※※※

　Жон сонно зевнул, наблюдая, как студенты начинают неловко подниматься на ноги. Ранние пташки уже выходили из душевых с такой энергией, от которой ему хотелось плакать. Его глаза вели безнадёжную борьбу за бодрствование, а ноги отказали ему ещё несколько часов назад.

　Когда он предлагал взять эту обязанность на себя, чтобы помочь мисс Гудвич, он ожидал нескольких вещей. Во-первых, это поможет ей и, следовательно, расположит её к нему. Она была его лучшим источником информации и советов в этой академии, и он мог честно сказать - его главной поддержкой. Кроме того, он надеялся получить то, что, как он предполагал, будет относительно простым заданием, чтобы директор не поручил ему что-то ещё, с чем он, возможно, не справился бы.

　Так или иначе, он ожидал, что нужно будет просто присмотреть за несколькими подростками, пока они готовятся ко сну, разобраться с парой ссор в худшем случае, а затем и самому немного отдохнуть.

　О, бедный ты глупец, — певуче терзал его предательский внутренний голос. — Присматривать за студентами и была работой... как ты сможешь присматривать за ними, если будешь спать?

　Ему и Порту пришлось бодрствовать. Всю ночь. Каждую минуту, пока 99.9% учащихся мирно посапывали, на тот самый маловероятный случай, что кто-то проснётся и попытается наделать глупостей.

　Каких - он не знал. Вряд ли они стали бы пытаться совершить что-то противозаконное в комнате, полной тренированных молодых бойцов, которые могут проснуться от малейшего звука возни. Возможно, это было скорее на случай, если какая-нибудь новоиспечённая парочка решит сблизиться покрепче в ночи.

　Никто не решился.

　Ни единый человек не проснулся даже для похода в туалет, оставив Питера и его стоять, прислонившись к стене несколько часов, пока они оба не сдались и не нашли себе стулья. Его единственным спутником были затянувшиеся рассказы Питера о его молодости, которые становились всё менее и менее буйными по мере того, как ночь уходила сменяясь ранним утром.

　Даже Питер, казалось, начал терять интерес к разговорам.

　— Ещё немного, парень... — пробормотал старший преподаватель, тоже потирая глаза. По крайней мере, его усталость, казалось, скрывалась за густыми бровями и пышными усами. Но Жон начал замечать её признаки и в нём тоже. — Скоро всё закончится... а потом... сон.

　— Жду не дождусь, — ответил он зевотой. Его взгляд наткнулся на Руби Роуз, уже успевшую посетить женский туалет, принять душ и переодеться. Жон почему-то ничуть не удивился ее бодрому виду, как, впрочем, и ее сестре, которая довольно удачно имитировала зомби. Стоит заметить, что состояние Янг было ему куда ближе и понятнее.

　— Почему бы тебе не пойти и позавтракать, Жон, — предложил Питер, кивнув в сторону столовой, куда направлялись несколько студентов. — Быстрая трапеза и кофе могут тебе взбодриться.

　— Ты уверен, что моя помощь не потребе? — неуверенно спросил он. Хотя предложение звучало заманчиво, ему не хотелось бросать своего нового боевого товарища на произвол пробуждающейся орды.

　— Ты сделал достаточно, мой мальчик. К тому же, студенты в столовой тоже могут нуждаться в присмотре, — мужчина подмигнул ему, произнося это, и Жон позволил себе усмехнуться в ответ этой хитрости.

　— Что ж, ты прав. Негоже, чтобы они пали жертвой взбунтовавшегося круасана, — пошутил он в ответ и был доволен, увидев, как мужчина рассмеялся.

　— Попроси кофе для преподавателей! — прошептал ему Питер, прежде чем тот успел уйти, с серьёзным выражением на лице. — Но чтобы никто не услышал.

　— Эм-м... ладно? — он пожал плечами, пока старший коллега отпустил его. Жон быстро уловил намёк. Его тело жаждало топлива почти так же сильно, как и сна, с последнего приёма пищи прошло уже больше двенадцати часов.

　Столовая Бикона была величественным залом. С большими дубовыми дверями и высокими витражными окнами вдоль всей одной стены. Длинные деревянные столы ровными рядами тянулись вдоль всего помещения. Войдя внутрь, Жон заметил множество раздававших студентам еду работников столовой, а также многочисленные торговые автоматы, расставленные по всему периметру зала.

　Наверное, стоит взять кофе, как советовал Питер... — подумал он про себя, направляясь к одному из свободных окон с раздачей еды. Он не был особым поклонником этого густого напитка, находя его отвратительным, но кофеин определённо был бы сейчас кстати.

　— Что вам подать? — дружелюбно спросил улыбающийся Жону крупный мужчина в белом. Перед ним было расставлено несколько тарелок с различными видами жареного мяса, яиц, а также фруктами и выпечкой.

　— Я просто возьму немного фруктов и хлеба, — пожал плечами Жон, накладывая себе на тарелку. Он также добавил в пиалу джема для себя. — Только закончил дежурство по надзору за студентами, и вряд ли справлюсь с более тяжёлой едой.

　— О, так ты новый преподаватель! — рассмеялся крупный мужчина. — Ночная смена, слышал я, всегда самая тяжёлая. Эй... — мужчина понизил голос до шёпота, оглянулся по сторонам и наклонился вперёд. Сознание Жона, всё ещё наполовину затуманенное недосыпом, не увидело ничего особо опасного в том, чтобы приблизить лицо к незнакомцу, вооружённому кухонным ножом, и он тоже наклонился. К счастью, немедленной смертью это не обернулось.

　— Тебе налить особого взвара? — спросил повар таким тоном, каким обычно предлагают сбыть какой-нибудь особо опасный контрабандный товар.

　— Кофе для преподавателя? — предположил Жон, надеясь, что речь не о чём-то более криминальном. Повар громко шикнул на него, но кивнул. — Да, я возьму один. Кофеин мне не помешает.

　— Понимаю тебя. Я сейчас вернусь, подожди тут, — мужчина быстро скрылся в боковой комнате, пока Жон стоял и ждал, лениво покусывая круассан, чтобы утолить голод, прежде чем его желудок доберётся до его позвоночника. Спустя несколько мгновений мужчина вышел, медленно ступая и стараясь удержать равновесие с чем-то в руках. — Вот, держи. И помни... храните это в тайне, храни в безопасности.

　— Эммм... Спасибо... — пробормотал блондин, уходя и размышляя, во что же он ввязался. Кофе выглядел так же, как и любой другой, — тёмно-коричневым, почти чёрным, со светлой кромкой у белого ободка. Он не думал, что Питер Порт всерьёз подставил бы его, подсунув что-то незаконное, так что, возможно, это просто что-то с огромной дозой кофеина, что не хотели давать подросткам. В этом был свой смысл.

　Найти свободный стол оказалось достаточно легко, учитывая ранний час, и он устроился за ним, после чего немедленно намазал на круассан непозволительно щедрый слой джема и с аппетитом впился в него зубами. Еда была восхитительной, ещё тёплой и свежеиспечённой. Где-то в глубине сознания он задался вопросом, а оценят ли еду так же по достоинству те, кто встал поздно, всю её истинную прелесть, но отбросил эту мысль как неважную. Он-то оценил.

　И всё же... пора попробовать этот... особый взвар... — подумал он про себя, вызывающе поднимая чашку перед глазами. Белый фарфор не давал ответов. Ни намёков, ни подсказок о возможностях, таящихся внутри.

　Потому что это была просто кружка.

　Со вздохом он поднёс её ко рту и сделал длинный глоток.

　И тогда мир взорвался.

　Призрачные руки обняли его, тепло материнских объятий сзади, когда она прошептала на ухо: “всё будет хорошо, Жон”. Свежий утренний бриз, казалось, пробился сквозь камень и стекло, чтобы заполнить его ноздри и взбодрить, даже когда приглушённый шум студентов стёрся.

　Пение птиц. Его было так много, они были так высоко в небе, а птицы облюбовали Бикон как свой дом. Их утренние трели наполнили его внутренним покоем, который трудно описать словами. Это была нирвана, словно он постиг смысл всего сущего и смог отсечь все помехи. Никаких тревог о будущем или прошлом. Только красота текущего мгновения.

　Слеза счастья навернулась на уголке одного глаза, прежде чем медленно скатиться по щеке и повиснуть там, забытая.

　— ПРИВЕТИК! — раздался неподалёку крик, заставив его вздрогнуть и откинуться назад, пока его умиротворение разлетелось на миллион осколков вокруг. Инстинктивно его руки сформировали защитный барьер вокруг амброзии в кружке, а тело приготовилось броситься навстречу всему, что могло бы попытаться навредить ей.

　— Эм... — произнес всё тот же голос, который Жон наконец сумел опознать как женский.

　Он поднял взгляд и увидел рыжеволосую девушку, держащую тарелку с блинами и уставившуюся на него. Она выглядела слегка озадаченной:

　— Ты только что на меня шипел? — спросила она.

　— Тебе, должно быть, показалось, — ушёл от ответа Жон, не уверенный в том, что именно он сделал, будучи выдворенным из своего счастливого места. Рассеянным взглядом он скользнул вниз и увидел, что кружка пуста. Когда он успел выпить всё?!

　— Ладно! — радостно воскликнула девушка, плюхнувшись напротив него и поманив спутника последовать её примеру. Это был экзотичного вида юноша с розовыми глазами и иссиня-чёрными волосами, в которых, однако, выделялась прядь розового цвета. — Меня зовут Нора, а это мой лучший друг Рен! Но мы не парочка...

　— Спасибо, Нора, — прервал её Рен, не дав продолжить. — Лай Рен, а это Нора Валькери. Как я понимаю, вы один из преподавателей здесь. Доброе утро.

　— И вам доброе. Меня зовут Жон Арк, вне занятий можете звать меня просто Жон, — сказал он, пожимая плечами, и взял себе ещё один щедро смазанный ломтик круассана. Рен кивнул в знак того что принял информацию, но ничего не сказал, приступив к своему завтраку. Взгляд Жона ненадолго вернулся к рыжеволосой девушке, когда она вонзила вилку в то, что выглядело как стопка из восьми блинов, и подняла всю стопку разом. Затем она принялась уплетать её, как самое сладкое мороженое в истории.

　Лааааадненько...

　— Простите, если это прозвучит грубо, — вмешался Рен, отвлекая внимание Жона от впечатляющего зрелища перед ним. — Но вы выглядите довольно молодым. Как вы стали преподавателем здесь?

　— Если честно, то это была всего лишь случайность, — улыбнулся он, размышляя о том, что конкретно ему следовало сказать, чтобы не выдать себя и вместе с тем выполнить просьбу Озпина насчет сохранения в тайне своей недостаточной квалификации. — Мне двадцать лет, и преподавать сюда меня пригласил лично директор.

　Возможно, им окажется достаточно и этой информации, а если у них возникнут какие-либо вопросы, то пусть тогда Озпин выкручивается самостоятельно. Впрочем, Жон сомневался, что кто-то мог попытаться приставать со всем этим к директору.

　— Тогда ты, наверное, суперсильный! — провозгласила девушка, вторгаясь в его личное пространство и наклоняясь через стол.

　Куда же делись блины? Неужели она съела их все?!

　— Мы можем когда-нибудь сойтись в тренировочном бою, Жонюшка?

　— Профессор Жон, — вежливо поправил юноша, отхлёбывая апельсиновый сок.

　— Я так и сказала!

　— Возможно, когда ты станешь немного опытнее, Нора, — просто предложил Жон с улыбкой, внутренне слегка вспотев при мысли о схватке с этой безумной девчонкой. Может, к тому времени и он сам сумеет набраться опыта!

　— Само собой! — согласилась девушка, словно его замечание было самым очевидным, что она слышала в жизни. — Сейчас у меня нет шансов победить преподавателя, но ты только подожди!

　— Извините мою подругу, она всегда такая, — извинился более сдержанный юноша, кивнув Жону. В ответ Жон лишь улыбнулся и покачал головой.

　— Всё в порядке. Я не гнушаюсь неформального общения со студентами.

　Честно говоря, эти двое вполне могли бы стать его друзьями или, например, товарищами по команде... А с той же Норой он не отказался бы... Хотя нет, отказался бы. Даже сама мысль о чем-то подобном вызывала у него дрожь. Лишь друзьями и товарищами по команде - так звучало гораздо лучше.

　Вместо этого он ловил себя на том, что ведёт себя старше них. И не только ведёт, но и чувствует себя старше! Как будто сам акт разговоров и реакций в более зрелой манере возводил барьер, который ему было трудно преодолеть. Одна лишь эта мысль грозила раздавить его.

　— Арк! — раздался голос поверх общего гама, в зал продолжали прибывать новые студенты. Жон откинулся на спинку стула и увидел, как Питер входит в помещение и зовёт его.

　— Увидимся в другой раз, удачи на инициации, — извинился он, неловко улыбнувшись девушке, которая немного захныкала от разочарования, в то время как Рен лишь вежливо кивнул на прощание.

　— Позавтракал, парень? — спросил Питер, и Жон ответил кивком. — Хорошо, хорошо. Я сейчас перекушу и прикрою столовую. Мне нужно, чтобы ты присмотрел за шкафчиками, убедился, что всё идёт как надо. Прямо за дверьми, коридор налево, не промахнёшься. Уже много студентов туда направляется.

　— Конечно, конечно. А что потом? — спросил Жон в ответ, чувствуя прилив бодрости от особого кофе, которым ему посчастливилось насладиться, но зная, что этот подъём скоро сменится спадом.

　— Скоро студентов позовут к обрыву для проведения церемонии посвящения. Проводим их и после этого пойдем отдыхать, — ухмыльнулся Питер. — Осталось максимум пара часов. Всё почти уже закончилось.

　— Ладно, тогда я отправлюсь к шкафчикам. Потом увидимся, — он помахал рукой, направляясь в указанную Питером сторону, ориентируясь больше по толпам студентов, чем по наводке старшего товарища. К счастью, Питер был прав, сказав, что не пропустит это место: в зоне находилось как минимум тридцать или больше студентов, достававших оружие из шкафчиков.

　Если Жон правильно понял, то эти самые шкафчики были оснащены ракетными двигателями. О них упоминалось в записях Глинды. Основная идея подобной конструкции состояла в том, что с помощью свитка можно было задать нужные координаты и в любой момент получить свое оружие прямо в руки. Наверное, это казалось весьма полезным изобретением.

　Настоящая глупость, — возражал его разум. — В самом деле, если Гримм застали тебя врасплох, значит, ты каким-то образом забрёл в чётко обозначенные леса без оружия... Или, что ещё хуже, вышел за стены Вейла. От гражданского такого можно ожидать по случайности, но от Охотника?

　Хотя кто он такой, чтобы судить? Возможно, это нечто, имеющее смысл только для настоящих Охотников.

　Как раз когда он разглядывал синие шкафчики, кто-то налетел на него сзади, заставив развернуться, в то время как женский голос возмутился толчку.

　— П-профессор! — девушка с белыми волосами со вчерашнего дня ахнула, её глаза расширились от того, что она в него врезалась. Бедняжка выглядела наполовину в ужасе, наполовину в растерянности, и, несмотря на то, что он был её ровесником и если бы не вызывала у Жона некоторый страх, то он бы, наверное, бросился ее успокоить.

　— Не волнуйся, это я виноват, — он протянул вперёд ладони, чтобы успокоить её, но воздержался от фактического прикосновения. — Я как и мой коллега по дежурству, не спали, так что боюсь, мои мысли немного рассеяны.

　— О-о, понимаю, — девушка пришла в себя, взглянув на него, затем глубоко вдохнула. — Я хотела бы официально извиниться за свои действия прошлой ночью, профессор Арк. Я вышла за рамки приличий и обещаю больше не вести себя столь недостойным образом.

　Закончив эту короткую речь, она кротко склонила перед ним голову. Честно говоря, он был более чем немного удивлён извинениями. Он считал её чрезвычайно горделивой особой и ожидал, что она просто постарается его игнорировать.

　— Ох, да нет проблем, — он отмахнулся от извинений со смешком. — Я могу понять, что нервы натянуты вскоре после переезда на новое место. Оставим всё это позади. Кстати, вне занятий можешь звать меня Жон.

　Он добьётся, чтобы это все узнали до конца дня. Если потребуется - вырежет это у них в головах собственноручно эту информацию.

　— Спасибо, профессор Жон, — кивнула девушка, заставив его слегка дёрнуться от этого, ещё более худшего, обращения. — Меня зовут Вайсс Шни. Пока вы здесь, могу я представить вам Пирру Никос?

　— Привет, — поприветствовала девушка, стоявшая с Вайсс, когда Жон повернулся к ней лицом.

　Черные кружевные трусики.

　— Доброе утро, — ответил он, надеясь, что его глаза не дёргаются, пока он смотрит на рыжеволосую богиню, стоящую перед ним. На ней была искусно сделанная бронзовая броня, сочетающаяся с красной тканью, которая гармонировала с её ослепительно рыжими волосами.

　И чёрными кружевными трусиками.

　— Я слышала о преподавателе, близком нам по возрасту, очень приятно познакомиться. Вы, должно быть, усердно учились и старались, чтобы получить здесь место, — сделала комплимент девушка, её зелёные глаза смотрели на него с явной доброжелательностью.

　У тебя. Очень сексуальная попка. — ответило его сознание.

　— Не больше, чем кто-либо другой, уверен, — ушёл он от ответа с лёгким смешком, к которому она присоединилась.

　О боги, почему так легко разговаривать с девушками и вызывать их смех, когда он притворяется преподавателем?!

　Вода, вода, кругом вода. Но ни капли, чтобы утолить жажду.

　— Приятно это слышат, — сказала Вайсс, неохотно отвлекая его внимание от рыжеволосой девушки перед ним. Возможно, так было лучше. — Если можно спросить, профессор, где вы учились?

　— Без проблем, мисс Шни. Я учился в Академии Вакуо для одаренных подростков, — ответил он с лёгкой улыбкой, затем поморщился, когда все разговоры вокруг резко прекратились. Краем глаза он уже видел, как несколько других студентов отвлеклись от своих бесед, чтобы уставиться на него.

　— В... Академии Вакуо? — прошептала рыжеволосая девушка с удивлением, её глаза широко раскрылись, а лицо исказилось беспокойством. — Я слышала о том, что случилось. Соболезную вашей утрате, — прошептала она ему, её зелёные глаза затуманились сочувствием, что, честно говоря, его удивило.

　— Мне так жаль, что я спросила, профессор! — быстро вставила Вайсс, размахивая руками перед собой. — Простите, если я пробудила тяжёлые воспоминания!

　Неужели все знают об этом событии, кроме него, прежде чем оно стало частью его якобы биографии?!

　— Всё в порядке, мисс Шни, — принял он извинения с лёгкой улыбкой, довольный тем, что может обращаться к ней по фамилии, поскольку она казалась более формальной особой, чем другие девчата, с которыми он уже познакомилсяранее. Честно говоря, она производила впечатление даже более холодной, чем Глинда Гудвич, и это о многом говорит. Однако, несмотря на такое поведение и небольшой шрам, спускающийся от глаза, Жон мог признать, что беловолосая девушка была очень красива.

　— И всё же мне жаль, — снова извинилась она. — Я не должна была позволять своему любопытству взять верх, особенно когда речь идёт о члене преподавательского состава.

　— Пожалуйста, не беспокойтесь, — настоял Жон, ненадолго положив руку ей на плечо, а затем улыбнувшись. В самом деле, он даже не был ни в том месте ни в той ситуации, но начинал чувствовать невероятную вину за то, что невольно использовал его. Насколько же плохо пришлось тем несчастным, кто там оказался в ловушке? — Не все мои воспоминания о Вакуо плохи, за годы, проведённые там, было больше хороших моментов.

　— Думаю, это лучший способ помнить о них, — заметила Пирра, улыбаясь ему мягкой улыбкой, которая почти что поздравляла его с более зрелым и приятным ответом. От этого он почти покраснел. — Если это не слишком грубо, профессор. Могу я спросить, сколько вам лет?

　— Мне двадцать, — солгал он легко, слегка пожав плечами. — Мне было семнадцать, когда Академия пала.

　— Три года. Вы потратили это время на тренировки? — спросила Пирра, склонив голову набок, что интересным образом изменило положение её волос и обнажило длинную, гладкую шею.

　— Я провёл год или два у руин Академии, помогая людям. Когда я смирился с произошедшим, я немного попутешествовал, помогая то тут то там, где мог, а затем подал заявку на учёбу здесь.

　— Подавал заявку на учёбу? — с недоверием спросила Вайсс, заставив Жона мысленно выругаться. Чёрт, он так отвлёкся на обеих девушек, а также на воспоминания об одной из них менее одетой прошлой ночью, что забыл о лжи, которой Озпин велел придерживаться.

　— Ах, ну, пожалуйста, держите это в секрете, но я хотел поступить сюда в качестве студента, хоть я и немного стар. Но директор рассмотрел мои документы и решил, что я гораздо лучше подхожу на роль профессора. По его словам, три года сражений в одиночку в землях Гриммов гораздо лучше сказываются на навыках, чем посещение любой Академии. В его глазах это и тренировка, и выпуск, всё в одном.

　— Вы хотите сказать, вы могли бы быть здесь студентом? — снова спросила беловолосая девушка, прежде чем с явным огорчением опустить руки перед собой. — Вы могли бы вступить в нашу команду! — громко пожаловалась она.

　— Согласна, это было бы прекрасно, — легко улыбнулась ему рыжеволосая.

　— Ничего подобного, в нашу команду! — прокричал мужской голос неподалёку, пока студенты собирались вокруг них троих.

　— В нашу! — возразил другой, голоса нарастали, и Жон вздохнул.

　Да... ему бы это понравилось...

※※※

　— Я вижу, вы пережили ночь, — поприветствовал директор, после того как студентов запустили катапультой в лес. Если бы Жон был честен, он признал бы, что рад не оказаться на их месте. Он не был уверен, как пережил бы падение, и всё ещё не был уверен насчёт этих студентов. Однако он не показал своего дискомфорта, доверяя, что Озпин и Гудвич не стали бы убивать так много студентов у него на глазах.

　— Да, хотя я немного вымотан, — признался Жон с лёгким пожатием плеч. Рядом с Озпином стояла Глинда Гудвич, занятая наблюдением за происходящим со своего свитка. Жон также мог разглядеть Питера, смотрящего на свой позади них.

　— Этого следовало ожидать. Мы не будем задерживать вас здесь надолго. На самом деле, вы и Питер освобождены от официального распределения по командам. Нам нужно сначала провести инициацию, — мужчина сделал длинный глоток кофе, затем его взгляд скользнул влево, где была занята Глинда. — Кстати, мистер Арк. Вам, возможно, довелось выпить чашечку хорошего кофе этим утром?

　— Довелось, — легко кивнул Жон. — Это был очень... впечатляющий напиток.

　И это ещё мягко сказано. Он всё ещё чувствовал прилив сил, а воспоминание о напитке едва не заставляло его задуматься о нападении на мужчину перед ним. Который пил его прямо у него на глазах!

　— Рад, что вы со мной согласны, мистер Арк. Очень рад.

　— О чём это вы, директор? — спросила заместительница директора с приподнятой бровью, глядя на них. К удивлению Жона, ему почти почудилась краткая вспышка паники на лице директора, прежде чем она исчезла.

　— Мы говорили о катапультировании, — легко солгал Озпин, вызвав у Жона лёгкое недоумение. — Мистер Арк. Не все согласны с тем, что мы делаем или почему мы это делаем. Но мы должны защищать то, что для нас важно.

　— Катапультирование в большинстве случаев совершенно безопасно, — согласилась Глинда. — Умение быстро соображать - важный навык для будущих Охотников, я удивлена, что кто-то может с этим не согласиться.

　Тем временем Жон удивлённо приподнял бровь, глядя на директора, который игнорировал Глинду и вместо этого поднял свою кружку перед лицом, словно поднимая тост за Жона, в то время как его глаза скользнули к Глинде, и он кивнул головой в её сторону.

　— Согласен, это озадачивает. Но некоторые считают это вредным и опасным, — ответил директор. Снова подняв кофе в сторону Жона и кивнув в сторону Глинды.

　Ооо... — сообразил Жон, кивнув один раз в сторону директора, чтобы показать, что понял. Всё же было странно думать, что Глинда может быть против того, что, очевидно, является лучшим кофе на планете. Возможно, её просто ещё не просветили.

　— Ну да... запуск в кишащий Гриммами лес можно считать вредным для здоровья... — предложила та самая женщина с озадаченным выражением лица.

　— Ах, у нас первая пара! — прервал Питер с возгласом, заставив троих быстро достать свои свитки и активировать переданные на них трансляции. Жон наблюдал, как на свитке начало отображаться изображение, где девушка с прошлой встречи, Пирра, похлопывала по плечу девушку с каштановыми волосами, доброжелательно улыбаясь.

　Стоп, это что, кроличьи ушки? — он приблизил изображение чуть сильнее и увидел, что у девушки и вправду была пара коричневых кроличьих ушей на голове - похоже, она была кроликом-фавном.

　Здесь есть девушка-кролик...

　Это просто пиздец как нечестно! Я хочу быть в команде с ними! — его разум завопил о несправедливости, даже когда он не мог оторвать глаз от милого лица девушки. — Чёрт возьми.

　— Вельвет Скарлатина, — произнесла рядом Глинда Гудвич, и, к его удивлению, он смог уловить лёгкий оттенок грусти в её голосе.

　— Мне стоит что-то о ней знать? — спросил Жон, заметив, что даже у Питера на лице появилось слегка умилённое выражение.

　— Вельвет была второкурсницей в этой академии и уже состояла в команде, — ответила ему Глинда. — Она была членом команды CFVY, также известной как команда “Кофе”.

　Воспользовавшись паузой в ее рассказе, Жон бросил быстрый взгляд на Озпина, лицо которого в данный момент не выражало абсолютно ничего.

　Да, это был самый лучший напиток в мире, но он что, и в самом деле назвал в его честь целую команду?!

　Тот просто сделал ещё один глоток, на его лице застыло отрешённое выражение лица. Жон не мог сказать, думал ли он о девушке, о которой шла речь, или просто погрузился в собственную кофейную нирвану.

　— Что случилось с командой? — спросил он вместо этого у двух других преподавателей.

　— Команда “Кофе” всё ещё активна, — ответил за него Питер. — Вчетвером они были отличной командой, близкими товарищами. Настоящими охотниками с большим потенциалом. Близкими как семья.

　— Однако Вельвет была ранена во время своей первой учебной миссии, — вмешалась Глинда. — Хотя рана и не была смертельной, травма ноги оказалась достаточно серьёзной, чтобы на заживление ушли месяцы, а затем ещё несколько месяцев физиотерапии для полного восстановления подвижности. И хотя мисс Скарлатина в основном специализируется на работе с Прахом, но в боевых искусствах полагается именно на ноги, так что до полного выздоровления она сражаться просто не могла.

　— Не успели мы опомниться, как прошло десять месяцев, прежде чем она выздоровела. Хотя она и успевала за всей учебной программой благодаря помощи своей команды... — Глинда грустно замолчала. — Она не смогла перейти на следующий курс. Её боевые навыки были слишком низки, и она подвергалась бы большому риску на будущих миссиях. Ради её же блага мы приняли решение оставить её на второй год.

　— Она плохо восприняла это? — предположил Жон, размышляя, как бы он сам себя чувствовал, если бы его оторвали от друзей подобным образом.

　— Вельвет - кроткая девушка, — ответил Питер, качая головой. — Она отнеслась к этому с пониманием, как всегда. Её команда, с другой стороны...

　Он рассмеялся, затем продолжил:

　— Как и любая настоящая команда, они были недовольны и отказались принимать нового члена к себе в команду. Сказали, что замена невозможна, и что это лишь до тех пор, пока Вельвет не нагонит их, после чего они примут её обратно.

　Жон решил, что в подобной ситуации поступил бы точно так же. Именно такого отношения ему не хватало на должности преподавателя, и было очень приятно представлять наличие у себя столь преданных друзей.

　— Однако это маловероятно, — вступил в разговор директор, показывая, что слушал всё это время. — На данный момент она снова первокурсница. И Пирра Никое станет её новым напарником.

　Беседа перешла на более обыденные темы, пока Жон между камерами, вполуха обращая внимание на то, как незнакомые ему имена объединялись в пары. Он даже указал остальным на нескольких парней, встретившихся друг с другом. Правило первого зрительного контакта было достаточно легко соблюсти, особенно учитывая, что большинство пар остались с теми с кем столкнулись без особых претензий.

　Если уж касаться тех, кто хоть как-то был ему знаком, то Руби стала напарницей Вайсс в том, что наверняка станет весьма взрывным партнёрством. Последнее, что он видел из их взаимодействия, не оставило лучшего впечатления: две чуть не ранили друг друга в инциденте с дружественным огнём. И всё же он искренне надеялся на то, что им удастся преодолеть все противоречия и разногласия. В конце концов, Руби оставалась его своего рода подругой.

　Янг...

　Он содрогнулся, лишь подумав про это имя. Белокурая дьяволица объединилась с тихой девушкой с книжкой и красивыми ножками с прошлой ночи, Блейк Белладонной, как ему сказала Глинда. Это партнёрство наверняка заставит повернуться не одну голову, и все они будут мужскими. Рен с Норой умудрились стать партнерами настолько быстро, что Жон даже заподозрил их в жульничестве, но преподавателей это, казалось, не волновало, а эти двое были ему достаточно симпатичны, чтобы поднять этот вопрос.

　Согласно объяснению Озпина, в руинах в центре находились шахматные фигуры, и фигура, выбранная каждой парой, будет определять команды из четырёх человек. Слоны к слонам, кони к коням, и наоборот. Пешек там вроде бы не имелось, но зато фигуры были как черными, так и белыми, и для попадания в одну команду парам требовалось выбрать одинаковый цвет.

　— У руин идёт крупная битва, — внезапно произнёс Питер неподалёку, заставив Жона бросить на него тревожный взгляд, прежде чем вернуться к своему свитку и перебирать камеры. — Это крупный Невермор, — прокомментировал преподаватель, когда Жон наконец нашёл нужную камеру.

　О Господи...

　Он мог различить восемь студентов, буквально тех восьмерых, с кем он познакомился, собравшихся в группу на мосту, в то время как огромный Невермор пикировал на них. В книгах, которые он читал, говорилось, что они варьируются от одного до нескольких метров в размахе, но эта тварь должна была быть как минимум сорок метров от крыла до крыла!

　— Это выглядит интересно, — прошептал директор, когда все смотрели изображение с одной камеры.

　— Это выглядит опасно, — вырвалось у Жона, прежде чем он успел сдержаться, беспокойство за новых друзей боролось с чувством самосохранения. Как они могут быть готовы к такому чудовищу, если у них даже не начались первые учебные дни?!

　— Ваша забота о студентах делает вам честь, мистер Арк, — легко произнёс директор. — Но не волнуйтесь, доктор Ублек рядом и готов вмешаться, если ситуация того потребует.

　— Ублек мог бы прикончить эту тварь даже во сне, — рассмеялся Питер, ободряюще показывая Жону большой палец. Жон сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться, но обнаружил, что хотя осознание их безопасности и заглушало часть страха, полностью от него избавиться не получалось.

　Он был таким огромным, а они - такими маленькими.

　— Две команды разделяются, — проанализировала Глинда, когда восемь фигур разбились на два квартета. Жон наблюдал, как темноволосый стрелок Рен выкрикивал указания своим напарникам, направляя их открыть огонь по Невермору. Похоже, у него была пара автоматов, в то время как оружие Пирры могло превращаться в ружьё. Нора... та, что хотела с ним сразиться... имела гранатомёт.

　О боги, нет.

　Девушка-кролик, Вельвет, стояла на месте, но, казалось, тихо говорила что-то себе, прежде чем направить руку в сторону существа. Перед ней возникло огромное огненное зарево, которое устремилось к чудовищу и врезалось в его перья. Чудовище развернулось к ним, подставив спину другой четвёрке.

　— Они отвлекают его? — неуверенно предположил он, получив согласный звук от Глинды, наблюдавшей за сценой на своём свитке. Невермор пикировал на четверых, а парень в зелёном снова что-то крикнул, заставив их кинуться врассыпную. В итоге монстр сумел задеть лишь Нору, вынудив ее закрутиться вокруг своей оси и упасть на землю.

　— Он попал по ней! — воскликнул Жон.

　— Её аура поглотила урон, Ублеку пока не нужно вмешиваться, — вставил Озпин.

　Её аура? — Глаза Жона расширились. — О святой летающий дерьмо! Аура! Как я мог забыть!?

　Он не забыл, он планировал поднять этот вопрос, когда поступит в качестве студента и её разблокируют, но из-за смены планов и постоянного состояния, близкого к панике, он запамятовал.

　Он. Жон Арк. Преподаватель Академии Бикон, так и не разблокировал свою ауру.

　А они могут это почувствовать!? Что, если заметят? — ну, ответ был очевиден. Если заметят - его вышвырнут, мгновенно. Сама мысль о том, что охотник, семь лет обучавшийся в Академии Вакуо, не имел разблокированной ауры, была до смешного нелепой. Ему нужно было её разблокировать.

　— Видишь, они справились без особых проблем, — воодушевлённо сказал Питер, пока Жон моргал от удивления.

　Стоп, уже всё кончилось!? — он отвлёкся всего на короткое время, как ему показалось. И всё же, когда его взгляд вернулся к экрану, он увидел, что зверь уже падает в ущелье, лишённый головы. А Руби Роуз, застенчивая пятнадцатилетняя девочка, восседает на скале, с развевающимся за спиной плащом и косой в руках.

　Ладно. Это круто.

　— Уверен, тебя очень обрадовало то, что она полностью оправдала твое доверие. Правда ведь, Озпин? — рассмеялся Питер, в то время как упомянутый мужчина лишь загадочно улыбался. Жону было интересно, что он имел в виду, но нервы были ещё слишком натянуты, чтобы спрашивать.

　— Команды уже возвращаются сюда, — вмешалась Глинда. — Маячки в шахматных фигурах не пострадали, так что нам известны составы команд. Теперь наступает самая сложная часть, — она вздохнула, потирая лоб, что заставило Жона выглядеть слегка встревоженным.

　— Да. Эта часть года всегда самая худшая, — согласился директор, в то время как Питер просто пробормотал что-то о том, как жаль, что Ублека нет здесь, чтобы помочь им.

　— Можно я спрошу, о чём речь? — всё равно поинтересовался Жон.

　— Существует традиция давать командам кодовые имена, представляющие их. Они должны состоять из четырёх букв, использующих инициалы каждого члена команды. Эти буквы, в свою очередь, должны образовывать осмысленное слово, — директор, казалось, вздохнул после объяснения. — Это традиция, от которой мне до сих пор не удалось избавиться.

　— Беру на себя CRDL! — внезапно воскликнула Глинда. — С этого момента их станут называть командой "Кардинал", возглавляемой Кардином Винчестером.

　— Нечестно... слишком легко... — пробурчал Питер, начиная придумывать названия для другого квартета, которого Жон не знал. Мисс Гудвич, казалось, проигнорировала бормотание Питера, поправляя очки и всем своим видом показывая, что считает свою миссию выполненной.

　— Я займусь командой мисс Роуз, — заявил Жону Озпин, оставив ему единственную другую знакомую команду, состоящую из Вельвет, Пирры, Рена и Норы. Рассеянно он выписал их инициалы в своём свитке, используя сенсорный экран, чтобы перетаскивать их в разные комбинации.

　Команда NPRV. Хм, “Неприведи...” Так, ладно. В таком виде вряд ли могло получиться что-нибудь путное.

　Некоторое время Жон продолжал перебирать вариант за вариантом, пока окончательно не вышел из себя из-за своей беспомощности. Нет, правда! Наверняка имелось немало подходящих слов, но всё портила эта проклятая буква “V”!

　— Отныне команда, состоящая из Руби Роуз, Блейк Белладонны, Вайсс Шни и Янг Шао Лонг, будет известна как команда RWBY или "Руби", которую она же и возглавит, — объявил Озпин спустя несколько минут, выглядя весьма довольным собой, и сделал затяжной глоток кофе.

　Рядом с Жоном Глинда уставилась на него. Как и Питер.

　“Руби” пишется не через “W”, — высказала их общее мнение последняя. — И не кажется ли вам, что называние всей команды в её честь может девушке вскружить голову?

　— Что-что? “Кардин-ал”? — переспросил Озпин, заставив Глинду закашляться.

　— Эм... ладно. Отличное название. Итак, “Кардинал” и “Руби”. С ними мы уже разобрались, — всё же сдалась она.

　— Погодите, можно использовать фамилии? — быстро спросил Жон, раздумывая, насколько ему позволено растягивать правила. Директор пожал плечами.

　— Честно говоря, вы можете использовать всё, что сможете логично обосновать, лишь бы задача была выполнена, — ответил мужчина с отрешённым выражением лица. Рядом с ним Глинда разразилась короткой тирадой о традициях и их важности, которую он, казалось, пропустил мимо ушей.

　Итак, фамилии... Или же Жон мог попытаться проделать с буквой “V” то же самое, что Озпин сотворил с буквой “W”.

　Команда PVRN... Сокращение для... Команда Порн...

　Пожалуй, это было не самой удачной идеей. Хотя фавн-кролик и две девушки на одного парня... На одного очень везучего ублюдка.

　Его гормоны и вправду слишком буйствовали, если он начал думать в таком ключе. Или же начинало сказываться недосыпание.

　С другой стороны, даже подобные проблемы и головоломки казались ему гораздо лучше сражения с гигантским Невермором...

　Погоди-ка... написание не будет правильным, но, может, в этот раз тоже можно схитрить? И это имело смысл, учитывая, что именно он отдавал приказы во время боя, так что он, вероятно, был лучшим кандидатом на роль лидера в любом случае.

　— Команда RVNN, — произнёс Жон, привлекая их внимание. — Команда “Ворон” под руководством Лай Рена.

　— Действительно, прекрасное название, — заключил Озпин, на его губах появилась улыбка. — Думаю, они также будут весьма довольны таким названием.

　— И мы закончили раньше, чем ожидалось. Хорошая работа, Жон, — поздравил Питер, подавляя зевоту за своим объемным кулаком. Увидев это действие, Жон инстинктивно последовал его примеру.

　Я хотела бы поблагодарить вас обоих и за сегодняшнюю работу, и за ночную смену. Почему бы теперь вам не отдохнуть хотя бы до вечера? — предложила Глинда с лёгкой, редкой улыбкой, и Жон задался вопросом, не показалось ли ему это. Улыбка шла ей.

　— Действительно, — согласился директор. — Мы займёмся распределением по командам и комнатам, мистер Арк будет помогать Порту завтра на занятиях, а затем Ублеку после обеда. А сейчас воспользуйтесь возможностью отдохнуть.

　— Так и сделаем. Пойдём, парень, — поторопил его Питер, кивнув в сторону здания Академии и сладкого отдыха.

　Однако Жон знал, что отдых не придёт, пока он не решит свою насущную проблему. Ему нужно было разблокировать ауру, и как можно быстрее. Он не мог обсуждать это с преподавателями, а студенты, очевидно, тоже не подходили. Нужен был кто-то за пределами Академии Бикон.

　Кто-то, кто не выдаст его, кто не будет связан с этим местом... Наверное, тот самый тип, ответственный за подделку документов Жона, мог как-то ему помочь или хотя бы посоветовать, к кому стоило обращаться. Да, это было довольно рискованно, но преступники совершенно точно занимались подобными делами...

　Коль назвался груздем...

　Как там его вообще звали?.. Роман?