Наконец дойдя до больницы, Бен, достав бумажку из кармана и сверившись с адресом, уверенно шагнул внутрь.

Внутри было чисто, светло и прохладно. Белые стены, стеклянные перегородки, ровный гул кондиционеров и немногочисленные посетители с персоналом. Бен сделал пару шагов — и к нему тут же подошла сотрудница в форме.

— Мужчина, вам помочь? Вы… Вы хорошо себя чувствуете?

Бен недоумённо оглядел её, не сразу поняв такую бурную реакцию, затем вновь вспомнив, как он, должно быть, выглядит со стороны, и то, как трепетно девушки относятся к мужчинам.

Скорее всего, местные, увидев его внешний вид и потерянный взгляд, могли многое себе навыдумывать. Например, то, что, возможно, он был даже под кайфом? А впрочем.

— Нет, со мной всё в порядке. Я пришёл навестить одного человека. Её зовут Мэй Смит. Мне сказали, что она сейчас находится в вашей больнице и мне можно будет её навестить.

В глазах сотрудницы промелькнуло сомнение.

— Тогда… вам нужно через регистратуру. И, возможно, потребуется подтверждение от пациента. Пройдёмте.

— Конечно.

В регистратуре была небольшая очередь, но сотрудница не стала её обходить — просто подвела Бена к стойке сбоку, как «нестандартный случай», и попросила коллегу проверить данные. Та набрала фамилию, что-то сверила в системе, затем подняла глаза.

— Мэй Смит… — повторила она. — Палата на седьмом этаже. Вип-отделение. Посещения обычно проходит только по согласованию. Ну или же если вы приходитесь человеку родственником.

Сотрудница рядом снова посмотрела на Бена.

— Кем вы являетесь для данного пациента?

Бен задержал дыхание на долю секунды.

— Просто… Скажите, что пришёл Бен. Если она не вспомнит обо мне и не захочет видеть, то я готов просто уйти.

Пристально оглядев его ещё раз, сотрудница, казалось бы, что даже нехотя, кивнула. А другая девушка взялась проводить его.

Они поднялись на лифте. Седьмой этаж оказался гораздо тише и... Куда более богаче, что ли? А впрочем, раз это отделение называлось вип, то, возможно, в этом и не было ничего удивительного.

У нужной палаты сотрудница остановилась.

— Я войду первой и уточню, готова ли мисс Смит принять вас. Дождитесь, пожалуйста, здесь.

Бен слабо кивнул девушке, и та скрылась за дверью. Казалось бы, прошло несколько долгих минут, но на деле не прошло и одной. Он уже успел многое себе напридумывать. Вдруг Мэри его не примет? Или же вдруг она его не вспомнит? Всё-таки так много лет прошло. Или же… Вдруг она не простит его, что он явился так поздно?

Наконец дверь вновь отворилась, и девушка, взглянув на него, слабо кивнула.

— Мэри готова принять вас.

Затем девушка отошла в сторону, а Бен на негнущихся ногах медленно прошёл внутрь. Дверь за его спиной закрылась, и, оглядевшись, он двинулся дальше.

Палата была просторная и слишком спокойная — как гостиничный номер, который зачем-то притворяется больничной палатой. Аппаратура всё равно выдавала правду: ровные писки и тонкие провода.

А на кровати лежала она.

Мэй.

Его сестра.

И смотрела сейчас она прямо на него.

— Бен… — Голос дрогнул. — Неужто это и правда ты?

Он подошёл ближе и на мгновение будто потерял воздух. В последний раз, когда он видел её, она была молодой, живой, упрямой и весёлой девчонкой, которая, казалось, смеялась громче всех. А сейчас перед ним лежала постаревшая женщина, которая уже успела повидать и пережить слишком многое в этой жизни. Седые волосы. Морщины.

Но глаза…

Глаза, казалось, были всё те же. Либо же ему хотелось верить, что это так.

У Бена защипало в горле, и слёзы сами полезли наружу — впервые за долгие годы. Даже когда погибали его товарищи у него на глазах, ему не было так больно, как сейчас.

Он мягко взял её за руку. Подержал, будто проверяя, настоящая ли. И выдавил:

— Прости… Прости меня.

Слёзы хлынули сильнее. Мэй тоже не выдержала — покачала головой, всхлипнув.

— Я знала… — прошептала она. — Я всегда знала, что ты вернёшься. Никто мне не верил… А я знала и верила… И вот ты здесь. Брат.

Бен опустился на колени, чтобы быть с ней на одном уровне, и прижал её ладонь к своей щеке.

— Прости, сестрёнка… Прости, что я прибыл так поздно. Если бы… если б я только мог.

Мэй протянула вторую руку и осторожно прошлась пальцами по его лицу, будто бы проверяя, не галлюцинации ли это и не мираж ли со сном.

— Где же ты был всё это время?

Бен сглотнул.

— Боюсь… это будет слишком долгий рассказ.

Мэй слабо улыбнулась — устало, но тепло.

— Ничего. У меня ещё есть время.

Бен кивнул. И, глубоко вздохнув, начал рассказ.

***

Бен медленно прохаживался вдоль береговой линии, глядя на город и на те разрушения, что постигли не только его самого, но, казалось, всю округу. С огромным трудом он сдерживал ярость, рвущуюся наружу.

Хорошо, что сейчас он был один — никто не видел и не мешал. А причина этого гнева была до банальности проста: его, как и Стефани, попросту обвели вокруг пальца.

Ещё в Штатах они договорились с шишками наверху: что если они станут символами, принесут стране деньги и нужный образ, то получат право участвовать в высадке в Европе. Им обещали не просто отправку на фронт, но и командование взводом. Вот только… всё вышло иначе.

Да, они действительно оказались в Европе — прямиком в Нормандии. Но уже под самый её конец. Когда всё уже было кончено.

Бен вновь стиснул зубы, подавляя рвущийся наружу крик. Проведя ладонями по лицу, он медленно опустился на землю — прямиком на мокрый песок, на котором совсем недавно проливалась кровь его соотечественников.

Пока он тем временем просто-напросто… отсиживался в тылу.

Он не знал, сколько провёл так времени, молча и, казалось бы, не моргая глядя на водную гладь, что небольшими волнами прибывала к берегу. Но сумерки уже медленно начали вступать в свои права.

— Бен.

Услышав знакомый и тихий голос, он перевёл взгляд с воды в сторону и увидел её…

— Стеф…

Девушка, стоя на некотором отдалении от него, просто молча за ним наблюдала, а затем, подойдя ближе, присела рядом с ним. Оба они устремили взгляды на воду, и лишь спустя какое-то время девушка вновь заговорила.

— Я впервые вижу тебя таким злым.

Взглянув на Стефани, Бен, тяжело выдохнув, пожал плечами.

— Ты, возможно, не поверишь, но я довольно-таки спокойный человек, вот только… Я не люблю вранье. А нас мало того что обманули, так ещё ведь нами и воспользовались как только можно. Я верил им, Стеф. И, несмотря на весь тот позор, что мне пришлось пройти, я верил, что они сдержат своё слово, но…

Бен рукой обвёл округу рукой.

— Как видишь, вот чего стоят их обещания.

Стефани на это лишь слабо кивнула.

— Знаешь, они ведь очень боятся тебя.

Бен с легким удивлением взглянул на девушку.

— Чего?

Усмехнувшись, Стефани кивнула.

— Правда. Они боятся тебя. Я, скажем так, подслушала их разговор, ну и… Они будут стараться в ближайшее время не сильно попадаться тебе на глаза и уже думают над тем, как бы тебя успокоить. Кстати, именно они и отправили меня поговорить с тобой. Не то чтобы я не собиралась сама это сделать, просто я понимала, что тебе нужно немного времени побыть одному, да и мне было интересно, что они скажут.

— И почему же? Я ведь ничего такого не сделал. Даже не ударил ещё никого.

Стефани же лишь вновь улыбнулась.

— Ты уже забыл, как ты требовал отпуск для себя и меня? Агент Картер по секрету сказала мне, что они все тогда сильно испугались. Думаю, это ещё и связано с тем, что они в целом понимают, на что ты и я способны. Сколько денег в нас вложено и прочее. И сейчас они видят, что исчерпали твоё терпение.

— Не то слово.

Стефани вздохнула.

— Послушай, Бен, я тоже злюсь, но… Я также понимаю, что силой или же угрозами мы ничего не решим. Нужно пытаться договориться с ними и попробовать вновь поговорить. Может, они ещё одумаются и нам дадут шанс проявить себя не только на сценах, но и на поле боя. Мы ведь в конце концов уже достигли Европы.

Какое-то время Бен молча обдумывал слова Стефани. Со многим он был даже согласен, и всё же…

— Прости, Стеф. Но я им больше не верю.

Выдохнув, Бен произнёс:

— Я уже дал им шанс. Они решили, что смогут обмануть нас и вести за нос. Но с меня хватит. Больше они не получат от меня ни хрена, пока не сдержат своё слово. Так я и скажу им, если они встретятся со мной. Ну или можешь передать им мои слова сама.

Опустив голову, Стефани тихо спросила:

— Значит, ты оставляешь меня одну?

Бен взглянул на опущенную голову девушки и, недолго думая, обнял её.

— Конечно, не брошу. Теперь, когда я оказался здесь, в Европе, я хоть и не попадаю на фронт, но им нужно будет сильно постараться, чтобы вернуть меня обратно в США, как и тебя, впрочем. Какое-то время мы нужны будем им здесь. И я не брошу тебя. Хотя более и не собираюсь выступать в цирке. Без обид.

Подняв голову и встретившись с Беном взглядом, Стеф, мягко улыбнувшись, кивнула:

— Конечно, Бен, без обид. Я рада, что хоть так кто-то будет рядом.

Продолжая сидеть в объятии и склонив друг на друга головы, они ещё какое-то время продолжили так сидеть, пока на небе не появились звёзды и они не решили, что пора бы и закругляться.

Хотя в то же время обоим сильно и не хотелось этого делать.

А хотелось же просто сидеть в обнимку рядом друг с другом и любоваться не только звёздами, но и друг другом.

(Тут нейронка сделала не совсем то, что я хотел, но в целом вышло красиво.)

***

— Кто готов вместе со мной сломать Адольфу челюсть.

Повисло молчание. Стефани нервно обвела взглядом сидящих людей перед ней и не могла понять, что делать дальше.

— Эй там, выпускай парней с девчатами, пусть споют и танцуют.

— Ну… Они знают лишь одну песню. Но я попрошу их…

Дальнейшие мгновения Стефани постаралась бы как можно скорее вычеркнуть из своей жизни. Ведь такое унижение, как тогда, она ещё не испытывала. Возможно, именно так и чувствовал себя Бен, когда был обманутым?

Опять же, не то чтобы она так же, как и он, была не меньше зла и в обиде на них, но она также понимала, что и ничего не делать — тоже не выход.

Хотя, может, именно она в конце концов оказалась неправа? Ведь в отличие от неё Бен не унижается на сцене.

Попытавшись успокоиться и прийти в себя, Стефани села под брезентом — как-никак, капал дождь — и решила провести время за рисованием, как она это часто делала, как вдруг…

— Я слышал, что твоё выступление прошло не очень?

Вздрогнув, Стефани огляделась на голос и встретилась со взглядом Бена, после чего, нервно улыбнувшись, кивнула.

— Да уж… Пришлось немного сымпровизировать. Не привыкла к зрителям, которым больше двенадцати… Или тем, что не пытаются раздеть тебя взглядом.

— Цитируете сенатора, мисс Роджерс.

Тут в их разговор вступила подошедшая вдруг из неоткуда агент Картер. И Стефани в очередной раз не могла не согласиться с мыслью Бена о том, что она была приставлена к ним в роли няньки или же как-то по-иному контролировать их.

— Агент Картер.

Бен легким кивком поприветствовал её, и Стефани, так же кивнув, решила ответить.

— Ну, он, в отличие от некоторых, не пытался запереть нас навечно в лаборатории. Ну и в Европе мы всё-таки оказались. Хоть и не напрямую на фронте.

— Зато вы повышаете дух солдат… Как выразились бы некоторые.

— Ну а вы, Бен. Удивляюсь, что вас ещё никуда не отправили, вы ведь теперь не даёте концертов. А жаль, у вас был весьма неплохой голос.

Бен скривился от похвалы Картер.

— Вам ли не знать, что я делал это из-за того, что мне обещали, но так и не выполнили.

— Формально сенатор сдержал обещание.

— Ну конечно. Дайте мне только встретиться с ним, и я лично пожму ему его шею.

Пока Бен и агент Картер перебрасывались словами, внимание Стефани вдруг привлекло некое шевеление дальше. В лагерь заехала медицинская машина, и оттуда сразу же начали выносить раненых солдат.

— Они будто в аду побывали.

Проговорила Стеф, а Бен тем временем лишь молча проводил их взглядом.

— Они и вправду побывали в аду.

Проговорила Картер, глядя на Стефани.

— Шмидт на днях бросил свои силы в Азана. Двести человек вели там бой. Вернулось меньше пятидесяти. Это всё, что осталось от сто седьмого пехотного. Остальные погибли или попали в плен.

Осознав сказанное, Стеф встрепенулась.

— От сто седьмого?

Картер на вопрос насторожилась.

— Да, а что?

— Идёмте…

Ничего не спрашивая, Бен и Картер двинулись прямиком за Стефани. Пробежав вдоль лагеря, на который лился сильный дождь, они вскоре оказались в палате полковника, и Стефани двинулась прямиком к нему.

— Полковник Филлипс.

Подняв на них взгляд, мужчина лишь саркастично проговорил:

— О-о-о, неужто наши звзёды решили нас навестить.

Оглядев Стефани и бросив взгляд на Бена, он под конец добавил:

— Хотя про вас уже это уже сложно сказать. Вы знаете, что вас вскоре собираются отвозить обратно, если вы вновь не начнёте выполнять свои условия, что были прописаны в контракте.

— Я выполнял свои. В отличие от вас. И я уже говорил, что и пальцем не двину, пока они не будут соблюдены. Но пришли мы сейчас не за этим.

— А за чем же, позвольте узнать? В отличие от вас у меня полно дел. Идёт война, если вы вдруг не забыли.

— Мне нужен список погибших в Азане.

Полковник оглядел Стефани и слегка покачал головой.

— Не нужно мне здесь приказывать, девушка.

Но Стефани никак не отреагировала на явную провокацию полковника.

— Мне нужно одно имя. Сержант Бекки Барнс из сто седьмого.

— Агент, у нас с вами будет серьёзный разговор, который вам не понравится.

Меж тем проговорил полковник, продолжая игнорировать Стефани.

— БУМ!

Вдруг прозвучал сильный удар по столу, от которого полковник чуть ли не подпрыгнул со своего стула, и все присутствующие так же всполошились.

— Это не шутки, полковник. Нам нужно узнать про одного человека. Дайте нам информацию, и мы уйдём, пока вы тем временем продолжите выполнять несомненно важные дела.

Полковник мрачно оглядел Бена и, переведя взгляд на Стефани, нехотя кивнув, встал со своего места. Взяв листы, что лежали на нём же, он подошел к доске, что висела на столе, и, стоя спиной к гостям, проговорил:

— Я сегодня подписал столько писем с соболезнованиями, что потерял счёт. Похоже, что это имя упоминалось, мне жаль.

Услышав это, Стефани опустила взгляд, а Бен лишь тем временем, мрачно взглянув на неё, не знал, как поступить. Кому как не ему было знать, насколько дорога для него была Бекки.

— А что же с пленными?

Резко подняв свою голову, спросила Стефани.

— Вы планируете операцию?

— Да, это победа в войне.

Ответил полковник как ни в чём не бывало.

— Но вы ведь знаете, где они.

— Это в тридцати милях за линии фронта.

Подойдя к карте, он указал на конкретную область.

— Тут самые нашпигованные укреплениями территории в Европе. Мы потеряем там людей больше, чем спасём.

— И что, вы просто так оставите эти территории в стороне?

Недоумённо спросил Бен.

— Наша главная цель — это Берлин. Возьмём его и выиграем войну. И если бы вы были военными, а не мальчиком и девочкой в подтанцовках и выполняли приказы, вы бы, возможно, меня поняли.

Рука Бена было дёрнулась врезать полковнику, но Стефани прервала его раньше, чем он успел что-то предпринять.

— Я вас отлично поняла, полковник.

— Хорошо. А теперь будьте добры понимать это в другом месте.

Полковник двинулся обратно к своему столу, а Бен и Стеф тем временем какое-то время разглядывая карту, вскоре двинулись к выходу.

***

Пока агент Картер оставалась в палате с полковником, Бен тем временем шагал за взволнованной Стефани, которая быстрым шагом куда-то торопилась. И лишь войдя в знакомый шатёр, он понял, куда они пришли.

Стефани тут же начала собирать кое-какие вещи, и Бен тут же понял, куда она собралась.

— Ты что, и вправду собралась идти туда одна?

Остановившись на миг, Стефани, оглядев Бена, лишь быстро кивнула.

— Да…

Собирая вещи, она затем вдруг остановилась и, глядя вниз, произнесла:

— Ты был прав, Бен. А я слепа. Я думала, что они в конце концов одумаются и задействуют нас для того, для чего нас изначально и создавали, но… Я ошиблась.

Затем, взглянув на Бена, она печально произнесла:

— Прости, что поняла это только теперь. Но Беки… Я не могу её бросить, Бен. Я должна хотя бы попытаться.

Тяжело вздохнув, Бен кивнул головой и, подойдя к одной из полок, достал оттуда сумку и также начал нагружать её вещами.

— Что? Ты же не думала, что я брошу тебя одну? Да и сама ты навряд ли справишься. Без обид.

Бен улыбнулся, глядя на выпученные глаза Стефани. Затем та, мягко улыбнувшись, кивнула, и, собрав вещи, они вскоре оказались на улице с сумками.

— Для начала нам понадобится транспорт с топливом, едой и оружием. Лезть с голой жопой на укреплённые позиции будет не самой удачной идеей.

— Думаешь, мы сможем пробраться незаметно?

Дойдя до машины и бросив внутрь сумки, меж делом спросила Стеф.

— Если мы будем идти к ним на транспорте и средь белого дня, то, конечно, они нас заметят. Нам придётся бросить эту малышку где-нибудь вдалеке и двигаться пешком.

Бен забрался за руль, а Стефани села рядом, как вдруг.

— И куда же вы собрались?

Оба супер солдата перевели взгляд на появившуюся из ниоткуда агента Картер. И пока Стефани думала над тем, что ответить, Бен как ни в чём не бывало проговорил:

— У нас свидание. Хотим провести пикник на природе без лишних глаз. Надеюсь, чем мы там будем заниматься, вам говорить не нужно?

В обычной ситуации Стефани бы сильно засмущалась от того, как просто и нагло говорит это Бен. Но тут она просто не успела этого сделать.

— Вот как… Тогда, может, позволите мне вам помочь домчать вас до цели как можно быстрее? У меня есть один знакомый человек с быстрым и личным транспортом.

Бен нахмурился, а Стефани насторожилась.

— Вот как? Но с чего бы вам нам помогать?

Картер же лишь улыбнулась.

— С того, что я верю в вас. Как и в то, что вы способны на многое.

Наконец Бен перевёл взгляд на Стефани, и какое-то время они молча смотрели на друг друга, после чего, наконец кивнув, Бен вновь обратился к агенту:

— Ну что ж… Думаю, что мы воспользуемся вашей услугой.

***

Если вдруг будут какие ошибки или же предложения, то пишите в коментарии или же мне в личку. А так надеюсь, что в целом вы остались довольны главой.