Всем привет. Это мой новый ориджинал про выживание реинкарнировавшей героини в апокалипсисе с элементами РеалРПГ. Надеюсь, понравится (и надеюсь, что всё-таки допишу эту книгу o(>.<)o).

       Новый биом походил на классической данж в какой-нибудь простенькой компьютерной игре. Четыре пещерных этажа почти без ответвлений, зато со зверьём разной силы и с ловушками типа нелогичных камнепадов или дыр в земле. Неровные гранитные стены с земляными вкраплениями, утоптанный пол, свисающие с потолка сопли неизвестного происхождения – не хватало разве что факелов, да только за освещение тут отвечали те самые потолочные сопли. Понятное дело, что биомы по умолчанию походили на игровые уровни, но не настолько же!

       – Зря мы сюда сунулись, – промычал Вадим, придерживая зубами конец длинной тряпки, которая изображала из себя бинт. Другим концом он осторожно заматывал своё бедро. Рана выглядела неприятно, но по сути оказалась поверхностной, ничего серьёзного тварь не задела.

       – Отставить панику, – Стас, капитан их небольшой частной команды с гордым названием «Корсары», косо посмотрел на своего заместителя. – Мы дошли почти до конца, остался бигбосс. У нас уже прилично добычи, зафиналим – точно разбогатеем.дошли

       – Или сдохнем, – мрачно буркнула себе под нос А́нжела, тихо, чтобы услышала только соседка-Владлена. На самом деле в их паспортах стояли другие имена, но где сейчас те паспорта? И где те люди, которых имело в душу, что в тех паспортах понаписали кучу лет назад?

       В эту Дверь их вошло двенадцать человек, теперь осталось десять. Не впервые в их команде потери, но матерь же Божья…

       А всё чёртов Птер. Примчался в мыле, глаза по пять рублей: новая Дверь, неисследованная! Армейцы ещё не в курсе, секрет топовой команды. По всем признакам Дверь должна быть где-то на тройку. Это же просто праздник какой-то!

       Прямо сейчас Анжеле хотелось прижечь задницы и Птеру, и Стасу, и Вадиму, и даже себе. Потому что думать надо головой, головой думать надо. Топовые команды на то и топовые, что умеют взвешивать риски. Вовремя остановиться и прикинуть, а так ли всё просто и стоит ли рисковать, даже если приз манит к себе обещанием светлого завтра. До которого, чтоб оно всё провоняло, надо ещё дожить.

       Но Стас закусил удила: бежим вот-прям-щас, успеем раньше топов, которые чего-то там телятся-собираются-готовятся! А вдруг армейцы узнают? Тогда ни Корсарам, ни топам ничего не останется.

       Стас радовался, что ещё и день удачный. Мол, ровно год, как наступил Рагнарёк, отметим зачисткой новой Двери. И пенисуально ему, что за неизученной Дверью скрываются такие же неизученные проблемы.

       Может, и годовщина. Анжела не следила за календарём и понятия не имела, какое сегодня число или хотя бы месяц. За такими глупостями вообще мало кто следил.

       Ладно, стараемся думать позитивно. Их действительно осталось десять из дюжины. Бойцов – девять, Замухрышка не в счёт. Анжела покосилась в угол пещеры, где съёжился оборванный силуэт, и снова поморщилась. Счастливчиков брали с собой не за боевую силу, а в качестве талисмана на удачу, вот только за сегодня Замухрышку «выпивали» уже три раза, иначе дошло бы сюда не десять человек, а гораздо меньше.

       Это было опасно. Правительство в целом-то не одобряло паразитизм на счастливчиках, аж сподобилось официально распространить информацию, что чрезмерное «донорство» способно вызвать обратную реакцию, от которой не поздоровится всем, кто когда-либо пользовался заёмной удачей. Чёрт его знает, правда это или попытки запугать, но их команда на всякий случай старалась не переусердствовать, ограничиваясь одним, максимум двумя заёмами за погружение. Три – такое случалось впервые. Это при том, что стандарт очищения после использования таланта счастливчика – неделя, а прошлая Дверь была всего четыре дня назад, и тогда Замухрыщку «выпили» дважды. Анжела всерьёз подумывала предложить Стасу не использовать удачу при открытии сундука. Всё равно первая зачистка гарантировала приз.

       Замухрышка, она же Лёшка, съёжилась у стены, медленно посасывая кусок сухой травяной лепёшки. Никто бы не сказал, что это измождённое грязное существо, покрытое бесформенной хламидой и синяками – женщина немного за тридцать с талантом счастливчика. Использовали её везение другие, а откат в виде мелких неудач она принимала на себя. Исследователи говорили об удаче как о повышении фиксированных шансов в плане добычи, об улучшении сосредоточенности, координации и как следствие интуиции. Откатом приходили рассеянность, заторможенность мышления и нарушение всё той же координации. Как результат, спотыкания, травмы, разбитая посуда и так далее.

       То есть хоть раз использованный сегодня счастливчик просто не мог быть бойцом, за что те, кто её «выпивали», её же и презирали.

       Счастливчиков вообще не считали бойцами, даже если не «выпивали».

       Лёшка не решалась глотать кусок твёрдой лепёшки. Прошлый опыт подсказывал медленно рассасывать твёрдый кусочек в кашу, чтобы не подавиться. После трёх использований можно было и насмерть.

       – Обратный отсчёт пять минут, – скомандовал Стас.

       Никто не пошевелился, все старательно наслаждались последними минутами отдыха.

       Спустя пять минут все без напоминаний одновременно встали. Семеро мужчин и три женщины, все, кроме Лёшки с её ржавым кинжалом в рукаве, вооружённые лучшим чем попало из того, что смогли достать. Лёшка поднималась медленнее всех, всё из того же болезненного опыта стараясь придерживаться за стену.

       Логово бигбосса открылось всего через двести метров. Корсары, по одному заглядывая в огромную пещеру, охренело отползали назад, под поставленный Владленой изоляционный купол.

       Лёшка, которую никто не собирался подпускать ко входу, чтобы она не дай Бог не выдала присутствие команды каким-нибудь неудачным шумом, осторожно прислушалась.

       – Ну ничего себе тварь, – присвистнул Огр, он же Огр. Этот двухметровый здоровяк, в прошлом пауэрлифтер-любитель, явно выражал общие эмоции.

       – Спокойно, – тихо рявкнул Стас. – Оно только выглядит странно.

       – Странно, – сглотнул Вадим, – это мягко сказано.

       – Не факт, что оно сильное, – проигнорировал его Стас.

       – Никаких особых отметин на стенах, – рационально проанализировал Кирилл, самый старший в их команде, ему было почти пятьдесят. – Можем исключить огонь, лёд, яд, кислоту, воду, молнии. Размер у бигбосса тоже не самый впечатляющий. Скорее всего, чисто физический тип, как прошлые.

       – В каком месте он чисто физический? – возмутилась Владлена. Вид финального зверя её откровенно впечатлил.

       – Мало ли как оно выглядит, лишь бы убиваемое было, – Повар, до Рагнарёка работавший сварщиком, любовно погладил своё оружие, больше всего напоминавшее толстую арматурину.

       – Но оно всё равно бигбосс, – напомнил Огр.

       – Бигбоссы не всегда самые сильные в биоме, – всё так же спокойно отозвался Кирилл. – Хотя его странности меня определённо настораживают, предполагаю регенерацию.

       Пятый Шаман, имя которого кануло в Лету вместе с паспортом Анжелы, порылся в кожаном мешочке, вслепую вытянул изнутри туго скрученный рулончик и развернул его в полоску бумаги. На обороте промелькнуло изображение бежевого треугольного печенья.

       – «Пока молод, для всего есть время и есть пространство», – вслух прочитал Пятый Шаман.

       – И что это должно значить? – подозрительно спросил Вадим.

       Пятый пожал плечами.

       – Я запрашивал данные по бигбоссу, – сообщил он, возвращая бумажку в прежнее состояние.

       Как слабенький предсказатель, он иногда бывал полезен. Если б ещё его талант имел более вменяемую форму, чем набор туманных фраз из печений с предсказаниями, цены б ему не было. Увы, когда раздавали таланты, никто не знал, как их выбирать.

       – Значит, действуем как обычно, – подытожил Стас. – Птер, сундук видел?

       – Если глаза не подводят, сталагмит за уродом, – отозвался тот. – Огр, отжалеешь молоточек на общее благо?

       Огр, как раз сбросивший у стены рюкзак с добычей, чтобы тот не мешал в бою, повозился с застёжкой на боку рюкзака, отстегнул оттуда кувалду и передал сокоманднику. Эх, а шкуры-то пришлось бросить. Был бы у них пространственник в команде... Да что мечтать.

       Лёшка мысленно с облегчением вздохнула. Если молот отошёл Птеру, значит, «выпивать» её на улучшение добычи не планируют.

       Купол Владлены заметно поблёк, сигнализируя об истечении времени работы. Быстро он. Похоже, с перепугу Владлена врубила максимальный уровень полной невидимости и заодно защиты, не ограничившись заглушкой звуков и запахов.

       Огр с Поваром встали по обе стороны от входа, незаметно для монстра заглядывая внутрь. Огр вскинул свободную от палаша ладонь, пальцами показывая обратный отсчёт.

       Три, два, один.

       Первыми в пещеру бигбосса рванули Огр с Поваром. Никто не собирался ни вваливаться толпой во имя возможности положить всех и сразу, ни задерживаться на входе, поджидая отстающих и давая зверю время сообразить, что происходит. За секунду оба нападающих преодолели приличное расстояние, а за их спинами появились Анжела, Владлена и Стас – средняя линия.

       Когда Лёшка осторожно подошла ко входу, все девять Корсаров уже были внутри и вели бой.

       Узрев бигбосса, Лёшка распахнула глаза. Многое она видела за последний год, но такое…

       Зверь был сравнительно небольшим, всего-то с молодого слона, но его вид вызывал оторопь. Он постоянно менялся, плавно, уродливо-естественно перетекая из облика в облик, ни на мгновение не прерывая свой тошнотворный танец стремительной эволюции. То зверь больше напоминал рыбу, то ящерицу, то птицу, то снова откатывался к ящерице и возвращался уже чем-то вроде гротескного шестилапого кенгуру. Чешуя, перья, шерсть, грубая кожа, всё это плясало в центре пещеры круговертью сменявших друг друга в произвольном количестве конечностей, глаз, клыков, ушей, вибриссов и каких-то совершенно незнакомых частей тела.

       Огр под прикрытием огня Анжелы и стрел Пятого Шамана размахивал своим широченным палашом, срубая всё, что попадалось под руку, невзирая на вид и старательно загоняя зверюгу в конкретный угол, не позволяя ей вырваться на простор. Лицевой щиток потерял уже три слоя, Лёшка как раз успела увидеть, как мужчина рванул левой за петлю на шлеме, сдирая очередную уляпанную желтовато-алой кровью плёнку с забрала, пока шерсть монстра, протлев под огнём Анжелы, отвалилась, а вместо неё отросли перья.

       Повар, которого Огр как раз сменил на острие атаки, отступил на шаг. Под прикрытием напарника, Повар ещё больше удлинил свою арматурину и снова рванул вперёд, не давая зверю прорваться к дальнобойным товарищам. Вымахавший до пяти метров стальной прут, изогнувшись живой змеёй, обмотал передние лапы твари, три из семи. Там, где прут пересёкся сам с собой, посыпались искры как от сварки и оружие намертво срослось само с собой тугими кандалами. Зверь споткнулся, замялся на доли секунды, но не успели Корсары обрадоваться, как очередной виток изменений превратил мощные лапы в тонкие щупальца. Два передних мгновенно выскользнули из грубого металлического кольца, пять средних вцепились в землю, добиваясь шаткого равновесия, а три задних взметнулись вверх.

       Крик, и Птер, пытавшийся тайком пролететь под потолком к сталагмиту, пока остальные отвлекали бигбосса, вместе с кувалдой влетел в стену, чтобы сползти по ней окровавленным куском отбитого мяса.

       Исчезнувшая было пасть вернулась, на этот раз узкая, с длинными зазубренными клыками. Из раззявленной глотки хлынул пронзительный звук, мгновенно заглушённый куполом Владлены, который накрыл голову зверя. Купол почернел, забирая вместе со звуком зрение, и почти три триумфальные секунды бигбосс, вслепую врезавшись в стену, безответно получал урон, линяя разноцветной чешуёй, пока голова не исчезла со своего места и не отросла где-то под условной грудью.

       На всё это ушли считаные секунды.

       Лёшка мало что понимала в творившемся хаосе, ей попросту не хватало динамического зрения, чтобы уследить за боем. Сознание выхватывало отдельные фрагменты.

       Вот Огр снова отступил, срывая с лица уже не очередную измазанную тонкую плёнку, а всё забрало разом – значит, слои закончились, дальше остаётся только молиться, чтобы кровь не оказалась ядовитой.

       Вот Пятый впустую порылся в колчане, отбросил лук и перешёл на своё предпоследнее оружие, иглы, которых у него было ещё меньше, чем стрел.

       Анжела, пытавшаяся прорваться к Птеру, получила костяной шпорой и улеглась поблизости от сокомандника – без сознания, но живая, всё ещё живая, с шансами выжить, если бой обернётся в пользу людей.

       Стас, взревев сквозь стиснутые зубы, в очередной раз приклеил конечности бигбосса к полу, но зверь рванулся, оставляя вместо кожи с подушечек лап бесполезную пегую шерсть. Та никуда не исчезла, так и осталась приклеенным к затвердевшей земле мелким ковриком, а сам бигбосс наконец-то вырвался из угла, куда его так старательно загоняли. Ситуация на поле боя мгновенно ухудшилась.

       Уже в следующий миг эта лапа превратилась в огромное, почти полуметровое копыто, чтобы с силой обрушиться на ногу замешкавшемуся Повару. Упавший человек не успел даже вскрикнуть, как, обездвиженный болью в раскрошенной в труху ноге, оказался в одном из двух клювов.

       Ещё минус один.

       Три потери за короткий бой.

       Главной проблемой оказалась не физическая сила и даже не предполагаемая регенерация, а изначально не принятая в расчёт хаотичная изменчивость бигбосса.

       Вадим всегда думал быстро. Калькулятор в его голове учёл потери людей, перемещение ран бигбосса, которые, маленькие милости, не заживали при мутациях, но, зараза, переходили в неважные области, оценил перспективы на выживание команды в целом и себя в частности и, резко выйдя из боя, рванул ко входу в пещеру.

       Глаза Стаса вспыхнули: да, это был шанс. Капитан тут же снова попытался приклеить бигбосса к земле. На этот раз он выиграл аж полсекунды, потому что очередная смена внешности впаяла в пол перья, которые монстру пришлось с недовольным воплем выдёргивать по живому.

       Лёшка ничего не успела сообразить, как почувствовала резкий рывок за руку. Женщину мгновенно накрыло до боли знакомым головокружением, когда Вадим снова «выпил» её удачу, готовясь привычно передать её Стасу, чтобы тот придумал решение.

       Вот только в этот раз всё пошло не по плану.

       Глубоко внутри Лёшки сорвалась до предела сжатая пружина.

       Вадим, Стас, Пятый, Огр, Владлена, даже бессознательная Анжела закричали от прошившей их головы боли. В тот же миг бигбосс, похожий на дикобраза-переростка, выпустил по ним сотни метровых игл толщиной с перьевую ручку.

       Боевой отряд команды Корсаров, почти год пившей чужую удачу, погиб весь, разом.

       Шокированная откатом, Лёшка снова катастрофически не успела осознать, что происходит, только отметила в застившем глаза тумане стремительный силуэт перед собой, как летящую навстречу стену. Женщина рефлекторно вскинула руку, а в следующий миг эту руку по самое плечо откусила огромная пасть.

       Лёшка с хрипом упала на землю, заливая всё вокруг собственной кровью.

       Это всё, поняла Лёшка. В краткий миг необычайной ясности она подумала: наконец-то. Наконец-то.

       Махина бигбосса нависла над последним живым членом команды Корсаров, не спеша добивать добычу, но это было уже не важно. Оторванная рука, кровь, хлеставшая как из брандспойта – женщина, Замухрышка, Лёшка не должна была прожить и минуты.

       Она не видела, не знала, что откушенная рука встала монстру поперёк глотки. Что старый, до дыр проржавевший кинжал с пафосной надписью Защитник, спрятанный в рукаве, провернулся в глотке зверя вместе с оторванной рукой. Что монстр машинально сглотнул, и лезвие, точно встретивший масло раскалённый металл, прошло сквозь глотку прямиком в мозг, как раз сейчас ужавшийся до размера детского кулака.

       Лёшка уже ничего не видела, лишь чувствовала, как бьётся в груди набравшее дикие обороты сердце, безуспешно пытающееся справиться с невосполнимой потерей крови, и как что-то тёплое полными горстями льётся на лицо. Перегруженная нервная система милосердно отрубала сигналы – осязание, зрение, дыхание...

       ‎Последним почему-то остался слух. А может быть еë умирающий мозг, перемолотый болью и слепотой, выдал напоследок галлюцинацию. Может быть, Лёшке только почудился забытый, рассыпающийся эхом голос:

       ‎– Вы убили детёныша Повелителя Времени и Пространства.

       И одновременно, перекрывая это сообщение:

       – Финальная версия сфор...

       ‎Окончания фразы Лёшка уже не услышала.

***

       Ей снилось небо. Оно было бесконечным, голубым, в редких перистых облаках чистейшей белизны, между которыми она долгими часами парила вниз, в никуда, раскинув руки и ноги. Кожу стянуло, как бывает, когда высыхаешь после купания в солёной морской воде, встречный ветер забивал лëгкие, дыхание давалось с трудом, а сердце билось в медленном блаженстве.

       ‎Так вот ты какая, настоящая свобода.

       Лёшка счастливо улыбнулась и пушинкой осела в высокие мягкие травы. Солнечные зайчики заплясали за прикрытыми веками. Откуда-то издалека донёсся полузабытый голос:

       – Лёша, вставай, на работу опоздаешь.

       Лёшка сонно моргнула и повернулась на бок, глубже зарываясь в чуть пахшее ночным пóтом одеяло. Медленно всплывавшее на поверхность сонное сознание отметило, как солнечные зайчики превратились в тусклый верхний свет. Точно, она же всё время ленилась заменить в люстре две перегоревшие лампочки. Какой смысл? Она, житель тьмы ночной, люстрой почти не пользовалась.

       – Лёша, ты встаёшь вообще?

       Лёшка осторожно села в кровати. Оцепенело посмотрела на свои руки, с трудом принимая реальность.

       – Лёша? Что с тобой, ты чего плачешь?

       – Мама… доброе… утро.

→→→Глава 1→