Он неуверенно постучал в дверь три раза.

Тишина.

Сжал руку в кулак и постучал еще два раза, громче. За дверью послышалось шевеление.

Опустил руку, поджал губы.

Дверь открыл мужчина средних лет. Отец Рены. Лилиас посмотрел на него снизу вверх. Проглотил подступивший ком в горле. 

— Дядюшка Гелис… Добрый вечер…

Голос прозвучал как-то ломано. Стыдно.

— Добрый вечер.

Дядюшка молчал. Осматривал.

— Рена пригласила тебя на ужин?

— Да, просто… Давно не общались, я решил зайти… — он теребил ремешок своей сумки.

— Заходи, — кивнул мужчина.

Лилиас прошел внутрь. Гелис закрыл за ним дверь.

Мужчина проводил Лилиаса на кухню. Там возилась Рена.

— К нам гость, — окликнул ее отец.

— А? — развернулась. — Лилиас! Ты пришел на ужин? — Она вытерла руки и подбежала. — Здорово!

Рена коснулась его ладоней. Щеки обожгло.

— Закончил пораньше сегодня, так что, если не против…

— Ни в коем случае! Но нужно немного подождать.

— Я поздороваюсь с тетушкой.

Рена улыбнулась ему. Вернулась к готовке.

Он развернулся. В дверном проеме все еще стоял дядюшка Гелис.

Лилиас отвел взгляд и кашлянул.

— Можно…?

Тот качнул головой в сторону коридора.

У них был просторный дом, повсюду стояли необычные вещицы. Рена любила изучать товар, что принимал её отец. Иногда забирала что-то домой. Поэтому обстановка постоянно менялась.

— Как у вас дела с Реной?

Лилиас вздрогнул. Они остановились возле комнаты.

— Все… хорошо? — перевел взгляд на мужчину.

Дядюшка смотрел внимательно.

— Мгм.

Открыл дверь в комнату.

Комнату освещал кристалл огня у кровати. Свет подчеркивал бледную кожу. Тонкие руки держали книгу. Когда книга была опущена, Лилиас встретился с потухшим взглядом мамы Рены.

По коже пробежали мурашки. Не впервой, но привыкнуть сложно.

— Добрый вечер, тетушка… Как ваше самочувствие?

— Лилиас… — слабо улыбнулась та. — Рада тебя видеть. Все хорошо, спасибо. Останешься на ужин?

— Да, если вы не против.

— С чего бы… Я все равно буду кушать здесь, — закрыла книгу. — Спасибо, что заботишься о Рене.

— Мне… не сложно, — голос зазвучал тише.

Гелис кивнул жене и закрыл дверь. Лилиас чувствовал, словно горло слиплось.

Рена говорила, что тетушка такая с самой смерти Амели. Лекарства его мамы помогают ей держаться. Но говорит, что она, вероятно, до конца жизни будет прикована к кровати.

Голова стала свинцовой.

Но он уже знал обстоятельства, когда шел сюда. Можно ли отступить?

Лилиас закусил губу.

Ладно. Сейчас. Когда не хочется сильнее всего.

— Дядюшка, эм… Я хотел бы узнать, если вы не против…

Его голос заставил Гелиса обернуться.

— Простите, что спрашиваю об этом. Понимаю, что слухи разные ходят, эм… Я сам не считаю их правдивыми, просто хочу лучше разобраться… Как небольшое расследование, потому что… везде мало информации…

Опустил голову. Вцепился ногтями в кожу.

— В общем, я бы хотел узнать что-нибудь о Селене Ригельман! Так как она была капитаном Амели, возможно, она что-нибудь писала о ней в письмах или…

— Селена…?

В коридор вышла Рена.

Лилиас замер.

— Лилиас, что это значит? — она нахмурилась. Слова звучали очень четко.

— …

Он же намеренно избегал такого разговора при ней.

— Почему ты хочешь узнать о ней? Что интересного в человеке, что убил мою сестру?!

— Рена…

Знал, что так будет.

— Нет, лучше молчи! Не хочу ничего слышать!

— Рена, — вмешался отец.

Она замолчала, уставилась на отца. Ее глаза блестели от обиды.

Лилиас проглотил ком в горле.

— Рена, мы можем… поговорить?

— Я не буду с тобой раз…

— Рена, — перебил отец. — Иди, подыши воздухом.

Она нахмурилась.

Лилиас поднял глаза. Столкнулся взглядом с дядюшкой. С благодарностью кивнул.

Она поймет. Просто нужно быть искренним. Рассказать обо всем. И они станут чуть ближе.

Они вдвоем вышли из дома. Бок о бок пошли по главной улице. Уже наступала ночь, все лавки закрывались. Становилось все меньше людей.

Неловко. Рена даже не смотрела в его сторону.

Она была очень привязана к сестре. Он знал это, хотя они познакомились уже после ее смерти.

Это случилось, когда он в первый раз пришел домой к Лайерам вместе с мамой. Она осматривала ее маму. Рена опасалась, избегала общения. Она была младше него, и все же странно, что у нее совсем не было друзей. Лилиас стал ее первым другом

«— Лилиас, ты идешь? — окликнули его ребята на площадке.

С мячом в руках он смотрел на девочку, которую впервые привели на площадку. Она была напугана. Но дядюшка крепко держал ее за руку и не уходил.

Он настаивает, чтобы она завела друзей?

— Я сейчас! — Лилиас кинул мяч своим товарищам.

Он подбежал к Лайерам.

— Дядюшка, — вежливо кивнул мужчине. — Рена, — улыбнулся ей.

Ее успокаивала такая улыбка.

Она расслабилась.

— Они все твои друзья?

— Ну… Да, думаю.

— Рене нужно общаться, можешь помочь ей познакомиться? — Гелис присел на корточки.

Дядюшка готов на него положиться.

Лилиас смущенно потер затылок.

— Да, конечно, можете не переживать! Тут есть девочка и младше нее, все будет в порядке!

— Хорошо. Я приду позже, — он встал.

Лилиас протянул Рене руку.

— Идем, я тебя познакомлю со всеми. Они хорошие.»

Ее тепло приняли в компании, но она оставалась немного замкнутой. Что тогда, что сейчас — ей было трудно выражать свою боль.

«— С тобой все в порядке? Знаешь, если тебя что-то тревожит, ты можешь положиться на меня, — немного взволнованно проговорил Лилиас.

Он провожал ее домой вечером, обстановка была подходящей для разговора. И все же это как-то…

Но она молчала. И это было странно. Потому что раньше говорила, что все в порядке.

Она остановилась. Он остановился.

— Ты знаешь, что случилось с сестренкой?

Задержал дыхание. Кивнул.

— Мне дома не разрешают говорить о ней. Маме может стать хуже. Мы стараемся жить, будто ее никогда не было… — голос девочки дрогнул. — Но я… помню сестренку…

Лилиас смотрел на нее. Она села на корточки. Закрыла глаза руками. Ее плечи дергались.

— Я скучаю по ней… Я скучаю по сестренке…

Он присел на корточки перед ней. Брови изогнулись.

— Она просто лечила людей… Почему никто не смог ее защитить…?

Лилиас аккуратно коснулся ее ладоней своими. Попытался убрать руки от лица.

Она противилась. Замотала головой.

— Рена…

Все же поддалась, убрала руки. Взглянула на него.

Ее лицо было заплаканным.

— Я… знаю. Ты можешь поделиться. У меня… тоже не было никого рядом.

— У тебя…?

Он кивнул.

— Мой папа служил в королевской армии. Он ушел в первый год. Писал письма. А через полгода нам принесли его меч. Его привезли его товарищи. А с ним свидетельство о смерти.

Говорил ровно, словно это больше не имело значения. Но все чаще шмыгал носом. В глазах саднило.

— Лилиас…

Он аккуратно потянулся к ней и обнял.

— Если хочешь поплакать, то… все в порядке.

Он сдерживался. Вскоре, уткнувшись ему в плечо, она заревела.

Лилиас расслабился. Обнял крепче.

Слезы на щеках жгли кожу. Но она этого не видела, это успокаивало.»

Холодный воздух привел мысли в порядок.

— Слушай, я… не хотел говорить о ней при тебе. Я знаю, что ты не хочешь этого слышать. Но в библиотеке о ней скрыта вся информация из-за слухов. Я хотел поинтересоваться у твоего отца, может он что-то…

— Я не хочу слышать все это!

Лилиас поджал губы. Осмотрелся. На них оборачивались.

— Слухи?! Ты правда считаешь что это — слухи? Все на лицо! Я лично все узнавала! Все, кто там был, говорят, что она ее убила!

— Рена, давай отойдем…

— Вот чем ты занимаешься в библиотеке?! Ты перевелся туда ради этого? Я думала что ты хочешь больше проводить времени с семьей, с… друзьями!

— Успокойся…

— Сам успокойся! Ты даже не был с ней знаком, почему ты заинтересовался именно ей?!

Он вздохнул. Схватил ее за руку.

— Эй!

Она пыталась одернуть руку, но он не отпускал. Сдавшись, та пошла за ним.

Они зашли в переулок.

Лилиас отпустил ее.

— Мы с Селеной связаны… — запнулся, — … кое-чем. Мне просто нужна информация. Я не хотел вредить тебе или твоей семье этим. Просто хочу узнать…

Она хмурилась.

— Поэтому ты даже не пытаешься увидеться со мной? С Руби? Потому что связан с Селеной? Поэтому постоянно убегаешь, когда мы встречаемся?

— Нет, это… — вздохнул. — Мне нужно время побыть одному, потому что… Знаешь, я устал быть удобным…

Это не те обстоятельства.

Но нужно быть искренним.

— …ты издеваешься надо мной? — она сморщилась.

— …нет. Послушай, я был не до конца искренен, признаю. Просто много навалилось, и я беспокоился что ты не так поймешь…

— Не так пойму что? Что тебе все надоели? Что ты зациклился на своем «расследовании»?

— Пожалуйста, если так нравится! Никто не держит! — она вскинула руки. — Я думала, мы друзья, но ты был для меня просто «удобным»? Спасибо за откровение!

…

— Даже сегодня ты пришел только чтобы спросить о ней, да?

…

— Ты просто… отвратителен, — она развернулась. — Больше не приходи ко мне.

Ушла. В переулке остался он один.

Лилиас долго смотрел вниз. Стиснул зубы.

Краем глаза увидел белый силуэт.

Селена стояла дальше от главной улицы.

Он поднял на нее взгляд.

— Ты всегда следишь за мной?

— Не по своей воле, — все так же безучастно.

Он двумя руками закрыл лицо. Запрокинул голову. Глубоко вздохнул.

Убрал руки.

— Это все из-за тебя.

Она не ответила.

Хмыкнул. Отвернулся.

Пошел домой.