***

Реддл отступил на шаг, его лицо-маска дрогнуло. Он знал, что прошлый он не смог бы противостоять даже одному такому существу. Но не сейчас.

- Твоя броня не спасет тебя, дитя.

Вместо ответа Вольт пришел в движение. Его системы взревели, активируя ускорение. Для всех присутствующих мир превратился в застывшую смолу. По крайней мере так казалось оператору Вольта.

Золотистая дуга прочертила зал, и варфрейм ударил всем телом, превратив свою массу в чистый кинетический снаряд. Воздух взорвался от звукового удара. Вольдеморт успел вскинуть руку, воздвигая бирюзовый барьер, но мощь столкновения была такова, что Темного Лорда впечатало в каменную стену, оставив на ней паутину глубоких трещин.

Вольт не давал врагу передохнуть. Навыки, заработанные за тысячи битв, использовались на полную, но оператор не хотел выкладывать максимум. За последние дни все Тэнно заметили - их сила слишком медленно восстанавливалась в этом мире, из-за чего им нужно было часто отлетать к рейлджекам и орбитерам - на подзарядку. Поэтому Вольт экономил силы, методично подавляя противника.

Но, казалось, законы этой вселенной не работали на Вольдеморта. . Бирюзовое свечение в его венах становилось ярче с каждым разрядом. Вольт, чьи сенсоры лихорадочно мигали красным, зафиксировал пугающий факт: его запасы энергии стремительно таяли, тратясь на поддержание щитов и запредельную скорость. В то же время Вольдеморт казался бездонным колодцем. Даже наоборот, Том с каждой секундой боя становился искуснее. Он уже использовал прыжки бездны, чтобы уходить от его атак.

Варфрейм дернулся, выпуская последнюю мощную вспышку, но Реддл лишь усмехнулся. Мощный толчок чистой Пустоты швырнул Вольта через весь зал. Броня заскрежетала по камню, выбивая искры. Понимая, что его реактор почти пуст, Вольт мгновенно сменил тактику. Он не стал пытаться контратаковать. Рывком оказавшись рядом с Аланом, он подхватил лорда Нотта под мышки и закрыл его своим телом, готовясь к новому удару. Но удар не последовал.

Снова грохот. Мэг и Эскалибур приземлились по обе стороны от Вольта. Мэг мгновенно вскинула руки, создавая вокруг их группы магнитное поле, которое начало притягивать к себе летящие обломки, формируя импровизированный щит. Эскалибур обнажил свой энергетический клинок.

Вольдеморт замер, глядя на прибывших. В его глазах-звездах вспыхнуло безумие.

- Трое против одного? Как-то нечестно, мои дорогие друзья.

Он взмахнул палочкой, разрезая пространство. Из рваной раны, ведущей прямиком в сердце Бездны, начали медленно выплывать две исполинские фигуры. Ангелы Бездны. Их ртутные тела, закрученные в жуткие спирали, заполнили пространство под сводами зала.

Первый Ангел, извиваясь в воздухе подобно ртутной ленте, рванулся вперед. Его конечности-лезвия полоснули по магнитному куполу Мэг. Пространство вокруг группы Тэнно задрожало, и купол, собранный из обломков металла и магических щитов, лопнул, осыпав защитников снопом искр. В ту же секунду Вольдеморт вскинул свою палочку. Из её кончика вырвался поток бирюзового пламени, который поглотили щиты варфреймов, истощившись.

Вольт, чей реактор работал на последних каплях энергии, едва успел оттолкнуть Алана Нотта за колонну. Ударная волна от взрыва Бездны отбросила Эскалибура, припечатав его к стене.

- Нужно убить ангелов! - раздался резкий голос оператора Мэг в ментальном канале.

Второй Ангел спикировал на Эскалибура, выпуская из груди сгустки застывшего времени. Варфрейм едва успевал уклоняться, перекатываясь по разбитому полу, пока за его спиной камни превращались в пыль. Ситуация становилась критической. Тэнно были зажаты в угол, их привычная мобильность была ограничена стенами аудитории, а Вольдеморт, казалось, упивался этим превосходством, посылая луч за лучом в сторону варфреймов.

Но Тэнно не зря ели свои питательные кубики.

Эскалибур первым перешел в контратаку. Напитав клинок энергией, он вогнал его в пол, выпуская из-под земли каскад ослепительных световых копий. Щиты ангелов были сбиты.

Мэг мгновенно подхватила инициативу. Она вскинула ладони, и всё железо, что еще оставалось в зале - обломки люстр, котлы, инструменты - устремилось к первому Ангелу. Металл облепил тварь, превращая её в неповоротливый ком, а Мэг сжала кулаки, заставляя магнитное поле внутри этого кома коллапсировать.

- Сейчас! - скомандовала она.

Вольт, собрав последние крохи энергии, активировал электрический разряд, но направил его не во врага, а в клинок Эскалибура. Меч вспыхнул ослепительным белым светом, по которому заплясали золотые молнии. Эскалибур совершил рывок, превратившись в размытую полосу света. Его удар пришелся точно в ядро Ангела, скрытое за наслоениями ртутной плоти. Существо издало последний, захлебывающийся крик и рассыпалось мириадами осколков, которые тут же всосались в пустоту.

Вольдеморт взмахнул палочкой, направляя на Тэнно поток такой мощи, что реальность на миг зарябила. Но Мэг уже создала новый щит, на этот раз не сферический, а направленный. Она перехватила энергию его атаки и, закрутив её в гравитационную воронку, швырнула обратно во второго Ангела.

Тварь пошатнулась, её крылья-паруса обвисли. Тэнно двигались как единый механизм, не давая врагу ни секунды на передышку. Вольт, используя инерцию от магнитного толчка Мэг, пролетел над полом и вонзил свои руки в основание второго Ангела, пуская по его перламутровому телу ток.

Второй Ангел рухнул на колени, его тело начало стремительно кристаллизоваться и разрушаться под воздействием комбинированных атак. Тэнно стояли плечом к плечу, тяжело дыша, их броня была иссечена Бездной, но они выстояли.

- Похвально, - похлопал в ладоши Вольдеморт. - Поистине похвально. Но это всего два ангела.

Он широко развел руки, и бирюзовое свечение в его венах вспыхнуло с новой силой. Воздух в Большом зале застонал, превращаясь в густую, липкую субстанцию.

- Давайте проверим ваш предел, - прошипел Том.

Он вновь вонзил свою черную палочку в пространство. Из четырех новых разломов, возникших одновременно, начали выплывать еще четыре исполинские фигуры. Ангелы Бездны заполнили собой всё пространство под сводами.

- Энергия... почти на нуле, - раздался в ментальном канале хриплый голос оператора Мэг. - Мы не вывезем четверых.

- Вольт, уходи, - внезапно скомандовал Эскалибур, делая шаг вперед и заслоняя собой товарища. - Забирай отца Аятана и уноси его из замка. Мы задержим их, насколько сможем.

- Что? Нет! - вспыхнул Вольт в канале связи. - Мы никогда не оставляем своих!

- Это не обсуждается, - Мэг вскинула ладони, собирая последние крохи магнитной энергии, чтобы создать барьер перед наступающими Ангелами. - Ты - единственный, кто может вырваться из этого кольца. Лотос должна знать что тут произошло. Мы выиграем тебе время.

Четверка Ангелов начала свое движение. Вольдеморт усмехнулся, медленно поднимая палочку для решающего удара.

- Уходи! - Эскалибур сорвался в рывок, его клинок прочертил в воздухе ослепительную дугу, отвлекая внимание двух ближайших тварей.

Вольт замер на долю секунды. Его сенсоры фиксировали, как показатели жизнеобеспечения Мэг и Эскалибура падают в красную зону. Бросить их здесь, в этом каменном мешке, против обезумевшего мага и его свиты... Это противоречило всему, во что он верил.

- Быстрее! - крикнула Мэг, когда бирюзовое пламя Реддла ударило в её щит, заставляя варфрейма упасть на одно колено.

- Я вернусь, - прошептал оператор Вольта.

Системы варфрейма издали последний, надрывный визг, когда он влил остатки энергии в двигатели. Мир вокруг Вольта вновь начал замедляться, но на этот раз картинка была смазанной, нестабильной. Он крепче перехватил Алана, прижал его к груди и превратился в золотистую молнию.

Каждый прыжок давался с трудом, ноги варфрейма подкашивались, но он бежал. Бежал прочь от Хогвартса, к точке эвакуации, чувствуя, как связь с Мэг и Эскалибуром становится всё слабее, пока не превратилась в тонкую, едва ощутимую нить.

***

Япония уже мало напоминала себя прежнюю. Везде - руины, да наросты бездны. На улице - лишь малые отряды варфреймов, да некрамехи, время от времени открывающие огонь по остаткам Шепота.

- Оператор, - голос Лотос прорезал шум статики в моем сознании. В нем не было привычного спокойствия. - Немедленно вернись на флагман.

Я не стал задавать вопросов. Системы Переноса взревели, вырывая мой разум и тело из Данте, и швыряя его сквозь пространство прямо в криокапсулу. Варфрейма заберет Цефалон, так что можно не париться о его сохранности. Жаль, нет моего Орбитера с Ордисом.

Когда мои глаза открылись в навигационном отсеке, первое, что я ощутил - это запах гари. В центре зала, на медицинских платформах, царил хаос. Нарцисса и Беллатриса стояли у края, их лица были белее мела.

На левой платформе лежал мой отец. Алан Нотт был без сознания, его мантия превратилась в лохмотья, а кожа на руках покрылась бирюзовыми трещинами - прямыми следами соприкосновения с Бездной.

Вольт выглядел пугающе. Золотистая броня варфрейма была иссечена глубокими бороздами, из поврежденных сочленений вырывались редкие, слабые искры. Он стоял на коленях прямо у платформы моего отца. Шлем опущен, из динамиков доносился прерывистый, свистящий звук охлаждающих систем. Рядом сидел и его оператор - один из "молодых" Тэнно, что только недавно пробудились из криосна.

- Я оставил их... - прохрипел оператор Вольта через внешние спикеры. Его голос дрожал от слез и невыносимой вины. - Они велели мне бежать. Мэг... Эскалибур... они остались там, в Большом зале. С Ним.

Парень мелко дрожал. Его пальцы, всё еще сжатые в кулаки, бессильно скребли по полу флагмана.

- Пожалуйста... пусть они будут живы, - шептал он бесконечную молитву. - Пусть они продержатся.

- Я отправила сильнейших за ними, мое дитя, - Лотос подошла к оператору, поглаживая его по голове.

- С кем это - с "ним"? - спросил я, подходя к отцу и проверяя его состояние. Он был истощен, ранен, но жив. Спал - скорее всего Лотос его погрузила в сон.

- Тео... - прижалась ко мне Нарцисса, пытаясь поддержать. На плечах почувствовал руки Беллатрисы.

- Я в порядке.

Парень поднял на меня покрасневшие, полные слез глаза.

- Безразличие, брат. Оно дало какому-то магу силы, похожие на наши. Он как ты - его силы не истощаются здесь.

- Маг? - я посмотрел на Лотос.

- Тот, кого зовут Вольдемортом.

- Вольдеморт, - повторил я. Имя, которое еще недавно вызывало трепет у аристократии, теперь приобрело совершенно иной, куда более жуткий смысл.

Я осторожно высвободился из объятий Нарциссы и Беллы. Они прекрасно понимали меня, чувствуя исходящий от меня ледяной гнев, поэтому молча отступили на шаг.

- Кого именно ты послала, мама? - я посмотрел прямо в скрытые визором глаза Лотос.

- Три мастера во главе с Машико. Они уже там.

- Машико тоже был здесь? - удивился я, и даже обрадовался.

- Да, пилотирует Ревенанта, - ответила Лотос, после чего вдруг резко застыла.

Ее фигура напряглась, а мягкий свет визора на мгновение мигнул и потускнел. В навигационном отсеке повисла давящая, неестественная тишина, нарушаемая лишь мерным гудением систем жизнеобеспечения над медицинской платформой, где спал отец. Скорее всего, она слушала экстренные доклады по внутренней сети. И судя по тому, как безвольно опустились ее плечи, новости были хуже некуда.

- Лотос? - тихо позвал я.

Лотос медленно повернулась к нам. Впервые за долгие века ее голос, всегда служивший нам незыблемым ориентиром в самых темных уголках системы, надломился.

- Соматическая цепь... разорвана. Окончательно.

Мальчишка-оператор рядом со мной издал сдавленный всхлип и закрыл лицо дрожащими руками.

- Варфреймы разрушены? - с отчаянной надеждой прошептал он. - Они ведь скоро очнутся в своих капсулах, да? Цефалон уже запускает протокол реанимации?

Лотос покачала головой.

- Их разумы стерты, дитя. Искажение Бездны ударило в обратном направлении, по линии Переноса, выжигая соматические капсулы. Мэг и Эскалибур... их операторы мертвы.

- Кай, Лана... - прошептал парень, невидящим взглядом смотря куда-то в пустоту.

Воздух выбило из легких. Тэнно умели выживать в любых условиях. Мы теряли оболочки, наши варфреймы рвали на куски, но мы всегда возвращались, надежно укрытые в своих кораблях. Истинная смерть была для нас чем-то почти забытым, невозможным. И сейчас обезумевший маг, впустивший в себя силу Безразличия, навсегда оборвал жизни двух моих товарищей.

- А остальные? - прошептал я.

- Машико докладывает, что Большой зал пуст, - Лотос снова посмотрела на мерцающую голографическую карту Британии. - Вольдеморт исчез. Сразу после того, как пали наши братья, он свернул пространство и ушел. Больше никто не пострадал. Ни студенты, ни защитники Хогвартса. Он их даже не коснулся.

Нарцисса судорожно выдохнула, прижимая ладонь к груди. Беллатриса сжала кулаки так, что побелели костяшки.

- Брат, - посмотрел на меня оператор Вольта. Его голос задрожал, а в глазах, еще секунду назад пустых от шока, начала нарастать дикая, неконтролируемая паника. - Что происходит?

Он вскочил на ноги, отшатнувшись от медицинской платформы, словно она вдруг стала раскаленной. Дыхание юноши сбилось, превращаясь в судорожные всхлипы.

- Кай и Лана... они мертвы! - закричал он, и его голос сорвался на визг, болезненным эхом отразившись от металлических стен навигационного отсека. - Из-за твоего проклятого мира! Из-за твоей войны!

Мальчишка шагнул ко мне, указывая трясущимся пальцем. По его щекам катились слезы, оставляя светлые дорожки на перепачканном копотью лице.

- Если бы не ты, мы бы никогда сюда не сунулись! Ты убил их, Аятан! Это твоя вина!

Нарцисса возмущенно выдохнула и резко шагнула вперед, чтобы осадить мальчишку, но я поднял руку, останавливая ее. Беллатриса зло сощурилась, ее пальцы инстинктивно дернулись к карману с палочкой, но она тоже замерла, подчиняясь моему молчаливому приказу.

Я ничего не ответил. Оправдания застряли в горле острой бритвой. Юный Тэнно был абсолютно прав. Каждое его обвинение вонзалось в меня каленым железом, подтверждая то, что билось в моем собственном воспаленном мозгу. Я молча опустил голову, принимая эту тяжесть целиком, без единой попытки защититься.

Мягкие шаги нарушили звенящую тишину. Лотос подошла к бьющемуся в истерике юноше. Она не стала одергивать его, не стала взывать к воинской дисциплине. Вместо этого она плавно опустилась перед ним и притянула к себе, крепко обнимая.

Мальчишка дернулся, попытался слабо вырваться, но в объятиях Матери его силы быстро иссякли. Гнев сменился полным отчаянием. Его истерика прорвалась наружу глухими, детскими рыданиями. Он уткнулся лицом в ее плечо, вцепившись пальцами в ткань ее одеяния, как утопающий.

- Тише, мое дитя. Я знаю, как это больно, - мягко произнесла Лотос. Ее голос обволакивал, даруя крохи покоя, хотя в нем сквозила безмерная, древняя печаль. - Смерть пугает своей окончательностью. Боль потери ослепляет, но не позволяй ей обратить тебя против семьи.

Она подняла голову, и ее скрытый визором взгляд обратился ко мне.

- Аятан скорбит не меньше твоего, - тихо продолжила она, осторожно поглаживая дрожащего юношу по спине. - Он чувствует эту утрату так же остро, как и ты. Они были его братом и сестрой. Он готов был отдать собственную жизнь, лишь бы вытащить вас оттуда. Вина за их гибель лежит только на том, кто нанес удар. Сейчас нам нужно держаться вместе. Если мы позволим горю расколоть нас, Безразличие победит.