На следующий день в офисе корпорации царила суета. Я приехала на работу пораньше и первым делом аккуратно повесила вычищенный пиджак Игоря в шкаф, после чего сразу же открыла рабочие чертежи.

Наше руководство приняло вполне логичное решение держать новых подрядчиков под постоянным контролем, поэтому им оперативно собрали временную рабочую зону в огромном общем зале прямо перед моим офисом. Ближе к обеду стеклянная створка распахнулась и внутрь без стука вошел Артём, который выглядел невероятно довольным собой в дорогом костюме песочного цвета с идеально уложенными волосами и расстегнутой верхней пуговицей. Он всем своим видом излучал уверенность и с явным превосходством осматривал мое рабочее место. Прямо за его широкой спиной маячила Алина в строгом деловом платье, на лице моей сестрицы застыла насквозь лицемерная улыбка, а ее глаза бегали по сторонам с плохо скрываемым любопытством и алчной завистью к моему просторному кабинету.

— Алина будет вести черновую графику по нашему договору, — Артём покровительственно улыбнулся моей сестре. — У нее потрясающий вкус.

Я почувствовала лишь злость от этого нелепого спектакля, но молча сцепила пальцы в замок, сохраняя внешнее спокойствие ради сбора необходимых улик против этой опасной парочки. Совершенно бездарная Алина в роли главного дизайнера выглядела как чья-то издевательская шутка, однако Артём явно искренне гордился своим кадровым решением и смотрел на нее с нескрываемым обожанием. Алина тем временем мило захлопала густо накрашенными ресницами и предельно аккуратно положила пухлую папку на край моего стола. Она блестяще играла роль робкой и старательной подчиненной.

Но стоило Артёму на мгновение отвлечься и повернуться к панорамному окну, как фальшивая маска невинности мгновенно слетела и Алина смеряла меня взглядом, полным совершенно неприкрытой и ядовитой ненависти. Она едва заметно пошевелила накрашенными губами, предельно четко прошептав: «Скоро это место станет моим». Как только Артём снова повернулся к моему столу, лицо ее моментально разгладилось, вернув себе прежнее кроткое и безобидное выражение. Мой бывший подошел к моему креслу, оперся обеими руками о широкую столешницу и понизил голос.

— Если возникнут сложности с правками, ты всегда можешь набрать мой личный номер, я ради тебя с радостью освобожу пару часов в графике.

От него пахло парфюмом, который я лично выбирала и дарила ему на нашу прошлую годовщину. От этого запаха меня затошнило, какой же он омерзительно лицемерный. В эту секунду я краем глаза заметила, как исказилось лицо моей сестры. Алина всегда была жуткой собственницей, поэтому от такой откровенной попытки Артёма снова сблизиться со мной ее глаза на мгновение полыхнули чистой ненавистью, направленной исключительно в мою сторону.

— У нас есть утвержденный регламент, Артём, — я старалась отвечать максимально холодно. — Твои личные визиты не требуются. Можете возвращаться к работе.

Он усмехнулся, кивнул Алине, и они наконец вышли в опен-спейс, оставив меня в благословенной тишине. Я проводила их взглядом, чувствуя, как напряжение потихоньку отпускает, заставила себя глубоко вдохнуть, расслабить плечи и вернулась к работе. Открыла папку, быстро раскидала привязки по вентиляции и с огромным удовольствием отметила, что невероятно сложный узел в лобби-баре, над которым я билась полночи, сошелся до миллиметра. Однако дел оставалось еще непочатый край. К концу недели финальная сборка должна лежать на столе у Игоря, и я бы гарантированно успела все закончить в срок, но Алина решила постоянно вламываться в мой стеклянный кабинет с совершенно дурацкими вопросами, абсолютно не связанными с нашим текущим проектом.

— Марин, а где тут у вас можно воды набрать? — прощебетала она, бесцеремонно заглядывая ко мне.

— По коридору справа.

Через двадцать минут дверь снова открылась, впуская Алину с очередной надуманной проблемой.

— Слушай, а женская уборная на этом этаже вообще есть, или мне нужно спускаться на ресепшен? — протянула сестра, лениво осматривая мои прозрачные стены.

— В конце коридора налево, — процедила я, почувствовав сильное раздражение от ее откровенных издевательств.

Когда она ввалилась ко мне в десятый раз с невероятно важным вопросом о том, как работает кофемашина в зоне отдыха для персонала, мое терпение окончательно лопнуло.

— Алина, давай проясним одну простую вещь. — Я выдержала строгую паузу. — Мой кабинет не справочное бюро, а я не твой личный гид по офису. В следующий раз ты переступишь этот порог исключительно с вопросами по техническому регламенту или чертежам нашего объекта. Если ты продолжишь бессмысленно тратить мое рабочее время, я составлю официальную докладную на имя генерального директора о твоем полном несоответствии занимаемой должности, и поверь мне, Игорь Андреевич церемониться с тобой не станет.

Алина моментально захлопнула рот, обиженно поджала накрашенные губы и пулей вылетела из кабинета, направившись прямиком к столу Артёма жаловаться на меня.

Стеклянная дверь снова приоткрылась. Я почувствовала сильное раздражение.

— Да что тебе еще надо?

Я резко подняла голову от монитора, готовая высказать Алине все, что думаю, но на пороге стоял наш главный архитектор. Дмитрий примирительно поднял руки вверх и тепло улыбнулся, показывая мне свою добычу.

— Я пришел с исключительно мирными намерениями и просто принес нам немного кофе.

Я моментально ощутила огромную неловкость за свою резкость, и с благодарностью забрала один из предложенных картонных стаканчиков.

— Ой, Дим, это ты, прости. Я подумала, что это снова наши новые подрядчики. Спасибо за заботу, это как раз то, что мне сейчас необходимо.

Дмитрий понимающе кивнул в сторону прозрачной перегородки.

— Новички из подрядной организации уже успели достать тебя?

Я не стала вдаваться в подробности.

— Есть немного, но я уже разобралась с этой проблемой, теперь все отлично.

Дмитрий поставил передо мной небольшой крафтовый пакет, от которого пахло выпечкой, а затем обаятельно улыбнулся и облокотился о край моего стола.

— Взял на свой вкус, надеюсь, ты любишь круасаны. Кстати, ты не представляешь, с какими идиотами мне пришлось вчера ругаться на объекте. Местный прораб решил заливать бетон на перекрытия, вообще не дожидаясь, пока рабочие нормально свяжут арматуру! Пришлось популярно объяснять, что если он не остановит этот беспредел, я лично добьюсь отзыва его лицензии.

Я искренне рассмеялась, а картонный стаканчик с горячим капучино приятно согревал ладони. Сквозь прозрачное стекло своего кабинета я прекрасно видела, как Артём, остановившийся налить воды у кулера в опен-спейсе, замер на месте. Он с силой сжимал хлипкий пластиковый стаканчик, при этом сверля архитектора тяжелым взглядом. Дмитрий же абсолютно не замечал этой немой сцены, мы увлеченно обсудили толщину бетонных перекрытий, и он с легкой улыбкой ушел к себе в отдел. В кабинете воцарилась долгожданная тишина, я наконец смогла насладиться идеальным кофе и с головой погрузиться в изучение сложных многоуровневых чертежей.

Только я собралась открыть следующий рабочий файл и погрузиться в чертежи, как тишину разорвал резкий звонок внутреннего телефона.

— Марина Николаевна? — раздался в динамике вежливый голос секретарши. — К вам посетительница на ресепшен, по личному вопросу.

— Поняла, спасибо, сейчас спущусь.

Я задумчиво посмотрела на телефонный аппарат и попыталась понять, кому я вообще могла понадобиться здесь в разгар рабочего дня. Я пошла вниз и увидела, что посреди роскошного холла нашей корпорации стояла моя мать, она оценивающим взглядом смотрела на дорогие кожаные диваны, огромные хрустальные люстры и начищенный мраморный пол. Увидев меня, она тут же попыталась выдавить из себя подобие теплой улыбки.

— Здравствуй, Марина.

— Зачем ты пришла? — спросила я, уводя ее в сторону к панорамным окнам и подальше от чужих любопытных глаз.

— А как иначе, до тебя же совершенно не дозвониться! — мать сразу перешла в наступление и недовольно поджала губы. — Я смотрю, ты шикарно устроилась в этом элитном офисе среди дорогих вещей. Значит, слухи не врут, и ты теперь большая начальница.

— Какие еще слухи, кто тебе вообще сказал, что я здесь работаю?

— Это совершенно неважно, мир не без добрых людей, — она отмахнулась от моего вопроса и требовательно сверкнула глазами. — Мне нужно, чтобы ты наконец вспомнила о своей семье. У Алины и Артёма скоро свадьба, и ты должна помочь им с организацией роскошного торжества. Им нужны деньги на ресторан, на дорогое платье, на декор, и ты обязана внести свою финансовую долю в это мероприятие. Ну или лучше просто перепиши бабушкину квартиру на Алину, ведь ты же гребешь тут огромные деньги и ни в чем не нуждаешься, потом легко купишь себе другую.

Я стояла в глубоком шоке. Новость о предстоящем браке меня поразила, а материнская жестокость добила. Она прекрасно знала, как сильно я раньше любила этого человека, и теперь с таким спокойствием требовала обеспечить им безбедное будущее за мой счет. Я так отчаянно хотела добиться любви матери, всегда старалась быть хорошей дочерью, но теперь ясно поняла, что она меня никогда и не любила.

— С чего я должна отдавать свою единственную квартиру и оплачивать чужую свадьбу? Полтора месяца назад ты выгнала меня на улицу, и у меня больше ничего нет.

— О чем ты вообще говоришь? Я тебя не узнаю, Марина! — мать скривилась. — У Алины глубокая душевная травма после всего того, что ты ей сделала. Ты должна дать денег или переписать на них жилье.

— Я ничего вам не должна, и тем более не собираюсь отдавать свою квартиру, хватит и того, что они сейчас живут там, — я твердо посмотрела ей в глаза, чувствуя сильную злость от происходящего абсурда. — Эта квартира единственная память о человеке, который действительно меня любил, и которого искренне любила я.

Мать сделала глубокий вдох и вдруг натянула фальшивую улыбку, резко меняя гнев на милость.

— Марина, ты не можешь не помочь, она ведь твоя родная сестра! — ее голос стал мягким. — Это молодая семья, им нужно вить свое уютное гнездышко, им нужна стабильность и хороший старт в жизни, а ты можешь им это обеспечить одним росчерком пера.

Я слушала этот абсурд и вспоминала подготовку к своей собственной несостоявшейся свадьбе. Мне тогда вообще никто не помогал ни деньгами, ни делом, я оплачивала все из своего кармана и ночами мастерила большую часть свадебного декора своими руками, чтобы хоть как-то сберечь наши средства. Кто бы мог подумать, что между мной и Алиной окажется такая колоссальная разница в отношении. Я подняла компанию Артема с низов, тянула на себе все сложные проекты и наивно надеялась, что он будет ценить меня, но этому подлецу нужны были только мои ресурсы. Тут краем глаза я заметила какое-то движение, мой взгляд скользнул дальше по холлу и наткнулся на Артёма. Он стоял у массивной колонны с чашкой кофе в руках и откровенно наслаждался развернувшимся перед ним спектаклем. В эту секунду пазл в моей голове сложился, я отчетливо поняла, кто именно слил матери мой новый адрес работы.

— Если им так тяжело начинать семейную жизнь, пусть переедут к вам с папой, — твердо произнесла я, не отрывая взгляда от лица матери. — У вас большая трехкомнатная квартира, места точно хватит всем.

— Опять твои эгоистичные сопли! — мать сделала резкий шаг ко мне и больно схватила меня за запястье, полностью сбросив маску доброжелательности. — Ты с рождения причиняешь всем только вред. Твой брат-близнец погиб, потому что ты убила его. Лучше бы ты тогда не родилась, и у нас был бы нормальный, здоровый мальчик.

От неожиданного удара моя голова резко дернулась в сторону. Звонкая пощечина обожгла щеку, и я пошатнулась, лишь чудом оставшись стоять на ногах, мать же продолжала свою тираду.

— Неблагодарная дрянь, как у тебя вообще язык поворачивается говорить такие жестокие вещи! — Голос матери сорвался на пронзительный визг, и моментально разнесся по всему огромному мраморному холлу нашей корпорации. — Твой брат погиб, чтобы ты выжила, и теперь готова выкинуть родную сестру на улицу без гроша в кармане! Бедная девочка не сможет даже нормально воспитать своих будущих детей, потому что над ними все будут смеяться из-за нищеты! Подумай, какое колоссальное унижение будет постоянно испытывать Артём, не имея своего собственного благоустроенного жилья для содержания семьи! Ты предлагаешь им ютиться с нами в крошечной душной комнатке, пока сама будешь шиковать в роскошных апартаментах, которые по праву должны принадлежать им! Ты просто жестокая тварь, Марина! Эгоистичная и абсолютно неблагодарная тварь!

Люди вокруг нас начали оборачиваться, и разговоры мгновенно стихли, погрузив помещение в тишину, в которой гулким эхом отдавались эти чудовищные обвинения. Мне было невыносимо стыдно от происходящего, а щека горела после пощечины. Я перевела растерянный взгляд за массивную мраморную колонну и увидела Артема, который небрежно прислонился к холодному камню и расплылся в довольной ухмылке. Он медленно пил кофе и откровенно наслаждался моим публичным унижением.

Двое высоких охранников в строгих черных костюмах уже целенаправленно пересекали холл в нашем направлении, и один из них молча, но очень жестко перехватил мою мать за локоть.

— Женщина, успокойтесь и немедленно покиньте помещение, вы нарушаете общественный порядок.

Охранник произнес эту фразу ровным голосом и начал решительно оттеснять визжащую мать к выходу.

— Убери от меня свои грязные руки! — Мать пыталась вырваться из крепкого захвата, пока двое сотрудников службы безопасности уверенно тащили ее к пропускным вертушкам на выходе. — Ты сильно пожалеешь об этом дне, Марина! Я обязательно подам в суд, соберу все медицинские справки и докажу всем, что ты абсолютно невменяемая, и мы всё равно по закону заберем эту квартиру! Будь ты проклята на всю оставшуюся жизнь, слышишь меня!

Она продолжала громко сыпать проклятиями, пока тяжелые стеклянные двери окончательно не сомкнулись за ней, отрезав этот безумный крик от ресепшена. Я осталась стоять посреди огромного холла, чувствуя себя раздавленной и уничтоженной.

— Марина Николаевна.

Я резко обернулась и увидела в нескольких шагах от меня стоял Игорь Андреевич в окружении солидных деловых партнеров. Из-за скандала я совершенно не заметила, как наш генеральный директор спустился вниз в холл. Его взгляд был тяжелым, строгим и абсолютно непроницаемым. Он коротко кивнул своим спутникам, что-то негромко поручил стоящему рядом заместителю, и направился ко мне.

— За мной в мой кабинет.

Он сразу направился к ряду скоростных лифтов. Мне ничего не оставалось, как послушно последовать за ним. Подъем на тридцать четвертый этаж прошел в абсолютной тишине. Мы вошли в его личный кабинет, и Игорь Андреевич первым делом взял со стола небольшой пульт дистанционного управления. Тяжелые жалюзи с тихим жужжанием поползли вниз, закрывая панорамные окна директорского кабинета от любопытных глаз.

— Присаживайтесь.

Он указал рукой на стул, я послушно опустилась на прохладную кожу сиденья и попыталась собраться с мыслями. Дождавшись, пока я немного успокоюсь и приду в себя, мой начальник задал свой первый вопрос.

— Кто была эта женщина?

— Это моя мать.

Я тихо ответила ему, чувствуя сильный стыд и вину за устроенный скандал.

— Почему она требовала отдать вашу квартиру?

Он слегка прищурился и продолжил сверлить меня тяжелым взглядом.

— Потому что моей сестре срочно нужно жилье.

Я виновато опустила глаза в пол, чтобы не встречаться с ним взглядом.

— Хорошо, допустим. Тогда объясните мне следующий парадокс. Почему ведущий сотрудник моей компании, имея в собственности недвижимость в этом городе, сначала ночует на диване в офисе, а затем переезжает в рабочее общежитие? Кто сейчас проживает в вашей квартире, Марина?

Игорь Андреевич выжидающе посмотрел на меня. Я вцепилась онемевшими пальцами в край кресла. Врать генеральному директору было бессмысленно, а говорить правду оказалось невыносимо стыдно и тяжело.

— Там живет мой бывший жених. И моя сестра.

Я произнесла эти слова тихо, но предельно четко, стараясь не отводить взгляд. Игорь Андреевич совершенно не изменился в лице, он засунул руки в карманы брюк и медленно подошел к огромному панорамному окну, словно обдумывая услышанную информацию. Яркий дневной свет подчеркивал резкие волевые черты его профиля.

— Я всегда навожу подробные справки о людях, которые на меня работают. Особенно о ключевых сотрудниках. Я прекрасно знаю, чье именно агентство вы вытащили со дна перед тем, как прийти в мой бизнес-центр. Артём Светлов. Вы отдали его конторе три года, создали им идеальную репутацию на рынке, а в итоге остались на улице без копейки денег.

Я почувствовала сильную обиду от этих резких слов, но заставила себя сделать спокойный ровный вдох и прямо встретила его внимательный темный взгляд. Жаловаться на несправедливость судьбы и строить из себя жертву перед начальством я совершенно не собиралась, поэтому продолжала упрямо молчать.

— И что вы собираетесь делать в этой ситуации?

Игорь Андреевич выдержал короткую паузу, ожидая моего ответа, а затем сделал медленный шаг вперед и остановился рядом. В его просторном кабинете вдруг стало как-то тесно. Босс опустил глаза на свой массивный стол и слегка стукнул указательным пальцем по свежим распечаткам нашего текущего строительного проекта.

— Посмотрите сюда, Марина. Исходную визуализацию нарисовала Виктория, но именно ваши подробные расчеты спасли нас от полного провала с системой вентиляции, и именно вы довели эти сложные черновые чертежи до ума. Ваш бывший просто идиот, Марина. Редкий и абсолютно непроходимый идиот. Я никогда не держу в штате людей из банальной благотворительности. Вы находитесь здесь исключительно потому, что прекрасно знаете свою работу, и этот важный тендер мы обязательно выиграем. Более того, я прекрасно осведомлен, что именно этот идиот и ваша сестра сейчас работают на нас в качестве подрядчиков.

Я удивленно моргнула от такой прямолинейности и почувствовала легкую растерянность. В глубине его светлых глаз полыхнуло тяжелое раздражение.

— Я не собираюсь терпеть в своем бизнесе людей, которые привыкли выезжать за чужой счет и вести дела грязными методами. Мы начнем копать под их контору, скрупулезно проверять каждую смету, каждый акт выполненных работ и все их финансовые проводки. Поэтому я настоятельно прошу вас больше не переживать на их счет и сосредоточиться исключительно на ваших прямых должностных обязанностях.

— Спасибо вам большое.

Я выдохнула эти слова вместе с накопившимся тяжелым напряжением, чувствуя невероятное облегчение от его неожиданной поддержки. Игорь Андреевич внимательно посмотрел на меня, и уголки его губ тронула едва заметная ободряющая улыбка, которая на мгновение смягчила его суровое лицо.

— А теперь возвращайтесь к своей работе, потому что до важной презентации осталось мало времени.

***

С этого момента я начала существовать в режиме непрекращающейся нон-стоп работы. Время полностью потеряло свои привычные границы и превратилось в бесконечную череду сложных правок, долгих рендеров и резких отрывистых команд нашего руководства. Ситуация сильно осложнялась тем, что Алина регулярно заходила в наш отдел по поводу бесконечных согласований и внесения правок в документацию подрядчиков. Мне приходилось постоянно отвлекаться на ее капризы и тратить драгоценные минуты на объяснение элементарных строительных норм, попутно пытаясь успеть сделать свой собственный основной проект для грядущего важного тендера.

Сейчас стрелка часов на стене уверенно перевалила за полночь, а в огромном здании бизнес-центра уже погасли все окна. Только наш этаж оставался одиноким островком яркого света посреди ночной тишины, потому что до начала тендера оставались считанные часы, и финальная презентация всё ещё требовала небольшой доработки. Я сидела за своим рабочим столом и напряженно вглядывалась в экран монитора, пиксели уже начали расплываться перед глазами, но пальцы продолжали механически перебирать клавиши, исправляя мелкие недочеты.

— Всё ещё возишься с входной группой?

Дмитрий вальяжно присел на край моего стола и непринужденно крутил в пальцах мой карандаш. Его галстук давно перекочевал в карман, а верхние пуговицы рубашки были расстегнуты. Коллега слегка наклонился вперед, нагло вторгаясь в мое личное пространство. От него как всегда пахло кофе.

— Марин, ты вообще спишь когда-нибудь? — его губы тронула лукавая улыбка. — Или ты тайно питаешься исключительно пикселями и моим восхищением?

Я с трудом подавила ответную улыбку. Дима был объективно хорош собой, и любая другая девица в офисе давно бы растаяла. Но меня его обаяние почему-то не трогало. Я потянулась и забрала свой карандаш из его пальцев. Наши руки при этом случайно соприкоснулись. Дима совершенно не спешил разрывать контакт и мягко провел большим пальцем по моему запястью.

— Я просто хочу довести проект до ума. Завтра утром презентация.

— Брось, — он тихо рассмеялся и придвинулся еще ближе. — У тебя все уже отлично. Помню свой прошлый объект на набережной. Я тогда тоже сидел до утра, а потом на презентации назвал заказчика именем его сына. Тебе тоже надо расслабиться. Поехали лучше выпьем кофе. Я знаю одно потрясающее место тут рядом.

Я открыла рот для шутливого отказа, но не смогла произнести ни звука. В дверях кабинета стоял Игорь Андреевич. Я даже не услышала как он вошел. Директор молча прислонился плечом к косяку и наблюдал за нашей милой воркотней. Вдоль позвоночника мгновенно пробежал холодок.

— Если у вас, Дмитрий, образовалось так много свободного времени для ночных бесед, я могу прямо сейчас поручить вам разработку концепции еще трех новых коммерческих объектов. — Голос генерального директора прозвучал предельно ровно. От этого ледяного тона в кабинете сразу стало не по себе. — Я настоятельно рекомендую вам немедленно отправиться домой и не отвлекать от работы моего сотрудника.

Дима понятливо поднял руки вверх, коротко подмигнул мне на прощание и растворился в темноте коридора.

Мы остались одни. Тишина казалась оглушающей. Я нервно сглотнула и опустила глаза на клавиатуру. Игорь Андреевич медленно подошел к моему столу и посмотрел в экран.

— Ваша часть проекта готова, Марина?

От недавнего ледяного металла в его голосе не осталось и следа.

— Да. Я закончила все правки.

Я ответила тихо. Игорь Андреевич коротко кивнул и внимательно посмотрел мне прямо в глаза.

— Тогда собирайте вещи и спускайтесь на подземную парковку. Я отвезу вас домой.

Он развернулся и пошел к выходу. Я послушно потянулась за сумкой.