Арым открыла глаза почти в полной темноте, кажется, ещё ночь, но ей почему-то было жизненно необходимо проснуться именно сейчас. 
Она слышала голоса из соседней комнаты. Родители ругались так громко, что казалось, Антон и Оля наверняка уже не спят и сидят по своим комнатам, хлюпая носом.
Она встала и, надев свои очки, взглянула на маску зайчика, что лежала на столе. За стеной раздался грохот. 
Чувствуя критическую необходимость успокоить Бориса и Карину, она сделала шаг из комнаты, но неожиданно для себя поняла, что стоит посреди мостика через Ольшанку и не в пижаме, а при полном параде и даже со своим учительским портфелем. Рядом стоял Антон, словно ожидая команды "иди".
Ветер завыл, затягивая метелью все вокруг, и на этом белом полотне проявилась почти черная надпись:
Эпизод II: Время поиграть
Они вышли на освещённую улицу, но ощущение преследующего их страха не отпускало.
— Тебе страшно? — спросила она, — по темноте в школу идти не страшно?
— Разве что немного, — спокойно ответил он, как вдруг под одним из фонарей раздались чавкающие звуки.
Сгорбленное лохматое существо, казалось, жевало что-то...
Антон отскочил и нырнул за спину Арым, но она знала, что это просто Алиса кормит Жульку.
Но она не вышла из-за тени, а выпрыгнула с громким воплем:
—Попались!
Антон так сильно испугался, что чуть было в сугроб со страху не рухнул. 
Инстинктивно дёрнувшись в его сторону, Арым поймала его за руку и поставила обратно на ноги.
Алиса вышла на лоскут света, и Антон выдохнул. А собачка, которую та кормила, с лаем побежала на них, но, увидев Арым, замотала хвостом как пропеллером, точно узнала в ней своё родное. Она присела на корточки, и собака тут же уткнулась мокрым носом в её ладонь. Нос был холодный, а вот шерсть теплая.
— Вот те раз, Жулька обычно взрослых не жалует, — удивилась Алиса, — иди сюда, ну же.
Но собака радостно скакала вокруг Арым, чем вызвала смех всех присутствующих, даже за мгновение до этого недовольной прохвостки. 
Антон Жульке тоже сразу понравился. Если бы родители не были против, то забрали бы зверюгу домой.
Арым наклонилась к Антону и шепнула: — Будет предлагать сладости, бери, но не ешь.
Вдруг она услышала звон колокольчика, который уже ранее слышала. Но не стала искать, откуда исходил звук.
— А ты, — громко сказала она, указывая на Алису пальцем, — чтобы до школы его проводила, а мы с Жулькой пошли, опоздает если, я тебе хвост твой лисьий вырву.
— А не боишься? — расхохоталась Алиса.
— За Антона? — спросила Арым и тут же ответила на вопрос, — я знаю, что ты его не обидешь, сделка же.
Алиса напряглась и резко встрепенулась, будто что-то вспомнила. Звон колокольчика раздался вновь, и Арым в компании весело прыгающей побитой жизнью дворняжки направилась в школу.
Время переключилось на перемотку. 
Тот самый диалог с Лилией Павловной... прогулка с Катей... рокировка учеников за партами... хохот класса... Антон, рисующий котенка...
Но в этот раз ни кошмаров, ни критических ошибок, все слишком гладко, слишком хорошо. 
Никто не столкнулся... Антон и Семён в коридоре у класса не схлестнулись. Все чересчур спокойно, это не было похоже на зайчика...
Мысли Арым прервал выбор, что появился над ее головой.
[Оставить после уроков] 
и [Проследить за Ромой]
Второй выбор подсвечивался серым.
— Что? — вслух спросила она, словно саму себя, — как может быть, чтобы этот выбор был уже сделан, если я его не видела.
Но вдруг, как и в прошлый раз выбор сделался сам собой, и она громко сказала на весь класс: 
— Семён и Игорь, остаётесь после уроков, а Пятифан Морозову домой провожает! Говорят, дети пропадают, так что мальчики провожают девочек!
Класс загудел.
—Костя, — окликнула она мальчика, что сидел за дальней партой, — Катю проводишь?
Тот оторвал взгляд от тетради, кивнул и принялся дальше что-то записывать или зарисовывать, издалека-то не видно.
Когда в класс вошла Лилия Павловна со своим уроком литературы, Арым решила пройтись по школе. 
Может, подсказки какие-то найдутся.
Пройдя по коридору в сторону лестницы, краем глаза она заметила информационный стенд и обступившую его толпу школьников. 
На стенде висит распечатанный листок со сведениями о пропавшем Вове Матюхине: 
перед пропажей Вова имел при себе пластиковый автомат и серые варежки с зелёными полосками, похожие на то, что Арым отдала Антону. 
Рядом ещё пара листовок, а также расписание, на которое видимо и глазели ребятишки, и заметка: 
"нашел чемодан с какими-то книжками нерусскими звонить 3-66-26".
А вон оно как... Стоило бы Тихонову сказать, самой лезть к незнакомым людям не хочется, ещё и записку в школе прикрепили, чует сердечко не к добру это...
Она вернулась в класс аккурат к звонку. Лилия Павловна смерила её взглядом и отправилась по своим сверхважным учительским делам.
Морозова пошла в музыкальный класс, остальные разошлись. Теперь надо было дождаться, пока Рома с ней уйдет, только после этого отпускать остальных.
— Итак, я дам вам двоим шанс получить пятерки, — уверенно сказала она, — я видела, что вы оба старались на уроке, так что сейчас если позанимаемся, то уйдете с пятерками.
— А можете маме записку написать, что я с вами тут задержался, а не шлялся где попало? — спросил Бяша, и Семён пихнул его в бок.
— Обоим напишу, — Арым улыбнулась, — а если ещё и алфавит правильно запишете, то домашнее задание вам отменю.
— А Ромыч почему не остался? — на всякий случай поинтересовался Бяша.
— Ну ты чё, видал же, как он засветился, когда про Полину сказали, — ответил ему Семён и он вроде с первого раза понял, пояснений не потребовалось. 
Они открыли учебник и принялись переписывать алфавит, было слышно, как Пятифан и Морозова затопали по коридору, и примерно через полчаса ребята всё закончили. Она выдала им обещанные записки и отправила домой.
— А вас, Арина Михайловна, никто не проводит? — спросил Бяша, и впервые ей показалось, что он только притворяется бандитом, а сам вполне хороший мальчик, как и Семён.
— Нет, я очень хорошо держусь, — она кивнула и пошла в учительскую.
Уже вечерело, так что, не обращая внимания на учителей, она поспешила в свой временный дом.
Поселок уже затянуло сумраком и жгучим морозом, хотелось поскорее оказаться в теплой постели.
За спиной послышался скрип снежного наста.
Арым ускорила шаг. 
Скрип сменился на топот. 
Сердце словно подпрыгнуло в груди и заторопилось в поисках спокойного уютного уголка где-то в грудной клетке. Но легче от этого не стало. 
Топот усиливался, и теперь он был не один, а сразу несколько. Арым рванула по дороге что было сил, но внезапно вспомнила, что владеет боевыми искусствами, и остановилась. Топот, громкий, словно шесть, а то и восемь ног, преследуют её — смолк. 
Она сглотнула и, резко развернувшись, опешила. Позади неё была только Жулька.
— Ты чего здесь так поздно? — спросила Арым, наклоняясь, и по её коже побежали мурашки, когда она увидела у собаки во рту человеческую кисть. Маленькую, явно детскую. Жулька сплюнула руку под ноги и уставилась на неё, ожидая одобрения. 
Арым хотела спросить, чья это рука, как та вдруг дрогнула и, словно ожив, заставила отпрыгнуть как можно дальше. 
Жулька сама перепугалась, когда рука, перебирая пальцами, побежала к сугробу. Кажется, этой собаке уже и одобрение было не нужно, только защита от странного пятилапого зверя. 
Кажется, видела это в каком-то сериале или фильме. Вот название в голову так и не приходило.
Арым хотела было погладить напуганную зверюгу, но и той уже след простыл.
Воздух вокруг изменился, стал наполнен запахом увядших цветов и прелых листьев. 
Она замерла на месте... 
Поселок исчез на глазах. 
Ветви столетних деревьев, как жуткие черные костлявые ручищи, сомкнулись над ней живым сводом, не пропускающим ни капельки лунного света. Тишина скрыла все звуки, будто сама природа затаила дыхание в ожидании чего-то ужасающего.
— Есть здесь кто-то? — ее голос прозвучал сжато, почти глухо, — Алиса?
В ответ — хруст веток и скрежет, будто по стволу дерева вдалеке кто-то провел огромными когтищами. Снова хруст и скрежет. Ближе... Совсем рядом...
Запах стал удушающим, запах гнили и мокрой шерсти. Она не вдыхала его, но даже закрывая нос рукой, казалось, он проникал напрямую в мозг, подавая сигнал тревоги. 
Смерть уже близко!
Меж двух деревьев проглянулась фигура. 
Высокая, сгорбленная, с неестественно вытянутыми конечностями.
Арым почувствовала,как холод пробежал по спине. 
Это точно был он. Последний, с кем бы ей хотелось столкнуться в этом лесу.
Он подошел ближе, и деревья податливо отклонились, позволяя лунному свету касаться его чудовищных черт. 
Два изогнутых рога, похожие на скрученное дерево, венчали козлиную голову, скрытую в глубоком капюшоне, из тени которого едва заметно поблескивали глаза. 
Длинные, когтистые пальцы медленно пошевелились, перебирая воздух, словно чётки.
На его рваном длиннющем плаще поблёскивал иней,а на поясе болтались маленькие фигурки, вырезанные из дерева и кости.
Его голос раздался внезапно, будто бы разрывая пространство вокруг...
— Три, четыре, пять, время поиграть...