Вела Юнь | Переводы китайских новелл

Вела Юнь | Переводы китайских новелл 

3subscribers

365posts

goals1
$3.09 of $2.87 raised
21

Соусные лепёшки для зверолюдей, или Как разбогатеть в космосе. Главы 65-70

Предыдущий фрагмент
Оглавление
Шум душа сквозь перекрытия доносился на первый этаж. Чуткие звериные уши Мэйфилда вздрогнули, и он, вернувшись в привычный облик зверочеловека, вольготно откинулся на диване, листая тетрадь, украшенную отпечатками крошечных лапок.
«У меня есть дядя… Его звериный облик такой красивый и огромный! Бо́льше быка Янь! Я очень завидую, потому что сам пока размером всего с красную свинку. Но ничего, я буду много есть и скоро перерасту даже самую большую свинью!»
«Сегодня в оранжерее я увидел странный цветок. Сорвал его и унёс в дядин кабинет. У дяди-управляющего глаза чуть на лоб не вылезли! Он сказал, что дядя только-только его купил… Я испугался, что дядя расстроится, и спас ситуацию — просто съел цветок! Он оказался горьким и совсем не вкусным!»
…
«Погода сегодня просто чудесная! Цзяо-Цзяо обещал завтра взять меня в посёлок. Ура-а-а, каникулы — это кайф! Буду отрываться каждый день всё сильнее, ха-ха-ха!»
Мэйфилд долго молчал, потом устало потёр переносицу и с сухим треском захлопнул тетрадь, смахнув её на стол — подальше от греха.
Вскоре на отполированном паркете гостиной зазвучали торопливые шаги. Отряд грибников вернулся с богатым уловом: корзинка Асайи ломилась с верхом.
— Дядя!
Асайя подскочил к подлокотнику дивана. Раскрасневшиеся щёчки горели, на ушках-полукружиях застряли травинки — видать, успел где-то полазить.
Покопавшись в корзине с таинственным видом, он выудил гриб с пышной шляпкой и торжественно вытянул его перед Мэйфилдом:
— Та-да-ам! Смотри, какой красивый грибочек я нашел! Это тебе, съешь!
Мэйфилд опустил взгляд на ярко-синюю шляпку. На виске у него ощутимо запульсировала жилка.
— Мечтаешь меня отравить? — спросил он у сияющего малыша.
— Э-э? — Асайя растерянно похлопал глазами, а затем смущенно почесал затылок. — Так он, получается, ядовитый?
Мэйфилд молча щелкнул его по уху. Асайя уже собрался было кинуться к нему и сгладить вину обнимашками, как граф внезапно произнес:
— Каникулы у тебя длинные. Нам пора возвращаться на…
— Нет!
Ответ вырвался у львёнка сам собой. Он осекся, испуганно уставившись на дядю, и совсем растерялся.
Мэйфилд замер. Рука, занесенная было, чтобы взъерошить кудрявую макушку, повисла в воздухе, а затем плавно опустилась.
— Ну… э-э…
Асайя замялся, снова подтянул к носу синий гриб и сокрушенно вздохнул, состряпав сердитую рожицу:
— Надо же, такой красивый — и ядовитый! Плохой гриб, выброшу тебя!
Топая ножками, он пробормотал проклятия ядовитому грибу и выскочил на улицу. В комнате вновь воцарилась тишина.
Мэйфилд глянул ему вслед. За ужином и позже, пока ребёнок возился во дворе со зверями тани, граф к этому разговору больше не возвращался.
***
К ночи небо заволокло грозовыми тучами. В их темных недрах глухо рокотал гром, вспыхивали слепящие молнии.
После очередного раската в дверь Цзи Цяо тихонько постучали.
— Кого там несёт в такую рань?.. — пробормотал Цзи Цяо, поднялся с кровати и отпер дверь.
— Хи-хи-хи, га-га-га…
От этого хихиканья среди ночи мурашки бежали по коже. Зажав ухо плюшевого кролика, Асайя с довольным видом пролез в образовавшуюся щель.
Цзи Цяо опешил:
— Асайя? Ты чего не спишь?
— Хочу спать! Но там гром гремит…
Ребёнок забрался на огромную кровать, завернулся в одеяло и принялся восторженно крутиться, превращаясь в импровизированный рулет, после чего жалобно похлопал ресницами:
— Цяо-Цяо, можно я посплю с тобой?
— Конечно можно.
Цзи Цяо подошёл, потянул за край одеяла и со смехом вытряхнул «рулет».
Звёзд за окном видно не было. Асайя натянул одеяло до самого носа и осторожно пополз к источнику тепла, пока не уткнулся лбом в плечо парня.
— Поругался с дядей? — тихо спросил Цзи Цяо.
Под одеялом началась мышиная возня, и лишь спустя минуту донёсся шёпот:
— Вовсе нет…
«Весь вечер промолчал, даже за зубрежку уселся без обычных торгов», — подумал Цзи Цяо, глядя на прижатые ушки малыша, и вздохнул.
Он обнял Асайю, провёл ладонью по непослушным кудряшкам и стал размеренно поглаживать его по спине.
— Ну нет так нет. Только не держи всё в себе. Дети должны радоваться каждому дню.
— Угу~
За окном шумел дождь. Зарывшись носом в грудь Цзи Цяо и слушая мерный стук его сердца, Асайя счастливо закрыл глаза. Как тогда, в Янтарограде, он мгновенно погрузился в сладкий сон.
***
Утро выдалось ясным. Свежие капли росы сверкали на листьях и соскальзывали в тёмную, влажную землю.
На полях вовсю кипела работа: работники фермы с приборами проверяли теплицы, где-то удобряли почву, где-то пропалывали сорняки, а неподалёку шумели механические культиваторы, распахивая новые участки и щедро засыпая их изумрудной рудой Миньлан.
Сезонные овощи наливались соком: хрустящие огурцы, свисающие фиолетовые баклажаны, сочная шпинатная зелень — поля казались огромным зелёным ковром. А уж про свежие грибы и налитые молочные бобы эдамаме и говорить не приходилось.
Асайя с плетёным коробом за спиной семенил вслед за Цзи Цяо, с радостным писком собирая овощи. Завидев крошечный огурчик или миниатюрный кочан капусты, он умилялся, щёлкал их на оптический компьютер и отправлял фотографии Джиму и Бобби.
Те исходили завистью, засыпая его вопросами.
— Хе-хе, а нечего было уезжать на другие планеты! — гордо задрав нос, хвастался Асайя.
Джим скрипел зубами от досады, обещая прилететь на Грандон при первой же возможности.
— Ха, даже если прилетишь, всё равно не успеешь! — заявил львёнок через экран. — Скоро Цяо-Цяо угостит меня новыми блюдами из филиала, а ты пролетаешь!
Маленький барханный кот аж зашипел от злости:
— Ах ты вредина!
— Бе-бе-бе! А я съем за тебя двойную порцию!
Смеясь, Асайя убежал на луг показывать им зверей тани.
Протекающая по лугу речка была чистой и прозрачной, переливаясь на солнце звёздными бликами. Асайя уселся на упавший ствол дерева с гроздью жёлтых ягод, и его тут же облепили пушистые зверьки, выпрашивая угощение.
— Асайя, пора домой! — донёсся с холма знакомый оклик. Цзи Цяо обмахивался шляпой, маша рукой.
— Ну ещё чуть-чуть!
— На счёт три! — Цзи Цяо достал из короба рупор. На всё поле разнёсся его громкий голос: — Раз! Два!..
— Ой, Цяо-Цяо плохой! — Уши Асайи мгновенно встали торчком. Бросив ягоды зверям тани, он помчался на своих коротких ножках так, что сверкали пятки.
Цзи Цяо с удовлетворением убрал рупор. Старый добрый приём работает безотказно даже в другом мире!
Прогулка по ферме Дилуня завершилась полным коробом свежих припасов.
Вэнь И уже рубил на кухне ребрышки и обрабатывал потроха. Заметив вернувшихся, он тщательно вытер разделочную доску.
— Иди отдыхай, я сам закончу, — сказал Цзи Цяо, сменив юношу.
Он принялся ловко мыть, чистить и нарезать десяток видов овощей, с усердием нанизывая их на бамбуковые шпажки.
— У нас есть кухонные роботы. Зачем возиться самому? — Мэйфилд спустился по лестнице и с любопытством наблюдал за Цзи Цяо.
— Да мне не трудно, без дела всё равно скучно, — ответил парень, с лёгким шорохом собирая готовые шпажки.
Мэйфилд прищурился, помедлил пару секунд, а затем придвинул стул и уселся напротив. Взяв шпажку, он стал ловко насаживать на неё ломтики лотоса.
Цзи Цяо от удивления замер. Картина выходила невероятная: высокомерный, язвительный аристократ своими изящными пальцами умело заворачивал овощи на деревянную палочку, и хотя вид у него был крайне недовольный, работал он быстрее самого Цзи Цяо.
— Не глазей, зацепись за свой шпинат, — сухо бросил Мэйфилд.
— Да я просто поражён… Выглядит дико необычно…
— Ничего дикого, если не делать из этого драму. — Мэйфилд бросил готовую шпажку в миску, окинул парня ленивым взглядом и слегка улыбнулся: — Я просто искал повод побыть с тобой.
Цзи Цяо мгновенно вспыхнул, пытаясь сохранить спокойный тон:
— Ты…
— На этот раз без обмана, глупый, — перебил его Мэйфилд.
Цзи Цяо опешил, а потом буркнул:
— Сам такой!
За стеклянной дверью кухни за ними наблюдали Райан и Перс.
— Может, зайдем поможем? Хотя… ну его, хозяин так на меня посмотрел… — пробормотал Райан. Заметив, что коллега молчит, он ткнул его в плечо: — Эй, Овечье Копыто, о чём задумался?
Перс проигнорировал дурацкое прозвище и задумчиво почесал подбородок:
— Слушай… Если я сейчас это сфотографирую и продам жёлтой прессе, смогу уйти на пенсию?
Райан вытаращил глаза:
— Чего-о-о?!
Благодаря помощи Мэйфилда работа шла споро. Цзи Цяо нанизал всё: грибы, овощи, морепродукты и потроха, отварил их и остудил в ледяной воде.
Для холодных шашлычков Цзи Цяо приготовил почти десять вариантов соусов и замариновал в них ингредиенты. Просьбы Асайи он тоже не забыл: сварил пару птичьих яиц, сделал в них несколько проколов шпажкой и отправил в пикантно-кислый маринад.
Когда время маринования истекло, глубокие миски достали из холодильника. На улице палило солнце, а прохладные, пряные шпажки манили свежестью и ароматом, мгновенно пробуждая аппетит.
Для холодных блюд излишняя жирность вредна, но и совсем без масла вкус получается плоским. Цзи Цяо смешал специи и залил их процеженным наваристым бульонным отваром: соус получился лёгким, но при этом отлично обволакивал каждый кусочек.
Вкус оценили все. Помимо традиционного остро-мала и кисло-острого, особый восторг вызвал вариант с сычуаньским перцем ротан. На соседних землях как раз выращивали эти кусты: свежие зелёные горошины давали восхитительный аромат и легкое онемение. Простая заправка из соли, глутамата, измельчённого перца и бульона открывала совершенно иной букет. Сначала острота не ощущалась, но через пару мгновений губы и язык охватывало приятное пощипывание.
— Сладость? — Мэйфилд указал на одну из мисок. — Это что за вкус?
— Личи, — не без гордости ответил Цзи Цяо. — Я добавил в перец немного закваски из клейкого риса с Гайи. Ну как?
Вкус не был банально сладким: насыщенный, глубокий, с мягким послевкусием, он заставлял забыть об остроте и тянуться за новой порцией. Но стоило увлечься, как накатывала волна жгучего перца, которую снова хотелось приглушить той самой мягкой сладостью.
Мэйфилд изогнул бровь:
— Достойно.
Потроха приятно пружинили на зубах, морепродукты идеально сочетались с жгучим перцем. Райан уплетал за обе щёки, разбрызгивая соус от щупалец кальмара, за что немедленно получил пинок от Перса.
Овощи нового урожая порадовали текстурой: картофель таял во рту, салатный латук освежал, а молодые побеги бамбука с нежными листиками хрустели, впитывая любой маринад.
Даже Асайя, терпеть не переносящий зелень, уплетал её за обе щёки, демонстрируя Мэйфилду измазанный маслом рот.
В итоге Цзи Цяо отобрал шесть лучших вариантов. После дегустации с семьёй Дилуня список сократили до четырёх главных вкусов: классический острый, кисло-острый, с перцем ротан и со вкусом личи.
***
Вечером Цзи Цяо отдыхал в беседке у пруда, набрасывая отзывы и идеи в блокнот.
— Настроение получше? — Мэйфилд аккуратно обводил пером пункты в бизнес-плане парня, словно проверял студентческую работу. Судя по выражению его лица, обходилось без колкостей вроде «кустарная лавочка».
— А… ну да, пожалуй, — Цзи Цяо неловко почесал нос, вспомнил разговор за завтраком. Он ведь правда слишком торопился, пытаясь отвлечься. — В общем, спасибо за совет.
Мэйфилд мельком взглянул на него и вернулся к чтению.
Прохладный ночной ветерок снимал дневной зной. Цзи Цяо невольно засмотрелся на кончик пера, шуршащий по бумаге, — казалось, оно щекочет само сердце.
Вдруг перо легло на стол.
Мэйфилд с усмешкой посмотрел на смущенного парня:
— Какая скучная благодарность.
Цзи Цяо фыркнул:
— А ты чего хотел? Чтобы я тебе сыграл?
— Умеешь же ты испортить момент.
Мэйфилд поднимался, собираясь уйти, как вдруг Цзи Цяо перехватил его за запястье, мягко скользнув пальцами в ладонь.
В глазах графа мелькнуло удивление, но он тут же вернул привычную непоколебимость и изогнул бровь.
— На улице сыро, да и камни кругом… — выдавил Цзи Цяо. — Шагаешь быстро, ещё поскользнёшься…
Мэйфилд тихо рассмеялся:
— Глупейшая отговорка.
— А тебя никто не спрашивал. Пошли уже.
Мэйфилд громко свистнул и, не скрывая улыбки, позволил увести себя в дом.
В пруду за их спинами отражались сотни звёзд. Ночь была ясной — завтра точно будет хороший день.
***
Обновив план, Цзи Цяо отправился в посёлок осматривать новое помещение.
Ремонт почти завершился. Асайя с важным видом ходил за Цзи Цяо, заложив ручки за спину, а потом с удовольствием уплетал сладкий суп из «Павильона Цзяннюэ».
— Назовём заведение «Кухня Цзянху Цзяо-Цзяо». На втором этаже нужно улучшить шумоизоляцию, а по интерьеру… — Цзи Цяо сидел в лавке лепёшек и обсуждал детали с Гавинем.
Цю Синь тихо спросила:
— Босс Цяо, а что такое кухня Цзянху?
— Если просто: щедрые порции, доступные цены и понятные каждому сытные блюда, — Цзи Цяо показал набросок меню. — В основном традиционные острые блюда. Рецепты я подправлю, но мне нужен шеф-повар. Сам я смогу готовить только соусы для холодных закусок…
Такая кухня идеальна для простого народа, но и на банкете будет смотреться достойно. Главное — в Грандоне ничего подобного ещё не было!
Молчавший до этого Цю Цзинь, пивший суп вместе с Асайей, резко встал и начал взволнованно жестикулировать.
Цзи Цяо замер:
— Ты о чём?
— Нам не нужен другой повар! — подала голос Цю Синь. — У нашей семьи раньше была своя лавка…
Девушка взглянула на меню, застенчиво улыбнулась и подошла к кухонному столу. Стоило ей закатать рукава и взять в руку поварскую лопатку, как вся её робость мгновенно улетучилась.
Вместе с братом они слаженно взялись за дело, и вскоре по помещению разнёсся потрясающий аромат.
Асайя с замиранием сердца смотрел, как молчаливый Цю Цзинь ловко и с невероятной скоростью шинкует овощи. Кто бы мог подумать, что скромный парень владеет ножом не хуже шефа из элитного ресторана!
— Рыба с сычуаньским перцем ротан и острые жареные моллюски! — Цю Синь поставила два истекающих соком блюда на стол.
Присутствующие застыли от изумления, едва ощутив пряный аромат. Цзи Цяо попробовал кусочек и восхищенно воскликнул:
— Потрясающе!
— Всё благодаря вашим свежим продуктам, босс. На планете Голубая Вода мы готовили из ингредиентов куда худшего качества.
Она не льстила. Прежде им приходилось использовать избыток масел и специй, чтобы скрыть несвежесть продуктов, так что блюда получались не столь совершенными.
Брат и сестра пережили немало бед и давно не стояли у плиты, поэтому с тревогой ждали вердикта.
— Вы станете шеф-поварами нового заведения! — улыбнулся Цзи Цяо. — Вечером пришлю контракты. Раз у вас есть опыт, смело предлагайте любые идеи по улучшению.
Цю Синь и Цю Цзинь переглянулись, не веря своему счастью. Раньше в семье девушку заставляли работать лишь в зале: считалось, что поваром может быть только мужчина, а кулинария для женщины — лишь домашняя обязанность.
Ощутив доверие, Цю Синь воодушевилась:
— Босс Цяо, меню пока слишком острое, стоит добавить другие блюда… Впрочем, я лишь предлагаю…
Брат слегка потянул её за край одежды, боясь, что сестра показалась навязчивой. Но Цзи Цяо уже достал блокнот с ручкой, превратившись в прилежного ученика:
— В традициях множества регионов есть свои жемчужины. Ты права, Цзянху должна вмещать всё!
Асайя ничего не понял, но закивал:
— Да-да!
Цзи Цяо потрепал его по голове:
— Что ещё у вас в арсенале?
Цю Цзинь похлопал себя по груди, показывая, чтобы сестра продолжала.
— Мы умеем не так уж много… — скромно улыбнулась Цю Синь. — Различные сухие котелки и рыба на гриле всегда отлично продавались. Ещё острые раки, свиные щечки с острым перцем, суп с лягушачьими лапками и рыбьими головами… Из нежирного — тушёные свиные ножки, суп с бамбуковым грибом и курицей, кабачки в белом соусе… Ну и простая домашняя еда…
Чем больше она перечисляла, тем шире открывались глаза у слушателей. Ничего себе «не так уж много»! Да у неё список блюд длиннее, чем у королевского шефа!
— Стой-стой-стой… — Цзи Цяо со смехом остановил её.
Цю Синь испугалась:
— Извините, босс, я сказала что-то не то?..
— Нет-нет, всё отлично, — Цзи Цяо качнул головой и указал на львёнка рядом. — Просто если ты продолжишь читать это меню, ребёнок захлебнется собственными слюнями!
Асайя весело закрутил хвостиком:
— Хлюп… Кха!
Едва план открытия нового заведения утвердили, Цзи Цяо вместе со своими толковыми сотрудниками чётко распределил обязанности.
Оформление отдельных кабинетов, наём подсобных рабочих и помощников повара, закупка новых роботов, согласование списков сырья с фермой... К счастью, помощники взяли часть задач на себя, иначе он попросту захлебнулся бы в этой суматохе.
Что же касается закупок новых культур, Цзи Цяо, пораскинув мозгами, решил заключить свежий контракт с фермой семьи Дилунь.
Прежде, по договору между лавкой лепёшек и Мэйфилдом, сырьё поставлял граф. Но теперь, при подготовке к открытию полноценного ресторана, расчёты требовались иные, из-за чего расходы, разумеется, ощутимо выросли.
Узнав об этом, Даниэль тут же связался с ним по связи и принялся на чём свет стоит костить Мэйфилда за невероятную скупость.
Мэйфилд же, бросив беглый взгляд на диван в кабинете, поднялся из кресла и неспешно подошёл к нему.
— Если уверен в своих силах, действуй без оглядки. Преподнести ему готовый результат — это лишь другой способ умыть его.
— Дружище, уж от кого, а от тебя я таких речей точно не ожидал, — запричитал Даниэль, гнусавя в трубку. — Ну и ну, а ты, оказывается, неплохо его знаешь!
Мэйфилд обошёл диван сзади. Юноша, несколько дней подряд крутившийся как белка в колесе, сжимал в кулаке стопку расчётов себестоимости и сладко спал, свернувшись калачиком.
Осторожно откинув пальцем тёмную прядь, упавшую юноше на брови, Мэйфилд усмехнулся и негромко ответил:
— Ещё бы.
***
В день, когда сияющая вывеска заведения «Кухня Цзянху Цзяо-Цзяо» заняла своё законное место, в официальном аккаунте лавки лепёшек появился анонс открытия. Незнакомое сочетание «кухня Цзянху» мгновенно подхлестнуло любопытство публики.
И пока самые преданные адепты Культа Лепёшки тревожились, не забросит ли Цзи Цяо выпечку ради ресторана, лавка неожиданно выкатила новинку — сырно-картофельную лепёшку с вытекающей начинкой!
Взрывное название попало точно в цель: толпы гурманов, сгорая от нетерпения, выстроились в длинную очередь.
На этот раз рецептуру адаптировали под вкусы жителей Грандона. Лепёшку смазывали меланжем из яиц птицы белой сосны, а сразу из печи, пышущую жаром, начиняли нежнейшим картофельным пюре со специальным соусом, накрывали ломтиком золотистого сыра и складывали пополам.
К моменту, когда клиент получал пакет, пышащее тестом и пюре нутро уже полностью расплавляло сыр. Густой сливочный аромат, гармоничный баланс солоноватого и сладкого, хрустящая корочка и тянущиеся нити расплавленной начинки в сочетании с шелковистым пюре создавали поистине божественный вкус!
Цена новинки оказалась чуть выше обычной: как и в случае с гречневой лепёшкой, порция не делилась на большую и малую и стоила семьдесят монет «Белый орхидей». Впрочем, порция выходила столь солидной, что даже взрослому зверю её хватало, чтобы утолить голод.
Но главным сюрпризом стала красная скретч-карта, вложенная в каждую упаковку. Покупатели с любопытством стирали защитный слой, с ухмылкой читая пожелания вроде «Богатства и процветания», «Крепкого здоровья» или «Защиты от дурных ухажёров».
Сначала все воспринимали это просто как милую забаву, пока на просторах Сети не объявились настоящие любимчики фортуны:
— Скидочная карта на двадцать процентов в ресторане «Кухня Цзянху Цзяо-Цзяо»!
— А-а-а! А у меня бесплатное фирменное блюдо на выбор!
— Главный приз! Бесплатный сет на пятерых! И без ограничений по времени!
— Боже мой, да как вам так везёт?! Чёрт, а я решил, что это бесполезные купоны, и выбросил!
— Что?! Никаких уловок и ограничений по срокам? Рыдаю от зависти!
— Хи-хи, а эти карточки — тоже мерч! Я уже заламинировал свою и поставил на витрину!
— Дух коллекционирования пылает ярким пламенем!
Ажиотаж вокруг заведения взлетел до небес. Чтобы в условиях дикого спроса сохранить высокий уровень обслуживания, Цзи Цяо по совету Гавиня ввёл систему предварительного бронирования.
Те, кто успел занять очередь заранее, ликовали от собственной предусмотрительности и обещали выкатить подробнейшие отзывы. Остальным же оставалось успокаивать себя тем, что расширение ресторана или открытие филиалов — лишь вопрос времени.
Разумеется, не обошлось и без скептиков.
Лепёшки у Цзи Цяо, спору нет, выходят знатные, но ведь ресторан — это вам не уличная лавчонка! Ходят слухи, будто за плитой стоит даже не сам владелец, а парочка никому не известных уроженцев Ланьшуй.
Как только эти сплетни набрали силу, конкуренты из сферы общепита принялись с ухмылкой злорадствовать.
И тут же понеслось!
На ядовитые выпады адепты Культа Лепёшки ответили сокрушительным ударом! Вы обвиняете нас в глупости и разбазаривании денег? А мы посмеёмся над вашими пустыми кастрюлями! Кто первый сорвался — тот и проиграл! Не пытайся корчить из себя ценителя, пока утираешь сопли, — если нет вкуса, иди спать!
Словесная баталия зашла в тупик, оттянув на себя столько внимания, что даже развлекательные разделы Сети заметно опустели. Принцип «Еда — основа бытия» проявил себя во всей красе.
Цзи Цяо лишь качал головой. Каждому — своё. Он не собирался ложно скромничать по поводу своего мастерства в выпечке, но пытаться прыгнуть выше головы в кулинарии других направлений означало нагло спекулировать на любви клиентов. Куда разумнее было доверить это дело настоящим профессионалам.
Надев сшитый по специальному заказу колпак шеф-повара, Цю Синь с трудом справлялась с волнением и азартом. Цю Цзинь похлопал её по спине, призывая держать осанку.
Девушка благодарно улыбнулась. Если ей доверились и дали шанс, она ни за что не подведёт.
И вот под нестихающий гул обсуждений и взоры тысяч ожидавших глаз ресторан «Кухня Цзянху Цзяо-Цзяо» официально распахнул свои двери!
После ремонта на первом этаже расположилось двадцать столиков, а на втором — пять отдельных кабинетов. Первые счастливчики, успевшие забронировать места, с довольными физиономиями расселись по местам и принялись изучать меню.
Благодаря прямым поставкам с фермы цены здесь кусались куда меньше, чем в «Цзяннюэсюань». Многие из гостей были бывалыми путешественниками, но, полистав электронные планшеты, тут же прониклись искренним азартом.
Раздел фирменных блюд изобиловал традиционной острой кухней: рыба-гриль со специями, сухой котелок и птица белой сосны со свежим перцем. Посетители с детьми уже было пали духом, но, пролистав дальше, обнаружили отдельную категорию нежных и непряных блюд.
Там соседствовали простые домашние варианты вроде супа со свежими грибами и фрикадельками или прозрачного бульона с мясом и сезонными овощами, а также изысканные позиции — шарики из креветочной пасты и свиные рёбрышки с сушёной сливой.
От разглядывания аппетитных фотографий слюнки текли рекой, и гости едва сдерживали порыв заказать вообще всё подряд. Однако на шестой позиции робот-официант помахал манипулятором и предупредил:
— Уважаемые гости, порции у нас весьма внушительные! На четверых этого будет более чем достаточно.
— Надо же, впервые вижу, чтобы клиентам мешали делать заказ! Мы бывали на Ланьшуй, сколько там той порции?
Зверолюди лишь отмахнулись и продолжили прокликивать блюда. Роботам ничего не оставалось, кроме как подчиниться.
Но едва подали первые заказы, посетители лишились дара речи.
Они-то ждали крошечных изысканных тарелочек, как в «Цзяннюэсюань», а им принесли целую бадью острой рыбы! А порция рубленого птичьего мяса, густо усыпанного россыпью красных и зелёных перцев, занимала едва ли не четверть стола.
— Вот это да... — ошарашенно пробормотали гости.
Когда же механический официант приволок прямоугольную жаровню с рыбой-гриль, стол уже был забит до отказа. Впрочем, робот не растерялся: издав короткий сигнал, он призвал на помощь коллег. Жестяная братия с ловкостью строителей соорудила из блюд двухъярусную конструкцию и в мгновение ока освободила место для скворчащей жаровни.
— Ваши блюда поданы! Приятного аппетита!
Электронные глаза робота изогнулись милыми полумесяцами, и он, отвесив поклон, с чувством выполненного долга удалился.
Оставшиеся за столом гости переглянулись, сжимая в руках палочки и не зная, с чего начать. Они-то рассчитывали перекусить, а попали на пышное застолье.
Проходившие мимо новые посетители уважительно качали головами, восхищаясь богатырским аппетитом соседей, и от греха подальше прислушивались к советам роботов.
На втором этаже гостей ждал ещё больший восторг. Кабинеты разительно отличались друг от друга: изысканный «Павильон орхидей», умиротворяющий «Сельский уголок» и даже тематический зал, заставленный витринами с мерчем лавки и фарфоровыми чашками.
Благодаря советам Дэйси каждая комната обрела свой уникальный интерьер с продуманной флористикой и регулируемым освещением — идеальные декорации для сочных фотографий.
Богатая барышня из города Тяньсин, частая заказчица доставки, тоже не упустила шанс и, задействовав всю силу своего капитала, выменяла себе тематический кабинет.
Умяв вместе с подругами полный стол яств, она приготовилась дозаказать ещё и случайно набрела на раздел закусок.
— Ого, тут ещё и закуски есть!
Решив, что заведение всё-таки принадлежит Цзи Цяо и закуски вряд ли сильно отличаются от выпечки, барышни принялись вслух читать названия:
— Холодные шашлычки? Жареная лапша шаопи с картофельным пюре? Лепёшка на стенке котла?
— Это ещё что за экзотика?
Причудливые названия сбили их с толку, но богатая гостья лишь махнула рукой и велела нести всё подряд.
Холодные шашлычки требовали безупречной свежести продуктов. Соус вовсе не заглушал вкус основы — истинным главным героем оставался сам ингредиент, и Цзи Цяо не собирался перебивать его специями. Доведённая до идеала заправка лишь подчёркивала хрустящую свежесть овощей и насыщенную сочность мяса с субпродуктами, заставляя вкус раскрываться на языке во всей полноте.
А невзрачная с виду, сероватая лапша шаопи с золотистыми пузырьками обжарки источала сногсшибательный пряный аромат, из-под надкушенной корочки которой аппетитно вытекало нежнейшее картофельное пюре...
— М-м-м! Восхитительно! Какое безумное сочетание!
Благовоспитанные дамы, привыкшие держать себя с безупречным изяществом на светских раутах, теперь сжимали в руках по хорошей охапке бамбуковых шпажек. Они уплетали шашлычки вперемешку с шаопи и, вытирая испачканные губы, не находили слов от восторга.
Едва они принялись обмахиваться веерами от обжигающей остроты, двери кабинета открылись, и робот поставил на стол плетёную корзинку:
— Лепёшки на стенке котла! Приятного аппетита!
Слепленные прямо на стенах горячего котла, эти лепёшки формой напоминали капли: тонкая их часть хрустела, словно чипсы, а пышное основание таяло во рту сладостью мягкого теста.
Сняв остроту парочкой лепёшек, дамы хотели было продолжить пиршество, но с удивлением обнаружили, что сыты по горло.
Каждый, кто заходил в этот день в ресторан из простого любопытства, покидал его с забитым до отвала животом и увесистым пакетом еды на вынос.
— Цены вполне демократичные, а порции — просто убойные! Мы всей семьёй так и не смогли всё осилить, пришлось забрать с собой! [Фото] [Фото]
— Успел забронировать тематический кабинет, но одна богатая барышня выкупила его за безумные деньги. Впрочем, «Павильон орхидей», где мы в итоге сидели, тоже чудо как хорош. Кстати, орхидеи на стойке в углу... кажется, редчайший сорт?
— В кабинете «Фонтенбло» золотых роз ещё больше! Деньги, повсюду деньги! Для важных банкетов — лучше места не найти!
— Да тут и говорить нечего, просто идите и пробуйте! Кстати, если чек в тематическом кабинете превысит две тысячи, в подарок дадут подушку из шелухи необработанного колоса. Адепты Культа, вы обязаны там побывать!
— Меню огромное: от острейших блюд до пряных и отварных! А заново открытые закуски — это вообще нечто невероятное. Не зря тащился в Зону А!
— Я-то думал, босс Цзи нанял какого-то именитого шефа, а главным поваром оказалась дама с планеты Ланьшуй! Ради интереса заглянул на кухню: она шутя одной рукой орудует здоровенным воком! Работает со скоростью света, настоящая орлица!
— Недаром продукты закупают у «Цзинье»! Овощи куда свежее и сочнее, чем в других заведениях. Марка Цзяо-Цзяо — гарантия качества!
После закрытия Цзи Цяо пролистал отзывы в Сети и облегчённо вздохнул. Когда он показал комментарии Цю Синь, та от захлестнувшего её восторга и гордости за свою работу готова была немедленно вернуться на кухню и отмахать ещё сотню смен подряд.
За всё время каникул ни одно из так называемых элитных заведений Зоны А не могло похвастаться таким оглушительным успехом, какой сопутствовал двум проектам Цзи Цяо.
Гавинь помог подсчитать выручку: доходы лавки лепёшек и продажи мерча выросли на двадцать процентов, а ресторан весь месяц работал с полной посадкой, принеся около полумиллиона чистой прибыли.
И это до начала учебного года! Через четыре-пять месяцев все инвестиции окупятся с лихвой.
Первый блин не вышел комом, и Цзи Цяо остался более чем доволен. В конце концов, теперь его месячный доход перевалил за миллион!
Студенты Университета Кагано, разъехавшиеся на каникулы по домам, слюной исходили, рассматривая аппетитные снимки из Грандона.
Вскоре один богатенький сынок с планеты Гайя опубликовал объявление о поиске компаньона:
**[Первокурсник Университета Кагано. Еду на учёбу, но из-за дальнего расстояния родные переживают, поэтому ищу компаньона своего пола. Полное обеспечение плюс пятьдесят тысяч монет «Белый орхидей».]**
**[Требования: быть на связи 24/7, выгуливать утром и вечером питомца (зверь Тани шоу-класса), иметь высокую скорость реакции и трижды в неделю бронировать столик в ресторане «Кухня Цзянху Цзяо-Цзяо», а также выкупать для меня мерч...]**
Раньше над подобной избалованностью только посмеялись бы, но теперь комментарии разрывались от азарта:
— Чмок, мажорчик! Я тоже учусь в Кагано на втором курсе, подтяну по учёбе! Звериная форма — манул, в период регресса даюсь гладиться!
— Приветствую, молодой господин! Я местный, из Грандона. Звериная форма — чёрная мамба, линька не грозит! Опыт пахоты имеется, готов уволиться прямо сейчас!
— О-о-о, посмотрите на меня! Не надо пятидесяти тысяч, хватит и тридцати! Реакция молниеносная, регулярный клиент обоих заведений, могу предоставить чеки! Со мной вам не придётся ждать своей очереди!
— Чёрт, вы чего устраиваете тут демпинг?!
— Вот же проклятие, какие сильные конкуренты...
— Да неужели там и вправду настолько вкусно, что барчуки внесли бронирование в требования к личным слугам?!
— Не то слово! Выбор огромный, всё безумно вкусно, а кабинеты идеальны для любых встреч!
— Что за благословенное место этот Кагано? Мало им «Цзяннюэсюань», так теперь ещё и Цзяо-Цзяо! Просто сказка!
Волна интереса накрыла планету с новой силой: Бюро туризма Зоны А захлёбывалось от потока заявок на въезд.
Цзи Цяо же, ошеломлённо разинув рот, озадаченно почесывал щёку, глядя на шквал уведомлений в системе бронирования.
Он же даже рекламу не заказывал... Почему очередь расписана на месяцы вперёд?!
***
Тем временем в поместье за роскошным обеденным столом снова сидели лишь двое членов дома Пуланьцзинь.
Толстый длинный хвост пару раз качнулся и стукнул по ножке стула. Усевшись, Мэйфилд перевёл взгляд на пустовавшее место подле Асайи.
Дворецкий мгновенно озвучил причину:
— Молодой господин Энцо всё ещё на стажировке в Механическом бюро, а господин Цзи с командой празднуют успех в ресторане, поэтому...
— Понятно.
Подперев щёку рукой, Мэйфилд с тихим звоном бросил серебряную вилку подле тарелки.
Асайя, склонив голову набок, некоторое время не мигая смотрел на него, после чего взял ложку и принялся с усердием юного архитектора возводить в ней башню из мяса и овощей.
Мэйфилд краем глаза заметил эти манипуляции. Наблюдая за покосившейся пирамидой из еды, он нахмурился и не выдержал:
— Ты что твори... Кхм!
— Хе-хе...
Воспользовавшись тем, что дядя разомкнул губы, Асайя без лишних церемоний затолкнул ложку ему прямо в рот!
— Господин!
— Кх-кхм...
Под испуганный возглас дворецкого Мэйфилд поперхнулся, схватился за горло и свирепо уставился на карапуза.
— Цзяо-Цзяо сказал, что надо хорошо кушать! — с самым невинным и заботливым видом пропищал Асайя. — Дядюшка тоже должен!
Мэйфилд: «...»
Глава 67
Студенты Университета Кагано ещё никогда с таким нетерпением не ждали начала учебного года. Едва закончились каникулы, как они гурьбой хлынули в лавку соусных лепёшек. А уж те счастливчики, которым удалось заранее забронировать столик в заведении «Кухня Цзянху Цзяо-Цзяо», и вовсе не помнили себя от радости, без устали хвастаясь этим на университетском форуме.
«Спасибо старшекласснику Лайну! Твоё присутствие — истинное благословение для нашего боевого факультета!»
Тема: Я первокурсник, бронь в «Кухне Цзянху Цяо-Цяо» забита наглухо, моя очередь дойдёт только на следующей неделе QAQ! Кто ж знал, что приветственный банкет, организованный старшеклассником Лайном, пройдёт прямо в VIP-кабинете «Кухни Цзянху Цзяо-Цзяо»! Счастье-то какое! [Фото] [Фото]
1L: «Кто-то тут захлёбывается завистью... молчу-молчу...»
2L: «У-у-у, вот это размах! Слышал, он снял тематический кабинет в лавке лепёшек сразу на семь дней подряд! Они там и в обед, и вечером пируют!»
3L: «Охренеть, вот это размах! За бронь кабинета на неделю вроде надо доплачивать за удержание места?»
4L: «Что за золотой человек... Он ещё и доставку из лавки регулярно заказывает. Правда, теперь чаще присылают робота или Сяо Вэня. Жаль, Цяо-Цяо не каждый день сам приезжает, такой милашка...»
...
12L: «Он там уже под сотню тысяч монет оставил, да? Цяо-Цяо, узнав об этом, лично приехал в новое заведение и подарил фирменную кружку из лавки! Нам-то их никогда не дарят! Правда, старшеклассник выбрал вариант с нарисованным человечком... Хм-м, пахнет шипперством...»
13L: «Человек спустил кучу денег, ему просто сделали подарок как VIP-клиенту. С чего тут шипперить? К тому же, ему что, надо было брать кружку с человечком-тигром, а не с человечком?»
14L: «Вот именно! Я в прошлый раз потратил пять тысяч, отказался от подушки, так мне подарили три золотые розы. Нас тоже теперь шипперить будете?»
15L: «Шипперить — дело добровольное! Главное, раньше, когда Лайн заказывал доставку, если привозил сам Цяо-Цяо, старшеклассник всегда выходил забирать лично!»
16L: «Лично~ выходил~ забирать~! Он ещё и срёт лично, представляешь?!»
17L: «Из-за такой ерунды развели тут шипперство! Пошли бы лучше в закрытый форум решать задачи, а то лекционного материала столько, что выпуститесь из Кагано, а там всё равно застрянете. Наш номер 2764 — это вам не шутки!»
...
36L: «Чёрт, опять срач развели...»
37L: «Да я и не хотел спорить, просто задолбали со своим "старшеклассником~". Ну бронь и бронь, подумаешь! Энцо вот после тренировок прямо в лавку ходит подкрепиться, как к себе домой!»
38L: «Вот-вот! А ещё тигрёнок туда приходил. В прошлый раз в VIP-кабинете малыш так сладко свернулся калачиком и дрых!»
39L: «Бля, вглухую уводят из-под носа! Наглость какая, даже не пытаются скрыть намерения стать любовником!»
40L: «Какой ещё любовник! Третий лишний — тот, кого не любят!»
41L: «И что с того? Они же официальные отношения не объявляли! Раз оба свободны, всё возможно!»
...
Благодаря Цзи Цяо торговый район у Восточных ворот университета обрёл оглушительную славу. Восторженные студенты, туристы, съезжавшиеся со всех уголков ради популярных локаций, любопытствующие чиновники и аристократы, снующие туда-сюда роботы-доставщики...
Ажиотаж превзошёл все ожидания Цзи Цяо. Несколько дней подряд он уходил ни свет ни заря и возвращался поздно ночью. Усталость валила с ног, но безудержно растущая выручка действовала на работников не хуже ведра ледяного американо. Все отлично понимали: чем выше прибыль, тем щедрее годовые бонусы. А сытая и довольная рабочая лошадка пашет с небывалым энтузиазмом.
Разумеется, эта праздничная суета обошла стороной пышное поместье графа Пуланьцзинь.
Яркий свет гостиной заливал толстый мягкий ковёр. Один маленький пушистый обитатель, переживавший период атавизма, от нечего делать валялся на спине, потираясь шерстистым загривком. Звериный облик Асайи заметно раздался в размерах; плотно набитое брюшко ритмично поднималось и опускалось в такт дыханию, а четыре мягкие розовые лапки сжались «растопырками». Горничная с крайней осторожностью положила ему на подушечки лап по кислому фрукту.
— Уф-ф...
С трудом удерживая равновесие, малыш с надеждой спросил Мэйфилда, который сидел на диване с оптическим компьютером в руках:
— Дядюшка, ты сфотографировал? Ну как? У Цяо-Цяо получится приехать пораньше?
— Ха. Кто-то забронировал отдельный кабинет в его новом заведении под поздний ужин, — с непроницаемым лицом отчеканил Мэйфилд. — Ему неловко бросать работников и уходить раньше времени.
— А-а... Вот как... — разочарованно пробормотал Асайя. И тут же почувствовал на себе тяжелый взгляд.
Скинув кислый фрукт, он мигом перевернулся на живот и настороженно прижал уши к ковру:
— Как бы ты меня ни тренировал, я всё равно не смогу сделать сальто назад! Дядюшка, даже не проси!
Ну какое сальто может сделать меховой шарик?
Мэйфилд молча отвёл взгляд, издал холодный смешок и, плотно сжав губы, выключил форум на экране оптического компьютера.
***
На следующий день во второй половине дня Мэйфилд представлял герцога на торжественной церемонии встречи первокурсников в Кагано.
Ни у кого не возникало сомнений в изысканности манер и безупречном такте графа Пуланьцзинь. Едва над залом раздался его бархатный, исполненный сдержанного достоинства голос, как отключавшиеся от скуки студенты мигом встрепенулись. Официозные речи руководства перестали казаться нудными.
Первокурсники из Межзвёздной Федерации мало что знали об этом аристократе; многие подпирали ладонями щёки и заворожённо следили за его утончённым, красивым лицом в лучах софитов. Даже когда высокая стройная фигура слегка наклонила голову и с грациозной неспешностью удалилась на своё место, бешено колотящиеся сердца зрителей никак не могли успокоиться.
Когда церемония завершилась и новобранцы стали расходиться, одна высокая фигура двинулась против людского потока. Сверху вниз за ней наблюдали слегка прищуренные золотисто-карие глаза. Незнакомец поднялся по длинной лестнице и остановился прямо перед Мэйфилдом.
Лайн протянул руку:
— Добрый день, господин граф.
— Лицемерным аристократическим манерам ты выучился быстро. — Мэйфилд ответил на рукопожатие едва ощутимым касанием, уловив на себе взгляды членов попечительского совета и знатных гостей. И тихо добавил с усмешкой: — Стоит мне переступить порог актового зала, как, полагаю, тут же поползут слухи... «Высшая знать во главе с домом Пуланьцзинь оказывает особый почёт представительству боевого факультета».
Лайн пожал плечами:
— Вы мне льстите. До вас мне ещё расти и расти.
— Естественно. Во всех отношениях.
Мэйфилд небрежно вскинул бровь, даже не удостоив собеседника повторным взглядом.
Он повернулся, намереваясь пройти по пышному ковру к выходу, как вдруг Лайн продолжил разговор:
— Как раз подошло время обеда. Если господин граф свободен, не желаете отправиться в новое заведение Цзи Цяо? Я забронировал столик. — Лайн не торопясь спускался следом за ним по ступеням. — На этот раз я взял кабинет «Орхидейный павильон». Там стоит горшок со львиносердной орхидеей, совершенно изумительный...
— Я видел её, — сухо перебил Мэйфилд со скучающим видом. — Пять дней назад я купил этот редкий сорт на аукционе Гайи, а он тут же забрал его себе в качестве банального украшения интерьера.
— Вот как.
— Обычное дело. Он не слишком разбирается в так называемых «редких сортах». Для него это просто цветная трава, ничего особенного.
Лайн равнодушно улыбнулся:
— Похоже, вы не намерены идти со мной.
— Именно так.
Мэйфилд остановился у высоких дверей зала. Служители распахнули тяжёлые дубовые створки, и яркий солнечный свет позолотил его светлые волосы.
Лайн, остановившись подле него, размеренно произнёс:
— В последние дни из-за приёма первокурсников я часто заглядываю в новое заведение. Народу много, хлопот хватает, и я непреднамеренно создаю Цзи Цяо лишние проблемы. Впрочем, у него отличная хватка, так что, надеюсь, вы не в обиде?
— С какой стати мне обижаться? — Мэйфилд вильнул хвостом, будто отгоняя назойливую муху, окинул его надменным взглядом с ног до головы и презрительно бросил: — Купи подписку на видеосервис и не забивай себе голову тупыми сюжетами про принудительную любовь.
Лайн кивнул проходящим мимо студентам и ответил:
— Я не смотрю видео. Просто заметил, что Цзи Цяо эти дни часто ночует прямо в лавке, и решил, что вас это может задеть.
— Твои объяснения излишни.
— Я всего лишь из благих побуждений.
— Не держи всех за наивных дурачков. — Мэйфилд фыркнул, точно услышал невероятную глупость, но его вальяжная осанка осталась неизменной. На ходу он бросил: — И чистые глаза первокурсников легко одурачить мелкой подачкой. Они запросто принимают амбициозного хищника за ласкового домашнего кота.
— Вы шутите. — Лайн слегка приподнял ресницы и с неизменной мягкой улыбкой кивнул очередным первокурсникам. — Мы учимся на одном факультете. Они только приехали, присмотр и забота — мой прямой долг.
Мэйфилд внезапно замер и с полуулыбкой спросил:
— Коли так, то отчего же среди приглашённых тобой новичков... исключительно дети знати и высокопоставленных чиновников Федерации?
—...
Лайн ничем не выдал своего замешательства. Смотря прямо перед собой, он ровным тоном произнёс:
— Я думал, вы выразитесь более деликатно.
Голос Мэйфилда стал холодным:
— Господин Лайн, открытые амбиции заслуживают куда большего уважения. Во всех отношениях.
За сегодняшний день Лайн слышал эту фразу уже второй раз.
Он смиренно опустил взгляд:
— «Во всех отношениях»... Что вы имеете в виду?
— Всё предельно просто. Если ты сам пойдёшь к правителю Молианю и расторгнешь помолвку, о которой вот-вот объявят, а заодно откажешься от идеи сделать его своим тайным любовником... — Мэйфилд ядовито усмехнулся: — Вот тогда, возможно, ты будешь стоить того, чтобы я отнёсся к тебе всерьёз.
Остатки улыбки окончательно исчезли с лица Лайна. Он сурово произнёс:
— Все аристократы таковы.
— Но только не дом Пуланьцзинь, — фыркнул Мэйфилд и перевёл взгляд на подходивших к нему подчиненных.
Перед тем как уйти вместе с ними, он бросил Лайну последнее предупреждение:
— Держись от Цзи Цяо подальше. От твоей фальшивой искренности его тошнить будет несколько дней подряд.
***
— Ха-ха! Красота!
Сегодня Цзи Цяо вернулся в поместье раньше обычного и с воодушевлением рассказывал Мэйфилду в кабинете:
— В новом заведении на сегодняшний вечер отменили бронь одного из кабинетов! А залог возвращать не нужно!
— Звучит так, будто ты искренне рад упущенной выгоде? — Длинные изящные пальцы Мэйфилда скользнули по корешкам ровных рядов книг на полке. Потянув один том, он вальяжно опустился на диван и закинул ногу на ногу.
— А что поделать? Там собралась орава чересчур энергичных первокурсников. Они обычно приходят к десяти вечера и гуляют допоздна. Это очень выматывает моих работников. — Цзи Цяо скрестил руки на груди и досадно вздохнул: — Да и меня тоже...
Он не появлялся дома несколько дней. В лавке лепёшек его подменяли сестра и брат Цю, поэтому Цзи Цяо с Вэнь И по очереди спали на диване на втором этаже.
— Приёмных мероприятий сейчас много, но это ненадолго, — уши на макушке Мэйфилда слегка дёрнулись. Он бросил беглый взгляд на дверь кабинета и тут же вернулся к книге, перелистывая страницу.
— Цяо-Цяо!
Из-за двери выглянул Асайя и весело замигал глазами.
С началом учёбы его вместе с Джимом и Бобби перевели в начальную школу. Учебный ритм там разительно отличался от детского сада, и у него накопилась целая гора впечатлений, которыми не терпелось поделиться с Цзи Цяо.
— Мы всё ещё в одном классе! Но в школе совсем не так весело, как в садике. На переменах пирожные не дают, а у Джима сегодня учительница даже забрала игрушку, потому что он принёс её с собой...
Асайя уткнулся Цзи Цяо в грудь и стал показывать на оптическом компьютере фотографии из школы, попутно демонстрируя новые учебники.
— Хм, очень похоже на то, что я учил на онлайн-курсах... — Цзи Цяо бегло пролистал страницы, изучая их с искренним интересом.
— А мне нравятся картинки! — Асайя болтал короткими ножками и тихонько канючил: — Там, где много букв, смотреть неинтересно. И уроки каждый день задают... Учиться так скучно!
Цзи Цяо уткнулся подбородком в его пушистую макушку и, потеревшись о мягкую шерстку, произнёс:
— Раз есть возможность учиться — учись. Знания лишними не бывают. Посмотри на Энцо: как он ненавидел теорию, а теперь сам сидит и зубрит.
Асайя надул губы:
— А ты, Цяо-Цяо? Ты в детстве любил учиться?
Цзи Цяо подумал и честно ответил:
— Не-а. Но если хочешь поступить в университет, приходится стараться.
За тихим разговором шелест страниц в руках Мэйфилда становился всё реже, будто глава оказалась настолько сложной, что требовала глубокого погружения.
— О-о, точно, все так хотят в Кагано... — Асайя склонил голову и почесал ухо. — Цзяо-Цзяо, а ты потом поступил в университет?
— Нет.
— Поэтому ты так любишь ходить в Кагано?
Внезапно вмешавшийся в разговор мужчина подпёр щеку рукой. В мягком свете лампы его длинные пушистые ресницы отбрасывали лёгкую тень. Поворачивая страницу, он медленно провёл подушечкой пальца по самому краю, словно ничуть не боялся порезаться о свежую бумагу.
— Ну да. Я там не учился, так хоть, развозя заказы, посмотрю вокруг. Очень любопытно.
— Только поэтому?
— Ну конечно! И денег заработать можно, и экскурсию бесплатно проведут!
Цзи Цяо слегка помял пухлые щёчки Асайи. Затронутая тема навеяла на него размышления, и он нахмурился, прикидывая дальнейшие планы:
— Правда, в последнее время дел невпроворот...
Мэйфилд негромко произнёс:
— Лучше нанять кого-нибудь из местных студентов в помощь Хелю. Впрочем, это лишь предложение.
— А ведь это отличная идея! — Цзи Цяо моментально воодушевился. — В Кагано студентам разрешено подрабатывать?
— Разрешено.
— Замечательно!
Юноша остался чрезвычайно доволен и с готовностью спросил:
— Как думаешь, когда лучше подать объявление?
Мэйфилд ответил, не поднимая глаз от книги:
— Завтра.
Цзи Цяо удивился:
— Не слишком ли спешно? Все сейчас заняты приёмом новичков, вдруг ни у кого не будет времени?
Густой пушистый хвост описал дугу возле ног Мэйфилда. Он небрежно перевернул страницу, нарушив затянувшуюся паузу.
Откинувшись на спинку кресла, граф скользнул взглядом по лицу юноши и тоном, не терпящим возражений, отрезал:
— Завтра. И чем раньше, тем лучше.
— Эй, ты видел официальный пост на страничке лавки?
— Что, опять новинки выкатили?
— Да нет же! Объявили набор курьеров среди студентов Кагано... Так, дай-ка гляну... Ого, четыре тысячи в месяц! И бонусы: выбирай любую лепёшку из меню и уминай за обе щёки!
— Да ну нафиг! Это что получается... Я буду пару раз в день вальяжно прогуливаться по территории с тем ультракрутым роботом, набивать брюхо лепёшками, получать мерч, и за всё это мне ЕЩЁ И ПЛАТЯТ четыре тысячи?!
— Вот это халява! Я точно подаю заявку!
— Вы что, совсем дурачки? Это же вакансия! Цзи Цяо сам вам эти четыре тысячи платить будет!
— ЧТО-О-О?! Он мне ещё и денег приплатит?!
В аудитории среди студентов поднялся невообразимый гвалт.
— Тишина!
Профессор, уже приготовшийся начать лекцию, недовольно нахмурился. Смерив задние ряды ястребиным, пронзительным взглядом, он строго рябкнул:
— Что за базар вы тут устроили?
— Э-э... Понимаете, профессор... — Студент, заваривший всю эту кашу, глубоко вздохнул и с самым честным видом ответил: — Мы изучаем крайне перспективную вакансию! Она позволит нам всесторонне развиваться и завоевать авторитет в стенах родного университета!
Остальные наперебой закивали.
— Вот как...
Суровое лицо старого преподавателя немного смягчилось. «Надо же, перевелись на следующий курс и вдруг воспылали такой жаждой к самосовершенствованию», — пробормотал он про себя и, опустив указку, уже мягче произнес:
— Обсудите это после занятий. А сейчас слушаем внимательно.
— Хорошо-о! — хором отозвались студенты.
Выдав образцово-послушный ответ, они принялись шустро кликать по уменьшенным проекциям оптических экранов, спрятанных под партами. Перейдя по ссылке на вакансию, каждый из них горел одной мыслью: «Лепёшечка наша, жди, мы идем!»
***
Цзи Цяо всего лишь выложил объявление о поиске курьеров-совместителей из числа студентов, никак не ожидая, что это спровоцирует настоящий ажиотаж во всем Университете Кагано.
Народ перепугался сильнее, чем перед кастингом на роль личного слуги капризной аристократки. В общежитиях развернулась настоящая подковерная грызня: все пытались разузнать друг у друга подробности резюме, на словах хихикая, мол, «да я так, ради прикола отправил», а сами бежали втихаря переписывать анкеты, шлифуя каждую строчку.
В итоге на Цзи Цяо обрушился шквал невероятно пестрых презентаций. Ему присылали не просто визитки, а целые видеовизитки в духе романтических шоу, к которым прикладывали даже гифки с превращением в звериную форму. Расчет был шит белыми нитками — абитуриенты внаглую пытались соблазнить его пушистыми мордочками.
— Я, конечно, знаю, что в резюме зверолюдей должна быть фотография зверушки... — Цзи Цяо со вздохом разглядывал на экране анкету зверочеловека-сервала. — Но зачем же снимать свои подушечки лап во всех возможных ракурсах?
На экране красовались пухлые, лоснящиеся подушечки, а к анкете прилагалось видео, где кот крупным планом растопыривал пальцы на лапках.
Гавинь, сидевший рядом и виртуозно отсеивавший мусорные заявки, сдавленно фыркнул:
— Хитрожопые кошатники.
Желающих набралось с избытком, но Цзи Цяо приходилось учитывать расписание пар, а главное — отсеивать тех, кто зашел просто ради забавы и сдуется через пару дней.
— Чмяк, чмяк, хрусь...
— Нужно, чтобы человек работал аккуратно, шустро и мог выделять время хотя бы до конца этого семестра... — Цзи Цяо подпер лоб рукой и тягостно вздохнул, отмечая галочкой двух студентов с опытом подработки. Оставалось подобрать еще одного для посменной работы.
— Чмяк, чмяк, чмяк...
Чавканье под ухом становилось все громче. Цзи Цяо, и без того клевавший носом от бесконечного просмотра резюме, мгновенно встряхнулся и повернулся к столу.
Возле вазы с золотистой розой, поджав лапки, восседал крошечный короткоухий кролик цвета кремового олененка.
Двумя пушистыми лапками зверёк судорожно сжимал картофельную лепёшку с тянущимся сыром. Его крошечный ротик интенсивно двигался, расправляясь с начинкой, а блестящие черные глазки-бусинки не мигая уставились на Цзи Цяо. Затем кролик отставил заднюю лапку и протолкнул вперед сложенную пачку бумаг, которая высотой превосходила его самого.
— А... Так ты лично пришел отдать резюме?
Цзи Цяо с изумленным видом взял документы. Если бы зверёк так аппетитно не чавкал, Цзи Цяо принял бы его за плюшевую игрушку!
— Имя: Юань. Первокурсник Кагано, успеваемость высшая, круглый A... Опыт работы богатейший: выгул и кормление домашних питомцев, выполнение домашних заданий за учеников младших и средних классов, массовка на съемочных площадках... Э-э? Натурщик и живой реквизит для косплееров?
Цзи Цяо листал пухлую папку с резюме — гораздо более солидную, чем у остальных кандидатов, — и невольно поцокал языком. Он с удивлением посмотрел на кролика, который уже склонил головку и усердно умывал мордочку.
— У тебя, оказывается, такой широкий спектр услуг?
— Да. Потому что я очень беден, — короткие ушки Юаня дрогнули. Он аккуратно свернул и запечатал пакетик с недоеденной лепёшкой, прижал передние лапки к покрытому белым пушком животику и слегка поклонился Цзи Цяо: — Извините, мой оптический компьютер устарел и сломался, поэтому я принес бумажную версию.
— Ничего страшного, всё предельно понятно.
Цзи Цяо изучил приложенное к анкете расписание занятий, задал пару уточняющих вопросов и, удовлетворившись ответами, с улыбкой спросил кроху:
— Когда сможешь приступить к работе?
— Завтра! — Юань отчаянно вцепился лапками в палец Цзи Цяо и твердо выпалил: — Мой период возврата к истокам закончится сегодня вечером!
— Отлично, просто отлично...
От эмоционального порыва щечки пушистика забавно задрожали. Цзи Цяо сдержал непреодолимое желание погладить его по голове и лишь кивнул.
— Тогда договорились. Завтра я буду без опозданий!
Юань похлопал по пакету с остатками лепёшки, перекинул его через плечо, словно сумочку-кроссбоди, и ловко спрыгнул со стола. Под взглядами присутствующих он с гордо поднятой головой прошествовал к выходу.
Какая-то подработка? Развлечение на один зуб! Шанс всегда остается в руках — точнее, в лапках — умного и трудолюбивого кролика!
***
Когда объявление о завершении набора вывесили на двери лавки и были названы имена трех курьеров, большинство студентов буквально излились желчью от зависти.
— Если бы не эти дурацкие пары, меня бы точно выбрали!
— Эх, не судьба мне погулять по кампусу в компании Хеля...
— Слышали, им за это еще и справку о прохождении практики подпишут? Чёрт, надо было пробоваться!
В аудиториях стоял такой стон, что у профессоров за кафедрой едва глаза на лоб не лезли. Бездельники! Когда экзамены заваливаете, вы так не убиваетесь!
***
Когда Юань явился на смену, Цзи Цяо едва его узнал. Перед ним стоял растрепанный парень с челкой, закрывающей глаза — ни дать ни взять вчерашний милый кролик.
— Ты починил свой оптический компьютер? У меня тут завалялся старый, если надо... — Цзи Цяо как раз рылся в вещах, пытаясь найти оптический компьютер, когда-то подаренный господином Дилунем: без нормальной техники работать неудобно.
— Спасибо, босс, мне однокурсник уже помог всё починить.
Юань привычно подключился к системе Хеля, загрузил график и тихо уселся рядом, дожидаясь, пока робот заполнит свой отсек заказами.
— В общей сложности триста четырнадцать заказов, в основном юго-восточный сектор...
— Ага, я помню, где точки выдачи.
— Там одна лишняя — это тебе.
— Спасибо, босс, я обязательно съем!
— Ну, давай. Одна нога здесь, другая там, и держись уверенно.
— Понял, я пошел!
Юань кивнул, натянул на голову дырявую соломенную шляпу от солнца, аккуратно продел в отверстия короткие ушки и, бодрый и полный сил, шагнул прочь вслед за холодным металлическим роботом.
Цзи Цяо смотрел ему вослед, и в голове сама собой мелькнула мысль: «Такое ощущение, будто я играю в „Тамагочи“...»
С появлением студентов-курьеров работать в лавке стало значительно проще. В пиковые часы, если выпадала смена Юаня, тот без лишних слов подключался к работе на кухне и у стойки, за что Цзи Цяо всегда доплачивал ему сверхуурочные. Парень работал споро, ловко сводил дебет с кредитом, и на любой оклик тут же летел на помощь.
Посетителям было трудно поверить, что за этим гиперактивным трудоголизмом скрывается обычный с виду студент-домосед.
— Вы же платите мне за сверхурочные, — попытался возразить Юань, когда Цзи Цяо остановил его, намеревавшегося подрезать клумбы у входа.
Цзи Цяо качнул головой:
— Это не значит, что ты должен пахать каждую секунду без перерыва. Даже механизмы от долгой работы перегреваются, что уж говорить о людях.
— Правда не надо?
— Не надо.
Получив однозначный ответ, студент снова опустился в кресло для персонала и внезапно пробормотал себе под нос:
— О как... Выходит, на прошлой работе хозяин меня просто наглым образом обманывал...
Ближе к закрытию в лавку прибежал Асайя.
Период возврата к истокам у него еще не закончился, посещать все занятия он не мог, поэтому после обеда его отпустили домой, и он сразу рванул к Цзи Цяо.
— Цяо-Цяо! Мы сегодня ужинаем дома?
Асайя с ходу взобрался Цзи Цяо на спину, повиснув эдаким живым рюкзачком, как вдруг издал удивленное «э-э?» и уставился на Юаня, сидевшего в паре метров.
— Дома. Сейчас приберемся и пойдем, а ты пока поиграй.
Цзи Цяо подхватил тигренка за мягкую попку и опустил на пол. Малыш капризничать не стал и шустро потрусил прямо к своей цели.
Юань в это время поправлял подушки на диване. Асайя с любопытством обошел его по кругу, уселся сзади и уставился круглыми глазами на шарик пушистого хвостика, торчащий из-под короткой майки.
Толстые подушечки лап зачесались. Асайя тихонько заурчал, склонил голову набок и поднял заднюю лапу, чеша за ухом.
Вечером, когда они вернулись домой, Цзи Цяо вытирал тигренку четыре испачканные лапы. Асайя от удовольствия подставил пушистый живот и, прищурившись, потянулся передними лапами к лицу Цзи Цяо.
Цзи Цяо улыбнулся:
— Ты чего?
— А брат Юань — правда кролик? — лизнув чистую подушечку, мягко спросил Асайя.
— Ну да, а что? — Цзи Цяо легенько похлопал его по животику. — Давай левую заднюю.
Асайя послушно задрал лапу и пробормотал:
— Но он совсем не похож на моих игрушечных кроликов.
Цзи Цяо объяснил:
— Потому что он короткоухий кролик. В звериной форме он меньше двух твоих лап.
— Вау-у-у! — Глаза тигренка вспыхнули. — Суперигрушечный кролик!
Цзи Цяо с любящей строгостью шлепнул его по лбу:
— Только не вздумай без спроса хватать Юаня за хвост или уши. В лавке нужно вести себя вежливо.
— Хорошо-о-о~
Застигнутый на месте преступления малыш ничуть не смутился. Он весело закрутил хвостом и, заискивая, обнял передними лапами руку Цзи Цяо, прижимаясь к нему:
— Цяо-Цяо, поспишь сегодня со мной?
— Не выйдет. Парням, которым скоро исполнится семь лет, няньки не нужны.
Прежде чем Цзи Цяо успел ответить, от двери детской раздался спокойный голос.
Крупная ладонь с отчетливо проступающими косточками подняла с ковра альбом для рисования и небрежно бросила его на заваленный игрушками стол. Хозяин руки смерил лежащего на спине тигренка долгим взглядом.
— Ну-у-у...
Асайя обиженно запыхтел, перевернулся, откинул лапой одеяло и, лениво вильнув хвостом, свернулся калачиком, сладко зевая.
Когда дыхание ребенка стало ровным и глубоким, Мэйфилд убавил свет. Длинная тень от его фигуры протянулась по ковру прямо к ногам Цзи Цяо.
— Похоже, ты нашел толкового работника. В последнее время возвращаешься довольно рано, — Мэйфилд приоткрыл дверь и встал в проеме, освобождая проход.
Цзи Цяо засунул руки в карманы и направляясь к выходу, хмыкнул:
— Так ты же сам мне все уши прожужжал, чтобы я быстрее нанял людей.
Дверь за ними закрылась с тихим щелчком. Мэйфилд мельком глянул на идущего рядом юношу и слегка прищурился.
— В Кагано больше не собираешься?
— Да нет, я там уже все осмотрел. К тому же развозить заказы мне больше не нужно.
— Хм.
В полумраке коридора его небрежный тон внезапно приобрел совсем иной оттенок.
Цзи Цяо опустил взгляд и заметил, как пышный хвост мужчины изогнулся изящной дугой и с трудом сдерживаемым движением плавно качнулся из стороны в сторону.
— Ха, так вот почему ты меня подгонял...
Цзи Цяо умел проявлять удивительную проницательность именно тогда, когда Мэйфилд этого меньше всего ожидал. Сейчас юноша выглядел слегка самодовольным, но абсолютно уверенным в своих словах:
— Ты ревнуешь, Мэйфилд! Ты реально ревнуешь меня к кучке студентов!
— У тебя слишком богатое воображение, — Мэйфилд смерил его холодным взглядом, его голос звучал ровно и отстраненно.
— Нет, ревнуешь.
— Вовсе нет.
— Тебя хвост с потрохами выдает.
— Это просто потому, что у меня хорошее настроение.
Мэйфилд плотно сжал губы, игнорируя насмешливый взгляд юноши, и чеканным шагом устремился вперед, свернув за угол.
— Надо же, еще и не признается...
Цзи Цяо буквально витал в облаках от восторга, а потому абсолютно не заметил, как мужчина за поворотом нарочито замедлил шаг.
Едва Цзи Цяо поравнялся с углом, сильная рука мертвой хваткой вцепилась в его запястье. Рывок — и юноша спиной ощутил холодную поверхность стены.
— Чёрт, ты чего творишь?!
— Потише. Ты же не хочешь разбудить Асайю?
Золотисто-карие глаза в полумраке коридора вспыхнули ярким, обжигающим светом. Все эмоции, которые Мэйфилд так тщательно скрывал, вырвались наружу.
Прохладная подушечка пальца проскользнула между губ, заставляя Цзи Цяо чуть приоткрыть рот, и в следующее мгновение его губы накрыл влажный, властный поцелуй.
Мэйфилд целовал жадно, до немоты в языке, после чего ладонь спустилась на талию Цзи Цяо, прижимая его к себе. Мужчина тяжело дышал, не сводя темного, туманного взгляда с захмелевшего юноши.
— Встань ровно. Раздвинь ноги.
Низкий, бархатистый шепот заставил голову Цзи Цяо пойти кругом. Сдеревеневшее тело попыталось оказать чисто символическое сопротивление:
— Мы же в коридоре...
— И что с того?
С этими словами колено Мэйфилда властно вклинилось между бедер Цзи Цяо. Шуршание одежды в тишине коридора прозвучало подобно грому.
— Убери... Кхм...
Сжатые в кулаки пальцы Цзи Цяо бессильно разжались, а затем судорожно вцепились в плечи Мэйфилда, сжимая дорогую ткань домашнего костюма.
Зрение затуманилось. Взгляд Цзи Цяо хаотично метался, пока не застыл на позолоченном светильнике в конце коридора. Две змеевидные чеканные линии на бронзе, казалось, ожили, сплетаясь и извиваясь в бешеном ритме.
Из-за слишком тесного объятия воздух в легких быстро закончился. Из горла Цзи Цяо вырвался рваный, сбивчивый стон, а шея налилась пунцовым румянцем.
Когда сильные пальцы, пахнущие терпким мускусом, снова приподняли его за подбородок, Цзи Цяо со смутной благодарностью подумал о том, что этот чертов хвост сегодня вел себя смирно — он лишь уютно прижался сзади, успокаивающе похлопывая его по ягодицам...
**Глава 69**
На следующий день Гавинь просматривал в заведении отчеты о продажах и недовольно сдвинул брови:
— Что-то голубичный йогурт совсем плохо идет.
— Ничего удивительного, — ответил Цзи Цяо, понижая температуру на пульте кондиционера и поправляя воротник серо-черной защитной куртки. — На улице зной. В такую жару все предпочитают освежающий ледяной фруктовый чай.
— Может, вообще снимем его с продажи? — вздохнул Вэнь И, заглядывая в емкость с йогуртом. Подняв взгляд, он заметил, что Цзи Цяо с непроницаемым лицом застегнул молнию до самого подбородка и, кажется, вознамерился еще и стойку воротника поднять.
Вэнь И недоуменно приоткрыл рот, так и не поняв: холодно боссу или жарко?
— Свежесваренный голубичный джем быстро испортится, если его не использовать, — Цзи Цяо получше прикрыл шею, разгладил складки на одежде и предложил: — Почему бы нам не сделать голубичный йогуртовый смузи?
Смузи...
Остальные мгновенно представили, каково это — сидеть в прохладе помещения, пока за окном палит солнце, и потягивать из стакана освежающий, тающий на языке холодный десерт. Невероятное удовольствие!
— Отличная идея! — в один голос поддержали сотрудники.
Поэтому, когда Юань вернулся с доставки, Цзи Цяо уже хлопотал возле машинки для смузи. Короткоухий кролик долго любопытствовал, вытягивая шею, пока наконец не попросился к аппарату сам.
— Всё просто: засыпаешь лед, добавляешь йогурт, а разбавленный джем поливаешь в самом конце.
Цзи Цяо уступил ему место и отошел к раковине вымыть руки. Взглянув на часы, он отметил, что Асайя должен был освободиться уже довольно давно. Утром у малыша как раз закончился период реверсии, и тот обещал сразу после занятий привести Джима и остальных поесть картофельных лепёшек.
Цзи Цяо связался с Райаном:
— Асайя сегодня не придет?
— Да, маленького господина уже отвезли в поместье.
— Так неожиданно?
— Д-да... Неожиданно приехали... гости. Господин велел мне сразу привезти его домой.
— Вот как... Понятно.
Завершив вызов, Цзи Цяо задумчиво опустил глаза. Вдруг со стороны стойки раздался оглушительный грохот засыпаемого льда.
Обернувшись, он увидал, как Юань, взвалив на плечо целое ведро льда, щедро валит его в контейнер, приговаривая себе под нос:
— Лед дешевый, надо побольше... Йогурт дорогой, положу поменьше...
— Стой, стой! — поспешно окликнул его Цзи Цяо. — Нельзя столько льда! Это уже не смузи получится!
— А? — Юань от неожиданности вздрогнул всем хвостом и растерянно переспросил: — А что тогда?
Цзи Цяо лишь нервно дернул уголком губ, про себя иронично ответив:
«Получится Руйсин...»
***
Горничные только что поставили на столик в гостиной вазу со свежесрезанными золотистыми розами. Изящные, белоснежные пальцы лениво касались рассыпающихся, точно сусальное золото, тычинок.
— Господин Цзи вернулся...
— Маленький господин у себя в комнате...
Пока тихий шепот дворецкого доносился из прихожей, Цзи Цяо вышел из-за резной ширмы и тут же столкнулся взглядом с выразительными золотисто-карими глазами.
В гостиной вальяжно расположилась женщина. Ее пышные золотистые локоны мягкой волной рассыпались по плечам, а свет люстры так выгодно очерчивал черты лица, что даже розы меркли на ее фоне.
Закинув ногу на ногу, она окликнула застывшего на мгновение юношу:
— Мэйфилд у себя в кабинете, обсуждает дела с Персом. Заходи, присаживайся!
С этими словами ее хвост, показавшийся из-за спины, дружелюбно похлопал по подушке дивана рядом с ней.
«Так вот почему Асайю отвезли домой пораньше», — понял Цзи Цяо.
Кивнув дворецкому, он нешумно присел на диван. От легкой неловкости юноша опустил взгляд на причудливый узор ковра, а пальцы на коленях слегка сжались.
Служанки подали горячий чай и изысканные десерты; тихий звон фарфора отчетливо прозвучал в повисшей тишине.
Перебирая в голове варианты начала беседы, Цзи Цяо спохватился, что даже не представился, и прочистил горло:
— Здравствуйте. Меня зовут Цзи Цяо...
— Я знаю, кто ты. Не переживай так, — тихо рассмеялась Хайлос и пододвинула к нему тарелочку с пончиками. — Хочешь сладкого? А то вид у тебя такой, будто тебе сейчас защищать диссертацию.
Цзи Цяо, до этого изо всех сил пытавшийся подобрать тему для разговора, от ее шутливого тона наконец расправил плечи и расслабился.
— Сколько тебе лет?
— Двадцать один.
— Как идут дела в заведении? Если надумаешь открывать филиал, очень прошу, обрати внимание на Город Тянсин. Девушки из Судебного трибунала пробовали твои блюда пару раз и до сих пор слюнки глотают.
— А? — Цзи Цяо вспомнил те невероятно дорогие заказы из Тянсина и удивленно переспросил: — Вы заказывали доставку оттуда?
— Угу. Я заказывала, — улыбнулась Хайлос. — Иногда хочется порадовать девочек на чаепитии чем-то необычным.
«Сколько же богачей в этом Тянсине...» — подумал Цзи Цяо. Подавив изумление, он серьезно кивнул:
— Я обязательно обдумаю ваше предложение!
Хайлос с довольным видом прищурилась. Положив подбородок на изящную ладонь, она сквозь пушистые ресницы внимательно разглядывала юношу. Пусть перед незнакомым человеком он чувствовал себя скованно, но трусливым или робким явно не был.
Вспомнив слухи с недавнего приема, Хайлос чем дальше смотрела на него, тем больше убеждалась: Мэйфилду невероятно повезло урвать такое сокровище.
Болтать с Цзи Цяо оказалось куда увлекательнее, чем она предполагала. Хайлос уже собиралась продолжить, но ее взгляд случайно зацепился за резную ширму неподалеку, и она замерла.
Заметив ее заминку, Цзи Цяо проследил за ее взором и углядел кончик хвоста, торчавший из-за деревянной ажурной перегородки.
Хайлос поднялась с места и, мягко улыбнувшись, слегка неуверенно поманила рукой:
— Асайя? Пойдешь кушать печенье?
Маленький силуэт за ширмой вмиг закостенел. Словно смутившись и разозлившись одновременно, тигренок подгреб выдавшая его хвост под себя и, не оборачиваясь, дробно затопал прочь.
— Асай... я...
Хайлос озадаченно простояла несколько секунд, затем опустила взгляд и медленно вернулась на диван. Поправив волосы, она выглядела настолько удрученной, будто ее подменили.
Лишь спустя некоторое время она тихо заговорила снова:
— На самом деле я приехала, чтобы проведать малыша... а еще поблагодарить тебя. В Янтарограде он принес тебе немало хлопот.
— Да ну, все в порядке. Попривередничал пару дней, а потом уплетал всё за обе щеки, — вспомнив то время, Цзи Цяо усмехнулся и вывел на экран терминала сохраненные снимки.
Там было полно кадров: вот тигренок сосет лапку под одеялом, вот собирает бутылки в переулке, а вот запнулся о собственный хвост и шлепнулся на мягкое место... Фотографий набралась целая коллекция.
— Надо же, какой крепыш! — удивленно выдохнула Хайлос, разглядывая пушистый комочек, восседавший на дощечке трехколесного велосипеда и беззаботно подставивший животик солнцу.
Ее пальцы зависли над голограммой, а в голосе послышалась светлая грусть:
— Как быстро растет... Он стал куда крупнее, чем когда его только привезли к Мэйфилду.
Видя, с какой нежностью она разглядывает снимки, Цзи Цяо негромко произнес:
— Знаете, вы могли бы проводить с Асайей побольше времени. Он ведь...
— Я не могу.
Улыбка Хайлос горько померкла. Она едва заметно вздохнула.
— Из-за... работы? Слишком много дел? — спросил Цзи Цяо, вспомнив тот самый звонок, когда он впервые вернулся на ферму. — Вы ведь заботитесь о нем. Иначе не стали бы тогда расспрашивать Мэйфилда, как у него дела.
— Так ты тогда был рядом с Мэйфилдом... — качнула головой Хайлос и, взяв заварник, долила чаю в чашку юноши.
— Спасибо, но я пока не хочу пить... — поспешно опомнился Цзи Цяо.
Хайлос скользнула взглядом по его едва припухшим губам и с тонким намеком произнесла:
— Попей-попей. Тебе полезно.
Цзи Цяо замер на мгновение, а затем смущенно взялся за чашку и начал послушно отпивать небольшими глотками.
Пока он пил, Хайлос тихо вздохнула:
— Асайя намного чувствительнее, чем кажется. Он прекрасно понимает, что мы не способны подарить ему нормальную родительскую любовь. Натянутые попытки сблизиться сделают его только несчастнее.
Цзи Цяо удивленно взглянул на нее, почувствовав, как в груди тяжелеет. Мэйфилд обрисовал ситуацию лишь в общих чертах, но на деле вся тяжесть прошлых решений давлением легла на плечи маленького ребенка.
Поставив чашку на стол, Цзи Цяо спросил:
— Всё из-за династического брака?
— Да. И Асайя знает об этом. — Улыбка окончательно сошла с лица Хайлос. — Такова участь аристократии: брачные союзы для нас — лишь еще один способ дать сигнал обществу.
Простые граждане не имеют доступа к правительственным тайнам, они судят о будущем по настроениям власти и знати.
— Значит, тот союз был напрямую связан с ситуацией на фронте? — догадался Цзи Цяо.
— Конечно.
Ночной ветерок залетел в окно, и от налитых сладостью роз отделился лепесток, опустившись прямо на ее открытую ладонь.
Хайлос нежно посмотрела на край лепестка и неторопливо продолжила:
— Ты, должно быть, и сам заметил, почему аристократы до сих пор занимают столь прочное положение в политике Грандона.
Цзи Цяо кивнул:
— Из-за духовной силы и особых способностей.
— Верно. Хотя среди простолюдинов тоже встречаются обладатели мощной духовной силы, сильнейшими менталистами и магами всегда оставались дворяне. В период послевоенного восстановления Правитель Молиань, когда вся императорская семья погибла на войне, вознамерился с помощью народа упразднить монархический уклад...
Но дворяне обладали колоссальной военной мощью. Ущемление их интересов неизбежно привело бы к разжиганию гражданской войны.
Цзи Цяо подумал, что Мэйфилд был абсолютно прав, заставляя его учить историю и государственное устройство Грандона. Иначе сейчас он сидел бы тут и только хлопал глазами, не понимая ни слова.
Ему даже страшно было представить, насколько хрупким являлся тогдашний мир. Любая искра могла спровоцировать разрушительный взрыв.
— По этой причине, помимо Кабинета министров, и создали Совет Старейшин, куда вошли как дворяне, так и представители народа? — уточняя, спросил Цзи Цяо.
— А ты сообразителен, — улыбнулась Хайлос.
Цзи Цяо смущенно усмехнулся:
— Школьную программу по обществознанию я усваивал с трудом. Мне Мэйфилд всё объяснил. Он рассказывал, что этот проект предложил Его Светлость Герцог, чтобы сгладить классовые противоречия.
Хайлос изумленно приподняла бровь:
— Ума не приложу, как этот упрямец умудрялся терпеливо читать тебе лекции... Боже мой, представляю, сколько крови он тебе попортил своим языком!
Цзи Цяо виновато отвернулся, про себя усмехнувшись: «Ничего страшного, я тоже за словом в карман не лез и всегда находил способ отплатить ему тем же...»
Возможно, оттого, что ей было искренне радостно за Мэйфилда, при воспоминаниях об этих тяжелых днях взгляд Хайлос потеплел.
— Война с инсектоидами была невероятно жестокой, — сочувственно произнесла она. — Наша мать погибла вместе с членами имперской семьи. Отец отдавал все силы, чтобы сохранить хрупкий баланс между знатью и народом... А когда началось контрнаступление, Мэйфилд подал рапорт и ушел на фронт...
Услышав знакомое имя, Цзи Цяо стремительно вскинул голову.
Хайлос аккуратно возвратила лепесток к тычинкам:
— Все понимали: если Грандон падет и распадется на куски, дворянская честь станет не более чем глупой шуткой. К тому же нужно было вести за собой растерянных людей... Каждый тогда шел по краю пропасти. Один неверный шаг — и смерть.
Сколько же Мэйфилду было лет? Шесть лет назад, во время контрнаступления, он, должно быть, был совсем еще юным, своенравным студентом... И в один миг на его плечи легли колоссальный груз ответственности, долг и фронтовые сражения.
Цзи Цяо не мог представить себе ту картину, а его голос невольно огрубел от подступившего волнения:
— Он никогда не рассказывал мне об этом.
— Что ж... Думаю, перед тобой ему куда больше нравится представать гордым и высокомерным, — тепло усмехнулась Хайлос.
— Понятно... — Цзи Цяо дотронулся до вспыхнувшего кончика уха, вздохнул и сдвинул брови: — И всё же я не понимаю. Дом Пуланьцзинь и без того могущественен. Зачем герцогу потребовался этот брак?..
— Дело не в отце, — качнула головой Хайлос и произнесла слова, поразившие его до глубины души: — Я сама предложила это.
Цзи Цяо остолбенел:
— Что?..
Она пошла на это добровольно?!
У юноши возникло ощущение, будто он наяву видит, как наследница величайшего рода сама прыгает в раскаленную печь. Помявшись, он осторожно спросил:
— Вы... любили отца Асайи?
— Нет-нет-нет, что ты!
Изумленно-любопытное выражение лица юноши искренне развеселило Хайлос, и она объяснила:
— После нашествия инсектоидов галактика Зверолюдей присоединилась к Межзвёздной Федерации. Позже зверолюди раскололись на две фракции. Наша, Фракция B, вышла из состава Федерации и первой вернулась на Грандон для восстановления. А когда дело дошло до совместного контрнаступления, между жителями двух фракций всё еще сохранялась глубокая вражда и недоверие.
Хайлос открыто признала:
— Если бы две стороны скрепили союз браком, это успокоило бы людей лучше любых обещаний.
Цзи Цяо нахмурился:
— Но почему именно вы?
— Это было необходимо. Сил Молианя становилось все больше, а Дому Пуланьцзинь требовался непререкаемый авторитет, чтобы продвигать законы отца и удерживать равновесие. Участие нашего рода в этом союзе принесло бы огромную пользу. И к тому же... — Она опустила глаза на свои ладони. — Я не владею никакой магией. Брачный союз с представителем Фракции А был единственным способом выполнить свой долг перед семьей...
Цзи Цяо от удивления приоткрыл рот, вымолвив лишь:
— А я думал, у всей знати есть магия...
Как у Мэйфилда, который при каждом удобном случае высекает искры, чтобы напугать Асайю, или как у Энцо — тот хоть и управляет огнем, но предпочитает возиться с железяками.
— Я, видимо, исключение, — пожала плечами Хайлос. В ее тоне прозвучала едва уловимая печаль, но в целом она давно смирилась с этим. — К сожалению, я переоценила свои силы.
Та пышная свадьба напоминала грандиозный спектакль для народа.
Мэйфилд тогда мчался с передовой, и его мрачный вид настолько напугал Энцо, что тот боялся пикнуть.
Он ворвался прямо в кабинет герцога Пуланьцзинь и устроил жуткий скандал с только что вышедшей замуж Хайлос, после чего, разъяренно вздернув взъерошенный хвост, умчался прочь.
А вскоре до всех дошли вести: вместе с бойцами из рода Баханд Мэйфилд отправился к самому сердцу улья инсектоидов и, едва не погибнув, добыл великую победу.
Хайлос понимала: он хотел воинскими заслугами доказать истинную честь дворянства. Но одной военной славы было недостаточно, чтобы заставить две фракции забыть обиды и закрепить авторитет рода Пуланьцзинь.
Ей с мужем приходилось не только изображать любящую пару, воодушевляя солдат на фронте, но и отбиваться от коварных козней политических соперников. Дело дошло до того, что им пришлось прибегнуть к афродизиакам, чтобы зачать ребенка — живой символ союза двух сторон, способный успокоить умы.
Конфликты знати и народа, рознь между фракциями... В то время нельзя было допустить ни малейшей ошибки. Новорожденный тигренок болезненно нуждался в матери, а Хайлос, удерживая на руках вечно плачущее, капризничающее дитя, от непрерывного нервного напряжения медленно погружалась в тяжелейшую депрессию.
Лишь когда обстановка окончательно стабилизировалась и два года назад брак официально расторгли, Хайлос словно снова начала дышать. Однако она с ужасом осознала, что совершенно не может видеть Асайю.
Хайлос поправила прическу и тихо произнесла:
— Глядя на него, я невольно возвращаюсь в те кошмарные дни. Я могу исполнить любой каприз Асайи, но не способна подарить ему настоящую материнскую любовь.
— Я не силен в политике, но... — Цзи Цяо отвернулся и досадно ерошил волосы. Война была от него далека, он не видел тех ужасов своими глазами, но сейчас до глубины души прочувствовал общую безысходность.
И беспомощность Асайи.
Когда величественное здание воздвигли на руинах, живой кирпичик, скрепивший его фундамент, оказался никому не нужен.
— Сходи к нему, — произнесла Хайлос, заметив задумчивый вид юноши. — Асайя, должно быть, очень ждет тебя.
— Хорошо.
Цзи Цяо вежливо кивнул Хайлос, поднялся и неторопливо вышел из гостиной.
***
В залитой мягким, теплым светом детской комнатке Асайя свернулся крошечным калачиком на бежевом диванчике. Он сидел необычайно тихо и молча перелистывал сказку в картинках.
Заметив краем глаза вошедшего Цзи Цяо, он мгновенно закрылся книжкой, словно щитом, и поспешно утер глаза тыльной стороной ладони.
— Асайя...
— Если Цзяо-Цзяо пришел заставить меня пойти к ней, то я не буду с тобой разговаривать целых полчаса!
Цзи Цяо молча присел рядом с ним на диван и только спустя длительную паузу произнес:
— Ого, какая страшная угроза! Я сдаюсь. Если ты замолчишь хоть на минуту, я уже с ума сойду от беспокойства.
— У-у... — Малыш замер. Потерев покрасневший носик, он неосознанно прижался к живому теплу и дрожащим голоском выдохнул: — Она меня не любит! И я... и я ее тоже не люблю!
— Она любит тебя, — с легким налетом хрипоты ответил Цзи Цяо.
Асайя ничего не ответил. Насупившись, он некоторое время молчал, а потом неторопливо переложил книжку со своих коленей Цзи Цяо.
Цзи Цяо опустил взгляд. На яркой иллюстрации были изображены два милых рысенка: они грелись на солнышке, подставив пузички, и увлеченно вылизывали друг друга, пока один из них игриво покусывал взрослого за ухо.
— Папа всё время сидит в своей мастерской, а мама... она каждый раз улыбается так натянуто, когда видит меня... Я же не слепой! Я все вижу: они меня не... не любят...
Глаза Асайи застлали слезы. Попытавшись впитать набежавшую влагу носом, он ткнул пальчиком в картинку:
— Я хочу такую любовь, как в книжке! А она не может мне ее дать. Поэтому я тоже не отдам ей всю свою любовь!
Большая теплая ладонь мягко взъерошила кудрявую шевелюру. Асайя надул губы и едва слышно пробурчал:
— Ну... ладно. Чуть-чуть я ей все-таки оставлю.
Цзи Цяо бережно смахнул слезинку, застрявшую у малыша на ресницах, и ласково спросил:
— А остальное?
Асайя задумчиво потеребил пушистый кончик хвоста, не спеша с ответом, а потом тихонько поинтересовался:
— Цзяо-Цзяо... а ты меня любишь?
— Люблю.
— А насколько сильно?
— Ну... — Цзи Цяо ненадолго задумался и негромко произнес: — Примерно так, как любят родных... как свою семью.
Ушки Асайи затрепетали. Словно с его души свалился огромный камень, он подвинул попку ближе к юноше и доверчиво уткнулся ему прямо в грудь.
Окутанный знакомым, успокаивающим запахом, тигренок поднял головку и спросил:
— Тогда... можно я отдам всю оставшуюся любовь тебе и дядюшке?
Задав вопрос, Асайя замер в напряженном ожидании, затаив дыхание. На губах Цзи Цяо неожиданно расцвела теплая улыбка, и он протянул малышу открытую ладонь.
Асайя секунду помешкал, но стоит ему только положить свою крошечную ручку, как Цзи Цяо крепко и бережно сжал ее.
И Асайя услышал легкий, наполненный искренней теплотой ответ:
— Принято.
Малыш ошеломленно воззрился на улыбающегося юношу. На глаза снова навернулись слезы, и он, не выдержав, уткнулся лицом ему в грудь и громко зарыдал.
— Эй, ты чего расплакался-то?..
— У-у-у... ик...
— Ну всё-всё, не плачь...
— У-у-у...
— Эх ты, грязнуля. Только чур не вытирай сопли об мою куртку!
— У-у-у... хэ-хэ... ик...
Нежные, беспомощные утешения юноши перемежались с громкими всхлипами проливающего слезы ребенка, доносясь из комнаты в коридор.
Мэйфилд некоторое время наблюдал за ними через приоткрытую дверь, а затем тихо прикрыл ее. Скосив взгляд на стоящую рядом сестру, он безразлично произнес:
— Хоть тогда и было множество трудностей, я все равно не могу не сказать: Хайлос, ты непроходимая дура.
— Прости...
Скрестив руки на груди, Хайлос вспомнила счастливое, беззаботное личико сына со снимков и тихо прошептала:
— Детская любовь слишком драгоценна. И если уж на то пошло, пусть он отдаст ее тому, кто действительно этого достоин.
Лето в Грандоне в этом году выдалось непривычно долгим. Даже после окончания каникул долгожданный период прохладных ливней всё никак не наступал, и раскалённые улицы города не отдавали ни капли свежести.
— Жара какая… Вообще в боевой класс идти не хочется…
Сяо Са уныло свесил пушистые белоснежные уши. Выйдя из аудитории вместе с Симоном и остальными, самоед высунул язык и тяжело вздохнул:
— В такую погоду единственное моё желание — забиться в конуру в общежитии и не вылезать…
Симон предложил:
— Пойдёмте лучше к боссу Цяо, поедим граниты. Сян Мин с парнями говорили, что там появились новинки.
— А, опять с голубикой? Честно говоря, мне немного приелось… Эх, ладно-ладно, пойдём.
Подняв над головами массивный щит Брата Щита, чтобы укрыться от слепящего солнца, компания неторопливо поплелась в сторону лавки.
Вдруг мимо них пронеслось с десяток студентов. Их скорость посрамила бы даже птиц, несущихся к кормушке, а поднятый ими вихрь горячего воздуха заставил уши Сяо Са загнуться назад.
— Чёрт, вы куда так мчитесь?!
Ребята замерли в полном недоумении. Однако, когда впереди показалась знакомая вывеска, толпа у входа заставила их хвосты мгновенно встать дыбом.
— Это ещё что такое? Там что, распродажа? — поражённо спросил Симон, ухватив за рукав пробегавшего мимо учащегося.
Тот отмахнулся и, не сбавляя ходу, крикнул через плечо:
— Вы что, официальные уведомления не читаете?! Лавка Цзи Цяо запустила совместную линейку граниты с Павильоном Цзяннюэ! Вкус — просто отвал всего!
— Чего?!
Симон с ужасом воззёрся на гигантскую очередь. Из-за учёбы он совсем забросил Сеть, и вот результат — упустил такой шанс! Настоящий мученик очереди!
Не успел он предаться кручине, как ожившие друзья уже потащили его к хвосту живой стены.
***
Ещё когда Цзи Цяо только начинал готовить граниту, один-единственный вкус казался ему слишком скучным. А поскольку холодные чаи и десерты Павильона Цзяннюэ славились на весь сектор, он предложил У Цинъяну объединить усилия. Владелец Павильона загорелся идеей мгновенно, и они запустили совместное меню.
Сочные, налитые сладостью фрукты с фермы Цзинье, утончённый холодный чай с глубоким послевкусием от Павильона Цзяннюэ, нежнейший высококачественный йогурт и ледяная крошка из горной родниковой воды…
Кисломолочная серия, серия фруктовых чаёв — от десятка видов десерта у покупателей разбегались глаза. Каждому хотелось заказать сразу всё меню!
Сладкая насыщенная амберовая дыня, сочный красный персик, лесные ягоды с богатой кислинкой — а если залить эту ледяную крошку прозрачным, чистым холодным чаем, казалось, будто весь аромат лета застыл в одном стакане.
Покупатели, обливавшиеся потом в очереди, делали один жадный глоток — и изнуряющий зной мгновенно отступал. Освежающее чувство переносило их из душного города прямо в раскинувшийся под звёздным небом бескрайний луг или прохладную горную чащу.
Серия с фруктовым йогуртом больше пришлась по душе сладкоежкам. Когда жажда утолена, хочется плотного вкуса, и нежный, сливочный десерт дарил заряд бодрости, заставляя парить на седьмом небе от счастья.
Палящее солнце не могло сбить пыл гостей. К счастью, У Цинъян прислал на помощь своих сотрудников, так что лавка справлялась с наплывом заказов.
Глядя на стремительно растущую выручку и взлетевший рейтинг в Сети, У Цинъян цвёл от восторга. Можно было не сомневаться: по возвращении в штаб-квартиру в этом году он снова станет лидером продаж.
Управляющие других филиалов заранее поздравляли его, не упуская случая выведать секрет успеха. У Цинъян лишь напевал себе под нос, загадочно покачивая головой.
Секрет?
Сотрудничество — это взаимная выгода. Нужно лишь вовремя уловить тренд и проявить искренность. Увы, некоторым этому никогда не научиться.
Успех совместной линейки вызвал в Секторе A очередную бурю. Владельцы других заведений, глядя на шквал восторженных отзывов и бурлящую тему лавки, чувствовали, как у них темнеет в глазах.
Опять этот Цзи Цяо!
А присмотревшись, они замечали рядом ещё и имя знаменитого Павильона Цзяннюэ!
Союз дерзкого новичка и признанного гиганта стал нерушимой силой этого лета.
«Это просто невероятно! У босса Цяо вообще бывает творческий кризис?!»
«Ух, куда круче обычной ледяной воды! Из чайных основ советую брать цветочный чай — после него во рту ещё долго остаётся тонкий аромат!»
«Обычно я не выпиваю и половины стакана, всё приедается, но тут совершенно иной случай! Сначала можно лопать ложкой, а когда лёд немного подтает, текстура становится ещё нежнее, но вкус остаётся таким же насыщенным! Каждый глоток — чистое наслаждение!»
«Даже лёд делают из проверенной горной воды! Я-то думал, это просто рекламный ход, а они реально не врут!»
«Вкусно и недорого: 38 монет «Белый орхидей» за стакан, а два — всего за 65! Если кто-то собирается в заведение „Кухня Цзянху“, очень советую взять по два стакана на душу — острые блюда запивать самое то!»
«Ха-ха, я так и сделал, а потом Цяо-Цяо с предельно строгой миной предупредил меня, что мешать ледяное с острым вредно для желудка, мол, пронести может. Какой милый! Этот уроженец Планеты Голубая Вода понятия не имеет о стальном желудке нас, зверолюдей!»
«А на „Кухне Цзянху“ есть особый десерт — „Ледяной десерт из лилии с цветочным мёдом“! Лепестки с планеты Гайя выкладывают на горную ледяную крошку и поливают медово-сырным соусом. Выглядит как россыпь чистого золота по белому нефриту, снимки получаются космические!»
«Чёрт, как поэтично написано! Мы с друзьями, когда это пробовали, только и могли, что издавать дикие восторженные вопли!»
«Даже не верится… Ещё полгода назад я давился питательными растворами и синей морепродуктовой жижей, а теперь живу как бог…»
«В этом году на конкурсе лучших заведений я однозначно голосую за Цяо-Цяо!»
«И я! И я!»
«Каждый год награды забирают предприниматели с планеты Гайя. На этот раз, когда с нами заведение Цяо-Цяо, победа точно будет заслуженной!»
«Что? Голосование уже открыто?! Спасите, я впервые в этой теме, дайте ссылку, я быстро научусь!»
***
Как и предсказывал Мэйфилд, к концу предыдущего квартала рейтинг лавки достигал планки, необходимой для участия в ежегодном конкурсе лучших гастрономических заведений.
Едва Главное бюро торговой палаты открыло ссылку для голосования, тысячи поклонников ринулись отдавать свои голоса. Пока остальные участники тратили огромные суммы на агрессивную рекламу, лавка Цзи Цяо без лишнего шума закрепилась в первой тройке.
Если не произойдёт ничего непредвиденного, к моменту окончания приема голосов она гарантированно получит статус лучшего заведения Сектора A.
Победители первой тройки получали не только лучшие рекламные площадки в самом оживлённом торговом центре Сектора A, но и возможность удостоиться личного визита Его Величества. Для нового заведения подобная честь казалась чем-то из области фантастики, однако в случае с лавкой Цзи Цяо это становилось реальностью.
«Боже, я так волнуюсь! Помню, как впервые попробовал соусную лепёшку ещё в Янтарограде. Босс Цяо приехал на своём трехколёсном велосипеде, и я сразу понял: мой завтрак спасён!»
«Интересно, управляющий улицей Китовой Реки уже локти себе откусил? Хе-хе, как только босс Цяо сменил место, та улица снова превратилась в полуживое болото».
«Недальновидный болван! Из-за него я чуть не лишился любимой лавки. Благо по работе иногда летаю в Сектор A, иначе как бы я жил!»
«Слава Лепёшкам! Первая тройка прямо сияет! Впервые заведение, за которое я отдаю голос, поднялось так высоко!»
«Чёрт, чтобы избежать накруток, там правила защиты просто адские. Цяо, ты уж поучаствуй один раз в удовольствие, а на следующий год ну его нафиг, забей».
Поклонники ликовали, разве что пляски у входа в лавку не устраивали.
Цзи Цяо и сам был искренне рад, а потому выписал всем сотрудникам щедрые премии в красных конвертах.
Гавинь, принявший на себя финансовый учёт, сверился с таблицей бюджета на оптическом компьютере и строго заметил:
— В этом месяце подобная статья расходов не предусматривалась.
Юань на мгновение замер. С тоской посмотрев на свежеполученный конверт, кролик вздохнул и потянулся к карману Цзи Цяо, намереваясь вернуть деньги.
Цзи Цяо, словно во время новогодних баталий за праздничные деньги, молниеносно прикрыл карман ладонью и замахал рукой:
— Это из моих личных средств, общественный счёт я не трогаю.
Гавинь поправил очки без диоптрий, жестом оставив попытки Юаня вернуть подарок, и спокойно напомнил:
— Голосование ещё не окончено, а вы уже проявляете такую щедрость.
Цзи Цяо лишь пожал плечами:
— Хорошие результаты нужно отмечать. Пусть каждый порадуется, это абсолютно нормально.
Сотрудники, держа в руках конверты, радовались от души. Однако их ликование длилось недолго — спустя пару дней атмосфера в Сети резко изменилась.
Дэйси, глядя в экран оптического компьютера, возмущённо произнесла:
— Это всё прошлые победители! В этот раз они не смогли пробиться на верхушку и теперь поливают нас грязью!
Цзи Цяо нахмурился и подошёл ближе, всматриваясь в текст.
Зачинщиками оказались владельцы элитных ресторанов, славившихся изысканными блюдами и именитыми шеф-поварами. С появлением новых сельхозкультур общепит пополнился множеством небольших заведений, и даже скромным лавкам вроде заведения Цзи Цяо удалось заявить о себе.
Свежие ингредиенты стали нормой, разнообразие точек и приток гостей с самым разным достатком сделали конкурс этого года куда более живым.
Заносчивые старые рестораны продолжали гнуть линию, пренебрежительно относясь к клиентам. В итоге их рейтинги просели, а некоторые и вовсе оказались вытеснены новыми заведениями во главе с лавкой Цзи Цяо.
И вот сразу несколько владельцев именитых ресторанов выпустили рекламные ролики, где сперва прозрачно намекали, что не гоже «деревенским закусочным» лезть в элиту, а затем и вовсе заявили, будто кое-кто из знатных покровителей Цзи Цяо задействовал свои финансовые возможности для покупки места.
Многие сторонние наблюдатели тут же подхватили эту волну. В конце концов, о сотрудничестве Графа Пуланьцзиня и Цзи Цяо из-за проверок Бюро знали абсолютно все, а уж слухи об их личной жизни…
Господин граф, за исключением опровержения бредней про насильственную любовь и сопливые страсти, никогда публично не уточнял, связывают ли их исключительно деловые отношения.
Даже чистая вода помутнеет, если капнуть в неё слишком много чернил. Рейтинг лавки Цзи Цяо постепенно начали подвергать сомнению.
— Это просто переходит все границы!
— Вот именно! Если бы граф решил вмешаться, этот конкурс вообще бы не проводился, к чему такие сложности?!
— Уроды завистливые! Я пойду и с потрохами их сожру в комментариях!
Сотрудники кипели от гнева. Юань, глядя на экран, принялся молча скачивать видеоролики обидчиков один за другим.
Вэнь И тихонько засунул в рукав скалку:
— Зачем сохранять видео? Я запомнил названия ресторанов. Вечером наведаюсь.
Юань и Гавинь на мгновение онемели, после чего дружно усадили юного правонарушителя обратно на диван.
Заманчиво, конечно, но нельзя!
— Я подниму наши документы по договору с Мэйфилдом, а потом свяжусь с Торговой палатой, чтобы их инспекторы опубликовали логи проверок. Накруток у нас нет, так что нечего паниковать, — подавив неприятный осадок от прочитанного, произнёс Цзи Цяо и начал отдавать распоряжения.
Однако не успел он связаться с Торговой палатой, как Дэйси, не отрывавшаяся от Сети, радостно ойкнула.
Адепты Ордена Лепёшки никогда не отличались кротостью и не собирались терпеть, как кучка завистливых неудачников садится им на шею.
Богатая барышня из Тянсина прямо под своим отзывом выложила чеки. Будь то заказы доставки или счета из заведения «Кухня Цзянху» — даже суммы за один визит заставляли обывателей затаить дыхание.
Стоило ей начать, как у остальных обеспеченных поклонников проснулся азарт. Один за другим они стали публиковать доказательства своих трат. Пользователи прошли путь от полного шока до абсолютного равнодушия к астрономическим цифрам.
Те же, кто не мог соревноваться в финансовых возможностях с местной знатью, стали хвастаться количеством купленных лепёшек!
Кто-то даже выкопал архивные снимки из Янтарограда, где стоял в очереди у велосипеда Цзи Цяо, за что был мгновенно прозван «старейшиной Ордена».
Разгневанные фанаты предъявили железобетонные улики и ринулись на официальные страницы элитных ресторанов за ответом.
«Что за бред?! Честно потраченные деньги они называют фальсификацией?! Совсем заврались!»
«Смотрите внимательно, клоуны! Своими покупками я с головой перекрыл всю вашу нищую жизнь!»
«Я впервые учился голосовать и заходил каждый день! Даже за детей своего начальника так активно не голосовал! Какая бот-ферма будет работать с такой самоотдачей?!»
«Вы Торговую палату совсем за дураков держите? Какая накрутка! Если бы можно было крутить голоса, на первом месте стояли бы питательные растворы со вкусом жареного кальмара!»
«О нет, только не этот вкус, меня сейчас вырвет…»
«А доказательства у вас есть? Вечно это ваше „поговаривают“ да „по сведениям источников“… Вы можете хотя бы раз без этой мутной чуши обойтись?!»
«Вы только посмотрите, насколько Павильон Цзяннюэ выше этого болота!»
Павильон Цзяннюэ, пользовавшийся не меньшей репутацией, занимал третью строчку с ощутимым отрывом от лидирующей лавки Цзи Цяо. Однако их официальный аккаунт не только рекламировал совместную линейку, но и искренне поздравил Цзи Цяо:
**[Всё, что делает Цяо-Цяо — высший класс! В эту невыносимую жару нет ничего лучше освежающей сладости. Приглашаем всех в филиал Павильона Цзяннюэ в Грандоне попробовать нашу совместную граниту! Эффект снятия усталости — просто невероятный!]**
«Ха-ха, разве что пальцем на этих завистников не ткнули!»
«Вот это уровень! В Павильоне Цзяннюэ хоть и дорого, но меню постоянно обновляется, а не как у некоторых, кто годами паразитирует на старых заслугах, а на любые замечания отвечает ядом».
«Именно! Чего ждать от заведений, делящих гостей на сорты? Получаешь скидку, а на тебя ещё и волком смотрят. Тьфу, да я бы за вас и без Цзи Цяо голосовать не стал!»
«У людей тут конкурс лучших заведений, а вы, завистливые куры, устроили цирк с конями!»
Владельцы именитых ресторанов никак не ожидали, что попытка сыграть на мнении общественности обернётся против них же. Они принялись судорожно оправдываться, напяливая маску «прямолинейных правдорубов» и уверяя, будто никого конкретно не имели в виду, а публика всё додумала сама:
«Нам кажется, вы слишком близко к сердцу всё принимаете, даже смешно!»
Подобные заявления окончательно похоронили их репутацию. Даже те пользователи, которые ранее не участвовали в голосовании, из принципа покупали лепёшки, получали право голоса и отдавали его за лавку Цзи Цяо.
«Иметь такие заведения и пожалеть денег на нормальных пиарщиков… Впервые вижу, чтобы кто-то так виртуозно топил самого себя».
Цзи Цяо, листая ленту вместе с Дэйси, только покачал головой.
Считают себя прямолинейными, а на деле — глупые и злобные.
Благодаря поддержке фанатов сотрудники вздохнули с облегчением, но сам Цзи Цяо не намеревался спускать всё на тормозах.
В адрес их команды бросили грязь, а потом все должны были тратить силы и доказывать, что не ослы…
Он с суровым видом стучал по экрану оптического компьютера, когда пришло сообщение от Даниэля:
«Цзи Цяо, ты только не бери в голову эту чушь из Сети».
«Всё в порядке. Я сохранил их ролики и как раз готовлю доказательства, — ответил Цзи Цяо, излагая свой план. — Посмотри, ничего я не упустил? Хочу всё отправить в Главное бюро торговой палаты».
«Ого, — хмыкнул Даниэль. — Впечатляет. Мэйфилд хотел отправить меня к тебе на помощь, но, похоже, ты и сам отлично справляешься».
Цзи Цяо удивился:
«Я к нему не обращался».
«Ну так он ждал, когда ты сам попросишь, или догадался, что ты стесняться будешь. Ладно, связью с Торговой палатой я займусь сам, — легко произнёс Даниэль. — И юристов подключаю. Если эти болтуны не раскошелятся, то так ничему и не научатся».
Цзи Цяо ответил:
«Хорошо, спасибо тебе».
«Пустяки».
Даниэль явно был мастером в таких делах. Едва лавка вывесила официальное обращение к покупателям, Главное бюро торговой палаты опубликовало данные системного контроля, подтвердившие: каждый голос за лавку Цзи Цяо подкреплён реальными чеками.
Репутация зачинщиков оказалась полностью растоптана. Они ринулись удалять свои комментарии и ролики, но именно в этот момент лавка Цзи Цяо официально направила им юридические претензии.
Цзи Цяо не блефовал: собрав исчерпывающие доказательства, он сразу дал ход делу через суд.
Фанаты пришли в полный восторг — их опасения, что любимый босс окажется «мягкотелым» и спустит всё на тормозах, мгновенно рассеялись.
В тот же день Цзи Цяо завалили сообщениями от ответчиков с предложениями решить вопрос миром за весьма солидные суммы.
— Ха, да я сам могу засыпать их монетами «Белый орхидей» до полусмерти.
Мэйфилд, мельком глянув на всплывающие перед юношей экраны, вильнул рукой возле самого уха Цзи Цяо и небрежно смахнул уведомления.
Слегка приподняв подбородок, он с высокомерной ухмылкой произнёс:
— Исследовательскому институту давно пора забрать этих идиотов, чьё развитие остановилось ещё на стадии зародыша.
— Ругайся сколько влезет, но от моих ушей руки убери, — Цзи Цяо упёрся ладонью ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, и с хмурым видом добавил: — Щекотно же.
Помолчав мгновение, он добавил:
— И вытащи свой пушистый хвост из моих шорт!
— Тч.
Мэйфилд недовольно нахмурился, но под строгим взглядом юноши с неохотой подчинился.
Опёршись локтём о подлокотник дивана, он подпёр щеку ладонью и лениво уставился на Цзи Цяо. Спустя некоторое время аристократ медленно произнёс:
— Разрез на шортах был так удачно расположен… Знаешь ли, представители семейства кошачьих питают слабость к узким пространствам.
Цзи Цяо замер, осознав подтекст, и вспыхнул:
— Ты сейчас вообще-то не в фазе возврата к предкам!
Мэйфилд лишь снова недовольно скривился.
— Ладно-ладно… — Цзи Цяо поднялся, стряхивая с шорт шерсть, и пробормотал: — Пойду надену обычные брюки, устроит?
— Не стоит.
Взгляд Мэйфилда медленно скользнул по стройной спине юноши, задержавшись на изгибе, скрытом широкой тканью, после чего граф двусмысленно хмыкнул:
— Вряд ли тебе хочется ходить в брюках с лопнувшим задним швом.
— Чёрт…
Цзи Цяо от удивления даже лишился дара речи. Почувствовав, что его ягодицы находятся в крайней опасности, он резко повернулся к Мэйфилду и прошептал:
— Ты каждый день умудряешься перевернуть мои представления о тебе.
Мэйфилд изящно поднял чашку с чаем, сделал небольшой глоток и с лёгкой ухмылкой ответил:
— Весьма нескверно. Почту за честь.
Цзи Цяо:
«…»
Какая наглость!
***
Шумиха в Сети постепенно улеглась, но это ничуть не убавило любви жителей к лавке Цзи Цяо.
Изначально покупатели просто хотели поддержать любимое заведение, но когда лавка с лёгкостью ворвалась в тройку лидеров, её позиция оказалась незыблемой.
К моменту завершения голосования лавка Цзи Цяо разделила первое место со старинным рестораном, и вместе с Павильоном Цзяннюэ вошла в итоговый список кандидатов.
С самого открытия лавка Цзи Цяо не сходила с уст горожан, так что подобный финал никого не удивил.
Чиновники Главного бюро торговой палаты опубликовали подробный отчёт инспекции, после чего оперативно сформировали итоговые реестры трёх победителей.
Бумаги с ярко-красными печатями были вложены в конверты с золотым тиснением и цепочкой курьеров доставлены прямо во Дворец Парящего Золота.
Преодолев длинные коридоры, украшенный узорами поднос остановился перед чьей-то властной рукой…
Предыдущий фрагмент
Оглавление
Go up