А. Платонов «Счастливая Москва»
Платонов – сложный автор. От его гротеска, сгущения красок от напряжения, от абсурдности слога, напоминающего торжественный марш, – хочется и плакать, и наслаждаться одновременно. Этот безумный эмоциональный отклик слегка смущает, если честно, потому что я не могу понять: нравится мне эта книга или же меня от неё тошнит.
Но сначала немного отвлечемся. Знаете ли вы, что такое рефлексия? Это отражение в себе внутреннего я, направленное для осмысления своих собственных действий и их принципов или законов.. Если очень грубо расшифровывать этот термин, то это словно ты смотришь в зеркало заднего вида машины. То есть благодаря отражению ты не просто что-то видишь, но ты ещё и знаешь о том, что ты что-то видишь.
Так вот, «Счастливая Москва» – то самое отражение. И я вижу его, и знаю, что я его вижу. Но вопрос-то только в том, а всё ли я вижу?
Москва Честнова – не просто девушка: вся такая яркая, идеализированная, любящая и отдающая себя во благо и для счастья всем и вся; Москва Честнова – утопический образ гармонической и счастливой жизни в купе с драмой от того, что это неосуществимо.
И через этот образ – девушки по имени Москва – Платонов показывает все проблемы и вопросы, которые мучили, как я думаю, многих.
– Это и становление новой России. Образ сиротки Москвы напоминает послереволюционную Россию, покинутую и брошенную на растерзание новому строю.
«Жизни не вышло. Я боюсь, что она никогда не выйдет и я теперь спешу… Я раз видела одну женщину, она прислонилась лицом к стене и плакала. Она плакала от горя — ей было тридцать четыре года, и она горевала по своему прошлому времени так сильно, что я подумала — она потеряла сто рублей или больше»
– Это и становление общества с новой формой мышления.
«Сколько раз я хотела разделить свою жизнь с кем-нибудь, и теперь хочу, — я ничуть не жалела своей жизни и не буду ее жалеть никогда! На что она мне нужна без людей, без всего эсэсэра? Я комсомолка не оттого, что бедная девочка была»
– Это и поиск счастья (хоть книга и называется «Счастливая Москва», счастьем там и не пахнет, скорее это ирония на «злобу дня»).
«В домах ей не было радости, в тепле печей и в свете настольных абажуров она не видела покоя. Она любила огонь дров в печах и электричество, но так, как если бы она сама была не человеком, а огнем и электричеством — волнением силы, обслуживающей мир и счастье на земле»
Хочется еще отметить, что важную роль в книге играют цвет и музыка.
Переплетение черного и белого (тьмы и света) – как бесконечная борьба добра и зла.
«Темный человек с горящим факелом бежал по улице в скучную ночь поздней осени»
Музыка же (да и любые звуки в частности) дает читателю шанс услышать души героев, их переживания и изменения жизни.
«Музыка вращалась быстро, как тоска в костяной и круглой голове, откуда выйти нельзя. Но скрытая энергия мелодии была настолько велика, что обещала когда-нибудь протереть косные кости одиночества или выйти сквозь глаза, хотя бы слезами»
⠀
И я уверена, что при перечитывании «Счастливой Москвы» увижу ещё больше всего интересного, как обычно и бывает с такими книгами.
отзыф