Непередаваемое чувство, как голова раскалывается от обилия вопросов и проблем. Меньше всего можно было ожидать, что в итоге я стану учителем для кучи обычных людей.

С самого начала план был в том, чтобы просто помочь раненым или больным. Может, поделиться едой и медикаментами с людьми. Вот только даже в масштабах одного города, моя помощь значила до смешного мало. Размышление над этой проблемой и способами её решить в итоге и породило ещё больше проблем.

Первым делом я перестал брать обычную плату за исцеление богатых, вместо этого прося их проявить милосердие к другим. Это не только могло бы помочь большему количеству людей, но и дало бы мне разные примеры милосердия.

Затем, по совету Прекрасной Наставницы, я перестал решать затруднения людей за них. Вместо этого началась раздача советов и наставлений, благодаря которым люди могли бы сами позаботиться о себе и о соседях. Первоначально идея казалась очень хорошей, но постепенно моё отношение изменилось.

Вокруг нас с Сюэ собирались настоящие толпы. Меня начали банально узнавать на улицах Фулина и чем дальше, тем больше меня начинало напрягать происходящее. Одна надежда, уже скоро отпущенная мне неделя подойдет к концу, и можно будет вернуться в Зелёную Крепость, пообещав себе не возвращаться в Фулин в ближайшие несколько десятков, а лучше несколько сотен лет.

С такими мыслями я закончил очередной день, посвященный милосердию, и уже мысленно предвкушал возвращение в «Жемчужную Заводь», горячую ванну и хорошую порцию жареного мяса, как перед нами с Сюэ нарисовалась моя старая знакомая.

— «О, смотри-ка, сбежавшая принцесса пожаловала», — тут же ехидно протянула Хэй Лань, взмахнув хвостом.

Я её радость от встречи с Кун Мэй не разделял. Во многом потому, что до сих пор её компания не принесла мне ничего хорошего. Ещё больше меня напрягало, что Мэй изменила своему обычному горделивому поведению, и выглядела как-то даже пришибленно. Это точно не сулит ничего хорошего.

Мэй остановилась в нескольких шагах от нас. Никакой привычной заносчивости, никаких презрительно расправленных плеч и вздернутого подбородка. Она сложила руки перед собой и выдала полноценный поклон, а не лишь слегка склонила голову.

— Приветствую, Ян Джун, — произнесла Мэй, в то время как Сюэ за моей спиной не знала что ей делать.

Формально, так как они с Мэй одного ранга, то именно моя «ученица» должна была говорить от моего имени с равным оппонентом. По факту же, её статус ученицы пока не подтвержден. Мы с Мэй вроде как знакомы. Да и вряд ли «Наставник (4)» с ручным демоном, о чем Сюэ уже знала, может хоть как-то пострадать от действий Ученика (2).

— Кун Мэй, — я тоже приветствую её поклоном. — Неожиданно вновь встретить тебя, особенно так далеко на юге.

— Настоятель Зелёной Крепости посоветовал мне составить тебе компанию в этом путешествии, — она явно соврала.

Как минимум мне никто и ничего не говорил о попутчице, да и вышли мы из храма отдельно друг от друга. Да и по самой Мэй было видно, что волнуется и чувствует себя неуютно. что волей-неволей наводит на мысли о вранье или недомолвках.

Я едва удержался от тяжелого вздоха, мысленно прощаясь с мечтами о спокойном вечере, горячей воде и вкусном ужине. Если её привычное высокомерие приносило проблемы, то её покорность предвещала настоящую катастрофу. Но ничего сказать по этому поводу я не успел, так как Хэй Лань решила вступить в беседу.

— «Не жжет ли эта ложь язык, маленькая принцесса?»

Это было её обычное иллюзорное послание, но в этот раз, похоже, слышал его не только я. По крайней мере Мэй вздрогнула, да и Сюэ за моей спиной тоже резко сменила свою позицию, что можно было определить на слух даже не смотря в её сторону.

— Я не вру… — напряженно произнесла Мэй. — Просто…

— Давайте пройдём в гостевой дом, — перебиваю её, оглядываясь вокруг. — Поговорить можно и там, а лично я предпочту компанию ужина, а не посторонних свидетелей.

Никто спорить с этим предложением не стал, но и спокойным наш путь до Жемчужной Заводи, назвать язык не получается. Пропустив меня дальше по дороге, Мэй пристроилась чуть позади меня, на одном уровне с Сюэ. И это была ну очень подозрительная заявка.

Это какой демон её в голову клюнул, что она вдруг решила подать себя как моя ученица, ну или подчиненная? И если меня подобное просто напрягло, то духовная сила Сюэ разве что не вскипела. Я же до сих пор не подтвердил её ученичество, а тут вдруг неожиданная соперница.

Всю дорогу до постоялого двора спину мне жгло такое духовное напряжение, что, казалось, у меня вот-вот задымится одежда. Сюэ молчала, но её возмущение буквально витало в воздухе. Сила Мэй так не кипела, но там тоже можно было ощутить серьёзное напряжение.

— «Ты только посмотри на них, Ян Джун», — мурлыкнул в моей голове голос Хэй Лань. Демоница откровенно наслаждалась ситуацией. — «Две кошечки готовы вцепиться друг другу в глотки за место у твоих ног. Как это мило».

От такого сравнения я только поморщился. Мало мне было одного «трофея», которая разве что прямым текстом не попросилась в мою постель. А ведь про Мэй Хэй Лань тоже говорила, что та влюбилась и, якобы, именно поэтому она пришла в Зелёную Крепость.

Я, конечно, планировал рано или поздно организовать свою семью и жениться, но не с такими же проблемами.

Одна бывшая разбойница, и выше наложницы подняться не имеет законного права. Вторая беглянка из Великого Клана, чьё положение ещё более шаткое чем у первой. Мэй, по хорошему, надо не просто «принимать» в семью, а полноценно выкупать её у клана и после такой покупки, если она вообще состоится, положение у «жены» будет откровенно рабское. В общем геморрой ещё тот, как ни посмотри.

«Жемчужная Заводь» встретила нас теплым светом фонарей, запахами специй и шумом вечерней толпы. Снятая в первый день комната всё ещё была закреплена за мной. Суетливый толстяк оказался родственником хозяина и главным над слугами, завидев меня, тут же расплылся в почтительной улыбке, но его взгляд на секунду споткнулся о моих спутниц. Две молодые заклинательницы, вызывали кучу вопросов даже без умения чувствовать духовную силу.

Представляю, какая после этого обо мне молва может пойти по городу.

Бросив хозяину серебряную монету и коротко заказав обильный ужин в номер, я быстрым шагом направился на второй этаж. Девушки молча проследовали за мной. И как только дверь комнаты закрылась, отрезая нас от гула первого этажа, напряжение в воздухе, казалось, можно было резать ножом.

Я устало опустился за низкий столик из темного дерева и почесал свою лохматую подругу за ухом. Смешно сказать, но соседство этой демоницы успокаивало меня. И всё это на фоне двух человеческих девушек, что своим поведением скорее раздражали.

— Садитесь обе, — я кивнул на свободные подушки вокруг столика, прерывая затянувшееся молчание. — И прекратите фонить духовной силой. Вы и так уже своей кошачьей дракой прославились на весь город.

Мэй среагировала мгновенно, явно сказывается клановое воспитание. Мгновенно подавив свою ауру она грациозно опустилась по мою правую руку. Это было традиционное место старшего ученика или доверенного лица, готового в любой момент услужить наставнику.

Это было нагло, и Сюэ коротко поджала губы, явно уловив этот жест, но промолчала. Осторожно, словно ожидая подвоха, она заняла место напротив меня. И это был точно такой же демонстративный жест.

Там где Мэй демонстрирует покорность и послушание, Сюэ реально вела себя послушно. Я до сих пор не подтвердил её статус ученицы, и сам отказался от её статуса трофея, считай наложницы, поэтому она и не могла сесть по левую руку.

Тишина в комнате затягивалась, нарушаемая лишь приглушенным шумом с первого этажа да довольным урчанием Хэй Лань, которой мои почесывания явно пришлись по вкусу. Я не спешил начинать разговор, давая девушкам возможность немного остыть и собраться с мыслями. В конце концов, мне спешить было некуда, а вот для них эта пауза казалась настоящей пыткой.

— Итак, — я наконец нарушил молчание, когда напряженное дыхание Мэй стало слишком уж заметным. — Мы наедине, лишних ушей нет. Давай начистоту, Кун Мэй. Настоятель ничего не говорил мне о попутчиках. Зачем ты здесь? И постарайся обойтись без сказок, я слишком устал за сегодня.

Мэй слегка вздрогнула, услышав мой будничный, лишенный всякого пиетета перед её происхождением тон. Она вздохнула, собираясь с духом, и её руки, лежащие на коленях, сжались в кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев.

— Настоятель действительно поручил мне сопровождать тебя в этом путешествии. Просто пользу от этого должен был не ты, а я, — тихо, но твердо начала она, глядя мне прямо в глаза. — В Зелёной Крепости было слишком много представителей великих кланов и мне стоило покинуть храм на некоторое время, чтобы избежать проблем.

— Мило, — вслух заметила Хэй Лань, заставив обеих девушек вздрогнуть. Хорошо хоть Сюэ не потеряла сознание, как это было в момент раскрытия природы демонической лисицы. — Сбежавшая принцесса вынуждена снова бежать, чтобы не попасться своим родственникам.

Я тяжело вздохнул, мысленно поминая старого Настоятеля незлым, но очень емким словом. Удружил, ничего не скажешь. Использовал меня как громоотвод для проблемной девчонки.

— Иными словами, — я посмотрел на Мэй, проигнорировав хихиканье лисицы в своей голове. — Тебе просто дали формальный повод отлучиться из храма. Моё имя было всего лишь предлогом, иначе нас отправили бы вместе, а не отдельно друг от друга.

— Мне посоветовали идти именно за тобой, — повторила она.

— Не всегда мы имеем в виду то, что говорим, — пожимаю плечами.

— Сложно сказать, что человек научился делать раньше, говорить или лгать, — «пошутила» Хэй Лань.

В этот идеально подходящий для драматичной паузы момент в дверь вежливо, но настойчиво постучали.

— Ужин, господин! — приглушенно донесся голос слуги.

— Войди, — бросил я.

Когда слуга, суетливо, но ловко расставив на столе блюда с дымящимся мясом, рисом, овощами в остром соусе и кувшин с чаем, ретировался, пауза из драматической стала просто неудобной.

Сюэ сидела слишком далеко, чтобы прислуживать мне за столом, как она делала обычно, а Мэй не сразу сообразила, что ей нужно делать. Я мог бы и сам совершенно спокойно поесть, но то, напряжение, что возникло за столом несколько угнетало.

Пауза могла бы затянуться, если бы не Хэй Лань. Худи Цзин не стала заморачиваться молчаливым противостоянием и многозначительными взглядами. Вместо этого она просто приступила к разделке запечённой рыбы, параллельно с этим хвостом наливая себе вина.

Глядя на то, с какой невозмутимостью и даже грацией эта пушистая проныра отдаёт должное угощению мне оставалось только хмыкнуть. Демонам человеческие условности, политесы и игры в гляделки были абсолютно чужды. Если перед тобой вкусная еда, её нужно есть, пока не остыла. И неожиданно лично мне подобный подход был намного ближе, чем интриги.

Пример Хэй Лань подействовал отрезвляюще. Мэй, наконец, осознав, какое именно место она так дерзко заняла, торопливо потянулась к кувшину с чаем. Её движения были изящными, отточенными годами клановых церемоний, но в них сквозила легкая нервозность. Она наполнила мою пиалу и двумя руками, с легким поклоном, пододвинула её ко мне.

Сюэ напротив нас едва слышно фыркнула, но после коротко поблагодарила меня за пищу, после чего сама взялась за приборы.

— Спасибо, — я принял пиалу, делая небольшой глоток. Чай был хорош, с легким ароматом жасмина. Поставив чашку на стол, я взял палочки и подцепил кусок горячего мяса. — А теперь возвращаемся к нашему разговору. Допустим, Настоятель действительно намекнул тебе, что в моей компании затеряться будет проще. Что дальше?

— Я прошу об ученичестве. В прошлый раз я повела себя неправильно и теперь, прошу… прошу дать мне шанс, — закончила она фразу, склонив голову так низко, что блестящие в свете ламп пряди её волос едва не коснулись столешницы.

Я не спешил отвечать. Тщательно прожевав мясо, я проглотил его, запил глотком чая и только после этого задумчиво посмотрел на склонившуюся передо мной макушку.

— Ученичество? — мне очень хотелось побиться головой об стол. Я сам Ученик (2), мне бы самому закончить своё обучение хотя бы до Мастера (3), а не набирать себе карманный гарем «учениц».

Будто в ответ на мои мысли Хэй Лань фыркнула, откровенно забавляясь от сложившейся ситуации.

— Тебе бы радоваться, глупый щенок, — пропела лисица, отрываясь от рыбного филе. — В кои-то веки статус сам прыгает тебе в руки. Или ты предпочтешь, чтобы она предложила себя в качестве наложницы?

Мэй от этого поперхнулась, а Сюэ недовольно нахмурилась. И что им неймётся так?

— Я и радуюсь, — тут действительно осталось только согласиться. Это было намного проще, чем спорить или выяснять отношения. — Прям не могу поверить в своё счастье.

Мой сарказм был настолько густым, что его, казалось, можно было наматывать на палочки для еды вместе с лапшой. Вот только и отпираться тоже нет смысла. Мэй слегка побледнела, но головы не подняла, а Сюэ лишь еще сильнее нахмурилась, явно ожидая моего вердикта. Но я просто поднял руку с раскрытой ладонью, призывая их к спокойствию.

— Сделайте лица попроще. Хотя я не планировал брать учеников, но и заставлять вас уговаривать себя не намерен. Я удовлетворю ваши просьбы. Вы обе теперь будете моими ученицами.

***

Мэй я поселил в ту же комнату, что и Сюэ. Надеюсь, что они там не передерутся в течение одной ночи. В любом случае я собирался ночевать отдельно от них. Мысль о необходимости стать хотя бы Мастером (3), чтобы начинать учить других, не была шуткой или преуменьшением.

У меня действительно не укладывается в голове идея, как можно учить людей, что находятся с тобой на одном духовном уровне. Даже с учетом более качественного и углубленного обучения, которое я прохожу в мире своего сна, этот стереотип не хотел меня отпускать. Да и полезно будет посоветоваться с наставниками на тему появившихся учениц.

Так что эту и несколько следующих ночей я собирался провести в мире своего сна, желая все же преодолеть барьер между Учеником (2) и Мастером (3). Хэй Лань была только за подобную идею, так как для неё это ещё несколько десятков безопасных лет, что приблизят её к новому хвосту.

Но, как уже неоднократно со мной бывало, Небо имело свои виды на все мои планы. В том плане, что первая ночь прошла вообще без проблем и я провел почти девять лет в мире своего сна, тратя их на медитацию и оттачивание своих знаний в медицине. А вот уже следующий день прошел несколько не по плану.

Уже во время завтрака к Жемчужной Гавани пришла помпезная делегация с флагами, на которых был символ клана Кун. С учетом недавней встречи с Кун Мэй я почти сразу же поверил, что это из-за неё, но на деле, виноват в этом визите все же был я.

Посланники оказались от городского лорда Фулина, Кун Аньши, который очень заинтересовался странным духовным практиком, приобретающим все большую известность в его владениях.

Делегация выглядела так, словно они пришли не приглашать бродячего практика на беседу, а как минимум принимать капитуляцию небольшого государства. Впереди вышагивал разодетый в тонкий шелк глашатай, за ним следовали несколько хмурых стражников, с духовной силой сильных Учеников (2).

Они не стали входить в гостиный дом, а вызвали хозяина заведения. Через него меня и пригласили на разговор, что состоялся на улице.

— Лорд Кун Аньши оказывает вам, лекарь Ян Джун, честь и приглашает разделить с ним дневную трапезу, дабы обсудить тонкости духовного искусства, и процветание нашего скромного города, — елейным голосом произнес глашатай, протягивая мне медную табличку с выбитым на ней официальным приглашением.

Я принял табличку, едва заметно кивнув. Металл приятно холодил пальцы, а филигранная гравировка прямо-таки кричала о богатстве и статусе клана Кун. Если устную просьбу можно было проигнорировать или отговориться, то от приглашения выгравированного на металле отказаться было нельзя, страшное оскорбление и пренебрежение.

А ведь я надеялся провести тут ещё пару дней и спокойно отправиться в обратный путь.

— Передайте многоуважаемому лорду Кун Аньши, что я почту за честь ответить на его гостеприимство, — не смотря на неприятные мысли, ответить пришлось ровным тоном и даже постараться выдавить из себя улыбку. — Время указанное в приглашении, точное, или к этому времени мне нужно подойти к входу в дворцовый квартал?

— Указано точное время, так что пожалуйста, подойдите за четверть стражи (~30 минут) или ещё раньше, уважаемый лекарь.

Глашатай важно, с чувством собственного достоинства, кивнул и направился прочь от постоялого двора. Стража двинулась следом, чеканя шаг. Провожая взглядом их расшитые светлой, почти золотой, медью спины, я лишь тяжело вздохнул и подкинул металлическое приглашение на ладони.

Так, с табличкой в руках, я вернулся в обеденный зал постоялого двора. Сюэ и Мэй уже спустились к завтраку и, хвала Небесам, выглядели вполне мирно. Никаких вырванных волос или следов применения духовных техник. Мэй лишь выглядела немного невыспавшейся, то ли из-за непривычной обстановки, то ли из-за присутствия Сюэ.

Увидев меня, девушки прервали свой тихий разговор. Я не стал тянуть интригу и, подойдя к столу, выложил медную пластину перед ними.

Сюэ лишь с любопытством склонила голову, разглядывая блестящую вещицу, а вот Мэй заметно побледнела. Её взгляд метнулся от герба клана Кун к моему лицу.

— Нас… меня ищут? — голос девушки едва заметно дрогнул.

— Не думаю, — я покачал головой, присаживаясь напротив. — Приглашение было адресовано лично мне, как «странствующему лекарю Ян Джуну». Видимо, слухи о моих делах в городе дошли до лорда города. Хотя меня напрягает тот дружелюбный тон, который он выбрал для приглашения.

— Разве это плохо? — непонимающе спросила Сюэ, что считала меня Наставником (4).

— Неплохо, но официальных причин для этого нет, — продолжать свою мысль я не стал. И так понятно, что в отсутствии официальной причины, есть некая скрытая от глаз интрига.

Мэй нервно прикусила губу, не отрывая взгляда от медной таблички. Как представительница клана Кун, пусть и в изгнании, она явно понимала правила местной игры намного лучше нас с Сюэ.

— Кун Аньши… известная личность в клане, — тихо произнесла девушка, оглядываясь по сторонам, словно боясь, что стены постоялого двора умеют слушать. — В клане его за глаза называют «Улыбающимся Тигром». Он никогда не проявляет агрессии открыто и обожает собирать вокруг себя талантливых практиков. Тех, кто соглашается служить клану Кун, он щедро одаривает. Но очень не любит, когда ему отказывают.

— Никто этого не любит.

Что бы я не думал об этом, делать всё равно нечего, прийти во дворец придётся. И хотя приглашение было на меня одного, учениц придётся взять с собой. В противном случае мне могут задать пару очень неудобных вопросов.

— Вы идёте со мной, — произнес я будничным тоном, откладывая табличку в сторону.

Мэй поперхнулась воздухом, а её глаза округлились до такой степени, что стали казаться неестественно огромными для её изящного лица.

— Учитель берет нас на прием? — Сюэ, напротив, просияла. Для неё приглашение лорда казалось лишь очередным подтверждением моего несуществующего величия.

— Такова традиция, ученики учатся в том числе и в повседневной жизни, — пожимаю плечами. — Вопросами этикета и благородных искусств мы с вами не занимались, но это то, что вы тоже можете освоить в процессе ученичества.

Сюэ мой ответ полностью устроил, а вот Мэй непонимающе покосилась. В её представлении я, скорее всего, был просто бродягой с севера, который ничего о этикете знать не должен был. Что ж, посмотрим, насколько хорошо меня обучила Прекрасная Наставница.

Оставшееся до приема время мы потратили на приведение себя в порядок. Особых дел на сегодня не было, как и вопросов к нам, ведь делегацию от лорда видели все.

Как странствующий лекарь, я не обязан был наряжаться в шелка, соперничающие с гардеробом самого лорда. Мое темно-красное ханьфу из качественного, но простого материала, чистота и аккуратно собранные волосы говорили о скромности и достоинстве куда лучше золотого шитья.

К дворцовому кварталу мы подошли даже чуть раньше, чем нас попросили. Лучше немного подождать, чем в последний момент начать спешить и в итоге всё равно опоздать.

Дворцовый квартал разительно отличался от всего остального Фулина, что в принципе было обычной практикой. Если город пах солью, рыбой и благовониями, то здесь в воздухе витал тонкий аромат цветущей сливы и духовной энергии. Стены из белого камня были покрыты защитными формациями, мощь которых даже не пытались скрыть, а скорее наоборот выставляли напоказ.

У массивных кованых ворот нас встретила стража. Это уже были не обычные городские патрульные. Двое стражей на воротах на и их взгляды были цепкими и холодными. Я молча достал из рукава медную табличку и протянул её одному из них. Тот бросил короткий взгляд на гравировку, затем на меня, и его лицо мгновенно потеряло часть суровости, сменившись вежливой, почтительной маской.

— Господин Ян Джун, — он сложил руки в приветствии. — Рады приветствовать вас. Позвольте проводить вас в Павильон Весеннего Ветра.

Мы последовали за провожатым через внутренний двор. Искусно разбитые сады, пруды с золотыми карпами и снующие туда-сюда слуги, всё это было призвано подавить гостя своим величием и богатством. Я слышал, как за моей спиной сбилось дыхание Сюэ, не привыкшей к подобной роскоши. Мэй было чуть прощё, но думаю даже для неё подобное пускание пыли в глаза было непривычным.

Я же чувствовал лишь легкую ностальгию. Прекрасная Наставница в моем мире снов гоняла меня по чайным церемониям, правилам поклонов и ведению бесед в таких локациях, по сравнению с которыми этот дворец казался зажиточной деревенской усадьбой. Сам я никакой неловкости я не испытывал. Скорее подмечал некоторую… «неловкость» обстановки.

Такое бывает, когда хозяин настолько старательно демонстрирует своё богатство, что это начинает выглядеть просто смешно.

Павильон Весеннего Ветра полностью оправдывал своё название и, увы, мои эстетические опасения. Это было просторное, открытое ветрам строение из дорогого красного дерева, щедро украшенное резьбой. Слишком щедро. Там, где истинный мастер оставил бы гладкую поверхность, подчеркивая естественный узор древесины, местные умельцы вырезали целые баталии и образы героев. В углах курились благовония в вычурных бронзовых треножниках, что казалось совершенно бесполезным на продуваемой всеми ветрами площадке. Под потолком беседки же висели клетки с певчими птицами и это чуть ли не единственный элемент, что не вызывал вопросов.

И удивительно, но в центре павильона, за низким столом из темного нефрита, уже восседал хозяин. Тревожный звонок, как по мне. Обычно хозяин приходит позже гостя, иногда даже с некоторым опозданием, а тут вдруг такие почести.

Лорд Кун Аньши выглядел лет на сорок. У него было приятное, слегка округлое лицо, гладко зачесанные волосы, перехваченные нефритовой заколкой, и роскошное темно-бордовое ципао. Он улыбался, мягко, располагающе, словно встретил старого друга, с которым не виделся много лет. Вот только его аура, плотная и тяжелая, аккуратно, но ощутимо давила на пространство павильона. Высокие уровни Мастера (3). И глаза, темные и цепкие, совершенно не участвовали в этой дружелюбной улыбке.

Я бы не назвал его «Тигром», скорее «Медведь». Не скалится, не угрожает, но в любой момент может кинуться и порвать.

Остановившись в трех шагах от стола, плавно складываю руки в приветственном жесте и совершаю поклон. Не слишком глубокий, чтобы не показаться заискивающим, но достаточно выверенный, чтобы удовлетворить любой, даже самый строгий протокол.

— Странствующий лекарь Ян Джун приветствует лорда Кун Аньши, — произнес я ровным, спокойным тоном. — Благодарю за оказанную честь.

Сюэ и Мэй, стоявшие чуть позади, тоже поклонились. То как нужно кланяться мы заранее обговорили, так что тут я не сильно волновался за учениц. Кун Аньши степенно кивнул в ответ на наши поклоны. Наша воспитанность, как и количество гостей, его если и удивило, то вида он не подал.

— Рад, весьма рад знакомству, лекарь Ян, — голос лорда Кун был бархатистым, обволакивающим. Он сделал приглашающий жест рукой. — Прошу, присаживайтесь. И прошу давай обойдемся без излишних церемоний, у нас просто совместный приём пищи, который можно скрасить дружеской беседой.

«Без излишних церемоний», — мысленно усмехнулся я. Сказано это было ровно после того, как я эти самые церемонии безупречно выполнил. Во время еды особых поклонов и не принято, но будем считать, что так и надо.

Присаживаясь на предложенную скамью, устланную мягким шелковым матрасом, я мысленно приготовился к долгим и сложным переговорам. Ибо называть предстоящее просто «дружеской беседой», я бы не стал.

Сюэ и Мэй, следуя негласному правилу, остались стоять чуть позади и по обе стороны от меня. Они мои ученицы, а значит, за этим столом ни места, ни права голоса не имеют. Я спиной чувствовал, как напряжена Мэй. Её духовная энергия подрагивала, словно натянутая струна, что мог ощутить любой желающий. Это было нехорошо, но ничего не поделаешь.

Повинуясь едва заметному жесту лорда Кун, бесшумные служанки наполнили наши пиалы чаем. Густой, яркого цвета напиток источал приятный аромат. Это точно не было обычным сортом чая.

— Этот сорт называется «Снежный Дракон», — небрежно заметил Кун Аньши, беря свою пиалу.

— Опасная трава, — говорю, беря пиалу в руки. — Она очень положительно сказывается на развитии Мастеров (3) и может быть полезна для Наставников (4), но практики более низкого ранга рискуют повредить свои меридианы.

Это предупреждение было больше для моих учениц, чтобы они не навредили себе слишком могущественным стимулятором, если вдруг его им предожат. Да и Кун Аньши следовало слегка щелкнуть по носу, за подобное угощение. Сам же я с некоторой осторожностью всё же пригубил напиток.

Меридианы Девятого Пульса Инь повредить было в принципе довольно тяжело. По словам Почтенного Наставника, даже полноценная боевая техника уровня Наставника (4) на это неспособна, что уж говорить про стимулятор более низкого ранга.

Другое дело, что и особой пользы я от этой травы не получу. Да, могущественная духовная сила пройдет по меридианам, но управлять ею и сохранить в своём энергетическом центре я нормально не смогу, слишком уж она для меня густая и тяжелая. Зато Хэй Лань сможет эту силу поглотить. Для демонов в этом вообще никаких проблем нет, так что прошедшая через меня энергия обратно в мир толком не просочиться, а сразу же будет поглощена демонической лисицей.

Как только обжигающая жидкость коснулась горла, я почувствовал, как внутрь скользнул тяжелый, ледяной комок концентрированной энергии. Ощущение было интересным и, скорее всего, в целом моё развитие от этого ускорится. Но не могу сказать, что это было хоть в малейшей степени приятно.

Я спокойно поставил пиалу на стол. На моем лице не дрогнул ни один мускул, не выступила испарина, а дыхание осталось таким же ровным, как и до глотка. В глазах Кун Аньши на долю секунды мелькнуло искреннее удивление, которое он тут же спрятал за улыбкой.

— Поразительная осведомленность для простого лекаря Севера, — лорд чуть склонил голову, его тон стал на полтона уважительнее. — И не менее поразительная устойчивость для человека, что всем представляется скромным Учеником (2).

— Скромность — это добродетель, лорд Кун, — я не ожидал, что он вот так в лоб будет обвинять меня во лжи. — И меня не может не удивить, как представители разных кланов в последнее время все чаще начинают интересоваться моим рангом духовного развития.