Наше прекрасное свидание подошло к концу.

По дороге домой мы выбрали более длинный путь, шагая бок о бок, вместо того чтобы расставаться на станции. Мы шли неспешным шагом, болтая о всяких пустяках — детских воспоминаниях, мечтах о будущем, делах в клубе.

Казалось, каждый маленький разговор празднует наше счастье.

Но затем, всего в паре шагов от станции, мы наткнулись на беду.

— А, вот ты где, Ягучи Мичитака! Я тебя искал!

На нашем пути возвышалась крупная фигура с кричаще-белёсыми волосами.

Устаревший тип хулигана.

Тот, кому не место в такой престижной школе, как наша.

— Хонго Кантаро...

Имя, которое я ненавидел.

Тот, кто предал меня — и не раз, а дважды — с Мияби.

Наследник крупной корпорации, печально известный своими скандалами, которые все удобно замазывались деньгами и влиянием.

И в прошлой жизни — тот самый человек, который обманывал, чтобы силой захватить мою компанию ради её технологий.

Даже в старшей школе его боялись — человек, от которого все знали, что нужно держаться подальше.

— О? Довольно нагло для кохая. Так обращаться к семпаю?

Нет никакой возможности, чтобы я мог считать его «семпаем».

И всё же, я был не один. Рика была прямо рядом со мной. Не было смысла без нужды его провоцировать.

— Прости, вы меня застали врасплох, назвав по имени. Что вам нужно?

С учётом его характера, он был способен на что угодно.

Я намеренно сохранял некоторую дистанцию, стараясь не выводить его из себя.

— Тьфу, непохоже на тебя. Ха, так тебя бросили, и ты уже на свидании с другой девчонкой? Популярный, однако, да?

Так вот к чему он клонит.

В прошлой жизни он очернил меня по всей школе после истории с Мияби.

Мало того — он стал одержим Рикой, дошло даже до преследования.

Честно говоря, он был опасен.

Но в отличие от моего прежнего «я», жившего в страхе, я с тех пор сталкивался с бесчисленными корпоративными интригами — имея дело с клиентами, которые вели себя не лучше него.

И я кое-что ещё знал.

Его компания, публичная фирма, уже конфликтовала с иностранными инвесторами, выступавшими против её семейного управления.

Если деньги когда-нибудь не смогут замять ситуацию, именно он окажется в тупике.

Скандал мог нанести ему смертельный удар.

Проблема была в том, что он единственный, кто этого не осознавал.

Школа, зависящая от щедрых пожертвований его семьи, предпочла бы избежать скандала.

Но в то же время многие учителя его ненавидели.

Когда он преследовал Рику, я сотрудничал с некоторыми из этих учителей, чтобы урегулировать вопрос гладко.

Он слепо шёл по канату, совершенно не осознавая, сколько у него врагов.

С точки зрения позиции у меня было преимущество.

И зная это, я обнаружил, что справляюсь с ситуацией с лёгкостью.

— Семпай, как ваш кохай, позвольте дать вам совет.

— Что?

— Даже если это не является преступлением по закону, хвастаться тем, как вы соблазнили чужую девушку, вам не на пользу. Вы лишь наживёте больше врагов. И давайте не будем забывать — это оживлённая зона рядом со станцией.

Я говорил спокойно, предупреждая его.

Но он, кажется, всё ещё не понял.

— Что ты только что сказал, чёрт возьми!?

— В сегодняшнем мире любой может мгновенно распространить информацию в соцсетях. И скорость, с которой она распространяется, далеко за пределами вашего воображения. Вы понимаете, что это значит? Я говорю вам — более вероятно, что вы уничтожите себя, прежде чем сможете использовать деньги, чтобы замять дело.

Хонго инстинктивно отступил на шаг.

Сработало.

Но в то же время он, должно быть, осознал, что его гордость растоптана.

Для человека, жившего за счёт своего крошечного, хрупкого эго, это было невыносимо.

Он сжал кулаки от ярости.

— Маленький ублюдок!

Когда он бросился на меня, я быстро отодвинул Рику за себя, чтобы обезопасить её.

Хонго схватил меня за воротник, подняв другой кулак, готовый ударить.

Он уже перешёл черту в нападении.

И с такой постановкой любой наблюдатель мог бы сказать, что меня вот-вот ударят.

Идеальный случай самообороны.

Я крепко ухватил его запястье и, другой рукой, надавил снизу на его челюсть.

Это был хорошо известный приём самообороны — воздействуя на челюсть, можно отбросить человека независимо от размера.

Резким толчком его равновесие нарушилось, и он отлетел назад.

— Чего... ааах!

Жалкий визг вырвался из его губ, когда он рухнул на асфальт.

Униженный и пытаясь осмыслить только что произошедшее, он тупо уставился.

Не теряя темпа, я повысил голос.

— На помощь! Этот человек нападает на меня!

Я схватил Рику за руку, и мы побежали.

Мгновенно окружающие зашевелились.

Люди доставали телефоны, записывая и делая снимки.

Полицейский патруль, уже оказавшийся поблизости из-за шума, направился к Хонго.

Что ж, стало интереснее.

— Рика, ты не ранена?

— Нет, я в порядке! А ты, Семпай?

Рика, ранее дрожавшая от страха, теперь казалась облегчённой.

— Я совершенно в порядке. Давай просто уйдём отсюда. Вообще, может, зайдём в супермаркет и возьмём что-нибудь на ужин? Он не станет преследовать нас туда, и там будет слишком много людей, чтобы он мог натворить глупостей.

— Когда ты стал таким смелым, братик Мичитака!?

Я оглянулся.

Полиция окружила его.

Он не пойдёт за нами.

И вот тогда я заметил кое-что ещё — она снова назвала меня «братик».

От этого стало как-то особенно тепло на душе.

— Ты удивишься, насколько закаляешься, пройдя через ад.

Смеясь, мы ушли.

Мы успешно сбежали от призрака несчастий из моей прошлой жизни.