Тимофей Киров

Тимофей Киров 

Скачи, скачи, и будь волной!

0subscribers

21posts

goals1
$0 of $130 raised
Ваша поддержка действительно поможет мне писать произведения по своей вселенной! Любой копейке буду рад!

Глава 17 - Вкус победы

Прошло долгих два месяца. Земля укуталась в ледяное одеяло. Шёл снег, но ветра не было. Я выдыхала пар изо рта, но холодно мне не было. За прошедшее время я многое повидала, научилась чему-то. Моя магия стала сильнее, а разум успокоился, когда Сифра так и не появилась. Может быть, она тогда говорила про годы?
Мы стояли на возвышенности, в лесу, и смотрели на расположившееся перед нами зрелище — наше войско, к которому присоединился ещё один вассал с двумя тысячами солдат, стояло на широком поле, в ожидании битвы.
А на другой стороне поля — наши враги.
Со мной рядом стояла герцогиня Эйда — моя бабушка, Садика, Фанвинг, подросшая до величины пони, а также архимаг Азиз. Архимаг защищал нас и артиллерийские расчёты, что стояли в глубине леса.
Азиз был стариком, но мышцы у него были большие! Я замечала, что старики обычно начинают горбатиться или даже носят трость, но архимаг держал спину прямо, а взгляд его был яснее, чем у младенца. Даррелл, мой учитель, рассказал, что чтобы быть сильным магом, нужно держать себя в форме постоянно.
А я меж тем дрожала от всего на свете, кроме холода. Я волновалась, нервничала и боялась. Ведь сейчас по-настоящему начнётся битва. Я увижу все её жестокости и ужасы.
Но мы чего-то ждали. Наконец, к нашим солдатам со стороны врага кто-то приблизился, на коне, один.
Спустя несколько минут, один из наших солдат прискакал прямо к нам, чтобы доложить о том, что противник послал гонца для переговоров.
Бабушка приподняла бровь, но согласилась. Я подумала, что мы сейчас сядем на лошадей, но вместо этого, к моему восхищению, нас подхватил ветер, и мы вспорхнули над лесом. Это архимаг Азиз при помощи своей магии поднял нас.
Мы пролетели над солдатами, а потом приземлились перед гонцом.
Гонец был командиром врагов, я его не знала. Это был длинноволосый мужчина, весь в позолоченных доспехах и с двуручным мечом на поясе. Его конь тоже был в доспехах.
— Приветствую вас, — поздоровался мужчина, насмехаясь. — Не будем ходить вокруг да около. Я советую вам развернуться и распустить войско.
— С чего бы это, Камаль? — бабушка невежливо фыркнула, будто мужчина сказал глупость. — Наши солдаты шли несколько месяцев, чтобы накормить плодородные земли кровью предателей.
— С того, что даже если вы разобьёте моё войско, вы ослабнете, и вам попросту невозможно будет взять осадой столицу. Зачем же ненужные жертвы?
— Спасибо за заботу, Камаль, — процедила герцогиня, а затем, улыбнувшись, добавила: — Но уж поверь, вы все будете разбиты. И те, кто здесь, и те, кто в столице. Так что это вам лучше сдаться.
— Прекрасно, — улыбнулся в ответ Камаль. — Тогда, боюсь, мы оба понесём потери.
— Так, если боишься, отступи, — подначила моя бабушка.
— Не могу, вы же знаете.
И он развернулся, уходя обратно.
Архимаг снова нас подхватил, и мы улетели обратно.
— Почему мы не убили Камаля на месте? — задала я вопрос, глядя на бабушку и архимага.
— Это было бы бесчестно. Камаль пришёл один. Он знал, что мы откажем, но попытался уберечь простых солдат от наших решений.
Я понимающе кивнула. За несколько месяцев я стала чуть-чуть больше понимать, что значит быть взрослым. Честь, ответственность, вина, клятвы. Я поняла, что это были не простые слова. Иногда ими прикрывались, а иногда ставили выше жизни. Почему люди сначала не желают потерь человеческих душ, но всё равно идут в бой? Бабушка не спешила отвечать на все вопросы, утверждая, что со временем всё пойму сама. Так человек и живёт — познавая мир, учась на своих и чужих ошибках.
Фанвинг склонила ко мне свою длинную голову, убеждаясь, что я в безопасности. Я погладила её голову. За несколько месяцев виверна сменила несколько оттенков, и теперь она была изумрудная. Ощущая гладкую чешую, я успокоилась. Вирмлинг, коим она всё ещё являлась, безучастно поглядывала то на поле боя, то на меня. В конце концов стала ловить снежинки пастью, но потом фыркнула, пустив короткую струю пламени в воздух.
И сейчас мы ждали. Долго ждали. Снег всё падал и падал. Над полем кружили виверны, наши и вражеские.
Спустя время вражеское войско всё же стало наступать единым строем. А мы не двигались, все стояли и чего-то ждали. Я не знала чего, но понимала, что это какая-то тактика. Бабушка объяснила, что тактика — это когда просчитываешь действия на конкретном поле боя. А когда я спросила про стратегию, то та объяснила, что это когда рассчитываешь действия на нескольких полях битв.
Внезапно пять вражеских виверн стали спускаться к нашим войскам. Раздался рёв, поднялся крик.
Затем раздался гудящий низкий звук, после которого тут же последовал свист. У нескольких виверн срезало крылья. Я с ужасом и трепетом наблюдала, как вражеская виверна падает перед нашими солдатами, лишённая крыла и покрываясь кровавым туманом. То, что лишило крыльев виверн, улетело вдаль, сбив насмерть несколько десятков солдат.
— Ох! — непроизвольно вырвалось у меня изо рта.
Враги довольно быстро перестроились, но было видно, что они запаниковали, не понимая, что случилось.
Затем наши солдаты заорали в трубу, начав марш. Полетели разрушительные формы магии. Огненное пламя тут и там извергалось из рук наших и их магов. А где-то даже сверкали молнии!
Но снова раздался низкий гул, за которым последовал свист. Теперь нечто материальное врезалось в ряды врагов. Вновь поднялся кровавый туман, полетели части тела и внутренности, окрашивая снег в алый цвет.
— Что это, бабушка? — со страхом спросила я.
— Это наши баллисты. Их устройство благодаря магии разгоняет снаряды, превращая наших врагов в ничто, — бесстрастно объяснила герцогиня.
Я сглотнула. Подступала тошнота, но я должна была смотреть. Там умирали мои люди. Они умирали за меня и страну. Я должна смотреть. Я закусила губу, рука сплелась с рукой Садики, которая чувствовала мои переживания. Она тоже смотрела, я чувствовала её тревогу. Садика ободряюще сжала мою руку, я почувствовала её послание, мол, мы вместе это переживём.
Левой рукой я сжала рукоять кинжала, который оставался моим верным спутником на протяжении месяцев, напоминая о прощальных, но поучительных словах Нестора.
После залпа баллист погибло много вражеских солдат. Среди рядов началась настоящая паника, и солдаты стали убегать или бросать оружие, сдаваясь. Те, кто ещё отважился сражаться, бились с нашими солдатами и магами.
По-прежнему мелькала разрушительная магия, но уже не так часто, когда союзники и враги смешались между собой. Бросок форм магии мог попросту задеть товарища.
Снег на поле боя растаял и был растоптан тысячами сапог.
Наши виверны летели над убегающими группами солдат, бросая на них потоки огня, загоняя врагов в одну огромную толпу, чтобы в конце концов либо взять всех в плен, либо казнить.
Наконец всё стихло. Битва длилась меньше получаса.
— Судя по всему, Чёрный Преторий нужен будет только для похорон. Мы разбили вражеское войско довольно быстро, — комментировала бабушка поле боя.
— Битвы могут длиться дольше?
— Всё зависит от масштабов, милая. Я была уверена в том, что мы победим, потому что враг совсем не ожидал увидеть баллист в действии. Как ты могла заметить, они произвели сокрушительный эффект.
Я взглянула на поле. Смотрела на груды тел, на вражеских виверн, которые рычали и стонали от боли, от лишённых крыльев. Всадников на них уже убили или взяли в плен.
— Что мы будем делать с их вивернами?
Спросив это, я невольно погладила Фанвинг. Та ободряюще вздохнула дымом.
— Зависит от их состояния. Если выживут, отрастим им новые крылья.
Про то, что если они не выживут, бабушка рассказывать не стала.
Вражеские солдаты были захвачены в плен, чтобы некоторые из них стали слугами. Остальным приказали таскать тела, своих товарищей и тела наших солдат. А после всех предали мечу.
Убивали пленных одновременно, без страсти и ожидания — пронзали мечами в сердце. Бабушка сказала, что так гуманнее и быстрее, чем казнить каждого поочерёдно. Я наблюдала за всем этим. Мне было страшно, ужасно страшно. От тошноты меня спасало только то, что я уже видела подобное, когда Нестор проделывал это с бандитами или орком.
Опять я сталкивалась со сложными вопросами, которые мучили мой разум и душу. Что было бы лучше? Служить тем, кто победил тебя, или умереть, зная, что ты не первый и не последний?
После пришёл Чёрный Преторий. Двести служащих подготовили церемонию, и мы образовали круг, отступив от сложенных тел на десяток метров. Сами тела были сложены под деревянным каркасом.
Сначала маги Претория вылили воду на тела. И только потом из их рук вспыхнуло беспрерывное пламя.
Нам нужно было присутствовать несколько часов на этой церемонии. Так мы отдавали дань павшим и осознавали цену наших решений.
На глаза навернулись слёзы, но это от запахов. Их было много, вперемешку с горящей древесиной. Сначала запахи были резкие, палёные. От них больше всего хотелось отвернуться, укрыться в воде или чём-то, что не пахло так дурно.
Но потом я почувствовала жареное. Как мясо, которое на костре пожарили. Но меня стошнило и чуть не вырвало, когда в голову ударило осознание, что это горит человеческая плоть. Я едва держалась, голова закружилась.
— Ваше величество, вы можете уйти, вам же плохо, — сказала бабушка, которая заметила моё состояние.
— Нет, — я замотала головой. — Я должна остаться.
Запах жареного нёс металлический оттенок, который был невыносим. Меня всё-таки вырвало, я склонилась, выплёвывая жёлчь.
— Может, всё-таки? — начала было беспокоиться бабушка.
— Нет! — крикнула я. Я и так привлекла внимание своим состоянием, но тут ещё и кричу.
Я виновато встала. Прошептала:
— Мне плохо, но мне будет хуже, если я уйду.
Бабушка смотрела с сожалением и виной в глазах, но промолчала. Ведь говорила я как наследница трона, а не внучка.
Спустя мучительный час запах сменился на сухой, словно мясо было пережарено. Телом я привыкла к этому, но душа трещала по швам, не вынося мыслей и страха.
Пока длилась церемония, всё это время служащие пели что-то. Что-то про богов, про души, про Покой. Они молились, чтобы усопших не забрал Ад, чтобы успокоились они с миром.
К концу церемонии стало уже пыльный запах, а вместо тел был пепел. Я думала, что на этом покончено, но люди в чёрном вынесли очень много горшков. Несколько из служащих встали около погребальных костров, вскинули руки и стали колдовать. К моему удивлению, пепел стал «ползти» по земле к горшкам, осыпаясь на их дно.
— Некроманты цепляют души умерших и распределяют их пепел по горшкам, которые будут доставлены семьям, — шептала бабушка.
Когда с церемонией было покончено, горшки были собраны в повозку, чтобы их увели в ближайшие храмы. Там определят, куда увозить усопших.
— Ты большая молодец, Сорва, — тихо похвалила меня бабушка, ободряюще кладя руку на плечо. — Не каждое дитя останется провожать мёртвых. И не каждый правитель пойдёт сопровождать солдат.
Я ничего не ответила. Похвала мне не льстила и не приносила каких-либо чувств. Я просто понимала, что иначе нельзя, что иначе бы я не поступила. Если бы я сбежала, я была бы слабачкой.
— Что будет дальше? — спросила я бабушку, глядя на то, как уходят повозки Чёрного Претория.
— Мы разбили вражеское войско почти без потерь. Враг хотел нас ослабить перед столицей. Не получилось. Теперь мы с поднятым боевым духом осадим столицу. Это затянется надолго, но наши архимаги намного сократят потери, создавая бреши для наших солдат.
— Пострадают мирные люди, да?
— Такова война.
— Вот бы они сдались. Тогда мирные люди не пострадали бы.
— Увы, узурпаторы не станут сдаваться. Либо они умрут в бою, либо их казнят. Хотя я надеюсь на третий вариант — их сметут эти же «мирные» люди. Такое иногда случается.
Лагерь мы устроили на этой же широкой поляне, только дальше от поля битвы. Поверженных виверн в итоге перебили — те были ранены смертельно и были бы просто ненужным грузом.
Солдаты стали пировать, празднуя сокрушительную победу. Среди солдат затесались девушки. Они следовали за нами с самого начала и, наверное, заработали за несколько месяцев очень много денег. Я узнавала нескольких из них и видела, что одежда их становилась всё роскошнее, а на теле появлялось всё больше украшений.
Я не была на пиру, потому что бабушка запретила. Она сказала, что солдаты пьяны, а когда они пьяны, то грубы и неотёсанны. А такое недопустимо в присутствии меня и герцогини.
В итоге я сидела на уложенном в шкурах полу палатки, поглаживая Фанвинг. Сейчас виверна ела уже килограммы мяса. Специально для неё находили грызунов или даже кабанов, чтобы она съела большую их часть. Вирмлинг лежала, сложив крылья и свернувшись. Она мирно сопела, иногда выдыхая дым.
— Как ты, Садика?
Я беспокоилась за подругу. Она ведь тоже присутствовала на церемонии. И, наверное, смогла сдержать позывы рвоты, потому что была старше меня.
— Всё в порядке. Но я больше беспокоюсь о тебе, Сорва! Ты видела такие ужасные вещи!
Я закрыла глаза, пытаясь прогнать запах плоти. Но мне не удавалось. К счастью, на ужин мне принесли фрукты. Бабушка, похоже, в точности понимала, через что я прохожу, а потому я наслаждалась сочными и сладкими яблоками.
— Я привыкну, — только и ответила я своей подруге. — В конце концов, я будущая королева. Императрица.
— Мне невыносимо жаль, что тебе приходится так страдать, — Садика прижала руку к сердцу, выражая искреннее сожаление.
— Спасибо, Садика. Ты замечательная подруга!
— А ты сильная! Знаешь, я старше тебя, но порой мне кажется, что мы одного возраста, — призналась девушка.
Я удивилась этим словам. И обрадовалась. Мне было приятно такое слышать от подруги.
— Спасибо, — тихо поблагодарила я её.
Впереди была неделя пути, неделя до решающего события в моей жизни. Неделя до того, как я вернусь домой, в столицу.
 
ПОНРАВИЛАСЬ ГЛАВА? Обязательно поставь "Нравится" вот здесь. Это здорово мне поможет!
Subscription levels1

Искра

$1.3 per month
Доступ к эпизодам
Go up