Юнги уже почти час не вставал из-за стола. Чимин в очередной раз оторвал взгляд от телефона и посмотрел на трудягу, корпевшего над новым сайтом. Некоторое время молча наблюдал, как тот быстро двигает мышкой, щелкает ею, скроллит колесиком и что-то набирает на клавиатуре.

Прошло почти две недели после того, как прогулка с корги окончательно перевернула существование Чимина с ног на голову. Эмоции немного улеглись. Юнги успел слетать в Токио, чтобы встретиться с очередным профессором, написавшим не одну монографию о прогрессивных методах лечения нейромоторных заболеваний, но, к сожалению, опять безрезультатно.

Зато привез из поездки паззл формата А2 на три тысячи элементов. Чимин даже запищал от радости, увидев на упаковке Манду, лежавшего пузом кверху. И следующие несколько дней только и делал, что пытался его собрать. Обеденный стол был усыпан элементами паззла, а картинка — собрана процентов на двадцать.

Чимин делал лечебную физкультуру и опять возвращался к монотонному занятию. Они вместе с Юнги готовили обед, и снова пару часов он с интересом перебирал детальки, выискивая нужные и ставя их на место.

Сегодня после завтрака он тоже немного посидел над картинкой, но это занятие быстро надоело.

— Хён, — протянул он, устроившись на диване, поджав под себя ноги. — Мне скучно.

— Угу, — послышалось задумчивое.

— Очень скучно, — не унимался Чимин.

— Еще пять минут, малыш.

Чимин тяжело вздохнул.

— Ты говорил это полчаса назад.

— Ну вот видишь — полчаса ты уже подождал, — проговорил Юнги, не отрывая взгляда от экрана. — Еще пять минут ничего не решат.

— Очень смешно.

— А я и не шутил. — Юнги наконец поднял голову. — Все, заканчиваю.

Чимин недоверчиво прищурился.

— Правда, сейчас последний блок доделаю и я весь твой.

— Поклянись.

— Не начинай, — Юнги смешно поморщился.

— Значит, врешь.

— Не вру, — усмехнулся Юнги. — Тут работы минут на пятнадцать. Мы дольше спорим.

Чимин понял намек и замолчал, уткнувшись взглядом в экран телефона. Несколько минут бездумно листал новости, проверил сообщения, просмотрел короткие видео, даже не запоминая, что именно смотрит. Палец привычно скользнул вверх.

Еще один ролик. И еще один.

На экране мелькнула вечерняя поляна. Между двумя деревьями был натянут огромный белый экран, перед которым прямо на траве сидели люди. Кто-то устроился на складных креслах, кто-то расстелил пледы, кто-то ел попкорн из картонного ведерка. За кадром звучала спокойная музыка, а внизу появилась подпись:

Чимин досмотрел видео до конца и открыл профиль. Фотографий оказалось много: закаты, гирлянды, люди с кружками кофе, укутавшиеся в пледы пары, большой экран под открытым небом. Ближайший показ — уже сегодня.

Чимин еще раз посмотрел фотографии, а потом поднялся с дивана и почти бегом направился в спальню. Вернулся с блокнотом для желаний и набором ручек.

— Эй, ты что там придумал? — поинтересовался Юнги, захлопнув крышку ноутбука как раз в тот момент, когда Чимин снова устроился на диване и раскрыл блокнот.

— Кажется, я придумал еще одно желание.

Когда они подошли к поляне, солнце уже почти скрылось за деревьями. На натянутых между стволами гирляндах одна за другой загорались теплые лампочки. В воздухе пахло свежескошенной травой, карамельным попкорном и кофе. Люди неспешно занимали места, расстилали пледы, переговаривались вполголоса. Кто-то пришел целыми компаниями, кто-то вдвоем. Несколько пар сидели, обнявшись, ожидая начала сеанса.

Чимин остановился на самом краю поляны и медленно обвел все взглядом.

— Красиво. — Он даже не заметил, что произнес это вслух.

Юнги посмотрел сначала на экран, потом на гирлянды, затем перевел взгляд на него. На лице Чимина была такая искренняя, почти детская улыбка, что уголки его собственных губ сами собой дрогнули.

Все-таки это было правильное решение: не искать очередную клинику, не сидеть дома, считая, что жизнь закончилась, а просто приехать сюда.

— Пойдем? — негромко спросил он, взяв чужую ладонь в свою.

Чимин кивнул, и они направились к свободному месту. Устроились почти в самом центре, расстелив свой плед на небольшом островке среди других. До начала оставалось еще минут десять, и Юнги предложил купить закуски и напитки. Он даже не спрашивал, чего бы хотелось Чимину, потому что и так знал.

Благодарно кивнув, Чимин поставил перед собой ведро попкорна, сделал глоток колы и, скрестив ноги, устроился поудобнее, пока Юнги искоса наблюдал за ним. Меньше чем через минуту гирлянды вдоль дорожек погасли, над поляной разнеслась музыка, а на экране появились первые титры.

Юнги несколько секунд молча смотрел на название, потом медленно повернулся к Чимину и уставился на него удивленным взглядом, пока тот старательно делал вид, что полностью поглощен попкорном.

— Что? — спросил наивным голоском Чимин, наконец перестав его игнорировать.

— Ты уверен, что правильно выбрал фильм? — поинтересовался он, приподняв брови. — Это ужастик.

— Правда? — Он разве что не охнул от наигранного удивления, а Юнги тихо усмехнулся.

— Только не говори, что не знал.

— Не буду, — кивнул Чимин и сунул в рот пригоршню попкорна. — Но другого не было, а следующий сеанс только через неделю.

— А подождать — не вариант?

— Нет, конечно! Мне хотелось поехать сюда именно сегодня, — подтвердил Чимин. — Через неделю ты опять можешь придумать какую-нибудь поездку или консультацию. Не хотел рисковать.

Последние слова прозвучали уже совсем иначе — без улыбки, с налетом грусти.

— Жить одним днем? — шепнул Юнги, а когда Чимин с совершенно серьезным лицом кивнул, пообещал: — Теперь буду согласовывать свои планы с твоими желаниями.

— С нашими, — поправил его Чимин.

— С нашими, — кривовато улыбнулся Юнги и, обняв его, притянул к себе.

Тот ничего больше не сказал, только улыбнулся и, положив голову Юнги на плечо, перевел взгляд на экран.

Первые минут пятнадцать Чимин действительно держался молодцом. Даже комментировал что-то вполголоса, тянулся за попкорном и пару раз успел шепнуть, что ничего страшного пока не происходит. Потом в доме на экране стало подозрительно тихо. Настолько тихо, что вся поляна замерла в ожидании.

Чимин сам не заметил, как перестал жевать. Его взгляд не отрывался от экрана, а пальцы вцепились в край картонного ведерка.

А вот Юнги это заметил. Так же, как заметил, что через пару минут Чимин напрягся, еще ближе подавшись к нему. Свободного пространства между ними почти не осталось. Его светлые волосы, взъерошенные легким ветерком, щекотали шею и щеку Юнги, но он не шевелился, ожидая момента, когда понадобится его поддержка, потому что знал, как Чимин реагировал на подобные фильмы. Они не просто не интересовали его. Чимин действительно боялся. Боялся скримеров, неожиданных моментов, нагнетенных ситуаций. Боялся всего — крови, криков, погонь, оканчивавшихся провалом для главных героев. Потому и удивился, увидев название фильма.

Такого не было за все пять лет их отношений, чтобы Чимин по доброй воле сел смотреть ужастик. Он готов был придумать сто тысяч отговорок, притвориться больным, лежать с компрессом на голове, только бы не видеть кошмаров на экране. Насколько же сильно ему хотелось побывать в летнем кинотеатре, чтобы переступить через свой страх?

И теперь Юнги был наготове, чтобы прижать его к себе в нужный момент и успокоить, поглаживая по спине. Сам он, обожавший хорроры, видел этот фильм несколько раз и знал, что такой момент наступит очень скоро.

В доме уже давно царит напряженная, почти болезненная тишина. Одна из сестер слышит странные звуки, доносящиеся с кухни — кажется, будто кто-то медленно скребется изнутри шкафчика под раковиной. Она осторожно подходит, присаживается на корточки и медленно открывает дверцу. Внутри — никого. Она уже собирается закрыть ее, когда из глубины шкафчика вдруг стремительно выползает бледная женщина с растрепанными длинными волосами. Она движется неестественно быстро, практически по-звериному, а резкий звуковой акцент делает момент совершенно неожиданным для тех, кто смотрит фильм впервые.

Чимин дернулся, как и многие из сидящих рядом, и даже вскрикнул. Вцепился в Юнги мертвой хваткой и конечно же уткнулся лицом в его плечо. А Юнги, готовый к такому развитию событий, не смог сдержать легкий смех. Причем смеялся он не столько с Чимина, а с девушки, сидевшей перед ними, которая не просто вскрикнула, а заверещала и запрыгнула к своему парню на руки, обхватив его за шею и отвернувшись от экрана.

Но Чимин этого не заметил и возмущенно зашипел:

— И совсем я не испугался! Просто неожиданно все произошло.

— Конечно, малыш, я и не думал, что ты испугался. Ты же у меня — смелый.

— И почему я тебе не верю? — поморщился Чимин и для убедительности стукнул Юнги кулаком в плечо. — Теперь будешь думать, что я — трус.

— Обещаю, что никогда даже не вспомню про этот случай.

Юнги даже выставил мизинец, чтобы поклясться, но Чимин уставился на него с подозрительным прищуром.

— И никто никогда не узнает об этом? — потребовал он.

— Чтоб мне не сойти с этого места! — громко шепнул Юнги, все еще слегка хихикая.

— И даже Хосок?

— Особенно Хосок!

Он притянул Чимина к себе и поцеловал светловолосую макушку, подумав, что кто-кто, а Хосок точно не удивится такой реакции, потому что будь он на месте Чимина, визжал бы громче той девушки, которая, похоже, не собиралась поворачиваться к экрану лицом — так и сидела верхом на своем парне, уткнувшись в его плечо.

До самого конца Чимин не отпускал его руку, цепляясь в нее обеими ладонями до такой степени, что пальцы оставляли на коже белые следы. А оставшиеся полведерка попкорна дожевывал уже в машине по дороге домой. И ни на минуту не замолкал, пересказывая свои эмоции от фильма, отчаянно жестикулируя при этом.

Пока Чимин был в душе, Юнги распечатал билеты из приложения, а также несколько фотографий, сделанных перед началом фильма. Одну — исподтишка, когда ходил за попкорном и колой. Еще пару дней назад он купил портативный фотопринтер как раз для этих целей, чтобы печатать снимки сразу, не дожидаясь, когда доберется до ближайшего фотосалона.

А когда Чимин вышел из ванной, закутанный до пят в махровый халат, они уселись на диване в гостиной и принялись записывать впечатления в блокнот. Юнги подавал Чимину ручки тех цветов, которые он просил, намазывал фотографии клеем, чтобы тот прилепил их на нужное место, и периодически целовал в шею, отчего парень смешно морщил нос и хихикал.

А потом еще долго смотрел на Чимина, когда тот наконец уснул, измотанный эмоциональным вечером. И думал о том, что впереди у них еще так много желаний, которые нужно обязательно исполнить. Только бы хватило времени…