Вячеслав Ширяев / Mardyk90 

– Папа, это не то, что ты подумал, – сказал Гарри, достав изо рта небольшой слиток вибраниума, который до этого с аппетитом грыз.

Я очень внимательно на него посмотрел, чувствуя, как внутри у меня нарастает тревога. Вибраниум? Как вообще он смог откусить кусочек слитка. Неужели сыворотка так сильно изменила его зубы сделав их прочнее вибраниума? Или все дело в слюне. Каждый вариант был очень далек от нормальности. Но где Гарри, а где нормальность…

– А что по твоему мнению я должен был подумать?! – задал вопрос я, стараясь при этом сохранять спокойствие.

– Ну… – как-то даже затруднился с ответом Гарри.

– Начни с самого начала. Не тушуйся ты же Озборн, – подбодрил я своего сына, но в голосе невольно прозвучала сталь. Нужно полегче, все же Гарри не мой подчиненный, а мой сын.

– Ну после операции мне сказали лежать, и восстанавливаться, – начал было он.

– Но, разумеется, советы врачей для тебя пустой звук, – понимающе сказал я кивнув. – Продолжай.

– Приставка села и мне стало скучно, поэтому я решил попробовать встать на ноги, – продолжил Гарри.

В этот самый момент в лабораторию вошла Сесилия Рейес, которая видимо куда-то ненадолго отлучалась. Когда она увидела Гарри стоящим, ее глаза расширились, а на ее лице возникло шокированное выражение.

– Гарри почему ты стоишь на ногах? Ты вообще должен быть не в состоянии встать с кровати! По моим прогнозам, на то, чтобы ты снова смог передвигаться самостоятельно должен был уйти месяц занятий с физиотерапевтом и не только с ним и это еще в лучше случае, – сразу же начала возмущаться доктор Рейес.

– Ну… вроде все нормально, – сказал Гарри и к невероятному изумлению и даже ужасу Рейес быстро пару раз подпрыгнул, а затем и вовсе сделал несколько приседаний.

Сесилия замерла на месте, ее рот начал открываться и закрываться, словно у рыбки, что смотрелось несколько комично. Но сейчас меня интересовало совсем не то, что Гарри внезапно стал ходить раньше\, чем прогнозировала доктор Рейес.

– Так вот, Допиндер, у меня есть предложение, от которого ты просто не сможешь отказаться! – сказал я таксисту, имя которого мне показалось подозрительно знакомым, но я не мог вспомнить почему.

– Предложение? Какое предложение? – немного удивленно спросил он.

– Как насчет того, что я ненадолго одолжу твой автомобиль, а взамен мало того, что я верну тебе этот, так и еще куплю новый, как тебе такая сделка, Допиндер?

– Это отличная сделка, мистер Озборн! – радостно воскликнул таксист. И это хорошо, что он меня узнал, иначе наверняка возникли бы различные проблемы. Например, он бы начал спрашивать про гарантии того, что я сдержу свое слово, или он вообще решил бы дать по газам, чтобы не ввязываться во всякие мутные… разумеется, по его мнению, схемы.

– Вот и отлично, что ты согласен. Тогда оставайся тут, а мои люди с тобой… – произнес с улыбкой я, но Допиндер даже не дал мне договорить.

Он поднял руки в останавливающем жесте, после чего молниеносно выскочил из машины и под недоуменными взглядами как меня, так и Виктора подбежал к багажнику своего автомобиля.

– Мистер Озборн, не нужно оставлять меня здесь. Все то время, пока вам будет нужен мой автомобиль, я полежу в багажнике, – заявил он.

Допиндер, видимо неправильно истолковав мой взгляд, добавил: – Вы не беспокойтесь, я вас не буду подслушивать! У меня в багажнике просто отличная звукоизоляция.

Затем, скорей всего, чтобы показать, какая у него хорошая звукоизоляция, он открыл богажник, представив нашему взору очень вместительное пространство, багажник и правда был обит очень толстым слоем звукоизоляционного материала, причем это была явно кустарная работа, а не что-то сделанное на заводе. Также в багажнике было несколько больших упаковок с пакетами, лопата, веревки, а также пара канистр с какой-то кислотой.

Допиндер вручил мне ключи от своего автомобиля, а это был Ford Crown Victoria. После чего поудобнее устроился в багажнике и захлопнул его за собой.

– Да… Нью-Йорк сильно изменился за то время, что нас не было, – задумчиво произнес Виктор Фон Дум.