... Мы находились на улице, параллельной Марияхикельштрассе, и я поразился, когда утром вышел из отеля, чтобы посидеть в прохладце и в одиночестве, и хорошо подумать в какой-нибудь пустующей церкви, но, открыв дверь этого костела…  попал в забитое людьми помещение. Итальянская диаспора явилась на службу в полном составе: как в кинофильмах Феллини, с с детьми, мамочками, женами, любовницами и приятелями. Как и в Санкт-Петербурге, я с трудом ориентируюсь в Вене - это особенно смешно с учетом того, как планировались при строительстве оба города - поэтому, чтобы выбраться из закоулка, от которого до нашего отеля было, на самом деле, примерно метров сто, мне понадобилось полчаса, а то и час. Но именно благодаря этому я и наткнулся на L., - совершенно уже опустившегося, безумного и очень грязного, - который читал в некотором роде проповедь с импровизированной кафедры, которую выстроил себе недалеко от церкви. К счастью, L. меня не узнал, - впрочем, я не подходил - так что у меня была возможность понаблюдать его в, как говорится, естественной для него теперь среде обитания. Безусловно, в том, что он перебрался отсюда из сонного Берлина, пусть даже и не осознанно, а блуждая по дорогам Европы, имелся смысл. Вена, несмотря на многосотлетнее спокойствие, воцарившееся здесь после отступления османов перед полчищами дикаря Собеского, совершенно сумасшедший город, и, значит, безумцу здесь всегда найдется место, пусть и на овощных ящиках в обоссаном переулке. 

Я говорю относительно проповедей L.  “в некотором роде”, поскольку, строго говоря, это не были проповеди. Длинные, безумные речи, стилизованные под оракулы библейских пророков, полные чрезмерно туманных - а иногда чересчур прямых - намеков на актуальную политическую повестку… Откровения уличного философа, бред экзальтированного бездомного. Как и многие, за исключением редких счастливцев, которым удалось разбогатеть - деньги великое благо - L. приобрел Взгляды, закоснел в этих своих взглядах, и его жестоковыйность, выкованная нищетой, упрямство и тем, что ему, попросту, нечем было заняться, привела его в стан украинофобов. Как я понял, слушая в то утро его путанные речи - насколько L. был интересен как писатель, настолько же плох, как оратор - L. ненавидел Украину, считал ее исчадием ада, помесью Вавилона-блудницы, Рима-зверя и Ассирии-проститутки (с чем согласились миллионы украинцев, сбежавших из страны), и искренне и от всей души верил в то, что все ужасные беды, которые свалились на это государство - а беды эти оказались и правда неисчислимы и велики, к Пасхе 2026 года русские подходили ко Львову - ниспосланы ей Богом за грехи людей, которые там проживают. Украинцы, по витиеватому мнению L., которым тот охотно делился со всеми прохожими Вены, готовыми его слушать, пили чашу наказания, которую налил им сам виночерпий Господь за то, что они не следовали Его путями…. путями справедливости и верности Его заповедям… 

… неплохо для неверного мужа, который тайком драл чужую жену чуть ли не на глазах у рогоносца!

Ну и, конечно, где один сумасшедший пророк, там и целая толпа бесов в свином стаде. Послушать проповеди L. и повизжать, заглушая их, оскорбляя несчастного и забрасывая его помоями, приходил коллектив беженок с на в (я просто не знаю, какая версия сейчас считается правильной, поэтому предпочитаю перечислить все местоимения сразу) Украины. Группа женщин в возрасте от 15 до 60 лет, перебивавшаяся на проспектах города перфомансами про военные преступления рашистов, и дела беженок шли все хуже (именно среди таких я и нашел N., если помнит благосклонный читатель - прим. рассказчика). Бенефисы 2022 года канули в воды Дуная, людям приелась вся эта утомительная славянская история, и постепенно беженки стали обычными нищенками-попрошайками. И, как и все озлобленные нищетой люди, они решили, что виновник их бедственного положения - озлобленный нищетой и потерявший разум L., а не, как он утверждал, совершенные ими грехи… 

Само собой, я не мог не поделиться новостью о случайной встрече с L. с моей милой спутницей, N., с которой мы совершали в Вену вояж, о причинах которого читателю не обязательно знать… А впрочем, почему нет!.. мы прибыли в Вену, чтобы отобрать среди украинских нищенок особу посимпатичнее и помоложе, дабы насладиться ею в полной мере в Замке. Мы собирались унижать ее, бить, насиловать, и творить с ней самые чудовищные вещи, которые можно только представить… 

Вообразите себе, N. сама предложила мне выкрасть с улиц Вены рабыню,  и, признаю, я высоко оценил ее послушание, старание и инициативу. 

“Но, милая моя, - сказал я, расстегиваясь, - как говорил мой покойный батюшка, советский офицер, человек со склонностью к грубому словцу, которую, вообще, разделяют многие представители этого сословия, - как гласит старое армейское правило, инициатива ебёт инициатора. Потому до тех пор, пока ты, милочка, не приведешь мне за руку молодую, здоровую, крепкую блондинку с в на Украины… только без этих чудовищных блядских надутых филлером губ!.. ну почему эта дебильная мода дожила до 2026 года?!.. Украина уже померла, а мода на блядские дутые губы - нет!... так вот, все те невзгоды, которые мы, пока умственно, приготовили для нее, будешь переносить ты. Ты хорошо поняла меня?”. “Да, Месье”, - покорно ответствовала N., по опыту своему знавшая, что ее не ждут поблажки, и, встав на колени, покорно приняла на себя град ударов моего хлыста. После чего я, завернув ее к кровати, сунул в N. рукоять этого орудия, и хорошенько размял им нутро несчастной, словно картошку для пюре - колотушкой. Очевидно, что-то такое пришло на ум и N. поэтому в тот вечер она, дав Христе и Христо выходной, сама встала у плиты - голой, в одном лишь фартуке - и приготовила для меня бефстроганов с великолепным картофельным пюре. Ведь, как она призналась мне, она всегда хотела быть поваром. Отлично поужинав, мы предались пороку, а на следующее утро Христо отвез нас в аэропорт, откуда мы прибыли в Вену.

И вот, мы сидели в кафе на улице, в ночь на православную Пасху, и, распивая кофе, слушали L. Тот, полуслепой, щурясь в небо, перекрикивал визжащих украинок.  

“... Плач, плач по сыновьям Украины рыдаю я!, - кричал он. - Ибо сегодня ночью мне было видение, я видел, как сыновья человеческие, пошедшие на службу Зла, бежали от гнева Бога, и от рук его, гремящих, словно медь, и горящих, словно столп Моисеев. Они бежали от гнева Его и молили Его о спасении - ибо кому ты молишься, как не Ему, даже если душу свою продал Злу! - и почти уже было спаслись, вот-вот, почти, чуть-чуть... Но Он в гневе Своем и Силе своей не пожелал, чтобы и секунды продолжилась жизнь их и поразил их молнией и руками сыновей Света (тут L. достал из заплечной сумки газету с фотографиями каких-то украинских танкистов, которых в очередной раз бросили на сожжение на неумолимо прорванной русскими линии фронта и потряс бумагой, словно бы сам Господь послал ему это факсом - прим. рассказчика). И дети человеческие, служившие Злу, пали, и я рыдал и плакал и сожалел каждого из них.  И Он спросил: что ты, сын человеческий, плачешь. Я же сказал: на всё воля Твоя, но жаль мне каждого из этих сыновей человеческих ибо у каждого есть отец и он рыдает сейчас и бьёт грудь свою и рвет ее на части. Он же сказал мне: вот, каждый из вас есть сын мой возлюбленный и ужели думаешь, что не плачу в сердце Своем и о них. Я же плакал и стыдился и вопил: почто, Господи, наказываешь так страшно сих сыновей человеческих….”.

Беженки - большая часть из которых, как я был уверен, уже обзавелась гражданством, и просто работали беженками, - страшно завыли. Насколько я понял, они не очень вникали в содержательную часть выступления L., которая была для их понимания чересчур сложновата. Но они вполне понимали интонацию и общий посыл пророчеств. Этот человек говорил что-то такое про на в Украину, значит, его следовало подвергнуть обструкции. L., переждав вой, выхватил из сумки еще одну газету, на сей раз с фотографией какого-то политического деятеля Украины - не помню имени, да и неважно, все они на одно испуганное и почему-то не славянское лицо – и продолжил говорить. 

“Тогда мне было другое видение, - потряс он рукой с газетой, - я видел бесноватого, который лаял Бога и ангелов Его и Слово святое, устами этого бесноватого говорил сам Дьявол, отец всякого Зла. И бесноватый этот визжал и кричал и на лбу его горели буквы огненные, которыми написано было ТЬМА. И во рту бесноватого жили сто гадюк, что плавали в ста горшках нечистот, и бесы рвали Его душу на части и он убивал брата своего, пришедшего спасти его, и кричал брату, пришедшему на помощь, что тот безумен,и пытался убить его снова. И Господь сказал мне: вот, сын человеческий, отданный своим неразумием во власть всякому Злу. Спасти ли мне душу его или оставить как есть, в пучине тьмы и страха и греха и злобы. И я молил: спаси, Господи. И Он волею своей бил пламенем в тело грешника, очищая душу того для престола Бога, тело же, обожженое, падало в грязь, откуда оно и явилось. И я понял слова увещевания Божьего и плакал и устыдился и славил Его в силе и блеске Его.

30 июля читателей высшего тира ждет вторая часть эссе о романе Ф. М. Достоевского  -"Братья Карамазовы как четыре ветви русского народа".   

9 августа читатели  первого, минимального, тира смогут прочитать восьмую главу перевода "бестселлера Оккупации", книги Люсьена Рёбате, "Les Décombres" (история падения Третьей Республики).

20 августа читатели  второго тира смогут прочитать двадцатуюглаву перевода "бестселлера Оккупации", книги Люсьена Рёбате, "Les Décombres" (история падения Третьей Республики).   

23 августа  читатели всех тиров прочтут восьмую главу философско-назидательного романа XXI века  "Воспитание N или философия в Инстаграме" (18+).      

27 августа читателей высшего тира ждет вторая часть эссе о романе Ф. М. Достоевского  -"Братья Карамазовы как четыре ветви русского народа".

В августе  зрителей Ютуб-канала В. Лорченкова в рамках лекций о руской литературе ждет лекция о романе "Братья Карамазовы".

Здесь можно ознакомиться с расписанием тиров на 2024 год.

Живущие за пределами России - подписывайтесь на Патреон.

Оформляйте годовые подписки (скидка от Патреона 16 процентов) и, оставайтесь с нами.