Гарри и его друзья, возможно, сочли бы меня сумасшедшей, но я была искренне рада бродить по смертоносному лесу в поисках пауков-людоедов. Тем более что альтернативой был день в компании миссис Уизли. А этого я не хотела. Особенно учитывая, что она только что узнала о том, что мы с Гарри перешли на новый уровень нашей связи. Волшебный торговый район, полный людей, готовых осудить меня, в компании той, кто готова накричать на меня из-за этого. Нет, уж лучше смерть. Возможно, я была в долгу перед Гарри и остальными за то, что они терпели её общество, но сама я не собиралась этим заниматься. И если бы эта гарпия хоть немного уважала Гарри, она бы по крайней мере держала язык за зубами на людях.

Лес был не так уж плох. Да, местами он был немного заросшим, и даже сейчас, в полдень, листва не пропускала много света. Но в лесу было много хорошо заметных тропинок, которые, несомненно, появились в результате передвижения крупных диких животных. Там водилось множество обычных и волшебных насекомых, с которыми я была не слишком хорошо знакома, но гигантских пауков пока не попадалось.

— Итак, профессор, не поймите меня неправильно, но мы с Гарри не могли не заметить вашего отсутствия в штаб-квартире.

Я не совсем понимала, почему Дамблдор решил стать моим сопровождающим в этом небольшом приключении после того, как избегал нас почти месяц, но я не собиралась упускать такую возможность. Тот факт, что мы были наедине, мог бы вызывать больше опасений… Если бы не то, что я следила за его палочкой, держась с его недоминирующей стороны, и открыто носила с собой пистолет. Не говоря уже о том, что за нами незаметно следовало огромное коЛичество насекомых.

Ответный смешок директора, возможно, прозвучал чуть слабее, чем он рассчитывал.

— Ах, ну, в последнее время у меня много дел, а Билл и Аластор меня преследуют… Что ж, мы добились прогресса. Даже если я не собирался включать их в свои планы, — ответил Дамблдор.

Это был мягкий упрек. Но всё же.

— Если вы доверяете им сражаться на вашей стороне, то должны доверять хотя бы некоторым из них полную картину происходящего, — я пожала плечами. — У нас дома не было ни менталистов, ни зелий правды, но сильный умник мог почти так же легко вытягивать информацию из людей. Я понимаю, что это рискованно, но это слишком важно, чтобы сидеть сложа руки. Что, если вы погибнете? Что, если вы расскажете только Гарри, а он тоже погибнет? Об этом не стоит рассказывать кому попало, но люди должны знать. Хотя бы для того, чтобы кто-то смог выбраться и предупредить остальной мир, если у нас ничего не выйдет.

— О, вы так в этом уверены, хотя знаете о нашем мире меньше двух месяцев? — Дамблдор вызывающе приподнял белую бровь.

— Вы собираетесь сказать, что я ошибаюсь? — я обошла дерево, не глядя на мужчину.

Какое-то время мы оба молчали, и единственным звуком был хруст старых опавших листьев.

— Возможно, нет. Но это знание — риск и бремя.

Я искоса взглянула на профессора. Мы никогда не придём к согласию по этому вопросу, и если он хочет оставить за собой последнее слово, что ж, есть и другие темы для разговора. Например, та, к которой я изначально стремилась.

— Гарри очень хочет начать занятия с вами. Учитывая, что ему пришлось пережить, и то, как он говорит, он, похоже, неплохо разбирается в боевой магии. И он очень хочет узнать, чему вы можете его научить, — сказала я.

— Хм… — ответное — хм— Дамблдора прозвучало настораживающе уклончиво.

— Вы ведь планируете обучать его боевой магии, не так ли? Или, по крайней мере, проводить практические занятия по применению того, что он уже знает, — потребовала я.

— Да, это один из возможных вариантов обучения. Но важнее всего будут уроки о самом Волан-де-Морте. Чтобы добиться успеха, Гарри должен знать своего врага, — возразил Дамблдор.

— А что насчёт всех последователей Лича, с которыми нам, без сомнения, придётся сражаться? Я знаю, что нужно знать своего врага, но однажды ему уже не удалось убить Гарри на дуэли. Возможно, на этот раз нам придётся пробиваться через его последователей, чтобы добраться до него.

Дамблдор покачал головой.

— Вы подтверждаете мою правоту. После такого провала гордость Тома наверняка была уязвлена. Он должен доказать свою силу, Лично убив Гарри.

Я на мгновение задумалась, прежде чем отвергнуть эту идею.

— Может, и так, но это не значит, что дуэль будет честной. В прошлый раз Гарри был уставшим и раненым, когда они сражались. Он может настаивать на том, чтобы убить Гарри Лично, но я сомневаюсь, что он будет возражать, если его последователи сначала ослабят Гарри. И это при условии, что мы не столкнёмся друг с другом в активной битве и не попытаемся напасть на Лича. Гарри хорош в бою. Он должен быть феноменальным.

— … Возможно, но, учитывая пророчество, лорд Волан-де-Морт не станет полагаться на случай и наверняка сам займётся Гарри.

— Не думайте так, — холодно возразила я. — У нас дома был пророк. Он предсказывал вероятность того или иного исхода в процентах. Но иногда выигрывают меньшие проценты, а иногда прогноз может оказаться верным, но всё происходит так, как никто не ожидал. Вы не можете просто поставить на это. Вы должны быть готовы к тому, что всё полетит к чертям. Может быть, Лич хочет, чтобы это произошло лицом к лицу, но это не значит, что другие люди не будут стрелять в Гарри, или что Гарри не бросится в драку.

Дамблдор устало посмотрел на меня.

— Так вот почему вы так тщательно вооружены даже в моём присутствии? Готовитесь к тому, что всё пойдёт наперекосяк? — спросил он, взглянув на мой пистолет, а затем снова на моё лицо.

— В основном потому, что я не знаю всего, что происходит в этом лесу, и не знаю, как пауки отреагируют на мою силу. — я пожала плечами, не обращая внимания на его ласковое обращение. — Но да, даже или, может быть, особенно в вашем присутствии я хочу быть готовой ко всему. Я вас не знаю, и после того, что рассказал мне Гарри, я тоже не могу полностью вам доверять.

Глаза Дамблдора заблестели так, что должно было быть какой-то косметической магией.

— И всё же вы решились пройти со мной через смертельно опасный лес? — с любопытством спросил он.

В этот момент первый паук размером с пони без сопротивления подчинился мне. Что ж, это ответило на один вопрос. И, по крайней мере, мы двигались в правильном направлении.

— Гарри настаивает, что вы не предпримете ничего радикального против меня, — нейтрально ответила я.

— И вы доверяете Гарри в этом? — настаивал он.

— Я верю, что он заметит, если вы попытаетесь повлиять на мои эмоции или разум. Учитывая, кому вы позволили в прошлом году неоднократно вторгаться в разум Гарри… Я считаю, что мои опасения оправданны.

— Ах, и, полагаю, если я скажу, что это был единственный выход, это не развеет ваших сомнений? — спросил Дамблдор.

— Учитывая, что вы не оставили ему другого выбора и не дали никаких указаний, кроме как — собраться с мыслями— и получить практический опыт… Нет. Я уверена, что вы могли бы сочинить очень красивую историю с вполне правдоподобными причинами. Но все это были бы лишь оправдания, и они всё равно не оправдывают приказ Гарри позволить человеку, которого он считает врагом, проникнуть в его разум.

— Профессор Снейп пользуется моим полным доверием, — твёрдо заявил Дамблдор.

— Но не Гарри, не моим, и, судя по всему, не многих других. И он вторгался в разум Гарри, а не ваш, — резко ответила я. Как мог этот человек не понимать разницы и того, насколько неправильным было всё это.

Какое-то время мы шли молча. По мере приближения к гнезду всё больше пауков попадало под мой контроль.

— Полагаю, вы хотите знать, почему я ему доверяю? Если так, то вы будете разочарованы. Я не стану так предавать доверие Северуса, чтобы развеять ваши сомнения. — Дамблдор не огрызнулся на меня, но в его голосе и взгляде была сталь.

Я покачала головой. Я не спрашивала, и, честно говоря, сомневалась, что его слова заставят меня передумать.

— Но вы просите всех остальных поверить ему на слово? И удивляетесь, почему я не верю ни одному из вас? — усмехнулась я.

— Тогда, возможно, мне стоит быть более прямолинейным. Вы что, собираетесь действовать против Ордена?

Я не торопилась с ответом.

— Если цель Ордена — остановить Лича и его последователей? Тогда нет, это мои непосредственные цели.

Реструктуризация правительства после победы была второстепенной задачей, и в данный момент она была мне не по силам.

— И как вы собираетесь достичь этих целей?

Я остановилась и повернулась к Дамблдору. Теперь мы были в пределах досягаемости гнезда. Это было впечатляюще: подземные норы, в которых прятались самые маленькие из них, и огромные мотки паутины, свисающие над землей. У маленьких, похоже, не было никаких сложных мыслей, но у тех, что побольше… о, это была совершенно новая моральная дилемма для меня, не так ли? Я направила тех, кто был достаточно мал, но уже был способен ткать нить, в свою сторону и постаралась не думать о том, что с точки зрения пауков это было массовое похищение. Умные они или нет, но Гарри и Рон прекрасно понимали, что пауки — это хищники, готовые сожрать человека, которых сдерживает только уважение их патриарха к Хагриду. Они находились слишком близко к детям, чтобы кто-то мог чувствовать себя спокойно.

— Честно говоря, директор, думаю, это должен быть мой вопрос. Гарри выступал за то, что я бы порекомендовала на последнем собрании, хотя я бы настаивала на том, чтобы в первую очередь схватить больше пяти Пожирателей смерти, если это вообще возможно. Чего я не могу понять, так это ваших намерений. Ваши люди собирают информацию, но, насколько я могу судить, вы ничего с ней не делаете. Вы не хотите говорить о том, что Гарри придётся сражаться с Пожирателями смерти. Вы уклоняетесь от вопроса о его боевой подготовке. Большинство ваших людей не в лучшей форме… Что именно вы планируете? — потребовала я.

— Хм, а скажите-ка мне, миссис Поттер, с чего бы мне объяснять свои планы молодой женщине, которая, похоже, решительно настроена против работы со мной и Орденом? — лукаво осведомился он.

— Для начала, иного способа завоевать моё доверие я не вижу, — пожала я плечами. — К тому же, судя по вашему послужному списку, вам нужен кто-то, кто станет вам перечить и указывать на промахи. Но вы не собираетесь мне доверять, и я это понимаю. Всё, что могу пообещать, — дать вам шанс себя проявить. А если нет? — я вновь пожала плечами. — Тогда я буду действовать, руководствуясь здравым смыслом и той информацией, что у меня есть.

— А, так это шантаж. Либо вы всё мне расскажете, либо будете действовать в одиночку, мне в ущерб? — Он слегка улыбнулся, словно эта перспектива его забавляла.

— Нет, это не шантаж. Это честное предупреждение. — Я подчеркнула разницу. — И, если уж начистоту, даже когда вы поведаете мне о своих планах, а они нам с Гарри не понравятся, я, скорее всего, всё равно буду действовать сама или вместе с Гарри. Я сидела сложа руки лишь ради того, чтобы узнать больше о магии, а ещё потому, что надеялась, что эти пауки позволят мне сделать мой костюм. И больше всего — потому что у меня нет ни целей, ни подходящего способа перемещения. Дайте мне цели и новый костюм — перемещение всё равно останутся медленными, но я не вижу причин задерживаться надолго.

Дамблдор уклончиво промычал. Я пожала плечами и опустила на землю коробку с пространственным расширением, которую прихватила с собой, когда до нас добрался первый паук.

Неужели он вызвался добровольцем только ради того, чтобы прощупать меня?

— Скажите, миссис Поттер, каковы ваши планы на этот учебный год? — мягко спросил Дамблдор.

А… вот это был вопрос, полный подтекста. Я немного помедлила, просто наблюдая, как пауки исчезают в коробке.

— Полагаю, если мне больше нечем заняться, я всегда могу устроить засаду в Косом переулке. Говорят, это неспокойное место. Рано или поздно туда по какому-нибудь поручению забредёт известный Пожиратель смерти. Я смогу провернуть пару исчезновений, прежде чем кто-нибудь заметит. С помощью зелья правды или изобретательного применения насекомых я доберусь до самого верха. Или, думаю, могла бы последовать за Гарри в Хогвартс. Судя по его рассказам, ему нужен кто-то, кто прикроет его там, а вы и ваши сотрудники с этой задачей точно не справитесь.

Я надеялась, что сотрудники моей старой школы Уинслоу будут исключением, но профессора Хогвартса в целом оправдали мои ожидания.

Тем не менее я хотела, чтобы Гарри прикрывал мне спину. Грюму я, пожалуй, могла доверять — он рвался в бой даже сильнее меня. В остальных членах Ордена я была не столь уверена. Без дементоров я могла бы раствориться в толпе и позаботиться о себе — будь то в волшебном мире или среди магглов. Но в одиночку я всё равно мало что могла сделать, когда враг расползся по всей Британии.

К тому же я не горела желанием провести большую часть года в одиночестве, без возможности с кем-то поговорить. В Хогвартсе должны быть зацепки. Кто-то в школе наверняка докладывает Личу. Этот человек — или, скорее, эти люди — могут представлять угрозу для остальных учеников, ведь многим из них ещё нет и пятнадцати. Если бы в школе возникла угроза, я бы хотела, чтобы её закрыли до того, как кто-то пострадает. Персонал явно не справлялся с обеспечением безопасности детей.

Впрочем, всё это могло и не иметь значения. Дамблдор мог запретить мне появляться в его школе или выгнать меня в любой момент. Но теперь ему предстояло принять решение. Что он предпочтет: чтобы я бегала сама по себе или училась в его школе, где он теоретически мог бы за мной присматривать? Или оба варианта показались бы ему слишком неприятными? Он мог бы предложить мне участвовать в делах Ордена, если бы они занимались чем-то стоящим, и я бы, наверное, согласилась. Или он мог бы совершить какую-нибудь глупость. Возможно, не сейчас — он, как и следовало ожидать, решил, что я окружила его насекомыми. Но позже? Если он тщательно выберет момент… Нет, я не ослаблю бдительность, пока не вернусь в штаб-квартиру вместе с Гарри.

Дамблдор задумчиво хмыкнул.

— Скажите, миссис Поттер, готовы ли вы по-прежнему предложить Ордену шёлковую одежду в качестве защиты от шрапнели?

Хм… он что, пытался привязать меня к себе, сделав Личным оружейником Ордена?

— Не вижу причин отказываться. Всё, что повышает шансы людей выжить в бою, стоит того, чтобы этим заниматься.

Как и зелья, оружие и всё прочее, что я могла бы добавить в свой набор хитростей.

— Хм, и у вас не возникает проблем с управлением акромантулом?

— Нет. Мне не по душе управлять разумными существами, но Гарри и Рон ясно дали понять, что они — нераскаявшиеся пожиратели людей, так что я с этим справлюсь. Ими так же легко управлять, как и любым другим жуком.

Дамблдор на мгновение удивлённо посмотрел на меня, прежде чем вернуть лицу нейтральное выражение.

— Тогда я полагаю, что место, где вы могли бы принести наибольшую пользу, миссис Поттер, находится здесь, в Хогвартсе. Патриарх этой колонии держал своих многочисленных детей подальше от Хогвартса из уважения к Хагриду, но этот конкретный паук стар, и его здоровье пошатнулось. Должен ли он умереть… Несмотря на мнение Хагрида, я вынужден признать, что велика вероятность того, что они нападут на замок или, по крайней мере, будут красться по периметру в надежде похитить нескольких ничего не подозревающих студентов.

Чёрт бы побрал этого человека — он меня раскусил. Вероятно, это означало, что его больше беспокоило, какой ущерб я могу нанести, действуя в одиночку, или как я могу повлиять на его Орден. Но паук, о котором шла речь, находился в зоне моей досягаемости. Я чувствовала его, и он уже был на пути к смерти, хотя я не осмеливалась даже предположить, сколько времени ему понадобится, чтобы дойти до этой черты. И чёрт бы его побрал, но это совпадало с тем, что я хотела сделать.

— Я, конечно, буду настаивать на том, чтобы вы не нападали ни на одного из моих учеников во время вашего пребывания в школе, — серьёзно добавил Дамблдор.

— Я смогу за себя постоять, — резко возразила я. — Я наслышана о вашей школе, профессор, и если кто-то из ваших учеников решит, что будет забавно проклясть маггла в спину, их ждёт болезненный сюрприз. Насколько я слышала, почти четверть ваших учеников не поймут этого, пока им не сломают нос. И даже тогда урок может не усвоиться.

Если я возвращалась в среднюю школу, я не собиралась быть приманкой для хулиганов. Если кто-то думал, что я им позволю? Я собиралась брать пример с людей. У меня были перцовый баллончик и полицейские дубинки, которые могли бы прийтись по вкусу шутникам, и если бы кто-нибудь попытался применить силу со смертельным исходом? Я собиралась быть готовой.

— Уверяю вас, наш персонал более чем способен справиться с нарушителями спокойствия без какого-либо… самосуда.

Я медленно, глубоко вздохнула. Это не сработало. Мне нужно было говорить прямо и недвусмысленно — как в разговоре с Сукой, только мне не нужно было дробить слова на пары, что позволит сэкономить время.

— В последний раз, когда я переступила порог школы, человек, которого я спасла, предал меня, выдав моим врагам, которые напали на меня без маскировки, нарушив все условности и правила поведения. Мне пришлось устроить ненасильственный бунт, чтобы выбраться. — Я посмотрела Дамблдору прямо в глаза. — До этого группа девочек чуть не убила меня с помощью — розыгрыша— . Никто не был наказан, и администрация замяла дело.

Дамблдор выглядел по-настоящему встревоженным, его пальцы нервно теребили палочку.

— Гарри рассказал мне о вашем доверенном профессоре Снейпе. О том, как он оскорбляет и унижает своих учеников. О том, как он закрывает глаза на оскорбления и нападки, которым его факультет подвергает другие факультеты. Гарри рассказал мне, как его собственный декан, ваша заместительница между прочем, сказала ему, что ничего не может поделать с тем, что Амбридж пытает его под видом отработки. Ваш профессор прорицаний, от которого разит алкоголем и который никогда не покидает свою башню, ваш профессор истории, который даже не замечает, что студенты спят на его уроках. Но да, я уверена, что семеро — простите, библиотекарь, медсестра, Филч и вы — тоже. Одиннадцать взрослых, занятых проверкой работ и другими обязанностями, умудряются внимательно следить за сотнями студентов, разбросанных по всему замку и прилегающей территории. Что травля никогда не происходит и драки просто не могут вспыхнуть.

Дамблдор многозначительно промолчал.

— Я могу пообещать, что не убью их, если только они не применят что-то смертельно опасное или не воспользуются Империусом. Я могу начать с перцового аэрозоля и дубинки. Но если вы думаете, что я пойду без оружия, когда у каждого из них есть универсальное и смертоносное оружие, то вы ошибаетесь. Говорю вам сейчас: ответ — нет.

— Твой рой… — начал он.

— Гораздо более травматичен, а зимой от него будет мало толку, — безжалостно оборвала я его.

Хотя, если бы некоторые магические породы оказались более выносливыми… но если бы этого не произошло, я собиралась укрепить и утеплить какое-нибудь помещение и превратить его в огромную экосистему улья. Если только он не решит, что мне не место в школе, — в таком случае я буду отсиживаться в штаб-квартире.

— Я собирался сказать, — тон Дамблдора стал ледяным, — что ваш рой действует как система предупреждения. Не так ли? Конечно, мои ученики не представляют такой серьёзной угрозы?

Я внимательно посмотрела на него.

— Мой рой отЛично видит приближающуюся угрозу, но он в значительной степени зависит от наЛичия большого коЛичества насекомых для распознавания угрозы до того, как она произойдет. Зимой это может быть чрезвычайно сложно. Допустим, один из ваших учеников попытается меня убить, но потерпит неудачу, потому что я увижу это сквозь свой рой и увернусь. Это заклинание может попасть в кого-то другого. И даже если этого не произойдет, я не вижу, как это изменит реальность, в которой один из ваших учеников пытался меня убить. Подобные действия имеют последствия. По крайней мере, так должно быть. А если вы так уверены, что ваши ученики не зайдут так далеко или что ваши учителя смогут это предотвратить, то зачем вообще беспокоиться о такой возможности?

— Кто-то, готовый применить смертоносное насилие в толпе школьников? Откуда мне знать, что вы не воспримете безобидную шутку как смертоносное нападение? Как я могу быть уверен, что вы не убьете одного из моих учеников по недоразумению? — блеск в его глазах исчез, а голос стал ровным.

— Так вы ожидали, что на меня когда-нибудь нападут? Если вас это так беспокоит, тогда позвольте мне перейти к реальным угрозам. С парой членов вашего Ордена и некоторым тщательным планированием я могла бы многое сделать для военных действий за пределами замка.

Я сохранила нейтральное выражение лица и голос, но меня уже тошнило от этих дебатов. Возраст и подростковая глупость не мешали кому-либо представлять смертельную угрозу. Если бы это было так, он не был бы так обеспокоен тем, что я кого-то убью.

— …Скажите, миссис Поттер, вам так не терпится вступить в эту борьбу, но как вы планируете справиться с возможностью столкнуться с врагом, обладающим способностью подчинять себе?

Мне потребовалось время, чтобы осмыслить это. Старику просто пришлось сменить тактику, когда я ожидала, что он будет настаивать на драке. Он все еще пытался понять мои идеалы и мотивы? Или это была попытка заставить меня содрогнуться при мысли о бое и склонить меня к его мнению о применении смертоносной силы?

— У нас дома есть похожие способности. Реакция зависит от силы и ситуации. В одном случае, прямо перед моим отъездом, был человек — сектант, насильник и убийца, — который мог приказать любому, кого видел, и они делали все, что он им говорил. Я выколола ему глаза, чтобы остановить его. Худшим примером было существо, которому поклоняется этот ублюдок, — Симург. Чудовище, которое большую часть времени проводит на орбите, но спускается раз или два в год, чтобы петь. Мы не можем ее убить. Мы пытались, но пока ничего не вышло. Суть в том, что любой, кто слушает ее песню достаточно долго, становится ее оружием. Он может сразу попытаться убить свою семью или годами не подавать признаков, а потом взорвать бомбу в толпе. Но он принадлежит ей и представляет смертельную угрозу для всего остального мира. Это даже может затронуть большую часть города сразу.

Политическая маска Дамблдора дала трещину.

— Если вы идете, чтобы сразиться с ней, они привяжут к вашей шее бомбу и скажут, что у вас есть ограниченное время. Если вы пробудете в зоне досягаемости слишком долго, они взорвут бомбу. А если им не удастся отогнать ее достаточно быстро? Они объявляют город потерянным, возводят вокруг него стену и укомплектовывают ее военными и кейпами, чтобы убивать любого, кто попытается уйти.

Я воспользовалась моментом, чтобы закрыть коробку, когда последний паук забирался внутрь.

— Жертвы, подчиненные Хозяину, заслуживают жалости и спасения, если это возможно. Но если их нельзя спасти? Если вы не можете найти и устранить того, кто ими управляет, если это сражение и вы не можете понять, кто виновен, а кто — жертва? Вы должны в первую очередь позаботиться о себе и спасти как можно больше людей. Утешьте себя тем, что вы положили конец их страданиям и что жертва не хотела бы, чтобы ее использовали как орудие убийства.

Я пожала плечами.

— Никому это не нравится. Но реальности все равно, что нам нравится.

— Это… невероятно мрачный взгляд на предмет, — осторожно ответил Дамблдор.

Я вздохнула. Этот человек просто не понимал.

— Вы бы предпочли оставить мать с воспоминанием о том, как она радостно душила собственных детей? Когда есть альтернатива — спасти этих детей? Как вы думаете, кого мать посоветует вам спасать в такой ситуации?

— Или, может быть, вы хотели бы увидеть, какую бойню может устроить человек с моими способностями, если он будет вынужден нападать на всех в пределах досягаемости, а потом двигаться дальше, чтобы найти еще людей? Думаете, мне было бы приятно знать, что сотни или тысячи людей погибли, прежде чем кто-то сделал то, что было необходимо? Если бы до этого дошло, я бы не стала винить того, кто меня вырубил.

Дамблдор вздрогнул, но я продолжила.

— Да, сначала убейте Хозяина, если сможете. Если получится, свяжите жертву, но если нет… Сделайте все как можно быстрее и аккуратнее, но не сомневайтесь.

Я посмотрела ему прямо в глаза. Меня уже тошнило от этих бессмысленных препирательств. Я приказывала взрослым людям навести порядок на моей территории. На нейтральной территории я была на равных с Аккордом и Мясником. Я смотрела в глаза бывалым героям и заставляла их отступать. А тут какой-то древний политик прощупывает меня и пытается понять, как лучше меня использовать, словно я полудикий пес.

— То, что ваша магия более универсальна, не означает, что паралюди не могут быть такими же ужасными или еще хуже. За свою недолгую карьеру я сражалась с худшими из тех, кто есть в моем мире. Люди рассчитывали, что я дам им еду и чистую воду. Защищу их от убийц, банд и монстров. Теперь я здесь и веду себя с вами любезно, потому что мало что знаю о магии, людях и политике. Но, несмотря на все разЛичия, я все еще — тону— в сходствах.

Дамблдор ничего не сказал, но посмотрел на меня настороженно, поэтому я продолжила.

— Вы можете запретить мне появляться в школе. В конце концов, мы с Гарри больше не неразрывно связаны. Вы можете приказать своим людям не работать со мной, если вам не нравится мой образ мыслей или методы. Но если вы хотите, чтобы я не вмешивалась, у вас останутся только крайние меры. Я не позволю вам лезть в мои мысли или подчинить меня без боя, — я добавила немного голоса роя, чтобы подчеркнуть свой отказ.

А если бы дело дошло до драки прямо сейчас? У меня было несколько пауков размером с лошадь, которые могли бы склонить чашу весов в мою пользу.

— …Миссис Поттер, вы на редкость воинственная молодая женщина, — задумчиво произнес Дамблдор, проводя иссохшей рукой по бороде. — Что именно вы сочли бы нападением, достойным смертельной силы, со стороны моих учеников или кого бы то ни было еще?

— Любое из так называемых непростительных проклятий, — мгновенно ответила я. — Такие вещи, как взрывные, режущие или пронзающие заклятия. Творческое применение того, что должно быть безобидной магией; например, заклятие, сбивающее с ног на движущейся лестнице, может быть невероятно смертоносным.

Я на секунду задумалась.

— Любовные зелья для меня — это уже на грани. Учитывая наши брачные клятвы, они могут убить меня или Гарри, если все зайдет слишком далеко. И я крайне негативно отношусь к насильникам, но это тоже не совсем драка. И выследить преступника может быть немного сложно. Полагаю, то же самое касается ядов. Я бы хотела справедливости, но была бы обеспокоена тем, что, возможно, поймают не того человека.

Дамблдор задумчиво кивнул.

— Если вы дадите мне слово, что будете воздерживаться от смертельных исходов, за исключением случаев, когда в коридорах разразится настоящая битва… тогда я хотел бы выделить в Хогвартсе комнату для вашей работы.

Я постучала рукояткой пистолета по ноге. На самом деле это было разумно. Мысль о том, чтобы сдерживаться, когда все могут стать шутниками-убийцами, заставляла меня нервничать. Но с его точки зрения…

— Хорошо. Но если на меня нападут, не злитесь на меня за то, ЧТО я натравила на тех идиотов. Так будет безопаснее для всех, но никто не забудет, каково это — быть погребённым под толпой насекомых. Я не хочу, чтобы люди думали, что я легкая мишень.

Я покачала головой.

Если враг был слишком занят тем, что отгонял докси и пикси от своих чувствительных глаз, чтобы как следует прицелиться, то второй смертельный удар обошелся бы мне недорого. И если бы мне это было совершенно необходимо, у меня под рукой был бы пистолет. Лич, скорее всего, уже знал, что я способна на что-то подобное, судя по тому, как я обошлась со Снейпом. Мне просто нужно было сократить коЛичество жертв.

Усы Дамблдора дрогнули, и это могло бы сойти за мимолетную улыбку.

— Тогда, полагаю, что мой дискомфорт из-за вашего магловского оружия и ваше недовольство сдержанностью означают, что мы пришли к компромиссу. Уверен, Гарри будет рад узнать, что в этом году вы присоединитесь к нему в Хогвартсе.

Гарри бы так и сделал, не так ли. Забавно, несмотря на неудачное начало… но учитывая то, что он говорил мне о желании создать семью и о своих чувствах к друзьям. Что ж, мне особо не с кем было поговорить; я тоже быстро привязалась к «Неформалам». И, несмотря ни на что, я доверяла Гарри. Было бы ужасно потерять еще одного друга.