Капитализм — это удивительная вера в то,

что худшие поступки худших людей тем или иным

образом служат общему благу.

Джон М. Кейнс [1]

— I —

В соответствие с рис. 4 статьи [2], в которой описаны все возможные виды современных общественных организаций, последовательно рассмотрим каждую из них.

Капитализм — это система общественного устройства, основанная на условностях, называемых деньгами. При нём производство создаётся не для того, чтобы удовлетворять нужды населения или заботиться о занятости работающих, как пытаются представить его апологеты. Главное для капиталиста — это стремление любыми способами как можно больше получить прибыли, денег, материальных благ. Люди для него представляют ценность только тогда, когда они всему этому способствуют, а во всех других случаях они — расходный материал.

О капиталистической экономике писалось много как в советский период, так и в наше время. Причём если раньше преимущественно отмечались её недостатки, то теперь — достоинства. Понятно, что ни первая, ни вторая трактовки данной формации не являются ни беспристрастными, ни полными. А поэтому отметим лишь те её качества, которые представляют наибольший интерес.

В связи с тем, что более эффективной хозяйственной модели в настоящее время не существует, лучшие силы планеты концентрируются именно здесь. Поэтому страны с развитой капиталистической экономикой по сравнению с другими достигли наибольшего расцвета. И хотя они далеки от совершенства, тем не менее в них наблюдается изобилие товаров широкого профиля, достигнут сравнительно высокий жизненный уровень населения. «Жизнеспособность капитализма объясняется тем, что ему удалось отождествить экономический успех с изобилием самых различных товаров личного потребления» (Дж. Гэлбрейт [3]). Порядок и рациональная организация быта обеспечивают комфортность проживания. Наука, здравоохранение и образование (для богатых) успешно развиваются, производство и технологические успехи оказались передовыми. За счёт каких факторов это достигается?

Как уже было показано, идеология капитализма базируется на принципах либеральной доктрины, разработанной Дж. Локком [4] и всемерно поддерживаемой его последователями [5], [6] и др. Основными инструментами её являются частная собственность, свобода личности, торговли, бизнеса, ничем не ограниченные цены, всячески стимулируемая конкуренция. Она держится на признании «собственной внутренней ценности» денег и на либеральной трактовке свободы, рациональности и оптимального поведения хозяйствующих субъектов.

Несмотря на явное и растущее несоответствие реальному ходу экономических процессов в современном мире, эта неоклассическая либерал-монетаристская парадигма остаётся мейнстримом научной экономической мысли как по числу публикаций и разного рода грантов и премий, включая Нобелевские, так и по своему весу в структуре преподавания экономических дисциплин. В результате она формирует соответствующий образ мыслей в головах многих «капитанов» экономики и политики, тем самым задавая общую логику и логистику действий зависимых от крупного транснационального финансового капитала национальных элит, включая российскую.

Наиболее активно эта теория внедрялась с 70-х годов девятнадцатого столетия, когда в экономической теории стал господствовать микроэкономический подход. Согласно ему, в центр анализа помещаются не государство или общество, а отдельные экономические субъекты (потребители, фирмы, частные лица), которые максимизируют свою выгоду при всяких хозяйственных взаимоотношениях. При этом априори полагается, что они функционируют в условиях совершенной конкуренции, а эффективность деятельности отдельных фирм способствует процветанию всего общества.

Дальнейшее развитие этой теории связано с работами Дж. М. Кейнса [1], который проводил исследование зависимостей и пропорций между основными народнохозяйственными величинами: национальным доходом, сбережениями, инвестициями, совокупным спросом. При этом главную проблему он видел в достижении эффективных общенациональных экономических пропорций. И утверждал, что тезис об автоматическом установлении равновесия спроса и предложения работает не всегда. Отвергая взгляд на национальный доход страны как на величину универсальную, он сомневался в нейтральном характере денег при их участии в экономических процессах.

М. Фридман, лауреат «Нобелевской премии» за 1976 год, опубликовал книгу «Исследование в области количественной теории денег» [7] (1956 г.), которая принесла ему мировую славу. И стал, таким образом, родоначальником теории монетаризма. Согласно ей, главным регулятором общественной жизни признаётся денежная эмиссия. Денежная масса в производстве устанавливается самопроизвольно, а скорость её обращения меняется мало. Изменение количества денег аналогичным образом влияет на цены товаров. При этом утверждается, что необходимо всячески стимулировать конкуренцию хозяйственных субъектов, в то время как государство не должно вмешиваться в экономику. Поток ресурсов и капиталов за пределы страны и внутри неё приветствуется и ничем не регламентируется.

И эти положения, реализуемые во всех возможных формах, заложили основу всей современной хозяйственной деятельности. В соответствии с ними, капиталистическая форма организации основана на частной собственности на средства производства, на реализации ростовщического процента, на превращении различных форм ренты в предпринимательский доход. При этом задействованы механизмы саморегуляции, в основе которых лежит всячески стимулируемая хозяйственная активность граждан. При ней каждый работающий заинтересован в получении личного дохода и это повышает предсказуемость его поведения.

Капиталистическая экономика базируется на стремлении оптимизировать расходование финансовых ресурсов при всяких хозяйственных операциях. Именно повышению доходности денежных знаков, т.е. вспомогательных инструментов торговли, служит вся её организация, весь конгломерат производственных отношений, все без исключения виды ценных бумаг и хозяйственных связей. Ей подчинены все аспекты жизни, вся организационная, информационная, политическая и идеологическая база живущих таким образом государств.

Неудивительно поэтому, что доминантой указанного строя являются деньги и только деньги во всех возможных их формах. Всё подчинено деньгам и без них оказывается невозможным. Более того, все хозяйственные институты организованы так, чтобы деньги могли превращаться в источник наживы, т.е. в денежный капитал, а государство — в фабрику по производству всё тех же денег. Поэтому совершенно справедливо и называют такую форму хозяйствования «капиталистической».

Указанная целенаправленность способствует прибыльному расходованию денежных средств (но не материальных или трудовых!). Экономически оправданной стала не польза, а всякая деятельность, приносящая доход, в том числе криминальная. Это привело к росту коррупции, к расцвету преступности во всех капиталистических странах. При этом из замены полезности прибылью с неизбежностью следует доход не для всех. Поэтому возникает громадное неравенство жизненного уровня различных социальных слоёв общества.

Причём в полном соответствии с положительными и отрицательными качествами лежащих в основе капиталистической экономики рыночных связей, именно они наложили наиболее глубокий отпечаток на всю организацию таких государств. В самом деле, административное управление в них ослаблено, широкое распространение получила конкуренция, стимулирующая внедрение разветвлённого разделения труда. Этому способствует также частная собственность на средства производства, но не всегда. Достигается высокая эффективность переработки человеческих, природных и интеллектуальных ресурсов.

Поэтому неслучайно страны «золотого миллиарда», в наибольшей степени соответствующие капиталистической форме хозяйствования, потребляют ныне до 86% всех мировых ресурсов. А остальные 6 миллиардов — только 14%. Поэтому богатые страны, насчитывающие всего 25% населения Земли, расходуют 70% вырабатываемой энергии, 75% металлов и 85% древесины, поглощают 60% всего продовольствия (Доклад ООН о развитии человеческих ресурсов за 1992 год). И понятно, что каких-либо разумных обоснований такое распределение не имеет. То есть «в мире достаточно (ресурсов), чтобы удовлетворить потребности каждого человека, но не всеобщую жадность» (Махатма Ганди). И это происходит не только из-за организованной ими всемерной эксплуатации периферийных стран, но и от того, что последние просто не способны эти ресурсы как следует перерабатывать. А капиталистические — могут!

— II —

Поскольку богатым легче стать, торгуя на мировом рынке, а капитал не имеет родины, в поисках выгоды он может кочевать из одной страны в другую, оставляя после себя заброшенные, разорённые районы, обездоленное население. Заниматься финансовыми спекуляциями, периодически обрушивая курсы слабых валют и расшатывая экономики слаборазвитых государств, банкротить и разрушать заводы и фабрики в развивающихся странах, открывая на их месте торговые, развлекательные центры и т. д. И это разрушает всю мировую экономику, является главным источником бед не только периферийных стран, но и самих бенефициаров.

При этом предельно жёсткая, не знающая поблажек и компромиссов конкуренция приводит к усреднению продуктивных возможностей различных видов труда, к выравниванию нормы прибыли в разных отраслях хозяйства. И так стимулируется внедрение передовых приёмов и методов хозяйствования, создаются условия для ограничения выпуска устаревшей продукции, использования отсталых технологий, работы неконкурентоспособных предприятий и производств. Реализуются продуктивные знания, внедряются передовые механизмы и технологии.

В результате уровень занятости, заработки работающих в различных регионах и в отраслях капиталистических стран имеют тенденцию к выравниванию. Это ведёт к реализации возможностей людей, имеющих одинаковую квалификацию, но работающих в разных отраслях хозяйства, проживающих в различных регионах страны. В самом деле, участникам рынка безразлично, кто и где произвёл товар, откуда пришли деньги, каковы национальность, политические и религиозные пристрастия участников товарных сделок. Имеет смысл только цена товара и его востребованность. Всё определяется тем, на что ты способен и что можешь предложить другим.

Работа рыночных регуляторов способствует в некоторой степени эквивалентности товарообмена, в соответствие с которой товары меняются друг на друга согласно заключённой в них стоимости. Это создаёт тенденцию к упорядочению общества, ведёт к сбалансированности отношений между участниками хозяйственного процесса, между товаропроизводителями и товаропользователями, покупателями и продавцами, владельцами товаров и денег. И повышает, таким образом, заинтересованность хозяйственных субъектов в устойчивой работе рыночных регуляторов.

При этом выпуск товаров всякого рода растёт, увеличивается их разнообразие и качество. Он сдерживается только наличием платёжеспособного спроса, а поэтому конкуренция товаропроизводителей весьма высока. Отсюда наблюдается стремление повышать этот спрос путём стимулирования потребления, всемерного увеличения потребностей как внутреннего, так и внешнего обывателя. Ради этого ведётся борьба за рынки сбыта, за покупателей, за их внимание и за их кошельки. Это способствует динамичному развитию хозяйства, ликвидирует в нём застой, повышает интенсивность производственной деятельности.

Успехи капиталистических стран во многом обеспечиваются энергией и высокими качествами их деловых элит, сложившихся в процессе многолетнего естественного отбора. У них воспитана не только хозяйственная хватка, но и понимание того, где её следует ослабить. Ценится репутация, соблюдается деловая корректность, т.е. создана высокая культура бизнеса. Их деятельность протекает в рамках законов, направленных на совмещение интересов отдельных лиц, общества и социальных групп.

Таким людям переданы все рычаги власти, подчинена вся политика и производительные силы государств. Активность бизнесменов стимулируется избыточным доходом, выражаемым прибылью. Им не чужда социальная ответственность и понимание того, что высокопродуктивный бизнес возможен только под защитой сильного государства и в окружении удовлетворённых жизнью соотечественников. Именно на этих людях, несмотря на потенциально присущие капиталистическим странам изъяны, они и держатся. Другие формы собственности (государственная, акционерная, коллективная, муниципальная и проч.) также находят в этих странах свою нишу и это расширяет их возможности.

В производство вовлечены все факторы, способные приносить прибыль: трудовые и природные ресурсы, образование, научные открытия и технологии. Всемерно поддерживается стремление увеличивать прибыльность труда, повышать отдачу от собственности, от денежных средств, от использования своих и нанятых талантов. Поэтому активно работает не только живой, но и овеществлённый труд, усовершенствуются орудия и средства производства. Всячески поддерживается их технологичность, эргономичность, продуктивность, работоспособность, понижаются затраты. Причём всё это происходит самопроизвольно, автоматически, без значительного участия администрации.

— III —

Вместе с тем, успехи развитых капиталистических стран во многом достигаются не за счёт экстенсивного их развития, а в результате организованной ими эксплуатации ресурсного, интеллектуального, финансового и трудового потенциала всей планеты. Поэтому наряду с немалыми достоинствами такой системы хозяйствования (адаптивность, саморегуляция, активность и проч.) в ней сохраняются все изъяны, присущие рынку. Так, деньги в ней нестабильны, велико имущественное расслоение общества. Поскольку налоговая система не управляется рынком, она работает плохо.

Руководство предприятий частными собственниками отстранило остальных работников от участия в управлении производственными процессами, отодвинуло их от результатов собственного труда, сделало безответственными исполнителями чужой воли, превратило в ординарную рабочую силу. То есть из активных субъектов жизнедеятельности оно сделало большую часть населения пассивными объектами бизнеса. Экономика стала в большей мере служить классу бизнесменов, чем обществу. Это разъединило людей, сделало разнонаправленными цели различных социальных групп. Безудержная конкуренция между работающими разделила их на враждующие классы, препятствует им консолидировать усилия для достижения общих результатов.

Более того, дефицитность денег — неизменный спутник капиталистических отношений, способствует увеличению их доходности и с неизбежностью замораживает производство. Как известно, деньги — это кровь экономики, а малокровие ещё никому не приносило пользу. С его помощью можно будоражить организм, управлять им, но нельзя делать его здоровым. Социальная напряженность, криминальность и коррупция являются высокими. И это вполне объяснимо, поскольку стимулирование безграничной личной алчности и благополучие государства и общества в принципе несовместимы.

Административное управление в капиталистических странах неэффективно, оно постоянно вырывается из-под контроля, требует повседневного внимания. Природные ресурсы оказались выведенными из сферы рыночного регулирования, что привело к бездумному их расходованию. Это способствует разрушению ареала проживания людей, ведёт к экологической катастрофе.

Из-за неуправляемой конкуренции, противоборства спроса и предложения цены перестали отображать себестоимость товаров и их полезность для общества. Под воздействием рекламы («двигателя торговли») олигополии, монополии, тресты, картели, синдикаты, а также оптовики навязывают обществу свои приоритеты. Отсюда возникает перманентный рост цен, вносящий неопределённость во все деловые связи и показатели. Производство отрывается от реальности, логика хозяйственных отношений исчезает. И поэтому что в ней является сейчас полезным, а что вредным становится невнятным. Недостаёт «длинных денег», в связи с чем производство утрачивает перспективу развития, начинает решать преимущественно краткосрочные, конъюнктурные задачи. Финансирование долгосрочных работ затруднено.

Всем управляет личный доход, а не общая польза, из-за чего потенциальные возможности экономики реализуются далеко не в полной мере. В самом деле, «Когда дело подчиняется лишь интересам и давлению капитала, оно обречено на гибель». (Г. Форд [8]). Эксплуатация населения огромна, а поэтому такие государства нуждаются в неоколониальных странах, в которые можно сбывать избыток продукции, не обеспеченной покупательной способностью собственного населения. Таким образом, «Капитализм является порождением неравенства в мире. ˂…˃ Он вовсе не мог бы существовать без услужливой помощи чужого труда» (Ф. Бродель [9]). Это обостряет борьбу за внешние рынки, является главной причиной всех конфликтов и войн.

Социальное неравенство оказывается чрезмерным, природные и человеческие ресурсы потребляются варварски. При совершенствовании производства не увеличивается свободное время людей, как должно бы оно быть, а возрастает безработица. И происходит это оттого, что цена рабочей силы не связана напрямую с её продуктивностью. А поэтому успехи развития производства в основном достаются работодателям, а не работникам. Это явилось главной причиной так называемых «кризисов перепроизводства», неоднократно потрясавших весь капиталистический мир, которые на самом деле являются кризисами падения доходности капитала.

В результате всё большая часть населения и целые страны оказываются «лишними», не востребованными такой экономикой. В соответствии с либеральной доктриной, бизнес является свободным и не исполняет в должной мере свои обязанности ни перед населением, ни перед государством. В этой связи, как высказался С. Г. Кара-Мурза: «На Западе социальный расизм в период формирования капитализма стал частью культуры, даже вошёл в культурное ядро общества. Им был проникнут и либерализм как основное идеологическое учение» [10].

Таким образом, жестокость, безнравственность и бездушие, присущие рынку, формируют отвечающее ему состояние общества, всех его институтов и соответствующих им производственных отношений. В самом деле, ограниченность целей деятельности людей деньгами, обусловленная доминантой капиталистического хозяйства, с неизбежностью способствует обезличиванию их самих.

В связи с этим аморальность является неотъемлемой частью капитализма. Так, Томас-Роберт Мальтус, который в начале XIX века был в Англии одним из наиболее читаемых авторов, писал: «Человек, пришедший в занятый уже мир, если общество не в состоянии воспользоваться его трудом, не имеет ни малейшего права требовать какого бы то ни было пропитания, и в действительности он лишний на земле. Природа повелевает ему удалиться, и не замедлит сама привести в исполнение свой приговор» [11]. Фридрих Ницше сказал короче: «Падающего толкни!».

Поэтому несмотря на то, что в мире от голода ежегодно погибает до 14 млн. детей, для поддержания «правильных» цен уничтожаются миллионы тонн продовольствия. И это не эксцесс, не случайность, а закономерность. Поскольку при рыночном хозяйствовании признаётся не любой потребительный спрос, а только платёжеспособный, которым дети, увы, не всегда обладают. В самом деле, производство продовольствия сейчас способно удовлетворять 110% потребностей населения Земли, в то время как от голода ежегодно умирает свыше 30 млн и постоянно недоедает 800 млн человек [12].

Участившийся демонтаж «государств всеобщего благосостояния» Запада показывает, что перераспределение благ в интересах частных владельцев внутренне противоречиво и потому неустойчиво. Без внешнего принуждения (например, страха перед СССР или собственными работниками) буржуазия забывает о норме немецкой Конституции, по которой священна лишь та собственность, которая служит обществу, и начинает это общество грабить. Поэтому надёжна только справедливость, начинающаяся с производства. Согласно ей, «Командные высоты» экономики: инфраструктура, финансы, иные ключевые отрасли, должны принадлежать народу в лице государства, а бизнес должен развивать всё остальное и проникать на внешние рынки.

Таким образом, капиталистическая система далека от идеала. Ведь капитализм, в конечном итоге, представляет собой лишь узаконенный порядок, допускающий одним человеческим особям жить за счёт других. Причём эксплуатация, лежащая в основе данного строя, не может ограничиваться только отношениями людей. Поэтому паразитизм вышел за рамки межличностных отношений, перешагнул границы коллективов, стран, нарушил связь человека с окружающим его Миром. «Эгоизм царил безраздельно, являясь характерной особенностью нового (т.е. капиталистического) способа производства» (К. Каутский [13]). Это является источником экологических бедствий, классовой и межгосударственной борьбы, войн, терроризма и всех возможных преступлений.

Главный упор в такой экономике делается на животные качества людей: на их эгоизм, жадность, трусость, жестокость, слабость, страх и покорность. А не на возвышенные — честь, достоинство, совесть. И это не может не уродовать человека, лишать его силы, разрушать культуру и нравственность. Так, по данным Исследовательского центра The Centerfor Inquiry, «Более 50% американцев до 44 лет не прочитывают за год и одной книги». Согласно исследованиям профильного агентства (SAMHSA), свыше 20% американцев в возрасте до 18 лет имеют отклонения в психике, 25% девушек-подростков в США приобретают по крайней мере одно венерическое заболевание [14].

Таким образом, либеральная экономическая модель опирается не на то, что людей объединяет, облагораживает, возрождает в них человеческое начало, а на то, что их разделяет, заставляет враждовать друг с другом. Этот строй направлен на естественный отбор жизнеспособных особей, на поддержку агрессивных людей, способных побороть других, а не на благополучие всех, созданных Богом. И понятно, что это не может не развращать человеческую натуру. И пока этот строй будет царствовать на Земле, такие злодеяния будут совершаться повсеместно.

С другой стороны, как волк не способен жить без кровавой пищи, так и капиталистические страны не могут существовать только за счёт создаваемых ими самими внутренних источников. В результате «современное капиталистическое общество потребляет больше социального капитала, чем производит» (Ф. Фукуяма [16]).

В самом деле, патриархальность феодальных отношений позволила сформировать человеческий материал, физически и нравственно здоровый, богобоязненный и честный, который, в конечном итоге, и служит до сих пор базой для всех последующих капиталистических достижений. Отсюда «Запад создал себя из материала колоний» (К. Леви-Стросс), без которых его капиталистическое развитие оказалось бы невозможным. В самом деле, в середине XVIII века только Индия давала Англии ежегодно до 2 млн. ф. стерлингов, а это были далеко не современные фунты.

В феодальной формации человек обладал реальной ценностью, выражаемой в денежных знаках, за которые его покупали. А поэтому вложения в человеческий капитал являлись непременным условием благополучия его владельцев. Ничего подобного нет при капитализме, в котором человек превращается в такой же ресурс, как Природа. Поэтому их расходование может быть полным, а процветание — не обязательным. В результате свобода личности трансформировалась в незаинтересованность владельцев средств производства в существовании самих этих личностей. Из-за этого «…крепостная зависимость феодального периода была несравненно легче, чем та, которая заменила её в эпоху развития товарного производства» (Карл Каутский [13]). О том же пишет и революционер князь П. Кропоткин [15].

Несбалансированность рыночных регуляторов, ограниченность области их рационального функционирования ведёт к появлению множества изъянов капиталистической системы. Так, эксплуатация сокращает количество денег у населения, а значит внутренний рынок в таких странах не обеспечивает его платежеспособный спрос. С другой стороны, если у людей будет достаточно средств для жизни, кто же тогда согласится работать за гроши?! А без этого какой же это будет капитализм?

Деятельность монополий, Транснациональных Корпораций не может регулироваться рынком. А поэтому растёт их давление на власть, на потребителей и поставщиков, не управляемое конкуренцией. Они оказываются не заинтересованными ни в увеличении качества своей продукции, ни в понижении затрат на её изготовление, ни в снижении цен. В самом деле, продукцию монополистов, особенно если она является востребованной, будут покупать при любом качестве и всякой цене. И то же самое относится к витальным предметам потребления: продуктам питания, к одежде, жилью, лекарствам, медицинской помощи при их дефиците.

Исполнение общественных функций производств нивелируется. Вместе с тем «Смысл существования предприятия — не в добывании денег для капиталиста или рабочего. Капиталист и рабочий одинаково недальновидны, смотрят на предприятие совершенно одинаково; они расходятся только в вопросе, кому принадлежит прибыль». (Г. Форд [7]).

В соответствие с природой рынка, лежащего в основе капиталистического государства, оно жестоко и разрушительно, извращает всё истинное, чем начинает управлять. Административное служение обществу при нём преобразуется в бизнес, становится ординарным инструментом извлечения чиновниками личного дохода, коррупции. Культура из фундаментальной ценности народа, средства воспитания его духовности и нравственности превратилась в поп-культуру, т.е. в явление, удовлетворяющее низменные чувства наиболее массовых слоёв населения, в источник дохода и тщеславия. Наука из инструмента познания и совершенствования мира сделалась служанкой алчности.

Спорт вместо оздоровления граждан превратился в одну из форм бизнеса. Любовь перерождается в секс, становится предметом торговли и корыстных сделок. Дружба преобразовалась в партнёрство, т.е. в инструмент совместного заработка, борьбы с окружающими за своё благополучие. Ортодоксальный рынок убивает патриотизм, чувство собственного достоинства, бескорыстие. Формализует всякие человеческие отношения, чувства. Во что в этих условиях превращается сам человек?

Таким образом, капитализму выгодны не мирная созидательная и обеспеченная жизнь населения планеты, а постоянные его проблемы, естественные или искусственно созданные, для извлечения выгоды тех, кто как бы пытается их разрешить за счёт потребителей товаров и услуг. Так, могут ли быть заинтересованы в мире производители боеприпасов или торговцы оружием?

Капиталистические государства не способны без значительного изменения своей организации бороться с форс-мажорными обстоятельствами, кризисами и всякого рода бедствиями. Поэтому при возникновении всего этого им приходится срочно привлекать административные рычаги управления, менять привычные представления и образ жизни. И это зримо наблюдалось в США после терактов на небоскрёбы 11 сентября 2001 года, когда были реализованы чрезвычайные меры по повышению безопасности граждан, во многом нарушающие права личности. По этой причине данная формация способна функционировать только в тепличных условиях, в устойчивом, предсказуемом состоянии. Всякие неожиданности для неё губительны.

В результате всех описанных процессов современное состояние мировой экономики крайне нестабильно и чревато глобальными потрясениями. Её эффективность, несмотря на весомые достижения науки и технологий, манипуляции со статистикой и отчетностью, неуклонно падает. В результате все большее число стран уже не могут достойно содержать себя и свое население. Растут региональные и межгосударственные противоречия, множатся конфликты, в том числе «цветные революции», протесты «жёлтых жилетов» и вооружённые разборки, набирает ход преступность и терроризм. Так, если даже в развитых странах заработки работающих очистить от инфляционного навеса, тогда они не только не увеличиваются, но зачастую падают. Что же тогда говорить о других, менее развитых странах?! Отчего такое происходит, какие глобальные факторы препятствуют нормальному существованию человечества?

Для анализа этого просмотрим, какие политико-экономические процессы происходят в последнее время, что за парадигмы в экономике реализованы и к чему это приводит?

Уничтожение Советского Союза сделало мир однополярным, ликвидировало реальные противовесы, без которых ни одно явление нормально развиваться не может. Это привело к превалированию крайностей при развитии всяких мировых процессов. Лишило мир чувства меры, явных пределов, за которые переходить не должно. Нанесло громадный ущерб всем странам, в том числе и инициаторам этого процесса. Исчезновение СССР, как социально ориентированной державы, привело к безудержному наступлению капитала на права трудящихся, что ещё усугубило утилитарное его состояние, обострило и без того непростые взаимоотношения между эксплуататорами и эксплуатируемыми классами.

В результате мир оказался разодранным крайностями настолько, что никакое сбалансированное развитие его сделалось невозможным. Он ещё в большей степени поделился на богатых и бедных, на развитых и не очень. Личные интересы в нём стали существенно превалировать над общественным долгом, в связи с чем расширилась пропасть между элитой и народом: она уже не считает себя его частью и выбирает для себя собственную судьбу. Растёт дисгармония Природы и человечества, политики и морали, теории и повседневности. Причём для изгоев общества, целых государств и даже континентов не оставлено никаких возможностей, им не предоставлен никакого выхода, чтобы они в ближайшей перспективе могли хотя бы умозрительно избежать своей конечной гибели. И ожидать, что всё это закончится чем-то хорошим, не приходится. Поэтому и лихорадит человеческое сообщество.

При этом деструктивные процессы не ограничиваются отношениями между людьми, различными социальными слоями общества или классами, но и между целыми государствами, между Природой и всем Человечеством. В результате разрушительные тенденции заполонили весь мир, сделали его крайне ранимым и низкопродуктивным.

Как указанные тенденции развивались?

К середине ХХ века созрела концепция о Глобализации мирового экономического пространства, опирающаяся на современные достижения науки, технологий и образования, связи и коммуникаций. Согласно ей, мировая экономика представляет собой единое целое, в котором каждая страна, всякое предприятие и объединение, любой человек призваны путём конкуренции завоёвывать свое место во всемирном разделении труда. Данная концепция представляет мир в виде единой хозяйственной зоны, в которой свободно перемещаются информация, товары, услуги, рабочая сила и капитал, где беспрепятственно распространяются идеи и знания, стимулируя развитие современных институтов и отлаживая механизмы их взаимодействия. Иными словами, феномен Глобализации выходит за чисто экономические рамки и оказывает заметное влияние на все сферы общественного бытия - политику, идеологию, культуру и мораль.

Именно она играет ключевую роль в мировой экономике XXI в., формирует новую систему международных хозяйственных и политических отношений. И очевидно, что в ней не могут не превалировать те структуры и государства, которые являются более мобильными, организованными, обладающими большей политической, экономической, идеологической и военной мощью. А поскольку этим признакам сейчас в наибольшей мере отвечают США, Глобализация привела к установлению таких правил хозяйствования и жизни, которые диктуются из Вашингтона и способствуют, прежде всего, процветанию самих Штатов.

Одной из форм Глобализации стал феномен транснационализации, в рамках которого доля производства, потребления, экспорта, импорта и доходов страны зачастую зависит от решений международных центров, находящихся за её пределами. В качестве ведущих здесь выступают Транснациональные компании (ТНК), которые служат главными действующими лицами интернационализации и структурами, реализующими их политику. Причем ТНК, как правило, являются национальными по капиталу, но международными по сфере деятельности. Всего к настоящему времени в мире насчитывается более 7 тыс. ТНК, в орбиту которых входят около 700 тыс. их дочерних предприятий. Основными странами базирования крупнейших из них являются США, Великобритания и Япония.

Неудивительно поэтому, что главная сфера деятельности большинства ТНК связана с разработкой гипертехнологий, к которым можно отнести всякого рода инновационные проекты, сетевые компьютеры и компьютерные программы, космические исследования, инструменты формирования общественного мнения, массового сознания и др. Поэтому к настоящему времени до 80% всех новейших разработок создаются именно ТНК. Они уже осуществляют свыше 40% промышленного производства мира и обладают примерно такой же долей в международной торговле. Неудивительно поэтому, что именно ТНК контролируют финансовые рынки и во многом определяют облик всей современной мировой экономической системы.

В соответствии с идеологией Глобализации, основанной на либеральной доктрине приоритета личности над обществом, т.е. прав над соответствующими им обязанностями, границы между государствами размываются, всякие защитные их механизмы ликвидируются, конкуренция становится всеобъемлющей и бескомпромиссной. Для реализации данной концепции были разработаны соответствующие законы, правила, идеология. Организованы специальные международные институты вроде Международной торговой палаты (ICC) как поставщика стандартов для международной торговли, центра ЮНКТАД/ВТО и другие Межправительственные организации.

Кроме того, на базе действовавшего с 1947 года Генерального соглашения по тарифам и торговле (ГАТТ) для дальнейшей либерализации международных отношений и регулирования торгово-политического взаимодействия государств-членов была сформирована Всемирная торговая организация (ВТО). Она отвечает за разработку и внедрение новых торговых договоренностей, а также следит за соблюдением членами организации соглашений, подписанных большинством стран мира и ратифицированных их парламентами. Регулирует таможенно-тарифную защиту стран - членов ВТО, стимулирует их взаимодействие.

На основе Бретон-Вудских соглашений (1944 г.), которые заменили финансовую систему, основанную на «золотом стандарте», американским долларам было предоставлено право служить резервной мировой валютой при условии их обмена по стабильному курсу на золото. Однако в реальности Штаты всегда воздерживались от таких операций даже с центральными банками других государств. В начале 70-х годов эта система была дополнена Ямайской валютной системой, основанной на свободной конвертации валют путём биржевых торгов, в качестве инструментов которых выступают те же доллары.

И это принесло свои плоды. В результате за последние десятилетия объём мировой торговли стал расти значительно быстрее, чем мировое хозяйство. Так, только за 1950—2000 гг. она выросла примерно в 20 раз, в то время как производство — только в 6 раз. Это привело к приоритету внешней торговли государств над внутренней их торговлей, нацелило их производителей на обслуживание населения развитых стран, а не своего собственного.

В результате Глобализации активно развивается интеграция и кооперация стран. В орбиту её в большей степени втянуты отрасли обрабатывающей промышленности, и в меньшей - добывающие отрасли и сельское хозяйство. В частности, Панама и Либерия специализируются на международных морских перевозках, США, Великобритания, Германия, Сингапур - на предоставлении финансовых услуг, Южная Корея -- на инжиниринговых услугах и т.д.

Таким образом, фасад современного Миропорядка выглядит вполне благопристойно. Равноправная конкуренция способствует подавлению отсталых производств, препятствует неэффективному распределению продукции и услуг. Это позволяет всем активно пользоваться сырьём, передовыми технологиями, знаниями и талантами. Осуществлять беспрепятственный допуск широких слоёв населения к мировым культурным, образовательным и идеологическим центрам, расширяет его кругозор, делает людей свободными и грамотными. При этом демократия открывает широкие возможности для реализации способностей каждого человека, для становления его как личности, защиты его прав и свобод. Что может быть прекраснее?!

- V -

Вместе с тем дьявол, как известно, кроится в деталях. Как данное мировое построение проявляет себя в реальной жизни?

Доходная парадигма действующих ныне экономических отношений с неизбежностью приводит к тому, что каждый фактор, всякое явление стремятся использовать не для общего блага людей, а для личного обогащения. А поскольку во всяком порядке есть пробелы, лазейки для этого всегда находятся. Особенно принимая во внимание, что многие используемые ныне правила и законы носят пропагандистский характер и преследуют далеко не декларируемые ими цели.

В самом деле, истинная конкуренция между странами с разными стартовыми условиями, производственными факторами, культурой и образованием в принципе невозможна, как не может быть равноправной борьбы сильных со слабыми, здоровых с больными, богатых с бедными. В этой связи правила ВТО, декларирующие открытость торговых границ стран, с неизбежностью приносят больше выгоды государствам развитым, чем развивающимся. Более того, размер таможенно-тарифных санкций для развитых странах нередко устанавливают гораздо ниже, чем для менее развитых, вследствие чего доступ на рынки высокодоходной продукции из развивающихся стран серьёзно затруднён. Кроме того, по данным отчёта ВТО, только за 2016 год странами-участницами организации было принято более 3000 протекционистских мер, из которых усилиями ВТО было устранено менее трети. Безусловным лидером протекционизма являются Штаты. В результате принимаемые ими меры стабилизации своей экономики, в частности, повышение пошлин на сталь и алюминий, явно игнорируют правила ВТО.

В этой связи в мировом хозяйстве сохраняется и даже углубляется разрыв между странами промышленно развитыми и развивающимися. Вне зависимости от действующих институтов глобализации, последние по-прежнему выступают в мировом хозяйстве преимущественно как поставщики сырья для индустриально развитых стран и как импортёры продукции из них с большой добавленной стоимостью. А развитые – всё больше благоденствуют.

Одним из главных факторов, способствующих возникновению деструктивных тенденций в работе экономики доходного типа, является, вне сомнения, ныне действующая финансовая система. В самом деле, деньги были придуманы человеком для справедливого обмена результатами при общественном разделении труда - одного из главных механизмов, повышающих его производительность. И для этого они были искусственным образом наделены способностью меняться на любые товары. Поэтому основным требованием при нормальном функционировании денег является обеспечение с их помощью эквивалентного обмена товарами и услугами между различными хозяйствующими субъектами.

То есть с их помощью одни ценности призваны меняться на равные им ценности, без чего общественное разделение труда нормально функционировать не может. Вместе с тем их условность и неопределённость привели к тому, что деньги стали одними из самых эффективных инструментов извлечения эксплуатационного дохода, т.е. организации такого обмена продуктами труда, при котором принцип эквивалентности, из-за стремления некоторых получать большую выгоду, нарушается специально (!).

Первоначально это проявилось при появлении ростовщичества – одного из самых разрушительные бичей человечества. Оно возникло из-за недостатка обменных инструментов, в результате чего ростовщик изымал в виде процента большую часть доходов, зарабатываемых заёмщиками с помощью получаемой ими ссуды. При этом ростовщичество, не порождая новых факторов производства, вело к его развращению. Содействовало парализации производительных сил и к расцвету паразитических. Поэтому неудивительно, что экономика, построенная по рецептам ростовщиков, не способна быть ни нравственной, ни высокопродуктивной.

В результате всеобщего расцвета ростовщичества основные усилия при существующей форме хозяйственной деятельности направлены на извлечение ренты (природной, денежной, имущественной, властной, информационной, интеллектуальной, военной и др.), как источника самого быстрого и бесхлопотного дохода, а не на повышение созидательных способностей человека, на увеличение продуктивности его труда. Главное внимание уделяется финансовому, криминальному, коррупционному и другим подобным им способам добывания денег, а не производству полезных вещей.

С одной стороны, из-за этого возникла невиданная концентрация капитала в немногих руках. В результате 82% всех мировых богатств принадлежат ныне 1% жителей Земли. По данным исследовательской компании Wealth-X, существующие ныне 2473 долларовых миллиардеров обладают состоянием $7.7 трлн и только за 2017 год их активы увеличились ещё на $762 млрд.

А с другой – целые слои общества и даже страны стали жить не за счёт собственного продуктивного труда, а путём использования денежных инструментов, большей эксплуатации Природы и всего человечества. Отсюда если в 1971 году к числу бедных относились 14% граждан США, к среднему классу — 61%, и к богатому — 25%, то уже к 2015 году первые из них составили 21%, вторые — 50%, а третьи — 29%. И то же самое, если не хуже, происходит во всех других государствах мира. Очевидно, что пользы от этого нет никакой, ни состояние экономики, ни перспективы её развития, ни социальное обеспечение граждан от этого не улучшаются.

Данное обстоятельство оказывает громадное воздействие на всю структуру экономики государств. В самом деле, доля обрабатывающей промышленности в ВВП США составляет сейчас лишь 11.7%, в то время как 78% ВВП приходится на сферу услуг. Неудивительно поэтому, что отрицательное сальдо их внешней торговли постоянно растёт. Так, только в 2017 г. эта страна импортировала товаров и услуг на $2.895 трлн, в то время как её экспорт был равен $2.329 трлн, т.е. внешнеторговый дефицит составил $566 млрд. В результате уже к марту 2018 года общий госдолг США перешёл отметку в $21 трлн и достиг 106% от её ВВП.

В любой рыночной системе наличие таких должников означает скрытую бомбу, которая неизбежно когда-то взорвётся. А при существующей взаимозависимости всех участников хозяйственного процесса неплатежи даже одного крупного должника в цепном порядке ведут к краху всей мировой экономики. Что периодически и случается, подвергая в шок всю ныне действующую хозяйственную систему. Причём все эти кризисы на самом деле являются не производственными (перепроизводство товаров и услуг), а финансовыми. То есть международные организации, прежде всего МВФ, плохо справляются со своими обязанностями. В результате нынешние финансы перестают рационально обслуживать международное разделение труда (!).

Отрицательное сальдо внешней торговли США свидетельствует о том, что данная страна производит товаров и услуг на сумму гораздо меньшую, чем расходует. Действительно, если в общемировом ВВП её доля составляет примерно 16%, то потребляет она 40% от производимых во всём мире товаров и услуг. Иначе говоря, Штаты процветают не за счёт каких-то особых присущих им качеств, формы организации или трудолюбия населения, а путём ординарного ограбления всех других государств мира. И поддерживает, таким образом, иллюзию, будто если другие страны начнут жить по тем же правилам, что США, тогда и они достигнут такого же благополучия.

Усугубляет этот процесс ещё и то, что МВФ требует от государств накапливать свои валютные резервы, чтобы они могли своевременно обслуживать внешние заимствования. Причём в качестве последних преимущественно используются доллары США и евро. В результате уже к 2013 году доллар составил 61.2% от общего объёма золотовалютных резервов других стран. И это автоматически создает ситуацию бессрочного и бесплатного дополнительного кредитования США и ЕС всеми другими странами мира.

Кроме того, принят целый ряд мер, маскирующих отрицательный эффект от такой внешней торговли. Так, в существующей системе межгосударственных экономических отношений главные должники, в первую очередь США, могут произвольно менять размеры своих долговых обязательств (!). В самом деле, начав с $35 за тройскую унцию золота, сейчас они снизили золотое содержание своей валюты до $800 за унцию. Соответственно, в такой же пропорции обесценились долларовые резервы всех остальных государств мира и понизились долговые обязательства перед ними государственной казны США. И таким образом эта страна переложила заботу о поддержании обменной ценности своей валюты на их же кредиторов.

Но и это ещё не всё. Инфляция доллара автоматически понижает госдолг США, нанося дополнительный ущерб кредиторам. Так, только Китай, Гонконг, Тайвань и Сингапур, которые уже накопили свыше $1.5 триллиона в своих резервах, несут за счёт неё на каждый процентный пункт курса доллара реальный убыток в $15 миллиарда. А всего только в 2017 году доллар США подешевел на 2.11%.

Вместе с тем доллар США – это ключевая валюта во многих сферах мировой экономики. На неё завязана вся торгово-промышленная деятельность, инвестиции и прочие вложения, операции с недвижимостью и даже бюджеты многих государств. Из-за этого фактически вся мировая хозяйственная система функционирует сейчас на базе измерителя с постоянно падающим количественным показателем. Это равносильно тому, как если бы при строительстве здания пользовались метром, который в начале равнялся бы 100 сантиметрам, потом — 90, 80, 70 см или того меньше. Очевидно, что такое здание не могло бы быть ни надёжным, ни долговечным.

Причём США не только не поддерживают постоянное стоимостное содержание своей валюты, но и сняли с себя всякие обязательства по оплате долговых требований других стран, выраженных в долларах. В этой связи стране-держателю долларового резерва сейчас можно надеяться только на возможность переуступки их на каких-то договорных условиях, а не требовать ранее внесенных золотых депозитов по гарантированному курсу $35 за тройскую унцию.

Кроме того, у США имеются и другие средства, чтобы заставлять остальной мир снабжать их товарами в обмен на ничем не обеспеченные денежные знаки. Прежде всего, это эмиссия долларов, которая формирует огромную массу так называемых «горячих денег» (евродоллары, евровалюты, и т.д.), которые свободно кочуют по всему миру, лишая его всякой логики и предсказуемости. Ведь производить доллары значительно дешевле, чем товары! И если есть желающие за них отдавать реальные ценности, почему бы не пойти им навстречу?! В результате только с 2008 по 2014 годы долларовая эмиссия составляла в среднем $740 млрд в год.

Более того, за последние десять лет потребность во внешнем финансировании экономического роста в развивающихся странах в силу различных факторов увеличилась. Среди них - быстрая либерализация торговли без расширения доступа на рынки их промышленных товаров в тех областях, где они обладают сравнительными преимуществами, нестабильность и неудачная адаптация валютных курсов, медленный рост мировой экономики и неблагоприятные тенденции в правилах торговли. Причём значительная часть всего потока инвестиций в развивающиеся страны является неустойчивой и не служит надёжным средством для их развития. В результате государства теряют контроль над международными транзакциями капитала, из-за чего проблема регулирования финансовых потоков для той или иной страны стоит очень остро.

И на этом фоне нарастает недобросовестная конкуренция разных стран, доходящая до торговых войн. Их инициатором, прежде всего, выступает администрация Трампа, поскольку существующий импорт тормозит экономический рост США и подрывает дорогостоящие для бюджета меры по стимулированию экономического процветания только путём фискальной рефляции. Особенно ещё и потому, что возможности «импортозамещения» упираются в существующие производственные мощности Америки, которые быстро не восстановишь.

Последние инициативы США свидетельствуют о том, что торговая война сейчас пойдёт, прежде всего, не по пути импортных тарифов на металлы, продовольствие и другие продукты, а через введение пошлин на готовые потребительские товары с высокой добавленной стоимостью. И что вслед за торговыми войнами с неизбежностью начнутся войны валютные. А следующим шагом, возможно, станет создание нетарифных барьеров, таких как квоты, экстренные пошлины, лицензирование и санкции, ужесточение технических требований и регламентов, и принуждение немецких, японских, китайских и корейских компаний к локализации производств на территории самих Соединенных Штатов и т.д.

- VI

Но особенно большое негативное влияние на внешнюю торговля стран оказывает ныне действующий механизм установления курса их валют путём биржевых торгов. В результате из эквивалента труда деньги превратились в ординарный товар, номинал которого устанавливается только их доходностью, спросом и предложением. Этот процесс не только субъективен, зависит от личных интересов всего нескольких тысяч «финансовых игроков», но и крайне раним. Подвержен неограниченному влиянию извне, далеко не всегда беспристрастному и отражающую реальное состояние дел. Так, после возвращения Крыма внешнеторговый курс рубля, при практически неизменном состоянии экономики России, всего за несколько дней упал в 2 раза. А ведь от этого курса существенно зависит вся внешняя торговля страны!

Но и этим деструктивное воздействие на экономики периферийных стран со стороны развитых с помощью денег не ограничивается. Была запущена утка, согласно которой чем большим является положительное сальдо внешней торговли государств, тем для них выгоднее. В результате сальдо внешней торговли развивающихся стран, как правило, сейчас является положительным, в то время как у развитых (они не знакомы с этим «законом»!) – отрицательная.

На самом деле все совсем наоборот. Когда государство продаёт за рубеж свои достаточно конвертируемые товары за ничем не обеспеченные денежные знаки, и в обмен на них ввозит значительно меньше продуктов, это эквивалентно тому, как если бы оно продавало свои товары за существенно меньшую цену, чем могла бы. Такая «торговля» оказывается выгодной некоторым частным лицам, особенно если они проживают за границей, но не самому государству. Для него она губительна.

Отсюда можно заключить, что любые эффективные меры по выходу из мирового финансового кризиса должны быть направлены на устранение именно этих причин, а не на показную борьбу с их прямыми или отдаленными последствиями. То есть нужны меры и действия как в государственных, так и в международных финансовых отношениях, в регулировании кредитно-денежной системы и в налоговом законодательстве.

Разумеется, что такой сложный механизм, как нарастание негативных тенденций в современной экономике, не может объясняться только безудержным эгоизмом некоторых стран без воздействия на них других факторов доходной парадигмы развития. Имеются и другие явления, вытекающие из её противоестественной природы, которые не только обусловливают, но и создают почву для всего остального. К ним относятся сложившиеся ныне социальные отношения, при которых экономика нацелена на благополучие меньшей доли населения, а не всего него. Сформированная на данной почве т.н. «элита» общества, всем управляющая, но ни за что не отвечающая. Административная система, разросшаяся до невероятных размеров и способная работать только на себя. Налоговая концепция, при которой налоговые поступления формируют бюджет государств преимущественно не за счёт тех, с кого следует, а с наименее защищённых структур, граждан и добросовестных бизнесменов. Экологическая обстановка, обусловленная тем, что природные ресурсы выведены из учёта себестоимости продукции и превратилась в ренту, которую можно извлекать без всякой меры. И ещё многие другие. Однако главными факторами всех этих разрушительных процессов выступают, в первую очередь, именно финансы.

Подводя итоги, можно утверждать, что нарастание объективной потребности в коренной перестройке системы международных экономических отношений назрела, что сложившееся международное разделение труда и базирующиеся на нём мирохозяйственные связи пришли в явное столкновение как с экономическими, так и с политическими интересами отдельных групп стран, в первую очередь развивающихся. Причём в принятых ООН документах признаётся, что международное разделение труда и международные экономические отношения не могут складываться стихийно, лишь под влиянием законов конкурентной борьбы. Рыночный механизм не способен автоматически обеспечить рациональное развитие и использование ресурсов в масштабах мировой экономики. Мирохозяйственные связи требуют межгосударственного развития и управления с целью более справедливого распределения выгод всемирного разделения труда и научно-технического прогресса между всеми нациями и народностями.

Подводя итог всему здесь изложенному, можно утверждать, что капиталистическая экономика на самом деле вобрала в себя все достоинства и недостатки рыночного механизма хозяйствования. Поэтому «Сейчас миллионам людей угрожает агрессивность разнузданного капитализма, который стремится только к власти, прибыли и бездушной эффективности» (Папа Иоанн Павел II, 1992 г.). Она не уравновешена в должной мере административными регуляторами, соответствует менталитету Западных стран и стимулирует развитие у их населения недостатков, присущих рыночным реалиям. В этом заключается и сила её, и слабость. Перспективы успешного развития сомнительны.

Литература

1. Кейнс Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег. (J. Keynes. The General Theory of Employment, Interest and Money) — М.: Эксмо, 2007. — 960 с;

2. Чабанов В.Е. Экономика будущего – 15. Национальная идеология России. https://zen.yandex.ru/media/id/5e274bc843863f00acd7ed97/ekonomika-buduscego-15-nacionalnaia-ideologiia-rossi-5f0375f51ca81a4880c75a1a;

3. Гэлбрейт Дж., Меньшиков С. Капитализм, социализм, сосуществование (John KennethGalbraith. Capitalism, Communism and Coexistence (1988)). — М.: Прогресс. 1988. — 200 с.;

4. Локк Дж. Два трактата о правлении (1689 г.). (John Locke. The Second Treatise of Civil Government, 1690) — М.: Мысль, 1988 т. 3. — С. 137—405.;

5. Антология экономической классики. В. Петти, А. Смит, Д. Риккардо. — М.: 1993. — 103 с;

6. Фишер. С., Дорнбуш Р., Шмалензи Р. Экономика. М:, «Дело», 1993.- 829 с.;

7. Фридман М. Количественная теория денег. — 1956. Источник: http://ek-lit.agava.ru/fridson.htm;

8. Форд Генри. Моя жизнь. Мои достижения. — М.: АСТ, 2014. — 352 с.;

9. Бродель Ф. Динамика капитализма. Смоленск: Полиграмма, 1993. С. 97–98;

10. Кара-Мурза С. Г. «Социальный расизм и русофобия» — history.wikireading.ru 328102;

11. Мальтус Т. Essay on the Principle of Population («Очерк о законе народонаселения»), 1798;

12. Рязанов В. Т. (Не) Реальный капитаЛизм. Политэкономия кризиса и его последствий для мирового хозяйства и России. — М.: Экономика, 2016. — 695 с.;

13. Каутский К. Очерки политической экономии. — СПб.: Вестник знания. 1905. — 80 с.;

14. «Statistical yearbook». Статистические ежегодники ООН, Женева;

15. Кропоткин П. А. «Записки революционера». М.: Московский рабочий, 1988. — 544 с;

16. Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек. (Francis Fukuyama. Nht End or History and the Last Man) — М.: АСТ. 2004. — 488 с.;