Мне вчера рассказали, что релокантная оппозиция — это сбежавшие на
Запад фрондёры — очень радуются тому, как израильтяне повязывали
палестинцев.

Культ Израиля я помню с детства. Мой дед был поклонником Израиля,
хотя туда не уехал. Многие его родственники из Гиндиных — ну как,
«многие», большинство-то погибли на фронте и в гетто — уехали. Но я
помню и русских интеллигентов, восхищавшихся израильскими победами. Это
был такой же кукиш в кармане как тост за английскую королеву, который
иногда произносили в конце разных посиделок. Враг моего врага — мой
друг. Эта логика побуждала восторгаться даже Франко с Пиночетом. Сюда
прибавлялась радость маленького человека по поводу победы маленькой
страны над большим, огромным «арабским миром».

Сегодня я знаю, что и Израиль не маленькая страна, и что нет никакого
«арабского мира», как нет «русского мира», «православного мира». По
отношению к палестинцам Израиль большая страна — израильтян столько,
сколько палестинцев, но у них огромный перевес в деньгах и вооружению.
Кроме того, израильтяне намного более решительны — готовы на любую ложь и
подлость. История с пейджерами это подтвердила.

Двойной стандарт плох и у маленького человека. Мол, я маленький, я имею право превентивно убить любого жителя планеты.

Это провинциальный аспект проблемы. Но есть и другой.

С 17 сентября 2024 года ни один человек на планете Земля не может
быть уверен, что его сотовый, планшет, компьютер, любое «умное
устройство» не взорвется.

До этого многие были немножко параноиками: боялись вредных лучей или
подслушивания. Многих, в самом деле, подслушивали. Но одно дело
подслушивание, а другой дело знать, что ты носишь бомбу.

В ХХ веке было не одно, а два оружия, которые оказались настолько
страшными, что их не используют даже психопаты: атомное и химическое
(включаю сюда и бактериологическое). Нас этими ужасами запугивают, но
реально осуществляются вполне обычные ужасы.

Угроза взрыва сотового прибора или компьютера — как угроза
отравленного водопровода. Это нарушение, как сказал бы Киплинг, «водного
перемирия». Теперь возможно всё.

Израильтяне в Палестине изначально были представителями западной
цивилизации, более технически вооруженной и, кстати, более милитарной.
Население Палестины и не подозревало, на что способны «европейцы», к
тому же набравшиеся боевого опыта в Первую Мировую войну. Как Рембо
среди овечек. Конечно, наши Рембы выставляли и выставляют себя овечками,
которые просто хотят мирно щипать травку где хотят и когда хотят. Но
люди обучаются. Если мы любим людей, люди обучаются любви. Если мы
убиваем людей, люди обучаются эгоизму, ненависти и искусству убивать, не
стесняясь никакими моральными ограничениями.

Что до релокантной оппозиции, то тут так… Это все те же люди военной
культуры. Были в России, были воинственно настроены к тем, с кем воевала
Россия. Если оппозиционеры – были воинственно настроены к власти,
мечтая танки на Кремль двинуть. Патронов не жалеть, пленных не брать.
То, что жутко звучало в устах Трепова, в устах этой псевдо-оппозиции
звучало опереточно. Теперь эти убежанты говорят всё то же самое, только
теперь кто из них в Израиле (или хотя бы в Лондоне, как Мовчан, но мнит
себя израильтянином), призывают убивать врагов Израиля, а кто из них в
Европе или в США, призывают убивать врагов Европы и США. Поменялись
цели, но сама психология снайпера осталась. Причем снайпер без винтовки,
зато душа более гнилая, чем у настоящего, боевого снайпера, который не
может позволить себе чувства.