Новый день начался с экстренного совета. Обсудив несколько самых важных дел, перешли к вопросу о стоящем по соседству с домом мэра коттедже. Его планировали либо продать с торгов, либо передать в пользование одной из нуждающихся семей, оплатив купчую за счёт благотворительной организации. Однако, обсудив все "за" и "против", решили разместить в нём гостей, прилетевших с благой миссией. Возможно, после разработки вакцины вообще отпадёт необходимость селить кого-либо в границах города. Конечно, часть жителей, с большой долей вероятности, не захочет покидать планету, потому что им, по факту, некуда податься, а здесь какой-никакой, а всё же дом, но молодёжь наверняка воспользуется моментом для того, что бы покинуть Гекату и никогда больше сюда не возвращаться.

Так же на совете выбрали нового главу Прибежища. Донг Сун пару дней назад официально сложил с себя полномочия. Он всё ещё находился в госпитале, потому что в его доме было слишком шумно и отчаянно не хватало спальных мест, а потрепанному недавними событиями мужчине требовался покой и тишина. Каждый день его навещали обе дочери. Они приносили с собой домашнюю еду, а так же держали в курсе всех последних событий. Вот и сегодня Вилора увлеченно рассказывала лежащему на больничной койке отцу о том, как на днях подрались два робота.

Но, несмотря на то, что младшая дочь, по своему обыкновению, вела себя с привычной непосредственностью, мужчина почувствовал, что та ему что-то недоговаривает. Услышав несколько раз имя «Чаиро» и воспользовавшись тем, что в данный момент они находились на едине, он решился задать вопрос.

— Скажи, что между тобой и этим молодым человеком, который ожидает в коридоре?

Девушка покрылась лёгким румянцем. Отец был прав, за дверью палаты её действительно ожидал Чаиро. Вилора немного помялась, но, подумав, что нет смысла оттягивать момент, произнесла:

— Это и есть тот самый Чаиро. Он прилетел к нам на помощь вместе с Соджуном, и мы с ним, — девушка запнулась, но буквально скороговоркой добавила: — Конечно, с разрешения Данаи, начали встречаться.

Мужчина помолчал, обдумывая сказанное. Он знал, что его младшая дочь, имея чуткую душу, была склонна романтизировать любые обстоятельства, но и жизненные принципы имела. Собственно, именно из-за этого ей было сложно понравиться, и если этот Чаиро заинтересовал его дочь, значит, в нём было что-то достойное внимания.

— Я могу переговорить с этим молодым человеком?

Вилора нерешительно кивнула.

Через минуту, взволнованный предстоящим знакомством, Чаиро вежливо поклонился лежащему на больничной койке мужчине.

— Добрый день, — произнёс он.

Донг Сун доброжелательно кивнул и спросил:

— Если я верно понял, то Вы и есть тот, с кем моя дочь решила начать отношения?

— Это так.

— Расскажите немного о себе. Чем вы занимаетесь и какие у вас планы на будущее?

Чаиро помялся, но, взглянув на замершую по ту сторону кровати девушку, решительно расправил плечи.

— Позвольте для начала поблагодарить вас за сокровище, которое мне посчастливилось встретить на своём пути. Вилора удивительна. Ни у кого нет столь чуткого сердца, как у неё. Могу с уверенностью сказать, что она — единственная в своём роде. Обещаю не обидеть её и обеспечить всем необходимым. Не скрою, что до момента, как мы с ней встретились, у меня были другие планы на жизнь, скажем, более легкомысленные, но теперь пришло время для серьезных решений. Я бы даже сказал, кардинальных. Одним словом, ради Вилоры я готов на многое. Ещё раз примите благодарность за то, что воспитали такую замечательную дочь, и позвольте подарить ей свою любовь.

Отец Вилоры внимательно слушал то, что говорит ему молодой человек. Тот определённо ему нравился. Была в Чаиро некая внутренняя сила, заставляющая относиться к нему с уважением.

— Принимаю вашу благодарность, — произнёс он вслух, одобрительно склонив голову.

Пунцовая от услышанного, Вилора смущённо молчала, а Донг Сун решил задать ещё один вопрос:

— Вы упомянули, что достаточно обеспечены? Не станет ли проблемой разница в нашем финансовом положении? Думали ли вы о том, что ваши родители могут посчитать мою дочь не приемлемой партией?

Вилора от слов отца вздрогнула, Чаиро же уверенно ответил, словно уже давно обдумал этот вопрос:

— Если раньше родители пытались заставить меня поступать в соответствии с их желаниями, то теперь я сам принимаю решения. Мой отец довольно суров и имеет свои собственные принципы. Не буду скрывать, что мы с ним неоднократно сталкивались в вопросах ведения семейного бизнеса, но так уж вышло, что в моих руках больше власти. Ранее я никогда не применял данную мне судьбой возможность влиять на отца, позволяя ему единолично заниматься делами, но что касается моей личной свободы и личной жизни, я сделаю всё, чтобы никто не вставал у меня на пути. Семья может иметь своё собственное мнение, но уважать мой выбор они обязаны. К тому же, я не собираюсь возвращаться на Землю. В моих планах построить дом там, где будет хорошо моей будущей жене. В этом вопросе выбор будет за Вилорой.

С каждым сказанным словом голос Чаиро становился всё твёрже, а глаза Вилоры — всё больше. Они ещё не обговаривали их общее будущее. Девушка хоть и надеялась на долгие и крепкие отношения, но прав был отец: они с Чаиро из разных слоёв общества. Пусть она и является дочерью мэра, однако по сути своей лишь нищая переселенка, над которой пошутила судьба, сделав её заложницей Гекаты — той, кто и в подмётки не годится молодому человеку, который явно стоит выше по социальной лестнице. И если немногим ранее Вилора лучилась счастьем, то сейчас поникла, до конца осознав эту разницу. Однако последние слова, произнесённые Чаиро, поразили её в самое сердце. Она во все глаза смотрела на Чаиро, тогда как Донг Сун их мысленно благословил. Теперь он может быть спокоен. Он уже знает об отношениях Данаи с Соджуном, к которому сразу проникся симпатией. Знает и совсем не против, потому что давно переживал за свою старшую дочь, так как не видел для неё достойной партии. Несколько последних лет девушка была полна заботой об их маленькой семье, забывая о себе. И вот теперь обе нашли достойную пару. Донг Сун с облегчением откинулся на подушки. За будущее своих дочерей он может больше не беспокоиться.

***

Хлоя оказалась не только талантливым учёным, но ещё и замечательным организатором. Благодаря её чётким указаниям, а так же усилиям собранной ею команды, уже к концу второй недели удалось восстановить четыре жилые комнаты и один отдел лаборатории. Теперь учёные, прилетевшие на зов о помощи, могли приступить к работе. Мира, как и следовало ожидать, дала подробный отчёт, и всё, что она смогла сохранить в своей памяти, было тщательно записано. У неё и у Сола взяли на пробу кровь, которая содержала в себе антитела, образованные сывороткой, когда-то разработанной их отцом. В целом, процесс восстановления вакцины оказался не настолько сложен, чтобы тратить на него годы или даже месяцы. Поэтому все надеялись на быстрый результат.

Оказалось, что одним из составляющих препарата было местное растение Минолиум. Вещества, содержавшиеся в его соке, оказывали уникальное антиоксидантное действие. Растение и без вмешательства химии было целебным, а вытяжка из его стеблей и корней имела ещё более уникальные свойства.

Хлоя радостно потирала руки. Она уже представляла, как заберёт образцы растения на Землю и попытается узнать о нём как можно больше. Однако на сегодня нужно было сделать перерыв, поэтому, попрощавшись со своими коллегами и выставив охрану, она закрыла лабораторию на замок и отправилась на встречу с друзьями брата, чтобы по скорее поделиться последними новостями. Хлоя уже довольно хорошо изучила дорогу, а так как дни были длинными и солнце ещё не ушло за горизонт, то в охране не было необходимости, но стоило ей выйти на улицу, как от стены отделилась широкоплечая фигура.

— Доброго дня.

— Сол?

— Это точно моё имя.

— Шутить у тебя получается так же, как и флиртовать.

— Не очень удачно?

— Я бы сказала, довольно мило.

Хлоя улыбнулась и спросила:

— Ты пришёл меня проводить?

— Точнее, пригласить на обед.

— Как удачно. Я как раз проголодалась. Кроме того, нужно кое-что обсудить.

— А что, уже есть какие-нибудь результаты? — заинтересованно спросил Сол.

— Есть.

— Так быстро? Я не ожидал.

— Сомневался во мне? — мягко подтрунила Хлоя.

Они неторопливо шагали по дороге, задевая друг друга плечами. Места было достаточно, но ни один не хотел увеличить расстояние, испытывая приятные ощущения от близости друг друга. Это было, пожалуй, всё, что они могли себе сейчас позволить.

— Конечно, я в тебе не сомневаюсь, — ответил Сол, продолжая разговор. — Просто думал, что процесс окажется более сложным и долгим.

— На самом деле благодарить нужно вашего отца, который нашёл эту формулу, и Миру, которая её запомнила. Память у неё уникальная: ничего не упустила и ничего не перепутала. Одним словом, молодец!

— Мира — она такая. Она может, — довольно хмыкнул Сол. — А что обсудить-то нужно? Это же не секрет?

— Надо решить, кто будет первым испытывать на себе вакцину.

Сол перестал улыбаться.

— Вопрос действительно важный. Если бы я мог, то предложил бы свою кандидатуру, но я уже давно свободен от этой планеты. Нам действительно необходимо выбрать добровольца.

Они оба замолчали, обдумывая, насколько велики и оправданы риски. Тем временем, Сол предложил завернуть в проулок, который значительно сокращал путь. И в самом деле дорога оказалась гораздо короче.

Совсем скоро они вышли на улицу, в конце которой находился необходимый им дом. Внезапно, словно пушечное ядро, к ним навстречу кинулся Мо.

— Он не опасен? — с опаской поинтересовалась Хлоя.

— У него на удивление дружелюбный характер.

— Это твой собственный?

— Не то чтобы мой, но, видимо, ему нравится так считать. Вот, думаю взять его на очередную вылазку.

— Вылазку?

— За пределы купола.

— А что там, за пределами? — Хлоя заинтересованно посмотрела вдаль, где солнечные блики красиво отражались на прозрачной глади защитного поля.

— Там много чего интересного. А самое главное, в нескольких километрах от Прибежища лежит корабль Соджуна. Пора бы нам забрать с него оставленные там вещи. Как минимум ящики с провизией и инструментами, а так же мелкие бытовые приборы. Не дело добру пропадать. Пусть Чаиро и пообещал купить нам новый звездолёт, но наполнение к нему не помешает.

— Нам? — переспросил заинтересовано Хлоя.

— Я имею в виду себя и твоего брата. Покупку оформят на него, но я дал согласие взять на себя должность бортинженера. И теперь мне по статусу положено заботиться о том, чтобы на корабле имелось всё необходимое, как для его починки, так и для комфортного проживания.

— А ты, оказывается, хозяйственный.

— А то! Во мне много замечательных качеств!

Сол шутливо выпятил грудь, а в следующее мгновение споткнулся о крутящегося у его ног кошака и чуть не навернулся на неровной тропинке.

— Черт побери! Мо! — воскликнул он.

Реакция у Хлои оказалась отменной. Она вовремя придержала молодого человека, схватив его за отворот куртки.

— Сдаётся мне, — произнесла она, — что неуклюжесть моего брата передаётся воздушно-капельным путём.

В этот момент в доме послышался грохот, а следом звон разбитой посуды. Расстроенный голос Данаи протянул:

— Соджу-у-ун, это было единственное фарфоровое блюдо.

И следом невнятное бормотание:

— А что я? Оно само. Я же хотел только помочь.

И ворчливое от Пуси:

— Не умеешь — не берись.

Сол и Хлоя переглянулись.

— Годы идут, а мой брат не меняется. Я всегда поражалась тому, как такой неуклюжий человек, смог стать великолепным лётчиком, а затем капитаном целого корабля.

Девушка вздохнула, шагнула на крыльцо и взялась за дверную ручку.

***

Восьмой выглянул в окно. Погода была чудесной, и он потянул носом воздух, а потом развернулся к кровати, на которой в ворохе одеял, словно в гнезде, спала девушка.

— Эй, Соня! Вставай! — позвал он.

— Ещё минуточку.

— Проспишь всё самое интересное. Стол уже накрыли и ждут только нас.

Восьмой попытался потянуть одеяло на себя, но оно не поддалось, перехваченное хоть и изящной, но довольно крепкой рукой.

— Мира-а, — не желая отступать, позвал он ещё раз. — Всё остынет.

— Можешь покушать без меня.

— Без тебя не могу.

— Почему?

— Задай этот вопрос моему желудку.

— А если случится так, что меня не будет рядом? Ты что, с голоду умрешь?

— Вполне возможно. Поэтому ты сейчас же поднимешь свою восхитительную упругую пятую точку и пойдешь со мной к столу.

— А если не пойду?

— Значит, я тебя понесу.

— Раздетую?

— В одеяло заверну.

— Ну, пожалуйста, Мир. Ещё одну минутку.

— Мне приятно, что ты вспомнила данное мне от рождения имя, но это не освободит тебя от необходимости вставать.

Девушка проворчала нечто похожее на ругательство и начала выпутываться из-под одеяла.

— Что это за возгласы недовольства? — прищурился Восьмой.

— Жизнь, говорю, у меня сложная, — проворчала Мира, щурясь от яркого света, бившего из окна.

— Интересно, и в каком же таком месте она у тебя тяжёлая?

— Во всех одновременно.

— Что-то я не помню, что бы ты раньше жаловалась.

— Я жаловалась.

— На что?

— На то, что ты зануда.

— Это я то?

— Именно ты.

— Ты хочешь сказать, что тебе вдруг перестал нравиться мой характер?

— Местами и отчасти.

— Ах, так! Ну, тогда я поищу себе ту, кому мой характер вполне подойдёт.

— Это кого ты там собрался себе искать? — вскинулась Мира.

— Ту, которая будет плакать от счастья, когда станет моей.

— Я сейчас тебя стукну.

— Пф-ф…

— Что значит пф-ф?

— Начнешь распускать на своего парня руки — будешь спать одна.

Мира прицелилась и бросила в Восьмого подушкой. Тот уклонился и демонстративно сложил на груди руки.

— Я почти обиделся, — заявил он.

— Ну, хорошо, война отменяется. Я сейчас встану и пойду на этот твой завтрак.

— Обед.

— На обед.

— Теперь недостаточно.

— Чего не достаточно?

— Того, что ты встанешь.

— А что ещё от меня требуется?

— Восхищаться моим характером. Начинай!

— Что начинать?

Девушка недоумённо посмотрела на мужчину.

— Восхищаться начинай, — невозмутимо произнёс он, и добавил: — Помимо характера, у меня имеется спортивное телосложение и отменная выносливость.

— Да что ты такое говоришь!

— Истину глаголю. Однако вижу в твоём взгляде сомнение. Пожалуй, надо его искоренить.

Восьмой начал медленно стаскивать с себя футболку, от чего у Миры расширились зрачки. Она попыталась снова спрятаться под одеяло, однако этот манёвр не удался.

Сомнения Восьмой искоренял ещё целых двадцать минут, давая осознать, что прав по всем пунктам.

***

Пуся грустил. Последний холостяк, с которым он наладил общение, всё чаще стал покидать дом, направляясь в сторону лаборатории. Каждый вечер Сол караулил Хлою и провожал её до дома. В итоге ещё одна потенциально свободная девушка почти вступила в отношения, а их некогда дружная команда по уши завязла в насущных делах.

Соджун, Сол и Восьмой планировали поход в джунгли к потерпевшему крушение звездолёту, а Чаиро разбирал кучу присланных документов. В сопровождении Вилоры он сходил в муниципалитет, где распечатал множество различных договоров, которые следовало изучить, подписать и отправить обратно. Даная же по-прежнему заботилась о том, чтобы всех накормить. Ей по очереди помогали две другие девушки. И если Мира не особо рвалась на кухню, предпочитая общество мужчин, то Вилора с наслаждением осваивала новые рецепты, которые они теперь могли себе позволить благодаря продуктам, привезённым с Земли. В пластиковых ящиках оказались не только овощи и фрукты, но и различные приправы, которых на Гекате невозможно было достать.

Одним словом, каждый был при деле. Пуся же только под ногами путался. Один раз ему на хвост наступил Соджун и долго потом извинялся. Во второй: Восьмой чуть не свернул себе шею, когда налетел на незаметно подошедшего к нему со спины робота.

И не сказать, что Пусю игнорировали, но все были заняты по горло, а для робота дел не нашлось. Он по пять раз на день проверял свой обитавший в теплице лимон, а также часами сидел в интернете, просматривая ленту галактических новостей, но это ему вскоре надоело. Одним словом, Пуся скучал, а потом и вовсе впал в депрессию.

Первой произошедшую в его настроении перемену заметила Вилора. Она поднялась в теплицу, чтобы полить растения, а заметив сидевшего на земле и ни на что не реагировавшего робота, всполошилась.

— Ты почему такой грустный? И что у тебя с хвостом?

Пуся, сидящий на задних лапах перед горшком с лимоном, даже головы не поднял.

— Хвост как хвост, — проворчал он.

— А почему в нём репей?

— Это я на заднем дворе гулял и, наверное, оно ко мне прилипло.

— А почему не убрал?

— А кому оно надо? — грустно выдохнул робот.

— Мне надо! Подожди, я сейчас.

Вилора спешно отправилась вниз, собираясь взять кое-что из своей комнаты.

Пуся потрогал одним пальцем лист лимона и в который раз печально вздохнул. Его ничего не радовало.

— Скоро, наверное, зацветёт, — произнёс он так, словно ему было абсолютно на это плевать.

Вилора вернулась через пару минут. В руках она держала расчёску, ножницы и небольшой флакон с какой-то жидкостью.

— Давай сюда свой хвост, я его вычешу, — сказала она жизнерадостно.

Вилора уже давно прониклась особыми чувствами к пушистому ворчуну, ставшему для неё настоящим другом. Ей действительно захотелось поухаживать за этим необычным зверьком-роботом.

Говорящие био-роботы в их время не являлись сенсацией, но и не имели распространения. Многие слышали об учёном, который был родоначальником этой серии, также было известно что он оформил патент, ограничивающий массовое производство. Поэтому подобные Пусе — встречались редко. То, что сейчас их на Гекате оказалось целых два, это уже само по себе казалось удивительным.

Девушка опустилась на колени и, взяв в руки хвост, довольно бережно начала его расчёсывать. Для начала она аккуратно вырезала глубоко въевшийся в шерсть репей, а затем тщательно распутала скомкавшиеся пряди. Совсем скоро хвост у Пуси снова стал пушистым и красивым.

Довольная результатом, Вилора протянула роботу принесённый ранее флакон.

— Вот, возьми. У одной знакомой выпросила. Это туалетная вода. Она, конечно, пахнет не так вкусно, как духи моей сестры, но, по мне, даже лучше.

Пуся вынырнул из глубин своей печали и буквально расцвёл на глазах.

— Это мне? — недоверчиво спросил он, вертя флакон в передних лапах.

— Тебе.

— Это потому, что ты меня любишь? — уже более бодро поинтересовался Пуся.

— Конечно, я тебя люблю, — ответила Вилора. — Кроме того, я никогда не забуду, как ты нас спас.

— Какая же ты хорошая, — умилённо проговорил робот.

Он протянул свои лапки к Вилоре, и они обнялись.

— Я заметила, что ты довольно тяжелый, а на первый взгляд и не скажешь, — проговорила девушка.

— Это потому, что во мне много всего полезного. Правда, часть устарела и требует обновлений, но в целом я ещё ничего!

Пуся гордо задрал голову.

— Ты крутой, — поощрила его Вилора.

Лемур заглянул девушке в глаза и решил уточнить ещё раз.

— Значит, я тебе нравлюсь?

— Конечно, нравишься.

— Но Чаиро нравится больше?

Вилора смутилась.

— Чаиро теперь — мой молодой человек, — сказала она осторожно, не желая обидеть робота.

— Я понимаю это, однако мне грустно оттого, что всем достаточно только моей дружбы.

Робот огорчённо вздохнул, а Вилора потрепала его по голове, пытаясь найти слова утешения. Только слова почему-то не находились.

Молчала Вилора. Молчала и судьба, потому что точно знала о том, что робот совсем недавно понравился одному существу, которое, как ни странно, относило себя к женскому полу.