Морской бриз играл с ее черными волосами, бросая непослушные пряди в лицо. Кристина прикрыла глаза и одернула подол длинного сарафана, скрывая стройные ноги. Волны нежно лизали ее ступни, зарывшиеся в мокрый песок. Она больше не искала опоры в крепкой руке Гектора, своего верного спутника последние три месяца. Прошло уже девяносто дней с тех пор, как она оставила свою дочь Акасию дома и приняла приглашение старого друга на это безумное путешествие.

Кристина тряхнула головой, словно отгоняя непрошеные мысли, и медленно побрела вдоль кромки прибоя. Камера на кожаном ремешке покачивалась в такт ее шагам. Она сделала несколько снимков и тут же просмотрела их на дисплее. Вздох разочарования сорвался с ее губ — чего— то не хватало этим кадрам, как и ей самой в последнее время.

Они регулярно общались с Акасией по видеосвязи. «Когда ты вернешься, мама?» — неизменно спрашивала дочь. И каждый раз Кристина отвечала, что не знает. Она и правда не знала. Возвращение казалось невозможным, будто невидимая стена отделяла ее от прежней жизни. Прошлое дышало в затылок, напоминая о горьких потерях и роковых ошибках.

«Я снова бросила ее», — эта мысль острой иглой впивалась в сердце. Сперва, когда отправила к родителям, не сумев примирить с отчимом. Теперь — умчавшись на край света в поисках призрачного покоя. Но покой не приходил, лишь чувство вины росло с каждым днем.

Золотистые лучи заката окрасили волны, когда взгляд Кристины зацепился за одинокую фигуру под пальмой. Она машинально поднесла к глазам видоискатель, наводя резкость. Молодой мужчина сидел, скрестив босые ноги, и полностью погрузился в работу за ноутбуком. Ветер красиво развевал полы его голубой рубашки, то и дело обнажая загорелый торс. Кристина, сама того не заметив, сделала серию снимков: длинные пальцы, летающие по клавиатуре; прикушенная в задумчивости губа; сосредоточенный взгляд из— под выгоревших прядей волос.

Опомнившись, она резко опустила фотоаппарат. Разглядывать незнакомца украдкой было неловко, а уж тем более — снимать без разрешения. Но, просмотрев получившиеся кадры, Кристина не смогла заставить себя удалить их.

Она продолжила свой путь, то и дело бросая взгляд на линию горизонта, где медленно тонуло багровое солнце. Каменистый склон, ведущий к старому маяку, притягивал ее, как магнит. Кристина начала взбираться по узкой тропинке, не замечая, что теперь незнакомец под пальмой неотрывно следил за ней, забыв про свой ноутбук. Ее стройный силуэт отлично просматривался в заходящих лучах солнца. Она даже не могла представить, как выглядела со спины, когда легкий бриз очертил ее точеную фигуру.

Добравшись до вершины, она замерла, завороженная открывшимся простором. Бескрайнее одеяло океана предстало перед ней.

— Эй, мечтательница! — возглас Гектора заставил ее вздрогнуть. — Надеюсь, ты не собралась прыгать? У меня еще осталось немного заряда в камере, но я бы предпочел поснимать что— нибудь менее драматичное.

Кристина невольно улыбнулась, ощутив знакомое теплое прикосновение к плечу. Язвительный юмор друга помогал ей не скатиться в пучину тоски все эти дни. Она прижалась своим плечом к его, впитывая ощущение надежности и уюта.

— Не дождешься, — усмехнулась она. — Лучше скажи, что будем снимать? — В ее голосе послышались живые нотки.

— Как насчет вон того старика с собакой? — Гектор указал на одинокую фигуру, бредущую вдоль линии прибоя. — В его глазах наверняка столько историй, что хватит на целый фотоальбом.

Кристина тихонько рассмеялась:

— И ты разглядел его глаза с такого расстояния? Орлиное зрение, однако, у тебя.

— Идем, — Гектор мягко сжал ее ладонь. — Солнце уходит, а я приметил неподалеку заброшенный дом. Если поторопимся, еще успеем поймать магический час.

Она послушно последовала за ним. Его широкая спина маячила чуть впереди, увлекая за собой. И с каждым шагом Кристина все отчетливей понимала: дальше этой точки в их отношениях они не продвинутся. Как ни старался Гектор, как ни желала она сама, она не смогла полюбить его так, как он этого заслуживал. Она могла предложить ему лишь благодарность и привязанность верной подруги — не больше.

«Нам нужно поговорить», — мелькнула мысль. Она не имела права и дальше пользоваться его добротой, зная, что не сможет ответить взаимностью. Однако комок в горле мешал начать этот разговор, и она попыталась отвлечься от неприятных мыслей, разглядывая окрестности.

— Ты уверен, что нам можно туда? — спросила Кристина, когда они приблизились к покосившейся ограде.

— Да ладно тебе, трусишка, — Гектор уже толкнул ржавую калитку. — Тут явно никого нет.

Кристина провела ладонью по облупившейся вывеске.

— "La Esperanza", — прочла она вслух.

— Надежда, — отозвался Гектор. — Наш с тобой девиз, помнишь?

Она промолчала, опустив голову. Он верил, он ждал, лелея мечту о чем— то большем между ними. Теплый комок подкатил к горлу — когда— нибудь ей придется разбить эти мечты.

Они брели по заросшей тропинке, перешагивая через обломки кирпича и гнилые ветки. Запустение и тлен царили вокруг.

— Как в дурном кошмаре, — шепнул ей на ухо Гектор, и по спине Кристины пробежал холодок. – Столько тайн, хочешь их узнать? – спросил он.

Ей мерещились чьи— то взгляды из мрачных теней, но каждый раз, обернувшись, она видела лишь заросли травы.

— Давай вернемся, — взмолилась она. — Честное слово, нас арестуют за вторжение в частные владения, — ее уже не радовала перспектива сделать отличные снимки.

— Погоди— ка, — Гектор раздвинул спутанные ветви. — Взгляни!

Кристина нехотя склонилась и едва сдержала возглас изумления. Перед ними показался одноэтажный дом с гасиендой — просторной верандой. Стены изрядно облупились, но каркас выглядел на удивление крепким. Вдалеке угадывались очертания каких— то хозяйственных построек. Ее беспокойство стало постепенно отпускать.

— Чувствую себя героиней приключенческого романа, — пробормотала она. — Того и гляди, выскочат пираты, — она подмигнула ему, в ней явно проснулось озорство.

— Можем устроить тематическую вечеринку, — Гектор мгновенно уловил смену ее настроения. — Я раздобуду ром и попугая, — он готов был потереть руки.

— Ром? – переспросила она. – Не текила?

— Текила и попугаи, ты уверена? – рассмеялся Гектор.

Они принялись бродить по комнатам, спотыкаясь о поломанную мебель и осколки. Кристина щелкала затвором, как одержимая, приговаривая что— то о потрясающих текстурах. Она ощутила внезапный прилив воодушевления. Запущенный дом манил ее, как магнит. Она еще не понимала причин, но вдруг чувствовала – именно здесь начнется ее новая глава.

— Посмотри, — она сдернула со стены пожелтевший лист. – «Продается. Ранчо и прилегающая территория. Контакты».

— Даже не думай, — отрезал Гектор. — Или ты снова всерьез собралась заняться фермерством? – он не договорил.

Не отвечая, Кристина направилась к видневшейся в отдалении постройке. Внутренний голос твердил: там ключ к разгадке. Она понимала, что игнорировала Гектора, но ничего не могла с собой поделать. Впервые за долгие месяцы в ней проснулся неподдельный интерес к чему— то.

— Немного краски, минимальный ремонт — и дом вполне пригоден для жилья, — бормотала она, подсвечивая себе путь фонариком телефона.

— Кристина! – голос Гектора стал жестким.

Она обернулась, глубоко вздохнула и решительно произнесла:

— Дом продается, Гектор. Вместе с землей. И, знаешь..., — ее голос стал тише, и она практически перешла на шепот, — мне здесь очень нравится. По— настоящему нравится! Рядом океан, я никогда не жила на побережье. Кажется, впервые я чего— то хочу. Понимаешь? – она смотрела в его глаза.

Ее взволнованный шепот эхом отражался от стен. Гектор молчал, сжав зубы. А потом качнул головой:

— Ты же это несерьезно? Завтра проснешься и скажешь, что это было просто наваждение, что ты поддалась эмоциям. Ты же можешь купить любой дом, почему здесь? В этой глуши? Тебе понадобятся помощники, ты, — он не договорил, так как понимал, что коснулся очень больной темы.

— Нет! – воскликнула она, в ее глазах блеснули слезы. — Нет, Гектор. На этот раз все иначе. Все по— другому.

Она шагнула к нему, порывисто обняла и уткнулась лицом в его плечо.

— Я так тебе благодарна. Правда. Ты вытащил меня из той трясины. Дал отсрочку. Но..., — она замолчала.

— Но? – он нашел в себе силы спросить.

— Но я люблю тебя только как друга, — ее голос дрогнул. — Ты ведь знаешь это? Я пыталась... клянусь тебе, я очень старалась полюбить тебя иначе. Но у меня ничего не вышло. Прости.

Его плечи медленно опустились, а ее голова поникла. Вот она и призналась ему. Она замерла в ожидании его ответа, боялась сделать вдох.

— Я ждал этих слов, — хрипло признался он. — Все три месяца ждал. Каждый день я боялся их услышать.

Мгновение они стояли, вцепившись друг в друга. А потом что— то хрустнуло в кустах, и оба испуганно отпрянули друг от друга.

— Простите, сеньора! — на поляну выскочил мальчишка лет десяти. Следом, тяжело дыша, выбралась девочка.

— Господи, — Кристина прижала ладонь к колотящемуся сердцу. — Вы нас здорово напугали. Что вы здесь делаете так поздно? Одни? – она вглядывалась в тени кустов, надеясь, что покажется кто— нибудь взрослый.

— Играем, — звонко отозвался мальчик. Его впалый живот предательски заурчал.

— Вы голодны? — Кристина машинально потянулась за сумкой и только теперь сообразила, что оставила ее в отеле.

— Как вы сюда попали? — спросил Гектор, понимая абсурдность свое вопроса.

— Мы всегда тут играем, — пожал плечами мальчуган. — Мама с папой работают на виноградниках допоздна. А мы с сестрой приходим сюда.

— Луис, замолчи, — прошипела девочка. — Ты что, забыл, о чем говорил папа? Нельзя разговаривать с чужаками.

— Но они же не похожи на бандитов, — возразил Луис. — Правда, сеньор?

— Мы вас проводим, — мягко сказала Кристина. — Уже совсем стемнело, нельзя так поздно гулять одним.

По дороге они узнала, что местные трудятся на виноградниках. Что хозяин виноградников подумывает их продать. Что взрослых это беспокоит, а сами дети мечтают о велосипедах, но денег у родителей нет на это. Девочка угрюмо молчала, а мальчик щебетал без умолку. Позволяя Гектору вести разговор, Кристина слушала вполуха — мысли ее были заняты совершенно другим.

«Может, это знак? — размышляла она. — Шанс все начать сначала. Здесь — среди виноградников и соленого ветра? Тот самый «ключ», который она искала в заброшенном доме?»

Распрощавшись с детьми у магазина, где они им каждому купили по лепешке, Кристина и Гектор побрели обратно к отелю. Прохладный бриз приносил с собой шум прибоя и крики чаек. Они шли молча, погруженные каждый в свои мысли.

— Ты ведь это не всерьез? — нарушил тишину Гектор. — Насчет покупки дома, — уточнил он, смотря вдаль, куда уходила лунная дорожка.

Кристина остановилась, глубоко вздохнула, собираясь с мыслями:

— Знаешь, впервые за долгое время у меня появилась идея, может быть даже цель. Пусть она кажется безумной, но... — она замолчала, подбирая слова. — Мне нужно что— то свое, Гектор. Место, где никто не будет напоминать о прошлом. Где я смогу начать с чистого листа.

Он молчал, глядя куда— то поверх ее плеча. Кристина мягко коснулась его руки:

— Я знаю, ты считаешь, что я бегу от реальности. Может, так оно и есть, — призналась она. — Но здесь... здесь я почувствовала себя живой. Понимаешь? Я нашла место, где захотела остаться.

Гектор наконец встретился с ней взглядом. В его глазах плескалась грусть, и в тоже время его взгляд был наполнен нежностью.

— Понимаю, — тихо отозвался он. — Я же вижу, как ты изменилась за эти дни. Словно проснулась от долгого сна.

— Проснулась? – переспросила она.

Он помолчал, а потом решительно тряхнул головой:

— Ладно, авантюристка. Давай хотя бы узнаем подробности у местных. Вдруг твой райский уголок продают за миллионы?

Искренняя улыбка озарила лицо Кристины:

— Спасибо. Ты лучший друг, о котором только можно мечтать, — она взяла его под руку, и они направились к отелю...

...Спустя неделю, сидя в своем номере, она держала в руках подписанные документы о покупке старого ранчо на берегу океана. "La Esperanza" — теперь принадлежало ей. Гектор уехал через пару дней, пообещав вернуться. Они оба понимали, что ему требовалось время, чтобы смириться с ее решением, чтобы научиться быть просто другом. Ему нужно было отпустить свою надежду, что они когда— нибудь будут вместе. Ему нужно было расстаться со своей мечтой. В то время, как ее друг проживал свою мечту, отпуская ее, она вдыхала в свою мечту жизнь.

Оставшись одна, Кристина с головой погрузилась в хлопоты. Ремонт, меблировка, общение с местными властями — дни пролетали незаметно, и наступил такой день, когда она переехала в отремонтированный дом. В тот же вечер она вышла на крыльцо. Любуясь закатом, Кристина впервые за долгое время почувствовала умиротворение.

Ее взгляд скользил по ухоженной территории и остановился на оранжерее, которая требовала ее внимания. Стекла давно потрескались, но каркас выглядел вполне прочным. «А ведь здесь можно что— нибудь устроить», — подумала она, но что именно – она еще пока не знала. Помещение было очень светлым и просторным.

Закончив с ремонтом, просто гулять и фотографировать ей оказалось мало. Она хотела чем— то занять себя, ведь непросто так она купила этот участок, привела в порядок дом, который оказался очень большим, и она вполне могла сдавать комнаты, но пока была не готова к этому.

«Кафе, — вдруг пришла мысль, — или даже маленький ресторанчик, переоборудовав одну из построек в кухню, расчистить территорию, поставить столики в тени деревьев, — подумала Кристина, вспомнив, как встретила голодных детей».

Эта мысль захватила ее целиком. Вскоре на воротах "La Esperanza" появилась вывеска, приглашающая отведать домашней кухни и полюбоваться видом на океан.

Первый месяц выдался трудным — посетители не спешили. Кристина не отчаивалась. С помощью Луиса и Марты, она разнесла баннеры по окрестным отелям. И постепенно дело пошло в гору, стали приходить посетители, молодежь, которая рада была не просто выпить кофе, но и посидеть в интернете.

Сама же Кристина после того, как закрывала кафе и отпускала рабочих, уходила в свою комнату и долго рассматривала снимки, которые она сделала во время путешествия с Гектаром. Она подолгу рассматривала лица людей, попавших в ее объектив, осознавая, что глаза этих людей живые, настоящие…

...В то утро она проснулась раньше обычного, впервые она почувствовала себя снова живой, настоящей. Что— то подняло ее из постели так рано и позвало на берег. Кристина брела по остывшему за ночь песку, вдыхая соленый воздух полной грудью, она заметила его — того самого мужчину с мольбертом, которого уже не раз видела из окна, того самого, которого хотела сфотографировать. Он стоял по колено в воде и, щурясь от восходящего солнца, быстрыми мазками наносил краски на холст.

Кристина застыла, словно статуя, боясь даже вздохнуть. Незнакомец, поглощённый своим творением, казался отрешённым от мира, будто находился в ином измерении. Его пальцы сжимали кисть, которая, подобно волшебной палочке, парила над холстом, смешивая оттенки и высекая из красок живые образы. Кристина, завороженная этим зрелищем, машинально потянулась за фотоаппаратом.

Затаив дыхание, она держалась на почтительном расстоянии, не смея нарушить магию момента. Щелчок за щелчком, она ловила в объектив его руки, напряжённый силуэт, склонённый над мольбертом, широкополую шляпу, таинственно скрывающую лицо художника. Впервые увидев его так близко, хоть и на почтительном расстоянии, она была поражена: он оказался высоким, могучим и непоколебимым. Стоя по колено в воде, он одной рукой удерживал мольберт, а другой — творил чудеса на холсте.

Изумление охватило Кристину. Ей, фотографу, достаточно было поймать момент и нажать на кнопку затвора. Ему же, этому загадочному мастеру, требовалось гораздо больше: времени, усилий, души, чтобы остановить мгновение, вдохнуть в него жизнь и увековечить на полотне. В этот миг она осознала глубину разницы между их искусствами и прониклась невольным уважением к неизвестному художнику.

Ей хотелось подойти к нему ближе, и в тоже время она не смела мешать, не смела прерывать его в моменте творчества. Он явно был увлечен и полностью погружен в процесс создания новой истории, такой, какую она никогда не смогла бы изобразить, будь у нее в наличии самая дорогая камера на свете.

Она медленно отступила. Все еще, находясь под впечатлением, она поспешила назад, да, она не решилась с ним заговорить, но теперь у нее были его снимки. Она могла рассмотреть его поближе, ночью, когда никто не посмел бы ей мешать. Впервые она захотела, чтобы солнце поскорее зашло, и она осталась бы одна в своей комнате.

Однако добравшись до кафе, она сразу же услышала гул голосов. В кафе было полно посетителей. Разочарованно вздохнув, не понимая, что с ней происходило, ведь она должна была бы радоваться, что кафе привлекало людей, но в этот момент ей хотелось скрыться в своей комнате.

— Сеньора Кристина! — на пороге появилась запыхавшаяся Марта, — Там важный человек... Он хочет вас видеть! — выпалила она.

— Что за человек? — нахмурилась Кристина, держа камеру в руках.

— Не знаю, — девочка перевела дух. — Но он очень настойчивый. И..., — она обернулась, удостоверившись, что их не подслушивают, — пугающий, — добавила она.

В этот момент в дверном проеме показалась высокая фигура. Темные очки, идеально сидящий костюм и какая— то хищная грация в движениях.

— Сеньора Домингес? — раздался низкий голос. — Мое имя Рикардо Гомес. И у меня к вам деловое предложение.

Что— то в его тоне заставило Кристину насторожиться. Она физически ощутила, как безмятежность этого утра испарилась без следа.

Незнакомец неспешно приблизился и снял очки. Его пронзительный взгляд словно проникал в самую душу.

— Я хочу купить ваше кафе, — без обиняков заявил он. — И поверьте, моя цена вас приятно удивит.

Кристина стояла, словно громом пораженная. Она ожидала чего угодно, но только не этих слов.

— Оно не продается, — отрезала она, придя в себя, попыталась пройти мимо него

Властный жест мужчины пригвоздил ее к месту. Его пронзительный взгляд вызывал неприятный холодок по коже.

— Вы не даете мне пройти, — бросила она, пытаясь скрыть свою растерянность.

Он смотрел на нее, недвижимый, как статуя. Высокий, лет сорока пяти — пятидесяти, с волевым лицом и упрямым подбородком. Почти седой, гладко выбритый, в безупречном костюме. От него исходил тонкий аромат дорогого парфюма. Кристина позволила себе изучать его, пока он раздумывал над ее словами.

— Что желаете? — звонкий голос Луиса разрезал напряженную тишину. Мальчик держал меню — У нас много прохладительных напитков, сеньор, проходите, — пригласил он, быстро вжившись в роль официанта.

— Есть мороженое, — подхватила Марта, подбегая ближе.

— У вас работают дети? — в голосе незнакомца мелькнуло удивление.

После секундного колебания он все же убрал очки в карман рубашки.

— Мы уже достаточно взрослые, — с вызовом ответил Луис, выпятив грудь и вытягиваясь во весь свой небольшой рост. Казалось, он готов встать на цыпочки, лишь бы казаться выше.

Кристина невольно улыбнулась. Как же шли мальчику новые шорты и светлая рубашка! А Марта просто сияла в своем летнем платьице и новых сандалиях. Дети спасали ее положение. Своей наивностью, они готовы были защищать ее от всех и всего, не страшась даже этого пугающего мужчину, она вспомнила слова Марты. Как же она была рада, что продолжила с ними общение, что они вместе разносили баннеры, и она в благодарность за это подарила им велосипеды. Дети упросили ее разрешить им работать у нее в кафе, и она пошла у них на поводу.

— Сеньор? — Кристина вернулась к реальности, встречаясь взглядом с темными глазами гостя. — Кофе? Мороженое? Или посмотрите меню? Пройдите, присядьте за стол, — предложила она, вспомнив о гостеприимстве.

Она могла бы не говорить с ним, но теперь и в ней взыграло любопытство – почему этот мужчина появился именно сейчас, почему ему захотелось купить ее кафе.

— Это ведь не ваш семейный бизнес? — в его тоне сквозил неприкрытый интерес.

Кристина была удивлена, не только он ее интересовал, он также был заинтересован в том, чтобы узнать о ней.

— Простите, но мы с вами недостаточно знакомы, чтобы я рассказывала о своей личной жизни, — отрезала она. — Вы будете делать заказ? – спросила она, когда они подошли к столику.

Мужчина повернулся к детям:

— Значит, холодный кофе и мороженое. Два, — распорядился он, даже не взглянув на Кристину.

— Решили за меня? — в ее голосе проскользнула усмешка, которую она тут же подавила.

— Мы же продолжим разговор? – спросил он.

Этот человек будил в ней смутную тревогу. Отведя взгляд, она заметила парня с ноутбуком. Он выбрал самый дальний столик в тени, держа в руках тот самый баннер, который она недавно распространила по отелям.

Губы Кристины тронула легкая улыбка. Все— таки она не зря вложилась в проведение интернета. Эта "приманка" сработала. И пусть пока здесь только один посетитель с ноутбуком, но это только начало! Именно в этот момент она поняла, что у нее все получится. Несмотря на странное предложение загадочного гостя. Кристина перевела взгляд с парня за дальним столиком на своего собеседника. Несколько мгновений она молча смотрела ему прямо в глаза, словно что— то взвешивая про себя.

— Не желаете продолжать? — хмыкнул он, нетерпеливо барабаня пальцами по столу.

Мимо них, направляясь к молодому человеку с ноутбуком, прошла Бенита. В это мгновение Кристина остро ощутила: в ее кафе наконец— то пришла жизнь! Здесь не только обедали, но работали.

— Кафе не продается, сеньор Рикардо Гомес, — наконец— то ответила она.

Они сидели друг напротив друга, скрестив взгляды, будто два дуэлянта перед поединком. Кристина невольно вспомнила Гектора. Как же ей не хватало сейчас его надежного плеча, но она больше не могла вечно прятаться за спиной.

— Вы все же подумайте, — Рикардо положил на стол визитку. — Я предложу достойную цену.

От этого человека исходило что— то отталкивающее. Он не внушал страха, скорее неприязнь. Бенита принесла кофе и мороженое, расставив все на столике.

Рикардо пытался разговорить Кристину: расспрашивал про окрестности, предлагал показать местные достопримечательности.

— Значит, вы местный, — Кристина сделала кофе, невольно бросая взгляд на молодого человека за дальним столиком, что— то в нем будило смутные воспоминания.

И тут ее осенило. Да это же тот самый парень, которого она когда— то сфотографировала под пальмой! Именно его внимательный взгляд и изящные пальцы тогда так привлекли ее внимание. Ей захотелось сразу же встать и пройти в свою комнату, чтобы удостовериться в этом.

Рикардо обернулся, проследив за ее взглядом. По его лицу скользнула тень раздражения — он явно был задет за живое.

— Доступ к интернету, — кивнул он. — Стратегическое решение для этой глуши. Скоро в вашем кафе яблоку негде будет упасть, — он со стуком поставил пустую чашку. — Кстати, как вы распорядились оранжереей? – он обернулся, рассматривая виднеющуюся крышу помещения.

— Что? — нахмурилась Кристина.

Ее собеседник, похоже, знал об этом месте больше, чем она сама. При этом выглядел как человек, прибывший издалека.

— Оранжерея за домом, — пояснил он, указав пальцем в сторону крыши.

По его лицу пробежала странная тень. Он машинально коснулся ключицы и тут же отдернул руку, словно обжёгся.

— Я еще думаю, — как можно спокойнее ответила Кристина. — Есть кое— какие идеи.

— Какие? — в его голосе прозвучал неподдельный интерес. Он подался вперед, поставив локти на стол.

Кристина помрачнела. От этого человека исходила какая— то хищная энергия. Любое промедление с ее стороны — и он мог легко выбить почву у нее из— под ног.

— Сеньора, у вас очень хороший интернет, — к их столику подошел парень с ноутбуком. — Я хотел бы снять у вас комнату. Вы же сдаете?

Кристина с облегчением выдохнула. Этот незнакомец, сам того не подозревая, пришел ей на выручку. Рикардо откинулся на спинку стула. Он терпеливо ждал ответа, с интересом разглядывая нового собеседника.

— У вас отличный интернет. Мне это нужно для работы, — повторил парень.

— Левое крыло дома можно сдавать, — тут же отреагировал Рикардо, пользуясь замешательством Кристины.

Она побледнела. Этот тип позволял себе слишком много. Но еще больше настораживало его подробное знание дома и окрестностей. Медленно поднявшись, она взглянула на Рикардо сверху вниз. Тот, помедлив, тоже встал.

— Комнаты не сдаются. Кафе не продается, — отрезала Кристина. — Вы можете работать здесь, пока открыто кафе. Прошу меня извинить.

Она была не готова к такому повороту событий. Ни к новым знакомствам, ни к тому, чтобы пускать кого— то в свой дом. Тем более мужчин. Даже в полностью отремонтированное левое крыло дома.

Поднимаясь по лестнице, она чувствовала, как внутри клокочет раздражение. Да, она жила одна в огромном доме. Да, собиралась сдавать часть комнат. Но она не желала, чтобы кто— то, тем более незнакомец, пытался управлять ее решениями! А Рикардо позволил себе именно это. Он продолжал сидеть за столиком, глядя на дом невидящим взглядом, словно погрузившись в воспоминания. Парень вернулся к своему ноутбуку и взял тост с авокадо с тарелки.

Кристина уже начала жалеть, что отказала ему. Все— таки рядом был бы хоть кто— то... Нет. Она одернула себя. Хватит позволять другим влиять на свои решения. Хватит манипуляций. С нее достаточно.

Ее взгляд невольно скользнул вдаль. По пригорку шел тот самый босой мужчина в свободной рубашке, обрезанных джинсах и широкой шляпе. Он нес мольберт. Губы Кристины тронула улыбка. Как же хотелось запечатлеть его не только со спины! Увидеть лицо, заглянуть в глаза. Понять, какую тайну они хранят.

Она отвела взгляд и нахмурилась. Оказывается, не она одна наблюдала за незнакомцем. Парень за столиком, и Рикардо не сводили с него глаз. Внезапно Рикардо резко поднялся, бросил на стол несколько купюр и быстрым шагом покинул террасу.

Кристина облегченно вздохнула. Неприятный гость по имени Рикардо наконец— то ушел. Правда, на столе осталась его визитка — немое напоминание о том, что такие, как он, просто так не сдаются. Он вел себя слишком уверенно. Явно что— то недоговаривал. Она открыла дверь в свою комнату и услышала звонок телефона.

— Гектор! — в ее голосе прозвучала неподдельная радость, когда она приняла входящий вызов. — Как же я рада тебя слышать!

— Как у тебя дела? — поинтересовался друг. — Мне уже приезжать, спасать тебя? Ты еще не соскучилась?

Улыбка медленно сползла с губ Кристины. Как же вовремя он позвонил! И как остро почувствовал, что нужен ей... Но ведь он просто друг. Она не хотела, чтобы кто— то хоть как— то влиял на ее решения. Так почему же сама позволяет себе то же самое по отношению к Гектору?

— Спасать меня больше не нужно, — решительно ответила она. — У меня все замечательно. Мы уже открылись, и дела потихоньку идут.

Она заметила, как в кафе зашла молодая пара. За ней — еще посетители. В руках у них были те самые баннеры, которые они распространили.

— Извини, Гектор. У меня полно гостей. Созвонимся позже, — она положила телефон и бросила взгляд на пригорок. Там уже никого не было. Босой незнакомец в белой шляпе, с мольбертом, растворился, словно мираж.

Через пять минут Кристина забыла и о загадочном художнике, и о Рикардо, и о предложении снять комнату. Посетители прибывали, и ей пришлось включиться в работу. Наконец— то в ее кафе закипела жизнь! К вечеру у нее гудели ноги. Она невольно вспомнила, как падала от усталости на своем прежнем ранчо, когда они с Эстебаном поднимали хозяйство из руин. Нет, она должна забыть о нем. Навсегда вычеркнуть из памяти все, его предательство. Его и Акасии...

На душе заскребли кошки. Зачем, ну зачем она только вспомнила о нем? Кристина приглушила свет и заперла калитку. Прохладный бриз с океана приятно освежал разгоряченное лицо. Она направилась к дому, как вдруг позади нее хрустнула ветка. Резко обернувшись, она увидела в тени виноградника мужской силуэт. Сердце сжалось в груди, а потом заколотилось как бешеное.

— Кто здесь? — окликнула она, вглядываясь в сумрак. Мужская тень казалась огромной и зловещей.

Кристина повернулась, чтобы включить свет, но услышала лишь звук поспешно удаляющихся шагов. Она замерла, так и не дотянувшись до выключателя. По спине пробежал холодок. Казалось, тени прошлого настигли ее даже здесь, в этом тихом уголке, затерянном среди виноградников и морского бриза…
... продолжение тут https://boosty.to/natalia_larioni_author/posts/6df3315e-e9c5-42b7-8384-cb6283309002