Помимо братьев Ху, в гримёрке находились ещё трое актёров.

Стоило Цзин Си договорить, как сбоку раздался сдавленный смешок, тут же приглушённый чьим-то кашлем. Не успел Ху Чэ оглянуться, как тишину взорвал куда более громкий и наглый хохот.

Ху Сяо, ничуть не заботясь о чувствах родственника, едва не повис на своём «втором дяде» от смеха.

— Чего ржёшь? — вспыхнул Ху Чэ. — Думаешь, твоё имя лучше? Ху Сяо, Ху Сяо... Сдуешься, и привет, прощай карьера!

*Спасите, да они оба ядовитые!*

На этот раз ни актёры, ни их ассистенты сдержаться не смогли — по гримёрке прокатилась волна смешков.

Менеджерам с обеих сторон пришлось вмешаться, чтобы растащить разбушевавшихся подопечных.

Вскоре в комнате установилась тишина. С прибытием братьев Ху все участники были в сборе, и атмосфера заметно натянулась.

Пробы проходили на роль третьего мужского персонажа — лиса по происхождению, поэтому и претенденты подобрались соответствующей расы.

Трое актёров уже имели опыт съёмок. Братья Ху считались новичками, за которыми, впрочем, стояли влиятельные агентства, так что исход кастинга оставался загадкой.

Цзин Си за свою жизнь успел побывать и певцом, и актёром, но в роли телохранителя и по совместительству ассистента восходящей звезды выступал впервые.

Протянув Ху Сяо бутылку воды, он бегло просмотрел в смартфоне заметки будущего киноактера — разбор персонажа и краткие выводы. Окинув взглядом остальных кандидатов, Цзин Си мысленно вызвал Систему № 44:

«Кому в оригинале досталась эта роль?»

«Ху Чэ», — откликнулся № 44.

«У него есть актёрский талант?»

«Приближен к нулю».

Цзин Си всё понял. Из сценария следовало, что третий персонаж — избалованный богатый сынок, выполняющий функцию красивой декорации. Ху Чэ фактически играл самого себя.

«Что играл Ху Сяо до начала основных событий книги?»

«За эти полгода он снялся в эпизодических ролях в двух сериалах. Экрана у него там немного, зато персонажи крайне симпатичные».

«Они уже вышли на экраны?»

«Один вот-вот выйдет».

«А что за инцидент произошёл через полгода? Почему историю решили начать именно с этого момента?»

«Тогда он получил роль третьего плана в одном проекте. Второго главного героя играл популярный молодой актёр. Тот зазвездился, устроил скандал на площадке, и его вышвырнули. Режиссёр предложил Ху Сяо встать на замену, и тот согласился».

«И на него тут же натравили фанатов того артиста?»

«Именно. А люди Ху Чэ воспользовались моментом и подлили масла в огонь. В итоге история началась с того, что трудолюбивого новичка травит весь интернет. Вдобавок в семье Цинь слёг в больницу старый глава, борьба за власть обострилась, и положение у обоих мужей было, мягко говоря, плачевным».

«А потом произошёл переворот?»

«А как же! У съёмочной группы припасли компромат, который выкатили в нужный момент. А дальше Ху Сяо покорил всех своей игрой и набрал армию поклонников, — воодушевлённо заговорил № 44. — Из никому не известного новичка — прямо на вершину! Разве не вдохновляет?»

Цзин Си взглянул на сидевшего рядом «новичка».

Ху Сяо чётко знал, чего хочет, и к работе относился с полной отдачей, записавшись почти на все курсы в агентстве. Несмотря на первые в жизни пробы, держался он абсолютно спокойно, без тени нервозности — куда увереннее некоторых опытных коллег. В плане мастерства он пока оставался темнеющей лошадкой, но вот его выдержке позавидовала бы целая рота.

«Отлично... — Цзин Си мысленно улыбнулся и тут же вылил на систему ушат холодной воды: — Вот только в этот раз такого сюжета, похоже, не будет. Если он с самого начала заберёт эту роль, то в тот проект уже не попадёт».

№ 44 поперхнулся:

«Ты уверен, что он пройдёт?»

«В любом случае сыграет лучше Ху Чэ».

Пять человек, всего пара реплик — пробы пролетели молниеносно.

Менеджер усадил их в машину и сразу спросил:

— Ну как?

— Думаю, всё прошло отлично, — уверенно заявил Ху Сяо. Он взглянул на «второго дядю»: — Я сыграл ровно так, как ты учил. Режиссёр мне улыбнулся, по-моему, остался доволен.

Цзин Си тут же похвалил:

— Молодец.

Менеджер дар речи потерял. Переведя взгляд на кролика-телохранителя, он не удержался:

— Ты раньше снимался? Или учился где?

— Ни то, ни другое, — спокойно ответил Цзин Си.

*Один без опыта учит, второй без оглядки повторяет! Да с чего вы взяли, что улыбка режиссёра была не обычной вежливостью?!*

*А ещё этот выпад в гримёрке! Ху Сяо мало того что не остановил ассистента, так ещё и хохотал на всю комнату!*

Менеджер знал, что Ху Сяо — богатый барчук, и что при подписании контракта тот поставил условие взять с собой этого «кролика». Подобные семейные связи в шоу-бизнесе — сплошная головная боль, особенно если артист слушает не специалистов, а родственников.

Впрочем, за годы работы менеджер видал и не таких кадров. Он решил дождаться результатов: если Ху Сяо провалится, появится отличный повод вправить парню мозги.

Сменив тему, он напомнил им о дисциплине:

— Сбавьте спесь. Не хватало ещё устраивать сцены на публике. Соберитесь.

— Понимаем, — отозвался Ху Сяо. — Просто у нас с Ху Чэ личные счёты, не перевариваем друг друга.

— На людях хотя бы видимость приличий изобразить не можете?

— Вряд ли.

Менеджер настаивать не стал:

— Ладно, постараюсь сделать так, чтобы вы с ним пересекались как можно реже.

Он скинул им расписание: одному — отправиться на занятия сразу по возвращении, второму — вникать в обязанности ассистента.

— Без халтуры. У меня и помимо вас дел хватает, стоять над душой не буду.

Ху Сяо и Цзин Си синхронно изобразили на лицах ангельское послушание:

— Хорошо.

Уже вечером из съёмочной группы пришло извещение: Ху Сяо утверждён на роль.

Приготовленная менеджером воспитательная речь застряла у него в горле. В следующие несколько дней он исподтишка наблюдал за парочкой: Ху Сяо вкалывал на занятиях как проклятый и беспрекословно слушал преподавателей, а его ассистент-кролик демонстрировал феноменальную продуктивность, мгновенно щёлкая любые задачи и умудряясь в перерывах натаскивать подопечного.

Случайно подслушав пару советов Цзин Си, менеджер с удивлением понял: тот говорит исключительно по делу.

Он-то думал, перед ним парочка незрелых мажоров, решивших поиграть в шоу-бизнес и вылететь после первого же круга, а они оказались собранными и крайне серьёзными ребятами.

Отбросив скепсис, в назначенный день менеджер лично отвёз их на площадку.

Пышных ритуалов с воскурением благовоний перед началом съёмок в этой эре не проводилось — вместо этого устроили общий ужин. Менеджер провёл Ху Сяо по кругу, познакомил с кем надо, угостил вином, а на прощание велел звонить, если возникнут проблемы. Уезжал он со спокойным сердцем.

Глядя ему вослед, № 44 мысленно пожалел бедолагу.

*Эх, дядька, рано ты расслабился. Когда эти двое вместе, если обойдётся без скандала — считай, день прожит нетривиально.*

После ночи отдыха на следующее утро стартовали съёмки.

Во времена своей актёрской карьеры Цзин Си не сталкивался с футуристическими технологиями кинематографа, поэтому с любопытством разглядывал съёмочное оборудование межзвёздной эры, пока его не отвлекли.

Пока актёры работали в кадре, ассистенты, выполнив свои обязанности, обычно собирались в кучку поболтать.

К Цзин Си подошли помощницы второй и третьей актрис — вчера они сидели за одним столом во время ужина. Ещё тогда девушки обратили внимание на необычного ассистента с тонким чувством юмора и решили свести знакомство.

Цзин Си охотно поддержал разговор.

Узнав, что он по совместительству работает телохранителем, девушки искренне удивились:

— Ты — телохранитель?

— Ага. Не смотрите, что я так выгляжу, я вообще-то в наёмнической компании числился.

Девушки оживились ещё сильнее:

— Серьёзно? На задания ходил?

— Было дело. Правда, принял всего один заказ, а потом ушёл в телохранители.

— И что за заказ?

— Работал официантом.

Девушки опешили.

*И это называется заказ?!*

Сидевший неподалёку актёр четвёртого плана не удержался: поперхнулся водой, зашёлся в кашле, а затем со смехом показал Цзин Си большой палец.

Вся компания дружно расхохоталась.

Вернувшись после сцены, Ху Сяо застал «второго дядю» в окружении плотного кольца собеседников.

Заметив его, Цзин Си поднялся и подал бутылку. Увидев, что парень качает головой и направляется к гримёрке, спросил:

— Ты куда?

— Дэвэнь предложил, пока настрой не сбился, сразу отснять ту сцену с ссорой. Режиссёр дал добро.

Цзин Си слегка приподнял бровь.

Дэвэнь играл второго главного героя, пользовался популярностью и числился в одном агентстве с Ху Чэ.

Цзин Си тут же велел системе проверить подноготную этого типа.

«Есть зацепка, — доложил № 44. — Ху Чэ был вне себя от провала на кастинге. Дэвэнь решил перед ним выслужиться и пообещал преподать Ху Сяо урок».

«У него самого компромат есть?»

Система быстро пробила базы:

«За ним стоит папик. Сейчас скину данные».

Цзин Си коротко откликнулся и, посмотрев на переодевшегося в футболку Ху Сяо, вполголоса предостерёг:

— Помнишь, по сценарию он должен прописать тебе пощёчину? Смотри, чтобы не вдарил всерьёз.

Ху Сяо кивнул и пошагал на площадку.

Цзин Си вернулся на место и принялся читать досье. Едва он закончил, как над площадкой раздался звонкий, хлесткий звук:

*ПРАСЬ!*

Съёмочная площадка мгновенно замерла.

Цзин Си поднял глаза. Ху Сяо держался за щёку, но, удерживая эмоцию, договорил реплику до конца.

— Стоп! Снято! — крикнул режиссёр.

В звенящей тишине Дэвэнь сделал шаг вперёд и с подчёркнутой искренностью произнёс:

— Прости, пожалуйста! Слишком вжился в роль. Ты как, в порядке?

Ху Сяо покрутил языком за ушибленной щекой и скупо бросил:

— Угу.

Дэвэнь же, потеряв к нему интерес, подошёл к режиссёру. Посмотрев отснятый дубль, он нахмурился и, заявив, что эмоций не хватило, предложил переснять.

Режиссёр пересмотрел кадр. Конечно, новичку не хватало опыта, небольшая шероховатость присутствовала, но не настолько критичная, чтобы переснимать. Мельком взглянув на Дэвэня, режиссёр повернулся к Ху Сяо, спрашивая его мнение.

Ху Сяо согласился без колебаний:

— Давайте.

Он вернулся на исходную позицию. Дэвэнь с довольным видом занял место напротив.

Присутствующие переглянулись: всем стало ясно, что опытный актёр решил прижать новичка. Разговоры затихли, все уставились на площадку.

Актёры заговорили по сценарию, ссора набирала обороты. Вспыхнув от ярости, Дэвэнь замахнулся для удара.

Но едва его ладонь взвилась в воздухе, Ху Сяо молниеносно перехватил его руку и от души влепил ответную пощёчину!

*ПРАСЬ!*

Площадка снова погрузилась в шоковую тишину, а в следующее мгновение буквально взорвалась от гула.

*Мать вашу! В первый же день съёмок — и такие страсти?!*

Дэвэнь опешил, а придя в себя, взвился:

— Ты что себе позволяешь?!

Ху Сяо извинился без единой капли раскаяния в голосе:

— Извини, братан. Слишком вжился в роль, сам понимаешь, каково это.

— В сценарии этого не было!

— Так я же говорю — переборщил с погружением. Мой герой — избалованный богач. Если на него в разгаре перепалки замахиваются с кулаками, он терпеть не станет.

Ху Сяо всегда отличался прямотой.

Если бы пощёчина прилетела случайно, он бы и словом не обмолвился. Но если его целенаправленно пытаются смешать с грязью — пусть противник не рассчитывает уйти невредимым.

Он не из тех, кто, имея за спиной мощную опору, станет безропотно сносить унижения. А главное — это первый день съёмок. Проглоти он это сейчас, и нормальной жизни на площадке ему не видать.

Дэвэнь с тех пор, как нашёл себе покровителя, не терпел подобных оскорблений.

Какая-то разменная монета из семьи Ху, от которой родственники мечтали избавиться, смеет давать ему сдачи?!

— Ты сделал это специально! — взревел он. — Требую публичных извинений! — Он повернулся к постановщику: — Режиссёр, вы слышали?!

Не успел режиссёр вставить слово, как Ху Сяо спокойно ответил:

— Я только что извинился.

— Я не слышал!

— Твои проблемы.

Дэвэня перекосило от злости:

— Отлично! Пока не получу извинений, я в кадр не выйду!

Развернувшись, он размашистым шагом ушёл в свою гримёрку.

Дождавшись, пока тот скроется, Цзин Си подошёл к Ху Сяо. Увидев, что режиссёр пытается замять конфликт, он вмешался:

— У нас есть предложение. Пусть его ассистент выйдет, обсудим, насколько оно подходит.

Режиссёр и Ху Сяо одновременно уставились на него.

— Какое ещё предложение? — спросил постановщик.

Получить такой подарок в первый же день съёмок было настоящим наказанием, и, не желая терять время, режиссёр тут же отправил человека за ассистентом.

Когда на пороге появился заносчивый помощник Дэвэня, Цзин Си, не давая ему раскрыть рот, просто повернул к нему экран смартфона с пикантным снимком Дэвэня и его папика в постели.

Ассистент дар речи потерял.

— Считаю до двадцати, — спокойно произнёс Цзин Си. — Если твоё начальство не выйдет и публично не извинится за свою беспросветную тупость, фото отправляется в сеть. Раз, два, три...

Помощника как ветром сдуло.

Спустя пару секунд из гримёрки выскочил бледный, спотыкающийся Дэвэнь и на глазах у всех принёс извинения.

Вся съёмочная группа обомлела.

*Вот это поворот!*

Режиссёр снимка не видел, но прекрасно понял, что дело нечисто. Не желая связываться ни с одной из сторон, он быстро спустил конфликт на тормозах и вызвал на площадку вторую актрису для следующей сцены.

Возвращаясь к своим креслам, Ху Сяо не удержался от вопроса:

— Второй дядя, ты как его так быстро урыл? Я уже собирался нашему фиктивному мужу звонить!

— Да так, случайно раздобыл на него кое-что, — ответил Цзин Си.

Ху Сяо восхищённо похлопал в ладоши, сообразительно не задавая лишних вопросов:

— Мощно, ничего не скажешь!

Едва они уселись, как смартфон звякнул — пришло сообщение в общий чат.

Менеджер, оторвавшись от дел, поинтересовался:

**[Как прошли утренние съёмки?]**

Находясь в эпицентре весьма странной атмосферы, оба ответили одновременно.

Ху Сяо: **[Всё прошло очень гладко! 😊]**

Цзин Си: **[Всё замечательно! 😇]**

Менеджер со спокойной душой закрыл чат.

Цзин Си повернулся к Ху Сяо, намереваясь осмотреть его щёку, как вдруг в его ментальном пространстве на долю секунды вспыхнула красная точка.

Цзин Си замер.

«Это ещё что?!» — удивилась система.

То был детектор энергии, который Цзин Си прихватил из Главного управления во время своего недавнего визита — прибор, настроенный на поиск Главного Бога Отдела переселения в книги.

Не объясняя причин, Цзин Си отдал мгновенный приказ:

«Срочно дай мне список всех людей в радиусе одного километра!»

«А?» — опешила система.

«Быстро!»

Не задавая вопросов, № 44 ринулся выполнять задачу.

Цзин Си добавил:

«Где сейчас Дуань Чи?»

Система отвлеклась на секунду:

«На Цюсю».

Цзин Си застыл:

«Уверен?»

«Абсолютно! Там сейчас глубокая ночь, он сидит у себя в кабинете... э-э... читает роман».

«Что?»

Система не ответила — вместо этого из неё вырвался отчаянный вопль.

***

***Планета Цюсю***

Генеральный директор Дуань действительно читал роман.

Зайдя в кабинет, Дуань Сювэнь увидал, что дядя с предельно серьёзным лицом уставился в светившийся экран, и невольно сделал несколько шагов вперёд.

С тех пор как маленькая тётушка уехала в путешествие, дядя начал передавать ему управление филиалом и готовился покинуть Цюсю, так что Сювэнь мог обращаться к нему по рабочим вопросам в любое время.

— Дядя, что-то срочное случилось?

Подойдя ближе, он бросил взгляд на световую панель и разглядел заголовок:

**[Я больше не буду подонком]**

Рядом висело ещё несколько открытых окон:

**[Завоевание NPC в голографической игре]**

**[Переселение в малютку-сладость босса]**

**[Мама, чем спасти тебя, мой злодей!]**

Дуань Сювэнь: «???»

Дуань Чи отвечал, даже не глядя на племянника:

— Всё в порядке.

Дуань Сювэнь и сам уже видел, что ничего страшного не произошло. Мельком вглядевшись в экраны, он разобрал текст:

«Он ухмыльнулся — с виду почти ласково, но от этого дыхания, холодного, точно у змеи, веяло морозной жутью: „И отчего тебе не сидится на месте? Разве я плохо с тобой обращаюсь?“

— Д-да нет, отлично...

— Тогда к чему эти побеги? Хочешь проверить, дорожу ли я тобой?

—... С логикой у вас, конечно, полный порядок.

— Хм, будем считать, я угадал. А раз так, крошка... как насчёт того, чтобы запереть тебя под замок?»

— Не-не-не!..

Дуань Сювэнь онемел.

Окинув взглядом остальные голографические панели, он понял, что везде красуются романы с тираничными главными героями. Оцепенев, он поставил вазу с фруктами и, лишь бы разрядить молчание, спросил:

— А И Чжоу где сейчас?

— Всё ещё в созвездии Виолончели, — ответил Дуань Чи. Наконец соизволив перевести взгляд на племянника, он добавил: — Как думаешь, в этом есть хоть доля правды?

—...

Дуань Сювэнь поперхнулся:

— Какая ещё правда? Случись такое на самом деле, надо сразу в полицию звонить!

Разумеется, Дуань Чи имел в виду не абсурдный сюжет, а сами архетипы и суть жанров. Но развивать тему не стал — лишь небрежно махнул рукой, отпуская его.

Сювэнь молча вышел из кабинета. Душевное здоровье дяди внушало серьёзные опасения, поэтому он тут же черкнул сообщение Цзин Си, умоляя того возвращаться домой, как только надоест развлекаться. А то от этой разлуки у дяди явно начинали течь мозги.

***

Тем временем Цзин Си уже выяснил, чем именно зачитывается Дуань Чи.

«Я же твердила: нельзя выкладывать ему всё подряд! — Система № 44 тряслась от ужаса. — У него что, мозг как у обычного человека? Посмотри, на какие книжки он наткнулся! Ещё немного — и он докопается до сути!»

Цзин Си лишь тихо усмехнулся.

Учитывая масштабы звёздного сектора, где Дуань Чи бывал лично, этот мир казался абсолютно реальным. И то, что в подобной обстановке тот умудрился усомниться в самой подлинности бытия...

И неважно, был ли бизнесмен той самой затерянной строчкой данных или нет, Цзин Си искренне им восхищался. Хотя, конечно, предпочёл бы не становиться объектом расследования.

«Тебе ещё и весело?!» — взвизгнула система.

«И как он додумался искать художественную литературу?»

«Да потому что в полёте вбил в поиск „преломление души“, и ему вывалилась вся эта ахинея!»

«И как романы? Стоящие?» — со сдержанным любопытством поинтересовался Цзин Си.

Система взвыла ещё пуще:

«Да какая разница?!»

Разблокировав коммуникатор, Цзин Си вбил названия книг в поиск:

«Дело сделано, слезами делу не поможешь. Я же обещал, что лишнего не сболтну, а на прямое дознание отвечать не стану».

«А если он из-за этого натворит глупостей?!»

Пальцы Цзин Си на мгновение замерли.

«Не натворит», — отрезал он скорее по привычке.

«Сейчас-то не натворит! А когда ты закроешь сюжет и свалишь в Главное управление?! — Система осеклась, осознав нечто странное. — Погоди... Ты какой-то не такой. С чего вдруг ты так спокоен из-за подобной катастрофы?»

«А я когда-то паниковал?»

Система не ответила, взяв паузу на анализ.

Если пораскинуть мозгами, Цзин Си, конечно, тот ещё любитель выкинуть номер, но к работе всегда относился безупречно. К тому же он — Исполнитель S-класса, заслуженный ветеран, доведший до нервного срыва не один десяток систем. С чего бы ему проявлять такую покладистость и откровенность с Дуань Чи?

Её осенило:

«Я поняла! Вот почему ты спокоен! Ты на него запал?!»

«Нет».

«Язык-то отрицает, а вот действия...»

«Можешь обойтись без затасканных штампов?»

Система фыркнула, но заметно успокоилась:

«Значит, планируешь забрать его с собой после завершения миссии? Ты же Главный Бог, полномочий хватит».

Цзин Си промолчал.

На самом деле он подозревал, что Дуань Чи и есть тот самый фрагмент данных, который он когда-то бросил. Сам он жил без оглядки, состраданием не отличался, и будь на месте Дуань Чи кто угодно другой, Цзин Си остался бы абсолютно равнодушен.

Но полгода совместной жизни оказались слишком комфортными, сам бизнесмен идеальным образом попал в его вкус, да и смутные отголоски памяти не давали покоя. Как бы то ни было, проявить жестокость к Дуань Чи он просто не мог.

Поэтому он предпочёл сменить тему:

«Списки ещё не готовы?»

«Почти», — откликнулась система и тут же переслала сформированную таблицу с именами и базовыми данными.

***

Съёмки проходили в элитном жилом комплексе. Рядом располагался крупный торговый центр, так что людской поток в радиусе километра бурлил неустанно.

Цзин Си не собирался слепо проверять всех подряд. Он намеревался дождаться следующей вспышки индикатора и сличить пересечения в списках присутствующих. А если повезёт и сигнал сработает ещё пару раз, удастся зафиксировать точные координаты.

Размышляя, он открыл панель детектора энергии, чтобы изучить подробные логи, и тут же нахмурился.

Детектор фиксировал цель только в момент всплеска. Чем мощнее сигнал и дольше излучение, тем точнее локализация. Прежде Цзин Си полагал, что Червонный Король — Главный Бог, переселившийся в книгу, — сознательно дозирует вспышки, дабы избежать обнаружения. Но реальность оказалась иной.

Записи гласили: зафиксированный импульс был ничтожно слаб. Даже если бы Червонный Король нарезал собственную суть на тончайшие ломтики, энергия не могла упасть до подобного мизера. Если только его не искромсали в щепки.

Но это не поддавалось логике.

Раз энергии хватило на импульс, значит, он жив. И если между ними действительно произошла стычка из-за Дуань Чи, обе стороны должны были получить равный урон. Цзин Си отделался откатом данных, так с какой стати Червонного Короля рассеяло в пыль? К тому же, выживи тот после такой трёпки, первым делом помчался бы в Управление писать донос, а не висел бы бестелесным призраком в этом мире.

«Слушай, а кого вообще ищет этот прибор?» — полюбопытствовала система, разглядев данные.

Цзин Си ушёл от ответа. В голове крутилась мысль, что это мог быть лишь случайный след чужой энергии, занесённый извне. Хотя подобные остатки обычно не гаснут мгновенно... Или же это действительно был последний, угасающий отголосок?

— На этой планете в последнее время не случалось каких-нибудь катастроф или аномалий? — уточнил он.

Система проверила сводки:

— Ничего. Тишь да гладь.

Странно. Всё снова сводилось к тому, что Червонный Король обессилен до предела и не способен удерживать форму даже секунду.

Впрочем, оставался ещё один вариант.

— Детектор исправен?

— В полном порядке, — отчиталась система и тут же догадалась: — Это для поиска нашего Главного Бога? Он что, в этом мире?!

— Возможно, лишь его часть, — Цзин Си сделал паузу и спросил: — Кстати, а что он вообще за личность?

— Я с ним пересекалась-то пару раз. Знаю только, что он законченный трудоголик, впахивает круглый год без продыху.

Цзин Си свернул фоновый интерфейс. Ладно, гадать бессмысленно — данных слишком мало. Лучше дождаться следующего сигнала.

***

Съёмочный процесс продолжался. Режиссёр сознательно отложил сцены с Дэвэнем: он понимал, что тот слишком тщеславен и вряд ли захочет оставаться на площадке после случившегося позора.

Дэвэнь и впрямь горел желанием сбежать. Сначала во всеуслышание грозить расправой, а секундой позже пресмыкаться и канючить извинения... Он готов был придушить каждого, кто стал свидетелем его унижения. Но проект финансировал его папик, так что о своём уходе следовало предупредить спонсора.

Папик, выслушав его, устроил разнос, обозвав капризной дрянью.

Старый, уродливый и взрывной — именно поэтому Дэвэнь так рвался переметнуться под крыло клана Ху. Жаль, первый же шаг закончился оглушительным провалом.

Впрочем, Дэвэнь отлично знал, как манипулировать своим покровителем. Сгустив краски, он разрыдался в трубку, заявив, что у него вымогают интимные снимки.

Тон папика сменился с орного на настороженный:

— Откуда у них твои фото?

— Я... я не знаю! — всхлипнул Дэвэнь.

— Кто это сделает?

Дэвэнь тут же выпалил имя Ху Сяо. Завершив вызов, он со злорадством представил, как спонсор уничтожит дерзкого новичка и вышвырнет его со съёмок. Тогда он сумеет отыграться!

Увы, мечты рухнули в мгновение ока. Папик решил навести справки о Ху Сяо через знакомых в «Серебряном Бастионе». А те прекрасно знали: Ху Сяо подписали по личному указанию Дуань Чи, намекнув на семейные связи.

Связываться с Дуань Чи папик, естественно, не дерзнул. В итоге он снова обругал Дэвэня и строго-настрого велел тому засунуть язык в задницу и наладить отношения с Ху Сяо.

Для Дэвэня это стало смертельным ударом. Мало того что его смешали с грязью на глазах у всех, так теперь требовали пресмыкаться перед обидчиком! На такой позор он не пошёл бы ни за какие коврижки.

Замявшись, он попытался выяснить причины.

Но папик, уязвлённый собственной трусостью перед фигурой Дуань Чи, вдаваться в подробности не стал. Дэвэнь же, помня про компромат, решил, что спонсора тоже взяли за горло, и окончательно утвердился в мысли: прислуживать Ху Сяо он не станет.

Он зашёл с другой стороны — заявил, будто Ху Сяо видеть его не может и выживает с площадки. Если он останется, конфликт разгорится с новой силой.

Получив порцию брани в третий раз, папик под нажимом слёз и капризов всё же дал добро на уход. Дэвэнь перевёл дух и поспешно ретировался.

Режиссёр, предвидевший подобный исход, уже раздумывал, кем заменить актёра на роль второго плана, когда на площадке объявился его давний приятель.

Это был известный актёр, с которым они работали над прошлым проектом — артист куда более высокого статуса, чем Дэвэнь. Продав обстановку, он великодушно предложил подсобить.

Режиссёр опешил от радости:

— Серьёзно?! Это же роль второго плана!

— Вполне серьёзно, — ухмыльнулся тот. — У меня как раз окно в графике, да и в прошлый раз я играл второго персонажа. Сам бог велел! Заглянул тут к другу поблизости, услышал, что вы снимаете, решил зайти — а у вас как раз замена. Скажите ещё, что не судьба?

Скука и уныние постановщика испарились без следа. Просияв, он объявил перерыв и увёл гостя подписывать контракт.

Наблюдая за этой картиной, Цзин Си услышал ошарашенный возглас системы и понимающе спросил:

— Персонаж из сюжетной линии?

— Шуан Елян! — пролепетала система. — Будущий обладатель титула «Киноактер», фанат мягких и пушистых зверей!

— Значит, соперник?

— У них с Ху Сяо намечается совместный проект, в процессе которого он постепенно влюбится и перехватит пару ключевых сюжетных поворотов у главного героя! Это один из немногих любовных багов на всей ветке... — Система едва не билась в истерике: — Но почему они встретились так рано?! Всё пропало! Один — признанный мэтр, второй — новичок, тут искре вспыхнуть — раз плюнуть! Тем более Ху Сяо в этом фильме должен светить ушками, а у них с Цинь Чжао ещё толком ничего не завязалось!

Цзин Си, которому до смерти надоело работать сводником, на пару секунд задумался. Ситуация и впрямь выходила щекотливой: каст утверждён, Шуан Елян согласен, и без серьёзного компромата выжить его из проекта не получится.

«У него безупречная репутация, — убито констатировала система. — Ни единого тёмного пятнышка».

«Ну, раз так, пожелаем им с Ху Сяо долгих лет и счастья», — подытожил Цзин Си.

«Не-е-ет!» — взвыла система.

Цзин Си вынужден был спросить у искусственного идиота:

«И что ты предлагаешь?»

«А может... вы сами покажете свои ушки и отвлечёте его?» — робко закинула удочку система.

«Совет да любовь новобрачным», — отрезал Цзин Си.

Покосившись на племянника, листающего сообщения в сети, он заметил, как Ху Сяо переругивается с фиктивным мужем.

— На самом деле поводов для паники нет, — совершенно серьёзно заметил Цзин Си. — Кому суждено быть вместе, те будут. Они с мужем отлично подходят друг другу.

«А вдруг у них с Шуан Еляном возникнет любовь от совместной работы?!»

«Посмотрим».

***

У Ху Сяо на сегодня планировалось две сцены с персонажем второго плана, но из-за смены актёра режиссёр дал Шуан Еляну ночь на чтение сценария, сдвинув съёмки. Ху Сяо отправили на другие локации, и, переодевшись, тот ушёл.

Возле Цзин Си снова образовался вакуум.

Помощники режиссёра и ассистенты, переглянувшись, опять потянулись к нему. До всех наконец дошло, что за этой парочкой стоят серьёзные фигуры, и желание завести полезное знакомство разгорелось с новой силой. Даже ассистенты главных исполнителей отбросили спесь и примкнули к компании.

Шуан Елян, которому нечего было делать, задержался на площадке. Заметив ажиотаж, он поинтересовался у своего помощника:

— Что там за сборище?

Помощник, разведав обстановку, пересказал ему свежие сплетни: как эти двое выжили Дэвэня, а заодно упомянул, что парень с кроличьими ушками — телохранитель.

— Телохранитель? — изумился Шуан Елян.

— Говорят, раньше работал в наёмнической компании.

Заинтригованный Шуан Елян подошёл ближе, услышав, что там травят байки.

«Держи планку! — возбуждённо затараторила система. — Трави истории дальше! Пусть лучше слушают тебя, чем смотрят на игру Ху Сяо!»

Цзин Си против не был. Он рассказал пару забавных случаев из жизни, затем растормошил остальных, чтобы те поделились своими. Атмосфера установилась чрезвычайно душевная.

Если не считать Дэвэня, коллектив подобрался неплохой. У каждого имелись свои амбиции, но для шоу-бизнеса это естественное положение дел.

Шуан Елян провёл в их компании весь остаток дня, нашёл общение весьма увлекательным и на следующее утро заявился снова. Будучи человеком мягким и приятным в обращении, он быстро стал в этой компании своим.

Спустя три дня настал черёд сцен, где Ху Сяо должен был предстать с открытыми ушами — к счастью, не в совместных кадрах с персонажем Шуан Еляна.

Завидев, как Шуан Елян тащит к ним раскладной стул, система запаниковала:

— Заговори его! Переключи внимание на что угодно!

— Зачем? — не понял Цзин Си. — Он за эти дни и общался с племянником, и репетировал. Всё вполне профессионально.

— Ты не понимаешь! Он фанатеет от пушистиков! А вдруг он увидит уши Ху Сяо и захочет их потискать?! Погладит раз-другой — и влюбится! Это же классический зачин для романтической линии! Вспомни себя, ты разве не запал на ушки Дуань Чи?!

Цзин Си на мгновение лишился дара речи.

Тем временем Шуан Елян уже подошёл и с улыбкой поздоровался:

— Доброе утро.

— Утро, — откликнулся Цзин Си. — Позавтракал?

Цзин Си кивнул.

Сцена была ранней, исполнители главных ролей ещё не прибыли. Помимо Ху Сяо, на площадке находились лишь актрисы второго и третьего плана, чьи ассистенты были заняты едой, так что в их уголке оказались только они вдвоём.

— У тебя же сегодня съёмки позже? — спросил Цзин Си.

— Привык рано вставать.

— А ассистент где?

— Ещё спит, я не стал его будить.

Шуан Елян присел рядом, перевёл на Цзин Си мягкий, лучащийся теплом взгляд и с улыбкой произнёс:

— Мы общаемся уже столько дней, а я до сих пор не взял у тебя контакты. Обменяемся профилями?

Цзин Си: «...»

Система: «...»

В ментальном пространстве на секунду воцарилась гробовая тишина, после чего система разразилась безудержным дифирамбом, наперебой расхваливая его неземное обаяние и феноменальную продуктивность: не успел пальцем о палец ударить, а баг уже почти устранён — ключевой любовный соперник нацелился совсем на другого!

— Ты же сам говорил: от любовных похождений можно и отказаться, но вот отказываться от твоего обаяния никто не собирается. Смотри, уже один нарисовался, — подала голос Система.

Ей были неведомы тонкости отношений Цзин Си с простыми смертными, и она искренне опасалась, что тот растопчет очередного ухажёра, из-за чего несчастный второстепенный персонаж переключит внимание на Ху Сяо.

— Дело-то хорошее, означает лишь одно: ты привлекательнее главного героя. Я понимаю, твоё сердце принадлежит Дуань Чи, так что просто ответь отказом и не делай ничего лишнего.

Цзин Си мысленно сощурился:

— С чего ты взяла, будто моё сердце у него?

— Ну да, ну да, не говорил ты такого, — с готовностью пошла на попятную Система. Ей сейчас требовалось только одно — ублажить своенравного подопечного. — Ничего ты к нему не чувствуешь, это я всё не так поняла.

Цзин Си не стал спорить с искусственным идиотом, разблокировал смартком и принял запрос на добавление в друзья от второстепенного персонажа.

В конце концов, тот лишь едва заметно проявил симпатию — ни признаний, ни ухаживаний ещё не было, так что поводов для резкого отшива пока не проглядывалось.

Успешно добавив контакт, Шуан Елян довольный вбил имя заметки: «Зайка».

Цзин Си скользнул взглядом по экрану и искренне попросил:

— Можешь сменить обращение?

— А что такое? — усмехнулся Шуан Елян. — По-моему, очень мило.

— Мне так не кажется.

Оценив невозмутимое выражение лица собеседника, Шуан Елян с улыбкой переименовал его обратно в Цзин Си.

Цзин Си остался относительно недоволен и не удержался от того, чтобы вызвать Систему, поинтересовавшись, как его записал Дуань Чи.

— А то ты не знаешь! «Сокровище» или «Любимый», наверняка, — хмыкнул искусственный интеллект.

— Посмотри.

Система заглянула в базу данных и откликнулась:

— Глава семьи держит тебя под ником «Второй дядя».

Цзин Си мгновенно почувствовал глубокое удовлетворение:

— Вот это нормальный подход.

Пока они разговаривали, пообедавшие ассистентки вернулись на площадку.

В этот момент Ху Сяо как раз играл сцену, где у его персонажа прорезались ушки. Одна из девушек, едва взглянув на площадку, в восторге зажала рот и тихо ахнула:

— А-а-а, какая прелесть!

Все присутствующие подразогнули спины и посмотрели на сцену: на макушке Ху Сяо действительно красовалась пара аккуратных ушек.

У расы Чёрных Лис они были угольно-чёрными, с густым, шелковистым и гладким мехом. Сам актёр обладал утончённой и изысканной внешностью, да и одежду ему подбирали чистых, строгих тонов, однако лисьи глаза излучали такое лихое обаяние, что когда он по сюжету слегка склонил голову набок, игравшая с ним актриса третьей роли запнулась и забыла текст.

— Снято! — крикнул режиссёр.

Девушка опомнилась, поспешно извинилась перед съёмочной группой и шутливо прижала ладонь к груди:

— Не могу больше, это слишком жестокий удар по моему сердцу!

На площадке раздался дружный хохот. Рабочий процесс возобновился лишь пару минут спустя.

Перевозбуждённая ассистентка повернулась к кролику и решила польстить:

— С таким лицом Ху Сяо просто обязан взлететь на вершину, иначе в этом мире нет справедливости!

Цзин Си лишь ухмыльнулся, краем глаза наблюдая за второстепенным персонажем и пытаясь оценить его реакцию.

Реакция Шуан Еляна оказалась предельно прямой — он повернул голову и в упор посмотрел на Цзин Си:

— А у тебя какие ушки, когда ты их выпускаешь?

«Замечательно, теперь он переключился на меня».

— Обычные кроличьи, — отмахнулся Цзин Си. — Загугли в сети, там полно картинок.

Шуан Елян не хотел гуглить — он хотел увидеть это своими глазами.

Ассистентки, уловив суть разговора, тоже с любопытством уставились на наёмника.

— Кроличьи уши трогать нельзя, — предупредил Цзин Си.

— Мы только посмотрим! — хором запевaли девушки.

— Всё равно не покажу, — отрезал Цзин Си. — Это вредит моему брутальному образу сурового наёмника.

Все тут же прыснули от смеха, а Цзин Си умело перевёл тему в совершенно другое русло.

Шуан Елян больше не настаивал, однако с этого дня начал планомерно повышать уровень симпатии: при каждом удобном случае подходил поболтать, делился закулисными байками, регулярнее обычного организовывал угощения для группы и каждый вечер вместе со всеми возвращался в отель.

Ху Сяо честно терпел целый WEEK-энд, но в один из дней за обедом, переведя тоскливый взгляд со своих трёх огурцов на пышущий ароматами стол Цзин Си, окончательно потерял контроль над нервной системой.

— Второй дядя, — совершенно серьёзно высказался он, — мне кажется, Шуан Елян за тобой ухлёстывает.

— Не нужно перекладывать с больной головы на здоровую только потому, что ты сидишь на диете, — ответил Цзин Си.

— Нет, он реально подбивает к тебе клинья! Иначе с чего бы ему постоянно приносить тебе еду?

— Он угощает не только меня, а всю площадку.

— И совершенно случайно тебе достаётся именно то, что ты больше всего любишь?

— Чистое совпадение.

Ху Сяо никогда не отличался глупостью, а за время совместной работы успел изучить характер своего «дяди». Видя его невозмутимую физиономию, он мгновенно воспылал духом сплетника:

— Мать твою, да неужели правда?! Он реально за тобой ухаживает?

— Нет.

— Перестань упрямиться, — увещевал его Ху Сяо, ловко утаскивая кусочек с чужой тарелки. — А ты подумай! Он красив, успешен, характер отличный. К тому же ты сам говорил, что генеральный директор Дуань сохнет по И Чжоу. Чего тебе торчать между ними третьим лишним? Пора подумать и о собственном счастье...

Цзин Си, не дослушав, щелкнул его по пальцам.

Ху Сяо с умоляющим видом уставился на него:

— Ну один кусочек!

Цзин Си вздохнул и пододвинул тарелку ближе.

Ху Сяо отличался железной самодисциплиной: сказано один кусочек — значит один. Удовлетворив аппетит, он вернулся к теме:

— А если бы он регулярно делился с тобой актёрским опытом, учил играть, опекал на площадке, а потом признался в любви — ты бы клюнул?

— Ты о чём вообще, дядя? — с максимально праведным видом отозвался Ху Сяо, словно никогда не произносил слов «брак по договору — это просто развлечение». — Я человек женатый! Как я могу путаться с другими мужчинами?

Цзин Си и сам понимал бесперспективность гипотезы, так что продолжать споры не стал.

Однако уже на следующее утро Ху Сяо и Шуан Елян взлетели на первые строчки горячих трендов.

Причина крылась во вчерашнем вечере: закончив съёмки, Ху Сяо решил проявить деликатность и дать Цзин Си с Шуан Еляном немного пространства. Отступая назад, он не заметил ступеньки и потерял равновесие. Шуан Елян, оказавшийся ближе всех, успел подхватить его, и от инерции актера бросило прямо ему на грудь. Этот момент кто-то умело запечатлел на камеру.

Вдобавок слили снимки, где они мило беседуют на площадке и вместе возвращаются в отель. Общественность мгновенно сделала вывод: у них роман.

У Ху Сяо после анонса сериала появилась лишь небольшая горстка фанатов за красивую мордашку, в индустрии он числился никем, а вот Шуан Елян находился на пике популярности. Тема вспыхнула мгновенно. Маркетинговые аккаунты тут же начали разгонять волну, обвиняя Ху Сяо в попытке присосаться к чужой славе.

Ху Сяо, которого подобными нападками испугать было невозможно, разглядывал заголовок:

— Второй дядя, ты у нас, случайно, не каркать натренирован?

Цзин Си оставался абсолютно спокоен:

— Зато каков эффект! Бесплатный пиар на всю галактику.

Ху Сяо понимал, что ситуация решается на раз-два. Дождавшись звонка агента, он вкратце описал происшедшее и напомнил, что у входа в отель есть камеры видеонаблюдения.

Агент, осведомлённый о фиктивном браке своего подопечного, уточнил с подозрением:

— Между вами точно ничего нет?

Ху Сяо вопросительно глянул на Цзин Си, получил кивок и ответил:

— Ничего. Он вообще-то за моим Вторым дядей ухлёстывает.

На том конце провода наступила тишина.

— Ладно. В соцсетях ничего не пишите. Шуан Елян тут тоже втянут, я свяжусь с его менеджером, срубим тему вместе. А вот за кадры с площадки ваш режиссёр явно устроит разнос.

И он не ошибся.

Сцены в коттеджном посёлке уже отсняли, и пару дней назад съёмочная группа переместилась в закрытый киногородок. Слить кадры мог только кто-то из своих. Утром режиссёр собрал экстренное совещание и устроил жуткий скандал.

Цзин Си не хотел демонстрировать свои хакерские навыки без нужды, рассчитывая использовать Систему для тихой мести в будущем. Однако им повезло: Система сообщила, что на записях камер видно человека, снимавшего на комм.

Цзин Си предложил проверить внутреннее наблюдение и шаг за шагом подвёл помощника режиссёра к конкретному помбуру.

Тот мгновенно побледнел. Увидев надвигающегося Ху Сяо, он в панике отступил:

— Это... это не я!

Ху Сяо мягко улыбнулся:

— Спокойнее, я не кусаюсь. Скажи лучше, кто тебя нанял? Ху Чэ или Дэвэнь?

Помощник дернулся:

— Я правда ни при чём...

Ху Сяо похлопал его по плечу:

— Не суетись, тебя всё равно сегодня уволят. Но деньги отработай — передай им от меня глубокую благодарность за бесплатный хайп. Я обожаю смотреть, как они исходят желчью, пытаются меня потопить, а в итоге сами проплачивают мой пиар!

Помощник: «...»

Что касается горячих тем, то после публикации записей с камер отеля и официального заявления конфликт быстро сошёл на нет. Кадры, где Ху Сяо советуется с коллегами по поводу актёрской игры, с разрешения режиссёра тоже выложили в сеть, окончательно замяв скандал.

Но осадочек остался.

Едва переодевшись, Ху Сяо в возбуждении прибежал к Цзин Си:

— Мой пластиковый муж увидел тренды и летит сюда! Представляешь, приревновал!

Цзин Си и Система одновременно мысленно ухнули.

Незначительный эпизод неожиданно принёс свои плоды.

Цзин Си, глядя на сияющего актёра, сдержанно поддержал:

— Вполне возможно.

— Он прилетает в обед, — сиял Ху Сяо. — Я отпрошусь у режиссёра на полдня, так что оставляю тебя на Шуан Еляна. Не скучай без меня!

Он взъерошил шевелюру Цзин Си и убежал на площадку, а в полдень бросил «дядю» на произвол судьбы вместе с его порцией салатных листьев, отправляясь на свидание с фиктивным мужем.

Шуан Елян, воспользовавшись случаем, хотел пригласить кролика перекусить вместе, но едва подошёл, как у Цзин Си зазвонил комм. На экране высветилось: «Старший племянник».

Шуан Елян усмехнулся:

— Забыл что-то?

— Нет, это другой младший из нашей семьи, — пояснил Цзин Си, отступив в сторону и отвечая на вызов.

Дуань Чи несколько дней назад благополучно передал дела филиала Дуань Сювэню и наконец покинул Цюсю, прилетев в Созвездие Виолончели.

— Я буду у тебя ближе к вечеру, — произнёс он. — Встретимся?

Цзин Си связался с Системой:

— Что у него с гормонами?

— Немного нестабильны, но в пределах нормы, — отпортовался искусственный интеллект.

Цзин Си предположил, что это связано с раскрытием его личности и лёгкой депрессией, согласился на встречу и покинул съёмочную площадку.

Планета являлась столицей Созвездия Виолончели, здесь располагались крупнейшие развлекательные корпорации, включая ту, с которой Ху Сяо подписал контракт в оригинале.

Квартира, где Цзин Си хранил своё настоящее тело, находилась неподалёку, окружённая тремя съёмочными базами. Он отправился туда, сменил оболочку и прибыл в назначенное место.

Дуань Чи, увидев его в истинном облике, слегка удивился:

— Почему сменил?

— Давно не пользовался, решил проветрить, — ответил Цзин Си.

— Не чувствуешь недомогания?

— Всё в порядке.

Дуань Чи бегло осмотрел его — тело не выглядело ни истощённым, ни слабым. Сделав про себя кое-какие выводы, он прошёл за ним в уютный ресторанчик прямо на территории киногородка.

Столики отделялись друг от друга бамбуковыми ширмами, атмосфера стояла умиротворённая. Народу было немного. Цзин Си готовился к расспросам и проверкам, но Дуань Чи молчал весь обед, и лишь за десертом небрежно уронил:

— Как думаешь, этот мир настоящий?

Цзин Си лёгко хмыкнул:

— Разумеется, настоящий. А тебе кажется иначе?

Кто-то полагает, будто человек состоит из плоти и крови, кто-то считает его комбинацией органических и неорганических веществ. В Главном управлении предпочитали термин «данные» — это касалось как самого тела, так и заключённой в нём души.

Все миры Управления были абсолютно реальны, просто в некоторых отделах из-за их специфики — например, в Отделе переселения в книги — требовались несколько мощных источников энергии в качестве опорных точек. За этим стоял свод строгих законов, объяснять которые было слишком долго. Что касается самих исполнителей и Главного Бога, их сущности просто эволюционировали в чистое энерговещество.

Цзин Си спросил:

— Ты что, успел напридумывать себе ужасов?

Дуань Чи встретил его взгляд, понимая, что собеседник не лжёт:

— Не то чтобы ужасов... Просто применил логику.

Глядя на его едва заметную полуулыбку, Цзин Си почувствовал, что дальше последовательно выйдет нечто малоприятное.

Дуань Чи подвинул к нему тарелку с его любимыми фруктами и неторопливо произнёс:

— Сювэнь остался с Юймэн, и ты отправился путешествовать дальше. Если рассуждать от обратного: чтобы удержать тебя здесь, мне достаточно сделать так, чтобы Ху Сяо никогда не стал киноактером?

Система в его разуме забилась в истерике:

— А-а-а-а! Ты слышал?! Что нам делать?!

Цзин Си попытался успокоить её:

— Он просто гипотетически рассуждает.

Дуань Чи добавил:

— Я пошутил.

Он не мог удержать его силой. С одной стороны, ему действительно хотелось запереть его, но с другой — он ценил искренность, которую проявил Цзин Си, и не хотел превращать это в оружие. Именно поэтому его настроение все эти дни оставалось отвратительным.

Они смотрели друг на друга, когда со стороны лестницы донеслись шаги, а следом — знакомый голос.

Ху Сяо, проведя с «пластиковым мужем» весь день на съёмочной базе, тоже пришёл поужинать. Он был в маске и старался не называть имён, с ухмылкой поясняя:

— Да не дразню я тебя! Он правда запал на Второго дядю!

Цинь Чжао уточняюще хмыкнул:

— Да ну?

— Серьёзно! Дядя просто съездил на пару дней по делам, а харизма зашкаливает — ухажёры так и липнут!

Дуань Чи: «...»

Цзин Си: «...»

Тонкая, овеянная взаимными проверками атмосфера между ними мгновенно испарилась без остатка.

Цзин Си молча наколол на вилку кусочек фрукта, отправляя его в рот, и мысленно вздохнул: «Огромное тебе спасибо, дорогой племянничек. Просто неоценимое».

Уединенный столик Цзин Си и его спутника располагался справа от лестницы — достаточно было подняться и повернуть за угол.

И хотя бамбуковая штора скрывала гостей, острое чутье расы зверей позволяло безошибочно узнавать друг друга по запаху. Едва Ху Сяо и Цинь Чжао ступили на последнюю площадку, как тут же поняли: Дуань Чи здесь.

Сообразив, что и генеральный директор Дуань их наверняка уже почуял, проследовать мимо было бы верхом невоспитанности, так что пришлось подойти поздороваться.

Приподняв занавесь, они увидели напротив Дуань Чи весьма эффектного юношу. Им оказался тот самый И Чжоу, чья история недавно всколыхнула всю сеть.

— Генеральный директор Дуань.

Дуань Чи лишь скупо кивнул.

Цзин Си одарил гостей вежливой улыбкой, вовсе не горя желанием вести беседы со своим непутевым племянничком.

Бутафорские супруги проявили понятливость: обменялись парой дежурных фраз и удалились.

Оставшись вдвоем, они снова переглянулись. Дуань Чи выждал, пока чета отдалится на приличное расстояние, и тихо спросил:

— О сегодняшних трендах в сети говорили?

Призрачная надежда Цзин Си мигом улетучилась:

— Ты уже видел?

— Я знаю, что ты крутишься возле него. Как бы я мог пропустить его новости?

— Ясно, — проронил Цзин Си, проявляя редкую скупость на слова.

Дуань Чи припомнил заголовки горячих новостей:

— Вы каждый день вместе возвращаетесь в отель?

— Ну, не прямо каждый.

— Но большую часть времени?

— Положим.

— И на съемочной площадке без зазрения совести болтаете целыми днями?

— Вовсе нет.

— Значит, во все перерывы между дублями? — проницательно уточнил Дуань Чи.

Цзин Си, не желая продолжать этот допрос с пристрастием, лишь беспомощно развел руками с самым невинным видом:

— Это не моя вина. Я вообще ничего не делал.

«Тебе и делать ничего не надо, — подумал Дуань Чи. — Разве можно игнорировать твое присутствие?»

На мгновение у генерального директора возникло непреодолимое желание просто связать этого неугомонного типа и утащить к себе.

Впрочем, разум подсказывал, что это глупо. Учитывая невероятное обаяние Цзин Си, подобное будет происходить постоянно. Взять хотя бы университет: пока их связь оставалась тайной, там за ним и так толпами вились поклонники. Всех не пересчитаешь и ко всем не приревнуешь.

Логика логикой, а видеть их ежедневные тесные контакты было невыносимо тошно.

Помолчав пару секунд, Дуань Чи открыл электронное меню на столе и заказал порцию мороженого.

Цзин Си потерял дар речи.

**[Уровень мелатонина скачет, вот-вот превысит норму]**

Не успели отзвучать слова Системы, как браслет на запястье Дуань Чи издал тревожное «вж-ж-ж».

На сей раз фитнес-трекер забил тревогу не из-за смутной симпатии или физического влечения, а из-за запредельного уровня раздражения.

Посетители на этаже удивленно переглянулись, недоумевая, что за шум.

Ху Сяо, услышав, как сирена браслета стихла буквально через пару секунд — судя по всему, тот ее просто сорвал, — лишний раз убедился, что Дуань Чи без ума от И Чжоу. Не удержавшись, он тут же застучал по экрану, отправляя сообщение Второму дяде:

【Угадай, кого я встретил на съемочной площадке?】

Второму дяде было не до переписок. Протянув руку к десерту напротив, Цзин Си предложил:

— Откусишь кусочек?

— Воздержусь, — отказался Дуань Чи.

Вид у него был настолько невозмутимый и чинный, насколько это вообще возможно для крупного босса. И если бы не брошенный на стол браслет, никто бы и не заподозрил, какая буря бушует у него внутри.

Цзин Си неожиданно для самого себя ощутил укол неловкости. Чувство возникло ни с того ни с сего, но отмахнуться от него не получалось. Немного помешкав, он обратился к умудренной опытом Системе:

«Как в таких случаях принято успокаивать людей?»

Система аж ахнула:

«Ого! Вы же, кажись, к нему неровно дышать не собирались?»

«Чего-чего?» — прищурился Цзин Си.

Система мгновенно сбавила тон:

«Ну... обнимите его?»

«Банальщина. Зачем ты мне вообще нужна?»

«Подумаешь, банальщина! Главное — работает... О, а вот вам способ поэффективнее: нет ничего такого, что нельзя было бы уладить через постель. А если одной ночи мало — повторите процедуру».

«Я пожалуюсь на тебя за непристойности».

Система окончательно пала духом:

«Вы же сами спросили!»

«Я спросил, как легко, изящно и без всякой пошлости вернуть человеку благодушный настрой».

«... Вы только что добавили кучу условий, которых изначально не было!»

Доведя Систему до белого каления, Цзин Си почувствовал себя заметно лучше.

Он перевел взгляд на Дуань Чи, слегка удивленный собственной реакцией. В него влюблялись сплошь и рядом — пылко, безумно, до беспамятства, но он никогда не принимал это близко к сердцу. Однако этот человек, всегда привыкший доминировать и еще совсем недавно ведущий с ним тонкую дипломатическую игру, сейчас молча сидел напротив, и проигнорировать это Цзин Си не мог.

Взглянув на ситуацию трезво, он попытался встать на его место.

Соображения и характера Дуань Чи вполне хватало, чтобы не опускаться до банальной ревности к какому-то актеришке. Вся проблема крылась скорее в череде недавних событий, внушивших ему чувство неполноты и неуверенности.

— Я привык держать слово, — произнес Цзин Си. — И это не зависит от того, в каком теле я нахожусь.

В голове Дуань Чи озарением вспыхнуло давнее обещание: если Цзин Си и решит завести роман, то только с ним.

— Есть ли у этого договора срок годности? — уточнил Дуань Чи.

— Нет.

Цзин Си решил пояснить:

— Чтобы уберечь твое ментальное и физическое здоровье от очередных потрясений, это тело останется привязано к тебе до конца твоих дней.

Дуань Чи мгновенно уловил подтекст:

— Даже когда твоя миссия подоспеет к концу?

— Именно.

Разумеется, при условии, что после восстановления памяти или возвращения Главного Бога Отдела переселения в книги выяснится, что разрушение мира никак не связано с этой аномальной строкой данных, и Управление не станет ее ликвидировать. В противном случае делать прогнозы на будущее было бы опрометчиво.

— Мне не нужна пустышка, — серьезно проговорил Дуань Чи. — Ты уверен, что внутри останешься ты?

— Абсолютно. Прежний владелец этого тела уже никогда не вернется.

Дуань Чи издал удовлетворительный гул. Это его вполне устроило.

Чувствуя, что Цзин Си пошел на уступки и проявил мягкость, Дуань Чи решил не упускать момент и зайти чуть дальше:

— Раз так... может, попробуем встречаться?

Бамбуковая штора с легким шорохом раздвинулась, и робот-официант поставил на стол вазочку с мороженым.

Цзин Си кончиком пальца подвинул креманку к собеседнику:

— Займись-ка лучше десертом.

Дуань Чи зачерпнул ложечку холодного лакомства, отправил в рот и стал неторопливо смаковать, не сводя с него пристального взгляда.

Встретившись с ним глазами, Цзин Си мысленно досадовал:

«Эх, зря я вообще решил его успокаивать».

«А? Это еще почему?» — поинтересовалась Система.

«Сам не видишь? Он снова плетет свои сети».

«И что на этот раз у него на уме?»

«Да наверняка придумывает, как поубедительнее разыграть из себя жертву».

И впрямь, генеральный директор уплетал мороженое с поистине шекспировской трагичностью на лице.

Окинув его несколькими красноречивыми взглядами, Цзин Си не выдержал:

— Хватит паясничать, перегибаешь.

Дуань Чи неглубоко усмехнулся, мгновенно сбросив маску, и выложил карты на стол:

— Не хочу сегодня ночевать один.

Цзин Си порывался отказать, но в памяти неожиданно всплыли события прошлой ночи, и он неожиданно кивнул.

Дуань Чи даже растерялся от такой легкой победы. Едва ли его драгоценный согласился из чистой жалости, но расспрашивать не стал: расплатился по счету и увлек Цзин Си за собой.

Лишь оказавшись на улице, Цзин Си нашел минуту, чтобы черкнуть ответ Ху Сяо:

【Дуань Чи и И Чжоу? Я как раз собираюсь к ним присоединиться. Сегодня ночевать не приду, увидимся завтра утром.】

Ху Сяо:

【Второй дядя, послушай доброго совета: любовные треугольники до добра не доводят!】

Цзин Си:

【Выбрось пошлость из головы. У нас деловая встреча.】

Ху Сяо:

【.】

Цзин Си:

【Желаю вам с муженьком незабываемого вечера.】

Ху Сяо:

【Ой, да ну тебя! Наш брак — чисто для галочки. Я хоть сейчас готов сбежать с тобой на край света.】

Усмехнувшись, Цзин Си свернул диалог, проигнорировав выпад будущего лауреата кинематографических премий.

Задерживаться на публике они не стали и сразу отправились в небольшую квартиру. Благодаря встроенным ИИ-помощникам помещение сияло безупречной чистотой.

Дуань Чи бегло осмотрел жилище.

Скромная трехкомнатная квартира: спальня, кабинет и гостиная. Спальное место одно-единственное — широкая двуспальная кровать.

Расклад его более чем устроил. Откупорив бутылку свежекупленного красного вина, он разлил напиток по бокалам. Они устроились на диване, посмотрели фильм, после чего отправились спать.

Опустившись на матрас, Цзин Си сразу же скомандовал в ментальном чате:

«Следи за ним. Если попытается подсыпать мне снотворное — дай знать».

«Чего?! — изумилась Система. — Вы подозреваете, что он вас опоит, и все равно ложитесь с ним в одну постель?»

«Меньше вопросов, больше внимания».

«Понял, сделаю...»

Цзин Си до сих пор не давал покоя тот случай. Ему казалось немыслимым, чтобы он мог проспать так беспробудно без посторонней помощи.

Однако вопреки ожиданиям, стоило погаснуть свету, как он стремительно погрузился в глубокий сон.

Во сне он, как обычно, лениво подпирал плечом стену в коридоре, беседуя со своим Боссом.

Свод Управления заменял гигантский купол с мерцающим звездным небом, подчиненным строгим математическим алгоритмам. Позолоченная оправа очков Босса отбрасывала крошечные блики.

— Который это уже мир по счету? Он идет за тобой по пятам.

— Не считая первых двух, потом-то он вел себя вполне смирно, — возразил Цзин Си.

— И все же это аномальный массив данных, — кивнул Босс. — Ему здесь не место, так продолжаться не может.

Цзин Си смерил его долгим взглядом.

Босс улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой:

— Впрочем, если ты займешь кресло Главного Бога, то сам будешь решать, как поступать со сбоями в своем отделе. — Сделав паузу, он невзначай добавил: — Кстати, ты никогда не задумывался, почему в Отделе перерождений до сих пор нет своего правителя?

— И почему же? — полюбопытствовал Цзин Си.

Ему действительно было интересно. За все время его службы кресло главы Отдела перерождений временно занимал сам Босс Управления — иначе Цзин Си не пришлось бы так часто переходить дорогу этому жуку.

— В прошлом что-то произошло?

Улыбка Босса стала еще более лучезарной:

— О, случилась одна весьма скверная история. Но увы, это секретная информация уровня «только для Главных Богов». Тебе до этого титула осталось пройти от силы десяток миссий. Не хочешь ли форсировать события?

Цзин Си еще раз одарил его скептическим взглядом и просто повернулся к нему спиной.

Вскоре он взял следующее задание. В новом мире он пробыл целых три года, но та аномальная строка данных так ни разу и не дала о себе знать. Поначалу Цзин Си решил, что Босс попросту стер ее, но потом рассудил: решись тот на чистку, непременно предупредил бы заранее.

«Неужели устал гоняться и наконец отступился?»

Губы Цзин Си тронула едва заметная усмешка. В глубине души он признавал, что так даже лучше: ни к чему попусту тратить на него время.

В этот момент в ветвях над его головой раздался легкий шорох. Вскинув взгляд, Цзин Си успел лишь подставить руки — и прямо ему в объятия свалился угольно-черный пушистый комок.

Это оказался крошечный детеныш пантеры с парой крыльев за спиной.

Зверек замер, впившись в него любопытными глазками, затем издал тоненький рык и доверчиво уткнулся мордочкой ему в подбородок, принявшись ластиться.

***

Цзин Си проснулся от мягкого, щекочущего прикосновения.

Разомкнув веки, он обнаружил, что его талию опять захлестнул пушистый волчий хвост, а в ямочку на шее уткнулась пара бархатных ушей, бережно потирающихся о его кожу.

**[Я проверял, снотворного не было]**

Заметив, что его спутник проснулся, Дуань Чи прижал его к себе чуть крепче, явно не желая выпускать из объятий, хотя и прошептал:

— Ты скоро опоздаешь.

Цзин Си промолчал.

Дуань Чи уткнулся носом ему в шею и с оттенком ленивого удовлетворения спросил:

— Не встаешь?

Придя в себя, Цзин Си похлопал его по плечу, заставляя отстраниться, после чего поднялся и направился в ванную.

Позавтракав вдвоем, Цзин Си проводил Дуань Чи за дверь, вернулся в облик Кролика и отправился на съемочную площадку.

У Ху Сяо как раз выдался перерыв в съемочном графике. Увидев ассистента, он с любопытством поинтересовался:

— И о каких таких великих делах вы беседовали?

— Секрет, — коротко отрезал Цзин Си.

Ху Сяо лишь пожал плечами и не стал допытываться.

Жизнь вошла в размеренную колею.

На площадке никто не устраивал козней: Ху Сяо самозабвенно отдавался роли, а Цзин Си безупречно справлялся с обязанностями личного помощника — оба вели себя более чем примерно.

Шуан Елян продолжал ненавязчиво выслуживаться: открыто в любви не признавался, через край не лез, так что Цзин Си оставалось лишь игнорировать его ухаживания.

Дуань Чи, не желая мешать работе Цзин Си, не появлялся на съемочной площадке.

Однако удача улыбнулась ему: как выяснилось, хотя Шуан Елян и не состоял в штате концерна «Серебряный Бастион», он числился в агентстве его давнего приятеля. На одном из деловых ужинов Дуань Чи как бы между прочим упомянул молоденького актера:

— Подкинь этому парню побольше работы. Нечего ему простаивать без дела.

Приятель удивленно вскинул брови:

— С чего бы это?

Дуань Чи с невозмутимым видом прикрылся бутафорскими супругами, сославшись на хорошие отношения с Цинь Чжао: мол, тот попросил сделать так, чтобы Шуан Елян меньше мозолил глаза Ху Сяо.

— Он что, пытается увезти у него мужа? — уточнил приятель.

— Да нет, но Цинь Чжао ревнует.

Приняв это объяснение за чистую монету, приятель охотно согласился:

— Ладно, сделаю в лучшем виде, не переживай.

Шуан Елян и не подозревал о надвигающейся беде.

В день, когда Ху Сяо закончил съемки своих сцен, съемочная группа устроила пышный праздник с цветами, огромным тортом и шампанским. Шуан Елян чокнулся бокалом с Кроликом:

— Как только закончу здесь, обязательно приеду к вам на обед!

— С удовольствием, — улыбнулся Цзин Си, про себя добавив: «Если у нас найдется время».

Привычки следить за каждым шагом Дуань Чи у него не было, поэтому о закулисных интригах генерального директора он не ведал. Впрочем, Цзин Си заранее решил: даже если Шуан Елян выйдет на связь и время будет, он все равно ответит отказом.

Однако едва они вернулись в агентство, как менеджер обрадовал Ху Сяо новым контрактом.

— Приключенческое шоу о путешествиях, свежий проект этого сезона, — пояснил агент. — Команда там высшего класса, у проекта отличные перспективы. По формату ты можешь взять с собой одного друга. Если кандидатуры нет, я подберу кого-нибудь из наших.

Быстро пробежав глазами документы, Ху Сяо уточнил:

— Разрешено приглашать людей не из индустрии?

— Ты что, вознамерился взять мужа? — с подозрением спросил менеджер. — Настоятельно советую подумать. Ты только-только начал обрастать фанатами, и подавляющее большинство — фанатки, клюнувшие на внешность. Каминг-аут сейчас погубит карьеру.

— Я все понимаю, — кивнул Ху Сяо.

Едва менеджер отвлекся на звонки, он тут же прильнул к уху Второго дяди:

— Поедешь со мной? Составим дуэт, заберем все экранное время!

— На первых порах на много эфирного времени не рассчитывай, — остудил его пыл Цзин Си.

В самом деле, какой интерес публике к союзу начинающего актеришки и никому не известного ассистента?

К тому же светиться лишний раз ему совершенно не хотелось. Это всего лишь вторая сюжетная линия; тело с неизлечимой болезнью предназначалось исключительно для текущего сценария, а для остальных сюжетных арок в его распоряжении оставались только И Чжоу и Кролик.

И Чжоу и без того гремел на всю галактику, так что делать из Кролика публичную фигуру было бы верхом глупости — ассистенту следовало оставаться в тени.

Поразмыслив, Цзин Си предложил:

— Я подберу тебе в напарники медийную личность. Тогда и внимания к вашей паре будет в разы больше.

А чем больше эфирного времени и ярче выступление, тем выше шансы мгновенно взлететь на вершину. Продюсеры сами станут обивать пороги, и путь к титулу киноактера сократится вдвое.

— Звезду экрана? — оживился Ху Сяо.

— Не совсем.

— Только не говори, что подговоришь генерального директора Дуань! — с ужасом выдохнул Ху Сяо. — С таким гигантом я в одном кадре с ума сойду!

Цзин Си с улыбкой изогнул бровь:

— Нет, я про другую знаменитость.

Ху Сяо хлопнул глазами, соображая, и вдруг до него дошло.

Он впал в ступор, и с языка невольно сорвалось сочное крепкое словечко:

— Мать твою... Ты что, хочешь отправить И Чжоу со мной на шоу?!

Глядя на вытянутое, абсолютно ошарашенное лицо племянника, Цзин Си усмехнулся:

— Ну так что, берёмся?

— А от меня тут хоть что-то зависит? — Ху Сяо изо всех сил пытался сохранить хладнокровие. — Главное же — согласится ли он сам?

— С ним я всё улажу, — небрежно ответил Цзин Си. — Ты-то согласен?

Ху Сяо трусом не был, поэтому отрезал без раздумий:

— Ещё бы! Конечно согласен!

И Чжоу — имя, о котором гудела вся межзвёздная сеть. Избранник самого Дуань Чи, фигура привлекательная и загадочная. Да будь он хоть абсолютно несносен в кадре, операторы все равно станут бегать за ним по пятам.

Ху Сяо всё же уточнил:

— А как у него с характером? Не слишком капризный?

— Да нормальный парняга, — отмахнулся Цзин Си. — В меня пошёл.

Ху Сяо молча воззрился на собеседника, не ведая, то ли смеяться, то ли плакать.

Как раз в этот момент вернулся менеджер. Цзин Си и Ху Сяо тут же огорошили его решением участвовать в шоу и внесли в список кандидатур И Чжоу.

— Договорились, — на автомате кивнул менеджер.

И лишь секундой позже до него дошёл смысл сказанного. Голос мужика взлетел на хорошую октаву:

— Кто, ты сказал?!

Ху Сяо с безмятежным видом повторил имя, демонстрируя феноменальную выдержку. Но менеджеру было не до эстетики — у него едва не случился кондратий. Он принялся судорожно переспрашивать, тот ли это самый И Чжоу, а получив утвердительный ответ, вытаращился:

— Откуда вы вообще с ним знакомы?!

— Дело не в этом, — парировал Цзин Си. — Главное, что я могу уговорить его прийти.

Менеджер почувствовал, что у этого неприметного ассистента явно припрятана пара тузов в рукаве, и потребовал подтверждения прямо на месте.

Цзин Си без тени смущения вытащил коммуникатор, открыл чат с И Чжоу и на глазах у потрясенной аудитории отправил сообщение с материалами шоу, добавив, что неплохо бы проветриться и помочь по-дружески.

Система с готовностью включилась в игру: по ту сторону экрана осел виртуальный ответ с немедленным согласием.

Менеджер хватался за сердце и судорожно глотал воздух.

«Отправь ещё одно, выбей мне отгул», — распорядился Цзин Си у себя в голове.

И Система № 44 тут же накатала новое сообщение от имени И Чжоу: мол, сейчас он караулит одного дедка и помогает ему вязать свитер. Старик чужих не подпускает, так что бросить его нельзя. Участвовать в шоу И Чжоу согласен, но только если взамен пришлют Туту — довязать этот злосчастный свитер.

Цзин Си вопросительно глянул на спутников.

Менеджер закивал как заведенный, умоляя согласиться не думая.

Ху Сяо рассудил аналогично, хотя сомневался в талантах Второго дяди по части вязания спицами:

— Справляйся сам, если что.

Цзин Си отстучал ответ:

«Идёт».

«И Чжоу» откликнулся моментально:

«Тогда жду ближе к съёмкам. Я съезжу подпишу контракт, а потом сразу на площадку — и до конца сезона».

«Договорились».

Наблюдая за этой перепиской, менеджер чуял, что спит и видит сюрреалистичный сон:

— Вы ведь не шутите? Вот так просто взял и согласился?

— А были сомнения? — улыбнулся Цзин Си.

Забыв попрощаться, менеджер на негнущихся ногах выплыл из гримерки. Едва связавшись с продюсерами шоу, он мгновенно собрался и вернулся в рабочую колею.

На том конце провода сначала пережили аналогичный шок, а потом, захлёбываясь от восторга, поинтересовались гонораром. Узнав, что кандидат согласен на стандартную ставку для непрофессионала, съёмочная группа окончательно сошла с ума:

— А можно подмахнуть контракт прямо сейчас?!

— Он освободится через пару дней, я его потороплю, — сдержанно пообещал менеджер.

— Будем безмерно благодарны!

Всю следующую неделю съёмочная команда и менеджер жили как на иголках.

Спустя семь дней Цзин Си отправился «вязать свитер». Вернувшись на квартиру, он сменил оболочку, снова став И Чжоу, и к назначенному часу прибыл в ресторан.

Ху Сяо вместе с менеджером дежурили у входа и лично препроводили высокого гостя в отдельный кабинет.

За обедом Ху Сяо с удивлением отметил, что И Чжоу характером действительно смахивал на Второго дядю. Разница заключалась лишь в том, что Цзин Си со своим ангельским личиком вечно притворялся паинькой, а И Чжоу вёл себя подчёркнуто нахально и развязно — словом, идеально соответствовал репутации отъявленного мажора.

— Сразу предупреждаю: я ни черта не умею, — заявил Цзин Си, развалившись в кресле.

— Это совершенно неважно! — в один голос выдохнули Ху Сяо и менеджер.

Нужна им была его эрудиция? Ха! Им нужен был сам И Чжоу!

И продюсерский состав рассуждал ровно так же. Когда подписанные бумаги наконец оказались на столе, у руководства канала словно камень с души свалился. Разумеется, обижать его мизерным гонораром никто не рискнул — сумму в контракте подняли весьма солидно.

Едва сделка состоялась, как все, кто имел хоть какие-то связи на телевидении, тут же зашевелились.

Впрочем, Цзин Си до этих подковёрных игр дела не было.

Едва поставка подписи завершилась, он связался с Дуань Чи и вкратце обрисовал ситуацию.

Генеральный директор слегка поморщился:

— Ты к нему слишком благосклонен.

— Он, между прочим, женат, — напомнил Цзин Си.

Дуань Чи мысленно вздохнул: ладно, чем быстрее Цзин Си закончит со своими делами, тем скорее вернётся к нему. С тех пор как Дуань Чи прилетел в созвездие Виолончели, он так и остался жить в местном филиале корпорации.

— Ты где остановился?

— Мне забронировали номер в отеле.

— Перебирайся ко мне.

— Зачем? Хочешь сэкономить на мне пару клочков шерсти?

— ... Расселимся по разным комнатам.

— Ты уверен?

Дуань Чи был более чем уверен. Пусть они не будут спать в одной постели, зато он сможет видеть Цзин Си каждое утро и каждый вечер. От одной этой мысли на душе становилось теплее.

Цзин Си долго кокетничать не стал. Если отбросить сухопутные «данные» и тот факт, что Дуань Чи когда-то проявил себя бабником, сам по себе генеральный его не раздражал. К тому же они были слишком хорошо знакомы — жильё в особняке явно уступало по комфорту отельной обстановке.

Впрочем, в первую же ночь господин директор явился к нему в распахнутом шелковом халате, кокетливо выставив наружу пушистые уши и волчий хвост.

Цзин Си, которому этот хвост уже не раз обвивал талию, не стал изображать недотрогу перед лицом «акционных скидок». Он протянул руку и сладко помял чуткое ухо, невольно вспомнив маленького чёрного зверька. В голове мелькнула мысль: уж не в том ли далёком мире у него сформировалась эта странная слабость к пушистикам?

Дуань Чи тихо хмыкнул и слегка подался вперёд, прижимаясь ближе, чтобы Цзин Си было удобнее ласкать его.

С этого дня Цзин Си переключился на незамысловатый режим: днём он наблюдал за актёрскими школами Ху Сяо, а по вечерам «тискал волка». Нашлось время даже для съёмки промо-материалов.

Дни пролетели незаметно, и продюсеры наконец запустили официальную рекламную кампанию.

Всего в проекте участвовало шесть пар, но раскрывали их постепенно, порциями. Актёры первого эшелона, популярные айдолы, заслуженные мэтры кинематографа... Глядя на подобный состав, фанаты пребывали в полном изумлении.

Они что, нашли золотую жилу или ограбили центральный банк? Нельзя же ради первого сезона выкладывать все козыри, а потом хоть трава не расти! Да и слухов о том, что их любимчики снимаются в подобном, раньше не ходило.

Сеть буквально взорвалась.

Пользователи начали дотошно копать под съёмочную группу. Выяснилось, что раньше они делали вполне неплохие шоу и имелся солидный опыт, но чтобы размахивать такими бюджетами — никогда! Что произошло на этот раз?

Самое странное — ни единой утечки до самого последнего момента. Подобный сюрприз застал всех врасплох.

Вскоре объявились обделённые фанаты, заявлявшие, что их кумиры изначально планировались в этот проект, но в последний момент их внезапно подвинули.

Бывалые обитатели форумов сразу сообразили: тут замешана какая-то крупная рыба. Все замерли в ожидании финального анонса.

Видя бешеный ажиотаж, продюсеры выждали около часа и вывалили информацию по пятой и шестой парам.

Но лишь наполовину. Это были братья Ху — Ху Сяо и Ху Чэ. Канал пояснил, что в шоу участвуют родные братья, однако они выступают не дуэтом, а позвали своих друзей. Вместо напарников на плакатах красовались лишь таинственные тёмные силуэты с вопросительными знаками.

Форумы мгновенно подняли подноготную братьев Ху.

Новички, едва перешагнувшие порог шоу-бизнеса, оба подписаны в крупные агентства и успели сыграть лишь по одной эпизодической роли.

Однако если Ху Сяо дебютировал скромно, то вокруг Ху Чэ подняли нешуточный шум, налепив на него ярлык «богатого наследника». Поклонники быстро раскопали его статус младшего господина семьи Ху. А раз Ху Сяо его брат, значит, и бэкграунд у него аналогичный.

Фанаты всё поняли.

Так вот оно что! Семья Ху просто выложила кучу денег, чтобы топовые звёзды поработали свитой для их барчуков?!

Сеть захлестнула волна гнева. Поклонники наперебой призывали кумиров бросить этот балаган, а официальные аккаунты превратились в поле боя.

Продюсеры выждали паузу и явили миру напарника Ху Чэ — им оказался Дэвэнь из того же агентства.

В комментариях тут же повалили призывы «Убирайтесь!» и «Смотреть не будем!». Съёмочная группа хладнокровно выдержала удар и наконец выкатила карту с партнёром Ху Сяо.

Народ застыл.

Значительная часть хейтеров строчила проклятия на автопилоте, и лишь отправив комментарий, вглядывалась в фотографию И Чжоу. И тут же немотно затыкалась.

В сети воцарилась гробовая тишина, а в следующее мгновение интернет сошёл с ума.

«Е****ть, это вообще как?!»

«Скажите, что у меня галлюцинации!»

«Я перечитал три раза... Это РЕАЛЬНО И ЧЖОУ?!»

«То есть мы будем смотреть шоу вместе с самим господином Дуанем?! Мы что, увидим, как он пишет комментарии и донатит в прямом эфире?!»

Количество сообщений зашкаливало. Тема мгновенно взлетела в топ поисковых запросов.

Простые сторонние наблюдатели давились смехом.

Хватило бы у продюсеров ресурсов затащить И Чжоу? Очевидно, нет.

Это на сто процентов замутил сам Ху Сяо! И именно из-за появления И Чжоу канал срочно перетасовал участников.

Пока болезнь волков-мутантов неизлечима, жизнь Дуань Чи намертво привязана к И Чжоу.

Сам Дуань Чи — человек скрытный, неуловимый, подступиться к нему почти невозможно. А тут на блюдечке появляется живая мишень — кто пропустит такой шанс?!

Так что нечего кричать, будто ваши кумиры изображают свиту. Скорее всего, ваши кумиры сами доплатили солидный куш, лишь бы выбить себе местечко рядом с этой персоной!

Фанаты пытались огрызаться, выкладывая послужные списки своих кумиров и доказывая, что те попали в проект исключительно благодаря таланту.

Пока в сети кипели страсти, на вершину рейтинга пробился новый комментарий:

«ТРЕБУЕМ ПРЯМОЙ ЭФИР! Не надо нам вашего монтажа, покажите настоящую жизнь этих везунчиков!»

Разумеется, продюсеры просчитали такой поворот заранее.

С того самого момента, как И Чжоу дал согласие, они ночами переписывали концепцию. Получив одобрение самого И Чжоу, канал незамедлительно выкатил анонс: частичным прямым трансляциям — быть!

Публика ликовала. Шоу ждали с нетерпением.

Три дня спустя Цзин Си и Ху Сяо собрали вещи и приготовились к выезду.

Менеджер лично сопровождал их в машине, непрестанно зудя над ухом Ху Сяо, чтобы тот держал себя в руках и не устраивал сцен с Ху Чэ.

Вообще-то перед тем как пригласить Ху Чэ, продюсеры советовались с менеджером. Тот сразу отрезал «нет», но вскоре Ху Сяо позвонил отец и устроил нагоняй за то, что тот обижает младшего брата.

Ху Сяо тогда лишь саркастически хмыкнул:

— Ладно, пусть приезжает.

И, не слушая расспросы отца о том, откуда он знает И Чжоу, просто бросил трубку.

Чем больше менеджер размышлял об этом, тем неспокойнее ему становилось:

— Напрасно ты согласился.

— Вовсе нет, — возразил Ху Сяо. — Я тут пораскинул мозгами и понял: как старший брат, я обязан проявлять заботу о младшем. Вот и решу устроить ему «заботу» по полной программе.

Менеджер побледнел:

— Ты только глупостей не делай!

— Не буду, за мной же И Чжоу присмотрит.

Цзин Си степенно кивнул:

— Угу, ко мне никаких вопросов. Я хоть и мажор, но в неприятности никогда не влипал.

Менеджер мысленно пробежался по его биографии и признал: а ведь и правда.

Этот нахальный юнец возмущался в сети всего пару раз, когда его обозвали «счастливчиком», но в перепалки с фанатами не вступал и глупостей не вытворял. В последнее время выкладывал исключительно пейзажи да философские мысли, к тому же числился отличником. Со стороны казался парнем весьма рассудительным.

— Тогда надежда только на вас, господин Чжоу, — вздохнул менеджер.

— Без проблем, дело житейское, — отозвался Цзин Си.

Система № 44 в его голове лишь сочувственно зажгла виртуальную свечку за упокой душевного спокойствия бедненького менеджера.

Съёмочная группа выбрала локацию на безымянной планете у самого края созвездия Виолончели, причём местечко присмотрела глухое — уютный городок вдали от шумящих мегаполисов.

Дома здесь были выкрашены в пастельные тона в стиле сяо цинсинь, дыхание весны ощущалось в каждом уголке: живописные пейзажи, благодатный климат и мягкий, приятный ветерок, ласкающий кожу.

Ху Сяо оценил обстановку с первого взгляда:

— А у организаторов есть вкус! Интересно, тут подают местные деликатесы?

Закинув чемодан в выделенный комнатный домик под руководством стаффа, он без церемоний закинул руку на плечо И Чжоу:

— Проветримся?

Сам Цзин Си по характеру отчасти напоминал Второго дядю, так что за прошедшие дни они с Ху Сяо сошлись легко и непринуждённо.

Не успел Цзин Си открыть рот, как вмешался менеджер актёра, сгреб подопечного за шкирку:

— Какое ещё «проветримся»?! Сиди ровно!

— Съёмки же только завтра! — возмутился Ху Сяо.

— Всё равно нельзя!

Ху Сяо пораскинул мозгами и сразу срисовал опасения менеджера: место незнакомое, а с ними человек особый. Случись с И Чжоу хоть царапина — никому мало не покажется, вовек не расплатишься. Мысль про прогулку пришлось замять.

Впрочем, сам «особый» господин держался совершенно невозмутимо:

— Да ладно вам, прошвырнёмся ненадолго и назад.

Оба — и менеджер, и киноактёр — на мгновение замялись, как вдруг со стороны раздался чей-то голосок:

— Собираетесь прогуляться? Мы как раз планировали то же самое. Может, объединимся?

Троица обернулась. Позади стояли Ху Чэ и Дэвэнь. Предложение исходило от последнего.

Дэвэнь раньше мерял всех по себе и думал, будто его спонсор заставлял наживать связи с Ху Сяо ради какого-то компромата. Кто же знал, что истинной целью были выходы на самого Дуань Чи! Знай он заранее, стерпел бы любые унижения в съёмочной группе, но локти кусать поздно — приходилось цепляться за любой шанс навести мосты.

Цзин Си смерил парочку прохладным взглядом:

— Пожалуй, откажемся. Мы не настолько близки.

Ху Чэ не сдержался:

— Я вообще-то родной брат Ху Сяо.

— А мы с тобой раньше встречались? — ровно уточнил Цзин Си.

— Нет...

— Вот и разговор окончен.

Ху Чэ привык к лести и заискиванию, так что выходить к кому-то с предложением подружиться ему приходилось впервые. Он толком не понимал, как Ху Сяо умудрился завести дружбу с И Чжоу, но прекрасно осознавал, чем это пахнет. Смотреть, как ненавистный брат набирает обороты и укрепляет влияние в клане, подминая под себя семейный статус, Ху Чэ категорически не желал. Посему он вознамерился перетянуть И Чжоу на свою сторону.

Однако замашки балованного барчука быстро дали о себе знать: получив отворот-поворот, он насупился, едва сдерживая раздражение.

Цзин Си, само собой, на его драгоценные чувства класть хотел. Отчеканив отповедь, он просто увёл Ху Сяо за собой.

Менеджер бросился вслед, прихватив двоих ассистентов — мало ли какие неприятности подстерегают на незнакомых улицах.

Команда немного прогулялась по окрестностям, набрала местных закусок и вернулась в домик вполне довольной.

К вечеру подтянулись остальные участники, и вся компания уселась за общий ужин.

Шесть пар участников представляли собой весьма разношёрстную компанию: братья Ху со своими напарниками; звезда первой величины Лэс и прославленный киноактёр-ветеран Фэйлимань; популярная актриса Паньни со своей близкой подругой Шаньдуалой; взлетающая старлетка Эр Яо и её коллега по агентству Фэн Сянчэнь; а также кумир молодёжи Мяо Мань и его приятель-мажорик У Лэсинь. За исключением Цзин Си и упомянутого богатея, остальные были плоть от плоти шоу-бизнеса.

Люди, добившиеся чего-то в этой индустрии, насквозь состояли из дипломатии и проницательности. Под их чутким руководством вечер прошёл в удивительно непринуждённой атмосфере. Не считая пары персонажей, проявлявших чересчур назойливый энтузиазм, большинство вело себя вполне естественно. Разошлись по комнатам сразу после ужина.

На следующее утро все встали ни свет ни заря, быстро привелись в порядок и приготовились к работе.

Первый этап проходил в формате прямой трансляции, о чём зрителей предупредили заранее.

За полчаса до старта эфира чаты уже трещали по швам — зрители сбежались со всех часовых поясов.

【Три часа ночи... Спать я сегодня уже не лягу.】

【Сижу на лекции...】

【Интересно, Дуань Чи смотрит?】

【Смотря сколько у него сейчас времени. Вдруг завален работой?】

【Господин Дуань, вы тут? Черкните строчку в чат!】

У Дуань Чи было аккурат восемь вечера — время окончания рабочего дня.

Скинув взгляд на экран, он совмещал просмотр трансляции с разбором документов.

У Дуань Сювэня стоял день. Занятий в университете не было, поэтому он уселся перед экраном вместе с Цзинь Юймэн.

Помимо них, у экранов собралась целая банда золотой молодёжи. Внезапный порыв Господина Чжоу податься в шоу-бизнес вызвал у его приятелей бурный восторг. Зная его своенравный нрав, они находили эту выходку чертовски органичной и с нетерпением ждали, когда их братан покажет класс.

Ровно в девять утра по местному времени шоу стартовало.

После короткого вступления камера переключилась на гостей, задержавшись на лице Цзин Си на пару секунд дольше, чем на остальных.

В то же мгновение экран запестрел шквалом премиальных донатов.

Обычные пользователи, надеявшиеся вычислить Дуань Чи по щедрым чаевым, от зрелища этой ярмарки невиданной щедрости просто выпали в осадок.

«Эй, люди! Сюда вообще-то Дуань Чи должен донатить, вы-то куда лезете со своими миллионами?!»

Остальная аудитория в разборки богачей не лезла, а вовсю строчила комментарии:

«Без дураков, этот счастливчик невероятно хорош собой! Стоит среди профессиональных звёзд — и не то что не теряется, а явно затмевает половину из них!»

Тем временем режиссёр озвучил правила первого испытания.

Шоу приключенческое, так что засиживаться в уютном городке никто не собирался. Настоящая локация находилась дальше, а городок служил лишь перевалочным пунктом, где участникам требовалось полностью экипироваться собственными силами.

— Поскольку вы отправитесь в путешествие парами, вам не обойтись без взаимопонимания. Первый этап как раз и проверит вашу сыгранность, — объявил ведущий. — Передо мной шесть мешков с деньгами и подсказками. Чем левее мешок, тем больше в нём ресурсов. Какой достанется вам — зависит от набранных баллов.

Задание оказалось простым: отгадать десять слов по принципу «объяснялки».

Порядок ответов определила жеребьёвка.

Первыми выступали аккомпанирующая актриса и её коллега. Отношения у них были сугубо рабочими, навязанными агентством, поэтому сыгранность стремилась к нулю — за отведённое время они выжали всего три правильных ответа.

Второй парой шли Ху Чэ и Дэвэнь.

Дэвэнь пытался объяснять с пылом и страстью, но соображалка Ху Чэ явно давала сбои. Результат — четыре очка. По крайней мере, не самые последние.

Третьими выступали Лэс и Фэйлимань. Опытный актёр не только объяснял, но и подключал пантомиму, благодаря чему они выбили семь баллов.

А за ними настал черёд Цзин Си и Ху Сяо.

За объяснение взялся Цзин Си. Выпало первое слово: «Пластмассовый».

Зрители у экранов почесали затылки — задача не из лёгких. В их эпоху вещи из чистого пластика встречались редко, а без наглядного предмета под рукой пришлось бы разбирать слово по буквам или понятиям, на что ушла бы куча времени.

Однако Цзин Си лишь едва заметно усмехнулся:

— Добавь два слова перед «мужем».

Ху Сяо озарило в ту же секунду:

— Пластмассовый!

Цинь Чжао, наблюдавший за трансляцией у себя в кабинете:

«...»

Кажется, он только что случайно узнал, под каким прозвищем его числит одна рыжая лиса. Замечательно.

Остальные участники и зрители:

«???»

Когда смысл фразы наконец дошёл до публики, чат просто взорвался.

Неужели этот счастливчик уже расписался с господином Дуанем? Но, судя по всему, брачные узы дались им непросто, раз он величает его «пластмассовым муженьком»?!

【Господин Дуань, вы в курсе, что к вашему статусу «мужа» только что приклеили ярлык «пластмассовый»?!】

Дуань Чи не был в курсе.

Он даже официальным «мужем» ещё не числился.

Но не осведомлённая о тонкостях публика решила, что шоу уже полностью оправдало ожидания — выдало жирнейший эксклюзив прямо с порога.

Впрочем, они поторопились с выводами. Самое вкусное приберегли на потом.

Второе слово: «Принимать игру за чистую монету».

Цзин Си с совершенно спокойным видом ткнул пальцем в сторону Дэвэня:

— Четыре иероглифа, идиома. Я слышал, на съёмках он влепил тебе оплеуху. Как это называется?

Ху Сяо не задумываясь выдал:

— Наглость? Корчить из себя неизвестно кого? Нож в спину под маской улыбки?

— По сценарию это должна была быть имитация, а он впаял со всей дуры, — подкинул деталь Цзин Си.

— Принимать игру за чистую монету?!

— Точно. Следующее.

Дэвэнь: «...»

Зрители: «Ого-го! Вот это грязное бельишко!»

Обычно подобные закулисные интриги на публику не выносят.

Но Цзин Си крутиться в этой сфере не собирался, поэтому со спокойной совестью включил режим «невинного простака» и принялся беззастенчиво его высмеивать.

Съёмочная группа, глядя на взлетающий график просмотров, едва не прыгала от восторга. Они знали, что участие И Чжоу обеспечит хайп, но чтобы настолько?! Два слова — и сразу два топовых хэштега в трендах: «Дуань Чи и И Чжоу тайный брак» и «Дэвэнь рукоприкладство на площадке».

Менеджер Ху Сяо только сейчас узнал о той выходке на съёмках. С одной стороны, он испытывал дикое удовлетворение от того, что И Чжоу умыл обидчика, но с другой — молча молился, чтобы следующие карточки не оказались связаны с Ху Чэ.

Увы, мольбы не были услышаны.

Третье и четвёртое слова — «Фрукты» и «Киностудия» — щёлкались как орешки. Первое обожал Ху Сяо, на второй локации они впервые встретились с Цзин Си.

А вот пятым выпало: «Подонок».

Цзин Си снова уголки губ приподнял и указал на Ху Чэ:

— Твой братец. Два иероглифа, бранное.

Ху Сяо ляпнул без запинки:

— Чушь собачья!

— Не-а, — качнул головой Цзин Си.

— Идиот? Дебил? Неучка? Гнида?

Ху Чэ: «...»

«Ты вообще человек после этого?!»

Менеджер судорожно дёрнул веком.

«Я же просил тебя держать себя в руках! Ты что, специально провоцируешь скандал?!»

Впрочем, Цзин Си прекрасно понимал: Ху Сяо не станет играть в «любящих братьев». С его характером фальшь всё равно вылезла бы наружу. Так к чему разводить дипломатию? Лучше устроить публичную порку сразу, чем позволить Ху Чэ строить из себя невинную жертву на глазах у миллионов.

— Хоть всё и правда, но мимо, — продолжал Цзин Си. — Последнее слово ближе всего. Вспомни, что он сделал с Кроликом.

— Мразь!

— Один иероглиф угадал.

— Подонок!

Цзин Си щёлкнул пальцами:

— В точку! Следующее.

Остальные участники: «...»

Кажется, после этого эфира на Ху Чэ навечно приклеится клеймо «подонка». Ах да, и Дэвэнь теперь отмоется от скандала с дракой очень нескоро.

Присутствующие тихонько отступили на полшага назад, страстно надеясь, что в их биографиях нет грешков, способных послужить материалом для этого острого на язык счастливчика.

Дальше пошли самые разные понятия, но пара раскалывала их с лёгкостью.

Чтобы хоть как-то распределить места, организаторы усложнили последние карточки, увеличив количество слов.

Девятая карточка гласила: «Хочу сбежать с тобой».

Эту фразу Ху Сяо когда-то действительно говорил Кролику, но чтобы не провоцировать лишних слухов, Цзин Си решил зайти через бытовой пример:

— Шесть иероглифов. Представь: я влюблён, но родня против. Посреди ночи я собираю чемоданы, прибегаю к ней и выдаю одну фразу. Какую?

Ху Сяо загнул пальцы, подсчитывая:

— «Я ухожу, жди меня»?

— Без слова «я», иначе мне засчитают нарушение.

— А, точно! «Уйдём вместе с тобой»?

— Близко, но не так романтично.

— Хм... Без «я»... — Ху Сяо задумался на секунду, а потом его осеняет: — Понял! «Бежим скорее, волки близко!»

Цзин Си: «...»

【А-ха-ха-ха! Вот это реально романтика по-нашему!】

【Шесть слов, всё сходится!】

【И главное — с суровой жизненной правдой!】

【Чувак шарит в реальной жизни! Всё, я на него подписываюсь!】