Раннее утро в подгорном мире было особенным временем, когда свет, проходящий через далекие ячейки на потолке пещеры только начинал освещать свои владения, а мягкие голубоватые тени как последние бледные кусочки ночи неохотно расползались и становились короче.

Рассвет застал Рема сидящим на прохладной еще чуть влажноватой траве. Молодой человек зевнул и с хрустом потянулся, утерев рукавом выступившие в уголках глаз слезы: за последние недели юноше ни разу не удалось нормально выспаться. Несмотря на это, сегодня он пришел значительно раньше положенного и теперь сидел на поляне, заполненной яркими благоухающими цветами, только-только раскрывшими свои лепестки навстречу новому дню.

Теперь его тонкие пальцы перебирали цветы, глаза внимательно вглядывались в чашечки, выискивая сияющие любопытные глазки цветочных духов среди обычных растений. Рем был невероятно, почти смертельно сосредоточен: он плел венок.

Пальцы юноши чуть путались, когда старательно сплетали
стебли, создавая неровное, но трогательное украшение. В каждое движение Рем
вкладывал все, что до сих пор не решался сказать вслух: восхищение,
благодарность, желание быть рядом с Наарой, защищать ее.

В груди теснились мысли и чувства, которые Рем не мог
толком ни выразить, ни скрыть. Белая змея казалась ему воплощением всего чудесного,
что он встретил в этом странном подземном мире. Ему хотелось рассказать Нааре,
как она важна для него, как прекрасна в его глазах.

Но стоило немного отвлечься и воображение сразу же неслось галопом, а память услужливо подкидывала ему сцену их знакомства в беседке, навсегда запечатлевшую в его сердце бесконечные стройные белоснежные ноги змеи, идеальные бедра… В такие моменты Рему хотелось вскочить и надавать себе пощечин за мерзкие неподобающие мысли по отношению к ней, такой возвышенной и чистой.

— Молодой господин? — раздался тихий, почтительный голосок за спиной.

— Привет, Кью.

Рем не обернулся, лишь слегка улыбнулся, продолжая плести. Дух осторожно подобрался ближе, он аккуратно оперся лапками о колено Рема, разглядывая пестрые цветы в его руках.

— Что это?

— Подарок, — отозвался Рем.

— Неужели... для госпожи Наары? — спросил Кью, и в его голосе прозвучало странное сочетание восхищения и тревоги.

Рем почувствовал, как жар разливается по щекам. Он сильнее наклонился над своей работой, будто надеясь, что длинная челка скроет румянец.

— Она... она вчера так помогла мне вчера, когда я запутался с печатью поиска, — пробормотал он, как будто оправдываясь за что-то. — Я очень хочу ее отблагодарить.

Кью замер, глазки-бусинки расширились и заблестели.

— О-о, да, госпожа Наара такая добрая! — воскликнул он, но тут же прервал сам себя и закончил уже тише. — Только… господин Рем, венок?

Рем нахмурился, наконец подняв глаза:

— Что не так с венком?

Маленький дух заерзал, его круглые лапки нервно теребили травинку.

— Нет-нет, ничего! Просто... госпожа Наара она ведь… — он замолчал, явно борясь с собой. — такая величественная! Такой простой подарок может быть… не совсем уместен? Да и можно ли вот так запросто дарить подарки… госпоже?

Рем улыбнулся, критические осматривая свое чуть кривоватое творение:

— Белый, голубой, розовый и фиолетовый — я специально
выбирал самые светлые цветы, мне кажется, они ей к лицу. Ну а если ей не
понравится, уверен, Наара найдет способ простить глупого человека.

Кью от неловкости так резко втянул голову, что чуть не потерял равновесие. Он хотел спросить еще что-то, но в этот момент резкий свист прорезал воздух — Нокс звал на тренировку.

— О, нам пора!

Рем вздохнул и, отряхнувшись, отправился к сегодняшнему месту тренировки.

Сегодняшней площадкой для тренировок был выбран обширный грот, стены которого был усыпаны тысячами крошечных светящихся кристаллов.

Наара стояла на небольшой возвышенности. Ее белые волосы, обычно распущенные, сегодня были заколоты небольшой серебряной шпилькой и струились по плечам, переливаясь в голубоватом свете. Кожа женщины мягко светилась в лучах магического солнца, придавая ей ореол холодной и недосягаемой звезды, сияющей высоко в ночном небе.

Рем замер на краю поляны, внезапно осознав, как дрожат его руки. Венок за спиной теперь казался глупой затеей. Что он вообще мог ей дать?

Между тем Наара заметила Рема и приступила к уроку:

— Доброе утро! Сегодня попробуем заклинание поглощения. Оно относится к боевым и напрямую взаимодействует со стихией земли… — объявила Наара, и ее голос, тихий и мелодичный, заставил юношу вздрогнуть. — Рем, что такое? Ты слушаешь?

Женщина присмотрелась к нему, и тепло с нотками озадаченности в ее голосе придало юноше храбрости.

Он подошел уже совсем близко и теперь сделал решительный шаг вперед, чувствуя, как комок подкатывает к горлу.

— Я… я сплел это для тебя. Если... если ты не против... — наконец выдавил он, протягивая венок.

Тишина повисла между ними. Кью, стоявший сзади замер, боясь дышать

Брови Наары приподнялись, когда она увидела венок в его руках. Рем смотрел, как по ее лицу, словно бы вырезанному из белого мрамора и навсегда застывшему в спокойствии, пробежала еле заметная волна эмоций. Удивление, улыбка, легкая грусть — каждое настроение на секунду касалось ее губ, отражалось в удивительных глазах и исчезало.

Женщина приняла венок из рук Рема как величайшую драгоценность, рассматривая каждый цветок. Вдоволь насмотревшись, она протянула украшение обратно и сердце его болезненно сжалось.

— Надень сам, — неожиданно попросила Наара и наклонилась, позволяя юноше украсить свою голову цветами.

Нежные разноцветные лепестки легли на голову и подчеркнули ее необычные серебристо-белые волосы. Глаза белой змеи неожиданно оказались на одном уровне с его собственными.

— Красиво, — улыбнулась она и неожиданно провела пальцами по щеке Рема.

От этого прикосновения юноша чуть не лишился чувств. Ладонь Наары была прохладной и невесомой, как дуновение ветерка, но Рема как будто поразил удар молнии. Женщина лишь слегка коснулась его щеки и сразу же отстранилась, а он все еще стоял безмолвным истуканом.

— Как я выгляжу? — игриво спросила Наара, слегка покружившись.

— Прекрасно, — выдохнул Рем, не в силах отвести взгляд.

Наара рассмеялась — будто серебряные колокольчики зазвенели. Сердце парня бешено стучало.

— Давай все же попробуем заклинание, — предложила она, будто не замечая его смятения.

Они вместе спустились чуть ниже, где на обширном песчаном пустыре, поросшем редкими кустиками вялой желтоватой травы, уже ждал Нокс.

— О, молодой господин изволил явиться на тренировку, — протянул он издевательским тоном, нарочито подражая Кью. Тут он заметил венок, — Что ты там учудил?

Наара проигнорировала Нокса, хлопнув в ладоши:

— Итак, заклинание поглощения! Несмотря на то, что оно относится к боевым, по большей части, это заклинание-ловушка, серьезного противника оно может только задержать. После того как создал печать, представь, что земля — это две ладони. Ты должен почувствовать ее форму, раскрыть ловушку и захлопнуть ее над головой соперника. — сказала она, указывая на змея. — Он и будет твоим соперником. Нокс достаточно силен и точно не пострадает, даже если ты закопаешь его на месяц, но, думаю, до этого не дойдет.

Вторую часть фразы Наара договорила торопливо, глядя на вытянувшееся и побледневшее лицо Рема, который во всех красках вообразил Нокса, расплющенного тяжестью земли.

Была в этом воображаемом зрелище и крупица мстительного удовольствия, за все те разы, когда «наставник» шпынял и орал на него, но все же он ни в коем случае не хотел становиться причиной превращения духа в кровавую кашу. Поэтому сегодня Рем, пожалуй, впервые порадовался тому, что слишком слаб, чтобы причинить настоящий вред.

Соперники встали друг напротив друга. Нокс зачищал кинжалом когти и всеми силами показывал скуку и незначительность происходящего.

Юноша сложил пальцы в заученную печать, теперь нужно было почувствовать энергию земли, направить ее в нужную точку и мысленно приказать почве разойтись. Звучало просто, но Рем подозревал, что на практике все будет куда сложнее.

Он вытянул руки в сторону Нокса, закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Легкий ветерок перебирал складки одежды — если не знать, что ты глубоко в мире духов, разницы с миром смертных почти никакой, звуки, ощущения...

Рем искал в себе то особое ощущение, которое Наара называла "магическим каналом" и наконец нашел. Тонкая струйка энергии потекла от его сердца к кончикам пальцев.

Теперь нужно было направить эту энергию в землю под ногами Нокса. Рем представил, как сила уходит вниз, просачивается сквозь траву и камни, достигает нужной точки...

— Давай же! — нетерпеливо крикнул Нокс. — Или мне до вечера ждать, пока молодой господин соберется поразить меня своим могуществом?

Юноша дернулся от неожиданности, и концентрация рассеялась. Он открыл глаза и увидел, что земля под ногами Нокса лишь слегка приподнялась, образовав небольшой холмик.

— Попробуй еще раз, — мягко подбодрила Наара.

Рем кивнул и снова закрыл глаза. На этот раз он был
куда внимательнее, вложил в заклинание больше энергии. Почувствовал, как
магический поток стал мощнее, увереннее...

Земля под ногами Нокса дрогнула, но лишь слегка —
песок поднялся маленьким вихрем, обсыпав его сапоги. Змей даже не пошевелился,
лишь поднял бровь.

— Ужас как страшно. Еще пара сотен раз, и я точно
сдамся.

Рем стиснул зубы. Он закрыл глаза, стараясь
сосредоточиться, представляя, как земля раскрывает хищную пасть, представил
огромные руки, раскрывающиеся, чтобы поймать, хватать, давить... Но вместо
этого перед его внутренним взором внезапно возник образ Наары — ее улыбка, изящные
движения, то, как она поправляет венок в серебристых волосах...

— Сконцентрируйся, — ее тихий голос прозвучал прямо
над ухом и Рем не удержал поток энергии.

Раздался глухой удар и ругательство Нокса. Рем открыл глаза и увидел, мужчину, стоящего по колено в земле, расступившейся под его ногами. Вкупе с каменным выражением лица, Нокс, выглядел довольно комично, но смеяться над ним означало верную смерть, поэтому все пытались сохранять смертельную серьезность, лишь Наара позволила себе яркую улыбку при взгляде на врытого в землю братца.

— Лучше, — кивнула она, оценив старания Рема. — Но все еще недостаточно. Попробуй еще.

Следующие полчаса он упорно тренировался, но результат каждый раз был примерно одинаковым. То земля захватывала Нокса по щиколотки, то ему на голову сыпался дождь из комьев грязи, то под ногами появлялась совсем неглубокая воронка. Змей выбирался из каждой ловушки без малейшего труда и с каждым разом умудрялся придумать все более обидные шуточки для Рема.

— Как называется это заклинание, «Щекотка травинкой»? — съехидничал он после очередной неудачной попытки, вытряхивая траву из волос и одежды. — Или «Нежный массаж лепестками»? Кажется, ты собрался вписать свое имя в теорию боевой магии.

Красный до кончиков волос, Рем смотрел на кончики сапог и даже не мог ответить. Он хотел показать себя с лучшей стороны, но вместо этого провалился по полной, поэтому слова Нокса били точно в цель.

— Я не уверена, но возможно, дело в стихии Рема, — сказала Наара больше самой себе. — Нужно будет кое-что проверить, а пока еще есть время для практики.

Он кивнул, стараясь не показать своего разочарования, закрыл глаза, восстанавливая концентрацию, как вдруг…

— Рем, послушай… — позвала Наара.

Она стояла совсем близко, в паре шагов позади. Белая змея, вероятно, хотела что-то сказать насчет техники выполнения заклинания или тока магической энергии и Рем с готовностью обернулся.

Он не успел открыть глаза и… увидел.

Сквозь веки Наара светилась белым силуэтом, точь-в-точь как…

Хозяин Горы.

Тот самый образ, который он видел, когда впервые прозрел под горой — тонкий белоснежный силуэт, мерцающий сквозь веки собственным светом, одновременно прекрасный и пугающий.

Рем вскрикнул, резко отпрянув, запнулся и с трудом удержал равновесие.

— Что случилось? — Наара нахмурилась, ее голос был наполнен искренней заботой.

— Н-ничего... Магический поток вдруг резко оборвался. Кажется, я просто устал и не могу его удержать, — пробормотал он, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.

Только вот управление потоком было ни при чем, Рем знал об этом и ложь давалась ему тяжелее всего.

Наара смотрела на него странным взглядом, будто видела насквозь и ощущала, как дрожит от страха его тело, но ничего не говорила.

— Может, на сегодня хватит? — предложила она. — Ты выглядишь уставшим. Наберись сил в источнике, через пару дней мы отправимся на особенную прогулку.

Нокс тихо фыркнул, но не стал возражать. Рем лишь кивнул, не в силах произнести ни слова, он развернулся и отправился в путь, ведомый браслетом, совершенно не глядя куда ступают его ноги.

***

Магический источник, окутанный легкой дымкой, был местом, столь полюбившимся Рему. Вода здесь была теплой и мягкой, с легким серебристым отливом. Она затягивала царапины, успокаивала боль в мышцах после изнурительных тренировок.

Самые тяжелые мысли, связанные с его прошлым, отступали после часа, проведенного в окружении тьмы, наполненной мерцанием огоньков и шепотом тихих струй... Но сегодня даже магическая купальня не смогла унять беспокойство, разрывавшее Рема изнутри.

Он сидел в воде, чувствуя, как странная тяжесть давит на грудь.

«Почему?»

Белоснежный силуэт, проступивший сквозь веки.

Таким он видел так только Духа Горы. Никого кроме него.

А теперь и ее… Наару.

Рем с силой ударил ладонями по воде, подтянул колени к груди и обхватил плечи руками. В источнике было тепло, но тело знобило от ледяного ужаса.

Юноша попытался расслабить сведенные судорогой плечи, не получилось, тогда он с плеском погрузил голову под воду, пытаясь заглушить поток мыслей. Стоило ему закрыть глаза и перед ним раз за разом возникала все та же белоснежная свеча — высокая изящная фигура божества перед синим алтарем. В ушах звенел многоголосый смех.

«Мне нужна твоя душа» повторял восторженный голос на разные лады, гуляя в черепной коробке Рема как эхо в пустом коридоре, множился, становясь хором призраков.

«На всю жизнь» шептали они и Рем, не в силах выдержать их натиск, изо всех сил заорал, выпуская всю накопленную ярость и боль прямо в воду чудесного источника.

Вслед за выдохшимся криком он сделал резких вдох… и как следует нахлебавшись воды выпрямился, отплевываясь и громко кашляя.

В голове сами собой вспыхнули слова Нокса: «Она — особенная и уже пострадала из-за человека».

Такие слова совершенно неприменимы к великому божеству, но что, если Нокс врет? Рем откинулся на каменный бортик, отбросив мокрые волосы со лба, он размышлял:

«У кого спросить, кому доверить секрет своих глаз? Кью должен что-то знать, но трясется как листик при одном упоминании Хозяина, толи от страха толи от обожания, он правды не расскажет. Нокс терпеть меня не может и… — парень вспомнил перекошенное от гнева лицо змея, — любит свою сестру, кем бы она ни была. А Наара...»

Он сжал кулаки под водой.

«Кто ты на самом деле?»

И самое неприятное — юноша до последнего судорожно цеплялся за любую мысль, начинающуюся со слов «а что, если…», позволяющую логично объяснить произошедшее. Рем был готов списать все на дефект своего нового зрения, странный эффект проклятия, он даже готов был поверить в собственное безумие, лишь бы не потерять Наару.

В тишине, нарушаемой лишь легким плеском струй источника, Рем вдруг с болезненной ясностью осознал: он не хочет и больше не может без нее.

***

От автора:

Сегодня автор празднует День Рождения и субботняя глава коротковата. Но все, кто дочитал до этого момента, я уверена, понимают, звучит тревожная музыка, сейчас что-то будет!

Спасибо вам, что остаетесь со мной в мире Пепла,

ваша Inane_C