Погрузив меня в Зеркальный Лабиринт, Трис показала выход. Путь, который я должна принять. Не сразу, но я согласилась с тем, что смертей близких и родных не избежать. Всех не спасти. Особенно в войне за территории и статус Баронов Востока*.

И никто не поможет. Не выйдет против Сумеречных котов. Не вышел тогда, несколько десятилетий назад против Алых псов, не выйдет и сейчас. Это только наша битва, и ничья больше. Что же до короля Асогавы, тот никогда не вмешивается. Принимает тот клан, который отстоял свое имя и род, и в битве получил желаемые привилегии.

— Доброе утро, Трис! — с улыбкой поздоровалась с подругой, вернувшейся к своим обязанностям. Со стопкой тетрадей и учебниками она шла в аудиторию.

Как и всегда, она в длинной черной юбке в пол, в белой блузке с кружевным воротником, и в утягивающим талию корсете, со свисающим на цепочке маятником. Волосы подруги затянут в высокий хвост. Кончик спускается до самой поясницы. А за ней, не спеша, возвышаясь на голову, шел Хардис, помогая, неся книги и коробку с артефактами для учеников.

— И тебе Дис привет! — поздоровалась я с древним демоном. Тот был явно не в духе. Хмурый, в своих мыслях.

— Привет, Кура, — пробормотал демон. Оставив все на столе Трис, ушел.

Он снял маскировку, предстал в своем настоящем, более взрослом облике. Несмотря на то, что Хардис перестал быть учеником, он по-прежнему оставался в академии. Как сказала Трис, он пообещал обучить ее премудростям Жреца. Но когда вдова познает путь Жрицы, Дис покинет академию, отправится туда, куда укажет Алая Госпожа.

«Что на том треклятом алтаре произошло?» — задавалась я вопросом, видя во взглядах Трис и Диса недосказанность и пропасть между их душами.

— Спасибо, Дис,— поблагодарила Трис, приглашая в кабинет учеников, а со мной договорилась встретиться вечером, на нашем месте — у парапета башни Астрономии. Нам было о чем поговорить, что обсудить. И когда ученики заняли свои места, а я еще не закрыла за собой дверь, услышала: — Тема этого урока: «Малые и средние круги поисковых …», — а дальше не разобрала, так как ушла от двери. Шла к себе в кабинет, к своим ученикам, ждущим Историю магии.

Непонятно как, но осень прошла.

Небо, часто яркое, лазурное, с белыми пушистыми облаками затянуло непроглядной серостью, тучами. Когда-то ало-золотые листья стали тусклыми, пожухлыми. От резкого, спешного ветра падали, усеивая землю, укрывая ее одеялом, готовя к морозам зимы. Ветки деревьев стояли обнаженными. От холодного проливного дождя те дрожали, а затем плакали, роняя крупные капли на землю и прохожих. Все ждали снега. Как и зимы, а с ней и каникул. Но сначала полугодовые экзамены, проверка усвоения полученного материала.

Подготовкой, и день и ночь, жертвуя часами сна, общением с друзьями и подругами, почти каждый ученик и занимался. Штудировал литературу, взятую у Селестии в библиотеке, повторял пройденные за полгода лекции по записанным конспектам, готовил эссе по затруднительной теме, тем самым, надеясь на дополнительный бал к полученной оценке.

— Трис, как у твоих учеников успехи? — спросила алую вдову, проверяющую свитки с тестами и контрольными работами, — есть гении? — Трис, слыша меня, но не поднимая взгляд, вчитываясь в строки, отвечала:

— Есть. Талант и перспективный Верховный маг-поисковик, но… — и тут подняла голову, с печалью в голосе добавляя: — только в жизни, как оказалось, ему это не пригодится, — и криво улыбнулась.

Речь шла о серебрянокрылом ангеле Нимаэле Хьяре, который магией пользуется исключительно по необходимости. Как он мне сказал однажды, пока Трис приходила в себя после общения с Лилит, ему нужны только корочки об окончании магического учебного заведения. Он — Рыцарь, а не Паладин. Магия для него крайняя мера. Оружие против зла — это двуручный меч, закаленный в пламени Небесного Владыки.

— А Эрика? — показала я на проверочную работу мисс Грюн, которая, как мне казалось, тоже неплоха в поисковых чарах и считывании информации с предмета. — Она тоже неплоха. Не Верховный, но до высшего ранга может дослужиться, — Трис не отрицала. Говорила, что да, она в этом и правда хороша. Но на этом все. На большее, нечто масштабное ее сил и резерва не хватит. А расширять и растягивать его тренировками не каждый захочет. Это муторно и сложно. — Ты же ей об этом не скажешь?

— Нет, конечно, — ответила вдова, устало потирая глаза, откладывая в сторону проверочные тесты и журнал. — Я буду учить ее до тех пор, пока она сама не поймет, что поисковая магия включает в себя не только работу с предметами и маятником, но и с артефакторами более мощными и масштабными. Возьми пример нашей с Раалем работы. Параметры — это капля в море. Основную задачу в массиве выполняли круги из древних магических рун и печати, сдерживающие мировые расслоения и расколы.

— И я буду учиться, учитель о’Ньен! — раздался со стороны двери звонкий голос девушки, прижимающей к груди трактат по древним рунам и ангельскому наречию. Видимо, она сама поняла, что если хочет в этой жизни чего-то добиться, то должна учиться в несколько раз усерднее остальных. — Я хочу быть первоклассным магом-поисковиком! — сказала Эрика, делая шаг в сторону Трис, и добавила: — Как вы, учитель о’Ньен.

— Оу! — улыбнулась я, оставляя подругу наедине с ученицей. — Удачи в учебе, мисс Грюн, — пожелала девушке и покинула кабинет Трис, направляясь к себе в аудиторию, к своим проверочным работам.

Мисс Грюн поразила меня в самое сердце и душу, когда с учебниками по древним рунам и ангельскому наречию пришла в кабинет и сказала, что хочет учиться, становиться сильнее, быть одним из лучших магов-поисковиков. Она была согласна даже на дополнительные тренировки по увеличению резерва и количества магической силы. Но это уже после каникул. Пока что у нас с ней начальный этап древних рун и ангельского наречия, на основе которого пишутся среднего и высокого уровня поисковые круги и формулы.

— Три десятка древних рун и десяток ангельских к следующему занятию, — написала ей дополнительные задание, — и пять примеров их использования, — девушка, все записав, согласившись, спросила по тренировки для расширения резерва. — Вот, — протянула пергамент, на котором записаны техники восточных и южных магов. Медитация и дыхательная гимнастика. А еще диета, наполненная укрепляющими зельями. Особыми пилюлями, влияющими на сосуд маической энергии. — У восточных магов ее называют цы.

— Цы, — пробормотала мисс Грюн, — что-то знакомое, — и в задумчивом состоянии покинула мою аудиторию, оставляя наедине с еще непроверенными контрольными работами и тестами.

***

— …таким образом, вписывая руны «тело», «душа» и «солнце», закрепляя их в узоре формации, постепенно, не спеша вливая магию и активируя письмена все разом, мы получаем малый круг поиска. Радиус действий от метра до полукилометра. — Закончила мисс Грюн свой ответ на вопрос, попавшийся ей в экзаменационном билете.

Дальше шла практическая часть — поиск по предмету. С ним, как и все остальные ученики, сдававшие экзамен до нее, Эрика справилась, считала информацию, рассказала о хозяине предмета личную информацию: расу, примерный возраст, телосложение, о его привычках, о магическом направлении. Коротко, без запинок. Лишь раз смутилась, покраснела щеками, когда поняла о ком идет речь. Чей именно предмет послужил экзаменационным пособием.

—Часы принадлежат учитель лю'Отрилю, — скала Эрика, за что и получила «Отлично».

— Хороших каникул, мисс Грюн, — пожелала я, вписывая результат экзамена в личное дело, убирая его в стопочку к остальным. — Увидимся с вами на десятый день нового года, — и показала на дверь, за которой ее ждали друзья, готовые прямо сегодня сорваться с мест и помчаться домой, к родным, к семье.

— Счастливого нового года, учитель о’Ньен! — пискнула девушка и спешно выбежала из кабинета.

Но следом за ней, вальяжно и расслаблено, скрестив руки на груди, вошел Ваэтлин. Улыбаясь, смотря на меня полным восторга взглядом, опускаясь за парту напротив, ждал. Чего? Без малейшего понятия. Я не спрашивала, а он не говорил. И только тогда, когда я собиралась покинуть кабинет, пустотный зверь сказал:

— Я с вами, Лиатрис, — уточняя, что он имел в виду: — составлю вам и Айдо-сан компанию. Мне нужно навестить старинного друга в королевстве Тецура.

Но, как мне казалось, подсказывало внутреннее чутье, причина не только в этом. Скорее всего, он, как бывший Князь Бездны почувствовал ее волнение, колыхания энергии хаоса, а может даже разрыв и явление с той стороны. Зная, что возражения с моей стороны бесполезны, просто кивнула. Соглашаясь и смиряясь. А Кура, она тоже поймет. И если будет надо, поддержит и протянет клинок помощи.

До рассвета еще несколько часов. Небеса по-прежнему темны, а власть над временем и душами смертных в руках Серебряной луны и ее времени — ночи. Академия: оставшиеся на каникулы ученики, учителя и директор спят. И только хозяйка снов и компания путешественников: алая вдова, древний зверь и пурпурная лиса давно не смыкали глаз, не видели сновидений. Одной это ненужно, второй редко выпадает честь, а третий — зверь пустоты, отказался от сновидений и отдыха. Троица, собравшаяся в путь, в королевство Асагава, шли к главным воротам, оставляя позади чернокрылого ангела и его вотчину.

— Давайте чуть поспешим, — подталкивала всех к воротам пурпурная лисица, при этом слишком часто на часы главной башни и окна ректорского кабинета.

Там, как и большую часть своего времени, проводил милорд ин Ваэр. И спал, и работал, и даже иногда обедал. Но не это волновало Трис и Ваэтлина, а горящие пурпурным огнем глаза лисицы, явно что-то задумавшей. И судя по всему, гадость касалась достопочтенного ректора, точнее кабинета, в котором тот работал.

— Кура, за что Крионель по возвращении тебя прибьет? — спросила лисицу вдова, прекрасно знающая характер подруги и ее любовь к розыгрышам и шуткам.

Вместо ответа, лиса посмотрела вдову так, словно то, что она подготовила для ректора — это гадость века. Гаже только горные тролли в розовых пачках, танцующие в обеденном зале. Понимая, что представления не избежать, Кура показала на ректорское окно. И как по часам, резко, с воплем ректора: «Айдо!», открываются деревянные створки, а оттуда, словно фейерверк на праздник, вырывается столп бумаг. За спиной же тонны документов, заполнять не перезаполнять.

— Куреха! — а это из спальни Раальзэля, мага-артефактора, постоянно теряющего свои карманные часы. Голос возмущенного золотокрылого ангела сопровождался треском и звоном сотен часов разом. Будильник для будильника, чтобы не пропустить будильник будильника у будильника. Эту цепочку можно продолжать бесконечно. Как и слушать вой ангелов, чем-то насоливших пурпурной лисице.

— Вот теперь точно пошли, — сказала Кура, таща за собой Трис, за которой, с самодовольной улыбкой, а также догадкой за что им сея кара от лисицы, шел зверь пустоты.

Примечания:

*Барон Востока — наделенный особыми полномочиями вельможа, как при короле у западных и центральных государей Советник.