Забавно. Когда я был подростком, я искренне считал, что мешать власть с принципами — редкая глупость. Те, кто стояли во главе, меньше всего думали о том, как сделать мир лучше. Взять хотя бы моего отца. В моей тогдашней картине мира правили те, кто умел манипулировать и выжидать.

В какой-то момент в нашей жизни появился Реддл, и с моими высокомерными философскими концепциями пришлось попрощаться. Оказалось, власть как раз напрямую завязана на чей-то безумный зуд «сделать мир лучше». Проблема только в том, что именно считается лучшим. В представлениях Лорда это вряд ли были порхающие единороги и радуга над Хогвартсом.

В итоге я пришёл к довольно мрачному выводу: нам, как обществу, чертовски повезёт, если во главе встанет человек, чьи понятия о «прекрасном» совпадут с нашими. Но удержится ли такая власть? Вряд ли. Самые жестокие режимы создавались теми, кто умел играть на эмоциях. А самые великие империи строились на костях тех, кто имел глупость встать на пути.

И вот перед нами Грейнджер. Если вы до сих пор не слышали о её легендарных идеалах, у вас, полагаю, глухота последней стадии. Защита бедных и притеснённых, абсолютная справедливость, война с коррупцией, открытые выборы, процветающая экономика… Дайте ей кто-нибудь статус святой уже, пожалуйста. 

Мне любопытно, что она скажет, если Министерство и правда взлетит на воздух. Ну… после того, как перестанет плакаться по всем погибшим, конечно. Первые недели уйдут только на это. Признает ли она, что взрыв был необходимостью?

Я не желаю всем в Министерстве смерти. Но, объективно, без Кингсли этот мир станет лучше. И правительству, которое соберётся после него, удастся добиться куда большего под правлением Грейнджер. 

Главное — чтобы она ни в коем случае не переставала лицемерить.  Если она хоть на секунду сбросит маску праведницы и перестанет толкать речи о мире во всём мире… нам пиздец. 

Революции и бунты начинаются не когда правят мерзавцы, а когда разочаровывают праведники.

~*~

Пусть говорят что угодно. Да, ей нужен отдых. Организм работал на пределе, а нервная система сдавалась. И тонкие, ещё розоватые раны на руках резали кожу памятью.

Плевать. 

Пусть каждый в Министерстве видит, через что она проходит ради государства, и знает цену, которую платит за их относительный покой.

Гермиона давно выросла из возраста, когда её можно было отослать в постель, пока взрослые делят власть. Теперь она — Министр Магии. И отлёживаться не собиралась.

Эскорт выглядел до дрожи внушительно. Впереди шли авроры-разведчики, сканируя каждый угол. За спиной — ещё шестеро, включая двоих с особым допуском и официальным правом ликвидировать любую угрозу на месте.

После теракта никто не намеревался играть в милосердие. Её жизнь стала вопросом государственной безопасности. Если Гарри было проще дышать, когда его парни чеканили шаги за её спиной — она не возражала. Позже, когда на столе окажутся нужные досье, Грейнджер сформирует преданную лично ей гвардию, и координировать свои выходы станет немного легче. 

Александр и Алисия шли по обе стороны от неё. Единственные, кто не бросился спорить, когда она объявила о возвращении к работе. У Кларк не хватало полномочий перечить, а Хартман без слов понимал, почему стены дома так давили.

Когда тяжёлые двери штаба распахнулись, гул голосов внутри моментально прервался. Звенящая тишина накрыла кабинет. Тео застыл с поднятой над пергаментом ручкой. Лаванда медленно опустила руки на стол, сжимая край картонной папки. Полумна, сидевшая у окна, чуть повернула голову, не отводя от Гермионы долгого взгляда.

Гарри и Рон предпочли промолчать. И, как обычно, именно Драко, опиравшийся на край стола, поднял на неё глаза, но не изменил позы.

— Министр, — прочистил горло кто-то в глубине комнаты.

Грейнджер не стала тратить время на приветствия. Она медленно прошла в глубь кабинета, чувствуя, как взгляды присутствующих буквально прилипают к её запястьям.

— Думаю, мне стоит знать, что здесь происходило, пока я отсутствовала.

«Ты должна была оставаться дома», — проговорил Драко в её голове.

Она проигнорировала его. Дождалась, пока за спиной с глухим стуком закроются двери, и, подойдя к столу, опёрлась о него обеими руками. Пальцы сжались до белых костяшек, фиксируя корпус. Малфой отступил в ту же секунду, скрестив руки на груди и отходя в тень, чтобы освободить её законное место во главе.

После всего, что было сказано Александру, внутри осело тяжёлое ощущение, что ей не хватало контроля над ситуацией, и теперь его необходимо было вернуть. 

Первым заговорил Гарри, пододвигая к себе исписанный пергамент:

— Усиленные патрули всё ещё на улицах, — он нервно поправил очки и ткнул пальцем в карту. — Ключевые объекты под блокировкой, риски отслеживаем в режиме реального времени. Магическая разведка прочёсывает сеть.

Гермиона едва заметно наклонила голову, впитывая информацию, и потянула манжеты вниз, перекрывая видимые полосы бинтов.

— Уровень паники?

Лаванда нервно переложила пару листов, выпрямляя спину:

— «Ежедневный пророк» работает строго по намеченному плану. Мы держим повестку. Как вы и говорили, сейчас важно не допустить, чтобы страх перерос в открытую панику.

— Справитесь? — Гермиона наконец выдвинула тяжёлое кресло, но садиться не стала, лишь сложила руки на его спинке.

— Думаю, да, — Лаванда упёрлась подбородком в сцепленные пальцы и попыталась улыбнуться.

— Хорошо, — Грейнджер перевела твёрдый, прямой взгляд на Уизли. — Хогвартс?

— Замок на максимальном контуре защиты. Завтра прибудет подкрепление. Правда, Макгонагалл прислала уже три совы — настаивает, что обострять ситуацию больше не стоит, и просит больше никого не присылать.

— Уровень безопасности считаем приемлемым? — она подалась чуть вперёд.

— Да.

— Что у нас с экономикой, Забини? — Гермиона наконец мягко опустилась в кресло, накрывая ладонями подлокотники и выпрямляя осанку.

Блейз, крутивший в пальцах ручку, аккуратно отложил её в сторону. Он был единственным, кто выглядел безупречно собранным:

— Крупный капитал временно заморозил инвестиции. Малый бизнес трещит по швам и ждёт дотаций. Пакет финансовой поддержки для ключевых секторов мы утвердили. Если в ближайшие дни ничего не изменится, выровняем ситуацию за пару недель.

— А если изменится? — Гермиона чуть прищурилась, постукивая указательным пальцем по кожаному подлокотнику.

Забини лишь пожал плечами, не меняя спокойного выражения лица:

— Тогда и обсудим. У меня нет оснований полагать, что мы не справимся. 

Она мельком взглянула на реакцию присутствующих и плавно перевела взгляд на Пьюси.

— Внешняя политика, Эдриан?

Он опустил глаза, потёр переносицу и вздохнул так тяжело и отчётливо, что Гермиона едва заметно нахмурилась.

— В чём дело? 

— Магический Совет Европы хочет собрания, — он сцепил пальцы в замок перед собой. — Они выражают общую обеспокоенность по поводу стабильности Великобритании. И также хотят познакомиться с новым Министром Магии.

Гермиона медленно поджала губы в тонкую линию.

— Требуют или просят?

Пьюси поднял глаза, нервно крутя перстень на пальце:

— Пока что просят. Если мы затянем с ответом, запрос перерастёт в давление, а затем в дипломатический кризис. Они хотят убедиться, что наши проблемы не распространятся на Европу.

Она медленно кивнула, откидываясь на спинку кресла. Это было ожидаемо. Европа терпела, пока Великобритания держала себя в руках, но теперь, когда теракт показал все слабые места, они захотели гарантий.

— Когда?

— В течение двух недель. Максимум трёх.

Слишком скоро. Гермиона прикрыла глаза буквально на секунду, выравнивая дыхание. Учитывая темпы внутреннего восстановления, её внимание должно быть сосредоточено здесь, а не на переговорах в Совете.

— Кто инициатор? — спросила она, распахнув карие глаза и уставившись прямо на Эдриана.

Он пробежался пальцами по строчкам документа:

— Инициатива пришла от Швеции и Дании, подписи поставили ещё Испания и Венгрия. Остальные пока наблюдают.

— Франция и Германия?

— Пока на нашей стороне, как и Вашингтон.

Грейнджер даже не удивилась. Мелкие игроки всегда пытаются урвать кусок, пока сильные заняты пожаром. Они знали, что не смеют диктовать условия Британии в спокойное время, и теперь судорожно искали рычаги давления.

— Если мы откажемся?

— Даже союзники не смогут долго игнорировать давление, если Британия будет уклоняться от диалога, — Эдриан виновато развёл руками.

— Мы ответим через три дня, — Грейнджер медленно провела подушечками пальцев по краю стола. — Что по поводу завтрашней поездки в Хогвартс?

Гарри вздохнул, шумным движением перелистал свои записи и подпёр голову рукой:

— Мы возьмём на себя периметр. Группа Малфоя проведёт ещё одну проверку перед вашим визитом.

Она повернула голову к Драко, перехватывая его тяжёлый взгляд. Тот остался стоять, внимательно слушая отчёт. Авроры больше не входили в его подчинение, но формула «группа Малфоя» прижилась слишком сильно.

— Сложности? — Гермиона вскинула бровь, скрещивая пальцы в замок перед собой.

Малфой слегка покачал головой, поджимая губы:

— Мне не нравится, как легко все воспринимают усиленные меры.

— Почему?

— Люди либо запуганы до такой степени, что боятся дышать, либо перестали воспринимать нас всерьёз, — ответил он, медленно шагнув ближе к столу. — Ни один из вариантов меня не устраивает.

«Я подумаю об этом немного позже», — отметила про себя Грейнджер, едва заметно кивнув ему.

— Что с магическими группами? 

Полумна, до этого момента тихо крутившая в руках странный амулет, подняла взгляд:

— Абсолютно стабильно. На этом фоне порадовать или огорчить мне нечем.

— Поняла, — коротко выдохнула Гермиона, слегка расслабляя плечи. — Мунго?

Дафна сложила руки на столе, выпрямив спину с такой безупречной грацией, что Гермионе пришлось бы проявить усилие, чтобы не сбавить напор — будь она менее уверена в себе.

«Она в бешенстве», — услышала она замечание Драко, чуть заметно поведшего плечом.

«Вижу».

— Ситуация стабилизировалась, ресурсов хватает. Все пострадавшие проходят успешную реабилитацию, — ответила Гринграсс абсолютно холодно, ровным движением убирая выбившийся локон за ухо. — Международные поставки очень помогли.

— Сколько у нас ещё раненых?

— Двадцать два человека, — Дафна даже не взглянула в свои записи. — Те, кто находился в эпицентре. Состояние стабильно, но до выписки далеко.

Грейнджер слегка нахмурилась. Память упрямо выдавала совсем другую цифру из предыдущих отчетов — восемьдесят.

— Что с остальными?

Дафна вскинула брови с таким видом, будто вопрос звучал глупо. Она замешкалась лишь на секунду, подбирая слова, и в этом промелькнуло едва уловимое высокомерие:

— Их выписали. — Гермиона с трудом подавила желание бросить саркастичное «Очевидно». — Пострадавшим выдан протокол домашнего лечения и контакты для экстренной связи. Кроме того, раз в неделю их на дому навещают дежурные колдомедики. 

Гермиона плавно перевела взгляд на Гарри. Его плечи мгновенно опали — Поттер слишком хорошо знал её выражения лица и мгновенно понял, что сейчас последует.

— Кажется, я уже поднимала тему поездки к пострадавшим в Мунго, — проговорила она ровным, чеканящим голосом. — План в силе. Проконтролируй, чтобы охрана была соответствующей.

— А это действительно так необходимо? — спросил Гарри прямо, не пытаясь скрыть недовольства.

Ей до безумия не хотелось устраивать сцену при посторонних, но Поттер сознательно нарывался. Его тон был далековат от попытки понять логику решений Министра. В нём читалось неподчинение — если не откровенный вызов.

— В стране произошёл теракт, — Гермиона заговорила подчёркнуто ровно, хотя внутри закипала волна гнева. — Пострадали люди. Сотрудники нашего же Министерства, которые едва не погибли.

Рон, стоявший чуть позади, вмешался прежде, чем Гарри успел открыть рот:

— Гермиона, ты же понимаешь, что—

— Я не просила мнений и рекомендаций, — резко оборвала его Грейнджер, не давая договорить. Взгляд её стал ледяным. — Я прошу организовать охрану. И только.

Гарри медленно провёл ладонью по лицу, стирая усталость, и тяжело вздохнул:

— Охрана будет усилена.

Дафна добавила с едва заметной усмешкой на губах:

— Я передам новому руководству больницы.

— Спасибо, — Гермиона кивнула, подбирая манжеты. — Других экстренных новостей нет?

— Пока нет, — отозвался Тео, убирая ручку в карман мантии.

— Соберите мне полную информацию по Эмили Роше. Я хочу её перемещения в Лондон.

Драко, до этого момента казавшийся отстранённым наблюдателем, резко вскинул голову. Понимание в его серых глазах вспыхнуло за доли секунды — он просчитал её мотивы быстрее, чем она успела бы их сформулировать.

«Нарцисса?» — осторожно звучал его молчаливый вопрос в её голове.

«Нарцисса», — так же беззвучно подтвердила она.

Пока миссис Малфой находилась на побережье Франции, она обеспечивала Эмили определённый уровень безопасности по условиям их соглашения. Но если Нарцисса захочет вернуться в Англию — а Гермиона не сомневалась, что этот момент близок, — вопрос с Роше встанет особенно остро.

— Какой реальный риск? — спросила его Гермиона вслух, обращаясь к Драко как к человеку, курировавшему этот сектор.

Малфой чуть накренил голову, взвешивая слова:

— Она не цель номер один. Пока. Но если ИРА пронюхают о её местонахождении — даже несмотря на арест Уолша — я не смогу гарантировать её безопасность там.

— Тогда я тем более хочу видеть её в Лондоне.

Тео медленно кивнул, делая пометку на полях пергамента:

— Сроки?

— Два дня.

— Будет сделано, — Поттер кивнул без привычных возражений. На этот раз обошлось без споров — то ли потому, что он не совсем понимал фигуру Роше, то ли, наоборот, слишком хорошо знал, почему её безопасность так важна.

— Я жду вас на собрании глав Департаментов через час, — Грейнджер поднялась, давая понять, что заседание подходит к концу. — Алисия, организуй мне встречу с Невиллом до того, как мы начнём.

Кларк сорвалась с места без лишних вопросов и юркнула за дверь. За что Гермиона действительно её ценила, так это за отсутствие пустых разговоров, чёткое понимание субординации и мгновенное исполнение.

— Тео, ты понадобишься мне позже. Нужно разобрать пару ключевых законопроектов — они должны лечь на стол Визенгамота в ближайшее время.

Нотт ответил ей едва заметным кивком и слегка таинственной улыбкой. Гермиона бегло оглядела присутствующих и едва заметно нахмурилась, не обнаружив одной фигуры.

«В отделе прессы, — в мыслях Малфоя проскользнула отчетливая ирония. — Строит публичную версию того, почему Министр отсутствовала на рабочем месте. Вызвать её?»

Гермиона сделала короткий жест рукой, окончательный распуская собрание. Они все были главами отделов, и у каждого висел вал незавершённых дел. Штаб мгновенно пришёл в движение: зашуршали бумаги, послышался скрип отодвигаемых стульев.

Первой направилась к выходу Грейнджер. Малфой пристроился за её спиной тенью, не задавая глупых вопросов. В коридоре к ним сразу же примкнули Александр и Майкл. Пэнси ждала у дверей, Дафна направилась за ними. Поттер, нагнав их, тоже предпочёл пойти следом.

Вот так внезапно и образовалось очередное совещание. 

— Найдите и вызовите мне Асторию Гринграсс, — бросила Гермиона на ходу второй помощнице, пока Алисия искала Невилла. Девушка в приёмной просияла от готовности быть полезной, быстро закивала и испарилась.

Двери личного кабинета Министра с глухим щелчком закрылись, отсекая лишний шум.

Гермиона с облегчением сбросила с плеч тяжёлую мантию и накинула её на спинку кресла. Первым делом ей предстояло разобраться с Поттером.

— Я не рекомендую больше ставить под сомнение мои приказы и публичные решения, если я не запрашивала твоего мнения, — холодно произнесла Грейнджер, опустив взгляд на аккуратную стопку бумаг. — Я предупреждала ещё в первый день, чем подобные выходки закончатся.

— Поездка в Мунго так же неразумна, как и визит в Хогвартс! — тут же вспыхнул Гарри, почувствовав, что в узком кругу можно не сдерживать эмоций. — Уж прости, что я настаиваю на твоей элементарной безопасности!

Горячая волна раздражения поднялась в груди. Гермиона прекрасно понимала: им движет искренняя забота. Раньше она закрыла бы на это глаза, списав на их многолетнее прошлое, но ей нельзя было допускать повторения истории. 

— В обязанности отдела Магического Правопорядка входит моё благополучное прибытие на объект, безопасное нахождение там и такое же благополучное возвращение, — чеканила она каждое слово.

Гарри сжал челюсти так, что на скулах ходили желваки, но перебивать не стал.

— Я ценю твои чувства, Гарри, но не нуждаюсь в том, чтобы мне указывали. Мои решения продиктованы стратегией, а не личными капризами, которые можно подвергать сомнению на глазах у подчинённых. Не забывайся. 

Она подняла взгляд, фиксируя, как его пальцы до белизны сжали деревянную спинку кресла.

— Если у тебя возникают сомнения, — продолжение звучало ровно и беспощадно, — ты выражаешь их мне лично. В приемлемой форме и не в присутствии всего экстренного правительства. Это ясно?

Поттер тяжело выдохнул через нос:

— Моя работа — обеспечивать твою безопасность.

— Нет, — спокойно возразила Гермиона. — Твоя работа — исполнять приказы Министра.

Она видела, как слова хлестнули по его тщеславию и дружеским чувствам, но не сделала ни шага назад. Гарри Поттер, каким бы родным человеком он ни оставался вне этих стен, не имел права конфликтовать с ней на совещаниях.

— Поездка состоится. Ты организуешь сопровождение. Мы закончили.

Гарри смотрел на неё ещё секунду с немой обидой и прищуром. Затем коротко кивнул и, не говоря больше ни слова, круто повернулся и вышел, оглушительно хлопнув дверью.

Гермиона на мгновение прикрыла глаза, прижимая пальцы к переносице, после чего перевела взгляд на Драко.

Малфой вальяжно откинулся на спинку кресла, лениво оглядывая её с ног до головы с тенью полуулыбки:

Взгляд Дафны, казалось, мог прожечь в Гермионе сквозную дыру, но Гринграсс-старшая хранила молчание, пока Министр не повернулась к ней сама.

— Ты знаешь, что я скажу, — без прелюдий отрезала Дафна. — Ты на пределе, Гермиона. Ещё немного — и инцидент повторится, но с последствиями куда страшнее. 

— Если ты не хочешь брать на себя ответственность за моё физическое состояние, я тебя не принуждаю, — голос Гермионы смягчился, утратив железные нотки. — Ты глава Департамента, а не мой личный врач.

В дверь коротко постучали. В кабинет бесшумно скользнула Астория и тут же провернула замок, изолируя помещение.

— Но я все ещё врач. И именно поэтому я вижу, насколько твоё текущее состояние опасно, — настойчиво продолжала Дафна, даже не повернув головы к сестре. — И нет, я не отказываюсь от твоего лечения.

— Я не могу позволить себе запереться дома, — выдохнула Гермиона.

— А я говорила, что сидеть в четырех стенах — плохая идея, — подала голос Астория, прислонившись спиной к стене.

Грейнджер вскинула бровь, глядя на неё с лёгким изумлением:

— Неожиданно.

— Кто бы сомневался, — вставила Пэнси из угла.

— Прямо сейчас ты, — Астория ткнула пальцем в сторону Гермионы, — единственное, что удерживает эту страну от повальной паники. Население видит, что Министр вернулась, правительство функционирует. Если ты исчезнешь — пусть даже с идеальной справкой от колдомедиков, — мы потеряем контроль над нарративом.

Дафна раздражённо выдохнула и скрестила руки на груди, обращаясь к сестре:

— Ты серьёзно доказываешь мне, что клинические предписания вредят её медиа-образу?

— Это вопрос власти, Дафна, — Астория закатила глаза с безупречным изяществом. — Если Министру Магии позволено отлеживаться в разгар кризиса, это создает паршивый прецедент. Всплывут вопросы о недееспособности. Люди должны видеть её в строю.

Дафна издала сухой, саркастичный звук:

— Ты прекрасно понимаешь, что тело не выдержит такого ритма бесконечно. Рано или поздно ресурс исчерпается.

— И когда-нибудь, разумеется, Гермиона сможет взять паузу, — Астория пожала плечами, переведя взгляд на Грейнджер. — Но до тех пор — никаких отгулов и больничных.

— Ты не можешь гарантировать, когда всё встанет на свои места, Астория.

— А ты можешь, что в отсутствие Министра не случится нечто, требующее её немедленного вмешательства? — Астория чуть наклонила голову, глядя на старшую сестру. — Если ты способна корректировать её состояние прямо на ходу и поддерживать в строю — сделай это. Если для тебя это нарушение врачебной этики, я найду другого колдомедика.

Дафна промолчала, лишь плотнее сжала губы.

Гермиона перевела усталый взгляд с одной сестры на другую.

— Я останусь в Министерстве, — заговорила она тихо. — Нравится вам это или нет.

Она задержала взгляд на Дафне, и лёд в её голосе окончательно растаял:

— Но я обещаю, что буду выполнять абсолютно все твои предписания. При условии, что они не заблокируют мою работу. Я буду есть, пить, принимать зелья и спать ровно столько, сколько ты пропишешь.

Дафна сузила глаза:

— Ты взваливаешь на себя нечеловеческий груз, Гермиона. Это закончится катастрофой.

— Это будет потом, — проговорила Грейнджер и лёгким движением пожала плечами.

Больше добавить было нечего. Дафна Гринграсс не принадлежала к числу тех, кому Гермиона стала бы приказывать — хотя бы потому, что меньше всего ждала от неё подобного участия. Они вращались в одних компаниях, благодаря Пэнси и Астории, но близкими подругами не были никогда. Оттого эта открытая, почти резкая забота со стороны старшей Гринграсс ощущалась странно.

— Хорошо, — Дафна вздохнула. — Я составлю протокол. И если ты пропустишь хотя бы один приём зелья — клянусь, я начну лечить тебя принудительно.

— Знаю, — коротко кивнула Гермиона.

— Прекрасно. Тогда я пошла работать.

Гринграсс развернулась и покинула кабинет. Астория, опираясь плечом о стену, проводила её взглядом:

— Знаешь, если бы мне пару лет назад кто-то сказал, что моя сестра будет так надрываться из-за твоего здоровья, я бы расхохоталась.

Гермиона улыбнулась краем губ:

— Если бы мне кто-то сказал, что я доверю свою жизнь Гринграссам, я бы решила, что этот человек сошёл с ума.

— Ладно, о делах. Поручения будут? — Астория оттолкнулась, поправляя жакет.

— Что с прессой, которой ты занималась?

— Я пыталась слепить внятную легенду твоего отсутствия, но как только услышала, что ты здесь, бросила эту затею, — она чуть склонила голову набок. — Вместо этого расписала репортёрам правильный угол подачи твоего завтрашнего визита в Хогвартс. С нами поедет пул проверенных журналистов.

— По твоим образам тоже всё собрано, — подхватила Пэнси. Как будто гардероб Министра в разгар катастрофы был вопросом жизни и смерти.

Гермиона благодарно кивнула обеим и на секунду пересеклась взглядом с Драко. Он всё это время сохранял молчание, опираясь о край подлокотника, но уголок его губ был чуть приподнят.

— Тогда пока что это всё, — Грейнджер вновь сфокусировалась на Паркинсон. — Пэнси, попроси у Гарри списки досье для моей личной гвардии, пожалуйста. 

— Думаешь, на меня он сейчас злится меньше? — Пэнси хмыкнула. — Хотя… да. На меня явно меньше.

— Он злится на весь мир, но эпицентр — я, — Гермиона вздохнула. — Справишься?

— Разумеется, — Пэнси уверенно кивнула. — Если Поттер меня не испепелит взглядом, вернусь к тебе к вечеру. А если и попытается — всё равно вернусь, просто позднее. 

Она шутливо взмахнула рукой и под тихий смех Гермионы вышла вместе с Асторией, оставляя в кабинете лёгкий шлейф дорогого парфюма и внезапно ощутимую тишину.

Грейнджер посмотрела на Драко и наконец позволила себе опуститься в глубокое кресло. Длинный выдох вырвался из её груди. Сил почти не оставалось, а ведь день только начинался.

— Кофе? Чай? Что-нибудь покрепче? — с ленивой ухмылкой поинтересовался Малфой, меняя позу.

— И даже без нотации о том, что я в очередной раз проигнорировала отдых? — она выгнула бровь.

— Очевидно, я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы не тратить воздух попусту.

— Тогда кофе, — Гермиона откинула голову на мягкую спинку кресла и прикрыла глаза.

Драко кивнул, поднялся и, не торопясь, подошёл к столику в углу, где стоял серебряный кофейник.

— Я бы предложил капнуть туда огневиски, но ты же у нас правильная, — бросил он через плечо. Густой аромат свежесваренного кофе поплыл по кабинету.

Гермиона усмехнулась, не размыкая век, и медленно растерла пальцами затекшие виски.

Раздался тихое побрякивание фарфора. Драко поставил чашку на стол прямо перед ней, устроился в соседнем кресле, скрестил руки на груди и какое-то время просто молча разглядывал её.

— Что? — спросила она, открывая глаза, и потянулась к горячему кофе.

— Думаю о том, насколько же ты невыносимо упрямая, — его серые глаза сверкнули, а на губах снова мелькнула едва заметная тень улыбки.

— Сам же только что сказал, что не ждал ничего другого.

Драко лениво качнул головой, подаваясь чуть вперёд:

— Иногда мне до безумия хочется проверить, где у тебя предел.

Она сделала маленький глоток, поставила чашку обратно, закинула ногу на ногу и немного размяла затёкшую шею:

— Думаешь, найдёшь?

— Не знаю, — он еле ощутимо пожал плечами. — И именно поэтому настаиваю на занятии по окклюменции. Сегодня.

Гермиона глубоко вдохнула, задержала воздух в лёгких на пару секунд, пытаясь сбить подступившую тяжесть, и медленно выдохнула. Ей до судорог хотелось отложить это. Погружение в собственный разум в присутствии Драко было слишком личным процессом, к которому она казалась себе абсолютно не готовой.

— Конечно, ты настаиваешь, — пробормотала она.

Драко не сводил с неё пристального взгляда:

— Я не из упрямства тяну тебя в это. Хочешь загнать себя работой — пожалуйста. Но я должен быть уверен, что твои кошмары снова не вырвутся наружу и не превратятся в очередную попытку самоубийства.

Гермиона резко вскинула голову.

— Когда это мой срыв стал «попыткой самоубийства»?

— А как ещё назвать то, что ты с собой сделала? — в глубине его глаз вспыхнула тень той самой тревоги, которую он так тщательно пытался замаскировать за иронией. 

— Я не собиралась умирать.

— Жить ты в тот момент тоже не собиралась, — безжалостно парировал он.

Грейнджер бессильно откинулась назад. Чёрт его дери.

— Это больше не повторится, — выдохнула она в потолок.

— Я не верю на слово, Грейнджер, — в его тоне снова прорезалась привычная сухая насмешка, хотя взгляд оставался по-зимнему колючим и внимательным. — Окклюменция — это единственная гарантия того, что ты удержишь контроль, и твои эмоции не разорвут тебя изнутри.

— И что? Если я соглашусь на тренировки, ты вдруг перестанешь за меня беспокоиться?

— Никогда, — ответил он без колебаний. — Но я хотя бы смогу спать по ночам, зная, что ты не вскроешь себе вены, даже не отдавая себе в этом отчёта.

Гермиона замерла. Воздух застрял где-то в горле.

Ей физически не нравилось, когда он произносил это вслух так. И ещё больше её выбивало из колеи то, насколько сильно его это ранило.

Она слишком отчётливо помнила, каким жёстким, холодным и отстранённым Драко был всего несколько дней назад, когда они стояли на дымящихся руинах Министерства. Тогда он пытался давить, говорил на повышенных тонах, прикрываясь ледяной логикой аврората.

Теперь от этой брони не осталось и следа.

— Ладно, — Гермиона тяжело вздохнула и закатила глаза. — Сегодня вечером.

Она сделала ещё один глоток кофе, силой заставляя себя переключиться, вынырнуть из этой опасной глубины, пока они не зашли слишком далеко.

— Вечером, — легко согласился Драко, принимая условия. Он подался назад, возвращая на лицо привычную маску. — А теперь допивай свой кофе и рассказывай, зачем тебе понадобился Невилл.