Алена Климова

Алена Климова 

Пишет...✍️

1subscriber

72posts

Showcase and bundles

20
A bundle is a collection, compilation, playlist, or catalog of posts that saves you from searching through the blog and lets you buy the entire content series in a single click.
goals1
$0 of $3.9 raised
На тортик из ВкусВилла

Мой (не)идеальный заказчик (глава 5)


Мы вернулись в столовую через пять минут.
К моему немалому удивлению, «будущая мамочка с угрозой обморока» вовсе не лежала в гостевой спальне с холодным компрессом на лбу. Злата уже спустилась вниз: она сидела в глубоком кресле у окна, бережно укутанная пуховой шалью Раисы Павловны, и с самым умиротворённым видом уплетала с блюдца румяный пирог с брусникой, запивая его травяным отваром.
Тимофей сидел на подлокотнике её кресла, не сводя с невесты влюблённых, сияющих глаз.
— Глебушка, Кирочка, садитесь скорее к столу, пироги остывают! — захлопотала счастливая Раиса Павловна, расставляя чистые чашки. — Златочке уже гораздо лучше, свежий воздух и брусника чудеса творят!
Я скромно направилась было к самому дальнему краю длинного дубового стола, поближе к выходу, но Глеб бесшумно шагнул мне наперерез, одной рукой отодвинул тяжёлый стул прямо рядом со своим местом и коротко бросил:
— Сюда садись, Кира. Нам ещё график на неделю сверять.
Пришлось сесть. Причём стул он придвинул так близко к своему, что моё плечо почти соприкасалось с рукавом его тёмного джемпера.
Я взяла чашку с чаем, стараясь смотреть исключительно в свою тарелку, но кожей чувствовала пристальный, изучающий взгляд с противоположного конца стола.
Я подняла глаза.
Злата медленно переводила взгляд своих ясных голубых глаз с лица Глеба на мою руку, к которой Таганцев только что молча пододвинул вазочку с лучшим куском горячего пирога. На губах невесты играла всё та же кроткая, нежная улыбка, но её тонкие пальцы на краю фарфорового блюдца едва заметно побелели.
— Как я рада, что все недоразумения наконец позади, — пропела Злата своим мягким голоском, поглаживая ладонь Тимофея. — Глеб Викторович, мы с Тимошей так вам благодарны за заботу о безопасности фонда. Сегодня в три часа дня Тимоша лично поедет к нотариусу и аннулирует все старые доверенности, а в понедельник сам пойдёт на совет директоров. Ведь теперь, когда у нас будет малыш, Тимоша решил лично управлять своим пакетом акций и перевести свою долю в наш новый семейный траст. Правда, любимый?
— Конечно, родная, — гордо выпрямился Тимофей, бросив на старшего брата вызывающий взгляд. — Я больше не мальчик, Глеб. Сам буду голосовать своими двадцатью процентами и сам выберу партнёров по северному проекту, без твоей опеки.
Я покосилась на Глеба. Ни один мускул не дрогнул на его лице, только взгляд стал холодным и тяжёлым, как свинец.
У меня в голове тут же закрутились шестерёнки. Уж не ради этого ли нового «семейного траста» Злата и затеяла весь сегодняшний спектакль со срочным возвращением в Москву и справкой о беременности? Ведь если ослеплённый будущим отцовством и обидой на старшего брата Тимофей сам переведёт свои акции в какой-то траст под управлением нужных Злате людей, то и старая балийская доверенность Воронову больше не понадобится!
А Злата тем временем отпила глоток из чашки и вдруг с самой невинной, ангельской улыбкой повернулась ко мне:
— Ой, Кирочка, а мы ведь в этой суматохе совсем забыли про рассадку за главным семейным столом на банкете! Мы с Тимошей в центре, Раиса Павловна рядом с моими родителями… а бедный Глебушка совсем один! Нехорошо получится, если старший брат жениха весь вечер и всю прогулку на яхте просидит в одиночестве. Кирочка, вы же профессионал, у вас в списках приглашённых наверняка есть свободные девушки из нашего круга, например, дочки банкиров или модели. Подберите Глебу Викторовичу достойную пару на свадьбу, чтобы ему не было скучно!
От такой неприкрытой попытки поставить меня на место обслуги я едва заметно усмехнулась, включила самую вежливую улыбку свадебного распорядителя и бодро потянулась к своему планшету:
— Разумеется, Злата! Какая прекрасная идея! Сейчас открою анкеты невест первой категории, у нас там и балерины Большого театра имеются, и дочка замминистра с кукольной внешностью…
Договорить я не смогла.
Потому что под длинной льняной скатертью, скрытая от глаз всех сидящих за столом, на моё колено вдруг легла большая, жёсткая мужская ладонь и ощутимо сжала его, приказывая замолчать!
Я вздрогнула от неожиданности, попыталась отодвинуть ногу, но пальцы Глеба не разжались, пока он сам с абсолютно невозмутимым лицом не поставил чашку на блюдце.
— Не тратьте время на анкеты, Кира Андреевна, — спокойно и весомо произнёс Глеб, глядя через стол на Злату. — Моё место за главным столом и на яхте обсуждению не подлежит. Женщина, которая мне нужна, на этой свадьбе уже есть. И сидеть она будет рядом со мной.
И только после этих слов он убрал руку с моего колена.
А у меня внутри после его фразы будто ледяной сквозняк подул.
Значит, женщина у него среди приглашённых на эту свадьбу гостей уже есть! И сидеть она будет рядом с ним за главным семейным столом и на яхте, пока я буду бегать по залу с рацией и следить за подачей горячего!
Хорошо же я бы выглядела, если бы вечером в каюте яхты развесила уши и растаяла в его объятиях! Для него поцеловать наёмную организаторшу на диване это так, минутное развлечение в перерывах между охотой на рейдеров, а за главный стол перед семьёй и светом общества он усадит ровню из своего круга, про которую мне даже словом не обмолвился.
Какая же я молодец, что вовремя выставила перед ним папку и напомнила про дистанцию! Правильно говорят: обжегшись на молоке, дуй на воду. Никому верить нельзя, а таким властным богачам и подавно.
Я молча опустила глаза в экран планшета, чувствуя, как внутри сама собой захлопывается глухая стальная дверца. Всё. Никаких больше чаепитий на моей кухне и никаких глупых иллюзий. Отработаю контракт до копейки и забуду его как страшный сон.
— Надо же, Глебушка, какой ты скрытный, — мягко протянула Злата, первой нарушая тишину за столом. — Ну что ж, тем интереснее будет познакомиться с твоей избранницей на банкете. Кирочка, а вас я жду завтра в двенадцать дня у нас в особняке в Чистом переулке на генеральную примерку платья. Кстати, раз уж врач сегодня поставил мне угрозу и запретил волноваться, корсет в талии ушивать не будем, наоборот, пусть портниха ослабит шнуровку, чтобы малышу было свободно.
— Как скажете, Злата, я предупрежу портниху, — ровно и совершенно бесстрастно ответила я, отодвигая свой стул чуть дальше от Глеба.
***
Когда через полчаса мы вышли из дома во двор и сели в машину Таганцева, я молча пристегнулась ремнём, положила папку на колени и уставилась прямо перед собой на дорогу.
Глеб завёл двигатель, выруливая за ворота посёлка, и бросил на меня быстрый взгляд с прищуром:
— Чего притихла, Лазарева? Даже не поспоришь из-за того, что я не дал тебе сосватать мне дочку замминистра?
— Зачем же мне спорить с заказчиком, Глеб Викторович? — сухо и предельно официально отозвалась я, не поворачивая к нему головы. — Давайте лучше о работе. Вы слышали, что Злата про семейный траст на понедельник сказала? Мне кажется, им больше и не нужна та доверенность с Бали. Уж не затем ли она привезла Тимофея сюда и объявила о ребёнке, чтобы он сам передал акции в управление людям Воронова через этот новый траст?
Глеб несколько секунд внимательно смотрел на мой холодный профиль, явно уловив перемену в моём тоне, и его брови хмуро сошлись на переносице. Но выяснять причины моей отстранённости он не успел: на приборной панели зазвонил его телефон, высветился номер начальника службы безопасности Бориса Игнатьевича.
Глеб включил громкую связь:
— Слушаю, Борис Игнатьевич. Проверили утреннюю смену клиники «Мед-Люкс»?
— Проверили, Глеб Викторович, — глухо отрапортовал из динамиков полковник. — Старший лаборант и врач-гинеколог, которые сегодня в восемь утра оформляли анализ крови Морозовой, два часа назад уволились одним днём и вылетели чартером в Анталью. Пробирку с кровью в базе подменили на донорскую от реальной беременной пациентки.
— Я так и знала, — сдержанно кивнула я.
— Доказательства подмены для Тимофея есть? — резко спросил Глеб.
— Документальных нет, — вздохнул безопасник. — В базе клиники стоит штатный протокол, записи с камер коридора за утро стёрты из-за якобы технического сбоя сервера, а врач уже за границей.
Глеб сжал руль до хруста кожи и отключил вызов.
— Замкнутый круг, — мрачно произнёс он, глядя сквозь лобовое стекло на свинцовую воду Москвы-реки. — В независимую клинику Злата теперь не пойдёт, сошлётся на угрозу и домашний режим. Единственный плюс в том, что с отменой балийской доверенности мы выиграли время.
— Неделя это вполне достаточный срок, — деловито ответила я. — Главное сейчас ни словом, ни взглядом не показать Злате, что мы знаем про подмену пробирки. Пусть думает, будто все поверили. Завтра в двенадцать дня я еду к ним на примерку платья, а оттуда мы с ребятами сразу отправимся в «Кедровый мыс» готовить площадку.
Глеб повернулся ко мне всем корпусом, и его серые глаза сузились:
— Одну я тебя к Морозовым не пущу, Кира. Поедешь с Саввой и портнихой, а я подъеду к половине первого, заберу оттуда мать после чаепития и поеду с вами в отель. И никакой самодеятельности, Лазарева. Просто наблюдаем.
***
Вот только когда в воскресенье ровно в двенадцать часов дня мы с Саввой и пожилой портнихой Софьей Марковной вошли в парадный холл особняка, выяснилось, что сюрприз на сегодня готовила не только я.
В большой гостиной первого этажа, где за чайным столом сидели Тимофей, Раиса Павловна и Алла Эдуардовна, стояла Злата в шёлковом утреннем платье.
А рядом с ней, вальяжно опираясь о каминную полку и держа в руках кожаную папку с золотым тиснением, стоял до боли знакомый мне холёный брюнет в приталенном клетчатом пиджаке.
Мой бывший жених Игорь!
Савва за моей спиной громко втянул воздух сквозь зубы, а я застыла посреди паркета, глядя на наглую, торжествующую ухмылку своего бывшего.
— Кирочка, проходите скорее! — ласково, с ядовитой сладостью в голосе поприветствовала меня Злата, подходя ко мне и глядя прямо в глаза. — А мы тут с Тимошей подумали, что на такой большой свадьбе нагрузка на ваше маленькое агентство слишком велика. Вы ведь на этой неделе так устали, бедняжка, столько лишних поручений выполняли… Поэтому сегодня утром Тимоша подписал договор со вторым подрядчиком! Вы ведь, кажется, уже знакомы и отлично сработаетесь под его руководством, правда?
Игорь самодовольно поправил лацканы пиджака, смерив меня взглядом победителя:
— Привет, Кира. Мир тесен, будешь теперь согласовывать все свои тайминги и выходы официантов лично со мной.
Я стояла посреди холла, чувствуя, как от злости и полной растерянности у меня леденеют кончики пальцев.
Это ещё что за явление Христа народу?! Откуда в доме Морозовых вообще взялся Савельев?! Неужели после нашей вторничной встречи в ювелирном доме на Петровке он сам как-то вынюхал, чью свадьбу я готовлю, и пролез к Тимофею через третьих лиц, чтобы мне отомстить за чёрный список Глеба? Или это Злата про него узнала? Но как она могла на него выйти, если ни у неё, ни у Кристины ни одного общего знакомого с Игорем отродясь не было?!
Я уже набрала в грудь воздуха, чтобы выдать Игорю ответ, как вдруг тяжёлые входные двери особняка за моей спиной распахнулись.
На пороге стоял Глеб Таганцев.
Он приехал забрать Раису Павловну после чаепития и в первую же секунду увидел стоявшего у камина рядом со Златой Игоря Савельева.
В гостиной стало тихо. Улыбка с лица Игоря сползла мгновенно: он побледнел и невольно отступил на шаг за кресло Тимофея.
А Глеб медленно расстегнул верхнюю пуговицу своего чёрного кашемирового пальто, подошёл вплотную ко мне, встал плечом к плечу и посмотрел на младшего брата, его невесту и побледневшего Савельева таким взглядом, от которого в комнате, казалось, температура упала на десять градусов.
— Какое интересное кадровое решение, Тимофей, — тихо, с пугающим спокойствием произнёс Таганцев. — Значит, решил нанять для своей свадьбы человека, на чью фирму сегодня утром налоговая инспекция и банк-кредитор подали иск о принудительном банкротстве за неуплату старых векселей?
Лицо Игоря вытянулось и пошло багровыми пятнами:
— Каких ещё векселей?! Мои кредиты вчера выкупил и закрыл инвестфонд…
— Твои просроченные векселя сегодня в десять утра выкупил мой резервный фонд, Савельев, — ледяным тоном перебил его Глеб, даже не поворачивая к нему головы. — Так что с сегодняшнего дня все твои долги, твоё агентство и твой арестованный автомобиль принадлежат лично мне. А поскольку Кира Андреевна является генеральным распорядителем этого мероприятия, с этой минуты ты поступаешь в её полное техническое распоряжение. Будешь лично таскать за её бригадиром Михалычем ящики с кабелями и мыть полы на сцене перед банкетом. А если откажешься или опоздаешь хоть на минуту, завтра же пойдёшь по миру с молотка. Вопросы есть?
У меня в груди от такого разворота будто фейерверк взорвался!
Игорь стоял ни жив ни мёртв, открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба, а стоявший за моей спиной Савва тихонько, с непередаваемым наслаждением прошептал мне на ухо:
— Кира, отдай этого в клетчатом пиджаке мне в бригаду… У меня как раз отпариватель на второй этаж некому тащить!
Я посмотрела на побелевшую от злости Злату, чьи пальцы вцепились в спинку кресла, потом перевела взгляд на потерявшего дар речи Игоря и ослепительно, от всей души улыбнулась:
— Ну что же ты стоишь, Игорь? Слышал, что плательщик сказал? Снимай свой модный пиджачок, бери у Саввы тяжёлый отпариватель и тащи на второй этаж в примерочную! Живо! Нам с невестой пора начинать примерку!
Надо было видеть лицо моего бывшего жениха, когда Савва с самым благодушным видом вручил ему пудовый профессиональный отпариватель с полным баком воды и коробку с чехлами.
Игорь побагровел так, что стал одного цвета со своим бордовым галстуком, но под ледяным взглядом Таганцева пикнуть не посмел. Стянул свой пижонский клетчатый пиджак, подхватил агрегат за ручку и, согнувшись в три погибели, поплёлся вверх по дубовой лестнице вслед за мной и портнихой.
На втором этаже в просторной светлой гардеробной мы с пожилой портнихой Софьей Марковной быстро сняли миланское платье с манекена, а красный как рак и взмокший от натуги Игорь со стуком опустил отпариватель у трёхстворчатого трюмо.
— Куда ставить эту бандуру, Лазарева? — сквозь зубы процедил он, вытирая лоб платком и косясь на дверь, пока невеста ещё не поднялась. — Довольна? Нажаловалась своему новому хахалю, решила через его постель и кошелёк со мной счёты свести?
— Поставь у розетки слева от зеркала и включи нагрев, — холодно ответила я, даже не пытаясь его разубеждать. — А насчёт твоих долгов, Игорь, ты сам кредитов набрал и сам сюда зачем-то припёрся. Свободен. Иди вниз к Савве, он тебе как раз три вазона с землёй приготовил на второй этаж заносить, а потом с нами в «Кедровый мыс» поедешь разгружать машину.
Игорь злобно дёрнул щекой и вышел в коридор, едва не столкнувшись в дверях с вошедшей в гардеробную Златой.
Невеста плавно переступила порог, закрыла за собой дверь и одарила нас с портнихой самой кроткой, лучезарной улыбкой, словно никакой заминки внизу и не было.
— Софья Марковна, голубушка, помогите мне надеть платье, — мягко попросила она, вставая на ковёр перед высоким зеркалом. — Только не затягивайте сегодня корсет слишком туго, ладно? Мне ведь теперь нужно беречься.
Мы с портнихой помогли ей облачиться в пышный наряд из миланского кружева. Пока Софья Марковна сидела на низенькой скамеечке у подола, подкалывая булавками нижнюю юбку, я стояла позади Златы и расправляла атласную шнуровку на спине.
Наши взгляды встретились в зеркале.
— Какая неловкая сцена сейчас вышла внизу в гостиной с этим Игорем, Кирочка, — тихо, с сочувствием в голосе произнесла Злата, поправляя кружевной манжет. — Судя по тому, как жёстко вы с Глебом Викторовичем его встретили, вы с ним не особо ладите! А я ведь понятия не имела! Просто вчера вечером решила подобрать вам помощника на банкет, заглянула в открытую базу по старой истории вашего агентства и увидела, что три года назад вы начинали бизнес вместе с этим Савельевым. Вот я утром с ним и связалась, думала сделать вам приятное и пригласить вашего прежнего партнёра. Кто же знал, что всё так обернётся?
Смотрела она на меня в зеркало ясно, ласково, строя из себя саму святую простоту.
Так вот оно что! Значит, не Игорек нас выследил, а сама Злата вчера полезла в базы данных копать историю моей фирмы! Интересно, правда не знала, кем именно он мне приходился, или специально искала, чем меня побольнее уколоть, а теперь глазками хлопает?
Но виду я не подала и расплылась в такой же приторно-нежной, заботливой улыбке:
— Ой, Златочка, да что вы, какая же это неловкость! Наоборот, вы мне просто царский подарок сделали! У нас с Саввой перед выездом в отель рук вечно не хватает, а тут целый бывший партнёр на подхвате! И главное, за него даже платить не надо!
Пальцы Златы на кружевной юбке едва заметно сжались, но улыбка с лица не сошла.
— Главное, чтобы подготовка не пострадала, — мягко заметила она. — Вы ведь помните, что через три дня у нас репетиция ужина в «Кедровом мысе»? Я попросила шеф-повара подать к столу моё любимое розовое шампанское и устриц, хочу порадовать девочек.
— Девочкам обязательно подадим, а вот вам, Златочка, теперь ни капли игристого и никаких морепродуктов! — с самой горячей материнской заботой всплеснула я руками, специально говоря погромче, чтобы Софья Марковна тоже слышала. — Я ведь сразу после вчерашней радостной новости позвонила в отель и переписала ваше личное меню от и до! Никакого кофе, никаких сырых закусок и никаких шпилек! Тимофей Викторович лично утвердил для вас диетический стол на пару и травяные настои. А ещё распорядился, чтобы в отеле перед выходом на яхту вас обязательно осмотрел дежурный врач с аппаратом УЗИ, мало ли как речная качка на тонусе скажется! Мы с Тимофеем Викторовичем с вас теперь пылинки сдувать будем!
В отражении зеркала я увидела, как на долю секунды застыли её голубые глаза. Похоже, перспектива дежурного врача с аппаратом УЗИ и паровой диеты пришлась нашей невесте совсем не по вкусу!
Но Злата ничем себя не выдала, только кротко опустила пушистые ресницы и погладила ладонью плоский живот под кружевом:
— Какой Тимошенька у меня тревожный… Конечно, Кирочка, раз нужно диету, значит, буду на диете. Только врач в отеле мне ни к чему, я ведь наблюдаюсь у своего доктора в Москве, лишние осмотры на таком сроке только вредят.
— Ну, это уж как Тимофей Викторович решит, он ведь будущий отец, — ласково кивнула я, завязывая последний бантик на корсете.
***
Через двадцать минут, когда платье снова было бережно снято и развешено на манекене, а мы с Софьей Марковной собрали кофры с аксессуарами, я спустилась вниз по парадной лестнице.
Раиса Павловна с Тимофеем уже прощались с хозяйками в холле. Глеб ждал у выхода на крыльцо.
Когда я вышла во внутренний двор особняка, где стоял наш рабочий фургончик, я невольно остановилась на ступеньках и прикусила губу, чтобы не расхохотаться в голос.
Картина у машины разворачивалась просто незабываемая!
Савва в своём безупречном пальто стоял у открытых задних дверей фургона с чашечкой кофе в руке и руководил погрузкой. А мой бывший жених Игорь Савельев, без пиджака, в насквозь мокрой на спине рубашке, вся грудь которой была густо перемазана чёрным садовым чернозёмом, с багровым от натуги лицом и трясущимися руками стаскивал обратно с крыльца в кузов третий огромный керамический вазон со старой землёй, который только что таскал наверх на замену. Модные светлые лоферы Игоря превратились в два комка мокрой глины, а с рукавов сыпался торф.
— Аккуратнее ставь к борту, Савельев, керамика дорогая! — назидательно командовал Савва, прихлёбывая кофе. — Сейчас мы с тобой в «Кедровый мыс» приедем, ты эти вазоны из кузова выгрузишь, старую землю лопатой выкопаешь, а потом пойдёшь к Михалычу на пирс настил под арку сколачивать! Живее давай, график горит!
Игорь с глухим стоном впихнул неподъёмный вазон в кузов, схватился за поясницу и, увидев меня на крыльце, пока Савва отошёл к кабине водителя, кинулся ко мне с перекошенным от злости лицом.
— Ты что устроила, Кира?! — яростно зашипел он, хватаясь перемазанной в чернозёме пятернёй за край фургона прямо передо мной. — Ты зачем натравила на меня своего Таганцева?! У меня через две недели свадьба со Светой, а я тут как раб на галерах твои горшки с грязью таскаю! Дорвалась до миллиардера и решила меня по миру пустить?! Скажи своему хахалю сейчас же, чтобы вернул мои векселя и снял арест со счетов, иначе я по всем заказчикам пущу слух, через чью постель ты себе такие контракты выбиваешь!
Я посмотрела на этого жалкого, перепачканного землёй человечка перед собой и вдруг с удивительной ясностью поняла, что внутри у меня по отношению к нему не осталось вообще ничего. Ни старой боли, ни обиды. Только лёгкая брезгливость.
— Знаешь, в чём твоя главная беда, Игорь? — спокойно и холодно сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Ты всю жизнь судишь о людях по себе. Три года назад ты украл мою базу, потому что сам ничего создать не способен, а сегодня прибежал сюда по первому свистку невесты, рассчитывая помыкать мной за чужой спиной. Мои отношения с Глебом тебя не касаются, а просить за вора и шантажиста я не стану даже под расстрелом. Полезай в машину к Савве, в «Кедровый мыс» тебя ещё разгрузка у пирса ждёт.
Игорь от моих слов аж задохнулся от бешенства, занёс кулак и ударил грязной ладонью по металлическому борту фургона прямо возле моего плеча:
— Да ты у меня ещё попляшешь, дрянь гордая! Я тебя…
Секунду спустя его ноги оторвались от брусчатки двора.
Подошедший со стороны крыльца совершенно бесшумно Глеб Таганцев одной рукой ухватил Игоря за шиворот сзади, легко, как нашкодившего котёнка, отшвырнул от меня и с глухим стуком припечатал спиной к чугунной решётке ворот.
— Ещё раз подойдёшь к ней ближе чем на пять метров или откроешь свой рот в её сторону, Савельев, — тихо, без единого повышения тона произнёс Глеб, удерживая побледневшего Игоря на весу одной рукой за воротник, — и ты будешь отрабатывать свои восемнадцать миллионов на лесопилке под Магаданом. У меня там как раз нехватка неквалифицированных кадров. Пошёл к грузчикам в кузов. Бегом.
Игорь, стуча зубами и не разбирая дороги, опрометью кинулся к фургону, где его уже поджидал Савва.
Глеб достал платок, вытер ладонь от грязи, повернулся ко мне и внимательно оглядел меня с головы до ног.
— Он тебя не задел? — глухо спросил он, шагнув ближе.
— Нет, всё в порядке, спасибо за оперативное вмешательство, — сухо и сдержанно ответила я, делая незаметный шаг назад к его внедорожнику, чтобы сохранить дистанцию. — Нам пора выезжать в отель, Глеб Викторович, фургон уже трогается. По дороге расскажу вам, как Злата объяснила утренний наём Савельева и почему она наотрез отказалась от осмотра у дежурного врача в «Кедровом мысе».
Глеб нахмурился, но молча открыл передо мной дверцу машины.
Subscription levels1

Внутри истории

$3.9 per month
Здесь мои книги появляются раньше, чем где-либо ещё. Подписка дает доступ ко всем публикациям.
Я выкладываю новые главы по мере написания, показываю сцены, которые ещё проходят редактуру, и иногда отдаю читателям право решать, какой путь выберет герой.
Go up