18+ | Текст предназначен для личного ознакомления и не является пропагандой. Запрещено копировать и распространять в любых форматах (DOC, PDF, FB2 и т.д.) Лица, нарушившие этот запрет, несут полную ответственность за свои действия и их последствия.

Совместный проект: K-Lit & Bestiya

▬▬▬▬▬||★||▬▬▬▬▬

Это был третий класс начальной школы. Как-то раз под утро я не мог уснуть и тайком включил телевизор, пока отец спал. Так как наш дом был всегда чертовски маленьким, я развернул газету прямо над лицом отца, который лежал ко мне спиной, и смотрел телевизор, убавив громкость до единицы.

По всему дому вечно валялись пустые бутылки из-под алкоголя, и однажды, направляясь в туалет, я наступил на одну из них и поскользнулся. Шум разбудил отца, и в тот день он избил меня до полусмерти, потому что я положил газету ему на лицо.

А на следующий день он позволял мне смотреть телевизор до поздней ночи и давал мне пачку хлеба или печенья. Меня тошнило от того, как он неловко улыбался и протягивал мне пачку с печеньем, больше, чем когда он смотрел на меня, как на насекомое, и избивал.

Если в первом случае было просто чертовски больно и страшно, то во втором — у меня сосало под ложечкой и подкатывала тошнота. Самое отвратительное было то, что каждый раз в такие моменты я думал, что он не так уж и ненавидит меня.

Каждый раз, когда я чувствовал облегчение рядом с Юн Сичаном, вспоминались те моменты. Такой же ублюдок, как тот отец. Сукин сын. Должен сдохнуть.

Я сидел, сдерживая ругань. Перед телевизором. Тот старый телевизор, что я включал ранним утром, даже после побоев в детстве. Я обернулся и увидел отца, спящего с газетой на лице и храпящего. 

Всё это был сон. И зомби, и Юн Сичан, и весь этот бардак — должно быть, всё это мне приснилось. Я вернулся к обычной жизни.

Опустив взгляд, я увидел, что на мне школьная форма. Сверху был надет серый худи. Я повернул голову и увидел, как Ли Сон Ган бьётся головой о стену.

Блять, что? Почему он здесь? 

Я тупо уставился, как вдруг кто-то начал яростно бить в закрытую входную дверь. Что-то тяжёлое продолжало долбить в дверь, пока в центре не образовалась вмятина, а затем и дыра. Сквозь неё ухмылялся зомби.
Что? Разве это не был сон? Разве всё не кончилось, блять? 

Я попытался быстро встать, но тело одеревенело и не двигалось. Ли Сон Ган усердно бился головой о стену, и, как будто этого было мало, начал кричать.

Отец храпел ещё громче, а зомби смотрел только на меня. 

Почему, блять? Убей их, а не меня.

Мне хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать шум, но я всё ещё не мог двигаться. Зомби, просунувший голову в дыру, вполз внутрь. Медленно приблизившись, он широко раскрыл пасть и бросился на меня.

— А-а-ах, блять!

В момент, когда я зажмурился и закричал, мои глаза, наоборот, открылись. Я тяжело дышал, оглядываясь вокруг, и увидел Юн Сичана, стоящего передо мной и смотрящего на меня сверху вниз.

Юн Сичан, похоже, недавно помылся — его мокрые волосы были накрыты полотенцем. На нём была чёрная футболка с короткими рукавами и серые брюки из тонкого материала. Похоже, он просто достал что-то из шкафа и надел.
— Хорошо поспал?
— А, блять...

Разве это похоже на хороший сон? 

Юн Сичан, положив полотенце на плечо, спросил безразличным тоном и, не дожидаясь ответа, направился на кухню.

Блять, что за ёбаный сон мне приснился. И конечно, этот тип увидел меня в таком состоянии. Я постучал по груди и поднял верхнюю часть тела — дыхание быстро пришло в норму.

Юн Сичан, словно у себя дома, открыл холодильник и достал оттуда бутылку воды. Вид его, попивающего воду и одной рукой вытирающего волосы полотенцем, выглядел чертовски освежающе.

Одежда, прилипшая к моему телу, была мокрой и некомфортной, поэтому я встал. Сняв худи и бросив её на мат, я вошёл в спальню и увидел ванную, наполненную паром и влагой.

Плитка была белой и чертовски чистой, а душевая кабина отделена от унитаза.

Дорогой дом — даже ванная чертовски хороша.

В душевой кабине лишь немного разбрызгалась вода, а на полочке аккуратно стояли шампунь, кондиционер и гель для душа.

Я скинул одежду и включил горячую воду. Хотелось сначала намочить голову, но с таким лицом пришлось мыться с шеи. Лицо с пластырями я осторожно протёр мокрой рукой.

Помывшись, я надел первую попавшуюся одежду и вышел в гостиную. Открыв холодильник, я увидел на полках апельсиновый сок, воду и прочее. Мы чертовски хорошо выбрали дом. Я открыл банку колы, сделал большой глоток и, с громким «Ах!», поставил её — теперь я наконец почувствовал, что действительно живу.

— Теперь можно жить.
— А, блять. Напугал.

Я вздрогнул и обернулся — из прачечной выходил Юн Сичан.
— Твоя одежда.

За его спиной в стиральной машине лежали его школьный пиджак и брюки.
— Там.

Я посмотрел в сторону спальни и ответил. Юн Сичан кивнул и, указывая на стиральную машину, сказал:
— Закинь свою тоже, и включай.

Юн Сичан похлопал меня по плечу, проходя мимо, и направился в коридор. Вечно командует, сукин сын. Мне жутко захотелось это сказать, и я смял банку, но если я это сделаю, он, наверное, начнёт орать, что засунет меня в стиральную машину, поэтому я промолчал.

Подобрав свою одежду и запустив стирку, я обнаружил, что вокруг тихо. Я достал припрятанные в пакете сигареты и лёг на диван в гостиной. Закурив, я осмотрелся.

Одна стена гостиной была практически полностью занята огромным окном, и все окна, кроме одного, были задернуты жёлтыми шторами.

Незаметно снаружи уже стемнело. В свете редких уличных фонарей были видны зомби, бродящие по дорогам, но поскольку звуков не было слышно, это казалось историей из другого мира.

Возможно, выживших больше не осталось: сколько ни смотри, только зомби слоняются вокруг, и никаких изменений не происходит.

Каждый раз, когда заканчивается еда, можно выходить и добывать её, и если продолжать держаться здесь, когда-нибудь, наверное, придут военные и всё зачистят — настолько безмятежными были мои мысли.

— У Тэджон.

В этот момент из коридора послышался голос Юн Сичана. Только подумал, что стало спокойно, и тут, чёрт. Я скривился и буркнул в ответ.

— Что?

— Иди сюда.

Чем же он решил заняться на этот раз? 

С дурным предчувствием я пошёл в коридор и услышал характерный гул компьютера и щелчки мыши. Тут меня охватила тревога уже по другой причине. Пришло время узнать, как же, блять, обстоят дела в этом рухнувшем мире.

Юн Сичан, сидевший за компьютером в комнате в конце коридора, услышал мои шаги и обернулся. Монитор был большим, так что даже не подходя близко, можно было разглядеть содержимое экрана.

Время было уже 18:58, и за это время появились новости о том, что эти ёбаные зомби распространились по всей стране и был введён комендантский час. Я уселся на стул рядом с Юн Сичаном и сосредоточился на мониторе.

Это было более-менее ожидаемо. Убедившись, что я пришёл, Юн Сичан зашёл на YouTube и запустил видео, где на сцене стоял истощённый мужчина в очках. Это был не официальный аккаунт, и заголовок, похоже, был набран второпях — с ошибками. Я придвинул стул и сел рядом с Юн Сичаном.

Когда видео началось, вокруг стало шумно от звуков фотоаппаратов и гомона людей. Также слышались приглушённые звуки ударов о стену и крики.

Мужчина был в холодном поту, дрожащими руками сжимая микрофон. Каждый раз, когда раздавались крики, он вздрагивал, смотрел куда-то, затем уставился в камеру и начал говорить.

[Граждане... Граждане... Я, глава Центра по контролю заболеваний...]

Голос запинающегося мужчины дрожал. 

«Говори чётко, идиот», — подумал я, кусая губу, и он, словно услышав мои мысли, заговорил быстрее.

Он опустил взгляд, сказав, что зал, в котором он сейчас находится, больше не может вмещать людей, а крики и стуки — это звуки, издаваемые заражёнными, и попросил понять и простить.

Но разве зомби могут так по-человечески кричать? Сколько ни смотри, по ту сторону зала явно гибнут люди.

В отличие от нашего района, где из-за изначально малого количества людей, все превратились в зомби и стало тихо, в Сеуле, похоже, был полный бардак.

[Итак, я... путь заражения — прямой контакт с зубами больного... Воздушно-капельное заражение также... Фактически подтверждено как причина…]

Следующие его слова заставили меня задержать дыхание. Я тихо пробормотал «блять», Юн Сичан взглянул на меня, затем снова повернулся к экрану.

Мужчина заявил, что пациенты-носители в разных регионах не проявляли никаких симптомов без контакта с зубами зараженных, а затем у них внезапно проявились симптомы. Случаев заражения воздушно-капельным путем, кроме как от носителей, пока не выявлено.

Он также добавил, что у всех пациентов-носителей примерно в одно и то же время без каких-либо предвестников пошла кровь из носа, а затем инфекция прогрессировала. Поэтому, похоже, что носители до начала эпидемии контактировали с чем-то общим, и в этом случае, видимо, инкубационный период был длительным.

Мужчина сказал ещё что-то, но я не разобрал. В итоге, суть была в том, что эта ситуация, предположительно, является биохимической атакой с использованием искусственно созданного вируса, и что этот вирус легко мутирует.

— ...эй. «Легко» — это насколько...?

Отлично. Блять. Дрожащим голосом я спросил, и Юн Сичан, словно находя это смешным, даже в такой ситуации фыркнул и ответил:

— Значит, очень легко.
— Разве тут можно смеяться? Говорят же, кто-то его создал. Ебаный псих!
— Вот именно. Создали с намерением всех убить.

Мужчина на видео продолжал шевелить губами, но по мере того, как фоновый шум нарастал, он, казалось, впал в панику и повторял одно и то же.

Юн Сичан, подперев подбородок, спокойно смотрел видео и излагал свои мысли. Этот психский ублюдок, уж не он ли его создал?

— Блять... Эй. Это ты сделал? Ублюдок, ведь это ты?
— Нет, до чёрта смешно...

На мою реакцию Юн Сичан лишь усмехнулся с видом полного недоумения и опустил голову.

— Это ты, ублюдок. Чтобы эффективно, нахуй, уничтожить человечество, да? Ебанутый мизантроп, псих-ублюдок.

— А концовка этого видео просто охренеть какая смешная.

Я изливал потоки ругани, но Юн Сичан, ни капли не задетый моими словами, лишь смеялся и перемотал видео дальше. Мужчина, выглядевший ещё хуже, чем раньше, начал говорить, затем замолчал, опустил голову, и у него внезапно пошла кровь из носа. Камера сильно затряслась, и на этот раз крики раздались со всех сторон зала.

Кто-то спросил, в порядке ли он, мужчина кивнул, зажав нос, затем вдруг вывернул шею, и его глаза покраснели, как у зомби. Крики стали ещё громче, и камера начала отдаляться от него.

[Всё... в порядке... Кх-кх... кхе...]

Мужчина, вывернув шею в другую сторону, отчаянно твердил, что всё в порядке, но в его голосе уже слышались нотки зомби. 

— А-а-ах! Господин начальник!

С крика женщины, стоявшей рядом с мужчиной, начался хаос. Человек с камерой побежал. Изображение беспорядочно тряслось, показывая то пол, то потолок, и слышались характерное зомбийное рычание, крики и грохот опрокидываемой мебели. На этом видео прервалось.

Только тогда я понял, почему в названии видео были слова вроде «тьма». Я тупо уставился на потемневший экран, затем повернулся к Юн Сичану. Похоже, даже он почувствовал, что мы в жопе, потому что не улыбался.

Да, блять. Если бы это сделал он, то уже свалил бы в какую-нибудь безопасную заграницу и хихикал там. В конце концов, этот парень такой же старшеклассник, как и я, и вряд ли бы смог такое провернуть.

Проблема сейчас в том, что этот начальник внезапно заразился. Если бы его укусили, он бы сразу превратился в зомби, без времени на разговоры, значит, это точно было воздушно-капельное заражение.

— Эй, что делать? Блять... Мы что, уже заражены?
— У Тэджон, если ты станешь зомби, как тебя лучше прикончить?
— Тебе смешно, псих?

Юн Сичан снова зашёл на сайт с новостями, прокручивая страницу, и спокойно сказал, что если мы уже заражены, то ничего не поделаешь. 

Но если бы даже он начал паниковать, как я, было бы ещё хуже, и в такие моменты я всё-таки рад, что Юн Сичан — псих. Прокручивая страницу, я увидел множество статей о биотерроризме.

В них говорилось, что неизвестно, где произошла эта вирусная атака, кто её устроил и как создали вирус — никаких предположений. Не знаю, кто тот ублюдок, но точно такой же психопат, как Юн Сичан.

— Эй, Юн Сичан... Ты же псих, так что должен понимать мышление преступника. Как думаешь, почему он так поступил?

Услышав мой вопрос, Юн Сичан рассмеялся, немного подумал и, глядя на новостную статью, ответил:

— Наверное, ему просто весело.
— Ëбаный псих. А тебе такое в кайф?
— Такое не особо.
— А что тогда в кайф?

Я тоже не нормальный, но не могу понять ни мышление того преступника, ни парня передо мной. Чисто из любопытства я переспросил, и Юн Сичан повернулся ко мне. Затем он протянул руку к моему лицу и ответил:

— Доставать тебя.
— Блять!

Я дёрнулся и отпрянул назад. Стул без спинки опрокинулся и я ударился головой. Похоже, Юн Сичан не собирался сразу начинать свои выходки, он убрал руку, фыркнул с видом полного недоумения, а затем начал смеяться, даже захлопав в ладоши.

Сукин сын, опять я сам дал ему повод. Сам спровоцировал и по собственной глупости упал.

Придерживая больную голову, я молча поднял стул.

Проблема была в том, что я изначально сел на расстояние, до которого он мог дотянуться. На этот раз я отодвинул стул подальше и сел. Юн Сичан, подперев подбородок, смотрел на меня и смеялся, потом отвернулся.

Сайт с новостями был завален статьями о том видео, что мы только что видели, но количество статей значительно уменьшилось по сравнению со вчерашним днём. К тому же, все они были лишь спекуляциями, основанными на видео, гуляющих по YouTube.

Заголовки статей пестрели словами «воздушно-капельное заражение», «теракт». Воздушно-капельное заражение, воздушно-капельное заражение. Что, если это правда, блять? Я грыз ногти, наблюдая, как прокручивается страница, а Юн Сичан, молча смотревший на экран, вдруг заговорил:

— Разве не странно?
— Что странно, ублюдок...

Он опять собирается нести какую-то зловещую чушь. Я напрягшись спросил, а Юн Сичан повернулся ко мне и продолжил:

— Похоже, он был только в том зале, но разве логично, что тот тип заразился, а мы целы?

Услышав это, я вспомнил бесчисленные лица зомби, которых видел прямо перед собой.

Блять. Все они выглядели ужасно. Кстати, если подумать, несколько раз я чуть не был укушен и едва выжил, и до сих пор не могу понять, как вышло, что эта сволочь и я невредимы.

— Эй, тогда может, этот начальник-ублюдок прикинулся, что не при чём, и просто врал, что его не кусали?

Почему-то я почувствовал проблеск надежды и ответил с некоторым оживлением. Выслушав мои слова, Юн Сичан, казалось, на мгновение задумался, опустив взгляд, а затем выдал свою ёбаную чушь.

— Может, это инкубационный период.
— Нет, блять. Я же просил не нести зловещую чушь, блядский ты ублюдок.

Сначала дал надежду, а потом забрал её, ёбаный психопат.

Юн Сичан сделал вид, что не слышит моих слов, и, казалось, о чём-то размышляет, затем взглянул на меня.

Я кусал ногти и не смог выкрикнуть это вслух, лишь скривился. 

Юн Сичан, который мерзко наблюдал за мной, вдруг начал искать в интернете «Junior Green Channel*».

Я не мог поверить в происходящее передо мной и тупо смотрел, как Юн Сичан щёлкнул мышью и зашёл на портальный сайт.

Экран заполонили видео: тигрята, изучающие звезды, мирные разноцветные видео, где созданная с помощью AR акула дурачится.

У меня отвисла челюсть от непонимания, я уставился на монитор, а потом повернул голову к Юн Сичану. Этот ублюдок снова чему-то улыбался, видимо, нашёл что-то смешное.

— Ты спятил? Что это вообще такое?

— Психологическое лечение У Тэджона.
— Блять, ты шутишь?
— Ага, шучу.

Юн Сичан встал с места и подкатил мой стул к монитору. Он даже любезно вложил свою ёбаную мышь мне в руку.

— Хочешь посмотреть сначала на акулу?
— Не неси хуйню!

Опять насмешки. Разозлившись на то, что он стоит сзади и указывает на акулу, я швырнул мышь на стол.

Кажется, я толкнул её слишком сильно, но он ведь не станет, блять, бить меня лицом об стол? Украдкой косясь на него, я обернулся и увидел, что Юн Сичан уже выходит из комнаты, словно закончил свои дела.

Уродец ебаный, псих, угрозы, запугивания, избиение — это его повседневные дела. Раздражало, что та ёбаная акула всё ещё дурачилась на экране. Я нажал на неё, но выскочило сообщение: «Пожалуйста, используйте мобильный браузер». 

Блять.

С кухни доносился звук гремящей кастрюли — видимо, Юн Сичан задумал ещё чего-то пожрать. Надо будет поесть, когда эта сволочь нажрётся и отвалит.

Убрав разноцветный экран, я открыл YouTube и поискал «зомби-апокалипсис», но либо все уже подохли, либо где-то в изоляции — новых видео не было.

Я несколько раз пересмотрел видео, где начальник отдела превращается в зомби, но стало противно смотреть на него с залитыми кровью глазами и кровью, текущей из носа, и я закрыл все окна.

На рабочем столе были разбросаны документы с непонятными названиями и несколько игр, среди них был и Leolado*.

Я решил проверить, в каком состоянии игра, и запустил её. Обычно в это время в списке друзей было онлайн человек 20, но сейчас он был полностью заполнен статусом «Не в сети».

Блять, в это время мы обычно уже должны были сидеть в компьютерном клубе и гонять ранги. Неужели все подохли? Я прокрутил список друзей до конца и обратно, и только на одном аккаунте был другой статус.

[DoSan] [Отошёл]

— Пи...!
Я хотел выругаться, но боялся привлечь внимание Юн Сичана, поэтому сжал губы. Я не знал, кто это, но если бы он был полезен, я хотел бы убить Юн Сичана и привести этого типа.

Я сразу же щёлкнул по аккаунту, открыл окно сообщений — оно было пустым, мы не общались. По нику он показался знакомым, похоже, он точно из нашей школы, но я не мог вспомнить, кто это.

▶ Ты в игре?? Жив??

Я отправил сообщение, но ответа не последовало. 

Статус «Отошёл» означал, что он просто оставил экран включённым и ничего не делал какое-то время, возможно, он уже мёртв.

С такими мыслями я проверял историю матчей этого аккаунта. Я не знал, кто это, но судя по тому, что он играет за одних только высокоскилловых чемпов, он похож на лузера. Вдруг на этом аккаунте загорелся зелёный индикатор, и статус сменился на «В поиске матча».

Отлично. Сейчас он ответит. Взволнованный, я открыл окно сообщений и ждал больше двух минут, но он только искал матч, не говоря ни слова. 

Явный намёк на игнор.

Я отправил подряд несколько сообщений.

▶ Игноришь?
▶ Отвечай
▶ Кто ты
▶ Блять, отвечай
▶ Сдох?
▶ Ты в игре?

Как всегда, нужно психануть, чтобы он понял. Тот, кто усердно игнорировал мои слова, наконец перестал искать матч и ответил.

[Ли Доук]

«Ли Доук? Кто это такой?»
Пока я размышлял, мне вспомнилось лицо, смотрящее на меня с неловким выражением. Я не очень хорошо помню точные черты, но у него были слегка вьющиеся волосы, спадающие на лоб.

Он занимался каким-то спортом, то ли лёгкой атлетикой, то ли футболом, и у него был покладистый характер, однажды, когда мы столкнулись в компьютерном клубе, я попросил его заплатить за меня.

Блять, он же меня наверное ненавидит. Тогда он не поможет. Но раз уж он заплатил, а я за это поднял с ним ранги, возможно, у него остались не самые плохие воспоминания.

▶ Вахахахаха как ты выжил? Ты знаешь, кто я???

Он и раньше занимался спортом, а раз он выжил в этом аду и даже запустил Leolado, то у него определённо способности уровня Юн Сичана.

Решив пока придержать свой характер, я заговорил с ним дружелюбно. Тот какое-то время молчал, затем ответил.

[У Тэджон?]

▶ Ага, верно
▶ Как ты выжил?

[ㅋㅋ…]

«Чего ухмыляешься, псих?» — я нахмурился и смотрел на экран, как сразу же пришло следующее сообщение.

[Как такой ублюдок, как ты, мог выжить...?? Реально, просто хочу сдохнуть.....]

Я уже написал «Хочешь сдохнуть, блять?», но почувствовал, что своими же руками уничтожаю последнюю надежду вырваться от Юн Сичана, и стёр сообщение. 

▶ Блять, извини
▶ Почему хочешь сдохнуть?

[Серьёзно хочу умереть..... Воздаяние за добро и зло — всё это ерунда, будь оно правдой, ты бы уже сдох.]

Сучонок, сволочь, бесит неимоверно, встреться мы в реальности, я бы уже схватил его за шкирку и устроил сцену, но раз уж мы общаемся через сообщения, я как-то смог сдержаться. Крепко сжав мышь, я решил во что бы то ни стало успокоить Ли Доука.

▶ Нет, для начала успокойся
▶ Я же поднял с тобой ранги
▶ Почему ты на меня психуешь?

[ㅋㅋ… «поднял»... да ты ж серебро*, ㅋㅋ ㅋ… Из-за тебя я испортил свой значок…]

▶ Ты спятил?? Ебанутая сволочь, хочешь сдохнуть?

Я пытался сдержаться, но он задел мой ранг, этот ублюдок. В конце концов, я не вытерпел и заполнил окно сообщений руганью, и Ли Доeк перестал отвечать. Пиздец.

▶ Эй, извини, сорри, на эмоциях

▶ Эй, ответь хоть

Почему это я должен извиняться? Блятский блять. Скрежеща зубами, я отправил сообщение, и, к счастью, Ли Доук снова ответил.

[Ты умеешь извиняться?]

▶ Извини

Как же противно. Я уже собрался швырнуть мышь в экран, но заметил, что дверь в комнату всё ещё открыта, и медленно опустил руку. От кухни потянуло запахом лапши — неужто тот тип снова собрался есть рамён?

Я раздумывал, что ещё написать, чтобы он ответил, но, к счастью, Ли Доук сам отправил подряд несколько сообщений.

DoSan:
[Ладно... Я всё равно скоро умру…]

[А ты как выжил?]

[ㅋㅋ… наверняка всех побросал, да?]

Меня бесило, что он, кажется, видит меня насквозь, даже отвечая сам себе, но, по крайней мере, то, что Ли Доук хочет продолжить со мной разговор, было уже хорошо.

▶ Чушь собачья
▶ Я нигого не бросал

DoSan:
[Не «нигого», а «никого»]
[У тебя по корейскому был девятый уровень*, да?]

▶ Блять

Раньше, когда я просил у него денег в игровом клубе, он только оглядывался по сторонам и, поколебавшись, соглашался, но теперь, видимо, поскольку мир рухнул, он стал наглым, что было просто отвратительно, но всё же он не был настолько отвратительным, как Юн Сичан, так что я решил потерпеть.

В первую очередь нужно было изменить представление Ли Доука обо мне как об ублюдке, который бросает людей на произвол судьбы и выживает в одиночку.
▶ Слушай сюда
▶ Ты с Юн Сичаном в хороших отношениях?
▶ Я сейчас с ним

[?? С кем, говоришь??]

▶ Ага. Я его спас и всё такое

▶ С тех пор вместе

▶ Благодаря мне мы выбрались из школы

▶ Сейчас в апартаментах

▶ Как раз искал выживших

В любом случае, я действительно с Юн Сичаном и в апартаментах, так что это не чистая ложь. Я думал, он уже попросит меня спасти его, и ждал ответа, но сообщение пришло быстрее, чем я ожидал.

DoSan:
[Не городи чушь, ты же чертовски ненавидишь Юн Сичана]

Блять, откуда он знает??
▶ Откуда ты это знаешь??

Я ошибся. Надо было стереть, но я так растерялся, что отправил. Я быстро попытался исправиться, но ответ Ли Доука пришёл быстрее.

DoSan:
[Все пацаны знают, что ты задирал Юн Сичана и получил по морде…]
[Ох, почему у тебя такой низкий интеллект?]
[Серьёзно, это критично…]

Вот же сволочь, как же бесят его слова. Я думал, что пацаны могли что-то заметить, но не знал, что даже такие лузеры, как Ли Доук, в курсе.

Лучше бы я соврал про Ча Мин Сока или Ли Сон Гана, но раз меня раскусили, он больше не поверит ни одному моему слову. С чувством полного отчаяния я ответил.

▶ Сучонок, как же ты задрал?? Блять, да, я убью Юн Сичана.

DoSan:
[Хватит нести чушь... это он тебя скорее убьёт, точно убьёт.]
[У него же ублюдочный характер…]

▶ 로 ㅕ 89 ㄷ ㄱ ㄷ 3 ㅅ 38 ㄱ48 ㅓ
«Ааа, блять!»

Я яростно стучал по клавиатуре и в конце концов не выдержал, швырнув мышь в монитор. К чёрту всё, просто убью этого Ли Доука, если увижу его.

Я уже собирался написать: «Юн Сичана мне не убить, но тебя убью», как вдруг послышался голос Юн Сичана. Он услышал меня?

— В игры играешь?

Похоже, он сварил лапшу и теперь шёл сюда. Я поспешно попытался закрыть окно игры, но увидел сообщение Ли Доука и замер.

DoSan:
[Ладно... Хватит врать]
[Я сейчас в электрощитовой школы]
[Ты, случайно, не в радиорубке?]

Всё ещё в школе? Этой сволочи в одиночку будет нелегко сбежать, значит, он бесполезен. Мне хотелось ответить и спросить, зачем он спрашивает, не в радиорубке ли я, но если Юн Сичан увидит, то может догадаться, что я хотел убить его и сбежать.

Хотя, что бы я ни замышлял, он лишь будет считать меня идиотом и смеяться, но если он вдруг передумает и решит опередить меня, он может убить меня или избить просто потому, что я ему не нравлюсь. Прежде всего, нельзя давать ему никаких козырей.

Шаги были уже почти у двери. За это время я поспешно стёр переписку с Ли Доуком и нажал «X», чтобы закрыть окно игры.

Я быстро зашёл на YouTube и обернулся — Юн Сичан стоял прямо за мной и смотрел на меня сверху вниз. 

Блять, сердце чуть не выпрыгнуло. Я едва сдержал крик и снова посмотрел на монитор.

— Что?

Я наклонился и набрал в поисковой строке YouTube «зомби», делая вид, что ничего не произошло, и услышал смех Юн Сичана.

— Почему так спешно закрыл?
— Что закрыл, ублюдок...

Похоже, он видел. Пиздец. Я изо всех сил вцепился в мышь, как в спасательный круг, но Юн Сичан положил свою руку поверх моей, переместил курсор на рабочий стол и нажал на иконку Leolado.

Пиздец. Нужно делать вид, что всё в порядке. Аккаунт Ли Доука был в сети, с зелёным индикатором.

К счастью, в тот момент сообщение не приходило, но если Юн Сичан увидит, что кто-то онлайн, он, наверное, захочет написать. Я нервничал, как вдруг взгляд Юн Сичана упал на список друзей, где было написано моё имя.

«Вондаримдончимсибпаль*»

Юн Сичан рассмеялся, опустил голову и посмотрел на меня.

— И никнейм у тебя чертовски припизднутый, как и ты сам.

Как же он бесит. Юн Сичан открыл мою историю матчей и продолжил насмехаться с притворным восхищением.

— Вау, У Тэджон... Ты же в игры играть не умеешь…

Блять, как назло, это была статистика того самого матча, где меня трижды гангали, в итоге я продал все вещи и начал ругаться с ёбаными тиммейтами.

— А, блять, просто тимвейт был говняный.

Я сбросил руку Юн Сичана и вышел из истории матчей, но он, в свою очередь, сбросил мою руку с мыши и снова начал изучать историю.

— Всё в порядке, только ты один облажался.
— Потому что меня подставили эти ублюдки, недотёпа.
— А что с уровнем?

Юн Сичан указал на мой аккаунт, всё ещё застрявший на 45 уровне.

— Это же сабаккаунт, идиот. Я играл из-за ммr.
— Даже на сабаккаунте ты в серебре.
— На основном у меня был золото, ублюдок.
— Ладно.

Юн Сичан ответил небрежно и продолжал изучать мою историю, усмехаясь. Было видно, что он не верит ни слову о том, что у меня был золотой ранг.

Блять, как же обидно. 

На основном аккаунте у меня был 200 уровень, я доходил до золота II, и там было дофига скинов, но меня забанили на несколько дней за пару оскорблений, а потом забанили навсегда за то, что я спросил о здоровье родителей этих идиотов. Поэтому я завёл новый аккаунт, просто тимвейт был немного паршивым.

Я хотел спросить, а какой у него ранг, что он так кочевряжится, но заметил, что Ли Доук всё ещё в сети. Если я спрошу, он, наверное, захочет показать свой аккаунт и будет его искать, а за это время Ли Доук может отправить сообщение.

— Отвали, чёрт, хватит смотреть.

Я хотел закрыть игру, чтобы скрыть историю, но Юн Сичан крепко схватил мышь, придвинул стул, на котором я сидел, и уселся рядом со мной.

— В игре есть люди?

Затем он сразу зашёл в обычный режим и начал искать матч. Не может быть, чтобы он не видел аккаунт в сети в списке друзей, и я забеспокоился, что он задумал какую-то дичь.

— Эй, а лапша? Не будешь есть лапшу?
— Матч ищется...

Я отчаянно указывал на кухню, но он делал вид, что не слышит. Его притворное чистое любопытство было настоящим пиздецом. Я не знал, о чём он думал, но был уверен, что его голова забита мыслями о том, как меня подставить.

— Эй, чёрт, лапша, от лапшы просто с ума сойти можно? Должно быть чертовски вкусно.
— Да? А от матча просто с ума сойти можно? Должно быть чертовски интересно.
— Нет, если лапша переварится, будет невкусно! Разве нет?
— Пошёл вон.
Юн Сичан, словно раздражённый помехой, жестом показал мне отодвинуться и, глядя на экран поиска матча, с бесстрастным лицом начал постукивать мышкой.

С точки зрения Ли Доука, я внезапно начал искать матч без ответа, и он наверняка снова напишет, хотя бы из досады.

Я подумал, не прикрыть ли экран лицом, чтобы скрыть список друзей и окно сообщений, но такая попытка скрыть что-то выглядела бы ещё более подозрительно. Я украдкой наблюдал за Юн Сичаном, уставившись на список друзей, и, как и следовало ожидать, от Ли Доука пришло сообщение.

DoSan:
[Почему ищешь матч?]
[Отвечай.]

Теперь этот ублюдок мне даже не нужен, блять, бестолковый мудак.

Если бы я посмотрел на него, мы бы встретились глазами, поэтому я, затаив дыхание, смотрел только на руку Юн Сичана, лежавшую на мышке. Получив сообщение, Юн Сичан, словно ждал этого, остановил поиск матча и сразу же открыл окно сообщений.

DoSan:
[Я спрашиваю, ты в радиорубке?]
[Это ты вчера устроил шум?]
[Почему не отвечаешь?]
[ㅋㅋ… так это ты] [Ха]

[ㅋㅋㅋㅋ…] [Хахаха]

Пока игра была закрыта, он, видимо, отправил несколько сообщений, и их изрядно накопилось. Любой бы понял, что мы до этого общались.

Блять, как страшно. Очень страшно. У меня не хватило смелости посмотреть на Юн Сичана, и я просто безумно уставился на его руку.  Он положил её на клавиатуру и начал печатать.

Я украдкой взглянул на него и, к счастью, его выражение лица казалось беззаботным. «Фух. Пронесло. Наверное, он просто хочет подшутить. Псих.»

▶ Это Юн Сичан.
▶ Шум устроил я.
▶ А ты кто?

Я изо всех сил прижался к краю стула, стараясь держаться подальше от Юн Сичана. На всякий случай, если он начнёт сосредоточенно печатать, мне нужно будет сбежать в спальню или в гостиную.

DoSan:
[???]
[Хватит уже врать.]
[Чёрт, опять Юн Сичан?]

[Говорил же, что убьёшь его.]

Юн Сичан, прочитав сообщение, рассмеялся и повернулся ко мне.

— Ты собирался меня убить?
— А? А, блять...

Юн Сичан лишь рассмеялся в ответ на мои слова, снова повернулся и начал печатать.

К счастью, он не выглядел злым.

▶ И что такого сказал У Тэджон, ㅋㅋㅋㅋ [Хаха]
▶ Я спросил, кто ты.

[Вау, внезапно…]

[Соблюдаешь орфографию…]
[Мурашки по коже…]
[Даже если запустишь проверку орфографии, я не поведусь.]

Этот ублюдок пиздец какой недоверчивый. Юн Сичан фыркнул с видом раздражения и снова начал печатать.

▶ ㅋㅋ [Ха]
▶ Я не У Тэджон, мудила

DoSan:
[Ладно.]
[Ничего не говорил, хватит.]
[Так вчерашний шум устроил ты?]

[Учительница химии и все ребята из-за тебя мертвы.]

Я посмотрел на Юн Сичана — он слегка нахмурился. Отлично. Он определённо сосредоточился на чате. Я начал потихоньку подниматься, чтобы уйти из комнаты, но под его внезапным взглядом снова сел.

— Чертовски раздражает, кто это?
— Ли Доук... Разве не знаешь его?
— Вроде слышал это имя.

Я ответил, следя за его реакцией, а Юн Сичан наклонил голову, словно пытаясь вспомнить. То, что он не расправил брови, было хорошим знаком — похоже, он начал злиться на Ли Доука.

Внезапно Юн Сичан заглянул внутрь системного блока под столом и начал открывать ящики стола. Я подумал, что он ищет сигареты, но он достал старые наушники из самого нижнего ящика и начал стряхивать с них пыль.

Деревенский фиолетовый дизайн, левый динамик отвалился, остался только провод — похоже на древний хлам.

— Зачем они?
— Микрофон.

Ответив так, Юн Сичан усердно стряхнул пыль с хлипких наушников, затем поднял микрофон, торчащий на конце, вертикально.

Затем он подключил провод микрофона к системному блоку и пригласил Ли Доука в группу. Если подумать, в Leolado был голосовой чат.

▶ Включи динамик
▶ Голосовой чат

Убедившись, что Ли Доук подключился к голосовому чату, Юн Сичан поднёс микрофон ко рту и заговорил.

— Если слышишь, напиши в чат.

DoSan:
[?]
[Что это]
[Так это и правда Юн Сичан]
[ㅋㅋㅋㅋ] [Хаха]

[Видимо, Бога действительно нет…]

[И такие отбросы выживают…]

[ㅋㅋㅋㅋㅋㅋ] [Хахаха]
[ㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋ] [Хахахахахаха]
[ㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅎㅎㅎㅋㅋㅋㅎㅎㅎㅎㅎㅎㅎ] [Хахахахахахапхахахахахахахахпааа] 

Эта сволочь наконец тронулась умом. Охуенно смешно. Впервые видя, как Юн Сичана посылают нахуй, я в приподнятом настроении закончил фразу:

— Эй, как надо жить, чтобы твоё существование сводило людей с ума? Ну ты поехавший. Прямо совсем с катушек слетел. Ли Доук ты реально лох, просто лох лохущий, аа! Блять!

Сукин сын, Юн Сичан, даже не глядя в мою сторону, стукнул меня по лбу правым динамиком наушников. Было не больно, но настроение испортилось, и я, потирая лоб ладонью, выругался. Усмехаясь, Юн Сичан поднёс микрофон ко рту, посмотрел на сообщение Ли Доука и опустил наушники.

DoSan:
[Звук искажается]

[Непонятно, что ты говоришь]
[Ладно, я понял, давай в чате…]
[Я всё равно умру]

— Ну так сдохни уже, идиот!

Мне стало противно от того, что Ли Доук продолжает в том же духе, и я крикнул в наушники, которые опустил Юн Сичан. В чате сразу же появилось сообщение.

DoSan:
[Только что это был У Тэджон?]
[Для чего ты живёшь...?]

Говорил, что не понимает слов, но именно это он прекрасно расслышал. 

Юн Сичан, посмотрев на меня, рассмеялся и положил руку на клавиатуру.

▶ ㅋㅋㅋㅋㅋㅋ [Хахахаха]
▶ Так учительница умерла?
▶ О чём ты?

DoSan:
[Значит, шум был от тебя?]
[Сейчас это Юн Сичан, верно?]
▶Ага

DoSan:
[하ㅋ] [Хах]
[Вчера я был в учительской]
[Учительница химии пошла спасать второкурсников...]
[Приманила тех уродов звонком телефона...]
[И зашла в класс...]
[Выводила ребят....]
[Как раз тогда звук внезапно усилился...]
[И учительница, и ребята — все погибли...]
[Я был недалеко от электрощитовой...]
[Я как мог шумел.]
[Но все уже были мертвы.]
[Если бы я среагировал быстрее, всё было бы иначе…]
[По правде, мне тоже следует умереть…]
[Зачем ты тогда устроил шум?]
[В тот день я хотел узнать что случилось....]

Я читал сообщения, сильно нахмурившись. Вот куда подевались все учителя — оказывается, в других местах творился свой пиздец. Юн Сичан, читая сообщения, с таким видом, будто разгадал загадку, удовлетворённо кивнул и написал в чат.

▶ 하ㅋㅋㅋ [Хахаха]
▶ ㅇㅋ [Ок]

Вот же ублюдок... 

Эй, я тоже, блядь, думал, что время было выбрано пиздец как неудачно. У Юн Сичана же на лице было не просто отсутствие мыслей — он выглядел сияющим. Ли Доук какое-то время не отвечал, а потом отправил подряд несколько сообщений.

[Вау…]

[Серьёзно…]

[Вы люди?]

[Вы вообще люди, серьёзно?]

[Неужели вы включили это ради забавы?]
[Зачем вы тогда устроили шум?]

▶ Чтобы выбраться.

DoSan:
[ㅋㅋㅋ] [Хах]
[Понял…]
[Всё понял…]
[Мир реально говно…]
[Учительница, пытавшаяся спасти детей, умерла]
[А вы живы, хаха…]

Нет, блядь, вот зачем было зря спасать этих детей? Меня так взбесило, что этот уже бесполезный урод продолжает нести это, что я выхватил у него клавиатуру.

▶ Жалкий ублюдок
▶ Реально блять бесишь
▶ Вот зачем надо было лезть спасать детей
▶ Сам виноват

— Весело?

Усмехнувшись, Юн Сичан встал, положил руку мне на голову, спросил это и вышел из комнаты. Не знаю, то ли ему надоело, что лапша наверняка разбухла и разварилась, то ли он просто потерял интерес, но это было к лучшему. И зомби, и Юн Сичан — всё это так, блядь, бесит, хоть ложись и помирай. Надо было хоть как следует выругаться на Ли Доука.

DoSan:
[Это У Тэджон?] 

[Серьёзно, в чём смысл твоего существования?]
[Теперь мне просто любопытно, правда.....]

Лучше бы он, блять, матерился, такие слова бесят ещё сильнее. Меня вдруг прорвало, и я начал яростно стучать по клавиатуре.

▶ Твоё притворное спокойствие, блять, отвратительно
▶ Ты сказал, что в электрощитовой?
▶ Найду и прикончу тебя

DoSan:
[ㅋㅋㅋㅋ] [Хахаха]
[Я не в электрощитовой, дебил…]
[Я что, псих, чтобы говорить тебе своё местоположение?]
[Что ты вообще можешь сделать…]

Похоже, эта сволочь, которая сказала, что в щитовой, теперь врёт, но, судя по тому, что он считает меня каким-то бесполезным отбросом-преступником, похоже, он и правда не стал бы говорить своё местоположение.

▶ Блять, так что?
▶ Говорил же, что скоро сдохнешь
▶ Зачем врать?

DoSan:
[С чего бы я стал говорить тебе?]
[Ты же хочешь использовать меня как щит]
[Такому ублюдку, как ты]
[Я никогда не позволю себя убить]
[Я умру своей смертью]

Блять, похоже, он серьёзно. Пиздец. Если он где-то неподалёку и мы встретимся, скорее всего, мне изобьют морду. Чувствя, что зря увеличил число врагов, я решил подтолкнуть его к самоубийству.

▶ Эй, ты же сказал, что скоро умрёшь

▶ Давай, сдохни поскорее

▶ Если это передаётся воздушно-капельным путём, всем пиздец

▶ Просто сдохни, и всё

DoSan:
[ㅋㅋㅋ]
[Спасибо.]
[Раз уж ты так сказал]
[Теперь мне совсем не хочется умирать.]
[Ты дал мне причину жить... ㅋㅋㅋ]
[Я выживу]
[Обязательно выживу]
[И мы встретимся снова.]

Этот парень внезапно стал таким жутким, блять...

На мгновение я застыл, не в силах печатать, а статус Ли Доука сменился на «не в сети» — возможно, он вышел из игры.

Пиздецки мерзко. С неприятным чувством я вышел в гостиную, решив выкурить сигарету. С кухни доносился звук металлических палочек, стучащих по кастрюле — Юн Сичан, наверное, ел лапшу. Если я попадусь ему на глаза, он может снова устроить сцену. Нужно незаметно взять только сигареты и зажигалку и быстро вернуться.

С такими мыслями я встал со стула, и в момент, когда сглотнул, в горле запершило. Что это? Я схватился за горло и сглотнул ещё раз — не так сильно, как раньше, но осталось странное саднящее ощущение.

Неужели... 

Чёртовски зловеще. 

В обычное время я бы просто подумал: «Наверное, простудился», — и не придал бы значения. Но в этой дерьмовой ситуации, когда кругом полно зомби, всё иначе. Мне сразу вспомнился начальник, который внезапно превратился в зомби. Он определённо выглядел так, будто ему было плохо.

Держась за горло, я посмотрел в окно — на той детской площадке, что я видел раньше, бродили зомби.

Одна мысль об этом вызывала мурашки, и я прокашлялся, пытаясь прочистить горло. Мне не хотелось видеть это зрелище за окном, поэтому я опустил жалюзи до конца.

В такие моменты нужно перестать думать и просто обкуриться. Решив выкурить подряд две-три сигареты, я вышел в гостиную. Юн Сичан поставил кастрюлю на стол и ел лапшу.

Я пытался пройти незаметно, но мы встретились глазами. Я тут же скривился, пытаясь показать: «Пожалуйста, не начинай», — и отвернулся, но Юн Сичан заговорил:

— Хорошо повеселился?
— Что за весёлье, бля...

Я уже собрался выругаться, но посмотрел на Юн Сичана. К счастью, он, казалось, был безразличен, отвёл взгляд и продолжил есть лапшу. Я собрал сигареты, разбросанные на диване, и почти бегом вернулся к компьютеру. Выкурив две ментоловые сигареты подряд, я почувствовал, что горло освежилось, и, кажется, стало лучше.

Похоже, Юн Сичан, доев лапшу, направлялся к компьютеру, поэтому я укрылся в спальне. Мой взгляд упал на интерьер, который я не успел как следует рассмотреть раньше, когда сразу пошел мыться в ванную. Слева стояла кровать размера «king-size» и встроенный гардероб, а рядом с гардеробом — туалетный столик цвета слоновой кости.

На нём в беспорядке валялась косметика, похожая на кастаньеты, помады, маркеры, а также настольные часы и одна рамка для фото.

Тот зомби-мумия, что сейчас, наверное, лежит в магазине, стоял посередине, ярко улыбаясь, а женщина, похожая на его жену, стояла слева от него, с приподнятыми уголками губ.

Рядом с мужчиной был парень, похожий на меня по возрасту, с улыбкой, которая у любого выглядела бы чертовски неловкой. 

«Ты что, впервые фото делаешь, идиот?» — его вид был таким противным, что я швырнул рамку на пол.

Глядя на упавшую рамку, я вдруг вспомнил зомби-мумию, смотревшую в пустоту. Повседневная жизнь этих людей, которые жили в таком хорошем доме и так радостно улыбались, была разрушена в одно мгновение. А я здесь жив-здоров, разглядываю рамки с фото, блять, если так подумать, становится немного лучше. Закурив сигарету, я плюхнулся на кровать, и настроение улучшилось. Ненадолго отпустив мысли об этом дерьмовом положении, я осматривал ящики спальни и книжные полки, и незаметно время приблизилось к 11 часам.

После 11 Юн Сичан, словно в него встроили будильник, сказал, что пора спать, и выключил свет в гостиной. Я, на всякий случай, если те парни с фото вернутся живыми, сменил код на входной двери и поставил дверной цепной замок.

Я первым заявил, что буду спать в комнате с компьютером. Юн Сичан лишь кивнул, словно говоря «как знаешь», и ушёл в спальню. В спальне были те рамки с фотографиями, что вызывали отвращение, да и если бы я не мог уснуть, я хотел скоротать время за игрой на компьютере.

Выбранная комната была прямо рядом с компьютером. Открыв дверь, я увидел школьную форму, висящую на дверце шкафа — из той знаменитой школы, куда ходят только чертовски умные ребята. В комнате была кровать, похожая на односпальную, книжный шкаф, забитый книгами, и коричневый письменный стол, на котором лежал раскрытый задачник по математике.

В задачнике были исписаны всевозможными цифрами довольно неразборчивым почерком. Я украдкой взглянул на обложку — это был задачник для второго класса старшей школы. Одного взгляда на эти заковыристые цифры или тексты длиннее трёх строк было достаточно, чтобы голова пошла кругом, и я закрыл задачник.

Одеяло на кровати было смято, словно кто-то только что встал с постели. По сравнению с аккуратной спальней, здесь повсюду были следы, будто кто-то недавно вышел из комнаты, и, вспомнив то лицо с фотографии, мне стало чертовски противно. Я стряхнул одеяло, выключил свет и лёг.

На окне была наполовину задернута тёмно-синяя светонепроницаемая штора, и в тёмную комнату проникала смесь лунного света и света уличных фонарей.

Естественно, взгляд упал на окно, и, повернув голову, я увидел ту детскую площадку, где днём творился настоящий ад. Несколько фонарей перегрелись и погасли, но зомби были отчётливо видны.

Я пристально смотрел на них, как вдруг заметил одного зомби, бредущего и волочащего за собой внутренности.

— Фуу….!

Меня чуть не вырвало, я задёрнул штору до конца, и комната погрузилась в полную темноту.

В поле зрения было не просто темно, а совершенно чёрно. Если бы я поднял руку перед лицом, я бы ничего не почувствовал. От этого по коже побежали мурашки, и я немного отодвинул штору.

Затем снова уложил голову на подушку и накрылся одеялом, но чувствовал себя странно. То ли кровать накренилась, то ли тело парило в воздухе — не знаю, что именно, но ощущение было дерьмовое.

Вчера я спал на чертовски твёрдом полу, без одеяла, в месте, полном одних идиотов, но тогда такого чувства не было.

С одной этой мыслью я уставился в потолок, и, кажется, медленно начал засыпать. В тот миг, когда глаза уже начали закрываться, в голове мелькнул сон, который я видел ранее.

Лежащий отец, Ли Сон Ган, бьющийся головой о стену, зомби, бросающийся на меня... Что, если я снова окажусь перед этим ёбаным телевизором? Мысль о том, что та сцена может продолжиться, заставила меня изо всех сил открыть глаза, которые уже смыкались.

И тогда горло, которое, казалось, пришло в норму, снова запершило, а затем появилось ощущение, будто в середине глотки застрял булыжник размером с кулак. В тот миг, когда я осознал, что с горлом что-то не так, этот булыжник начал постепенно увеличиваться, и мне стало не хватать воздуха.

— Кхек, кхек….

Я поднялся, покашливая, и зашагал по комнате. Перед глазами предстал пейзаж комнаты, полный незнакомых следов. Держась за горло, я посмотрел прямо перед собой и увидел в зеркале во весь рост, встроенном в шкаф напротив, своё отражение, сидящее на кровати.

Из-за узкой щели в шторах проникал слабый свет, и я был виден лишь как чёрный силуэт. В тот миг мне показалось, что из-за моей спины медленно поднимается рука, чтобы схватить меня за плечо, и, охваченный зловещим предчувствием, я резко вскочил с места.

Я поспешно бросился к двери, включил свет и оглянулся. К счастью, на кровати никого не было. Чёрт, я чертовски струсил без причины. Я вздохнул с облегчением, но ощущение, будто тот булыжник всё ещё растёт в моём горле, не исчезло.

Чтобы проверить своё состояние, я встал перед зеркалом во весь рост и увидел своё лицо, покрытое тёмными пластырями. Когда я смотрел на синяки, оставшиеся на шее, дыхание снова перехватило.

Я закашлялся и начал яростно скрести шею. Тогда начало чесаться лицо, а когда я почесал руку, снова зачесалась шея. Я царапал шею обеими руками, как вдруг представил, как за той плотно закрытой дверью прислонился зомби.

— Блять!

Я бросился к ручке двери, распахнул её, и перед глазами предстала кромешная тьма. От темноты, в которой можно было и не заметить стоящего человека, по коже побежали мурашки, и я распахнул дверь в комнату с компьютером. Я хотел сначала включить свет, но в спешке задел мизинцем о дверной косяк.

— Аа!

Бля как больно! Неужели палец сломан? Хватаясь за ногу, я подпрыгивал на месте, и, взглянув вперёд, увидел, что комната с компьютером тоже погружена в густой мрак, потому что до этого я опустил жалюзи.

Очень страшно. Реально, пиздецки страшно. Казалось, что даже включение света не поможет успокоиться.

— Эй, Ю... Юн Сичан!

В итоге я начал бежать как угорелый через гостиную, зовя Юн Сичана. Кроме этого ублюдка, здесь больше никого не было, так что выбора у меня не оставалось. Мне казалось, будто что-то преследует меня из той темноты, я изо всех сил побежал и повернул ручку двери в спальню.

— А-а-а!

Похоже, он услышал мой вопль, потому что стоял прямо перед дверью. Я вскрикнул от неожиданности при виде внезапно появившегося чёрного силуэта, а Юн Сичан протянул руку и щёлкнул выключателем рядом.

Когда вокруг стало светло, я увидел Юн Сичана, смотрящего на меня с нахмуренным лицом — то ли от яркого света, то ли ещё почему. Волосы были слегка растрёпаны — возможно, он спал.

Мне всё ещё казалось, что что-то преследует меня, поэтому я поспешно втолкнул себя в комнату и закрыл дверь. Юн Сичан, к удивлению, молча посторонился, зевнул и спросил:

— Что это за психушка...

— Бблять...

Даже самому мне было ясно, что я выгляжу как идиот, пытаясь отдышаться. Юн Сичан, перестав тереть глаза, окинул меня взглядом с ног до головы и усмехнулся.

— Похоже, хорошо поспал.

Сказав это, Юн Сичан встретился со мной взглядом. Вид этого ублюдка, живым и здоровым разевающего рот, заставил яркие сцены из сна казаться уже не такими страшными.

Одновременно камень в горле словно уменьшился, и я сглотнул. Горло всё ещё саднило, но я наконец смог нормально дышать. Едва переведя дух, я увидел, что Юн Сичан пристально смотрит на меня, ожидая объяснений.

Лучше бы я сказал, что меня внезапно охватило желание убить, и поэтому я пришёл дать ему пощёчину, чем признаться, что прибежал сюда, потому что не мог дышать и было пиздецки страшно.

Пока я медлил с ответом, мне вдруг вспомнилось, как я сам вызвался спать в комнате у коридора.

— Эй, а можно мне здесь поспать?

Сам факт того, что я пришёл в спальню, был оправданием, которое любой бы понял.

— Что, не мог уснуть там, поэтому примчался, еле дыша?

— Какой «еле дыша», я прибежал, вот и запыхался, мудак...

Дыхание всё ещё было немного затруднённым, но я сделал вид, что всё в порядке, и прокашлялся. Юн Сичан рассмеялся, кивнул и пару раз похлопал меня по плечу, словно говоря «молодец». А затем ответил с лёгкой игривой ухмылкой в голосе:

— Раз уж прибежал, надо уступить.

С этими словами Юн Сичан взялся за ручку, открыл дверь и вышел в тёмную гостиную. «Нет, погоди, если ты уйдёшь, что мне делать, сволочь?»

— Нет, эй, погоди.

Мысль о том, что меня оставят одного в спальне, вызвала мурашки при воспоминании о той рамке и зомби-мумии. В панике я ухватился за его одежду. Юн Сичан обернулся с наглым выражением лица, словно спрашивая, в чём проблема. Этот парень снова притворяется, что не понимает, блять.

— Ладно, я поменяюсь с тобой.
— Нет, я просто посплю здесь, идиот.
— Вот именно, спи здесь.
— Тогда зачем ты уходишь?

Вот же говно. Хотя это я это сказал, мысль о том, что это прозвучало как просьба остаться со мной, вызвала отвращение. Я скривился и отшвырнул его одежду, но, к счастью, похоже, он получил желаемый ответ, потому что, усмехнувшись, вошёл обратно в комнату.

— Неужели ты не можешь спать один?

Поскольку он был не неправ, я стиснул зубы. Всё из-за того ёбаного сна.

Юн Сичан, усевшись на край кровати и бормоча, жестом подозвал меня, всё ещё стоявшего у двери. Когда он говорит «подойди», это чертовски зловеще, поэтому я, наоборот, отступил и пробормотал невнятно:

— Зачем, блять...

— Иди сюда.
— Зачем?
— Я сказал, подойди.

Вид его слегка нахмуренного лица заставил меня подчиниться, и я сделал несколько шагов вперёд. Он снова поманил меня. Когда я наконец оказался прямо перед ним, он похлопал по месту рядом с собой, жестом предлагая сесть.

Мне было чертовски страшно уже по-другому. Я осторожно сел, стараясь даже случайно не коснуться его, а Юн Сичан повернулся ко мне и крепко сжал моё правое плечо.

— Нет, зачем...

Я уже собрался выругаться, но, встретившись с его бесстрастным лицом, замолчал. Юн Сичан, похлопывая меня по плечу, словно успокаивая, снова начал нести чушь.

— Я дам тебе поспать, так что выбирай.

— Что выбирать? — спросил я, полный дурных предчувствий.

Юн Сичан ткнул указательным пальцем то в мою левую, то в правую щёку и сказал:

— По какой хочешь получить?

Этот ублюдок снова начал своё.

— За что ты меня бьёшь, блять!

Я крикнул, переполненный обидой, а Юн Сичан, словно торопя с ответом, надавил на моё плечо сильнее. 

Проклиная его про себя, я бегал глазами по сторонам, а он начал поднимать руку, словно отсчитывая время.

— Правую, правую, эй, правую!

Я поспешно закричал и зажмурился. К счастью, послышался звук опускающейся руки. Я приоткрыл глаза, надеясь, что он шутит, но его лицо оставалось бесстрастным. Он прикрыл мою щёку левой рукой, словно прицеливаясь, и, не дав ни малейшего шанса, поднял руку.

Вспомнился момент, когда меня избивали на складе, и мои руки задрожали. 

Даже если задохнусь, я не умру, лучше бы я остался в той комнате и как-нибудь перетерпел.

Я зажмурился, сжал кулаки и ждал приближающейся боли. Я ожидал, что щека вспыхнет огнём, но рука приблизилась медленнее, чем я думал, поднялась ко лбу, и затем последовал лёгкий, без сильного нажима, щелбан.

От непонимания я сразу же открыл глаза. Юн Сичан, прикрывая рот тыльной стороной руки, расхохотался. Он отпустил моё плечо, лёг на кровать и смотрел на моё ошеломление, с лицом, полным веселья. Я снова стал игрушкой в его шутке.

— Ссу... сукин сын... Тебе смешно?

Сердце всё ещё бешено колотилось от страха перед побоями, и голос срывался. Юн Сичан, словно спрашивая, как я могу задавать такие очевидные вопросы, кивнул и рассмеялся.

Глядя на его ёбаную рожу, я весь затрясся от ярости. Хотелось убить его. Пригвоздить к стене и спросить, куда он хочет получить, а затем, если он скажет «левую», ударить в правую, если скажет «лицо», вогнуть коленом в солнечное сплетение.

— Не будешь спать?

Пока я с ненавистью представлял, как разрываю Юн Сичана на куски, он, словно ничего не произошло, равнодушно бросил эту фразу и указал на шкаф, предлагая достать подушку.

«Терпи, блять. Терпи.» 

В конце концов, хорошо, что он по-настоящему не ударил меня. Я боялся, что если получу ещё, то останутся шрамы. Но почему я должен радоваться, что он меня не избил? С чего вообще меня должны бить?

Одна мысль о том, чтобы укрыться одним одеялом с ним, была ужасна, поэтому я достал из шкафа запасное одеяло и подушку. Я улёгся на самом краю, держась на расстоянии от Юн Сичана, лежавшего у внутренней стороны кровати. Юн Сичан поднялся, выключил свет и вернулся на место.

Я положил голову на толстую подушку и натянул одеяло до макушки. Этот парень, как и вчера, похоже, быстро заснул — вскоре послышалось ровное дыхание. Я изо всех сил зажмурился, представляя, как обрываю это дыхание.

* * * * *

Едва открыв глаза я почувствовал, что с телом что-то не так. Голова была тяжёлой, и, хотя я был укрыт одеялом, мне было очень холодно.

Я изо всех сил попытался приподнять верхнюю часть тела, но перед глазами всё пошло кругом, и я снова рухнул на спину. Когда я сглотнул, горло саднило так сильно, что и в сравнение не шло с вчерашним.

Блять, это простуда. Точняк, простуда. Я приложил тыльную сторону руки ко лбу — определённо горячо.

С трудом повернув только глаза, я посмотрел в сторону: на месте, где лежал Юн Сичан, одеяло и подушка были аккуратно заправлены. Из приоткрытой двери доносились звуки телевизора и шелест целлофанового пакета.

Я не знал, что он устроит, если узнает о моём состоянии. Если бы он просто избил меня, назвав слабаком, который подхватил простуду, — это ещё было бы счастьем. Вспомнив того начальника, который превратился в зомби, я подумал, что он может даже попытаться убить меня.

Лично я бы прикончил Юн Сичана, если бы он выглядел больным, просто потому что он меня бесит. Нет, я и так хочу его убить, даже если он будет сидеть смирно.

Я изо всех сил снова попытался подняться. Голова всё ещё кружилась, но можно было терпеть. Такая боль — ничто по сравнению с удушьем и избиениями.

Напрягая ноги, я дошёл до двери и открыл её. Юн Сичан стоял посреди гостиной и смотрел телевизор. На экране мужчина и женщина в гражданской одежде сидели за столом с серьёзными лицами и обсуждали зомби. Я не понимал, что они говорят, и шум только раздражал, поэтому я нахмурился.

— Ты... в порядке?

— А?

Мой голос, едва выдавивший один звук, был хриплым, как у человека при смерти. Чёрт, я тут же прокашлялся, пытаясь прочистить горло, и заметил, что на противоположной стороне раковины работала микроволновка.

Что это? Я хотел спросить, но горло болело, и я замолчал. Подойдя ближе, я увидел, что внутри крутится порция риса.

Какой же он запасливый, чёрт возьми. Наверное, проживёт долго. Этот сукин сын. У меня не было сил двигаться дальше, и я просто смотрел на крутящийся рис под оранжевым светом.

— Что у тебя болит?

Я вздрогнул от неожиданного голоса за спиной и обернулся. Юн Сичан, подойдя так, что я и не заметил когда, стоял, прислонившись к раковине, и смотрел на меня.

— Что болит, мудак...

Скорчив гримасу, я сделал шаг в сторону коридора. В тот миг, когда я оказался перед входной дверью, в глазах потемнело, ноги подкосились, и я рухнул на стену. Сзади послышался смех, который уже стал не просто знакомым, а надоедливым.

— Да ты совсем помираешь.

С этой мыслью я попытался шагнуть вперёд, но меня схватили за руку и развернули. От резкого поворота голова закружилась адски.

Глаза были затуманены, и я даже не видел, какое выражение лица у Юн Сичана. 

Пока я стоял, покорно схваченный за руку, Юн Сичан протянул руку и приложил свою ладонь к моему лбу.

На мгновение я подумал, что он снова ударит меня, и закрыл глаза, но он, словно проверяя температуру, приложил ладонь и к своему лбу.

Звуки доносились глухо, я просто смотрел, как двигаются губы Юн Сичана, и вскоре мы оказались в спальне.

Я рухнул на то же место, откуда поднялся, и уставился в потолок. Юн Сичан открыл дверь и вышел в гостиную.

«Неужели он пошёл за битой, чтобы прикончить меня?» — пронеслось у меня в голове, и я захотел подняться, но веки становились всё тяжелее.

...........

— Эй.

Я открыл глаза на голос, донёсшийся издалека, и увидел Юн Сичана, смотрящего на меня. Он опустил руку, что-то взял, и послышался звук, будто металл стукнулся о стекло.

Я в панике перевёл взгляд, думая, не орудие ли это для убийства, и увидел белую кашу в стеклянной миске.

Я украдкой взглянул наверх: Юн Сичан помешивал её металлической ложкой. 

— Какого... хера...

Я с трудом вымолвил это, не в силах поверить в происходящее, а Юн Сичан похлопал меня по плечу, словно говоря подниматься. Я с трудом приподнял верхнюю часть тела, и эта странная картина снова предстала перед моими глазами: белая каша на сером подносе, ложка, Юн Сичан, а рядом с ним лежало лекарство от простуды.

— Жри.

Юн Сичан вложил ложку мне в руку, продолжая вести себя абсолютно неадекватно. Я не могу понять, блядь, зачем он это делает?

У меня не было сил даже скривиться, и я просто тупо держал ложку. Голова болела так сильно, что казалось, будто всё происходящее не со мной, и я ощущал нереальность.

— Жри, я сказал.

Юн Сичан, казалось, раздражённо выдохнул эти слова, схватил мою руку и направил её к каше. Затем он воткнул ложку мне в губы, и у меня заболели передние зубы. 

Чёрт. Значит, не сон. Это точно он.

Разжёвывая кашу, я почувствовал, что рис был очень горячим, а бульон — тёплым. Похоже, этот тип просто разбавил горячий рис из микроволновки водой.

— Отвратительно на вкус... — прохрипел я, и в ответ услышал смех Юн Сичана. 

С такими мыслями я продолжал уплетать безвкусную кашу.

Однажды в средней школе у меня была идиотская мысль, что я хочу каши. У меня был жар, возможно, грипп, и я весь день провалялся дома, едва дополз до ящика и достал лекарство от простуды.

Тогда я узнал, что приём таблеток на пустой желудок может испортить его. Лекарство было настолько старым, что даже цвет коробки выцвел, и оно не помогло, только сильно скрутило желудок. Мне было так холодно, что даже под тонким одеялом, натянутым с головой, я хныкал.

Это была самая сильная болезнь в моей жизни. Отец, вернувшийся под утро, цокнул языком, порылся в ящике и швырнул мне то же лекарство от простуды, что я принимал.

В голове всплыла каша с говядиной и овощами, которую давали на школьных обедах. Я даже не надеялся на такую, я просто хотел каши. Каши с поднимающимся горячим паром.

То, что приготовил Юн Сичан, было тёплым, и её даже нельзя было назвать кашей. Это был просто рис, залитый холодной водой. Было неприятно, что первая в жизни каша, которую мне дали, оказалась в таком состоянии, и что её дал именно Юн Сичан, но я доел её до конца.

Я опустил ложку и потянулся к лекарству, но Юн Сичан опередил меня и забрал его. Я поднял взгляд от каши и увидел, как он швырнул таблетку прочь от кровати.

Я смотрел на упавшую таблетку, как вдруг услышал голос Юн Сичана.

— Не выздоравливай, У Тэджон.

Его бессмысленные слова, сказанные с бесстрастным лицом, оставили меня в недоумении. Юн Сичан, подперев щёку рукой, улыбался, разглядывая моё лицо, а я, полулёжа на спинке кровати, медленно провалился в сон.

* * * * *

Проснувшись, я увидел, что вокруг стало темнее, чем раньше. Дверь была приоткрыта, и доносился звук набираемой в ванной воды. Похоже, он оставил воду включённой и ушёл.

Из-за двери тихо доносился звук телевизора, но вскоре снова потемнело перед глазами, и звук исчез.

Очнувшись, я больше не слышал звука воды. Я с трудом понял, что продолжаю просыпаться и снова засыпать.

Я не хотел больше спать, но малейшее движение вызывало раскалывающую головную боль. Я повернул только глаза и долго смотрел на настольные часы на туалетном столике, показывавшие уже 5 часов дня. От этого мне стало либо скучно, либо я снова умирал, и глаза снова закрылись.

Когда я снова очнулся, в комнате было темно. У меня возникло ощущение, что кто-то стоит надо мной. Я поднял взгляд к потолку и увидел Юн Сичана, который смотрел на меня сверху вниз. У меня застыли волосы на голове, и меня охватило дурное предчувствие, но я не мог пошевелиться.

Не сводя с меня глаз, Юн Сичан протянул руку и схватил меня за горло. 

— Эй, у меня... голова кружится, чёрт... Я же больной... — мои торопливые слова прозвучали медленно и хрипло.

— Я знаю.

— Кхх…

Юн Сичан начал душить меня, доводя моё дыхание до предела, а потом внезапно отпустил. Я схватился за горло, закашлялся, а он в это время щёлкнул меня по чёлке, затем накрутил её на палец и стал играть с ней.

Я смотрел на него мутными глазами, мысленно умоляя прекратить это безумие, но он дёрнул мои волосы так сильно, что стало больно.

Но из-за одурманенного состояния я не мог разозлиться сильнее. Всё происходящее казалось нереальным.

— Ты в такие моменты чертовски...

Юн Сичан что-то пробормотал, глядя на моё лицо. Он ненадолго замолчал, затем снова пошевелил губами, но я был в полусне и не мог разобрать слов.

Казалось, он сказал «забавно», или, может, «отвратительно», или, возможно, «хочу убить». Я не знаю.

Когда я снова открыл глаза, голова была гораздо яснее. В комнате было совершенно темно. Я посмотрел на Юн Сичана — было уже за 11, и он лежал с закрытыми глазами.

Я попытался приподнять верхнюю часть тела — голова немного кружилась, но я не чувствовал, что умираю. Казалось, жар спал, я прикоснулся ко лбу — он не был таким горячим. Блять, я выжил. Посмотрев на настольные часы, я увидел, что уже три часа ночи.

Лежать дальше было невыносимо, от этого голова кружилась ещё сильнее, поэтому я сел по-турецки. В этом положении я посмотрел на Юн Сичана: этот ублюдок спал с невероятно безмятежным выражением лица.

Я посмотрел в окно: на дороге валялось несколько трупов — должно быть, там творилось что-то ужасное. Зомби яростно копошились, уткнувшись лицами в их животы.

Я также увидел магазин, из которого мы забрали еду — зомби окружили стеклянную дверь, возможно, кто-то вошёл внутрь. От этого зрелища настроение снова испортилось, и я отвернулся.

Юн Сичан спал, лёжа в правильной позе, укрывшись одеялом до солнечного сплетения. Если смотреть на него, просто лежащего смирно, он казался нормальным парнем. Мне бросилась в глаза его беззащитно обнажённая шея под отвратительно чёткой линией подбородка.

«Сейчас я могу убить его.» 

Осознав это, я поднёс руку к его горлу. Подняв одну руку, было легко поднять и другую. Если сейчас изо всех сил сжать — он сдохнет. 

Но я не мог сдавить. Потому что я не могу остаться в этом доме один. Потому что мне чертовски страшно. Потому что я не проживу долго один. Это очевидно. Внезапно мне вспомнилась каша, которую он дал мне, и мне стало не по себе. Блять, почему, чёрт возьми, именно он дал её мне?

Я убрал руку с его шеи и снова посмотрел в окно. Тупые зомби по-прежнему окружали стеклянную дверь, но что-то было не так.

Они должны были просто тупо тыкаться головами, но зомби, точно синхронизируясь, одновременно бились головами в стекло.

Десятки зомби заняли позиции и ритмично бились головами. Это было жуткое зрелище, которого я никогда раньше не видел.

Они начали биться головами быстрее, и на стеклянной двери пошли трещины. Я полностью поднялся и подошёл к окну.

Трещины на стеклянной двери мгновенно расползлись, и она разбилась. Зомби, бившиеся головами, рухнули внутрь магазина, быстро поднялись и начали беспорядочно носиться внутри.

Из-за плотно закрытого окна донёсся крик мужчины и женщины. Пиздец.