Где-то на другом конце города, в том же холодном ночном воздухе, Фил стоял у подножия небоскрёба, сжимая в руках телефон.

На экране в темноте светилось её имя. Сам не понимал, зачем нашёл.

Нажал кнопку блокировки. Экран погас, оставив на ладони лишь чёрный прямоугольник и ощущение неправильности.

Он поднял взгляд.

Высоко, почти под самой крышей небоскреба, мягким теплым светом горело единственное окно. 

Мысль развернуться и уйти мелькнула и была отброшена так же быстро, как телефон исчез в кармане пальто. Он глубоко вздохнул и вошёл в здание.

Наверху его встретила девушка, заметно уставшая, но всё ещё старающаяся улыбаться. Вежливо поприветствовала, провела его по коридору и остановилась у двери кабинета.

 — сказала она и открыла дверь.

Внутри было тихо. Почти темно.

Свет давал только настольный светильник — небольшой тусклый круг вокруг стола, всё остальное тонуло в полумраке.

— К вам посетитель, — произнесла девушка.

— Спасибо. Ты свободна, — отозвался голос из глубины кабинета.

Девушка развернулась, и в этом движении Фил заметил, как она едва сдерживает быстрый, немного неловкий зевок. Он проводил её взглядом до самой двери. 

— спокойный, ровный голос прозвучал из темноты.

— Она выглядит очень уставшей, — сказал Фил, всё ещё глядя на дверь.

— Стоит ли говорить, — отозвался голос, — что она сама выбрала эту работу. Никто её не заставлял.

Фил ничего не ответил. Сжал пальцы, в карманах. На мгновение поймал себя на том, что пытается заранее угадать, о чём будет жалеть больше — о том, что остался, или о том, что уйдёт. 

Мужчина в тени, будто прочитав его мысли, заговорил снова:

— Чужая усталость — не повод для сомнений, Фил. 

Молодой человек медленно выдохнул, поправил очки и сделал несколько шагов к столу.

— Прошу. Присаживайся.

Он остановился рядом с креслом, оставляя пятно света границей у своих ног. 

— Я ненадолго.

— Все так говорят.

Фил помедлил ещё секунду, а затем снова сделал шаг и сел на край кресла, не откидываясь. Тишина вновь заполнила кабинет, нарушаемая только глухо шумевшим где-то внизу городом. 

— Чем обязан столь неожиданному визиту? — Яртан быстро поставил подпись и бросил взгляд на часы на запястье. — Уже за полночь. Ты явно не как у меня дела пришёл узнать.

Фил медлил.

— У меня не так много времени, Фил, — добавил Яртан.

— Как и всегда, — тихо ответил молодой человек, не сводя глаз с бумаг под его рукой.

Яртан перевернул страницу, но подписи не последовало. 

Поднял взгляд. Цепкий, оценивающий. Пауза растянулась.

— Есть один человек, у которого сейчас серьёзные проблемы, — наконец сухо произнес Фил.

Яртан молча вернулся к бумагам и подписал ещё один документ, не меняя выражения лица.

— Её задержали, — продолжил молодой человек. — По делу, которое обычно заканчивается штрафом. Но ей грозит реальный срок. 

Яртан сменил папку.

— Девушка, значит, — бросил он равнодушно.

— Она работала у тебя раньше. В агентстве. Ари. Арина Астер.

Ручка остановилась на полпути. Яртан медленно отложил её и впервые за вечер посмотрел на сына по-настоящему. Во взгляде вспыхнул живой, внимательный, искренний интерес. Доля секунды, но не заметить невозможно. 

Отступать было уже некуда.

— За то, что ей вменяют, не закрывают на годы, — тихо продолжил Фил. — Возможно, это связано с ее работой и…

— Фил, — перебил его Яртан, подняв ладонь. — Ты понимаешь, что сейчас делаешь?

Фил замолчал. В темном кабинете снова повисла тишина. Мужчина с нескрываемым интересом вглядывался в сына, а затем встал из-за стола и подошёл к окну. Несколько секунд смотрел на ночной город, размыто отражавшийся в стекле, а затем вдруг продолжил:

— Эмоции… Только заводят в тупик. Заставляют людей принимать странные решения. А потом жалеть о них.

Фил слушал, не перебивая.

— И вот ты здесь, ночью. Убеждаешь себя в правильности, пытаешься спасти чужого тебе человека, который даже не узнает об этом. Решение принято явно не головой. 

Яртан поднял взгляд и увидел в окне отражение сына. Упрямое, гордое. И до злости знакомое. 

— Подумай ещё раз, Фил, - голос оставался спокойным, почти бесстрастным. -Ты понимаешь что сейчас на самом деле делаешь?

— Это не про меня, — упрямо ответил молодой человек. 

 — спокойно сказал Яртан, отворачиваясь от стекла. 

Фил стиснул челюсть и резко встал с кресла. 

— Если ты опять заведёшь разговор про Анжелину, — произнёс он глухо, — то говорить нам действительно больше не о чем.

— Сейчас не об этом, — коротко ответил Яртан возвращаясь к столу. 

— Так уж сложилось, что помощь нужна не только тебе. И это не имеет никакого отношения ни к Анжелине, ни к твоей сентиментальности.

На миг сделал паузу. 

— Я помогу Ари. А ты поможешь мне разобраться с одной проблемой. И пообещаешь, что все это останется между нами. 

Внутри что-то отпустило, почти физически: значит, Ари будет свободна.

И тут же холодок по спине: что-то придется отдать взамен. 

Яртан говорил недолго. Не вдавался в детали, не давил и не требовал невозможного. Лишь обозначил суть просьбы и границы, в которых Фил должен был действовать.

— Всего на два месяца? — недоверчиво спросил Фил.

— Этого более чем достаточно.

Молодой человек нахмурился.

— Девушка будет в безопасности. И ты не станешь удерживать меня дальше?

— Обещаю.

Фил молчал.

Два месяца. Не так много, чтобы всё вышло из-под контроля. 

Он чувствовал угрозу и был уверен, что справится: разберется, найдет логичное объяснение, и уж точно не допустит худшего. 

А Ари… Мысль о том, что она выйдет на свободу, перевешивала всё остальное.

Яртан наблюдал за сыном с явным любопытством. Затем опёрся локтями о стол, чуть наклонился вперёд и спросил:

Назад | Вперед