойдет, что сейчас и было нужно. Когда он уже собирался закончить этот фарс, его телефон зазвонил. Это была мелодия контакта дяди Чена. Сун Шиуй поднял левое запястье и, глянув на время, понял, что пора было связаться со стариком. Он извинился и отошел в коридор, чтобы принять звонок.

«Дядя Чен, я сейчас на ужине, не могу долго разговаривать. Со мной все хорошо».

На том конце повисла секундная тишина.

«…Я тебя только сегодня выписал, почему ты бегаешь повсюду? Дома ужинать нельзя что ли? Когда приедешь, позвони, я буду ждать».

Сун Шиуй с 16 лет никому не отчитывался и не собирался начинать это делать в свои почти сорок. Он и так сдерживал свой характер из-за личности дяди Чена, но всему есть предел.

«Дядя Чен, я не буду перезванивать. У меня ужин с дамой и я не уверен, что позже будет время на звонки».

В трубке было слышно, как скрежещут зубами:

«Сяо Шиуй, не вздумай валять дурака. Тебе нельзя ни в коем случае пить и физические упражнения тоже под запретом! Отправь девушку и дуй домой».

Голову Сун Шиуя будто сжали в тиски, он понимал, что это из-за раздражения. Его эмоциональное состояние и так было сегодня  не стабильным. Он сжал переносицу и постарался успокоить дыхание.

«Дядя Чен, ты действительно думаешь, что можешь указывать, что мне делать? Моя личная жизнь тебя не касается, извини. Давай будем держаться отношений врач – пациент, так будет лучше. Я позвоню завтра. Кладу трубку».

Он сбросил звонок и прислонился к стене, запрокинув голову. Постояв так пару минут, достал из кармана пузырек, высыпал 2 таблетки и закинул их в рот. Дойдя до своего столика, Сун Шиуй не садясь, схватил бокал и залпом выпил обновленный мартини. Девушка хотела что-то сказать, но промолчала, она всматривалась в его лицо и казалось слегка озабоченной. Сун Шиую надоело это, он сделал шаг к ней и положил руку на спинку дивана.

«Слушай, мы оба знаем, что будет дальше, – Он улыбнулся одним уголком губ, но даже эта легкая усмешка казалось полной соблазна на его красивом зрелом лице, — У меня пропало настроение играть. Если допила, поехали. Если нет, все равно поехали, у меня дома есть напитки получше».

Девушка сначала опешила и сделала обиженное лицо, мол, за кого он ее принимает. Сун Шиуй слегка сжал ее щеки своими пальцами, заменяя ее обиженное выражение на губы-уточки и слегка наклонился к уху девушки:

«Давай без этого театра. Мне крайне остоебенело тут торчать и я собираюсь домой. Ты можешь сидеть здесь дальше, но только свой счет оплачивай сама. Спать с тобой - точно не мечта всей жизни, не заблуждайся. Я ни к чему тебя не принуждаю, можешь оставаться».

Он резко выпрямился, терпя головную боль и подступающую тошноту, развернулся и направился к выходу. Возле лифта он почувствовал движение сзади, но ему было лень оборачиваться. Уже в кабине лифта он с удивлением обнаружил следующую за ним девушку. Она, наконец, убрала с лица это невинное выражение. Теперь в ее глазах плескался расчет и откровенный соблазн, она взяла его под руку:

«Я вызвала такси, вы выпили и не можете вести машину».

Сун Шиуй поднял бровь. Какая нормальная девушка проглотила бы такие слова? Даже если она ищет спонсора, все же так держаться за кого-то грубого, кто даже не обещал ей это самое спонсорство, казалось подозрительным. Он отправил сообщению водителю, чтобы тот включил камеру в салоне и по приезде отправил фотки девушки куда надо. Потом открыл одну переписку в WeChat и написал инструкции.

Выйдя на парковку, сестра Мэй хотела потянуть его к стоящему справа такси, но перед ними остановился черный Майбах. Водитель вышел и открыл заднюю дверь: «Президент Сун».

Девушка остолбенела и занервничала.

«Чего стоишь? Красную дорожку ждешь?» – Сун Шиуй хохотнул.

Пока они ехали, он заметил, что девушка нервничает все сильнее. Когда они заходили в лифт в доме, у нее на лбу уже выступил холодный пот, она постоянно косилась то на него, то на водителя.

«Не нервничай так, он просто живет на том же этаже и не пойдет с нами».

Сун Шиуй хотел улыбнуться, но борьба с внезапно обрушившимся головокружением отвлекла его. У водителя что-то тихо запищало в нагрудном кармане и он оглянулся. Сун Шиуй в это время быстро сжал девушку в объятиях.

Хочешь испортить мне вечер? Не сегодня. Водитель отвернулся.

Когда за ними захлопнулась дверь в квартиру, Сун Шиуй впился в губы девушки. Протолкнув свой язык в ее полуоткрытый ротик, он начал играть с ее язычком.  Она отвечала очень неохотно, даже объятия были какие- то вялые. Сун Шиуй про себя нахмурился. Так не пойдет.

Он прервал поцелуй и отстранился от нее:

«Хочешь выпить или сначала в душ?» – Он провел большим пальцами по ее щеке.-  Не нервничай, я тебя не съем.

Да, есть совсем не хотелось. Тошнота и головная боль, кажется, сегодня пробили новый потолок его выносливости. Он медленно развернулся, скинул пиджак и разулся, кинув тапочки под ноги девушке. 

«Душ там», –  он махнул в сторону ванной, а сам пошел в столовую.

В ящике стола были очень сильные лекарства и, обычно, он принимал их только в крайнем случае. Но сейчас Сун Шиуй чувствовал, будто все тело рассыпается на куски, а голова вот-вот взорвется. Вынимая таблетки, его руки сильно дрожали. В столовую быстрым шагом зашла девушка.

«…Вы…Вы тот самый Сун Шиуй?..Президент “ Югоумэй”?» – Ее голос сорвался, она  смотрела на него выпученными глазами, а на лице застыл страх.

А, увидела наградные сертификаты на стене. Сун Шиуй попытался налить воды в стакан, но руки не слушались.

«Эн», – Единственно, на что у него хватило сил.

Девушка заметалась, начала просить отпустить ее. Сун Шиуй плохо разбирал слова, он еле закинул таблетки в рот и начал просто пережевывать их зубами.

«Простите!...Я не знала, что это вы.. Отпустите меня, пожалуйста!» – Девушка уже трясла его за плечо, он смутно разобрал ее слова, но ответить почему-то не было сил.

Девушка поняла, что с ним что-то не так и бросилась в коридор. Был слышен звук дергающей дверной ручки и пиликающий звук от терминала ввода пароля.

«ЭЭнь. Неверный пароль, введите заново»

Правая часть тела Сун Шикя отказала и он упал на пол, снося стулья. Голова больно ударилась, в глазах темнело, тело забила судорога.

Интересно, как быстро его люди поймут, что изменение данных на его часах не имеет никакого отношения к получению наслаждения?

Сун Шиуй уже понял, что сестра Мэй чем-то его опоила, видимо просто хотела подцепить богатого мужичка и выдать на утро их сон за «секс», но напоролась на него. Президенты больших компаний с личными водителями обычно не сидят в одиночестве в обычном ресторане. Ну хорошо, не совсем обычном, но и не шикарном. И не пьют мартини…

Да, мартини… дядя Чен предупреждал его не пить, но он не думал, что будут проблемы от пары-тройки бокалов. Но вот в сочетании с наркотой, это было точно смертельным комбо для него. 

Сун Шиуй чувствовал, что земля вокруг  вращается с дикой скоростью, он больше не сдерживался, его начало рвать прям на полу. Оказалось, это девушка трясла его: «Как мне выйти из квартиры? Скажи пароль, я вызову тебе скорую! Быстрее!»

Как же громко ты орешь.

Сун Шиуй не мог ответить ей, он погружался в темноту и вдруг подумал «Почему вся жизнь не проносится перед глазами, почему только чертов бокал с мартини…»

Наступила полная темнота.

_________________________________

Громкая музыка и толпа беснующейся под нее молодежи заполнили все пространство небольшого помещения. В отдельной кабинке на 2-м этаже веселилась группа оболтусов. Парни, изрядно выпив, приставали к сидящим рядом девушкам, кто-то танцевал на столе, кто-то смеялся, кто-то играл. В углу дивана сидел худощавый молодой человек. Лица его не было видно, потому что он облокотился на согнутые руки, склонившись в поясе. К нему, пошатываясь, подошел парень в брендовых шмотках и с модной прической.

«Эй, Ли Вэньян, хорош спать. Смотри кого я тебе привел», – Голос был саркастический, на лице парня была грязная ухмылка, одной рукой он подталкивал в спину бледного зашуганного паренька.

Не услышав ответа, парень с модной прической потянулся к молодому человеку на диване: «Ты оглох что ли? Старший молодой господин Ли не хочет нас даже взглядом удостоить?»

В кабинке прозвучали смешки, девушки улыбались в ладошку, а парни уже откровенно зло ухмылялись. 

«Ли Цзинь, твой кузен совсем не хочет дать тебе лица, ха-ха…»

Звук смеха резко оборвался, когда парень с модной прической бросил на говорившего холодный взгляд. Смешки поутихли, но ухмылки на лицах остались.

«Может он заснул?» — Прозвучал женский голос.

Хм. Ли Цзинь на мгновение задумался, а потом слегка толкнул молодого человека в плечо.

«Просыпайся, брат, сегодня твой день рождения, не время спать».

Молодой человек не шелохнулся. Ли Цзинь толкнул сильнее. Тело молодого человека пошатнулось и медленно начало заваливаться на бок. Народ опять развеселился.

«Да молодой мастер Ли и правда наклюкался!»

«Еще бы, ему всего 22, а он несколько бутылок в себя влил».

«…Он же не сам пил, вы, ребята, провоцировали его…», – раздался робкий девичий голосок, – «А-А-А!»

Девушка вскрикнула и вскочила с дивана. С ее места было хорошо видно упавшего молодого человека и она разглядела белую пену у его рта.

« Чего ты так верещишь?» — недовольно спросил ее рядом сидевший оболтус.

Девушка вытянула руку и пальцем указывала на Ли Вэньяна.

В этот момент все резко заткнулись, а потов  забегали, засуетились. Кто-то призывал вызвать скорую, кто-то просил не трогать парня. Девушки в страхе сгрудились в кучку и боялись даже смотреть в ту сторону.

Вскоре, возле бара, звук сирены скорой помощи заглушил все остальное.