— Милый. — Мортиша поставила чашку с кофе на блюдце. — Отпусти Пагсли, пожалуйста. Он будет вести себя прилично для такого раннего утра.

— Только ради ваших прекрасных глаз, Мортиша, — поклонился Баки и выпустил Пагсли. — Но вообще для тех, кто будит спящих без веской причины, я лично готов организовать отдельный котёл в аду.

Пуберт хихикнул.

— Первый снег упал, — Гомес сжал пальцы любимой жены. — Самое время зажечь костер и наслаждаться предвкушением ночей Йоля. У нас есть превосходное ягодное вино.

— Костёр — после заката, — напомнила ему Мортиша. — Все за стол. Локи и Брока ждать не будем.

— А ба где?

— Пагсли, она укатила к друзьям и вернётся только в Рождество. Какой-то её знакомый трансильванский граф прислал приглашение. — Уэнсдей намазала свой тост маслом. — Если бы ты вчера не взрывал свой сарай, а заглянул домой, то знал бы.

— Неужели Влад Цепеш ещё жив? — удивился Баки, наливая ей чай.

— А что ему будет? — Гомес зажёг сигару. — Жив, бодр и закатывает лучшие вечеринки в зимний сезон. Вдобавок у него во владениях отличная охота.

Гомес вспомнил, как ходил на медведя с одним кинжалом… эх, молодость, молодость! Скоротечна, конечно, но зато как горели глаза Мортиши, когда он свалил зверя.