— Отец! Твои раны ещё не зажили, если сейчас пойти…

— Хватит! Это всего лишь царапины, не страшно. Циньлоу, как ты?

— Я уже давно в порядке, только и жду тебя, старший брат.

— Ха-ха-ха-ха! Отлично! Тогда снова сходим на разборки с этими «большеносыми»!

В большой палатке Линь Шиюнь с горечью смотрела в след уходящему отцу, слёзы катились по её щекам. Череда ужасных несчастий уже ввергла её в отчаяние. Каждую секунду она надеялась, что это всего лишь сон, но пробудиться от этого кошмара никак не получалось.

— Юйянь! Вернись немедленно! Отец сказал, не выходить тебе!

Услышав имя Линь Юйянь, Шиюнь обернулась и увидела, как та уверенно направляется к выходу из палатки, разительно контрастируя с охваченными страхом обитателями шатра.

— Тётя, а ты чего на корточках сидишь? — спросила Линь Юйянь, взглянув на Линь Шиюнь сверху вниз.

Тут же мать Линь Юйянь догнала её и схватила за руку.

Глядя на бесстрашную племянницу, Линь Шиюнь глубоко вздохнула и поднялась на ноги.

— Послушайся матери, оставайся здесь, не выходи.

Линь Юйянь пожала плечами:

— Если отец и остальные не смогут сдержать натиск, какая разница, останемся ли мы в палатке или выйдем посмотреть?

Линь Шиюнь уже собралась что-то сказать, как вдруг голос Линь Юйянь прозвучал у неё прямо в голове, передаваемый мысленно:

— Не волнуйся, старший брат обязательно придёт нас спасти. Верь мне.

«Опять она за своё…» — мысленно вздохнула Линь Шиюнь.

С самого начала, когда появился ядовитый туман и напал клан Гу, Линь Юйянь не выказывала ни капли страха и твёрдо заявляла, что старший брат-наставник непременно всё уладит.

Но Линь Шиюнь вовсе не воспринимала её слова всерьёз.

Да, она признавала, что Цзян Бэйжань обладает силой, превосходящей его возраст, и часто творил чудеса, превращая развалины в процветание. Но как бы он ни был талантлив, он всего лишь невероятно одарённый молодой ученик.

А нынешняя проблема оказалась не по зубам даже таким мощным существам, как Сюань-цзуни(9) и Святые-Сюань(10). Что уж тут мог поделать Цзян Бэйжань?

И действительно, вплоть до их бегства с помощью искусства Цянькунь, его так и не появилось.

Однако, даже оказавшись в этом новом, незнакомом мире, Линь Юйянь по-прежнему оставалась непоколебимо уверенной, без тени сомнения.

Вздохнув, Линь Шиюнь обратилась к матери племянницы:

— Невестка, Юйянь, в общем-то, права. Оба бессмертных предка тоже только что вышли. Сегодня, боюсь…

Услышав это, мать Линь Юйянь невольно прикрыла лицо рукой. Она, конечно, понимала текущее положение. Потеряв самообладание, всё, что она могла сделать, — это удержать дочь от безрассудных поступков.

В этот момент вышла пожилая женщина и твёрдым голосом объявила:

— Вперёд, пойдём все вместе посмотрим. Даже если сегодня и вправду настанет конец для рода Линь, мы встретим его плечом к плечу с нашими сородичами!

Услышав слова Прабабушки, люди в палатке согласно закивали, сжали кулаки и последовали за этой почтенной старушкой из шатра.

БУМ!

БУМ!

— Небесное искусство Тёмных Облаков!

— Я здесь прикрою! Отступайте!

— @#￥%@#￥

— РРРР!..

Выйдя из палатки с шумопоглощающим барьером, Линь Юйянь сразу же оглохла от какофонии звуков, долетевших до неё, в которой мешалась и непонятная речь.

В небе несколько людей, верхом на драконах, стремительно проносились сквозь поле боя, их копья длиной в сотню чи наносили сокрушительные удары.

На земле несколько стариков в чёрных мантиях, с посохами, увенчанными драгоценными камнями, непрерывно бормотали заклинания, превращая огонь и воду в оружие, обрушивающееся на их позиции.

Вдалеке множество прекрасных дев в белых ритуальных одеяниях молились, и всякий раз, когда браслеты на их запястьях вспыхивали белым светом, покрытые ранами драконы в небе исцелялись, словно по волшебству.

…

Таковы были сильнейшие этого мира. Хотя их способы ведения боя отличались, они всё же не выходили за рамки понимания высших кругов государства Ци. Их боевые приёмы на основе сюань-ци могли достигать схожих эффектов.

Проблема была в том, что этот мир — не их территория. Здесь не только невероятно трудно поглощать сюань-ци, но даже стихийная духовная энергия Пяти Элементов подчинялась с трудом. Огонь, земля — всё словно не желало их слушать.

Поэтому в сражениях они раз за разом оказывались в невыгодном положении.

БУМ!

После ещё одного оглушительного взрыва патриарх рода Линь, Линь Ханьбэй, был сбит с неба на землю. Ужасная зияющая рана на его груди сочилась кровью.

— У-ух…

Стоная от боли, Линь Ханьбэй прикрыл рану. Он пытался её исцелить, но эти «большеносые» использовали какую-то странную технику. Ни снадобья, ни направленная энергия сюань не могли затянуть рану. Та словно сопротивлялась его усилиям.

— Святой клана!

Несколько могущественных представителей рода Линь вскрикнули в один голос, пытаясь броситься на помощь, но различные атаки надёжно отрезали им путь.

С другой стороны, Патриарх-Святой другого великого рода Ци, Вэй Хунбо, был пронзён насквозь рогом пятицветного священного оленя, изо рта хлынула струя крови.

Видя, как сильнейшие Ци один за другим получают тяжёлые ранения, белокурый мужчина во фраке вознёсся в центр поля боя и произнёс странными, мгновенно заглушающими все прочие звуки словами:

— @#￥@!@…

После речи на совершенно незнакомом языке бойцы противника прекратили атаки и встали позади мужчины во фраке.

Затем мужчина во фраке сделал хватательное движение в пустоте, и один из Сюань-цзуней(9) поднялся в воздух, полетел и оказался в его руке.

— Старший брат!

— Цзунцань!

— Дядя!

Увидев это, представители рода Линь бросились вперёд, но невидимая стена преградила им путь.

— Успокойтесь все. Я пришёл для переговоров.

В этот момент произошло то, что заставило всех замереть.

Схваченный мужчиной во фраке Линь Цзунцань вдруг заговорил, но явно озвучивал слова самого мужчины:

— Отпусти его! Иначе я…

— Ц-ц-ц. — Услышав угрозы родичей Линь, мужчина во фраке покачал указательным пальцем и причмокнул губами. Затем Линь Цзунцань продолжил: — Во-первых, его жизнь в моих руках. Я могу забрать её в любой момент.

Затем мужчина во фраке поднял два пальца:

— Во-вторых, битва уже закончилась. Вы, конечно, кое на что способны, но итог, полагаю, не нуждается в пояснениях. Вы проиграли.

Наконец, раз уж я здесь и говорю с вами, у меня, естественно, нет намерения истреблять вас до последнего. Разумеется, при условии, что вы будете готовы сотрудничать.

Слова, переданные через Линь Цзунцаня мужчиной во фраке, обладали некой силой, заставив высших чинов Ци не перебивать его.

Но в душе они были предельно насторожены, ибо не доверяли людям, говорящим с улыбкой.

Будь они сейчас на континенте Сюаньлун, их кулачища размером с песочный мешок уже давно обрушились бы на него.

Однако они отлично понимали: белокурый мужчина прав. Несмотря на все причины и неблагоприятные факторы, продолжать это сражение они действительно не могли.

«Только вырвались из волчьей стаи — и сразу угодили в логово тигра…»

Видя, что оппоненты не возражают, мужчина во фраке продолжил говорить через Линь Цзунцаня:

— Я знаю, вы прибыли из другого пространства. И догадываюсь, что вы вряд ли пришли сюда, чтобы доставлять нам неприятности. Но ваши силы велики, и просто так отпустить вас бродить где попало было бы слишком опасно.

После этих слов он устремил взгляд на большую палатку позади них:

— Я вижу, ваши семьи в последние дни тоже не могли как следует отдохнуть. Почему бы им не отправиться в мой замок, чтобы хорошенько отдохнуть, а затем мы обсудим, как решить эту ситуацию.

Услышав это, высшие чины Ци больше не могли сдерживать возмущение и закричали в ярости:

— Попробуй только тронуть их!

Наглость! Чистейшая наглость!!!

Это же откровенный шантаж — взять их семьи в заложники! Когда они, Святые-Сюань(10), терпели такое унижение?!

Даже если всем им суждено пасть сегодня на этом месте, они ни за что не допустят такого!

Бурную реакцию высших чинов Ци мужчина во фраке принял без удивления. Если бы с ним кто-то заговорил подобным образом, он и сам захотел бы свернуть тому голову.

Увы, для этого требуется сила.

Мужчина во фраке опустил правую руку, и ужасающая гравитационная сила пригнула к земле могучих воинов Ци. Более слабые из Сюань-цзуней(9) уже медленно опускались на колени.

— Надеюсь, вы осознаёте ситуацию. Хотя сейчас я веду с вами переговоры, ваши жизни по-прежнему в моей власти. Поэтому мои слова были не просьбой, а… уведомлением.

Когда Линь Цзунцань замолчал, мужчина во фраке махнул рукой своим людям сзади. Те сразу поняли намёк и устремились к большой палатке.

— Я прикончу вас, твари!

Видя, что противник действительно намерен действовать силой, несколько Святых-Сюань(10) Ци выплеснули всю свою мощь. Но после многодневных боёв не только их внутренняя сюань-ци была почти истощена — многочисленные раны также не давали им действовать в полную силу.

Несколько мужчин в доспехах преградили им путь, и они могли лишь беспомощно наблюдать, как срывают их палатку, а их сородичей насильно уводят.

— А-а-а-а!!!

Несколько разъярённых Святых издали душераздирающие крики. Они слишком давно не испытывали этой мучительной боли от осознания собственного бессилия.

Теперь же казалось, что их внутренности вот-вот разорвутся от неё!

— Отпустите! Отпустите меня!

— Сволочи! Не смейте трогать меня!

— Дедушка! Дедушка, спаси!

…

Прислушиваясь к крикам, мужчина во фраке слегка усмехнулся в уголке рта. Он уже собирался продолжить говорить через Линь Цзунцаня, как вдруг замер.

Прямо перед ним, в нескольких шагах, внезапно разверзлась чёрная дыра, и из неё медленно вышел человек.

«Хм?»

Увидев перед собой драконьих всадников, магов, друидов, Цзян Бэйжань остолбенел.

«Я что-то не так открыл?»

(Конец главы)