Глава 2. Супруг

Привычное ощущение хлынуло на Чу Чжуана, и, открыв глаза, он оказался внутри пространственного измерения. Оглядев знакомое пространство, Чу Чжуан с облегчением выдохнул и по привычке направился к деревянному домику. Он налил себе воды, прополоскал рот, избавившись от привкуса крови, и, попивая воду, задумался о том, что делать дальше.

Сейчас всё остальное можно отложить. Главное — найти способ вывести яд из тела. 

Жаль только, что, хотя в его пространственном измерении были запасы лекарств, он не мог определить, каким именно ядом его отравили. А значит, подобрать нужное лекарство не получится. 

— Похоже, мне нужно найти возможность показаться врачу, — задумчиво произнёс Чу Чжуан, ставя стакан с водой. 

Он открыл банку с рисовой кашей «восьми драгоценностей»*, чтобы утолить голод, и не стал задерживаться в пространственном измерении надолго. 

В комнате, кроме него, был лишь потерявший сознание супруг.

Этот человек с самого начала, как его привели, был очень слаб. Хотя внешне он и выглядел рослым и крепким, но во время церемонии бракосочетания его поддерживали под руки двое, а войдя в брачную опочивальню, он сразу потерял сознание.

С первого взгляда было ясно — его привели сюда не по своей воле.

Мир, в который попал Чу Чжуан, отличался от прежнего: кроме мужчин и женщин, здесь существовал ещё один пол — шуан’эр. Шуан’эры обладали мужскими физическими признаками, но при этом имели способность к деторождению, как женщины. Главным их отличием от мужчин была красная родинка между бровями — чем насыщеннее её цвет, тем выше плодовитость и тем более желанным считался такой шуан’эр. 

И хотя у этого человека родинка между бровями была очень бледной, он был самым настоящим шуан’эром.

Глядя на него, Чу Чжуан невольно почувствовал, как сердце ёкнуло — этот парень слишком идеально соответствовал его вкусу. Ростом, на вид, не меньше ста восьмидесяти сантиметров, ноги от талии — все сто двадцать. Тело крепкое, мышцы рельефные, черты лица благородные и мужественные. Каждая деталь словно специально создана, чтобы попасть Чу Чжуану прямо в сердце.

Чу Чжуан был чистым «единицей*» и всегда предпочитал мужественных, брутальных красавцев. Все эти годы его окружали в основном жеманные «нули*», и встретить парня, который действительно приходился бы ему по вкусу, было большой удачей.

Если бы Чу Чжуан повстречал такого красавца раньше, он непременно стал бы добиваться его!

А теперь…

Почему бы и нет?

Чу Чжуану было немного неловко — если судить по его реальному возрасту, он получался «старым жеребцом», который решил пощипать молодую травку. К тому же неизвестно, примет ли его этот парень.

Чу Чжуан покачал головой, отгоняя эти сладостные мысли, и, не раздеваясь, лёг на кровать, прикрыв глаза.

На следующее утро Чу Чжуана разбудил шум за дверью.

— Молодой господин, пора вставать.

Не дожидаясь разрешения Чу Чжуана, Чу Да просто постучал для проформы и толкнул дверь.

Похоже, он привык так себя вести и вовсе не считал прежнего хозяина тела достойным уважения.

Чу Чжуан много лет жил один, объездил весь мир, и к тому же обладал таким сокровищем, как пространственное измерение, поэтому его бдительность была куда выше обычной. Он проснулся в ту же секунду, как Чу Да подал голос.

Чу Чжуан прищурился, сон как рукой сняло. Он сел на кровати, поправил одеяло на спящем рядом супруге и холодно посмотрел на вошедшего Чу Да.

Их взгляды встретились, и Чу Да на мгновение остолбенел — он никак не ожидал увидеть у обычно молчаливого Чу Чжуана такую пугающую ауру. Она даже превосходила ту, что исходила от самого господина, который служил чиновником в городе.

— М-молодой господин… — Чу Да не осмелился смотреть ему в глаза, опустил голову и с ноткой неуверенности сказал: — Я пришёл разбудить вас.

— Вон! — рявкнул Чу Чжуан.

Чу Да был слугой в доме Чу. Хотя его кабальная расписка позже оказалась у мачехи Сыма Ляньхэ, в те годы, когда мать прежнего хозяина управляла внутренними делами семьи Чу, все эти расписки были оформлены на имя Чу Чжуана. А это означало, что Чу Чжуан имел полное право продать Чу Да!

Чу Да был слегка удивлён — он не понимал, почему всего за одну ночь Чу Чжуан так сильно изменился. Он решил, что тот просто слишком сильно перенёс потрясение. Однако он привык издеваться над прежним хозяином тела, поэтому, хотя сначала его и подавило новое поведение Чу Чжуана, он быстро пришёл в себя — в его взгляде вновь появилась небрежность.

— Хозяйка велела мне присматривать за молодым господином. Уже совсем рассвело, а вы всё ещё нежитесь в постели! — выпалил Чу Да, снова прибегнув к старой уловке — давить на Чу Чжуана авторитетом мачехи. 

Только он не знал, что внутри этого тела уже совсем другой человек, и запугать его таким не получится.

Чу Чжуан прищурился, но не рассердился — напротив, улыбнулся. Только эта улыбка не коснулась глаз. Он не стал спорить с Чу Да, а только кивнул:

— Раз так, тогда я встаю.

С этими словами он поднялся с постели, даже не позволив Чу Да услужить, и сам оделся.

Глядя на Чу Чжуана, Чу Да мысленно усмехнулся, решив, что у него просто помутилось в голове, если он испугался такого «болезненного слабака». Он стоял, сложив руки на груди, и бесцеремонно шарил взглядом по постели. Жаль только, что Чу Чжуан плотно укрыл того, кто лежал на кровати, одеялом, и ничего нельзя было разглядеть.

Чу Чжуан бросил взгляд на Чу Да, и в его глазах мелькнула жестокость. Многие годы скитаний и торговли превратили его в человека решительного и беспощадного. Этот Чу Да был одним из тех, кто сгубил прежнего хозяина тела, — и он не собирался его так просто отпускать.

— Готовь повозку, я еду в уездный город, — приказал Чу Чжуан, когда умылся и оделся.

У прежнего хозяина тела была повозка — её специально для него приготовил дядя, чтобы тому было удобно ездить в уездный город. А поскольку и повозка, и кучер были оформлены на имя дяди, даже бабка с дедом не могли их присвоить.

— Слушаюсь!

Чу Да внешне с почтительностью принял приказание и вышел из комнаты. Но едва переступив порог, он тут же свернул и направился к покоям деда и бабки прежнего хозяина.

Чу Чжуан наскоро собрал немного вещей, собираясь взять с собой «супруга» и ехать в уездный город. Им обоим нужно было показаться лекарю — дело не терпело отлагательств, ничего важнее сейчас не было. Он хотел уехать, пока остальные не успели опомниться. Когда он окажется в уездном городе, даже если семья Чу и захочет вернуть его, им придётся сначала его найти!

— В первый же день после свадьбы собираешься уйти из дома? А ты вообще считаешься со старшими?! — Резкий, неприятный голос раздался за дверью. 

Следом в комнату, не спрашивая разрешения, вошла пожилая женщина, одетая богато и солидно, но с резкими, злобными чертами лица.

Глядя на вошедшую, Чу Чжуан нахмурился, но быстро пришёл в себя. Не нужно было даже гадать — ему было ясно, кого привёл Чу Да! 

____________________________________________