Мы, с братом Лу, покинув торговый квартал, шли на постоялый двор. К монаху Ду, снявшему на нас комнаты. След его цы вел нас в самый неприметный квартал. На окраину города. Подальше от суеты и мастеров сект. Самое то, чтобы отдохнуть нам, а ему вновь погрузиться в потоки внутренней энергии для культивации и постижения смысла истины небесного пути.

— Брат Хэ, как думаешь, чего нам ждать на аукционе от мастеров Душистой травы и Сливовой розы? — задумчиво спросил Лу Ван. Его не отпускало поведение старшего мастера Травы. Как сказал: — слишком уж почтительно он вел себя с еретиком, который убил уважаемого и обожаемого главу их старшей секты Тан Мудана.

— Все может быть, — ответил брату Лу по нашей ментальной связи, — ловушку и опасность быть окруженным почтенными мастерами, я не исключаю. А даже подозреваю.

— Ты никому из праведников не веришь, да? — усмехнулся и криво улыбнулся брат Лу, ожидающий что я подтвержу его слова о недоверии.

— Я верю тебе, брат Лу. Ты мой лучший друг. За тебя я кого угодно, невзирая на ранг и культивацию, нашпигую Пронзателями, и разместив в Нефритовом гробу, отправлю главе культа Трупов. В дар, на эксперименты.

— С-с-спасибо, — заикаясь от представших картин, сказал брат Лу, заходя в свою комнату. — до вечера, брат Хэ, — попрощался друг.

Ответив ему тем же, ушел к себе. В комнату напротив. Как только закрыл за собой дверь, тут же накинул на нее формацию сокрытия, чтобы никто не смог найти меня с помощью поисковых печатей. Мне нужно было восстановить потраченные силы и отдохнуть перед предстоящим выходом в свет города Пунжу. А чтобы быть уверенным в нашей с братом Лу и монахом Ду безопасности, отпустил на волю несколько призраков, обратившихся в воронов. Каждый из них, облетев окрестности, покажет кто из Почтенных мастеров Розы и Травы в городе. Что те замышляют. О чем говорят и договариваются.

***

К вечеру, найдя поместье мастера Лю Му, навестил его в призрачной форме. Воплощением. Старший мастер, не смотря мне в глаза, снова падал в ноги, одаривал почтительными и уважительными поклонами. Обещал, что на аукционе мне и брату Лу будет оказан достойный прием. Сказал, что нас там уже ждут. Сам же он не придет.

— Буду медитировать. Хочу к следующей весне создать Зародыш.

На этом мы простились.

Забрав приглашение на аукцион, воплощение вернулось на постоялый двор. Снова став частью меня. Развернув конверт, увидев время и место, стал собираться. Перед этим оповестив брата Лу, что у нас на сборы полчаса. В противном случае все было зря. Другу на сборы было нужно пару минут. Как и мне. Всего лишь скинуть черные одеяния и надеть темно-синие.

Монах Ду, услышав о приглашении от праведника и аукционе в главном доме торгового квартала, отказался с нами идти. Остался в комнате, чтобы продолжать постигать путь небес, раскрытый небесным Цын Лю. Да и не его это дело. Ведь:

— Зная вас, Почтенный Гуй, без боя и смертей не обойдется. Поэтому я останусь в своей комнате и помолюсь Мудрецу за загубленные вами души заранее. Амитабха!

Махнув на Ду Шена рукой, мы с Лу Ваном отправились к указанному в приглашении месту. К главному дому торгового квартала, носящего имя «Тяньшань», то есть Небесный павильон. Город веером — красив и ярок. Вывески пестрили разнообразием. Ароматы еды и напитков заманивали горожан и путников. Фонари, раздаваемые и зажженные у входа в торговый квартал, указывали дорогу.

Красные — дом Удовольствий. Не только девы непристойного поведения, но и азартные игры. Синие — дом Чревоугодия. Ешь, пей столько, сколько сможешь. Но не забудь заплатить. В противном случае придется отрабатывать. Зеленые — дом Тишины. Здесь смертные и бессмертные отдыхают от мирской суеты. Ищут внутренний покой. Желтый — дом Загадок. Смертные и бессмертные собираются группами и исследуют исторические записи культ и сект, канувших в небытие. Этих фонарей меньше всего. Преобладают красные, синие. Остальные теряются.

Наш с братом Лу фонарь — черный, с алыми узорами. Черный — тайна, алый — азарт. Ведь аукцион — это эмоции, гонимые возбужденной кровью от происходящего. Следуя за фонарем, мы с бротом Лу осматривались по сторонам. Прислушивались к разговорам. А я считывал поисковой формацией преследователей, шедших за нами от постоялого двора.

— Брат Хэ, нас преследуют, — шепнул мне Лу Ван.

— Знаю. На приглашении отпечаток поисковой формации. Ее оставил Лю Му.

— Не удивлен, — тяжко выдохнул брат Лу, спросив: — Что будем делать?

— Подыграем, — с улыбкой сказал я, предвкушая бой и очередное пополнение моих формаций Зонта, Флага Картины.

Как и сказал Лу Ван, я не верю словам праведников. Их уважительному тону, низким поклонам, слезливым извинениям. Поэтому всегда готов к бою и убийству. Для меня это — как мантра для монахов. Смотри в глаза, слушай, делай вид, что веришь, но не верь. А готовь Гвозди и голодных призраков.

Дом Аукционов был перед нами. Как и распорядители, приглашающие пройти и занять свои месте. У нас с братом Лу они почетные. На самом верху, в отдельной комнате, с видом на зал и лоты. Удобные кресла,. На столе чайник с чаем. Имбирные пирожные. Вино. Все, что душе угодно. Но ради безопасности:

— Не пей, и не ешь, — предупредил я брата Хэ, потянувшего было руку к кувшину с вином. — Кто знает, что там…

— Ты прав, брат Хэ. Не стоит злоупотреблять гостеприимством. Лучше посмотрим представление, — показал он сцену, где девушка в золотой маске, откровенном шелковом наряде представляла товары, они же лоты.

Интересными вещами торгует дом. Артефакты, редкие пилюли, утраченные техники меча. Оружие и броня. Здесь и правда многое можно найти. Но не то, что нужно мне. Хотел уже покинуть комнату, предстать перед организаторами, как услышал название последнего лота:

— Гребень и когти тысячелетней виверны. Начальная цена — 300 золотых монет.

В зале воцарилась тишина. Мало кто знал свойства гребня и когтей ящера. А я знал. Гребень ценнее шкуры в несколько раз. Из него, как гласили записи предков Гуй, мастера секты Трупов, делали первые Гвозди. Опасные, способные не только душу из тела выбить, но разум подчинить. С помощью гребня виверны Гробовщики делали Марионеток Инь. А когти — носитель яда. Как клыки у василиска. Поэтому?

— 1000 золотых монет! — назвал за меня цену брат Лу, вводя в еще больший шок всех присутствующих. Девушка, дрожа от страха, продолжала спектакль. Улыбалась, вела торги.

— Почтенный Гуй дал 1000 золотом за лот. Кто даст больше?

Когда гости дома узнали, кто претендует на лот, оживились. Начали перебивать цену. Давать за гребень и когти десятки тысяч золотом. Лишь бы лот не достался еретику. Мне было смешно, а вот брату Лу не до шуток. Он не понимал, зачем я это делаю. Все повышаю и повышаю цену. Ответ был прост:

— Разорить старших и почтенных мастеров. Они торгуются со мной за вещь, которая будет лежать мертвым грузом в их опустошенных хранилищах.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся брат Лу, поддаваясь азарту, как и я.

А цена за Гребень тем временем уже достигла полумиллиона золотом. Хотя, цена ему от силы пара тысяч. Ставка все роса и росла. Девушка едва на ногах стояла от суммы, предлагаемой за товар. И с облегчением выдохнула, когда я «уступил» гребень и когти Почтенному мастеру секты Душистых трав — Лю Веню. Довольный собой, с покупкой в руках, мастер занял свое место. Рядом с еще одним Почтенным — Лю Жунем. Смотря на меня, через стекло, они улыбались. А я в ответ.

— Дамы и господа! Смертные и бессмертные! Торги подошли к концу. заявленных лотов не осталось. Дом благодарит вас за визит, и желает приятного вечера.

— Жаль, что нам так и не удалось ничего купить, — расстроено пробормотал брат Лу, идя за мной к выходу. — Может, хоть еще парочку физиономий разбить удастся, — протянул Лу Ван, оглядываясь по сторонам в поисках претендентов на бой.

— Думаю, твое желание будет исполнено через несколько минут. Как только мы покинем дом и квартал. Ведь по правилам дома Аукционов, устраивать драки в их владениях строго запрещено. Карается немалым штрафом.

— Значит, ждем…

И он дождался.

Не прошло и минуты, как мы покинули торговый квартал, как попали в кольцо старших и почтенных мастеров из сект Розы, Травы, Сливы. Мы с братом Лу тут же встали спиной к спине. А я призвал формацию «Могильной тишины», чтобы иметь возможность общаться с противниками.

«Почтенные, старшие, чем обязан вашему визиту в столь позднее время?» — интересуюсь я метально, при этом держа наготове пять Пронзателей.

— Не придуривайся, Призрак! — прогорланил почтенный Лю Вень. — Ты прекрасно знаешь, за что сейчас умрешь! — а потом показал на друга за моей спиной, — как и снежный мальчишка за твоей спиной.

— Лу Ван, одумайся! — просил брата Лу второй почтенный мастер Трав — Лю Жунь. — Он — еретик. Ты — праведник. Вам с ним не по пути!

На слова и призывы почтенного, брат Лу только рассмеялся. Заливисто, заразительно. На весь квартал. Нарушая сонную тишину. А когда задор прошел, сказал всем, напротив стоящим:

— Брат Хэ — мой друг. Лучший друг. А я — тень луны на лазурном полотне неба в ясный, солнечный день! (Эта фраза была в 9 главе «Долина Призраков»)

Эти слова!

Я слышал их от Почтенного Гуй Линьюя. Так он говорил о дружбе с моим Учителем. Дзишен — Луна в ночном небе, а Линьюй — тень луны в дневном небе. Не думал, что у меня тоже появится лунная тень. Друг, готовый не просто принять меня, мое мировоззрение, воющего призрака в душе, а пойти одной дорой.

— Глупый мальчишка! — зло плюнул Лю Жунь. — Ты подписал себе смертный приговор. Убить! — приказал старшим мастерам почтенный мастер, приглашая меня на личный бой. — За Тан Мудана!

Не отказал. Принял вызов. Хотя, прекрасно знал, что бой будет не один на один, а все почтенный против меня одного.