Мы убегаем вместе с Ай. Тогда это было бегство от отчаяния, а сейчас мы бежим навстречу счастью.

Иногда мне кажется, что в это невозможно поверить. Почему всё так сложилось? По крайней мере, я до летних каникул даже представить себе не мог подобную ситуацию.

Иногда меня охватывает тревога. А вдруг это счастливое настоящее — всего лишь сон? Обычное бегство от реальности, придуманное ради того, чтобы спастись от издевательств, и стоит мне проснуться — я снова окажусь в том адском положении, где меня травят. Порой перед сном эта мысль внезапно приходит в голову, и от страха я не могу уснуть.

Ай рядом нет, и остаётся лишь факт того, что меня предала Миюки.

Подумав об этом, я на мгновение впадаю в отчаяние. И всё же чувство реальности и покоя возвращает девушка, которая сейчас бежит рядом, крепко сжимая мою руку.

Когда я страдал и не мог ни с кем поделиться, именно она первой протянула мне руку помощи. Даже когда вокруг были одни враги, она, не думая о собственной выгоде, встала на мою сторону. Она спасла важную рукопись и поддержала меня в том, чтобы сделать первый шаг к мечте — дебютировать как писатель.

Для меня она — мой величайший благодетель. Я обязательно хочу сделать её счастливой.

Ради этого я хочу как можно скорее стать человеком, способным взять на себя ответственность. Чем усерднее я стараюсь писать, тем ближе, наверное, подбираюсь к этой мечте. Пусть пока это могут назвать наивной фантазией, но я не собираюсь отпускать эту руку.

Мы добираемся до станции и останавливаемся. Немного запыхавшись, мы вспоминаем тот самый день и счастливо улыбаемся. Мы оба понимали, о чём именно думает другой.

Мы молча переводим дыхание. Даже без слов это было счастливое время.

— Ну что, пойдём? — говорит Ай.

— Ага, — коротко отвечаю я.

И всё это время мы продолжаем держаться за руки. Потому что мы оба знаем: никто из нас не собирался отпускать друг друга.

Иногда мне становится страшно от мысли, что этот счастливый миг — всего лишь иллюзия, похожая на предсмертный мираж. Порой кажется, что сэмпай — это лишь плод моего воображения, а я сама — та, кто спрыгнула с крыши, и теперь медленно приближаюсь к смерти. Чтобы хоть немного почувствовать счастье, я просто плыву в фантазии о своём идеальном развитии событий, созданной моим воображением.

Ведь так и есть, правда? В момент, когда я решила умереть, меня спас человек, похожий на принца на белом коне. Он снова подарил мне тепло семьи, о котором я так долго мечтала, а затем… помог мне примириться с отцом — с тем, с кем я в одиночку никогда бы не смогла наладить отношения.

Если бы тогда… я не попыталась покончить с собой, я, наверное, всё равно осталась бы одна. Не зная ни о болезни отца, ни о его настоящих намерениях, я бы провела время, которое уже невозможно вернуть, и несла бы такое же раскаяние, как и после смерти мамы.

А сожаление, оставшееся у меня, когда я по-настоящему стала бы одинокой… было бы несравнимо сильнее того, что я испытывала тогда… и я бы больше никогда не смогла вернуться в тёплый солнечный свет счастья.

Поэтому…

С этого момента я обязательно буду счастлива вместе с ним. Я поклялась в этом, когда мы вместе пришли к могиле мамы.

И наши руки никогда не разожмутся.

— Ну что, пойдём?

Эти слова звучали как решимость. «Я никогда не отпущу твою руку...»