В её будущем для меня нет места…

Даже если Гермиона когда-нибудь простит меня, люди вокруг неё — нет. И у неё найдутся проблемы посерьёзнее, чем попытаться вписать бывшего Пожирателя Смерти в свой новый красивый мир.

Может, мне стоит сделать шаг назад уже сейчас? Такой любовник как я Министру Магии совершенно ни к чему.

Он закрыл за собой дверь, сбросил мантию на стул и начал расстёгивать рубашку, чувствуя, как с каждым движением даёт о себе знать накопившееся за день напряжение.

Малфой мог бы сказать себе, что просто вымотался, но дело было не в усталости. Скорее, в переизбытке мыслей, которые вовсе не собирались угасать. Они продолжали крутиться в голове, выедая остатки контроля и не давая сделать ни одного нормального вдоха.

Гермиона тоже не спала.

Он больше не пытался слушать её намеренно — честно держал обещанную дистанцию. Но этого и не требовалось. Её сознание всё равно оставалось частью его собственного восприятия — приглушённой волной где-то на фоне. Существовать без неё Драко просто разучился.

Она ворочалась за стеной, разбирая план на завтра и прокручивая в памяти их сегодняшний урок. Почти детский восторг от найденной библиотеки подступал к его собственной груди теплом. И, конечно, Грейнджер не была бы собой, если бы следом не принялась анализировать ошибки. Как всегда… Докапывалась до сути, пытаясь понять, что сделала не так. Чёрт бы её побрал с этой привычкой вечно искать в себе изъяны.

Драко сел на кровать, упёрся локтями в колени и на секунду прикрыл глаза, сдаваясь. Позволил её чувствам выйти на передний план.

Нужно было разорвать связь. Вырезать, выжечь и оставить Гермиону в покое. Разве не к этому они шли по его же собственной инициативе? Она должна научиться от него закрываться, чтобы они смогли вернуть хотя бы призрачное подобие доверия.

Тогда почему теперь, когда этот момент настал, Малфоя тошнило от одной мысли о глухой стене между ними?

Он слишком привык знать, в каком она состоянии каждую секунду. Слышать, как она выстраивает аргументы в споре, ловить моменты, когда она сомневается в решении или чувствует себя неуверенно. Закрываясь, Гермиона отнимала у него воздух. Отнимала жизненно необходимый фоновый шум, к которому он прирос намертво.

Это ведь правильно, чёрт возьми. Драко сам сказал ей, что так будет честно.

И всё же… он больше не сможет защитить её так, как раньше. Если что-то случится, Малфой просто не узнает вовремя. Если Гермиона будет бояться, сомневаться, страдать — он не услышит, пока она сама не решит рассказать. Если решит вообще.

Он глубоко выдохнул и с силой провёл пальцами по виску, вжимая костяшки в кожу.

Это её выбор, её сознание, её защита.

Взгляд зацепился за дневник на краю стола. Драко отлично помнил, как исписывал его строчка за строчкой, когда напряжение становилось совсем невыносимым. Мир вокруг рушился, и только эти страницы принимали его искренность без осуждения. Тогда Гермиона ещё ничего не знала. А с тех пор, как она стала Министром, в дневнике не появилось ни единого слова.

Событий было нисколько не меньше, проблемы никуда не исчезли, и поговорить по-прежнему было не с кем. Но писать здесь всё равно ощущалось предательством. Будто он снова сидит на полу возле её кровати после очередного доноса и жалуется ей на то, как ему тяжело.

Драко протянул руку и резко пролистнул тетрадь. Напряжённые переговоры, встречи, споры на грани фола вспыхнули перед глазами. И она. На каждой странице. Между строк, в каждой мысли — даже там, где речь шла, казалось бы, о сухой политике.

Малфой должен был залезть ей в голову, подмять под себя, использовать. Как же, блять, вышло, что с самого первого дня это она поселилась в его собственном разуме без шанса на выселение?

Отложив дневник, не зная, откроет ли его вообще хоть когда-нибудь,  Драко вошёл в ванную, включил воду и опёрся ладонями о холодный край раковины. В зеркале отразился человек, у которого этот день длился вечность. Впрочем, все последние дни ощущались именно так.

Душ не помог. Горячая вода стекала по коже, смывая внешнюю грязь и усталость, но мысли не уходили. Всё вокруг казалось слишком пустым.

Тишина внутри и снаружи давила на барабанные перепонки так сильно, что после ванной Малфой почти на автомате попытался проверить охранные чары. Но даже тут его вмешательство не требовалось: магия вокруг резиденции стояла мёртво и стабильно.

Это начинало медленно сводить с ума.

Драко опустил палочку, так и не активировав новых заклинаний, и бросил раздражённый взгляд на бумаги. Завтра утром Гермиона проведёт встречу с главами департаментов перед отъездом в Хогвартс. Зная её стиль, он не сомневался: у неё уже готов безупречный план. Ему оставалось лишь пройтись по деталям и не выглядеть удивлённым.

Он сел за стол, взял один из отчётов, пробежался по нему тупым взглядом и тут же отбросил.

Не мог сосредоточиться. Ни единой мысли о работе.

Выключив свет, Драко лёг на спину и уставился в тёмный потолок. Сон не шёл.

Соблазн осторожно коснуться той самой двери в её сознании был колоссальным, почти невыносимым. Но он дал слово, что не станет этого делать. Даже если сможет пройти абсолютно незамеченным.

Кого он пытался обмануть? Он просто до одури скучал по тому, каково это — ощущать влюблённую Грейнджер по ту сторону заслона.

Любовь Гермионы всегда была красной — густой, яркой, необратимой, пульсирующей в самом воздухе вокруг неё. Она затопляла всё пространство, а он своими же руками перекрыл этот источник и окрасил её чувство в оттенки чёрного.

Когда-то давно, в другой жизни, ему казалось, что влюблённая Грейнджер — самая удобная жертва для манипуляций. Снова и снова прокручивая те дни в памяти, Драко пытался понять: в какой именно момент он окончательно свихнулся? Когда до него дошло, насколько это была идиотская, опасная идея?

В день стрельбы на площади.

Когда кровь на камнях ещё не остыла, в ушах стояли оглушительные крики, а люди вокруг боялись дышать. Вернувшись в резиденцию, Гермиона судорожно дрожала в его руках, и он заставил её успокоиться, ломая панику.

Именно тогда его впервые вывернуло наизнанку от самого себя. С того момента он знал: у него ничего не выйдет. Он не сможет её использовать, потому что сам увяз по уши. Он просто сделает ей больно.

Драко с силой провёл ладонью по лицу и резко выдохнул в темноту.

Смешно. Он мог планировать что угодно, просчитывать стратегии, но в итоге всё вдребезги разбилось о неё. Гермиона никогда не была той, кого можно подчинить или взять под контроль. Даже если бы тогда, после стрельбы, он не остановился — рано или поздно она бы всё поняла. И возненавидела его.

Он резко сел на кровати, снова потянулся к столу и с треском раскрыл один из отчётов. Если забить голову сухими строчками, возможно, это хоть ненадолго глушит дрянь внутри.

Всё что угодно лучше, чем продолжать медленно сходить с ума по женщине, которую он любил.

~*~

Грейнджер вела совещание с Отделом Международного Магического Сотрудничества перед отъездом, а Драко отправился забирать у Пэнси многострадальные досье для личной гвардии.

Паркинсон, абсолютно не стесняясь, коротала время в кабинете Главного Аврора с чашкой кофе. Работу на утро она уже выполнила: Гермиона выглядела восхитительно — хоть и, на вкус Малфоя, слишком строго в своём чёрном брючном костюме.

Впрочем, его мнения никто не спрашивал. Поэтому, исключительно для вида постучав по косяку открытой двери, Драко заглянул в кабинет и слегка наклонил голову.

— Чего тебе, Малфой? — с открытой улыбкой отвлёкся от разговора Поттер. Пэнси в кресле напротив даже головы не повернула, продолжая неспешно потягивать кофе.

— Министр попросила досье, — Драко выразительно посмотрел на Паркинсон. — Ещё вчера.

— Я разве не оставляла их на столе Алисии? — она обернулась.

— Ты не забирала их у меня, — Поттер недоумённо вскинул брови. — Сказала, что зайдёшь позже.

— Ах да! — Пэнси наигранно вздохнула и закатила глаза. — Ты, кажется, разбил кружку, которую я подарила тебе на Рождество, прямо перед тем, как я зашла.

— Мне её подарили здесь, на день рождения. Ты в жизни не дарила мне кружек, — Поттер тихо засмеялся. В его глазах вспыхнул знакомый блеск, когда он перевёл взгляд на Пэнси.

— Так что там с досье? — Малфой постучал пальцами по косяку. — Не хочу заставлять Грейнджер ждать.

— Ещё бы, — фыркнула Пэнси, даже не пытаясь скрыть язвительную ухмылку.

Поттер дёрнул за ручку ящика и несколько мгновений перебирал плотные стопки документов, пока не выудил нужную папку из тёмной кожи.

— Держи, — Гарри протянул её Драко.

Малфой раскрыл досье прямо на ходу, быстро пробегая глазами по именам, послужным спискам и характеристикам. Кандидаты, которых отобрал Поттер, выглядели хорошо. Некоторых из них Драко знал лично — их квалификация вполне подходила под задачу.

— И? — голос Гарри вернул его к реальности.

Малфой не торопился с оценкой.

— Вижу, ты выбрал людей с разными специализациями, — он перелистнул страницу. — Что, решил набрать не просто упёртых авроров, а ещё и тех, кто соображает в стратегическом планировании?

— Министру не нужна бездумная толпа, способная только исполнять приказы, — спокойно отозвался Поттер, скрестив руки на груди. — Раз уж она решила забрать у аврората все обязанности по своей защите, я обязан убедиться, что эти люди не подставят её под удар.

Драко коротко кивнул, признавая логику.

— Не могу сказать, что это плохой подход.

— О, ты наконец признал, что я способен принимать разумные решения? — Гарри открыто ухмыльнулся.

— Давай не будем заходить так далеко, Поттер, — Драко поднял на него ровный взгляд.

Пэнси с ленивым интересом сделала ещё один глоток.

— Вы когда-нибудь перестанете соревноваться?

— Нет, — синхронно отчеканили оба.

Поттер бросил на Паркинсон насмешливый взгляд, а та лишь привычно закатила глаза.

— Ладно, — Драко с сухим стуком хлокнул папкой по ладони. — Я передам Грейнджер.

Он развернулся к выходу, но у самого порога замер. Раздумывая секунду, он снова посмотрел на Поттера.

— Есть кто-то, кого ты мог бы заменить?

Гарри приподнял бровь:

— Ты предлагаешь мне пересмотреть мой же список?

— Грейнджер не станет слепо с тобой соглашаться. Подумай, кого бы ты поставил в резерв, если эти ей не понравятся, — Малфой небрежно пожал плечами. — Подготовь вариант заранее.

Поттер помедлил с ответом, видимо, взвешивая мысль, но затем всё же кивнул:

— Возможно, ты прав.

— Разумеется, я прав, — хмыкнул Драко и развернулся, выходя в коридор.

Пэнси дождалась, пока шаги Малфоя стихнут, и только тогда перевела взгляд на Гарри.

— Ты действительно подумаешь над заменой?

— Пока нет, — он пожал плечами с лёгкой улыбкой. — Пусть они с Гермионой сами поломают голову.

Пэнси усмехнулась и допила остаток кофе, не сводя с него пристального взгляда.

Драко быстрым шагом двигался по светлым коридорам Министерства. На ходу он просмотрел ещё пару страниц, выхватывая знакомые фальшиво-безупречные характеристики авроров, но не стал на них задерживаться. Главное — отдать их Грейнджер до того, как она вспомнит об этом сама и решит, что аврорат намеренно тянет время.

На подходе к лифтам из двери переговорной вышел Александр, аккуратно прикрыв за собой дверь. Хартман замер.

— Малфой, — коротко кивнул он.

— Александр, — отозвался Драко, зажимая кнопку вызова лифта. Он пробежался по Хартману взглядом и едва заметно прищурился. Или ему мерещилось, или смазанный след на его скуле очень сильно напоминал остатки второпях стёртой помады.

Александр подошёл ближе, мельком взглянув на плотную папку.

— Досье личной гвардии?

— Да, — Драко чуть повёл плечом. — Гермиона собиралась утвердить состав сегодня, пока мы будем ехать в Хогвартс.

— Ух ты. Министр решила, что твоё мнение имеет вес.

— Разве это кого-то удивляет? — Драко вскинул бровь, но его взгляд всё ещё откровенно гипнотизировал пятно на щеке.

Александр, поняв всё без слов, молча вытер след тыльной стороной ладони.

— Лучше?

— Оставил бы, — усмехнулся Малфой. — Может, хоть так те красотки из Международного Сотрудничества перестали бы вешаться тебе на шею.

Лифт с мягким гулом распахнул двери. Прежде чем Драко шагнул в кабину, Александр ловко перевёл тему:

— Ты доволен составом?

— В целом — да, — Драко чуть качнул папкой. — Есть советы?

— Проследи, чтобы Министр не ошиблась с выбором, — Хартман намекал на себя настолько прозрачно, что Малфой рассмеялся.

— Ты прекрасно знаешь, что вас двоих она возьмёт в любом случае.

— Ты доверил её нам, — Александр пожал плечами, и в его голосе проскользнула неожиданная серьёзность. — Это высшее признание.

— Я польщён, — Драко театрально приложил досье к груди. — Иди, Алисия ждёт.

Хартман коротко хмыкнул и отступил на шаг:

— Увидимся.

Драко шагнул в лифт, ткнул нужную кнопку и смотрел, как золочёные решётки смыкаются, скрывая Александра. И глубоко задумался.

В своё время он сам отбирал авроров, с которыми они отправлялись в Дублин для защиты тогда ещё просто посла Грейнджер. Но далеко не все из тех парней подходили для личной гвардии Министра Магии. Для многих пределом была проверка периметра да составление сухих маршрутов. Зато они знали Малфоя и умели выполнять приказы без лишних вопросов.

Хотя он и не собирался становиться во главе её охраны. Гермиона предложила — он отказался… А теперь, видя этот расклад, начинал жалеть.

У дверей её кабинета дежурил Майкл. Скрестив руки на груди, он лениво подпирал плечом стену, но едва заметил Малфоя, тут же выпрямился и вскинул бровь.

— Вовремя, — кивнул он на дубовую дверь. — Они как раз закругляются.

— Быстрее, чем я ждал, — кивнул Драко. Он постучал костяшками и, не дожидаясь приглашения, толкнул тяжёлую створку.

Внутри было многолюдно, но совещание и правда ощутимо подходило к концу. За длинным столом сидели сотрудники из Международного Отдела, а во главе, прямо напротив Гермионы, расположился Пьюси, хладнокровно сверявший что-то в своих пергаментах.

Грейнджер мельком бросила взгляд на вошедшего Драко, но даже не сбилась со своего ровного тона:

— Я поговорю с Министром Франции и главой Совета отдельно, чтобы закрыть все формальности. Департамент берёт на себя сбор полного перечня вопросов, которые могут всплыть на переговорах. Сюрпризы мне не нужны.

Эдриан медленно кивнул, подвигая к себе бумаги:

— Мы согласуем окончательные формулировки до завтра и направим ответ.

— Отлично, — Гермиона собрала пергаменты в стопку и подняла взгляд. — Если срочных тем больше нет, на этом всё.

Пьюси аккуратно отложил перо и произнёс:

— Я бы хотел обсудить ситуацию с Вашингтоном позже. Когда у вас появится окно.

— Попроси Алисию, она внесёт встречу в график, — коротко кивнула Гермиона.

Драко посторонился, пропуская выходящих чиновников и провожая быстрым взглядом уходящего Пьюси. Едва последняя дверь за ними закрылась, он шагнул в глубину кабинета.

— Министр…

Гермиона устало провела ладонью по лбу, поднялась из-за стола и бросила на него взгляд:

— Малфой.

Он молча протянул ей папку, пока они переходили в её основной, смежный кабинет.

— Досье. Поттер не разочаровал, кандидаты достойные.

Она тут же раскрыла документы, на ходу пробегая глазами по первым строчкам.

— Уже успел изучить?

— Стало любопытно, — он небрежно пожал плечами. — Учитывая, что речь идёт о твоей безопасности.

— И кого из них ты уже мечтаешь заменить?

Малфой наигранно вскинул брови:

— Ты априори ждёшь от меня подвоха?

— Драко, — она подняла на него взгляд, снисходительно оглядывая с ног до головы. — Мы оба знаем, что да.

Он лишь ухмыльнулся, но спорить не стал, пропуская её вперёд к рабочему столу.

Дверь с шумным треском распахнулась, и в кабинет буквально влетела Алисия. Запыхавшаяся, с растрепавшейся прической, она судорожно прижимала к груди папки.

— Я тут! Ничего не забыла, всё передала кому надо! — выпалила она на одном дыхании и только потом огляделась.

— Ты что, бежала? — нахмурился Драко. Хотя он-то прекрасно знал, в чём дело.

— Нет, я… просто спешила, — Алисия быстро заправила непослушные волосы за ухо и скользнула к столу, бросив на Гермиону виноватый взгляд. — Ты же не начала без меня?

— Начала бы, задержись ты ещё на минуту, — спокойно откликнулась Грейнджер, не поднимая головы от списков.

— Ну вот, а говорят, что это я вечно прихожу в последнюю секунду, — фыркнул Малфой, усаживаясь в кресло напротив.

Алисия показательно закатила глаза, села рядом и принялась раскладывать бумаги.

— Я отправила запрос на составление контракта для гвардии, но в канцелярии требуют имена. Чем быстрее мы им их дадим, тем лучше. У нас есть готовое решение?

— Пока только вникаем, — отозвался Драко, переведя взгляд на Гермиону. — Министр хочет лично убедиться, что кандидаты подходят под её требования.

— Значит, половину списка можно сразу вычёркивать, — пробормотала Алисия, вытаскивая ручку.

— У нас ещё есть немного времени до поезда, — произнесла Гермиона. — Разберёмся сейчас или оставим на дорогу?

— В дороге, — Кларк чуть свела брови к переносице. — Если мы задержимся здесь хоть ненадолго, репортёры внизу разорвут нас.

— Учитывая, что утром опубликовали список глав Департаментов, они сделают это в любом случае, — подметил Драко.

Он не удержался и бросил на Гермиону долгий, откровенно провоцирующий взгляд. Грейнджер даже бровью не повела, пытаясь сохранить невозмутимость, но Драко буквально чувствовал, как у неё внутри всё закипает. У него в груди заранее разливалось плотное, почти физическое удовольствие.

«Прекрати так смотреть, Малфой», — раздался в его голове её строгий, звонкий голос.

Драко криво усмехнулся уголками губ.

В ту же секунду знакомые руны на её ментальной двери вспыхнули ярким светом, намертво перекрывая ему доступ к её мыслям. Внутри на мгновение образовался ледяной вакуум — щелчок был беспощадным. В комнате для него повисла совершенно неестественная тишина.

— У нас есть новости по Эмили Роше? — Гермиона, как ни в чём не бывало, отложила два досье поверх остальных и подняла голову.

— На твоё имя писем не приходило, — Алисия уверенно качнула головой.

— Мама молчит, — Драко дёрнул плечом. — Поттер тоже ничего не передавал.

— Значит, остаётся ждать, — Гермиона отстучала пальцами дробь по столешнице, задумчиво прищурившись.

— Так что с гвардией? — напомнила Алисия.

Гермиона посмотрела на отложенные папки и кивнула:

— Забираем в поезд. Разберёмся по пути.

Кларк удовлетворённо кивнула, а затем перевела подозрительный взгляд на Малфоя:

— И ты даже не станешь спорить?

— С какой стати мне спорить? — он демонстративно вскинул брови.

— Потому что ты делаешь это всегда.

— У нас нет времени на пустую болтовню здесь, — он чуть наклонился вперёд, поймав прямой взгляд Гермионы. — А тебе стоит подготовиться к неудобным вопросам прессы.

— А они когда-нибудь были удобными? — ровно отрезала она.

— Тогда решено, — резюмировала Алисия. — Пресс-конференция через пятнадцать минут. Поезд отбывает через полтора часа.

Гермиона опустила взгляд на часы на запястье.

— Идём сейчас. В кабинете нечем дышать.

Драко молча кивнул и, пока Грейнджер собирала вещи, неспешно подошёл к окну и распахнул створку, впуская прохладный воздух. Он просто не мог упустить шанс вставить последний комментарий:

— Гвардия, репортёры, Международный Совет, поездка в Хогвартс… И всё это до обеда.

Гермиона наградила его тяжёлым, хмурым взглядом:

— Хочешь поменяться со мной местами?

— Ни за что, — он тихо рассмеялся. — Но напомни мне позже вписать в твой график хоть что-то не похожее на конец света.

— Например?

— Сон.

Гермиона тяжело вздохнула и направилась к выходу. Алисия задержалась у дверей на секунду, тоскливо глядя на Драко.

— Как думаешь, она вообще хоть когда-нибудь нас послушает?

— Нет, — Драко хмыкнул, поправляя манжеты. — Но когда она рухнет от переутомления, я с чистой совестью скажу: «А я ведь предупреждал».

Алисия покачала головой и выскользнула в коридор следом за Министром.

Драко задержался в пустом кабинете буквально на несколько секунд. Нужно было перехватить Гринграсс до того, как газетчики появятся со своими мерзкими вопросами.

Мерлин, как же сильно он ждал очередного выступления Грейнджер. Смотреть, как она уничтожает толпу, было его самым любимым зрелищем.

~*~

Астория дала пару коротких советов по работе с прессой и отошла в сторону, останавливаясь рядом с Драко в коридоре, прилегающем к кипящему от людей Атриуму. Чуть отдалившись, Гермиона на ходу отдавала распоряжения Лаванде относительно журналистов, которые отправятся в Хогвартс.

— Ты поможешь? — вдруг тихо спросила Гринграсс, не поворачивая головы.

— Конечно, — на автомате кивнул Драко. Замешкавшись на секунду, он нахмурился и перевёл на неё взгляд: — А в чём именно?

За свою неосведомлённость Малфой тут же получил ощутимый, вполне заслуженный удар локтём по плечу.

— Ты хочешь, чтобы я подсказывал ей ответы прямо во время записи?

— Если заговорят о чём-то слишком провокационном, — Гринграсс покачала головой, скрестив руки на груди. — Может, наши холодные головы отсюда помогли бы ей сгладить углы.

Драко скользнул взглядом по Гермионе. В её разуме, снова открытом для него, ульем гудел предстоящий разговор с прессой и тревожные мысли о личной гвардии, которая теперь будет следовать за ней. Она переживала о том, как будет выглядеть в глазах публики, сможет ли удержать безупречный образ. Как столько деталей вообще помещалось в её маленькой голове одновременно?

Она на секунду сбилась с мысли, очевидно, только сейчас сообразив, что в суматохе забыла восстановить руны. Малфой не мог её осуждать. Он даже не представлял, как в этот список вопросов она могла бы добавить ещё и защиту.

Лаванда, кивнув, отошла в сторону, а Гермиона полуоборотом взглянула на Малфоя.

«Хочешь подсказывать мне ответы?» — её ментальный голос прозвучал с заметным прищуром.

«Я могу, если понадобится», — ровно отозвался он. Наяву Астория издала почти раздражённый вздох.

Гермиона пару секунд колебалась — между въевшейся привычкой всё делать самой, настаивая на полной самодостаточности, и трезвым решением принять предложенную помощь. Она быстро посмотрела на Асторию, затем снова перевела взгляд на Драко.

«Радостью» там сейчас и не пахло — в её разуме стоял запредельный уровень концентрации, — но она хотя бы попыталась соврать, чтобы успокоить его. Малфой коротко кивнул. Гермиона едва заметно улыбнулась самым уголком губ, развернулась и поправила край манжеты.

Через несколько мгновений она подчёркнуто неспешной походкой шагнула к трибуне, за которой выстроился целый лес магических микрофонов. Внизу за резным барьером бурлила и гудела толпа журналистов, готовая наброситься на неё с первыми же вопросами. Камеры вспыхивали слепящими вспышками, записывающие пергаменты шуршали в воздухе, ловя и конспектируя каждое её движение.

Поттер, как Главный Аврор, занял позицию справа от трибуны, наблюдая за залом с привычной настороженностью.

Гермиона сделала глубокий вдох, выдержала секундную паузу, позволяя гулу в зале окончательно утихнуть, и только тогда заговорила:

— Добрый день. Сегодня утром Министерство опубликовало обновлённый состав правительства. Кроме того, через два часа я отправляюсь в Хогвартс. Я готова ответить на ваши вопросы.

Первой подкинула руку корреспондентка из «Ежедневного Пророка»:

— Министр, означает ли опубликованный список, что кадровые перестановки завершены? Или нас ждут новые изменения после урегулирования кризиса?

— Правительство, Визенгамот и я останемся на своих местах до тех пор, пока страна не будет готова к полноценным предвыборным процессам, — Гермиона чеканила слова, даже не думая ждать подсказок. — В условиях восстановления и действующего военного положения любая дестабилизация власти недопустима.

— Вас уже неоднократно критиковали за назначение Драко Малфоя в качестве личного советника… — начала журналистка, подаваясь вперёд. — Не считаете ли вы, что его прошлое и прямое участие в событиях войны вызывают у общества вполне справедливые вопросы?

В коридоре Малфой лишь усмехнулся крайними уголками губ, дерзко вскидывая подбородок.

— Я позволю себе напомнить, — ровным тоном отозвалась Гермиона, — что мистер Малфой был полностью оправдан судом. Его дело рассматривалось в Визенгамоте с участием Ордена Феникса и в полном соответствии с нашими законами. Никакая часть этого судебного процесса не подлежит пересмотру — как и его итог.

Она сделала весомую паузу, окинув зал прямым взглядом:

— Нам пора перестать наказывать тех, кто уже доказал преданность нашему обществу своими поступками. Драко Малфой — мой советник, потому что он высококлассный профессионал, доказавший свою компетентность. И давайте не забывать: его участие в восстановлении магического сообщества — это факт, с которым невозможно спорить.

Драко, стоящий в тени колонны, чуть не расплавился на месте, не сводя с неё глаз. Салазар, как же до безумия он её любил… Смотреть, как эта женщина ломает перед микрофонами вековые стереотипы и защищает его имя перед лицом всей страны — хуже наркотиков.

— Какова главная цель вашей поездки в школу? — выкрикнули из центра зала.

— Я еду убедиться, что все защитные меры приняты строго согласно моим указаниям, и ученикам ничего не угрожает, — ответила она. — У меня также запланирована встреча с директрисой Минервой Макгонагалл для обсуждения нужд нескольких групп студентов.

— Какие именно нужды вы имеете в виду?

— Многие дети в ходе последних событий остались без кормильцев в семье, — Гермиона тут же сменила тон, сбавляя металл в голосе. — Министерство запустило специальную программу поддержки, которая начнёт работу со следующего семестра. Ни один ребёнок не должен быть ограничен в средствах для получения образования.

На мгновение в зале повисла уважительная тишина, но тут же прорезался новый вопрос:

— Как продвигается расследование последнего теракта?

— Я не вправе разглашать засекреченные данные следствия, — моментально срезала она. — Аврорат ведёт работу в усиленном режиме, отчёты о поиске ответственных я получаю ежедневно.

— Когда будет подписан мирный договор с Ирландией?

— Как только мы утвердим все ключевые пункты и полностью стабилизируем обстановку. Министр Флинн и я соберём объединённый совет, куда войдут члены Кабинета и Визенгамота. Подписание состоится сразу после отмены военного положения.

— А что будет со старым зданием Министерства?

— На данный момент мы не считаем целесообразными траты на его полноценное восстановление. Правительство вернётся к этому вопросу только после того, как внешние и внутренние угрозы будут окончательно устранены.

Следующий вопрос поднялся сам собой:

— Ваш следующий шаг, Министр?

— В ближайшие дни я планирую посетить больницу Святого Мунго, чтобы лично встретиться с пострадавшими и их семьями. Я хочу удостовериться, что каждый из них получает помощь.

Драко поймал крошечную вспышку её эмоций.

Колебание? Нет. Скорее глухая тоска от осознания, что ей снова придётся смотреть в глаза людям, чья жизнь рухнула за секунды и которым она ещё не успела вернуть покой. Но Гермиона тут же погасила слабость глубоко внутри, не позволив себе даже сбить дыхание:

— Мы продолжаем активную работу по стабилизации ситуации, чтобы все граждане нашей страны смогли встретить Рождество в спокойствии и полной безопасности.

Кингсли ни разу не ошибся, когда отдал ей своё кресло. Хотя, снова, будь он дважды проклят за то, как он это сделал.

После заявления о визите в Святого Мунго в первом ряду снова поднялась рука. Голос принадлежал въедливой журналистке из «Пророка». Все её темы были согласованы заранее, но та явно решила попытать удачи:

— Министр, если позволите уточнение. Программа финансовой поддержки пострадавших заложена в бюджет, но в редакцию поступают жалобы на задержки выплат. Некоторые семьи до сих пор не получили компенсаций. Как вы это прокомментируете?

— Все средства выделены в полном объёме и поступят на счета семей в самые ближайшие дни, — Гермиона доброжелательно кивнула корреспондентке и даже мягко улыбнулась. — Небольшие задержки вызваны не некомпетентностью аппарата, а масштабностью самой системы распределения. Мы делаем всё возможное, чтобы ускорить процесс, не жертвуя при этом отчётностью и порядком.

Журналистка зафиксировала ответ Прытко Пишущим Пером, хотя по её лицу было видно, что она не слишком удовлетворена. Пресс-конференция подходила к концу.

Астория рядом с Драко удовлетворённо улыбнулась, складывая руки на груди:

— Намного лучше, чем я ожидала. Выдержала идеальный тон.

Гермиона была великолепна. Ещё пару недель назад эта женщина не стояла во главе страны, а Драко успел напрочь забыть, каково это — не находить подчинения в каждом её слове.

Ответив ещё на пару незначительных вопросов, Грейнджер благодарно кивнула залу и шагнула назад в коридор — не ожидая ни оваций, ни похвал.

— Хогвартс? — коротко уточняя, переспросила Астория, когда Гермиона подошла к ним.

— Хогвартс, — кивнула Грейнджер, переводя дух.

— Готова повидаться с женой Флинна? — Драко не удержался от ехидной, едва заметной усмешки, встречая её взгляд.