Рябов Яков

Рябов Яков 

Писатель-любитель

Blog contains AI content

33subscribers

107posts

Софтлок: Глава 22. Скрытый рут, истинная концовка и мимолетный проблеск божественности

— Радар чист, — негромко произнес Бог Покорения, не оборачиваясь. — Следующий сектор пуст. Похоже, ультимейт нашего жреца выжег не только активную волну, но и обнулил счетчик респауна на этом этаже. Продолжаем движение в построении «Клин».
— Кэйма, мне скучно! — раздался позади жалобный голос Мэгумин. Архимаг брела по серому пеплу, уныло волоча за собой свой великолепный посох Алого Демона. — Мы идем по подземелью уже два часа, а я до сих пор не произнесла ни единого слога из своего разрушительного арсенала! Какой смысл в исследовании темных глубин, если я не могу обрушить на них гнев багрового пламени?! Моя мана застаивается! Моя душа требует взрыва!
— Твоя душа требует ремня за саботаж дисциплины, — холодно отозвался Кэйма. — Я уже объяснял физику замкнутых пространств. Если ты скастуешь, мы умрём. Терпи.
— Но ведь пепел! — Мэгумин указала на пол. — Это идеальная декорация! Представь, как красиво разлетится эта серая пыль, когда я...
— Отклонено.
Слева от Кэймы раздался тяжелый металлический вздох. Даркнесс, чья отполированная броня теперь была покрыта тонким слоем праха бывших зомби, шла, понурив голову.
— Какая трата потенциала... — пробормотала крестоносец.
Кэйма поморщился, словно от зубной боли.
«И почему алгоритмы ИИ в этом мире так извращены? — подумал он, аккуратно переступая через трещину в полу. — У меня в партии ядерная бомба, которая умоляет о суициде, танк, который жаждет быть заваленным толпой зомби, и хилер, который...»
Кэйма скосил глаза на Акву. Богиня шла в самом центре их формации, гордо задрав нос и всем своим видом демонстрируя превосходство над жалкими смертными.
— Видели? Видели, как я их? — уже в двадцатый раз повторяла Аква, хихикая в ладошку. — Пш-ш-ш! И всё, кучка пыли! А вы еще сомневались в богине Акве! Теперь вы понимаете, что вам просто невероятно повезло путешествовать со мной? Кэйма, когда мы вернемся в гостиницу, я требую, чтобы ты заказал мне самую большую бутылку вина! Нет, две бутылки! В качестве подношения за спасение ваших никчемных жизней!
— Твой каст был вынужденной мерой, спровоцированной твоей же неконтролируемой генерацией агро, — механическим голосом напомнил Кэйма. — Ты не спасла нас, ты просто исправила свой же баг. Награды не будет.
Аква обиженно надула губы и показала ему язык в спину.
Внезапно внутренний интерфейс Кэймы подал тревожный сигнал. Радар, который последние полчаса оставался пустым, зафиксировал цель.
Это не была россыпь мелких красных точек, как в прошлый раз. Это был один-единственный маркер, но он пульсировал невероятной магической плотностью.
Кэйма резко остановился.
— Внимание, — прошипел он, мгновенно переходя в тактический режим. — Впереди аномалия.
— Опять зомби? — Даркнесс радостно встрепенулась, выхватывая свой двуручный меч. — Наконец-то! Пусть их будет сотня! Я приму их удар!
— Хуже. Это одиночная цель, — Кэйма прищурился, вглядываясь в густой мрак коридора, который заканчивался массивной, покрытой древними рунами каменной дверью. — Сигнатура маны колоссальная. Судя по паттернам, это босс локации. Мы дошли до эндгейма подземелья.
Партия мгновенно подобралась. Даже Аква перестала улыбаться, почувствовав исходящую из-за двери плотную, тяжелую ауру.
— За этой дверью... — прошептала Мэгумин, крепче сжимая посох. — Я чувствую средоточие великой темной магии. Лидер, может быть, теперь...
— Нет, Мэгумин, — Кэйма достал из колчана стрелу и тут же зачаровал её огнем. — Слушаем протокол. Я вскрываю дверь. Даркнесс заходит первой, активирует навык провокации и принимает на себя первый удар. Аква, держишь дистанцию и готовишь исцеление. Мэгумин, анализируешь слабости, но не кастуешь без приказа. Поняли?
Девушки синхронно кивнули. Игровой опыт Кэймы подсказывал ему, что сейчас начнется кат-сцена, за которой последует тяжелейший бой. Он просчитал варианты: некромант, гигантский костяной дракон, мутировавший химера-голем. Он был готов ко всему.
Кэйма подошел к тяжелым каменным створкам. Он осмотрел края на предмет ловушек, убедился, что их нет, и, упершись плечом, с натугой толкнул дверь. Механизмы, не смазывавшиеся сотни лет, издали протяжный, леденящий кровь скрежет.
Дверь поддалась. Кэйма отпрыгнул в сторону, натягивая тетиву. Даркнесс с боевым кличем ворвалась внутрь, готовая встретить смерть лицом к лицу.
— Покажись, исчадие тьмы! — прокричала крестоносец, поднимая меч.
А затем наступила тишина. Никакого рева монстра. Никаких взрывов темной магии. Никакого босс-файта.
Кэйма осторожно заглянул в комнату из-за плеча застывшей Даркнесс.
Его внутренний аналитик выдал ошибку: «Ожидаемый контент не найден».
Комната за дверью совершенно не походила на логово зловещего босса. Это была... спальня. Простая, давно заброшенная, покрытая вековой пылью, но обставленная с трогательной аккуратностью. Здесь был резной деревянный шкаф, небольшой письменный стол, уставленный высохшими чернильницами, и скромная, но изящная кровать под истлевшим балдахином.
А в центре комнаты, на деревянном стуле рядом с кроватью, сидел... скелет.
Он был облачен в изодранную, выцветшую мантию, которая когда-то, вероятно, принадлежала великому магу. Его кости потемнели от времени, а в пустых глазницах теплился едва заметный синеватый свет. Скелет не двигался агрессивно. Он не читал заклинаний. Он просто сидел, положив свою костлявую руку на край кровати.
Кэйма присмотрелся. На кровати, укрытый ветхим одеялом, лежал еще один скелет, поменьше. Судя по остаткам роскошного женского платья, это были останки девушки.
«Что за сбой скрипта? — нахмурился Кэйма, не опуская лук. — Босс не агрится. Хитбар не появляется. Это баг или сюжетная кат-сцена?»
Скелет в мантии медленно повернул череп в их сторону. Челюсть лязгнула, и в комнате раздался тихий, сухой, шелестящий голос, который эхом отдавался прямо в их головах:
— Утро доброе... Хотя, учитывая, сколько времени прошло, возможно, мне следовало бы сказать: «Добрый вечер»? Это наша первая встреча, путники.
Кэйма напрягся. Говорящая нежить. Разумная.
— Держим дистанцию, — прошептал Кэйма. — Это не рядовой моб.
Скелет тем временем поднял костлявую руку и, щелкнув пальцами, зажег на столе старую масляную лампу с помощью крошечной искры магии. Тусклый желтый свет озарил комнату, придавая ей еще более меланхоличный вид.
— Я Кил, — представился скелет, и его голос звучал пугающе спокойно и вежливо. — В прошлом — архимаг. Ныне — создатель этого подземелья, злой маг, похитивший дочь благородной семьи, и, как вы можете заметить, Лич.
Даркнесс опустила меч, её глаза округлились. Мэгумин спряталась за спину Кэймы, с любопытством выглядывая из-за его плеча.
Аква внезапно выпрямилась. На слове «Лич» её глаза снова начали наливаться праведным синим светом. Она шагнула вперед, сжимая кулаки.
— Лич?! Скверна на теле этого мира! — голос Аквы задрожал от гнева. — Я не позволю тебе осквернять эту землю своим существованием! Я очищу...
— Аква, отставить! — Кэйма резко преградил ей путь, выставив руку. — Стой на месте и закрой рот. ИИ босса сейчас находится в нейтральном статусе. Если ты скастуешь на него агрессивное заклинание, ты спровоцируешь энкаунтер.
— Но он же нежить! — возмутилась Аква, пытаясь обойти его.
— Он NPC с диалоговой веткой! — прошипел Кэйма. — В любой нормальной игре, если босс начинает говорить до боя, ты обязан выслушать его лор! Возможно, это квест на скрытую концовку или редкий лут. Молчи и слушай.
Он повернулся к Личу, поправив очки.
— Вы сказали, что похитили дочь дворянина, — Кэйма решил поддержать диалог, чтобы понять условия триггера. — Архимаг, ставший нежитью и запершийся в подземелье. Звучит как классическая завязка для дешевого квеста на спасение принцессы. Но судя по тому, что принцесса, — он кивнул на останки на кровати, — уже давно мертва, квест провален. В чем суть вашей истории? Зачем вы ждали здесь всё это время?
Череп Кила качнулся, и в тишине комнаты раздался звук, похожий на сухой, костяной смешок.
— О, юный авантюрист. Моя история — это не сказка о злом похитителе, — Лич перевел взгляд своих пустых глазниц на скелет девушки на кровати. Костлявые пальцы нежно погладили истлевший шелк её платья. — Давным-давно, когда моя плоть еще не обратилась в прах, я был величайшим магом этой страны. Я посвятил всю свою жизнь магическим исследованиям, отбросив мирские удовольствия. Но однажды... я встретил её.
В голове Кэймы щелкнул тумблер.
«Активация сюжетного флешбэка. Загрузка бэкграунда персонажа. Жанр: Драма/Романтика».
— Она была дочерью высокопоставленного аристократа, — продолжил Кил, и в его сухом голосе слышалась бесконечная, пронзительная нежность. — Прекрасная, добрая, но несчастная. Её судьба была решена с самого рождения. Её готовили в качестве наложницы для короля. Политической пешки, которую должны были бросить в золотую клетку, где она бы медленно увядала от тоски. Я, не знавший ничего, кроме магических формул, впервые познал, что такое любовь. С первого взгляда.
Мэгумин ахнула, прикрыв рот рукой. Глаза Даркнесс увлажнились, крестоносец сделала шаг вперед, ловя каждое слово Лича. Даже Аква перестала светиться, сбитая с толку таким нетипичным поведением монстра.
Кэйма же стоял, скрестив руки на груди.
«Классический рут "Неравная любовь". Протагонист-интеллектуал и героиня-заложница обстоятельств. В 80% таких сюжетов всё заканчивается либо трагическим расставанием, либо побегом».
— И вы решили взломать систему, — констатировал Кэйма. — Вы пошли против короля.
— Именно, — кивнул Кил. — За мои заслуги перед страной король пообещал исполнить одно мое желание. Я сказал ему, что желаю того, чего он никогда не сможет дать — её счастья. А затем я просто предложил ей бежать. И она... она согласилась. Она выбрала меня, простого мага, а не королевский трон. Мы сбежали. Против нас была брошена вся армия королевства. Я защищал её, уничтожая отряды преследователей один за другим. В конце концов, мы нашли убежище здесь, в этих пещерах. Я воздвиг это подземелье, расставил ловушки, создал големов, чтобы никто не смог её отнять.
Кости в груди Лича издали глухой, болезненный звук.
— Но время — самый жестокий враг, от которого не спасет ни одна магия. Я был тяжело ранен в боях. Мое смертное тело умирало. Если бы я умер, она осталась бы одна, беззащитная перед гневом короля. И тогда я принял решение. Я отринул законы богов и природы. Я совершил запретный ритуал и обратил себя в Лича. Я пожертвовал своей человечностью, своим будущим в чертогах богов, чтобы обрести бессмертное тело. Тело, которое сможет защищать её вечно.
В комнате повисла тяжелая, густая тишина.
Даркнесс шмыгнула носом. По её щеке скатилась одинокая слеза, оставляя чистую дорожку на покрытой прахом коже.
— Какое... благородство... — прошептала крестоносец, прижимая ладони к груди. — Стать монстром, отказаться от света, только чтобы стать вечным щитом для своей возлюбленной... Прожить жизнь в бегах, в холодной пещере, терпя гонения всего мира... О, это так трагично! Это так... так невыносимо прекрасно!
Мэгумин тоже утирала глаза краем своего плаща.
— Это история, достойная величайшего эпоса Алых Демонов, — всхлипнула она.
Кэйма Кацураги, Бог Покорения, стоял неподвижно. Его глаза за линзами очков не выражали ни печали, ни насмешки. Они выражали глубочайшее, искреннее уважение.
«Он прошел её рут до конца, — проанализировал Кэйма, чувствуя странный трепет в душе геймера. — Он столкнулся с ультимативным "Bad End" в виде собственной смерти, и чтобы избежать его, он сломал правила самой игры. Он хакнул свой собственный статус, изменив расу на "Нежить", просто чтобы продлить кат-сцену со своей героиней. Он пожертвовал своим "счастливым концом" ради её безопасности».
— Она была счастлива с вами? — тихо спросил Кэйма, уже зная ответ.
Кил медленно кивнул.
— Всю жизнь в бегах. Всю жизнь в этой темной пещере. Лишенная роскоши, балов, солнца. Но она ни разу не пожалела. Она умерла много лет назад. И в свой последний миг, держа мою костлявую руку... она улыбалась.
Лич склонил череп.
— Я выполнил свой долг. Я защищал её тело всё это время, ожидая своего конца. Я не мог совершить самоубийство — Личи не могут просто так исчезнуть. Я ждал, пока в подземелье спустится отряд, достаточно сильный, чтобы уничтожить меня. Но сегодня... сегодня я почувствовал невероятную, ослепительную святую ауру, пронизывающую верхние этажи. И я понял: мое время пришло.
Кил поднялся со стула. Его движения были лишены угрозы. Он посмотрел прямо на Акву.
— У меня есть лишь одна просьба к вам, путники. Точнее, к вам, юная жрица. Пожалуйста. Очистите меня. Отправьте мою душу туда, где она.
Кэйма опустил лук. Боя не будет.
Он посмотрел на Лича не как на монстра, а как на игрока, который выбил платиновый трофей в самой сложной, самой безжалостной игре под названием "Жизнь".
«Это истинная концовка, — понял Кэйма. — Все квесты выполнены, героиня спасена, и протагонисту остается лишь увидеть финальные титры».
Он обернулся к Акве.
Кэйма ожидал увидеть её обычную реакцию. Он ждал, что она начнет ныть, что она не бесплатный экзорцист, или потребует за это денег, или отпустит какую-нибудь глупую шутку, разрушив атмосферу.
Но когда он посмотрел на Акву, его внутренний интерфейс словно замер.
«Что происходит? Её текстуры... её спрайт изменился?»
Аква не кричала и не дулась. Она стояла ровно, и её лицо было непередаваемо спокойным. В её глазах больше не было капризного блеска избалованной девчонки — в них плескалась глубина бескрайнего, чистого океана. От её фигуры исходило мягкое, пульсирующее сияние, но оно больше не было агрессивным, обжигающим светом, уничтожающим зомби. Это было теплое, согревающее свечение утреннего солнца.
Впервые с момента их знакомства в той стерильной белой комнате Кэйма увидел перед собой не истеричного, забагованного NPC. Он увидел Богиню. Истинную Богиню.
Аква медленно, грациозно подошла к магическому кругу, в котором стоял Кил. Она не вытаскивала оружие. Она не читала громогласных заклинаний.
Она просто протянула руку с изящными тонкими пальцами и мягко коснулась лба черепа Лича.
— Архимаг Кил, — её голос звучал иначе. Он был бархатным, глубоким, наполненным материнской нежностью и всепрощающей любовью. Этот голос не мог принадлежать той дурочке, которая рыдала из-за жабьей слизи. Это был голос существа высшего порядка. — Ты нарушил великие законы мироздания. Ты отринул путь, предначертанный богами, и обратился ко тьме. Твои грехи велики...
Она ласково улыбнулась, и от этой улыбки в комнате стало светлее.
— ...но твоя любовь была чиста. Ты нес это бремя столетиями, не ради власти или злобы, а ради защиты той, кто доверил тебе свое сердце. Твое искупление завершено.
Кил задрожал. Из пустых глазниц Лича, откуда уже давно не могли течь слезы, посыпались крошечные, мерцающие искорки света.
— Именем Аквы, Богини Воды, направляющей души в их последнее путешествие, я снимаю с тебя твои цепи, — Аква закрыла глаза, и свет, исходящий от неё, начал мягко обволакивать фигуру Лича и останки девушки на кровати. — Ты заслужил покой.
— Смогу ли я... — голос Кила стал едва слышным, полным робкой надежды. — Смогу ли я увидеть её снова? Там, за гранью? Примет ли меня богиня Эрис после того, что я совершил?
Аква открыла один глаз и хитро, по-девичьи подмигнула ему, на секунду разрушив пафос, но добавив сцене невероятной теплоты.
— Эрис — хорошая девочка. Немного комплексует из-за своей плоской груди, но у неё доброе сердце. Если ты скажешь ей, что тебя прислала Аква-сама, она обязательно выдаст вам обоим лучшую комнату. Обещаю.
— Благодарю вас... Богиня... — прошелестел Кил. Кости Лича начали рассыпаться, превращаясь в сияющую, золотистую пыль.
Останки на кровати тоже начали светиться. В какой-то момент Кэйме показалось, что в этом сиянии он увидел два полупрозрачных силуэта — высокого мужчину в мантии и красивую девушку в платье, которые взялись за руки и с улыбкой посмотрели на них.
А затем свет вспыхнул в последний раз и плавно растаял, оставив после себя лишь чистый, озоновый запах.
В комнате никого не осталось. Ни Кила, ни останков девушки.
Тишина была оглушающей.
Даркнесс стояла на коленях, открыто всхлипывая и вытирая слезы латными перчатками.
— Какая любовь... — бормотала рыцарь. — Какое самопожертвование...
Мэгумин молча сняла свою шляпу и прижала её к груди в знак уважения.
Кэйма медленно выдохнул. Он погасил стрелу и убрал в колчан. В его груди было странно тепло. Он всегда считал этот мир мусорной игрой. Забагованной, нелогичной, жестокой и глупой. Но прямо сейчас эта игра выдала кат-сцену такого эмоционального уровня, до которого не дотягивали многие ААА-проекты.
«Ивент пройден. Награда получена», — мысленно резюмировал Бог Покорения.
Он перевел взгляд на Акву. Богиня стояла спиной к ним, опустив руки. Её божественное сияние погасло.
Кэйма почувствовал нетипичный для себя укол стыда. Возможно, он был слишком строг к ней. Возможно, под маской капризной, жадной и туповатой девчонки действительно скрывалась мудрая богиня, способная на великое сострадание. Он должен извиниться. Должен сказать ей, что сегодня она действительно была полезна и великолепна.
Кэйма сделал шаг вперед, открыв рот, чтобы произнести слова благодарности.
В этот момент Аква резко обернулась. Её лицо расплылось в широчайшей, абсолютно неадекватной, жадной улыбке, а на щеках играл румянец предвкушения.
— О-ХО-ХО-ХО! — загоготала Аква, падая на колени перед старым письменным столом и сгребая в охапку пыльные документы. — Вы видели?! Лич исчез, а значит — всё его имущество теперь официально бесхозное! Кэйма, смотри! Под кроватью сундук! Чур, все золотые кольца и диадемы мои! Мы богаты! Я куплю себе целую бочку того эля! Нет, две бочки! И жареную жабу! И...
Кэйма застыл с открытым ртом.
Трогательная атмосфера рассыпалась быстрее, чем кости Лича.
— Кэйма, чего стоишь?! Тащи мешки! Даркнесс, прекрати рыдать, помоги мне вскрыть этот замок! Мэгумин, посвети чем-нибудь, тут под плинтусом, кажется, серебряная монета завалялась!
Голос Аквы был полон такой первобытной, меркантильной алчности, что Кэйма почувствовал, как у него начинает дергаться глаз.
Внутренний интерфейс Бога Покорения обновился.
«Системное сообщение: Баг устранен. Модель поведения NPC возвращена к базовым настройкам. Статус "Идиотка" восстановлен».
Кэйма Кацураги тяжело вздохнул, закрыв лицо рукой. Иллюзии разбились. Игра оставалась мусором.
— Аква, — ледяным тоном произнес он, подходя к сундуку и безжалостно отпихивая жадные руки богини от антикварной шкатулки. — Весь лут подлежит описи, оценке в Гильдии и зачислению в общий фонд партии.
— Задрот-тиран! Ты не имеешь права! Это мой лут, я его очистила! — завопила Аква, повиснув на его руке.
— Ты очистила душу, а лут материален. Отойди, пока я не всадил в тебя пару стрел. Мэгумин, Даркнесс, собираем всё ценное. Нам еще предстоит обратный путь через очищенные коридоры.
Слушая возмущенные вопли Аквы, эхом разлетающиеся по древнему подземелью, Кэйма методично складывал сокровища Лича в инвентарные сумки. Романтика закончилась. Начиналась суровая, прагматичная реальность инвентарного менеджмента.
Subscription levels6

Человек

$0.33 per month

Воин

$0.66 per month

Герой

$1.31 per month

Легенда

$3.3 per month

Бог

$6.6 per month

Неведомая Хтонь

$13.1 per month
Go up