historia.maximum 

Сведения о первых правителях Шумера опираются прежде всего на «Царский список» из Ниппура. В нём основателем Первой династии города Унуг, известного нам как Урук, назван Мескианггашер, Mèš-ki-áĝ-ga-še-er. Его происхождение связывают с богом солнца Уту. О нём рассказывают почти как о существе вне обычного мира: он «вошел в море и поднялся в горы». За этими образами вряд ли стоит конкретная биография. Скорее, это отзвук памяти о строительстве храмового комплекса под названием Эана.

Дальше в повествовании появляются фигуры с функциями «культурных героев», которые выводят народ из «варварства» в мир городов. Их образы стоят на границе истории и мифа. Энмеркару (En-merkar) приписывают строительство поселения Унуг вокруг комплекса Эаны. В сюжетах «Энмеркар и Энсукушсирана» и «Энмеркар и владыка Аратты» он не только воюет, но и созидает. Именно с ним связывают появление письма на глиняных табличках. В этих историях уже звучит важная для всей месопотамской традиции мысль о городе как главном достижении человека. Интересно, что именно Энмеркару приписывают перенос центра почитания тогда ещё иноземной богини Инанны (Иштар) из далёкой загадочной страны Аратта в Урук.

Следом за ним правит Лугальбанда (Lugal-banda). Его образ раскрывается через поэтические тексты, такие как «Лугальбанда в горной пещере» и «Лугальбанда и птица Анзуд». Со временем этот персонаж меняется. В более поздней традиции он уже не просто герой прошлого, а обожествлённая фигура.

Завершает этот ряд Бильгамес, bil-ga-mes, так звучало его имя в ранней шумерской форме, известной позже как Гильгамеш. В шумерских песнях «Бильгамес и Хувава», «Бильгамес и Небесный Бык», «Бильгамес и Агга» перед нами не трагический искатель бессмертия, знакомый по аккадскому эпосу. Это прежде всего воин и защитник города. Его цель не победить смерть, а сохранить «вечное имя» через подвиги.

Вообще все три персонажа дошли до нас в противоречивой так и не сложившейся форме. Тем более, что материальных следов того периода у нас чрезвычайно мало.

Однако именно этот ранний пласт представлений о героях лег в основу собирательного образа уже раннединастического периода, который я обозначил как «Бильгамес из Унуга».