Спасательная операция на месте битвы Халка с Мерзостью закончилась примерно спустя два дня с ее начала, хотя, скорее, она переросла в разбор завалов. А это означало, что дальше мне там находиться смысла особо-то и не было.

Всем людям, которым можно было помочь, уже помогли, как бы грустно это ни звучало. Тем более у меня было очень важное дело.

Наконец-то Хелен Чо закончила создание искусственных мышц для Гарри. Как я и думал, вибраниум оказался именно тем материалом, который нужен был, чтобы все заработало как должно было. Нет, у Хелен был относительно рабочий вариант и без использования вибраниума, но это точно не то, что я хотел бы для своего сына. Гарри должен был получить только самое лучшее.

В настоящий момент я стоял рядом со входом в операционную, в которой уже находился Гарри в ожидании операции. Но… была одна маленькая деталь, которая меня сильно смущала.

– А Гарри точно обязательно находиться в сознании? – спросил я у Сесилии, которая вовсю была занята подготовкой к сложнейшей операции и была не слишком довольна, что я ее отвлекал. Ну что ж… придется ей немного потерпеть. Все это она работала на меня, а не наоборот.

– Мистер Озборн, я уже несколько раз говорила, что обязательно. Мы фактически должны будем срастить живые мышцы с их искусственными аналогами, и мы должны постоянно отслеживать реакцию Гарри, чтобы правильно все откалибровать. Одна ошибка, и все придется начинать сначала, – терпеливо, но все же с легкой усталостью в голосе ответила доктор Рейес.

– Операция вообще возможна только потому, что Гарри абсолютно не чувствует боли. Так что, мистер Озборн, особо не переживайте о его самочувствии. Все, что ему грозит, это невероятно скучная для него калибровка новых мышц, – добавила успокаивающим тоном Хелен Чо.

– Будем на это надеяться, – сказал я, тяжко вздохнув.

Умом я понимал, что все уже перепроверено не один раз. Но беспокойство за Гарри никак не покидало меня, и я не мог удержаться от того, чтобы не задавать вопросы, ответы на которые я знал и сам.

А у этих искусственных мышц есть какие-то недостатки? – спросил я, желая узнать.

– В том-то и дело, что нет! Они гораздо прочнее обычных человеческих и могут выдержать очень большую нагрузку. Разве что из-за того, что они берут энергию непосредственно из организма, возможна повышенная усталость при их активном использовании. Но… даже это было бы проблемой, только если все мышцы в теле Гарри заменить на вибраниумные, а такое просто невозможно в принципе, – ответила мне Хелен.

– Можно немного поподробнее, как все работает, – попросил пояснений я.

— Понимаете, мистер Озборн, — начала объяснять Хелен Чо. – Изобретенные мной мышцы хороши тем, что они могут взаимодействовать с организмом буквально на клеточном уровне. Они имеют особую структуру, которая буквально встраивается в кровеносную систему и улавливает естественные энергетические процессы тела. Представьте себе крошечные проводники, которые считывают биоэлектрические импульсы ваших мышц и преобразуют их в энергию для работы искусственных волокон. А специальные наночастицы помогают мышцам «питаться» той же энергией, что и обычные клетки — через процесс клеточного метаболизма. Если говорить проще, то у меня получилось научить искусственные мышцы жить по тем же правилам, что и настоящие.

— Но почему тогда может появиться усталость? — не удержался я от очередного вопроса.

— Всё дело в том, — ответила, улыбнувшись, Хелен, — что наши мышцы, хоть и работают гораздо эффективнее настоящих, при этом требуют чуть больше ресурсов организма. Это похоже на то, как если бы вы заменили обычный двигатель на более мощный — машине потребуется больше топлива. Но не волнуйтесь, я тщательно рассчитала все параметры, чтобы нагрузка оставалась безопасной для организма Гарри.

– Жаль, что массово применить это просто невозможно. Подключение и калибровка этих мышц невероятно болезненна для всех, кроме Гарри, – сожалеюще произнесла доктор Рейес.

– Это если искусственные мышцы напрямую подключать к организму человека. При использовании этих мышц в протезировании можно достичь просто невероятных результатов, так как благодаря нейроимпланту доктора Октавиуса напрочь отпадает надобность в долгой и болезненной калибровке. А если, учитывать, что это будет протез, то в него можно встроить внешний источник питания для мышц, – задумчиво произнес я.

– Так оно и есть, – подтверждающе кивнула Хелен. Я уже вовсю работаю совместно с Отто. Главная проблема в том, что пока не получилось ничем полноценно заменить вибраниум, – с сожалением произнесла Хелен.

– Хелен, я уже сказал это Отто, а теперь скажу и тебе. В настоящий момент нужно сосредоточиться на том, чтобы восстановить полноценную работоспособность Гвен и Алексея, а затем тех ветеранов, потерявших конечности, которых я нанял. Думаю, ради этого я даже смогу найти один… нет, даже два слитка вибраниума, а уже потом можно сосредоточиться на разработке протезов для других нуждающихся в этом людей.

– Хорошо, мистер Озборн, – сказала Хелен, кивнув.

– Может все-таки сосредоточимся на операции Гарри, а деловые вопросы вы обсудите потом? – немного нетерпеливо спросила доктор Рейес.

– Да-да, конечно, – ответил я, кивнув. Мне даже на какое-то мгновение стало стыдно. Про дальнейшие перспективы использования искусственных мышц можно поговорить и потом.

Своими разговорами о протезах мы задерживали не только Рейес, но и всю операционную бригаду, состоящую из нескольких специалистов разной направленности. Да о чем говорить, в операционной даже присутствовал анестезиолог, хотя работы для него сегодня не предвиделось, он там был просто на всякий случай.

– Ну вы скоро там? – крикнул из операционной Гарри, которому, похоже, тоже уже надоело ждать, да и не стоило забывать, что он долгое время был лишен возможности полноценно ходить и ему натерпелось встать на ноги.

– Скоро уже приступим, – ответила Сесилия, после чего они с Хелен отправились в операционную.

Я же остался в смотровой, из которой открывался отличный вид на проводимую операцию. Более того я собирался пробыть в ней до самого конца операции. Сколько бы она не продлилась. В крайнем случае я мог вполне работать прямо отсюда.

Все были максимально сосредоточены и в настоящим момент только и ожидали команды доктора Рейес к началу невероятно сложной операции, которая займет не один час.

Сесилия Рейес, облаченная в белоснежный хирургический костюм, методично проверяла каждый инструмент. Её движения были отточены годами практики – и были уверенными, точными, почти медитативными. Хелен Чо, стоящая рядом с основным монитором, вводила последние параметры в систему автоматического хирурга.

Да, именно автоматического хирурга. Несмотря на весь свой опыт, Сесилия будет работать через него. Человеческая рука просто не обладала необходимой для проводимой операции точностью.

И, кстати, говоря, что все были невероятно сосредоточены… я был не совсем точен. Гарри скорей испытывал нетерпение. Он хотел, чтобы все началось и закончилось как можно скорее, и он вновь смог бы ходить. Я мог лишь надеяться, что излишнее возбуждение, которое он явно испытывал, не помешает операции.

– Гарри, с этого момента очень важно чтобы ты рассказывал о всех ощущения что ты испытываешь, – начала доктор Рейес.

– Ммм… я хочу бургер, – ответил Гарри. – Хотя я думаю вы определенно не про это спрашиваете.

– Нет, Гарри ты прав, я не об этом. Нужно говорить об ощущениях в ноге, – ответила Сесилия. – Очень важно чтобы ты описывал даже малейшую реакцию что у тебя возникнет.

– Хорошо я постараюсь, - сказал Гарри кивнув.

Операция началась с того, что анестезиолог подключил Гарри к системе общего мониторинга организма, но на этом он не остановился и буквально утыкал Гарри целой кучей различных датчиков. Да, наверно, я погорячился, посчитав, что анестезиолог будет бесполезен, раз Гарри не нужен наркоз, все же чаще всего именно этот специалист отвечал за мониторинг состояния пациента.

Сесилия сделала первые разрезы через автохирурга, и они были невероятно аккуратны и точны. При этом она действовала не одна. Ассистирующий хирург работал напрямую, без какой-либо техники, сильно облегчая ей работу.

Процесс интеграции искусственных мышц требовал просто ювелирной точности. Искусственные мышцы нужно было соединить с живыми тканями, словно сплетая воедино два разных мира. Наночастицы, встроенные в материал, начинали взаимодействовать с клетками организма, устанавливая тонкий баланс между живой тканью и разработкой Хелен Чо.

Гарри, следуя инструкциям Сесилии постоянно сообщал о своих ощущениях. Его комментарии помогали хирургам корректировать процесс калибровки. Каждое движение, каждый импульс мышц фиксировался системой, создавая уникальную схему взаимодействия.

– Стоп. Остановите операцию, – внезапно сказала Хелен Чо. – Что-то не так, мне нужно срочно провести расчеты.

– Хелен. Уже поздно для расчетов. Мы уже в самом разгаре операции. Останавливаться уже нельзя, инче придется начинать все сначала, – ответила Сесилия, даже не думая прекращать делать то, что она делала.

– Мне нужно буквально десять минут, – произнесла Хелен, и после кивка доктора Рейес она чуть ли не пулей вылетела из операционной.

– Хелен, что-то случилось? Почему ты остановила операцию? – обеспокоенно спросил я. – Я, конечно, не медик, но, по-моему, все идет хорошо.

– В этом-то и проблема. Все идет СЛИШКОМ хорошо. Калибровка искусственных мышц не может идти такими темпами, – ответила Хелен и бросилась к своему рабочему ноутбуку, чтобы перепроверить расчеты.

– Но разве это не хорошо? – продолжил недоумевать я. Мне, если честно была не совсем понятна такая ее реакция.

– Нет. Такое просто невозможно, тут только два варианта. Или я очень крупно где-то ошиблась, или организм Гарри «учится» и сам активно принимает участие в этой калибровке, – ответила она.

Я мысленно поморщился, то, о чем она говорила, было вполне возможно. Организм Гарри после введения Сыворотки вообще любил выкидывать странные фортели, не стоило забывать про то, что он «посчитал», что сердце Гарри не так уж и нужно… и если все закончится тем, что калибровка новых мышц пройдет быстрее запланированного это уже будет праздник.

– Хелен, не забывай, Гарри не совсем обычный человек. Так что возможно и такое. Сейчас не время для того, чтобы паниковать. Вернись в операционную, Сесилия без тебя не сможет закончить калибровку.

– Но нужно разобраться! Нужно понять! – возразила с горячностью в голосе Чо.

– НЕ СЕЙЧАС, – рявкнул я. – На операционном столе МОЙ СЫН, а ты прямо посреди операции убегаешь чтобы провести какие-то чертовы расчеты.

– Я… простите, мистер Озборн, – покаянно ответила она.

– Хелен, я не против, чтобы ты все проверила, я всеми руками за. Но после операции. Если нет никаких препятствий, кроме аномально успешной калибровки мышц, пожалуйста, вернись обратно, – произнес я, с трудом сохраняя спокойствие. Гнев так и кипел во мне, и лучше бы ей послушать меня…

Возможно, она вняла моим доводам, а возможно, что-то прочитала в моем взгляде, но она невероятно быстро вернулась в операционную, по-моему, еще быстрей чем выбежала. Хотя все равно пришлось подождать какое-то время, прежде чем она вновь вымоет руки. Стерильную среду в операционной нарушать не стоило.

Я искренне надеялся, что все закончится хорошо. Гарри и так настрадался в последнее время. Мне бы очень хотелось, чтобы он больше никогда не попадал к медикам, но было у меня стойкое ощущение, что это лишь мои несбыточные мечты.

В этот момент мои размышления прервал звонок. И это означало только одно: случилось что-то экстраординарное. Потому что еще перед началом операции я перевел все свои звонки на Бена, и, если он все же отправил этот звонок мне, значит, самостоятельно он разобраться с этим не мог, а такое случалось не так уж часто.

Многие наверняка думали, зачем я держу Бена рядом с собой. На самом деле несмотря на то, что он временами творил просто лютую дичь, что, в принципе, чаще всего компенсировалось той пользой, что он этим приносил, он был удивительно компетентным секретарем, а это было очень даже непросто. Не сказать, чтобы он был гением, но у него была просто невероятно верная чуйка на то, какие дела можно отложить в сторону, а какими лучше заняться прямо сейчас, хотя никаких внешних предпосылок к этому не было. И раз он решил все же переадресовать звонок ко мне… ах да, совсем забыл, Бен к тому же умел варить невероятно вкусный кофе.

Я посмотрел на имя, высветившееся на экране моего телефона. Макс… Насколько я помню, он в это время вовсю помогал полиции и делал это очень даже успешно. По крайней никаких жалоб на него не было… разве это не успех?

– Макс, что случилось? – спросил я, взяв трубку.

– Босс, я у Здания Бакстера, тут сражаются несколько фриков с суперсилами. Что мне делать? – спросил он.

Да что им там у Здания Бакстера медом намазано. Сначала Халк, теперь еще и эти придурки, кто бы это ни был. А ведь там до сих пор очень много людей заняты разбором завалов, в том числе и немало людей работающих в OZ innovations.

– Ну и в чем проблема? У тебя что, кулаков нет? Почему вместо того, чтобы разобраться с ними, ты звонишь мне? – поинтересовался я.

– Потому что это Фантастическая четверка и какой-то парень в железной маске, – ответил Макс, вызвав у меня сильный приступ удивления.

В этот момент Гарри бросил на меня взгляд, и я показал ему палец вверх, давая понять, что я рядом.

– Расскажи о том, что происходит, поподробнее. Ты правильно сделал, что позвонил мне, – сказал я Максу.

– Каменный парень лежит на асфальте без сознания, его прикрывает каким-то энергетическим куполом красивая блондинка. Рид… Если я правильно помню, Ричардс вместе с огненным человеком сражаются с человеком в маске, который периодически посылает молнии с рук, как какой-то ситх. Я вместе с полицейскими стою метрах в тридцати от них и мы пока просто наблюдаем. Босс, что мне делать? Полицейские уже подумывают о том, чтобы воспользоваться оружием, и я их, если честно, поддерживаю, – ответил он.

– Хм… насколько активно идет это сражение? Обычные люди в безопасности? – начал задавать вопросы я.

– Я бы вообще не назвал это сражением. Они все еле держаться на ногах и вот-вот упадут. Думаю, я смогу с ними справиться без особых проблем, – ответил Макс.

Меня так и подмывало дать приказание Максу вырубить их и сдать полиции, мне правда очень хотелось это сделать, а разобраться с ситуацией можно было и позже, и я бы, наверное, так и сделал. Но… В этом мире была просто целая куча различных секретных организаций, куда ни плюнь, сразу же попадешь в очередного агента, поэтому не очень разумно отправлять Фантастическую четверку и Виктора Фон Дума прямо в их загребущие лапы, когда я сам могу снять все сливки.

– Пока ничего не делай и главное не давай ничего делать полиции. Я прибуду так быстро, как только смогу, – сказал я и повесил трубку. До глайдера в моем кабинете можно было добраться буквально за пару минут, полет до Здания Бакстера тоже не займёт много времени.

После этого я, еще раз посмотрев в операционную и убедившись, что все идет по плану, развернулся и отправился к лифту, всем своим нутром ощутив, что Гарри бросил мне в спину невероятно грустный взгляд. Но скорей всего мне лишь показалось… да, определенно показалось.