Mafia Books 

Весь этот город у меня на изящном, ухоженном пальце.

Я все слышу, вижу, контролирую. Ничто не происходит в преступном мире Нью-Йорка без моего ведома. Ничто. Здесь командую я.

Эта жизнь была мне предначертана, это мое наследие. За последние два месяца я прошла через все кодексы, правила, и патриархальные, устаревшие преграды, чтобы оказаться там, где я есть. Чтобы быть королевой и обладать всей властью. Но я добилась этого, победила, и все это мое.

Власть принадлежит мне.

А что хорошего во власти?
Ну, кроме ослепительного богатства и безусловного уважения? То, что абсолютная власть приносит непроницаемую защиту. Вся моя сущность соткана из самого прочного кевлара.

Я неуязвима.

Все в этом городе знают, что я неприкасаемая.

Физически, финансово, и юридически.

Нужно быть полным идиотом, чтобы подать на меня в суд. К несчастью, Манхэттен, похоже, кишит вот такими идиотами, которые ищут выгоду.

Возьмите хотя бы эту «Будущую Карен»,(1) сидящую рядом со мной. Она ходячая реклама для адвокатов по травмам.(2) Жалкое зрелище, правда. Должно быть, она недавно в Нью-Йорке. Судя по ее устаревшей стрижке и подводке на нижних веках, она из прошлого десятилетия.

Мне почти жаль ее. Если бы я была добрее, пожалела бы. Даже с радостью кинула бы ей пару тысяч… и номер своего стилиста. Бог знает, ей
это необходимо. Но в этом вся проблема с добротой, ее нельзя часто проявлять. Почему? Потому что именно тогда вылезают пиявки. Все эти неудачники, которым больше нечем заняться, пытаются вонзить свои грязные зубы в мою идеальную кожу.

Не сказала бы, что я злой человек. Конечно, есть масса вещей,
которые меня бесят. Плохой интернет. Люди, которые жуют с открытым ртом. Мэнсплейнинг.(1) Пробки. Те, кто не убирает за своими собаками.

И ожидание.

Это худшее. Ждать, пока загорится зеленый свет, или
стоять в чертовой очереди, я всей душой ненавижу ждать.

Это пустая трата времени.

А время ценный ресурс, которое ускользает. Каждая прошедшая секунда — это секунда, потерянная навсегда. Время единственное, что нельзя купить за деньги. Я пробовала. Потратила тысячи, пытаясь купить время. Это невозможно.

Время нужно ценить, хранить как святыню. И чем дольше я стою здесь, дожидаясь, пока, — смотрю на бейджик, приколотый к блузке жизнерадостной секретарши, — Хизер закончит этот чертов звонок, тем больше времени теряю.

Меня так и тянет достать складной нож из сумочки и перерезать телефонный провод, а заодно и ее глотку, но в голове всплывают наставления отца, повторяемые из раза в раз.

«Никогда не устраивай сцен. Не создавай лишних проблем.
Держи голову высоко. Ты представляешь вековое влияние. У нас есть стандарты, Камилла. Соответствуй им… или пожалеешь».

Я вонзаю ногти в бедро, акрил оставляет отпечатки на юбке из искусственной кожи. Боль чуть приглушает распирающее раздражение. Вдавливаю сильнее, с каждой секундой, пока эта секретарша снова и снова показывает мне поднятый палец, говоря этим — еще чуть-чуть. Нам всем нужно время, детка. Я давлю сильнее, сильнее, сильнее, пока наконец⁠…