После того, как Даху покинул тело, красные волосы Чу Хуаня постепенно вернулись к иссиня-чёрному цвету, а его золотисто-серебряные глаза также приняли прежний облик.

«Парень, у тебя довольно необычное телосложение...»

Это изменение убедило Цзян Бэйаня, что одарённость Чу Хуаня не ограничивается лишь особыми духовными способностями. Происшедшая ранее мутация явно была вызвана неспособностью тела выдержать силу Даху, что указывало на чрезвычайно высокую адаптивность его организма.

Подобный талант непременно ярко проявит себя в безвыходных ситуациях.

Это означает, что Чу Хуань способен демонстрировать мощную боевую силу как в благоприятных, так и в неблагоприятных обстоятельствах — по сути, у него шаблон главного героя.

Помогая Чу Хуаню восстановить ослабленное тело с помощью золотых игл, Цзян Бэйжань спросил:

— Хочешь выйти со мной посмотреть на внешний мир?

Услышав это, Чу Хуань широко раскрыл глаза и, невзирая на ещё слабое тело, сразу же опустился на колени, склонившись перед Цзян Бэйанем в поклоне:

— Прошу вас, Господин, примите меня в ученики!

— Хорошо, я принимаю тебя, — кивнул Цзян Бэйань.

— А? — Чу Хуань вздрогнул от неожиданности, поднял голову и с изумлением посмотрел на Цзян Бэйжаня. — Господин, вы действительно принимаете меня?

— А то? Разве я шучу?

— Нет… Просто я думал… что стать учеником такого человека, как вы, наверняка будет очень трудно.

Выслушав его, Цзян Бэйжань лишь улыбнулся, ничего не ответив.

Такой росток, как Чу Хуань, в любую секту захотят заполучить любой ценой. К тому же он по натуре добр и искренен — определённо, это самый что ни на есть идеальный материал.

— Вставай, — подняв Чу Хуаня с колен, Цзян Бэйжань спросил: — Что ты сейчас больше всего хочешь сделать?

— Я… я хочу найти маму.

— Хорошо, Учитель тебе поможет.

— Правда!? — Глаза Чу Хуаня загорелись, и он снова поклонился. — Благодарю вас, Госпо… А, нет, благодарю Учителя!

Хотя от Чу Хуаня и не удалось узнать имена и происхождение его родителей, он верил, что фамилия Чу, которую дала ему мать, наверняка имеет значение. Попросив Ло Цзинтяня помочь навести справки, вероятно, скоро можно будет найти зацепки.

— Маму я тебе помогу найти, но и ты должен помочь Учителю с одним делом.

— Пожалуйста, приказывайте, Учитель! Я приложу все силы.

— Сейчас есть ещё много мест, много людей, которые ищут своих близких или хотят ещё раз поговорить с ними. Ты готов помочь им?

— Готов! Конечно, готов.

— Хорошо, тогда иди за мной.

— Да! — Но сразу после согласия в глазах Чу Хуаня мелькнула нерешительность. — Только моя младшая сестра…

— Это я упустил, где она?

— Она всё ещё живёт у дедушки лекаря.

— Ещё не поправилась?

— Ей немного лучше, просто дедушка говорит, что у меня сильная энергия инь, и возвращение сестрёнки домой не способствует её покою и лечению, поэтому она пока остаётся у него.

«Вот это да… действительно сильная…»

Про себя иронично отметив это, Цзян Бэйжань снова спросил:

— Чем болеет твоя младшая сестра?

— Дедушка лекарь говорит, что это астма, её трудно вылечить полностью, поэтому у Номи то и дело случаются приступы. — Вдруг глаза Чу Хуаня загорелись, и он с огромным ожиданием посмотрел на Цзян Бэйжаня. — Учитель… вы разбираетесь в медицине?

— Немного. Показывай дорогу, я посмотрю на твою младшую сестру.

— Отлично! Благодарю Учителя! — Сказав это, Чу Хуань повёл Цзян Бэйжаня из хижины.

Пройдя несколько шагов, Чу Хуань остановился перед таким же ветхим домиком:

— Учитель, мы пришли. Я постучу.

Подойдя, он постучал дважды. Раздался скрип, и дверь открыл пожилой мужчина.

— Это ты, Пинъань, проходи…

— Братец!

Не дав старику договорить, изнутри стремительно выскочила фигурка.

— Братец, почему ты так долго не приходил!

Окинув девушку взглядом, Цзян Бэйжань невольно дал оценку:

«Эти двое не то что не похожи – они просто полные противоположности.»

Таким образом, вероятность того, что эту девочку подобрала их мать, значительно возрастала.

Отступив на шаг, Чу Хуань сказал девушке:

— Дедушка лекарь говорит, что у меня сильная иньская энергия, держись от меня подальше.

— Не буду! — громко выкрикнула девушка, сразу же подойдя и взяв Чу Хуаня за руку.

Увидев это, Чу Хуань поспешил отстранить её руку:

— Не дури! Ещё раз так сделаешь – и я больше не буду к тебе приходить.

Услышав, что брат больше не придёт, девушка могла лишь недовольно хмыкнуть и отступить на шаг.

Тут она наконец заметила человека позади брата. Лицо незнакомое, явно не деревенский.

— А это…? — осмотрев Цзян Бэйжаня, спросила девушка.

— Ох, я совсем забыл представить, — сказал Чу Хуань, сначала поклонившись Цзян Бэйжаню, а затем ответив: — Это мой Учитель, он обещал…

— Что!? — девушка вскрикнула от изумления. — Учитель!? Братец, как же ты мог не сказать мне о таком важном деле?!

С этими словами девушка подошла к Цзян Бэйжаню, поклонилась и сказала:

— Здравствуйте, я его младшая сестра. Зовите меня Номи.

— Здравствуй, — кивнул девушке Цзян Бэйжань.

Номи застенчиво улыбнулась и снова спросила:

— Господин, мой брат такой неумёха, что же вы в нём нашли?

«О? Пытается меня прощупать.»

Сочтя эту маленькую девочку довольно занятной, Цзян Бэйжань ответил:

— Ты считаешь своего брата неумёхой?

— Конечно! Он и готовить не умеет, и стирать, даже иероглифов почти не знает – просто бестолковый.

Услышав это, Чу Хуань рядом побледнел и поспешил протянуть руку, потянув Номи, давая знак замолчать.

Но Номи оттолкнула его руку, не сводя глаз с Цзян Бэйжаня, словно ожидая его ответа.

— Хм… действительно звучит неумёхой, так может…

Однако, не дав Цзян Бэйжаню договорить, Номи вдруг торопливо перебила:

— Э-э, на самом деле мой брат не такой уж и бестолковый. Просто у него не было денег ходить в школу, иначе он обязательно стал бы первым учёным.

Цзян Бэйань не мог не рассмеяться:

— А разве не ты только что сказала, что он бестолковый?

— Я боялась, что его обманут. Но теперь мне кажется, что вы, господин, не похожи на мошенника, поэтому всё же надеюсь, что вы хорошо научите моего брата.

«Кажется, привлекательность – это не просто стать красивее…»

В последнее время Цзян Бэйжань уже не раз сталкивался с подобным: люди, едва познакомившись, вешали на него ярлык «хорошего человека». Даже если он ничего особенного не делал, ему оказывали максимальное доверие.

Например, Чу Хуань раньше вообще его не знал, но был готов рассказать то, о чём мать бесчисленное количество раз наказывала никому не говорить.

Это просто сопоставимо с эффектом «ореола».

Чу Хуань тоже не знал, смеяться или плакать от выходок своей младшей сестры и мог лишь оттянуть Номи назад:

— Какая непочтительность! Учитель специально пришёл проведать тебя, как можно так себя вести.

— В чём же я непочтительна? — надула губы Номи.

— В общем, больше не разговаривай с Учителем в таком тоне, — закончил Чу Хуань и жестом пригласил Цзян Бэйжаня: — Учитель, давайте зайдём внутрь поговорим.

Старик, всё это время наблюдавший за происходящим, тоже весело рассмеялся:

— Да-да, сначала заходите.

Последовав за стариком в хижину, Номи взяла тряпку, протёрла стул и сказала Цзян Бэйжаню:

— Господин, присаживайтесь.

— Спасибо, — кивнув Номи, Цзян Бэйжань сел на стул и спросил: — По словам твоего брата, ты часто болеешь?

— Да, но это всего лишь мелкие недуги. Дедушка одним лекарством сразу же излечивает.

Услышав похвалу от Номи, старик сначала громко рассмеялся, а затем вздохнул:

— Эх, если бы я и вправду был таким искусным, ты бы не приходила ко мне так часто лечиться.

Номи тут же подбежала и взяла старика за руку:

— Дедушка, не говорите так! Это у меня слабое здоровье, какое это имеет отношение к вам?

Пока Номи говорила, Цзян Бэйжань сосредоточил духовную силу, чтобы просканировать её тело.

«Хм?»

Почувствовав неладное, Цзян Бэйжань не подал виду, ведь он пришёл как врач. Надо понимать, что хмурый взгляд врача для пациента — это реальный урон, а если врач хмурится во время измерения пульса — это вообще критический удар.

В это время Чу Хуань налил чашку чая и поднёс Цзян Бэйжаню:

— Учитель, выпейте чаю.

— Хм, — приняв чашку, Цзян Бэйжань сказал Чу Хуаню: — С какого времени Номи начала постоянно болеть?

Выслушав вопрос, Чу Хуань немного помедлил, прежде чем ответить:

— С самого детства.

Кивнув, Цзян Бэйжань поманил Номи:

— Подойди, я проверю твой пульс.

— Господин, вы ещё и медицину знаете? — с удивлением спросила Номи.

— Немного разбираюсь.

— Тогда прошу вас, — сказав это, Номи подошла к Цзян Бэйжаню и протянула руку.

Коснувшись пальцами пульса Номи, Цзян Бэйжань понял, что его восприятие не подвело: у Номи вовсе не слабое здоровье, а внутренняя травма, причём довольно серьёзная.

Просто эта травма подавлена некой силой, иначе Номи, вероятно, уже давно отправилась бы на тот свет.

«С самого детства… Кто же так жесток, чтобы причинить вред младенцу? Похоже, у этой семьи немало проблем…»

Убрав пальцы, Цзян Бэйжань улыбнулся:

— Есть застарелый недуг, но вылечить его нетрудно.

Услышав слова Учителя, лицо Чу Хуаня тут же озарила радостная улыбка:

— Учитель, вы сможете вылечить!?

— Хм, — кивнул Цзян Бэйжань. — Но есть условие: сначала Номи должна стать культиватором.

Эта травма уже много лет скрыта в теле Номи, давно срослась с её кровеносными сосудами. Цзян Бэйжаню как врачу вылечить её нетрудно, но это нанесёт Номисерьёзный непоправимый ущерб.

Если она останется обычным человеком, многие духовные пилюли и техники иглоукалывания нельзя будет применять — воздействие слишком сильное, её хрупкое тело просто не выдержит. Только став культиватором, она сможет нормально жить дальше.

— Это… — выражение лица Чу Хуаня снова помрачнело. — Учитель, чем именно больна Номи?

— Строго говоря, это не болезнь, а внутренняя травма.

— Что!? — вскрикнули втроём, явно испугавшись.

— Простите, вы… — Старик понимал, что Цзян Бэйжань явно не простой человек, но как врачу ему хотелось прояснить ситуацию. Ведь он осматривал Номи столько раз и никогда не обнаруживал у неё в теле никаких травм.

Выслушав его, Цзян Бэйжань сразу вытащил серебряную иглу и вонзил её в точку жэньин старика:

— Вижу, старик, вы много трудились, отчего и нажили кучу болезней.

Пока старик ещё размышлял, что же сделал Цзян Бэйжань, он почувствовал, как всё тело охватила приятная теплота, даже дышать стало легче.

Тут старик наконец понял, с кем имеет дело, и сразу же склонился в поклоне:

— Истинный человек предстал передо мной, примите поклон этого старца.

Увидев это, Цзян Бэйжань взглянул на Чу Хуаня, и тот немедленно подбежал поддержать старика.

— Дедушка лекарь, говорите стоя.

Старик всё ещё был явно взволнован, он взял Чу Хуаня за руку и сказал:

— Отлично, Пинъань, теперь ты научишься великим искусствам, прекрасно, я так за тебя рад.

Видя серебряную иглу в горле дедушки, Номи тоже была потрясена. Она хоть и знала, что у этого господина наверняка есть способности, но не ожидала, что он окажется истинным человеком.

В этот момент её сомнения лишь усилились: чем же её брат заслужил благосклонность истинного человека?

Ведь для таких простых людей, как они, истинные люди — существа высокие и недосягаемые, им даже не видно их, не то что стать учениками.

Успокоив взволнованного старика, Чу Хуань обернулся к Учителю:

— Учитель… что же мне делать, чтобы и Номи стала культиватором?

Хотя в душе Чу Хуань думал, что лучший способ — это, конечно, чтобы Учитель тоже принял сестрёнку в ученики, но решение о принятии учеников всегда остаётся за Учителем, он не может решать за него.

— Сначала нужно проверить её талант в культивации, а потом уже решать.

— А вы, Учитель, можете ей это проверить?

— Конечно.

Проверить, есть ли у ребёнка талант, на самом деле просто — нужно измерить его близость к ци.

А способов измерить близость к ци — тысячи.

Чаще всего используется практика вводной техники циркуляции ци: чем быстрее освоится, тем выше талант, попутно можно проверить, достаточно ли проницателен ученик.

Однако этот метод может быть и очень медленным. Некоторые ученики с низкой близостью к ци и слабой проницательностью могут и за полгода не освоить технику.

Обычно такие ученики, даже если в итоге смогут попасть в секту, останутся всего лишь зарегистрированными учениками, всю жизнь выполняя тяжёлую работу вроде охраны ворот или поручений.

Если у Номи талант окажется невысоким, у Цзян Бэйжаня не будет столько времени ждать её, поэтому он решил использовать другой метод.

Высыпав из мешочка на поясе синее семя, Цзян Бэйжань протянул его Номи:

— Держи.

Номи сначала поморгала, глядя на синее семя, затем взяла его обеими руками.

— Сконцентрируйся и представь, как это семя прорастает.

— А!? — воскликнула Номи. — Как это возможно!?

— Просто попробуй.

Хотя Номи всё ещё казалось, что это совершенно невозможно, но перед ней истинный человек, а истинные люди всемогущи, поэтому ей оставалось только поверить.

— Достаточно просто представлять?

— Хм, — кивнул Цзян Бэйжань.

— Я… я попробую.

Сказав это, Номи ещё раз взглянула на брата, а тот ответил ей уверенным взглядом.

— У-ух…

Сделав глубокий вдох, Номи устремила глаза на семя и тихонько начала приговаривать:

— Прорастай, прорастай, прорастай~

«Ничего себе!?»

Под изумлённым взглядом Цзян Бэйжаня синее семя мгновенно лопнуло и начало стремительно расти.

(Конец главы)