Достаточно перейти дорогу в городе, пестрящем сверкающими небоскребами, как попадешь в трущобы, пропитанные зловонием гнилого мусора. Место, где сумерки царят даже в разгар солнечного дня, было настоящими джунглями, где не существовало законов — притоном, где день и ночь умирали люди.

И прямо на въезде в этот район гордо возвышалось заведение, чье название было неразрывно связано с морем. Заведение с приличным на первый взгляд фасадом и помпезной неоновой вывеской. Для обитателей трущоб оно было местом мечты, а для элиты по ту сторону дороги — чем-то вроде притягательного, но запретного плода.

<Океаны>*

Стоя перед этой вывеской, я безучастно смотрел в небо. Оно по-прежнему было затянуто серыми тучами, словно сезон дождей так и не закончился. Липкая влажность, облеплявшая тело, была донельзя неприятной, но сейчас я её почти не замечал — слишком странным было то, что я чувствовал.

— В чем дело? — спросил стоявший рядом мужчина, пока я задумчиво вертел пуговицу на рукаве. За последнее время его хриплый, скрипучий голос успел надоесть мне до тошноты. Я медленно повернул голову и встретился с взглядом человека, смотревшего на меня сверху вниз. — Сам же напросился со мной. Чего тогда с таким лицом стоишь?

Этим мужчиной был не кто иной, как председатель Джу. Передав секретарю пиджак, он поправил одежду. Я еще раз сжал пуговицу, отпустил ее и покачал головой.

— ...Ничего. Просто я давно здесь не был.

И правда, сколько уже прошло? С тех пор как я уехал отсюда вместе с Джу Дохвой, я ни разу не возвращался, так что минуло уже больше четырех лет. Да я вообще в этот район давно не заглядывал.

— Ну да, наверное, рад вернуться, — понимающе кивнул председатель Джу.

На самом деле мои чувства были бесконечно далеки от радости, но я предпочел промолчать, не желая вступать в спор. Я не хотел испортить дело сейчас, когда мне удалось зайти так далеко.

— Прошу вас, проходите, — сказал секретарь и вежливо указал рукой на вход, аккуратно держа пиджак председателя. Председатель Джу привычным шагом пошел вперед, а я последовал за ним, отстав на полшага.

Когда я заявил, что лично отправлюсь в «Океаны», в качестве сопровождающего я выбрал председателя Джу, а не Джу Дохву. Мой выбор удивил даже Ли Юну, но когда я объяснил причину, она быстро согласилась.

Самый надежный способ проверить факты — увидеть всё своими глазами. Чем идти с Джу Дохвой, гораздо больше можно узнать, если привезти туда председателя Джу и просто понаблюдать за ним.

Когда я сказал это Джу Дохве, он не нашел, что возразить. Открыл было рот, собираясь что-то сказать, но на его лице отразилась лишь растерянность. Он тихо вздохнул и отвернулся, выглядя так, словно ему было немного стыдно.

Единственное, что он у меня спросил:

Его лицо было полно недовольства. Нет, скорее — тревоги. С тех пор как мы встретились вновь, он часто смотрел на меня с таким беспокойством.

Я понимал его опасения, но на этот раз был уверен в себе. Уговорить председателя Джу, который сам обещал взять меня на прием «Кымро» и вывести в свет, было проще простого. Тем более что мне даже не пришлось просить его напрямую.

На следующий день я пришел к председателю Джу, протянул ему свежую партию сигарет и как бы невзначай завел разговор. Сказал, что когда я работал в «Океанах», многие клиенты просили скрутить им сигареты. Но тогда я еще не умел выращивать хэхянчхо, поэтому не мог выполнить их просьбу.

Я не стал прямо отрицать его слова, но ответил уклончиво, давая понять, что я не обслуживал кого попало.

Стеснялся? О чем это я. Ради денег я был готов на всё, так что, услышь это кто другой, он бы рассмеялся мне в лицо.

В его мимолетной ухмылке я ясно прочитал издевку. Было очевидно, что он считал поступок сына жалкими, но тут же в его глазах вспыхнула иная жажда.

Его вялая улыбка была слегка размытой от действия наркотиков. Разум он еще не потерял, но находился в состоянии приятной эйфории.

Человек, который пичкал маленького ребенка стимуляторами проявления, а когда тот всё-таки проявился, испугался и начал травить малыша подавителями. Его комплекс неполноценности по отношению к Джу Дохве казался странной смесью зависти и восхищения. Я был уверен: он не упустит шанса перетянуть на себя то внимание, которое когда-то досталось его сыну.

Если бы он был в здравом уме, всё могло бы пойти не так гладко. Он бы раскусил мою дешевую уловку и не стал потакать моим желаниям.

Но в этом и заключается суть наркотиков. Они лишают человека терпения и заставляют гнаться за сиюминутным удовольствием: за забавными ситуациями, острыми ощущениями — вот и всё, что им нужно.

И вот председатель Джу притащил меня в «Океаны», чтобы потешить своё самолюбие.

— Ох, господин председатель!

Стоило нам переступить порог «Океанов», как ко входу, задыхаясь, подбежал тучный мужчина. В красноватом костюме и с гладко зачесанными волосами — это лицо я знал слишком хорошо.

— Если бы вы предупредили, я бы лично встретил вас… — мужчина осекся в тот самый момент, когда наши взгляды встретились. Его раболепная улыбка мгновенно сползла, сменившись ошеломленным выражением. — Ты...

Это был директор «Океанов». Человек, который продал меня Джу Дохве и который не считал за людей ни одного из своих сотрудников.

— Весьма своеобразный способ приветствовать гостей, — сухо бросил председатель Джу.

— ...Ах!

Услышав резкий голос председателя Джу, директор отвел от меня взгляд и торопливо поклонился.

— Прошу прощения, господин председатель. Давно не видел это лицо, вот и...

В ушах до сих пор звенел звук пощечины, которой он тогда меня наградил. Вспомнилось, как он бесновался: «Я с тебя пылинки сдувал, а ты такое вытворяешь?! Твоя дешевая девственность и ломаного гроша не стоит по сравнению с тем клиентом!»

— Предупредили бы заранее, я бы лично встретил вас на улице... Как же неловко, простите великодушно.

Он как будто немного похудел. И вряд ли дело было только в возрасте. Я смутно догадывался о причине.

Вспомнились слова Линлин. Она говорила, что корпорация-спонсор прекратила финансирование, из-за чего директор был в ярости.

— Пойдем в комнату.

— Да, господин председатель. Я провожу вас лично.

Значит ли это, что именно председатель Джу перекрыл кислород «Океанам»? Поэтому директор сейчас так заискивает перед ним с таким бледным лицом?

— Сюда, пожалуйста.

Засуетившийся директор тут же натянул рабочую улыбку и повел председателя Джу в комнату. Говорили, что председатель Джу — истинный хозяин «Океанов», и, видимо, поэтому директор так перед ним трепетал. Со стороны могло показаться, что он просто обхаживает важного гостя, но, в отличие от его обычного поведения, в его глазах не было алчности и желания сорвать куш.

Директор провел нас по коридору к самой дальней двери. Комнаты с первой по пятую были для VIP-персон, но нас вели в нечто более эксклюзивное. В «Нулевую комнату», расположенную в самых недрах заведения, которую открывали лишь в исключительных случаях.

Коридор всё так же был украшен извивающимися волнами и люстрами. Когда-то я находил в этом утешение, но теперь, когда я привык видеть настоящее море, всё это казалось жалкой подделкой. Единственное, что действительно напоминало мне море — это... та картина, висевшая в доме Джу Дохвы.

— Располагайтесь с комфортом.

Директор сам открыл нам дверь, сказал, чтобы мы звали его, если что-то понадобится, и удалился. Скорее всего, он пошел выбирать хороший алкоголь, чтобы принести нам.

— Ты тоже присаживайся.

Кожаный диван издал звук выпускаемого воздуха, когда председатель грузно на него опустился. Я сел на диван по диагонали от него и по привычке начал теребить пуговицу на манжете. Холодная, твердая текстура впивалась в кожу.

Пуговица. А точнее — миниатюрный микрофон.

Когда стало известно о моем визите в «Океаны» вместе с председателем, Джу Дохва лично выбрал мне одежду. Это не был роскошный наряд, как для приемов, но вполне приличный, строгий костюм. С небольшим секретом.

Надо же, снова ношу прослушку. Когда-то я маниакально ощупывал пуговицы, боясь, что меня прослушивают, но теперь знание того, что Джу Дохва меня слышит, приносило лишь спокойствие.

_______________________________________________________

Примечание:

* Ранее название заведения адаптировалось как «Океаны», так как в корейском тексте автор использует именно английское заимствование «오션스» (О-сён-сы), без апострофа, что можно было принять за множественное число. 

Однако в этой главе автор приводит официальное английское написание — <Ocean's>. Апостроф указывает на принадлежность, то есть истинный смысл названия заведения можно перевести как «Принадлежащее Океану» или «Заведение Океана». 

Но оставлю пока «Океаны», так привычнее.