Время неумолимо летело вперёд. Казалось, только вчера я читала своему малышу сказки, а уже сегодня мы с ним сидим и выбираем школу для поступления. Вариантов было множество. В отличие от Англии, в Италии волшебников не заставляли поступать только в одну конкретную школу. Здесь была свобода выбора. Естественно, маглорожденным приходили письма от одной из итальянских школ с приглашениями учиться. Те, кто знал о магическом мире заранее, могли выбирать.

За эти годы Северус и его друзья, Анна и Марко, не только многому научились, но и определились с тем, чем хотят заниматься в будущем. Анна была девочкой творческой. Когда она узнала, что одежда магов и обычных людей сильно отличается, её это совершенно очаровало. Да и её маму тоже. Поэтому родители Анны уже подали заявку во Францию, в Шармбатон. У них лучшие программы для девочек. Марко, напротив, решил остаться в Италии. Он любил магию, но ещё больше ему нравилось помогать отцу на виноградниках. Именно этим он планирует заниматься в будущем. Сейчас он уже второй год учится в магической школе Италии. После основного курса он получит диплом и собирается продолжить образование в обычном колледже. Выбор Марко родители приняли с пониманием, как и друзья.

Но мысли моего собственного сына меня удивили.

— Мам, ну это же логично, — говорил он.

— Не совсем. Может, ты объяснишь ещё раз для особо недалёкой матери?

— Ты нормальная. И красивая. Мы тебе ещё найдём отличного мужа. И ты родишь мне, как минимум, брата или сестрёнку, — улыбнулся он.

— Ух ты, у тебя уже целый план, — рассмеялась я.

— А как же! Ты сама подумай: Принцев всего двое. Пока я женюсь и заведу детей, пройдёт ещё минимум лет десять. С тобой проще. Я ведь уеду учиться. У тебя будет куча свободного времени. Будет время на свидания и ухажёров. Но выбирай мужа, которого примет наш род. Тогда ваши дети тоже будут Принцами. Ты у нас волшебница видная. Не пройдёт и пары месяцев, как вокруг тебя будет толпа поклонников. Ты будешь выбирать мужа, как платье в своём любимом магазине. А там, как ты знаешь, платьев очень много.

То, с какой уверенностью говорил мой сын, одновременно пугало и вызывало желание рассмеяться.

— Как скажешь, сын. Но давай вернёмся к вопросу о школе.

Северус кивнул:

— Смотри. В итальянскую школу я не хочу. Программа средненькая. Плюс все учебники я и так прочту после Марко. Вряд ли меня там чем-то удивят. В Хогвартс, на нашу прежнюю родину, я не собираюсь. Это до сих пор такая глушь! Что я там буду делать? Пыль в библиотеке собирать или жить в подземелье? В Америке программа хорошая, но она для всяких зоологов и ботаников. Неинтересно. В Бразилию я тоже не поеду. Да, там крутые зельевары, но жить в джунглях? Мама, ты серьёзно? Тоже не хочу. Из оставшихся более-менее стоящих вариантов — японская школа. Я не расист, просто с их воспитанием и моральными устоями я там умру. У них всё про уважение старших, даже если те не правы. Женщины там где-то на заднем плане. На минуточку, ты у меня регент рода. Если бы мы жили в Японии, меня бы отдали в какую-нибудь семью, а с тобой вообще непонятно что бы сделали. В Дурмстранг я тоже не хочу. Ты видела их школьную форму? Шубы! Значит, это где-то на севере, и там чертовски холодно. После Италии я там в льдинку превращусь, — сын выдохнул и продолжил. — Остаётся Колдовстворец. Плюсы в том, что я знаю язык. Причём свободно говорю и пишу по-русски. Да, с акцентом, но это не помешает. Во-вторых, несмотря на политическую ситуацию в магловской части страны, в магической всё осталось по-прежнему. Сильных магов там ценят, а я, как ты знаешь, далеко не слабый маг. Моя подготовка подходит их стандартам. Вступительный экзамен написать несложно, мне пример приносил учитель Бруно. Дальше. У них отличная программа для зельеваров и боевых магов. А ты, мама, знаешь, что мне нужно развивать и то, и другое. При этом там нет военизированного уклада, как в Дурмстранге. Ещё один плюс — из-за большого числа магов там хороший выбор будущих жён. А русские девушки славятся своей красотой, ты сама мне говорила, — закончил Северус с умным видом.

-— А не рано жениться, дорогой? — усмехнулась я.

— Не рано. Ты сама посмотри: жениться всё равно буду не раньше, чем через 10 лет. До двадцати я жениться не собираюсь. А так мы присмотримся. С невестой получим образование, а уже потом дети. Мне не нужна жена, которая будет сидеть дома и только за детьми ухаживать. Если она захочет заниматься любимым делом, пусть занимается. Ты ведь за эти годы сколько всего сделала! И меня воспитала, и делами рода занималась, и даже свой дамский клуб открыла. Учитель Гонсалес говорит, что среди женщин это самое модное место. Туда приходят лучшие девушки Италии. А тебя считают примером современной ведьмы — умной, красивой, воспитанной и незаурядной.

— Мой любимый сын! Ты засыпаешь меня комплиментами, чтобы я всё-таки отправила тебя учиться в Россию? Да? — спросила я с улыбкой.

— Да… Нет… Да… Я запутался. Может, я и использую это, чтобы тебя убедить, но это не отменяет того, что так считаю я и окружающие, — попытался оправдаться Северус.

— Вот же льстец. Такое ощущение, что ты от своего фамильяра набрался. Такой же. Когда Синьору что-то нужно, он милый и ласковый котик. А если нет — даже на пушечный выстрел к себе не подпустит. Ты сейчас такой же.

— Учусь у лучших. Ну, мама, любимая и дорогая мама, отправишь заявку? Я клянусь не взрывать больше лабораторию, — уговаривал меня сын.

Я подняла бровь, прекрасно понимая, что это обещание он вряд ли сдержит.

— Ладно. Торжественно обещаю не взрывать лабораторию дома, — добавил он, делая умилительное лицо и хлопая своими длинными ресницами.

— Хорошо. Я отправлю письмо. Но тебе всё равно нужно продумать запасной вариант на случай, если с Колдовстворцем не получится, — пояснила я Северусу.

— Ну, на крайний случай отправишь в Америку или во Францию с Анной. Так пойдёт?

— Хорошо, сынок. Я тебя услышала. И не делай больше такие глаза — это уже давно не работает, — засмеялась я.

…

Кто бы сомневался, что в России захотят взглянуть на наследника рода Принц. Как объяснил господин Бруно, когда туда присылают заявки, они тщательно проверяют кандидатов, выясняя, кто есть кто. Роду Принц удалось оставить заметный след в истории, особенно в узких кругах зельеваров. Талантливого ученика хотели бы видеть многие в своей школе.

В итоге, в начале лета 1971 года мы с Северусом отправились в Россию через портал. В магловском мире эти территории называют СССР, как и в моём мире до того, как я сюда попала, но за барьером магическая часть страны всё ещё остаётся Царской или Императорской Россией.

Здание школы впечатляло. Его можно было бы сравнить с Хогвартсом. Из воспоминаний Эйлин я помнила английскую школу, но здесь помпезность явно выигрывала. Яркость и красочность поражали.

Северус, привыкший к буйству красок Италии, воспринял это как должное. Скорее отсутствие цвета его бы напугало.

Нас встретила молодая девушка. Как позже выяснилось, в этом году она перешла на последний курс. Старшеклассники летом работали с абитуриентами и их родителями. В российской школе вообще была интересная система: летом каждый курс возвращался в школу хотя бы на неделю, чтобы помогать. Те, кто постарше, участвовали в различных проектах, младшие же помогали в теплицах или занимались уходом за цветами, которые были расставлены по всей школе. По словам Миры, за порчу этих цветов наказывали так, что «сидеть долго не будешь».

В Колдовстворце, оказывается, за провинности не отнимали баллы, как в Хогвартсе, а могли спокойно выпороть. Причём перед этим отправляли информацию о проступке родителям, а уже после уведомления следовало наказание. Каждый проступок ребёнка становился известен родителям. А ещё каждые два месяца отправлялся табель с оценками.

Хотя дети уезжали в школу почти на 10 месяцев, родители всегда были в курсе их успехов и проступков. Если же ребёнок серьёзно нарушал правила, собирался педагогический совет, на который приглашали и родителей.

Кроме педагогов, в школе работали кураторы, деканы и другие сотрудники, которые следили за детьми и помогали им в учёбе.

Об этом всём нам рассказывала Мира, пока провожала нас до кабинета, где должно было состояться собеседование. После него ребёнка отправляли на вступительные экзамены. Ничего сверхъестественного от него не требовалось, школе просто нужно было определить уровень подготовки каждого ученика.

Все дети в возрасте 11-12 лет поступали в «Колдовстворец», как и во многие другие школы. Это было не прихотью учителей, а медицинской необходимостью. Ведь до этого возраста у многих детей магическое ядро еще не до конца сформировано, а занятия магией в том объеме, в каком их преподают в школе, могут быть опасны для здоровья ребенка.

В российской школе учеников могли распределять не только по возрасту, но и по уровню знаний и умений. Здесь обучение отличалось от системы в Англии, где всех делили на факультеты, но программа оставалась одинаковой для всех. В «Колдовстворце» на разных предметах можно было учиться с разными людьми. Детей со всей России и даже из других стран было очень много, поэтому такая система здесь работала. Например, на зельеварении не было смысла, чтобы ребенок, освоивший программу первых трех курсов, занимался вместе с тем, кто еще не умеет отличить виды ножей и не знает, каким из них что можно и нельзя резать.

Кстати, система баллов в этой школе тоже существовала, но она была не общей для факультета, а индивидуальной для каждого ученика. По итогам года, в зависимости от набранного количества баллов, можно было выбирать различные привилегии. Например, в прошлом году Мира набрала столько баллов, что получила возможность жить не вдвоем в комнате, как большинство, а в отдельной личной комнате. По размеру она была такой же, как предыдущая на двоих. И это был лишь один из примеров поощрений.

Чем больше мне рассказывали о школе, тем больше я убеждалась, что это отличный вариант для Северуса. Теперь все зависело от сына. То, как он пройдет собеседование и экзамен, определит, будет ли он здесь учиться или нет. Все иностранцы проходили эту процедуру, и мы не были исключением. В российскую школу без проблем принимали только граждан страны.

По лицу сына было видно, что он не волнуется. Он был спокоен и собран, что меня радовало. Скорее переживала я. Ведь это новый этап в его жизни. Еще немного, и он станет совсем взрослым, отправится в школу, и я буду видеть его только на каникулах. Хотя в этой школе каникулы бывают не только летом и зимой — весной и осенью тоже дают недельный отдых, обычно на праздники Самайн и Остару. Это было приятно.

— Мисс Принц, — обратилась ко мне Мира, — дальше по коридору вы выйдете во внутренний двор, там найдете красную дверь — это вход в кафетерий. Обычно родители ожидают там. Когда с вами захотят поговорить из администрации школы, я вас позову. Сегодня я закреплена за вами.

— Хорошо, последую вашей рекомендации, — ответила я. — Удачи, сынок. Покажи себя.

— Конечно, мама, все будет отлично, — Северус улыбнулся и шагнул с Мирой в один из кабинетов.

Я же направилась по коридору в указанную сторону.