Локи облегчённо растёкся по стулу. Внезапное понимание того, что ему в кои-то веки не нужно держать лицо и притворяться, подействовало на него странным образом. Но вот любопытство, вечно толкавшее его на каверзы и авантюры, никуда не делось, так что он всё-таки спросил:

— Расскажешь мне, как так вышло, что ты и Хела оказались в таком странном симбиозе?

— Всё началось с того, что я отчаянно захотела отомстить использовавшему меня как расходный материал Фьюри…

Локи слушал её рассказ точно занимательную сказку, тем более что он и правда был куда интереснее тех историй, что рассказывали асиньи своим  детям. 

— Получается, я был не так уж далёк от истины, когда решил, что ты полукровка. А эта ваша сыворотка, выходит, пробуждает кровь асов в тех, в ком она есть, непоправимо уродуя остальных, — пробормотал он. — Значит, Капитан тоже? У меня мелькали такие мысли, уж больно он похож на чистокровных асов из высокородных: и внешне, и некоторой… негибкостью мышления, что  ли…

— Да, — ответила Мария,  — а насчет негибкости мышления… я так понимаю, о нём ты в основном от Бартона знаешь? — уточнила она и, когда Локи кивнул, продолжила, усмехнувшись: — Полагаю, Бартон не мог судить о Роджерсе непредвзято, ведь он с ним лично не сталкивался. А пропаганда… сам понимаешь, что очень легко можно как обелить, так и очернить кого-либо в глазах толпы. И неважно, кто эту самую толпу составляет.

Локи невесело усмехнулся. Кому и знать, как не ему! Он в своё время и сам не понял, каким образом он, обычный — как он считал тогда — подросток-ас вдруг оказался едва ли не Отцом Лжи. 

Мария явно догадалась, о чём он думает, так что сочувствующе улыбнулась и вновь заговорила:

— К тому же я не знаю, кто и как промывал Роджерсу мозги ещё в период его становления суперсолдатом, а в том, что это делали, я уверена. Фьюри, кстати, тоже попытался повлиять на него, вернее, довольно удачно сделал… но тут я ему немного игру подпортила, — она довольно улыбнулась. — И всё же я далека от того, чтобы доверять ему. 

— А ты вообще кому-то доверяешь? — немного нервно уточнил Локи и пояснил: — Понимаешь, насчёт твоей задумки имитировать прибытие асов… Задача на самом деле довольно сложная. Если там, где всё это будет происходить, установлены эти ваши камеры, то обычные иллюзии не подойдут. Но вот изменить внешность реального человека так, чтобы и глазам, и камерам он представлялся асом, причём вполне конкретным, я смогу. Но тогда придётся этого самого человека вводить в курс дела.

— На самом деле энергетика Биврёста камеры выводит из строя с лёгкостью, — задумчиво произнесла Мария, — а энергетический след в любом случае придётся имитировать. Но ты прав,  надёжнее будет подстраховаться. Сколько людей нужно, чтобы изобразить отряд асов?

Локи призадумался. А правда, сколько? Всё зависело от того, кого им изображать. Проще всего было бы Тора с друзьями, если бы не… а хотя почему нет? Мария ведь и сама ничего не знала о том, что произошло в Асгарде после той битвы в пустыне, так откуда кому-то другому быть более осведомлённым?

  — Четверо минимум. 

— Тор и компания? — мгновенно сообразила Мария. — Что ж, Альфе я доверяю достаточно, чтобы просить их об этом. Тогда мы поступим так…

***

Мария в сопровождении Джека и Мэй быстрым шагом шла по коридорам Трискелиона, сухо кивая приветствовавшим её агентам.  Лицо её не выражало ровным счётом ничего: холодная маска Железной Хилл, за которой любой наблюдательный человек мог бы разглядеть смертельную усталость. Учитывая, что наблюдательность  — качество, априори присущее агентам, те понимали это мгновенно и буквально растворялись в пространстве.  Никому не хотелось получить выговор  или ссылку на отдалённую базу за какую-нибудь мелочь просто потому, что госпожа директор заебалась вкрай.

В приемной её встретил поднявшийся навстречу Брок. Мария оглядела его, отметила, что выглядит он уставшим, и протянула руку для рукопожатия:

— Рамлоу, добрый день. Вижу, вы тоже устали. Есть что-то срочное? 

— Нет, мэм, всё штатно, — ответил тот, пожимая ей руку.

— Тогда я даю Альфе отгулы до понедельника. Карен, передайте отделу кадров, чтобы оформили приказ, — велела она секретарше. — И мне кофе. Чёрный. Рамлоу, Роллинз, Браун, свободны. 

— Благодарю, директор Хилл, — ответил за всех Брок.

Мария зашла в кабинет — впервые как его полновластная хозяйка, и хмыкнула. Зачем Фьюри такое громадное помещение, она никогда не понимала. Разве что пафосно постоять у панорамного окна, изображая из себя царя горы? 

Сев за стол, она откинулась в кресле, прикрыв глаза. От Хелы пришла тёплая волна поддержки, впрочем, подруга волновалась ничуть не меньше, чем сама Мария. Всё-таки ресурсы у них были ограничены, а замыслы — грандиозны.

Дверь открылась почти неслышно — для обычного человека, не для Марии. Однако та открыла глаза только тогда, когда Карен поставила чашку с кофе на стол. Потёрла лицо, изображая кромешную усталость, и чуть хрипловатым голосом произнесла:

— Спасибо, Карен. Так… через пятнадцать минут ко мне Ситуэлла, через полчаса — Мертона.

— Да, мэм, — ответила та.

Мария неспешно выпила кофе, наслаждаясь каждым глотком, и буквально через пару минут Карен доложила, что агент Ситуэлл ожидает в приёмной. Велев впустить его, Мария выпрямилась в кресле. Игра началась!

Джаспер Ситуэлл, высокопоставленный агент ЩИТа и Гидры, выглядел довольно непримечательно. Типичный чиновник, каких полно в Вашингтоне: среднего роста, лысый, полноватый, с угодливой улыбочкой. Костюм с аккуратно завязанным галстуком, до блеска начищенные туфли и очки в золотой оправе довершали образ бюрократа средней руки. 

Марии он никогда не нравился. Даже до той злосчастной операции, после которой она обрела подругу, к Ситуэллу она относилась с некоторойй гадливостью, причём сама не понимая, чем вызвано подобное чувство. А уж после того, как развились её способности к менталистике и после того, как она узнала, что Ситуэлл является ещё и гидровцем, тем более. Брок как-то назвал Ситуэлла Коулсоном на минималках и, пожалуй, Мария была склонна согласиться с этим определением.

— Добрый день, директор Хилл, — поздоровался Ситуэлл, и Марию аж слегка затошнило от истового чинопочитания, что прозвучало в его голосе.

— Присаживайтесь, агент Ситуэлл, — благосклонно кивнула ему Мария и, когда тот умостился в кресле, продолжила, сложив пальцы в замок: — Вы работаете в ЩИТе уже одиннадцать лет, ведь так?

— Через неделю будет двенадцать, — кивнул тот.

— Вас характеризуют как человека целеустремлённого, скрупулёзного и дисциплинированного, — продолжила Мария, — те самые качества, которые я всецело одобряю. Как вы понимаете, в настоящее время освободились несколько должностей, и я склоняюсь к тому, чтобы предложить вам место моего помощника с перспективой роста до заместителя директора. Вас это интересует?

— Это честь для меня, мэм,  — сглотнув, ответил Ситуэлл, пожирая Марию преданным взглядом, — и да, я очень заинтересован. И готов приступить немедля. Правда, я предполагал, что Рамлоу…  — он осёкся.

— Рамлоу хорош на своём месте главы боевиков, — усмехнулась Мария, — а та должность, о которой мы говорим… тут не морды бить надо, а взаимодействовать с огромным количеством людей. Что ж, раз вы готовы... Что вы знаете об объекте “Холодильник”, агент Ситуэлл?

— Ничего, мэм,  — ответил тот, всем собой выражая напряжённое внимание. И Мария чувствовала, что оно, это внимание, совершенно не наигранное: Джаспер Ситуэлл прекрасно понимал, что информация правит миром, и старался разнюхать всё, что только возможно. Даже не всегда ради того, чтобы поделиться этой информацией с Гидрой: ему грело душу само знание об ещё одной крупице власти над людьми и событиями.

— Объект “Холодильник”, агент Ситуэлл, это засекреченная база ЩИТа, о существовании которой известно очень и очень немногим. Место, где хранятся артефакты, слишком опасные для того, чтобы держать их в обычном хранилище, и иногда — заключённые, которых невозможно удержать в обычной тюрьме. 

— Я слышал о Рафте, — осторожно заметил Ситуэлл.

— Рафт, — Мария поморщилась. — Любимая игрушка Росса. Знаете, агент Ситуэлл, я никогда не любила фильмы, в которых действие происходит под водой. Минус такой тюрьмы в том, что её можно уничтожить, но для некоторых заключённых это может оказаться не гибелью, а спасением. Выбраться из “Холодильника” невозможно, а при штурме… всё то опасное, что хранится на нижних уровнях, окажется погребённым под многотонными пластами земли. Впрочем, это всё лирика. Ваше задание состоит в том, чтобы доставить на базу арестованного Локи и захваченные артефакты. 

— Могу я спросить? — помявшись, произнёс Ситуэлл.

Мария кивнула.

— Вы не планируете продолжать… хм… эксперименты с Тессерактом?

— В том формате, в котором вёл их Фьюри? Точно нет, — поморщившись, качнула головой Мария. — И в любом случае — не сейчас и не бесконтрольно. Да и хорошенько допросить Локи там, откуда его не попытается никто высвободить, тоже стоит — и тоже не сейчас. И только после соответствующей санкции Совета Мировой безопасности и лично мистера Пирса. Действия мистера Фьюри, поставившие под угрозу всю планету, я уж точно повторять не собираюсь. Так что, вы возьмётесь за выполнение моего поручения? — и она посмотрела на Ситуэлла, устало потерев висок.

— Конечно, директор Хилл, — с пылом заверил её тот. 

— Превосходно, я рада, что могу на вас рассчитывать, — Мария благосклонно кивнула Ситуэллу, — сопровождать вас будет Бета Страйк, всё же наш пленник весьма опасный субъект, даже закованный в наручники и с… намордником, учитывая, что он маг или, как это называют обитатели Асгарда, сейдмен. Тем более что асы, как выяснилось, вполне себе смертны, — и она хищно улыбнулась. — Хотя, если у вас есть иные предпочтения, могу дать другую группу. Кроме Альфы, они славно поработали и теперь отдыхают.

— Нет-нет, Бета прекрасный выбор, — поспешно ответил Ситуэлл. 

Мария внутренне усмехнулась: ну конечно, Бета, которая целиком в Гидре, для Ситуэлла реально прекрасный выбор! Пожалуй, этот подхалим осмелился бы возразить только против Альфы, ведь Брок и не пытался скрывать своего пренебрежительного отношения к нему. А себя Ситуэлл слишком ценил и любил для того, чтобы лишний раз, как выражалась одна из дальних родственниц Марии, “делать себе нервы” общением с “тупым боевиком”.

— Отлично, агент Мертон будет с минуты на минуту. Получите вводную вместе. 

— Директор, агент Мертон прибыл, — практически в ту же секунду доложила секретарша.

— Впустите его, Карен. И принесите мне ещё кофе, — распорядилась Мария. 

Мертон, сухощавый блондин с немного лошадиным лицом и невыразительными бледно-голубыми, какими-то рыбьими глазами, занявший пост главы Беты после эпичного фиаско Саммерса, по-военному отдал Марии честь. Та кивнула, внутренне скривившись: вот на ком идеально сидел бы эсэсовский мундир, да и вскинутая в нацистском приветствии рука выглядела бы весьма органично. А ещё Мария знала, что этот тип был тем ещё мизогином и даже как-то пытался бухтеть на тему, что женщинам в Страйке не место. Впрочем, их и было-то с Мэй всего трое, и ни одной из них ни в Бете, ни в Гамме, которую ранее возглавлял Мертон. В общем, с какой стороны ни взгляни — неприятный тип, и Мария ничуть не сомневалась, выбирая его на роль в своей небольшой пьесе.  

— Садитесь, агент Мертон, — указала она тому на кресло и, когда тот сел, продолжила: — Итак, вводная…

Когда за Ситуэллом и Мертоном закрылась дверь, Хела, до сих пор молча наблюдавшая за происходящим — она копила силы для будущего представления, произнесла:

— Какие мерзкие типы. Ты уверена, что они не захотят сыграть в свою игру?

— Они не договорятся, поэтому — нет, не боюсь. К тому же вряд ли Пирс скажет спасибо Ситуэллу, если тот рискнёт засветиться, перепрыгнув через мою голову. 

— Ну да, твои слова о том, что ты собираешься докладывать Пирсу, этого слизняка явно притормозят, — согласилась Хела.

— И к тому же я их читала, — усмехнулась Мария. — Мыслишки были, но в конечном итоге Ситуэлл решил, что он и так со всех сторон в шоколаде и не стоит дёргаться, чтобы ничего не испортить.

— И агент даже не догадывается, что на самом деле он совсем в другой субстанции, — злорадно закончила Хела.

Мария только улыбнулась и встала, направляясь к выходу из кабинета.

— Карен, вызовите мне машину, — прикрывая ладонью рот, чтобы скрыть зевок, обратилась она к секретарше. — Поеду домой, меня беспокоить только в случае серьёзного чрезвычайного происшествия.

— Конечно, директор Хилл, мэм, — ответила та, хватая телефон.

ПРЕДЫДУЩАЯ                                                                                      СЛЕДУЮЩАЯ