Глава 28. Беженцы
fb2
Глава-28.fb228.10 Kb
На фоне новостей о пылающих сиетчах мы с Эларой сидели в кабинете, просматривая отчеты о добыче, но мысли были далеко от этого.
— Сардаукары вырезают фрименов целыми стоянками и сиетчами, — хмуро произнесла Элара. — Император решил окончательно зачистить их и, заодно, лишить Лето возможных союзников. Скоро дойдёт очередь и до Табра.
Я молча кивнул. Канон стремительно летел в тартарары, но, честно говоря, именно этот факт меня это не сильно расстраивал. В оригинальной истории Стилгар, Чани и сиетч Табр играли ключевую роль. Особенно старая Преподобная Мать Рамалло. Именно она передала свою Общую память леди Джессике, сделав её Преподобной не только в линии Бене Гессерит, но и в фрименской линии, что и сделало её такой сильной и особенной. Ведь местные Преподобные вышли из миссионерок Бене Гессерит и обладают их умениями, но это было очень давно, умения ослабли и исказились, пошли своим путём. Их Голос ослаб, их Прана-Бинду(владение телом) хуже, хотя и оно позволяет изменять внутри себя яды и продлевать жизнь. Такая себе «аракисская копия». Но даже в таком состоянии фрименские Преподобные не только пробуждают в себе Пямять Предков, но и передают всю эту память своим преемницам. А во время Спайсовых Оргий. Частично, и всему племени. Именно поэтому этот ритуал такой важный у фрименов. Хотя название могли бы и более благозвучное подобрать.
Только вот Ромалло в каноне совершила огромную ошибку. Во время пробуждения и передачи Общей Памяти Джессике, так как она не могла ждать, эту же память разблокировала и получила Алия, которую вынашивала Джессика. Даже если она это поняла в момент передачи памяти, что-либо сделать она уже не смогла, так как умерла. И если даже для Джессики, опытнейшей Бене Гессерит, это было тяжело, то что говорить о плоде девочки у которого вообще не было своего сознания? Эталонная Мерзость, табу для всех Бене Гессерит. И каким чудом в каноне у Алии всё же развилась собственная личность — не понятно. А раз нет Алии-Мерзости, то нет и той жести что устроила личность молодого Владимира Харконнена в Империи, управляя и влияя Алией. Именно поэтому, собственно, такие дети и называются Мерзостью потому что пробуждают память обоих линий предков и не могут их контролировать. Но тут Джессика не покидала свой Орден, а значит не могла родить Мерзость — уже хорошо. Интересный факт, Лето II и его сестра Ганима, дети Пола и Чани, тоже разблокировали память предков в утробе, но не стали Мерзостью. Отличие от Алии было в том что Алия была одна, а Лето и Ганима, близнецы, друг у друга. Они не только поддерживали друг друга, но и личности их родителей защищали их сознание от других. Потом каждый из них создал свой способ защиты от негативного влияния. Теперь же даже если будут их аналоги, то точно с другим набором генов. А если нет Лето II, то кто поведёт Империю по Золотому Пути жёсткой рукой? Вопрос…
Да и если фримены будут сидеть у себя — галактике спокойнее. В каноне, когда Пол отомстил и захватил власть в Империи, всё могло закончиться стандартным хэппи эндом, где он достойно правил и дал толчок развитию Империи… , но нет. Фримены. Религиозные фанатики. Вырвавшись с Арракиса они обрушились на несогласные с властью Пола миры. А сам Пол их остановить и не мог, хотя он их Мессия, а они его Верные Последователи которые должны слушаться каждого его слова. В итоге, как говорил сам Пол, разгоревшийся Джихад Пола Муатдиба уничтожил полностью девяносто миров с жертвами в шестьдесят один миллиард. И ладно бы это было нужно для высшей цели спасения остальных, но нет. Тупой религиозный фанатизм, причем против воли самого религиозного лидера. Так что сидят по своим сиетчам, и пускай сидят дальше.
— Стоит ли нам вмешиваться? — спросила Элара, словно прочитав мои мысли.
— Нет, — я покачал головой. — Сделать мы почти ничего не можем. У нас нет ни личной армии, способной противостоять легионам Императора, ни рычагов политического давления. Инсайдерской информации тоже ноль: мы понятия не имеем о точных планах Падишаха или Гильдии. Влиять на них — даже не смешно.
Элара согласно вздохнула, закрывая сводку новостей.
— К тому же, — добавил я, — Стилгар — тертый наиб. Он точно не будет сидеть и ждать, пока его людей сварят заживо в их же пещерах. У него должен быть свой план отступления. Нам остается только наблюдать со стороны.
В этот момент на панели коммуникатора мигнул зеленый индикатор, прерывая наши размышления. Из динамика раздался спокойный голос Торна.
— Леди, у нас гость. У внешнего периметра стоит одинокий фримен. Оружие в ножнах, держит руки на виду. Требует личной встречи.
Мы с Эларой переглянулись. Одинокий фримен у ворот в такое время — это явно не случайный путник, заблудившийся в дюнах.
— Пропусти его, Торн. Проверь на взрывчатку, оружие пусть оставит у себя, это их обычай. Мы сейчас спустимся.
Когда мы вошли в приемный отсек, гость уже ждал нас. Я узнал его: это был Отейм, один из старших разведчиков Стилгара. Его смуглое лицо пересекал свежий, шрам, а на лице была печать глубокой озабоченности и тяжёлых дум. Вид у него был измотанный, но держался он с привычной фрименской гордостью, стоя прямо, словно натянутая струна. Он не стал тратить время на витиеватые приветствия Воды и прочие церемонии.
— Наиб Стилгар просит вас о встрече, — сухо и по-деловому произнес Отейм. — Времени мало. Разговор срочный.
Мда. Не вмешиваться не получается. Да, можно проигнорировать такую прямую просьбу от Стилгара, но это было бы не недальновидно. До сих пор наше сотрудничество было взаимовыгодным, а прямой отказ разрушит всё что успели достичь. Прямо нас тоже будет не обвинить. Указа об уничтожении фрименов не было. К тому же, любопытство — порок, от которого трудно избавиться. Зачем мы понадобились Наибу в момент, когда его сиетчу грозит полное уничтожение?
— Передай Наибу, что мы принимаем приглашение, — кивнул я. — Вылетаем через час.
***
Мы летели на Пепелаце низко над дюнами, стараясь не светиться. Крайт и Лиза остались дома. Оставив машину в неприметном ущелье, под маскировочной сетью, мы двинулись пешком к условленному месту в сопровождении Отейма. Не успели мы пройти и половины пути, как из-за нагромождения валунов бесшумно появились шесть вооруженных федайкинов. Никакой засады или враждебности — они ждали именно нас. Вперед вышел Корба, правая рука Стилгара. Его глаза внимательно изучали нас.
— Наиб Элара Варос. — Корба коротко склонил голову. — Мы просим вас держать генераторы щитов отключёнными. Щит в пещере — приманка для Создателя. Клинки можете оставить при себе.
Его тон был вежливым, но непреклонным. Я кивнул Эларе, и мы послушно выполнили эти условия. Они были приемлемыми. Корба достал небольшую походную флягу. Стилгар явно отдал приказ провести ускоренный ритуал.
— Мы делим воду, — произнес он священную фразу, отпивая глоток и протягивая флягу мне. — Ты входишь как друг и наиб. Шаи-Хулуд видит.
— Мы принимаем вашу влагу и ваше гостеприимство, — ответила Элара по форме, делая символический глоток и передавая сосуд мне. Нас официально признали союзниками в час нужды, и проводили к глухому, тупиковому каньону. Корба подошел к й стене и скользнул в скрытый вход в пещеру, перекрытый влагосберегающей плёнкой, сейчас открытой по шву. Проход через пещеру и выход через через такую же плёнку. Еще несколько таких же проходов и вот он — вход в сиетч. Скрытый во тьме пещеры.
Створки разошлись, пропуская нас внутрь. Нас повели самым быстрым и скрытным маршрутом. Фидайкины взяли нас в плотную «коробочку» — не столько конвоируя, сколько охраняя. По пути я замечал, как в боковых туннелях кипит организованная работа. Нас намеренно вели так, чтобы мы не видели главных резервуаров с водой, а проходы в жилые зоны, где находились дети и женщины, были плотно закрыты тканевыми завесами. Сиетч к чему-то готовился. Никакой паники — только методичная, суровая подготовка. Нас привели в комнату, выполняющую роль кабинета, Стилгар уже ждал нас.
— Ты пришел в час нужды, наиб Варос, — произнес Стилгар своим глубоким, ровным голосом, делая шаг навстречу. — Вода твоего Дома и вода сиетча Табр теперь стали ближе. Садитесь. Нам предстоит решить несколько вопросов.
Мы с Эларой опустились на плотные подушки, разложенные прямо на полу. Кроме Наиба, здесь остался только Корба, застывший у входа подобно каменному изваянию.
— Вы знаете, что происходит на поверхности, — жестко начал он, упираясь руками в колени. — Псы Императора выжигают сиетчи один за другим. Они не берут пленных и не щадят никого. Мы не питаем иллюзий: рано или поздно они найдут Табр.
— Вы собираетесь дать им бой здесь? — спокойно спросила Элара.
Стилгар криво усмехнулся.
— Что будет — известно только Судьбе. Это не ваша судьба и вас она не касается. Но часть племени найдёт приют в Пустыне.
Это было разумно. Исход — единственный шанс спасти людей. Но я понимал, что Наиб позвал нас не для того, чтобы просто сообщить об этом.
— У такого перехода есть цена, Наиб, — осторожно заметил я. — Глубокая Пустыня не прощает слабости.
— Верно, Кейн, — Стилгар тяжело кивнул. — Путь будет долгим. Взять всех мы не сможем. И именно поэтому я пригласил вас. У нас был взаимовыгодный договор, и вы доказали, что умеете держать слово и хранить секреты. Я прошу вас об услуге.
Стилгар посмотрел прямо в глаза Эларе.
— Я прошу вас забрать и укрыть небольшую группу, — произнес он. — Тех, кого вы сможете взять и тех кто гарантированно не переживут переход через дюны, но чья кровь и знания важны для нашего народа.
В этот момент плотная тканевая завеса в глубине кабинета отодвинулась. В помещение вошли две молодые фрименки. Они бережно, но с величайшим почтением поддерживали под руки иссохшую, сгорбленную старуху. Неужели Рамалло? А значит девушки это кандидатки в саятдины. И одна из них может быть Чани.
Старуха выглядела так, словно состояла только из костей, обтянутых пергаментной кожей. Она опиралась на узкий костяной посох. Когда она подняла голову, в полумраке блеснули глаза. От нее буквально веяло дряхлостью.
— Это Рамалло, — коротко представил ее Стилгар, подтверждая догадку, но не используя никаких титулов. — Наша уважаемая старейшина. Она хранительница старых сказок и многих традиций Табра. Дорога убьет ее, а оставлять ее здесь на растерзание сардаукарам — оскорбление для племени. Спрячьте ее у себя, пока буря не утихнет.
Я почувствовал, как внутри меня всё замерло, но на лице не дрогнул ни один мускул. Стилгар играл свою партию великолепно. Он представил свою Преподобную Мать как обычную старую сказительницу, рассчитывая, что чужаки не поймут истинной ценности этой высыхающей женщины. Он прятал свое главное сокровище у нас на виду. Хотя имело ли это смысл? Она поддерживает свою жизнь техниками Прана-Бинду из последних сил. Она, буквально, на последнем издыхании. Надеются прожить ещё хоть немного и доучить одну из учениц? Сказительница. Забавно. Если бы не её состояние это был бы не просто джекпот — это был бы Грааль. Возможно, Элара сможет получить какие-то уроки от неё, пока она жива. Как минимум записи с камер никто не отменял. Я бросил короткий взгляд на Элару. Она тоже всё поняла.
— Лишние люди — это риск, Наиб, — Элара разыграла легкое сомнение, хмуря брови. — Особенно сейчас, когда вас уничтожают.
— Я знаю, что прошу о многом, — кивнул Стилгар. — Но мы делим воду. И Табр не забудет этой услуги.
— Хорошо, — Элара «нехотя» сдалась, кивнув. — Мы заберем их. Но все кто пойдут с нами должны поклясться своей водой и водой племени, что будут выполнять мои приказы. Пока они не вернутся. У нас другая жизнь и обычаи, и если они будут ставить свои обычаи выше наших — тогда им лучше остаться здесь.
Старая Рамалло всё это время молчала. Но когда Элара озвучила свои условия, она внимательно посмотрела на неё своими пронзительными синими глазами. Ее взгляд, тренированный сотнями лет чужого опыта, скользнул по её лицу. Я не знаю, что она там увидела, но старуха лишь плотнее сжала сухие губы и еле заметно кивнула. Сделка была заключена.
Стилгар также медленно кивнул, нехотя принимая условия. Когда мы перешли к деталям, выяснилось, что вместе со старой «Сказитильницей» пойдут четыре ее помощницы — те самые ученицы-саядины. Среди них была и угловатую, но уже по-пустынному хищную девочку-подростка. Чани. Наложница Муад'Диба и мать его детей, включая Лето II. Впрочем, Стилгар никак ее не выделял, для него она была лишь одной из четырех послушниц, чья задача — ухаживать за Рамалло и перенимать ее знания, пока та еще дышит. Ни одного намёка что это дочь самого авторитетного человека среди фрименов, «по совместительству» подрабатывающего Имперским Планетологом и Судьёй Смены — Кайнза. Кроме них Наиб передавал под нашу опеку еще около сотни человек. В основном это были молодые женщины с грудными младенцами. Те, кто физически не смог бы выдержать изматывающий марш-бросок через песчаное море к южным широтам, и чье присутствие стало бы фатальной обузой для уходящего племени.
Элара осталась в сиетче, чтобы привести их к клятве водой и проконтролировать сборы, а я тем временем покинул Табр. Пепелац при всем желании не вместил бы сотню пассажиров, поэтому пришлось возвращаться за транспортом. Долетев приказал подготовить три тяжелых пустынных краулера, включая самого первого старичка, способных перевозить людей. Параллельно слуги получили приказ срочно освободить и переоборудовать один из дальних складских секторов блокпоста под жилые помещения. Через пару часов я уже гнал колонну из трех краулеров в сопровождении двух вооруженных багги охраны обратно к стоянке. Фримены уже ждали нас. Сцена прощания женщин с остающимися мужьями была тяжелой, но совершенно лишенной привычных истерик. Никто не рыдал, не рвал на себе волосы. У фрименов слезы — это непростительная трата влаги, даже в минуты величайшего горя. Суровые бородатые воины, федайкины, которым предстояло остаться в Табре и превратить его в смертельную ловушку для сардаукаров, молча подходили к своим женам. Они соприкасались лбами, задерживаясь так на несколько долгих ударов сердца. Короткие, рубленые фразы.
— Сохрани его влагу для племени, — глухо произнес молодой воин, касаясь свернутого в ткань младенца на руках своей жены. — Мой нож усохнет вместе с твоим, — ответила она с сухими, лихорадочно блестящими глазами.
Стилгар стоял в стороне, непреклонный, как сама скала. Он обменялся короткими кивками с Эларой, подтверждая, что договор вступил в силу. Старую Рамалло ученицы бережно погрузили в кабину первого транспорта. Как только последний беженец оказался внутри, тяжелые аппарели закрылись. Я дал по газам. Колонна вырвалась из каньона и взяла курс на блокпост, оставляя позади обреченный сиетч.
Путь прошел без происшествий. Женщин и детей быстро провели в подготовленные помещения. Здесь не было роскоши, только наспех брошенные матрасы, сухие пайки и строгий приказ Элары не покидать пока выделенную зону без разрешения. Фрименки, привыкшие к суровой дисциплине сиетча, восприняли эти ограничения как должное.
Рамалло и ее учениц мы разместили в отдельной, хорошо охраняемой комнате в основном здании. Когда дверь за последним беженцем закрылась, я наконец позволил себе с шумом выдохнуть. У нас на блокпосте Рамалло. Та самая. Только готовая в любой момент уйти к Шаи-Хулуду. Можно ли будет этот прискорбный момент отодвинуть? Как? И стоит ли? Это нужно было хорошо обдумать.
дюна том 2
Прям Хроники Риддика вспомнил о технологиях Некромонгеров и полутрупах прозревающих в саркофагах обитающих.
Евнух и друг Шаддама тоже попытка создания Квисатц Хадераха, он евнухом стал из-за того что его неудачным посчитали(что бы мол не плодился, и да вполне мог спонтанно чего и предсказать, а уж желания отомстить неубавит и наличие жены Гессеритки).